Текст книги "Смертельные ловушки"
Автор книги: Кэй Стрэхен
Жанр:
Классические детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
Глава XII
Небольшая заметка в дневной газете сообщала о произошедшем. Там говорилось, что известный адвокат Джастин Вирнег и его жена, Саллиэнн Вирнег, были найдены мертвыми в 9:20 утра – в запертой спальне собственного дома, Уиндзор-лейн, 1708, Калла-Хайтс. На их телах не было никаких следов насилия. Причина смерти все еще не установлена. Назначено вскрытие.
Мистер Лаки трижды перечитал статью перед тем, как отложить газету.
– Сейчас, – сказал он, – я должен взять себя в руки.
В начале шестого, в тот же вечер, мистер Лаки вновь сидел в гостиной Декстеров и все еще безуспешно пытаясь «взять себя в руки». Прежде жизнь всегда представлялась ему чем-то рациональным, упорядоченным, четкой цепочкой ясных причин и предсказуемых следствий. Он был полностью подготовлен к такому образу жизни и умственно, и эмоционально. Но в суматохе последних суток он чувствовал себя совершенно неприкаянным, хотя и рвался что-нибудь сделать.
– С этим нужно что-то сделать, – сказал он и решительно добавил: – Привести хаос в порядок.
В комнату вошел судья Декстер – бледный, поникший человек, тащивший за собой блестящую малаккскую трость. Он рухнул всем свои весом в кресло.
– Все ужасно запутанно, – сказал он, закрыв глаза.
– Но я не могу понять, – вставил мистер Лаки, – почему вся родня думает, что все это затрагивает семью, то есть нас.
– Я устал, – промолвил судья, не открывая глаз. – Бизалил, вы совершенно правы.
Мистер Лаки решил пояснить свои слова:
– Насколько я могу понять, все было примерно так. Утром, около половины девятого, кто-то позвонил Джастину. Пэнси, цветная служанка Вирнегов, постучала в дверь спальни, но никто не отозвался. Она звала и стучала, пока не пришел Фисби и взял дело в свои руки. Он подумал, что они могли уйти или вроде того, так что он взял стремянку, взобрался на нее и заглянул в окно. Саллиэнн и Джастин лежали в кровати и выглядели вполне нормально; хотя, конечно, вспоминая ночную вечеринку, самогон и прочее, Фисби перепугался. Он попытался дозвониться доктору Норту, но безуспешно. Затем он прибежал сюда – за Бобом или кем-нибудь еще, и заодно спросил миссис Фординг, как вызвать другого доктора, а…
– Да, – перебил его судья Декстер, – я знаю подробности.
Но мистера Лаки было не остановить. Как ни странно, во время своего рассказа он заметил, что его мозг расставляет события по полочкам, а весь день этого ему так недоставало.
– Привести хаос в порядок, – заявил он в свое извинение и продолжил: – Пока Фисби был здесь, что еще могла сделать Пэнси, кроме как позвонить в полицию и…
– Разумно. Очень разумно, – вставил судья Декстер.
– Да? Наверное, да. Ну, как бы то ни было, полиция появилась здесь сразу же после доктора. Полагаю, ваши домашние были уже там. А я все проспал. Как мне сказали, уйма времени ушла на то, чтобы попасть в комнату.
– Так ли жаль этого времени? Они были мертвы уже несколько часов.
– Да? Ну, об этом я не могу судить. Как бы то ни было, в конце концов полицейский взобрался на стремянку, прорезал дыру в оконной сетке, снял ее, пролез в окно и отпер дверь для доктора и…
– Знаю, знаю, – перебил его судья. – Я вошел в ту комнату вместе с доктором.
– Я подвожу вот к чему. Все, кроме вас, высказали мне свою точку зрения на произошедшее. А как по вашему мнению, верно ли, что Вирнеги лежали… ну, словно они мирно спали?
Прежде чем ответить, судья вздохнул.
– Немыслимо. Словно два младенца. Никаких следов борьбы. Никаких признаков конвульсий. Врач, коронер, полиция – все ошеломлены.
Мистер Лаки поймал себя на мысли, что во время разговоров со свояком ему всегда хочется, чтобы тот добавил еще что-нибудь. «Можно подумать, что с него берут по доллару за каждое сказанное им слово», – пожаловался он как-то Фелисии. Та ответила ему, что данный метод вести разговор называется «лаконичностью» и, по-видимому, связан с тем, что Эймос был судьей.
– Я подумал об асфиксии, – предположил мистер Лаки.
– Исключено. К газу дом не подключен. Ближайшая магистраль в десяти кварталах. Окно было открыто настежь. Настежь.
– Да, знаю, – ответил мистер Лаки и, задумавшись, продолжил: – Думаю, это из-за того, что они что-то съели или выпили.
На это судья Декстер ничего не сказал.
– Как бы то ни было, я отклонился от темы, – продолжил мистер Лаки. – Я ведь начал речь с того, что спросил: каким образом со всем этим может быть связан кто-либо из нас?
– Близость. К сожалению.
– Нет, – возразил мистер Лаки. – Нет. Будь оно так, то после всякой таинственной смерти обвиняли бы соседей. Никто и не думал обвинять кого-либо из вас, когда умер мистер Тедлоу.
– Тот же дом. Та же комната. Судя по всему, та же причина смерти. Совпадение.
– Я не люблю совпадения, – заявил мистер Лаки. – Никогда не любил.
Трость судьи Декстера выскользнула из его пальцев и упала на пол. Тот потянулся за ней, и, к удивлению мистера Лаки, внезапно стал многословен:
– Этим утром двое мужчин, полагаю, детективов, настаивали, что Джастин и его жена были отравлены. Но было ясно – сильный яд не использовался. Такие вызывают смерть в конвульсиях. Один из тех людей настаивал, что мы мало знаем о ядах. Дескать, был применен неуловимый яд, следов которого не обнаружится и на вскрытии. Я не поверил ему. Днем я виделся с Рудольфом Ронком. Известным химиком. Он уделил мне всего несколько минут и заявил, что если жертвы были отравлены, то вскрытие это выяснит. По его словам, история токсикологии не знает ядов, которые невозможно обнаружить.
– Ну, конечно, – сказал мистер Лаки после неловкой паузы. – Но тогда что же это?
– Ничего, – выдохнул судья Декстер.
– Я подумал об автомобиле, который, по словам Пэнси, ночью подъезжал к Вирнегам…
– И что с ним?
– Ничего, – вздохнул мистер Лаки. – Полагаю… Она говорит, что услышала, будто спустя час после того, как все улеглись, к дому подъезжал автомобиль – значит, это было около половины второго. Автомобиль остановился, но двигатель работал. Она выглянула в окно, но не смогла ничего увидеть. Хотя если бы фары машины горели, она смогла бы их увидеть даже сквозь туман.
– Возможно. Комната была надежно заперта изнутри. Вирнеги могли запереться после того, как гости ушли. Но я сомневаюсь насчет истории с автомобилем. Кому она рассказывала о нем?
– Полиции, детективам, кому угодно. Не знаю. Мне рассказал Боб. Говорят, эту историю выудили из нее после тщательного допроса.
– Люди лгут. Свидетели лгут. Без причины. Просто лгут.
– Причины, – громко повторил мистер Лаки. – «Причины». – Он словно вцепился в это слово и не отпускал его до тех пор, пока не получил искомое. – Причина и следствие, – триумфально заключил он, сделав паузу перед тем, как заговорить вновь. – Воистину! Я хочу сказать, что не бывает причины без следствия, как и следствия без причины. Сейчас следует выяснить причину смерти Вирнегов. Я имею в виду, что их смерть была следствием, но говорю не про отравление. Все намного глубже. Отчего кто-то захотел, чтобы они умерли? Почему он дал им яд или что-то еще, что убило их?
– Мотив. Первое, что нужно в расследовании – выяснить мотив.
– Да?
– Почему вчера вечером кто-то захотел убить Джералда? Почему кто-то захотел убить Саллиэнн и Джастина Вирнегов? Мотив.
– Интересно, возможно ли, что за обоими происшествиями стоял один и тот же человек?
– Нет.
– И все же занятно, что Вирнеги умерли той же самой ночью, когда некто пытался убить Джералда. Признаюсь: все это меня беспокоит. Как по мне, дела идут все хуже и хуже. То есть если за всем этим стоит один и тот же человек, то никто не знает, что еще может произойти.
Судья Декстер держал трость горизонтально, теребя ее гладкую поверхность.
– Несомненно обнаружится какая-то связь, ведь вчерашний алкоголь был выпит в честь того, что Джералд пошел на поправку.
– Нет, все мы пили одно и то же пойло, из тех же бутылок. Этим утром доктор Норт внимательно обследовал каждого из нас, и он говорит, что все мы здоровы как быки. По его словам, ни малейшего шанса, что кто-то из нас был отравлен.
– Да, мне тоже сообщили об этом. Весьма отрадно. Кстати, Бизалил, чем меньше будет сказано о той ночной попойке, тем лучше. Не стоит упоминать о ней. В больнице мы обсудили это с Бобом и Джералдом. Поначалу Джералд был опрометчив. Естественное чувство в его положении. В конце концов мы убедили его. Не то, чтобы я хотел помешать расследованию. Как и мои сыновья. Но…
– Слова – серебро, молчание – золото, – перебил его мистер Лаки.
– Вот именно. Не знаете, репортеры никому не досаждали? Около полудня я звонил домой. Тогда проблем не было.
– Когда Фелисия пообедала, я пошел прогуляться. Сиделка хотела, чтобы её после обеда не беспокоили. Так что я только-только вернулся. Девушки говорят, что здесь была пара газетчиков – сразу после того, как я ушел. Полагаю, девушки справились с ними. Они говорят, что это были достаточно вежливые люди. Но я был рад, что не встретился с ними. Чем меньше слов, тем лучше.
– Точно. Жаль, что все это случилось в то время, пока вы у нас в гостях. Надеюсь, нам удастся держать Фелисию в неведении обо всем этом.
– Не знаю, – покачал головой мистер Лаки. – У нее острый нюх. Она чует неладное и начинает нервничать.
– Жаль. Очень жаль. Я совершенно уверен, что вскоре все прояснится. И в то же время, поскольку я пока еще обладаю влиянием…
– И еще каким! – крикнул Боб. Он стоял в дверях, сжимая в руках газету. – Вот оно, влияние – на страницах этого грязного листка. Не будь я так глуп и не поверь я в хваленое влияние, то оставался бы в доме, заткнув рты слугам.
Боб взмахнул рукой, а мистер Лаки думал о родной Якиме и о тенистом закутке за гаражом Толлисона – там подковывали лошадей; газеты тем временем полетели на пол, шурша страницами.Глава XIII
ПО КАЛЛА-ХАЙТС МОЖЕТ РАЗГУЛИВАТЬ УБИЙЦА СТРЕЛЬБА В ДЖЕРАЛЬДА ДЕКСТЕРА ЗАПУТЫВАЕТ ТАЙНУ ВИДНЫЙ РИЕЛТОР И СЫН СУДЬИ ДЕКСТЕРА НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ ПРИЧИН ПОКУШЕНИЯ НА СВОЮ ЖИЗНЬ
Вчера в начале вечера Джералд Декстер, сын судьи Эймоса Декстера, был ранен на террасе резиденции Декстеров, Уиндзор-лейн, 1706, Калла-Хайтс. Пуля, выпущенная из французского окна в задней части комнаты, попала ему в плечо.
Оказана первая помощь
Была вызвана опытная медсестра, ухаживавшая за одним из родственников. Благодаря ее эффективной помощи, а также быстрому прибытию доктора Л.П. Норта, который немедленно доставил мистера Декстера в больницу Св. Франциска, раненый серьёзно не пострадал.
Покушение на убийство
Несмотря на благополучный исход, нет никаких сомнений – пуля была выпущена с явным намерением убить. Сам мистер Декстер и члены его семьи не в силах объяснить покушение на жизнь мистера Декстера. Сегодня мистер Декстер дал нам небольшое интервью.
Подозревается маньяк-убийца
Он сказал: «Что касается личности нападавшего, то я в полной растерянности. Мы с отцом и прочими членами семьи считаем, что это был некий маньяк, спутавший меня со своим врагом».
Мистер Декстер высказал мнение, что нападение на него никак не связано с внезапной смертью его соседей – мистера и миссис Вирнег, Уиндзор-лейн, 1708, Калла-Хайтс.
Полиция находит связь
Назначенные расследовать дело Вирнегов детективы Клаф и Джонли с этим не согласны. Клаф заявил, что в таком месте, как Калла-Хайтс, покушение на убийство в одном доме и две неестественные смерти в соседнем доме (причем случившиеся в течение двенадцати часов) слишком необычны, чтобы объясняться совпадением. Также он заявил, что хотя сейчас он не может дать какое-либо заявление для прессы, но все же он полагает, что недалек тот час, когда на дело прольется свет, и будут выяснены обстоятельства, которые приведут к поимке злоумышленника.
ВИКТОР ВИРНЕГ ПРОПАЛ СЫН ПОГИБШЕЙ ЧЕТЫ ОТСУТСТВУЕТ В САУСАЛИТО ТАМ УТВЕРЖДАЮТ, ЧТО МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ ПРОПАВШЕГО МАЛЬЧИКА ИМ НЕИЗВЕСТНО
Когда сегодня днем репортеры пришли в дом мистера и миссис Холстед Хейзенбек (Стерлинг-авеню, 5, Саусалито), где должен был гостить Виктор Вирнег, оказалось, что семья Хейзенбеков не знает о местонахождении мальчика. Виктор Вирнег – сын покойного Джастина Вирнега от первой жены. Этим утром Джастин Вирнег и его нынешняя супруга были найдены мертвыми в запертой спальне их резиденции (Уиндзор-лейн, 1708, Калла-Хайтс).
Дом использовался как частный санаторий
Хейзенбеки признались, что используют свой дом в качестве частного санатория для наркоманов. По их словам, миссис Вирнег посещала их и по дружбе, и в качестве пациентки. Согласно их утверждению, миссис Вирнег страдала от пристрастия к морфию.
Мальчика не привезли
Хейзенбеки заявили, что на этот раз миссис Вирнег не привозила приемного сына с собой. По их словам, она сказала, что мальчик остался дома с отцом, и они полагали, что дело обстоит именно так.
Телефонный звонок
По словам Хейзенбеков, миссис Вирнег приезжала к ним в прошлую среду, 10 апреля. Ей здесь понравилось, и она собиралась остаться на некоторое время. Однако вчера, незадолго до шести вечера, ей позвонили. После короткого разговора (Хейзенбеки полагают, что она говорила с мужем, Джастином Вирнегом) она заявила, что немедленно отъезжает домой. Хейзенбеки не смогли переубедить ее. Так что в начале седьмого она взяла такси и покинула санаторий Хейзенбеков.
Дядя мальчика считает, что тот в безопасности
Мистер Тимоти Фисби, дядя покойного Вирнега и двоюродный дедушка пропавшего мальчика, также не знает, где находится Виктор. Ему казалось, что вчера вечером миссис Вирнег оставила мальчика у Хейзенбеков, а сама вернулась домой. Тем не менее он говорит, что миссис Вирнег любила ребенка как собственного сына. Он уверен, что она не оставила бы его там, где о нем бы не позаботились как следует.
Планы поменялись?
«Возможно, – говорит мистер Фисби, – после того, как моя племянница уехала отсюда в среду, что-то в ее планах поменялось, и она решила оставить Виктора у неких друзей. В этом случае она, конечно, сообщила обо всем отцу мальчика, но он позабыл рассказать об этом мне».
Счастливая и беззаботная женщина
Далее мистер Фисби заявил: «Судя по тому, что вчера вечером племянница была счастлива и беззаботна, я убежден, что у нее не было никаких сомнений насчёт полной безопасности Виктора».
Полиция ищет паренька
Тем не менее мистер Фисби обратился в полицию, и по всему городу начались поиски пропавшего мальчика. Ниже расположены фотография и описание Виктора Вирнега.

Возраст: десять лет. Рост – четыре фута. Вес выше среднего для его роста. Светло-каштановые волосы. Карие, близко посаженные глаза. Последний раз его видели в светлом трико, белой шелковой рубашке с коричневым галстуком, коричневых гольфах, коричневых полуботинках и твидовом кепи в тон костюму.
ДВОЙНОЙ ТРАГЕДИИ ПРЕДШЕСТВОВАЛИ СТРЕЛЬБА И ПОПОЙКА НЕПОДАЛЕКУ ОТ КОТТЕДЖА НАЙДЕНЫ РЕВОЛЬВЕР И ПЛАТОК
Семья Декстеров хранит молчание
В Сан-Франциско, Городе у Золотых Ворот, нет лучшего жилого района, нежели Калла-Хайтс. Именно там, среди дорогих особняков и роскошных садов, минувшей ночью состоялась дикая попойка, которую не сравнить с пьянками в прибрежных забегаловках или самых нищих трущобах хоть Сан-Франциско, хоть любого другого города.
Прошлой ночью, в доме судьи Эймоса Декстера (Уиндзор-лейн, 1706, Калла-Хайтс) старший сын хозяина дома, Джералд Декстер, получил почти смертельное ранение из револьвера. Стрелял некий неизвестный преступник. В чьих же руках находилось оружие, которое едва не стало фатальным для Джералда Декстера? Возможно ли, что уста, способные ответить на этот вопрос, ныне сами умолкли навеки?
Мисс Тереза Марелло, симпатичная горничная Декстеров, рассказала следующее:
«Мы с кухаркой, миссис Монохен, сидели в столовой. Мисс Мэддор, опытная сиделка, нанятая Декстерами для ухода за дочерью-инвалидом, была на кухне – она кипятила молоко. И тут мы услышали выстрел на террасе. Поначалу мы были слишком испуганы и не могли шелохнуться. Все вокруг бегали и кричали. Через некоторое время мы с миссис Монохен прошли на террасу. Джералд Декстер лежал на полу, его одежда была в крови, и мы подумали, что он застрелен».
Говорят, что после этого на террасе Декстеров царило замешательство. Роберт Декстер (считается, что он находился на террасе наедине со своим братом, Джералдом Декстером) громко заявил о своей невиновности, обвиняя в стрельбе кого-то, укрывшегося в дальней части комнаты (по-видимому, одного из слуг). Утверждается, что персона, оказавшаяся на террасе вскоре после стрельбы, подняла с пола дымящийся револьвер и спрятала его под своим парижским платьем. Этот рассказ заслуживает некоторой степени доверия, так как поздним вечером во дворе Декстеров был найден револьвер, подобный описанному. Оружие без патронов было обнаружено в кустах недалеко от особняка Декстеров.
Но вернемся к роскошной комнате, к смятению и ужасу, к истекающему кровью старшему сыну судьи – ранение вполне могло оказаться фатальным. Джералд Декстер выдвинул обвинение, и все подумали, что это его предсмертный вздох. Но в ответ ему лишь насмешливо напомнили, что никого не повесят за его убийство, если только он не поторопится умереть!
После этого главной заботой всех присутствующих стало то, как бы обустроить побег обвиняемого. Но тот отказался идти на такой шаг, и причины легко объяснимы. Ничто не станет лучшим доказательством вины, чем попытка немедленного бегства.
И, по словам надежного свидетеля, оставленный практически без внимания пострадавший истек бы кровью, если бы не вышеупомянутая сиделка. Раненному и мучившемуся человеку никто бы не помог, если бы не мисс Эллен Мэддор, целеустремленно взявшая дело на себя, вызвавшая врача и оказавшая первую помощь. Воздадим ей по заслугам. А прочим воздадим по делам их. Мисс Мэддор не вызывала полицию. Это не ее дело – она занималась спасением жизни. Но почему же полицию не вызвал никто другой, спросим мы. Скажем лишь, что полицию не вызвали ни тогда, ни позднее.
Отметим, что, несмотря на сильный туман, доктор П. Л. Норт прибыл на удивление быстро. Воздадим честь доктору Норту, ведь он мчал на полной скорости, рискуя собственной жизнью ради того, чтобы спасти чужую! По его прибытии была вызвана скорая помощь, и раненый был отправлен в больницу св. Франциска. И только лишь престарелый отец семейства сопровождал сына. А что же остальные? Что они? Может быть, они достойно разошлись по своим комнатам, тихо дожидаясь известий? Возможно, они молились за жизнь пострадавшего? Ничего подобного. Когда ангел смерти парил так близко, что можно было услышать шум его крыльев и увидеть его тень, все эти так называемые культурные люди взяли шейкеры для коктейлей и устроили ужасную пьянку. О последствиях этой гулянки мы и расскажем. Когда запасы спиртного в доме истощились, пьяная компания направилась в дом, который ныне известен как «Бунгало таинственного убийства в Калла-Хайтс» – место проживания ныне покойного Джастина Вирнега, расположенное по соседству с особняком Декстеров. Мисс Пэнси Поттер, горничная покойных Вирнегов, описала такую картину, что наша газета не осмелится напечатать ее слова. Достаточно будет сказать, что все приличия были отброшены напрочь. А один из участников попойки открыто похвалялся тем, что стер отпечатки пальцев, взял оружие через платок и спрятал его в укромном месте. Позднее той ночью в саду Декстеров был найден платок со странными пятнами. На углу платок был украшен инициалами «Б.Л.».
Величающий себя миллионером и успешным бизнесменом мистер Бизалил Лаки из Ямки (Вашингтон) вплоть до сегодняшнего полудня гостил в доме судьи Эймоса Декстера. Сейчас же местонахождение мистера Лаки неизвестно. А молодая и прекрасная жена мистера Лаки оказалась совершенно сломлена после его отъезда и сейчас находится под присмотром медсестры.
Наша газета вовсе не стремится выдвигать обвинения или учить морали. Достаточно лишь того, что, согласно словам надежных свидетелей, по крайней мере два человека, находившихся на вчерашней попойке, вероятно, обладали самыми полными сведениями об орудии покушения на убийство Джералда Декстера, и эти двое могли бы сыграть важную роль в том, чтобы убийца был привлечен к ответу. И более того, как раз эти двое стали жертвами «таинственного убийства в бунгало». Связано ли покушение на Джералда Декстера со смертью его соседей, четы Вирнегов? Выяснить это должна не наша газета, а слуги закона. Наши репортеры так и не смогли получить хоть какое-нибудь объяснение от кого-нибудь из Декстеров.
Что скажете на это, мистер окружной прокурор? Сколько еще деньги, роскошь, общественное положение и политическое влияние смогут служить ширмой для сокрытия грязных дел, оскверняющих город Золотых ворот? Помните девиз «Вечерней трубы» – ЗАЙМИТЕСЬ ДЕЛОМ!
– За дело! – проревел мистер Лаки, отшвырнув газеты и вскочив на ноги. – За дело!



























