Текст книги "Без измен. Покорю твое сердце (СИ)"

Автор книги: Кэти Свит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

– Как вкусно пахнет, – признаюсь, делаю глубокий вдох, переступаю порог кухни и застываю в дверях. – Ого, – шокировано ахаю.

– Присаживайся, мам, – Ваня показывает на шикарно накрытый стол. – Мы с папой для тебя старались.

– Спасибо, – шепчу, едва справляясь с эмоциями. – Вы постарались на славу.

– А то! – довольно лыбится сын. – Все, как ты любишь.

– Угу, – киваю. Только без противозачаточных, тайно посыпанных мне в еду. Приготовленный Славой и Ваней завтрак безопасный.

– Кофе с молоком или без? – интересуется Слава. – Кофемашины здесь нет, капучино приготовить не получится.

– С молоком, – только успеваю сказать, как передо мной на стол опускается кружка с горячим ароматным напитком. – М-м-м, – вдыхаю. – Спасибо.

– С корицей, – подсказывает сын.

– Жучок ты мой, – ласково обращаюсь к нему. – Сдал все, что я люблю! – улыбаюсь.

– Не все, – подмигивает игриво. – Некоторое все же оставил на будущее.

И, смеясь, принимается за обе щеки поглощать свою любимую глазунью.

Я разрезаю еще горячий круассан, мажу его сливочным маслом и кладу внутрь кусок красной рыбки. Завтрак сегодня и правда невероятный.

– Тая, мне нужно отлучиться, – после еды предупреждает Слава. – Я заеду за вами через час. Ваня, тебя отвезем в больницу к Максу, – говорит сыну. – Твой друг находится под охраной, побудешь пока вместе с ним. Нам с твоей мамой нужно встретиться с одним влиятельным человеком.

– Хорошо, – буднично кивает сын.

А мне вот становится совсем не до смеха.

Значит, Славе удалось, и он договорился с Милославским.

Меня морозит. Страшно.

– Таюш, – ласковый мужской голос словно весенние лучи солнца согревают заиндевевшую кожу. – Все в порядке? Ты побледнела.

– Все хорошо, – заверяю, дрожа всем телом.

– По тебе не скажешь, – хмурится Бессонов. – Вань, можешь оставить нас одних?

– Да, конечно, – сын безоговорочно выполняет просьбу. Ретируется с кухни.

Мне на руки ложится горячая мужская ладонь, сковавший сердце лед тает под жаром, исходящим от тела Славы.

– Что такое? Мне можешь сказать, – взгляд внимательных серых глаз устремлен прямо в самое сердце. – Ты ведь знаешь, я на твоей стороне, – нежно.

Смотрю на сидящего рядом мужчину, чувствую исходящую от него силу и мощь. Словно в теплое одеяло закутываюсь в его защиту.

Слава надежный. Ему можно верить.

Он не предаст.

А вот я сегодня стану самой настоящей предательницей… Гадиной. Тварью…

Глава 29
Слава

– Слава, я помню о твоей просьбе, но по ней пока нет результата, – сообщает Милославский после того, как я переступаю порог его кабинета. – Поверь, я держу руку на пульсе.

– Я вчера нашел сына, Антон, – сообщаю ему.

Выражение лица Милоса, пожалуй, запомню на веки вечные. Еще никогда ранее мне не доводилось видеть у него такой шок.

Даже после выигранного дела он был не так сильно удивлен, как сейчас! А тогда мне знатно пришлось повозиться.

– Как так? – интересуется живо. – Как тебе удалось? Я бросил на поиски мальчика своих самых лучших людей, но от них нет ни единой весточки.

– Не поверишь, но это вышло случайно, – хмыкаю.

Стреляю взглядом в сторону стоящей рядом со мной Таисии. Милос ее, естественно, узнает, но хитрый лис не подает вида.

– Добрый день, – Тая тактично протягивает вперед руку. – Таисия Воронцова.

– Таисия, – Антон пробует имя на вкус. Неожиданно для себя чувствую укол ревности в сердце.

Странно.

Я ведь не умею ревновать, а здесь…

Таечка, что же ты со мной сделала? Ну точно, фея.

Милославский берет руку Таисии и подносит к губам. Когда он оставляет поцелуй, то я скрываю рвущиеся из груди проклятия, покашливанием.

– Вы с моим заместителем однофамильцы. Это случайность? – впивается в мою спутницу взглядом. Изучает ее. Проверяет.

– Владимир мой муж, – произносит, не прогибаясь под тяжелым властным взглядом Милославского.

Я поражен тем, как Тая держит себя с ним. Если со мной она расслаблена, спокойна и мила, то здесь и сейчас я вижу совершенно иного человека. От домашней нежной кошечки, коей я привык ее видеть, не осталось ни следа.

Рядом со мной стоит настоящая львица.

Хозяйка прайда.

– Так вышло, что сын Вячеслава, – кивает на меня. – Последние восемь лет воспитывался в нашей семье. Владимир заверил меня в его усыновлении, помог определить в частный детский сад, затем перевел в приличную частную школу. Он наблюдался лишь в платных клиниках и никогда не фигурировал в госорганах.

Милославский слушает Таю, не скрывая свой интерес. Я держусь рядом с ней и как могу, оказываю поддержку.

– Как любопытно, – хмурится, возвращаясь в кресло. – Поэтому мои люди не смогли тебе помочь, Слав, – бросает взгляд на меня, снова возвращает внимание Тае. – Но ведь ты приехала сюда не для того, чтобы свидетельствовать против своего супруга? – провокационно выгибает бровь, он испытывает Воронцову на стойкость.

Тая стоит и не двигается с места. На ее лице не дрогнул ни единый мускул.

Я поражен.

Милославский, видимо, тоже.

В кабинете наступает полнейшая тишина. Даже часы стали издавать меньше шума.

– Да ладно? – довольно ухмыляется Антон. Смотрит на Таю, на меня и, не веря, качает головой. – Серьезно⁈

– Я подаю на развод, – тихий, но вместе с тем твердый голос Таисии отлетает от стен. – Мой муж предал всех: меня, вас, свои принципы. В жажде наживы и легких денег он потерял себя.

Милославский внимательно слушает Воронцову. По его лицу сложно что-либо понять, но я слишком хорошо успел изучить этого человека.

Недооценивать его не стоит от слова совсем.

– Меня? – вопросительная интонация голоса не сулит ничего хорошего. Если бы можно было оценивать настроение по температурной шкале, то она выдала сейчас минус сто.

– Да, вас, – все так же твердо кивает Тая. Ей сейчас очень непросто, но я не могу сдвинуться с места и хоть как-то ее поддержать.

Милославский последний, кто должен узнать о моем интересе. В противном случае, это может сыграть против нас обоих.

Я должен защитить Таю, а не подставлять ее.

У меня слишком много врагов. Однажды я уже полюбил, а затем в одночасье потерял все.

Больше подобного не повторится.

Антон выходит из-за стола, отодвигает кресло и жестом приглашает Таю присесть. Она бросает на меня вопросительный взгляд, я едва заметно киваю.

Обстановка в кабинете остается по-прежнему напряженной.

– Благодарю, – с чувством собственного достоинства, принимает проявленный жест. Позволяет себе помочь.

– Ну, раз ваш муж, Таисия, предал меня, то предлагаю нашу с вами проблему обсудить наедине, – многозначительно стреляет в меня глазами Милос.

Тая едва заметно дергается.

– Я ее адвокат, – отрезаю безапелляционно.

– Вячеслав отец моего сына, мой адвокат, и у меня от него нет и не будет секретов, – все таким же ровным тоном произносит Тая.

Одно то, как она держится, заслуживает уважения. Я не могу перестать восхищаться.

Воронцов, какой же ты дебил! Такую женщину упустил!.

Погнался за дешевкой.

– Ну, раз так, – лукавая ухмылка касается губ Милославского. – То прошу, – кивает мне на стул рядом с Таисией.

Присаживаюсь.

– Позволь, я начну, – обращаюсь к своей феечке. Она дрожит.

Кладу руку ей на бедро и чуть сжимаю.

Пусть этот жест крайне интимный, но никак иначе мне Таю сейчас не поддержать. Я ведь чувствую, как ей страшно.

Тая кивает.

Достаю из папки принесенные копии официального перевода всех учредительных документов, выписок, договоров. Раскрываю перед Милославским всю сеть аффилированных лиц и поясняю, что откуда взялось.

Я расписываю ему схему, при помощи которой Володя ворует у него деньги, переводит в офшор, а затем выводит обратно.

По мере моего рассказа в кабинете становится все холоднее. Лицо Антона превратилось в нечитаемую маску.

– Таисия? Зачем тебе нужно было становиться во главе? – спрашивает по завершению моего рассказа.

В голосе сталь. В глазах лед.

Милославский взбешен, но контролирует себя просто отменно.

– Я подписала документы, чтобы спасти ребенка, – Таисия говорит, не отводя от разъяренного мужчины прямой взгляд. – Владимир не позволил мне забеременеть, но знал, как сильно я хочу стать матерью. Он привез меня в больницу к пятилетнему мальчику, потерявшему свою мать при ДТП. Заверил, что у ребенка нет ни единого родственника.

Пауза.

Я в очередной раз прокручиваю озвученное в голове, и сердце в очередной раз обливается кровью.

Милос молчит. Его состояние выдает лишь тяжелое дыхание.

– Это был мой сын, – подаю голос.

Встречаюсь взглядом с человеком, повидавшим многое в своей жизни. Он ведь тоже прошел через АД.

Никто из находящихся на вершине не дошел до нее без потерь. У каждого своя боль и своя скорбь.

– Я не могла их не подписать, – шепчет, впервые срываясь на всхлип.

Не в силах больше терпеть, отодвигаю стул, опускаюсь перед своей феечкой на колени и крепко ее обнимаю.

Глава 30
Тая

– Как думаешь, он мне поверил? – спрашиваю у Славы после того, как покидаем территорию загородного особняка.

Дом Милославского больше похож на крепость, чем на жилое строение. Периметр под охраной, камеры на каждом углу, а прислуги столько, что я в шоке.

Но нужно отдать должное, жилье олигарха производит впечатление.

– Это не важно, – не отрывая внимания от дороги, заверяет Слава. – Он в любом случае будет проверять все до мельчайших деталей. Для него не составит труда поднять все документы и сопоставить даты, поверь.

Задумчиво смотрю в окно. Я чувствую себя как выжатый лимон, все очень сложно.

– Надеюсь, – выдыхаю печально.

Не представляю, как справилась бы с выпавшими на мою долю испытаниями без Славы. Я держусь лишь благодаря его непомерной поддержке.

– Голодна? – интересуется, стреляя взглядом по зеркалам. Перестраивается в крайнюю левую полосу, обгоняет попутку, возвращается обратно и мчит дальше.

Я, словно завороженная, слежу за его действиями.

Володя водит совсем не так. Он даже обгоняет рывками, на дороге ведет себя агрессивно, а порой слишком жестко. Я постоянно нервничала, когда ездила с ним. Мои нервы были натянуты до предела.

Слава другой. Во всем.

Ездить с ним – одно удовольствие.

– Я так перенервничала, что ничего не хочу, – признаюсь. – Мне бы остаться одной в комнате, забраться в кровать и лежать, смотря в потолок до вечера.

Бессонов смеется.

– Не вариант, – произносит, хохмя. – У тебя дома два голодных мужика, тебе никто не даст такой возможности. Как минимум, пока ты их не накормишь.

Поворачиваю голову в его сторону и не сдерживаю ехидной улыбки, но Слава ее не видит. Мужчина сконцентрирован на дороге.

– Раз так, то давай заедем в магазин. Нам нужно купить продукты, – прошу, понимая, что он прав.

Если я могу обойтись легким перекусом, то Славе и Ване нужно гораздо больше еды. Их не устроит ни перекус, ни салатик. Им нужно мясо.

– Закажи доставку, – Бессонов дает мне свой телефон. – Ходить по магазинам – не лучшее время, – предупреждает.

Его слова словно ушат холодной воды. Остужают и возвращают в суровую реальность.

– Слав, я… – хочу сказать, что могу заказать со своего, но потом вспоминаю остаток по счету и мне становится плохо.

Нужно срочно решать вопрос с деньгами. Бессонов не станет работать даром, а полной суммы его гонорара нет.

Я должна вернуться к работе.

– Заказывай, – произносит с нажимом. Мне становится не по себе, он словно мои мысли читает.

Поразмыслив пару секунд, решаю принять предложение. Открываю нужное приложение, выбираю любимый магазин и оформляю покупки.

– Может закажем самовывоз? Так получение гораздо быстрее, – предлагаю. – И адрес «светить» не нужно будет, – добавляю существенную деталь.

Конечно, у Володи вряд ли есть спецы, способные вычислить наше местоположение, но лучше перестраховаться. Нельзя недооценивать своего противника, гораздо безопаснее его переоценить.

– Думаешь, успеют собрать? – сомневается Слава.

– Уверена, – заверяю.

– Тогда заказывай. Адрес добавь в навигатор, чтобы я смог заехать, – просит.

– Сейчас сделаю, – обещаю и принимаюсь оформлять заказ.

Дело заставляет меня отвлечься от нехороших мыслей, мне становится чуточку легче. Страх отступает, и я снова могу нормально дышать.

Все-таки прав был Слава, настояв на визите к Милославскому. Каким бы ни было его решение, я очистила совесть.

А может быть, даже спасла себе жизнь.

– Тебе помочь с ужином? – в очередной раз удивляет Слава.

Вскидываю взгляд на него.

– Только не говори, что ты еще и готовишь отменно, – хмыкаю.

Бессонов хитро щурится и пожимает плечами.

– Что есть, то есть, – говорит, протягивая мне бокал красного вина. – Выпей, тебе нужно немного расслабиться, – настойчиво всовывает его мне в руки.

Принимаю. Потому что прошло уже часа четыре после разговора с Антоном, а меня до сих пор потряхивает. Нервы не справляются с нагрузкой.

Витаминчиков что ли пропить?

Вдруг вспоминаю, что я записана к своему гинекологу на прием, на следующей неделе у меня должен состояться плановый прием. А я совсем забыла про него во всей этой суматохе.

Хорошо, что хоть сейчас опомнилась.

– Слав, как думаешь, я могу пойти к врачу? – прежде, чем договориться о визите, решаю посоветоваться со своим защитником. Ведь Бессонову всяко виднее, что можно делать, а что не стоит.

Вдруг я недооцениваю Володю, и любое мое появление в публичном месте повлечет за собой негативные последствия. Уж больно не хочется попадаться на крючок, когда практически дошли до финала.

– Попасть к Афанасьеву сложно, у него запись на месяц вперед, – поясняю.

– Случайно не к Степану? – ухмыляется, делая глоток из бокала.

– К нему, – признаюсь немного смущенно. Не привыкла обсуждать свои женские дела с мужчинами.

– Позже без очереди пойдешь, – ставит меня перед фактом. – Я позвоню ему, решу вопрос.

– У тебя и здесь есть подвязки? – поражаюсь. Бессонов не перестает меня удивлять.

Куда ни плюнь, он обо всех знает и все расскажет. Универсальный, блин, человек.

– У меня есть подвязки везде, – подмигивает игриво, а у самого крайне серьезный взгляд. – Сын! Иди сюда, помогать будешь, – говорит громко.

– Чем именно, бать? – доносится приглушенное из комнаты.

– Ужин готовить, – произносит безапелляционно.

– Ужин? – голос Вани доносится ближе. – Я не умею, – признается сын, переступая порог.

– А я научу, – невозмутимо заявляет Слава. Берет разделочную доску, нож, достает из холодильника мясо. – Смотри, здесь нет ничего сложного, – заверяет и… начинает мастерски нарезать стейки.

Все, что мне остается, так это подхватить упавшую на пол челюсть.

Слава умеет, блин, все!

Глава 31
Тая

– Подлить? – предлагает Слава, поднимая бутылку вина.

По-хорошему мне нужно отказаться, но напиток такой вкусный, а я такая уставшая…

– Да, – киваю, опуская стакан на стол. – Благодарю, – останавливаю, когда налита уже половина.

Бессонов понимает меня без лишних слов.

Чокаемся бокалами, пьем вино. Оно в меру терпкое и не сладкое, но все равно вкусное. Главное не переборщить, а то утром обеспечена головная боль, да и в принципе, с любым подобным напитком всегда нужно быть острожной.

– У меня такой сильный стресс, что даже вино не берет, – признаюсь. Голова лишь немного затуманена, думы не думаются.

– Это тебе только так кажется, – заверяет Слава.

Он пересаживается на диван рядом со мной, двигает ближе к нам тарелку с сыром и фруктами. Приподнимает бокал, делает небольшой глоток.

Я повторяю его движение следом.

– Милославский не тронет ни тебя, ни Ваню, – говорит с непробиваемой уверенностью.

– Думаешь? – продолжаю сомневаться. Мне слабо верится, что такой суровый человек, как Антон, способен проглотить предательство.

– Знаю, – заверяет.

Поворачиваю голову, смотрю на Славу и понимаю, что тону в его глазах. Они меня манят.

Бессонов берет из тарелочки виноградину, задумчиво крутит в руках, а затем кладет мне в рот. Жую.

– Очень вкусно, – произношу, облизывая губы.

Он не сводит с них пламенный взгляд. Сглатывает.

Между нами зарождается огненная химия.

Слава берет еще одну виноградину, повторяет движение. Я так же ем.

Бессонов становится еще ближе.

Подносит свой бокал к моим губам, я делаю глоток. Он допивает остаток. Возвращает бокал на стол.

– Я рад, что тебе понравилось, – его низкий, хриплый голос пробирает до глубины души. Кожа покрывается мурашками, а в легких вдруг резко перестает хватать кислорода.

Слава приближается еще сильнее. Я могу чувствовать тепло его губ.

Открываю свои, делаю глубокий рваный вдох.

– Все было очень вкусно, – шепчу. По венам вместо крови бежит кипяток.

В груди становится томно и тесно, сердце так и норовит выскочить из клетки. Голова кругом, и в этом виновато никак не вино.

Только стоит нашим губам соприкоснуться, как мы срываемся в чувственном, пламенном поцелуе. Слава действует осторожно, он не напирает, а словно пробует меня на вкус.

Я ощущаю себя самым вкусным десертом, а он слизывает сливки. Отдаюсь. Не думаю.

Не желаю возвращаться в реальность, она слишком сурова и жестока для меня.

Кладу руки ему на плечи, провожу ладонью по крепкой шее, зарываюсь пальчиками в волосы на затылке и тяну еще ближе к себе. Он обхватывает меня за талию, приподнимает, и я не успеваю опомниться, как оказываюсь у него на коленях.

Наш поцелуй стирает все границы дозволенного.

– Можно? – спрашивает, забравшись рукой под кофту. Прикосновение мужских рук на нежной коже отзываются ожогами, распаляют и подталкивают вперед.

Киваю.

Восхищение в глазах Бессонова ни с чем не сравнить. Его взгляд выражает куда больше эмоций, чем слова и поступки. Голубые глаза наполнены страстью, и я тону в них, как в море.

Прыгаю с самой высокой горы. Без страховки. Вниз головой.

Поцелуй переходит на новый виток, нам обоим становится тесно.

Подхватив меня под бедра, Слава поднимается и несет меня в спальню, там мы, не раздеваясь, падаем на кровать. Он нависает сверху.

– Одно твое слово и я остановлюсь, – предупреждает, чуть отстранившись.

Чтобы прийти в себя мне нужно несколько раз моргнуть. Дыхание на разрыв, сердце бьется слишком быстро.

– Тая, ты замужем. До тебя я даже не думал об отношениях, – продолжает. Сам все это время смотрит исключительно мне в глаза. Благо не зашторены окна и света с улицы хватает нам обоим.

– А после моего появления? – спрашиваю, едва дыша.

Кажется, я заранее знаю ответ. Потому что сама испытываю те же эмоции.

– После? – ухмылка чуть касается его чувственных губ. – После не представляю, что придется тебя отпустить.

Пауза.

Дышим надсадно.

– Я ведь понимаю, что ты вряд ли захочешь из одних отношений сразу же прыгнуть в другие, – высказывает свои мысли, а я впитываю каждое его слово. – Ваш развод будет долгим и сложным. Поверь. Твой муж попьет нашей кровушки, – предупреждает недобро.

– Всю не выпьет, – ласково улыбаясь, тяну Славу ближе к себе. – Если ты только что пытался предложить мне отношения, – не могу отвести взгляд от его глаз. Бушующие там эмоции сметают все выстроенные мною оборонительные ограждения.

Я не планировала начать новые отношения, Бессонов, как всегда, прав. Я вообще не думала о том, что в моей жизни появится другой мужчина.

Мы с Володей вместе со студенческих лет, он всегда был единственным. Но я не единственной, к сожалению.

Лишь сейчас, когда мне раскрыли глаза на ублюдка, в которого превратился некогда любимый мной человек, я понимаю, как много времени упустила.

Нужно было раньше с ним расставаться. Не тянуть до последнего. Я ведь могла тогда сама взять и усыновить Ванечку.

Если бы я тогда решилась на столь отчаянный шаг, то мы со Славой могли встретиться гораздо раньше.

Но тогда он был бы не готов к появлению в своей жизни другой женщины. А я… Я бы не стала мамой прекрасного мальчика.

– Я согласна, – озвучиваю веление своего сердца. – Я буду с тобой.

– И в горе, и в радости? – хмыкает, не отрывая от меня проницательного взгляда.

– Это предложение руки и сердца? – мои брови удивленно подлетают вверх. Вот чего, а такого я явно не ожидала. – Давай для начала меня разведем, – предлагаю, испытывая странные ощущения.

Слава смотрит на меня и не улыбается.

– Не переживай. Разведем обязательно, – обещает с жаром.

Наклоняется ко мне, останавливается, когда между нашими лицами остаются считанные миллиметры. Я забываю, как нужно дышать.

От палящего жара в груди превращаюсь в мягкий податливый воск. Мы со Славой идеально подходим друг другу телами.

Поднимаю руки, вновь обхватываю его за шею и притягиваю к себе.

Наш поцелуй огненный, жаждущий, пламенный.

Я позволяю себе раствориться в ласках и ощущениях, слушаю своё тело и даю ему полный карт-бланш. Слава словно читает все мои мысли, он действует исключительно правильно. Там, где нужно, дарит сладость, а где необходимо, жестко захватывает контроль.

Прогибаюсь, подчиняюсь. Я наслаждаюсь его доминированием и впервые за долгие годы вновь чувствую себя желанной и живой.

Слава глушит мои сладкие стоны глубокими поцелуями, а когда он не может, то я при помощи подушки тушу их сама. Ваня не должен знать о том, что между нами происходит, ведь он еще ребенок, и даже сейчас мы оба думаем про его интересы.

Мы ведем себя как настоящая семья.

Накрывшая нас обоих с головой страсть проходит, но на ее место приходит не чувство стыда, а нежность и полная удовлетворенность. Так бывает, когда не сделал ничего постыдного, а поступил правильно.

Сердце гораздо умнее разума.

– Доброе утро, – Слава едва касается губами моего обнаженного плеча.

Открываю глаза и с удивлением понимаю, что за окном светит солнце. Казалось, мы только-только легли спать.

– Доброе, – ласково улыбаюсь еще не до конца проснувшись.

– Как себя чувствуешь? – спрашивает, не отрывая от меня взгляда своих до удивления проницательных глаз.

Прежде, чем ответить, прислушиваюсь к себе. Никаких неприятных ощущений нет, есть лишь томная слабость.

– Прекрасно, – признаюсь, поднимаясь на локтях. Простыня скатывается вниз, Слава опускает взгляд, сглатывает, и… поднимает ее. Прикрывает.

– Раз прекрасно, то у меня для тебя есть новости, – шепчет на ушко, а у меня кожа покрывается мурашками от его горячего дыхания.

– Какие? – спрашиваю, увеличивая расстояние между нами. Если этого не сделать, то вновь повторим то, чем занимались ночью, а делать этого сейчас ни в коем случае нельзя. Ваня ведь не спит.

До тех пор, пока официально не расторгнут брак, не хочу показывать наши отношения со Славой.

– Хорошие, – Слава вновь наклоняется вперед, оставляет на моих губах беглый поцелуй и поднимается с кровати. – Приходи завтракать, расскажу.

И с этими словами он выходит из спальни.