Текст книги "В плену безумия (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Глава 30.
Алёна Вишнякова
Я не знаю зачем это сделала… Я просто… Господи, я просто испугалась, что он сейчас уйдёт, и что-нибудь случится, я…
– Адам… – касаюсь его лица, проверяю пульс. Ладно хоть чувствую, как он дышит… – Глеб… Боже мой…
Сжимаюсь рядом с ним и просто обнимаю. Не понимая, что мне делать. Я реально не знаю, как быть. Плачу… В истерике сжимаю его кофту и хочется ударить его. Хочется ненавидеть… Я их обоих ненавижу. Глеба – за то, что молчал, Адама – потому что так подло и грубо со мной обращается! Ненавижу!
Не знаю сколько рыдаю, но… Когда чувствую, что слёз уже нет, понимаю, что если проснётся не Глеб, а Адам, то он меня убьёт… Поэтому иду искать какую-нибудь верёвку, чтобы его связать. К сожалению, ничего кроме поясов от халатов я не нахожу… Приходится вязать ими. Это так глупо на самом деле… Просто ужасно… Но что мне ещё делать?
Пока он в отрубе я всё время проверяю его состояние, глажу лицо, касаюсь волос… Нюхаю его ворот, чтобы успокоиться. Сама не знаю, как, но это меня действительно успокаивает… Читаю хоть что-то похожее, но, разумеется, таких абсурдных историй в открытом доступе нет. Особенно о том, как девушка влюбилась сразу в две личности одного человека, я… Буквально не знаю, что с этим делать, а потом слышу, что он начинает ворочаться. Сначала немного, потом будто в полубреду…
Вошкаясь, оборачивается… Глаза отходят, словно от наркотического опьянения, а потом фокусируются на мне…
– Глеб? – настороженно спрашиваю я, хотя, кажется, уже научилась их различать… И это не он…
– Кудряшка… Это у тебя игры такие, да? Я уже начинаю злиться… – понимая, что связан, Адам, нервно смеётся и пытается вытащить из-под себя руки.
– Адам…
– Всегда буду вторым, да? Как-то даже обидно… Какого хуя, Алёна? Развяжи меня… – пытается выпутаться, но я вроде как достаточно неплохо связала. Хоть и не уверена в прочности самой ткани.
– Нет. Нет и не проси!
– Ты гонишь или как?! – рычит на меня, меняясь в лице. Его зелёные так горят. Злобой, яростью… Мне кажется, он из этого всего слеплен… Но не менее прекрасен отчего-то. Это и пугает.
– Адам, послушай… Всё это неправильно. Так нельзя… И я тебя не выпущу! Нет!
– Хах… Кудряшка… Ну ты, блядь, даёшь… Так беспокоишься, чтобы этот член был только в тебе, да?
– Заткнись, пока я тебя не ударила чем-нибудь!
– Когда я доберусь до тебя… Тебе конец…
– Не угрожай мне… Скоро всё изменится.
– Да? И что же… Убьёте меня? – спрашивает он, заставив моё сердце сжаться.
– Нет… Это… Не убийство…
– Да? А что это, Алёна? Я живой? Потрогай меня… Ну, конечно, живой… Я ведь ебал тебя несколько часов назад, ты не могла не заметить… Так стонала…
Я тут же трескаю ему по грудной клетке, а он ржёт как сумасшедший. Как же бесит своим поведением. Буквально раздражает. Я ещё никогда не встречала такого наглого озабоченного типа. Но в моменты его злости и сильного возбуждения, у меня отключается мозг.
– Тебе пиздец в следующий раз, я отвечаю… Убью тебя… Засуну хуй так глубоко в твою глотку, что ты так и подохнешь с ним во рту… Так что пусть твой сладкий помнит об этом. Передай ему моё послание… Ему с этим потом жить…
Я поднимаю глаза и смотрю на него. Долго. Пытаясь заглянуть вглубь. Ну не верю я в то, что в нём есть только это… Я просто отказываюсь верить. Иначе бы и чувств к нему не было.
– Ты не такой…
– Чего?
– Ты вообще не такой… Я не понимаю, зачем ты себя так ведешь… Зачем все эти угрозы и оскорбления? Послушай меня… Мы же можем… Существовать в мире, Адам… Мы можем, я знаю… – тараторю я, глядя на него жалостливыми глазами. Я не знаю, как ещё задобрить этого зверя. Он не поддаётся дрессировке.
– Подойди сюда… – хрипло просит, вынуждая моё сердце заколотиться быстрее.
– Нет. Я боюсь тебя…
– Да ладно? Я не трону… Иди… – зовёт меня, и тогда я аккуратно подползаю к нему, глядя в его глаза, а он тянется лицом к моему уху.
– Я… Хочу… Ссать… Сводишь меня в туалет? – спрашивает с тупой ядовитой усмешкой.
– Ты нарочно, да?
– Нет. Я реально хочу ссать… Мне чё в штаны ходить? Твой пацан этого не переживёт…
– Адам, блин…
– Развяжи меня, детка… Давай…
– Если я развяжу… Ты обещаешь, что… Не тронешь меня и не уйдёшь? Что мы поговорим…
– Ну давай поговорим… Давай…
– Адам, обещай! – выпаливаю я отчаянии.
– Как будто для меня это жалкое слово что-то должно значить, малышка. Но да… Обещаю…
Я не знаю, почему доверяю ему. Не знаю, почему развязываю… Руки для начала. А для этого, конечно, нужно слишком близко к нему находиться… И он не упускает возможности издеваться… То на волосы подует, то плечом заденет нарочно… А как только высвобождает руки, тут же дёргает меня на себя, заставляя рухнуть ему на колени. Я вцепляюсь в него обеими руками.
– Ты обещал!
– Теперь у меня болит задница, дорогуша…
– У меня тоже! Один-один, блин! – психованно отвечаю, а он истерично ржёт, когда я дёргаюсь из его рук. – Где туалет ты знаешь… А после… Я жду тебя на кухне… Надеюсь, ясно изъяснилась?! – встаю, отряхиваюсь, словно от пыли, и иду туда, наблюдая со стороны, как он реально идёт в сторону ванной… Ладно, хотя бы не обманул. Но нам надо поговорить… Надо.
Иначе всё это закончится плохо…
Всё уже и так хуже некуда… Я просто не знаю, во что я ввязалась. И мне по-настоящему страшно…
Глава 31.
Адам (альтер эго Глеба)
Твою ж мать… Ну и стерва. У меня до сих пор отходняки и всего шатает.
Пиздец, конечно. Сам удивлен, что ещё её не прибил за такое…
Вытворяет чё хочет, блин…
Я даже ссу кое-как, потому что ноги не держат. И вообще всего колотит после этого говна редкостного. Зачем вообще эту херню прописывать?! Я, конечно, всё понимаю, но этого не понимаю… От слова совсем…
– Это ты её избаловал, ты! – смотрю в зеркало и рычу.
– С кем ты там ругаешься?! – орёт она с кухни, пока я ржу… Дожил, блин… Срусь с самим собой через зеркало. Круто, ничего не скажешь…
Стряхнув башкой и мокрыми руками, выхожу оттуда, весь на нервозе, и меня ведёт в сторону, но кудряшка, ясен пень, тут же бросается спасать своего ёбыря, подставив ему руку помощи, чтобы он, бедняжка, не ударился, пока я управляю его обмякшим телом.
– Это ты виновата… – ворчу на неё, облокачиваясь.
– Замолчи уже, Адам, а… И без тебя тошно… Садись, – помогает мне плюхнуться на стул. А сама садится рядом. – Я не знаю, что делать. Но прошу тебя о помощи…
– Меня? О помощи? Ты, верно, что-то перепутала… Часики тикают, а вы со своим блаженным до сих пор не нашли мои бабки…
Она тут же хмурится и смотрит на меня волком. Ну и глаза у неё, конечно. Весь спектр эмоций выдают. Когда ебётся она одними ими кончает, клянусь. Там сразу зрачки на половину радужки. Не видно больше ничего… Только их темноту. Бескрайнюю и величественную.
– Тебя вообще что-нибудь кроме денег интересует?
– Нет. И тебя, кстати, тоже!
– Что?! Не правда!
– Правда, конечно. Перевезла сюда свой вареник, блин. Довольная, сытая, отъёбанная. Заняла половину дома!
Она тут же срывается с места и смачно заряжает мне по башке.
– Ай, блядь!
– Ещё хочешь?! – выдаёт озлобленно, и я тут же обхватываю её запястья, прорычав прямо в лицо.
– Ты не охуела ли?!
И сталкиваюсь с таким сопротивлением, что аж сам теряюсь, нахрен.
– Я тебя не боюсь! Ты меня не тронешь!
Вот это, блядь, уверенность. Так и хочется засунуть ей куда поглубже и показать на что я способен в реальном гневе. Только уверен, что она и пяти процентов не выдержит. Съебётся в ужасе, поджав хвост.
– Ах вот как… Проверим?!
Её лицо нервно искривляется, и она смотрит в мои глаза, словно ищет там ответы на свои ебучие вопросы. Но их там нет, увы. Может не стараться. Она до них просто не доберётся, как бы ни старалась.
– Села быстро и жопу прижми, не рыпайся и не кидайся на меня, иначе…
– Адам… – вздыхает она, пока я стискиваю челюсть. – Возьми… Поешь… – протягивает тарелку с едой и стакан. – Ты уже давно не ел…
Задобрить пытается, аж смешно… Хотя едой пахнет и желудок сводит болезненным спазмом. Я реально не знаю, когда он жрал… Но я точно нет.
– А вот не надо пытаться залепить мне глаза этой мишурой, окей?
– Я вовсе не пытаюсь… Я хочу с тобой обсудить…
– Конкретно что? Нашу еблю? Давай, я не против…
– Как же ты бесишь… – взрывается она и резко встаёт из-за стола. Отчего я ударяю кулаком по нему.
– Сядь… – огрызаюсь злобно. – Ладно…
– Что ладно?
– Давай поговорим, что же ещё, Алёна?!
– Давай… – она медленно опускается обратно… И смотрит на меня своими огромными. Да что, блядь, с ней не так, а?! Почему она так смотрит, и почему меня эти блядские глаза так тянут?!
– Ты говорить будешь или как?
– Буду… Я… Я хочу нормально с тобой общаться…
– Общаться… – усмехаюсь я. – Ты пару часов назад мне в жопу транк воткнула, о каком общении может идти речь, а?!
– Ну, извини! – выпаливает она. – Ты хотел снова уйти и я… Просто испугалась!
– Испугалась или заревновала? Это разные вещи, сука!
– Какая разница?! Вот какая?! Я с Глебом, и ты это знаешь! – выдаёт, добивая, и мне хочется её придушить прямо сейчас… И скинуть вниз с балкона, блядь.
– Ещё раз скажешь мне подобное, кудряшка, и я клянусь…
– Адам… Мне нравится с тобой общаться… Правда… И… Я не верю, что ты плохой человек.
Общаться ей нравится… В жопу ей нравится, и не раз. А не общаться… Стерва.
Молча начинаю есть, пока она сидит и смотрит на меня.
– Деньги мы не нашли, но… Я думаю, что ещё где-нибудь можно поискать… Возможно у вас есть какое-то место… Ну типа тайник какой-то… Может…
Я тут же мысленно бью себя по башке, потому что напрочь забыл про гараж, который от и до завален ненужным хламом… Этот дебил точно мог туда спрятать. Он мог… У него до большего бы извилин не хватило… Типа ячейку там в банке снять… И прочее…
– Спасибо за идею, – хавать я начинаю быстрее, а она тревожится. – Мне нужно будет отъехать…
– Нет, погоди…
– Да!
– Я с тобой поеду…
– Да ёб твою мать, кудряшка… Я в поводыре не нуждаюсь.
– Я не собака, Адам! – огрызается на меня, заставив засмеяться…
– Не собака, не собака… Просто милая похотливая сучка… Ваф, ваф, ваф…
Она тут же замахивается снова, но я перехватываю руку в воздухе.
– Ац… А-яй-яй… Если ударишь, я предупредил тебя… Будет плохо, Алёна… или очень хорошо, с какой стороны посмотреть. Может, ты нарочно это делаешь, а?
– Отстань, а! – вырывает свою паклю и психованно идёт куда-то, вздёрнув свой нос.
– Ну и чё… Куда пошла то?! Обижонку только не надо врубать, да? Ни один мужик этого не любит, Алёнка! А от тебя могут сразу два уйти, задумайся!
– Я одеваться пошла, придурок, блин! – рычит она из спальни, пока я ржу на всю квартиру, как сумасшедший… Или не «как» вовсе…
Глава 32.
Алёна Ветошникова
Я одеваюсь, и сердце в груди никак не может найти себе место… Ума не приложу как быть и что делать теперь. Куда он там собрался, блин?! И правильно ли я поступаю, что собираюсь идти туда с ним? Но, с другой стороны, отпустить его, значит, вообще не иметь ни малейшего понятия, где тело моего парня в данный момент, а это сильно меня тревожит. Он же всё делает нарочно.
– Я всё…
– А ты всегда одеваешься, как пацан, да? Где юбки, блядь, где голые ноги, я нихуя не пойму…
– Иди в жопу!
– А, да я только недавно оттуда… Ништяк было, кстати. Из тебя больше не вытекает? – подмигивает мне, и у меня желание долбануть ему со всей силы по голове. Козлина, блин. Моральный урод.
– Идём или нет?
– Идём, конечно… – пропускает меня первой. – Это чтобы мне больше ничего не прилетело. К тебе опасно спиной поворачиваться. Не равен час там окажется нож…
– Не гунди, а иди давай, – обхватив его за кофту, тащу за собой, а он хохочет… В лифте опять придавливает меня к панели управления. Даже дышать не даёт.
– Адам…
– Поцелуй…
– Нет, не буду. Ты не заслужил вообще.
– М… Его ты просто так целуешь…
– Потому что люблю его…
– Ой, всё, блядь, захлопнись, – обхватив меня за подбородок, резко толкает язык в мой рот, заставив замычать. Пыхчу, схватив его за грудки, а потом его слюна, словно парализующий яд проникает внутрь моей нервной системы и… Пиши пропало… Мне это нравится… Я целуюсь с ним, словно озабоченная, пока двери лифта не открываются… Он отрывается от меня с тёмными покрытыми мглой глазами, хватает за руку и тащит из лифта…
Молчу… Он ведёт себя максимально уверенно и так дерзко, что я теряюсь рядом с ним. Не понимая, как и кем себя ощущать… Будто бы мой парень, блин. А на деле… Мы оба в какой-то клетке с ним.
– Садись, – хлопает дверью машины.
Я пристёгиваюсь, жду его… Когда он покурит, блин… А затем он садится за руль.
– Я не понимаю, зачем ты дымишь…
– Твой сладкий тоже дымил раньше…
– Что? Не верю…
– Пффф… Ясно. Ну не хочешь – не верь, мне то что… – он отъезжает, и я смотрю на него.
– Куда мы едем?
– В одно место, где могут быть мои бабки. Поможешь мне…
– И что же тогда… Ты найдёшь их… И…
– Что и?
– Ну что будет… Ты что-то купишь?
– Ага, собственный наркосиндикат…
– Что?!
– Это шутка, Алёна. Это на приятное времяпрепровождение… Чтобы можно было интересно жить… Выгуливать тёлочек… Вроде тебя.
Он ухмыляется, я стискиваю кулаки. Так бы и треснула… Отворачиваюсь и смотрю в окно.
– Если ты будешь мне давать, тогда я… Обдумаю предложение о верности…
– Чего?!
– Того… Ты мне даёшь… Ему – нет. Всё просто…
– Хах! Иди ты на хер, Адам! Ясно?!
– Ок, ясно… Буду ебать всё, что движется…
– Сволочь! – заряжаю ему по руке со всей силы.
– Слышь, я за рулем так то… Аккуратнее…
Всю последующую дорогу мы молчим, а потом доезжаем до какого-то полузаброшенного гаражного кооператива. Мне даже на секунду кажется, что он привёз меня сюда, чтобы убить без свидетелей… Настолько тут стрёмно…
– Где это мы…
– У нас тут гараж… Сиди здесь…
– Ладно…
Жду, когда он откроет и позовёт… Не похоже, что кто-то ездил сюда в последнее время по правде говоря… И когда он открывает, позвав меня, он говорит мне то же самое.
– Тут земля скопилась… Вряд ли он был тут…
– Но я хочу посмотреть всё равно…
– Разумеется… Там, кстати, диван есть неплохой… – ухмыляется, но я прохожу мимо и закатываю глаза, заходя внутрь. Тут холодно… Но столько всего…
– С ума сойти…
– Старые шмотки, фотографии… А… Его альбом, кстати, – швыряет мне небольшой фотоальбом в руки, и я кое-как успеваю поймать.
– А почему он хранит его здесь? А не дома…
– Потому что его это триггерит, сто раз говорил…
– Ясно… Это ваша мама?
– Ага…
– А это… Это кто?
– Это её сестра… Тётя… Хрен пойми, уже не помню… Это у него в голове надо копаться…
– М-м-м… – рассматривая множество фотографий, пока Адам роется в закромах, я пытаюсь найти хоть что-то, что поможет мне понять, как помочь своему любимому, а потом вижу, как Адам достаёт откуда-то деньги…
– Ты нашёл их???
– Нет. Это мои старые. Их не так много здесь…
Смотрю на эти свёрнутые пачки и боюсь предположить, сколько было там…
– А что ещё тут есть…? Может документы о его лечении или…
– А… Ну и это есть, конечно, кудряшка… Хочешь получить?
– Хочу…
– М-м-м, – ухмылка тут же растягивает его пухлые губы. – А на что ради этого готова?
– Вмазать тебе по морде!
Он тут же идёт на меня, напугав до чёртиков. Я даже теряюсь, замерев перед ним, словно маленький зверек при броске хищника. Сердце колотится, будто одурелое. А он хватает за руку, глядя мне в глаза.
– Хочешь втереться мне в доверие, чтобы просто слить меня, да? Зря так стараешься… Тебе не понравится то, что ты увидишь…
– Отпусти меня…
– Отпущу… Мне-то что… Это же не я тебя выбрал…
– Мы полюбили друг друга и у тебя в целом вообще нет выбора, ясно?! Это судьба!
– Полюбили, ага… Судьба… – с сарказмом выдавливает он, закатывая глаза.
– Зачем ты морочишь мне голову?!
– Я не морочу, солнышко… Но тебе не казалось странным, откуда Глеб вдруг появился… Такой внимательный, честный, прекрасный… Знает всё, что ты любишь… Ухаживает, дарит цветы, готовит…
– Звучит, как комплимент в его адрес…
– Нет, малыш, это не он… Хотя если ты любишь сталкинг, тогда вполне…
– Что?
– Ой… Я сказал это вслух? – придуривается он, отвернувшись от меня и тут же продолжает что-то искать. – Куда я, блядь, дел ключ на пятнадцать, а…
– Адам! – хватаю я его за рукав куртки. – Что это значит?! Какой сталкинг?!
– Милая моя… Уже интересно, да? – склоняется к моему уху. – Он выбрал тебя уже давно. Ходил за тобой… Смотрел. Изучал… Твои соцсети, где ты живёшь, даже про скандалы с родителями знал… Цветы, сладкое, еда… Неожиданно, правда?
От этих слов всё внутри покрывается ледяной коркой… Я не могу дышать… И будто начинаю тонуть прямо на месте…
Глава 33.
Алёна Вишнякова
– Ты лжёшь!
– Не-а… Вообще не собирался даже…
– Как же… Как… Я не понимаю, как он мог так… – бормочу растерянно и чувствую давление в области рёбер. Мне стоит ему верить? Он ведь может врать, да?! Он может, наверное?!
Я начинаю задыхаться… И оседать на корточки, а Адам тут же оборачивается и идёт ко мне, схватив за плечо.
– Слышь… Ты чё? Не откинься только тут, ладно? Ну последил пацан малёха, что с того… Чё ты сразу поплыла-то…
– Я тебя сейчас убью вместе с ним! – кидаюсь на него с кулаками и начинаю бить его, получается так, что он обхватывает мои руки, и я заваливаюсь на него, опрокинув спиной прямо на пол в грязном пыльном гараже. Разумеется, у Адама такой вид, что меня всю прошивает молниями. Я понимаю, что он и не виноват вроде, но я их обоих ненавижу уже… – Вы мне всю жизнь испортили!
Он начинает ржать над этой фразой, а я плакать… Не могу перестать плакать… Реву, а потом просто жмусь к нему. Носом к вороту его толстовки, ощущая, как он гладит мой затылок сзади.
– Да ладно тебе, биполярка лечится… И тебя вылечат, малыш, всё будет хорошо.
– Заткнись! – ударяю его снова кулаком. – Ты ничего не понимаешь о моих чувствах! Это не честно! Я тоже живая!
– Так и я живой… А ты мне его заслуги приписываешь… Я этого не делал. У меня были другие интересы в жизни. Я как бы зарабатывал, между прочим!
– Противозаконно зарабатывал!
– А вот это тебя вообще не касается, поняла меня? – резко схватив меня за плечи, сдавливает, а потом нюхает мои волосы. – Давай ебаться, а… Я возбудился…
– Да пошёл ты! Я вообще ухожу отсюда… Можешь передать ему, что меня в вашей жизни больше не будет! – дёргаюсь, но он не отпускает. Держит намертво.
– Э… Не-не-не… Надо было раньше спрыгивать, сейчас уже я тебя сам не отпущу.
– Чего?! Ты, верно, оглох?! Я тебя отпускаю к твоим шалавам, блин! Можешь делать что захочешь! Так же, как и он! – выдаю, но чувствую, что это не спасло ситуацию. Более того, он стискивает челюсть.
– Блядь, как завелась-то, а… Чё ты так взбеленилась… Хочешь или нет, ты тоже должна мне денег. Плюс ты связываешь нас с ним. Как я, по-твоему, должен с ним общаться?!
– Через смс-ки, блин! Я верю в тебя, ты способный!
– Блядь… Сиди, я сказал, – рычит на меня и смотрит сердитыми глазами. Готова поклясться, что он не спроста так дёргается… Неужели тоже что-то ощущает? У меня сердце в истерике бьётся, когда он меня держит и не отпускает…
Глаза слезятся, потому что я не ожидала такой фигни от Глеба… Обдумывая это, я пытаюсь понять, что это меняет… Вроде бы ничего… Но просто я реально думала, что это судьба, что мы встретились… А вдруг он притворяется вообще? Таким хорошим…
– У тебя на лице написано, что ты уходить не желаешь… Зачем ебёшь мне мозги своими манипуляциями, а? Кудряшка… – он сжимает мою задницу, я тянусь к нему губами, и мы снова начинаем целоваться. От гаража несёт сыростью, холодом, а ещё бензином, но… Когда я сижу на нём, у меня ощущение, что я в тёплой постельке под одеялом. Я реально ощущаю себя в комфорте… Чувствую, как его руки приподнимают меня, и он встаёт вместе со мной, потащив меня в сторону того самого дивана, о котором говорил.
– Я не могу… Не могу тут, Адам… Слышишь? – спрашиваю, когда он заваливается на него вместе со мной, продолжая целовать. Я седлаю его. По телу что-то пробегает…
– Красивая такая… Ты такая красивая… И так пахнешь… – он ныряет носом в мою шею… Сжимает волосы… Я чувствую, что если сейчас не займусь с ним сексом, сама взорвусь, блин… Поэтому тянусь к его штанам, начав расстёгивать ремень, и когда только-только собираюсь дёрнуть вниз трусы, меня резко хватают за плечи.
– Какого хрена?! Алёна?! – в ужасе я поднимаю глаза и понимаю, что он переключился… О, Господи… Боже мой, что за хрень собачья вообще?! Как это возможно?!
– Глеб…
– Чё… За… Где мы, блядь?! Это… Вы что?! Вы с ним… Ебётесь, что ли, пока я сплю?!
Я тут же слезаю с него и отодвигаюсь назад…
– Слушай… Сейчас просто послушай меня, ладно?!
– Хули тут слушать?! О том как моя девушка ебётся с моей второй личностью, ты серьёзно?! – огрызается он, резко встав с дивана, и я вздрагиваю. Мне так неприятно, блин… Хотя вроде бы всё именно так…
– Глеб, это твоё тело…
– Но это не я! Я в ахуе просто, Алёна!
– Я тоже…
– Нет, послушай, – перебивает он, но тогда и меня срывает с петель.
– Нет, это ты послушай! Ты намеренно ввязал меня в это дерьмо! Ты мог этого не делать! Но ты, зная, что болеешь, взял и ввязал! А теперь ещё и пытаешься переложить на меня всю ответственность за мои чувства к тебе!
– Потому что влюбился в тебя с первого взгляда и не мог забыть!
– Да?! Когда это было?! – выпаливаю я, срываясь на крик.
– В библиотеке, когда…
– Врёшь! Сволочь, ты врёшь! – я срываюсь и несколько раз даю ему кулаками по груди. Он явно этого не ожидал, потому что это не входило в наш с ним стандартный набор поведения… Мы ведь не такие вовсе… Это с Адамом у меня так постоянно… Но не с ним. Я дышу через раз. У меня ноздри раздувает от гнева. – Он мне всё рассказал! Про то, что ты следил за мной! Ясно?!
Глеб молчит… Но я по его лицу вижу, что он напрягается. Смотрит на меня так сердито и с ненавистью… Умом я же понимаю, что я будто ему изменяю, но… Физически ведь это не так вовсе… Я совсем запуталась…
– Глеб… Зачем ты это сделал…
– Малыш… Я… – подбирает он слова, а потом устало потирает виноватое лицо. – Бляяядь…
– Когда это было твоё «с первого взгляда»?! Потому что очевидно, что у нас это разное время… Глеб…
Он поднимает на меня напряженный взгляд и хмурится…
– Третьего мая… Возле библиотеки твоего универа…
Я молчу, проглатывая ком… Слёзы обжигают кожу на лице. Я знаю, что это ничего не меняет. Любовь к нему сильнее этого, но… Мне становится действительно не по себе, когда я понимаю, что Адам сказал мне правду и мне придётся с этим жить…
