Текст книги "Расколотые небеса (ЛП)"

Автор книги: К. М. Дэвидсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 35 страниц)

ГЛАВА 20

СИБИЛ

Змей летел низко над горными вершинами, приближаясь к месту назначения. Прохладный воздух ласкал ее крылья, пока она прижимала их ближе к телу, чтобы направиться по траектории. Ветер, пролетающий мимо, был успокаивающим звуком, взывающим к ее внутреннему одиночному стремлению.

Небольшая деревня увеличивалась по мере приближения. Шлейфы дыма растворялись в небе из коротких труб, воздух смешивался с ароматами обугленного дерева, пшеницы и овощей. Самыми резкими запахами, однако, были розмарин, лаванда, мирра и ладан, все они маскировали лежащий в основе острый запах тления.

Змей свернул вправо, направляясь к небольшому участку земли рядом с домом, где ей предстояло встретить иностранного лорда, который вызвал ее. Прежде чем опуститься на землю, она откинула грудь и длинную шею назад, вытянув задние ноги.

Ее ноги ударились о землю с оглушительным грохотом, от которого содрогнулся ближайший дом, а затем впились передние когти. Ее первобытный инстинкт воспротивился мысли о возвращении в смертную форму, жаждая остаться в этом предпочтительном зверином теле.

Смертная душа внутри требовала превращения. Она расправила крылья, в последний раз напрягла мускулы, прежде чем они исчезли внутри. Каждая клетка сжалась, давление в теле нарастало…

Сибил резко вернулась в свою смертную форму, на мгновение пошатнувшись, пока обретала равновесие на двух смертных ногах без веса крыльев на спине. Она встряхнула плечами от ощущения фантомных конечностей, покрутила шеей, чтобы сосредоточить разум. Она сдержала импульс немедленно перейти в оборону и зарычать на первого, кто приблизится.

– Мы редко видим змеев в этой части Алланиса, – раздался глубокий, хриплый голос через заросший газон.

Сибил медленно повернулась на каблуках, борясь с войной между ее смертной и змеиной сторонами. Она встретила мягкие глаза довольно крупного мужчины, который приближался к ней, как к испуганному животному.

– Удивлена, учитывая, что Ротерхэмы правят от Дома Ехидны, – сказала она с натянутой улыбкой. – Разве они не навещают в своих Лемурийских формах?

Мужчина тяжело вздохнул, покачал головой с плотно сжатой улыбкой.

– Боюсь, что нет. Они не часто удостаивают нас своим присутствием, поэтому я и вызвал вашу помощь в этом деле. Вы – ближайший эксперт, и ваше имя было рекомендовано с большим уважением.

Сибил нахмурилась при этом, подходя к мужчине, но две фигуры, крадущиеся у входа в дом, привлекли ее внимание. Она узнала бы более низкую из них где угодно.

– Вижу, вы также вызвали Принца Пирса Каррафима и Сэра Гаврила Фариса?

– Верно. – Мужчина настороженно оглянулся через плечо, жестом приглашая Сибил следовать за ним. – Где же мои манеры? Я знаю, что вызвал вас письмом, но, полагаю, будет правильно представиться. – Он протянул руку, пока они шли, которую Сибил почтительно приняла. – Лорд Кайус Фарран из Гиты, мадам.

– Приятно познакомиться, – пробормотала она, убрав руку за спину. – К счастью, я уверена, вы хорошо знаете, кто я, благодаря моему появлению.

– Знаменитая Лемурийка и Андромедианка, Сибил. – Он усмехнулся, косясь на нее. Ее улыбка сорвалась, когда он продолжил: – Основательница Дома Ехидны, Пророчица и Зеленый Змей.

– Очень впечатляет. – Она усмехнулась, склонив голову в знак признательности. – В наши дни, кажется, большинству людей удобно обращаться ко мне только под одним титулом вместо другого. Вы можете просто называть меня Сибил в разговоре.

Пирс и Гаврил встали по стойке смирно, когда она и Лорд Кайус приблизились, игривая усмешка дергала уголок губ Гаврила. Сибил сузила на него глаза.

В своей жизни она терпела очень немногих. Она могла бы легко перечислить тех, кого допускала близко, и в этот список последние несколько сотен лет в основном входило семейство Каррафимов.

До того, как на Сибил напал змей в молодости, она родилась и выросла в Эльдамайне. Однако после того, как Морана слила ее душу со змеем, она провела детство и юность в Эонии вместе с Астерией.

Когда Астерия начала навещать Авиш, единственным троном, на котором изначально восседали Сирианцы, был трон Эльдамайна. Так вышло, что именно она привезла Сибил на встречу со старым семейством Каррафимов все те века назад, и что-то в этом семействе нашло в ней отклик.

Может, то была воля Судьбы, или же их семья источала щедрость, но с того знаменательного дня Сибил всегда питала слабость к этому семейству, включая нынешнее поколение принцев.

Гаврил, однако, не был Каррафимом и происходил из Дома Арго. Она никогда не любила водных народ, особенно потому, что они обычно были увлечены Неном, которого она презирала. К счастью, Гаврил, похоже, не разделял страсти своего народа к Лиранцам.

Тем не менее, он был настырным ублюдком, которого Сибил находила более раздражающим, чем что-либо еще.

Увы, Пирс любил его довольно глубоко, поэтому Сибил всегда находила последние крупицы терпения, когда Гаврил был рядом.

Но только ради Пирса.

– Я не совсем привык видеть тебя по профессиональным вопросам, Сибил, – сказал Пирс, слегка поклонившись. – Опять же, мы не виделись так часто за последние несколько лет, как раньше.

– Желаю, чтобы наши последние встречи не были такими… – Сибил и Пирс обменялись понимающими взглядами, в то время как Лорд Кайус прокашлялся.

– Давайте пройдем внутрь, – настоял лорд, направляя их к задней двери. – Я проведу вас в покои Целителя.

Сибил, Пирс и Гаврил с любопытством переглянулись, но последовали за Лордом Каем, пока он объяснял, почему попросил их приехать.

– Принц Квинтин недавно отправил приглашение поужинать с вашей семьей в честь восьмого дня рождения нашего сына, – начал он, казалось, обращаясь к Пирсу, – но мне пришлось вежливо отказаться из-за состояния Гиты. Было бы неразумно отправляться на роскошный ужин с королевской семьей, пока мои горожане страдают.

Лорд Кайус бросил им мрачную улыбку.

– Когда я сказал об этом вашему брату, он предложил отправить вас, Принц Пирс, проверить и посмотреть, может ли Эльдамайн чем-то помочь. Я сказал ему, что не уверен, можно ли что-то сделать с королевскими расходами, учитывая, что это, похоже, какая-то инфекция, но что ты более чем желанный гость.

Лорд Кайус остановился перед арочной деревянной дверью, вздохнул, глядя на Сибил.

– При упоминании инфекции Принц Квинтин сказал, что у него есть связь с вами, и предложил вашу помощь в этом деле, поскольку вы одна из старейших Андромедианок. И вот мы здесь сегодня.

– Вы сказали инфекция? – спросил Гаврил, склонив голову, жабры трепетали. – Какая инфекция?

– Мы никогда не видели ничего подобного, – тихо сказал Лорд Кайус, наклоняясь ближе к троим. – Что усугубляет ситуацию, так это то, что это, кажется, изолировано только с людьми. Ни Лемурийцы, ни Сирианцы, живущие здесь, не пострадали. Вы должны увидеть это своими глазами. Я не могу войти, потому что боюсь, что слишком часто подвергал себя риску, и не хочу…

Пирс твердо положил руку на плечо Лорда Кая, предложив ему мрачную улыбку.

– Не стыдись страха перед смертностью. Мы все боимся смерти. Первый мужчина, который скажет тебе, что не боится, – лжец.

Лорд Кайус решительно кивнул. Он встретился взглядом с каждым из них, прежде чем осторожно постучать в дверь. Почти мгновенно дверь приоткрылась, и в щель выглянула Сирианка. Она нахмурилась, увидев Сибил, Пирса и Гаврила, но, заметив лорда Кайуса, успокоилась.

– Мой Лорд, – поприветствовала она, поклонившись, полностью открывая дверь. – Могу я предположить, что это принц Каррафим и его Зеленый Змей?

– Я не его, – быстро поправила Сибил вполголоса. Краем глаза она поклялась, что Пирс вздрогнул.

– Пожалуйста, покажите им последнюю жертву, Сюзан, – тихо сказал Лорд. Он положил руку на лопатку Сибил. – Не чувствуйте себя обязанными помогать, Сибил. Любой свет, который вы можете пролить на эту болезнь для Сюзан, очень ценится.

– Ваше Высочество, – сказала Сюзан Пирсу, глубоко присев, прежде чем махнуть рукой за собой в комнату. – Если вы все пойдете сюда.

Сибил украдкой бросила последний взгляд на Лорда Кая, ее чувства обострились, когда она уловила запах страха, исходящий от него и Сюзан. Какой бы ни была эта болезнь, это было то, что Сирианскому Целителю еще не удалось разгадать, и это, казалось, пугало их обоих.

Это определенно вывело Сибил из равновесия.

Она и Пирс подошли бок о бок к каменному столу посреди комнаты, окруженному стенами с перевязочными материалами, травами и другими помеченными эликсирами. Гаврил разглядывал их, изучая различные инструменты и полки.

На столе лежала простыня, покрывающая силуэт человека, забрызганный тем, что могло быть засохшей кровью, пятна почти черные.

– Должна предупредить вас, это тревожное зрелище, – начала Сюзан, сжимая край простыни дрожащей рукой. Сибил непреднамеренно придвинулась ближе к Пирсу, их руки коснулись от близости. Он взглянул на нее краем глаза. – Я ничего не могу сказать, чтобы подготовить…

Крики протеста из коридора прервали Сюзан.

Гаврил мгновенно обнажил меч, а Пирс призвал Энергию, встав защитной стеной перед Сузане и Сибил. Дверь распахнулась, и в проеме самодовольно замерла слишком знакомая фигура, в то время как Лорд Кайус что-то бормотал позади нее.

– Эндора, – сказала Сибил, сужая глаза на свою отчужденную сестру. – Любопытно, что ты приехала из Эфирии, чтобы… – Сибил приподняла бровь. – Зачем ты здесь?

– Я объезжаю различные королевства, расследуя болезнь, похожую на ту, что поразила Эфирию, – объяснила Эндора, входя в комнату. Она сердито посмотрела на Пирса и Гаврила, которые осторожно опустили мечи. – Не нужно насилия, джентльмены. Я здесь просто от имени Королевы Эфирии, чтобы подтвердить или опровергнуть, распространилась ли Обсидиановая Чума так далеко на север.

– Обсидиановая Чума? – Пирс обменялся вопросительным взглядом с Сибил, но она пожала плечами. Это было то, о чем она раньше не слышала.

– Если можно, тогда, – сказала Сюзан, раздраженно вздохнув. Она осторожно откинула покрывало, и она была права.

Ничто не могло подготовить Сибил к тому, что она увидела.

То, что она приняла за засохшую кровь, было кровью, но она казалась черной, потому что кровь этой жертвы была черной. Вены резко выделялись на посеревшей коже трупа, слегка приподнятые под кожей, словно чернильные лозы. Запах был резким, как уксус, что было странно для разлагающегося тела. Еще страннее было то, что он напомнил ей привкус во рту после пробуждения от кошмаров ее видений.

Сибил отшатнулась назад, наткнувшись на грудь Пирса, тот удержал ее, положив руку на плечо, и сглотнул.

– Что, во имя херовых Богов? – пробормотал Гаврил, нерешительно глядя на Сибил. – Ты видела что-нибудь подобное раньше?

– Ни разу за мои шестьсот лет существования я не видела ничего подобного, – прошептала она, медленно качая головой.

– Это еще не все, – сказала Сюзан, доставая банку с прилавка. Она передала ее Сибил и обратила ее внимание на Эндору. – Теперь я понимаю, почему ваш народ называет это Обсидиановой Чумой. Это то, что вы испытываете в Эфирии, верно?

Эндора казалась невозмутимой от увиденного, что подтверждало: болезнь поразила не только Гиту.

Сибил держала банку на вытянутой руке, подняв ее к свету. Сначала ей показалось, что это крупные черные камни. Приглядевшись, она с ужасом поняла, что угадывает очертания сердца и печени.

– Это их органы? – спросила Сибил, ее голос был тихим от шока. – Я не понимаю…

– То, что мы обнаружили в Эфирии, – это то, что жертва заражается этой болезнью через прием пищи или открытую рану, – объяснила Эндора, ее лицо бесстрастно, как будто она повторяла это много раз. – Недавние эксперименты показали, что инкубационный период длится почти целые сутки. Как только индивид заражен, болезнь распространяется по кровотоку к органам. Она превращает их в твердые камни, похожие на…

– Обсидиан, – закончил за нее Пирс, его взгляд перескакивал с тела на банку и на Эндору. – Вы, кажется, хорошо осведомлены об этой болезни. Почему Эфирия не поделилась своими находками с остальным континентом?

– Мы не были уверены, как далеко она распространилась. – Эндора пожала плечами, махнув рукой в сторону тела. – Зачем создавать массовую истерию, если это изолировано только с людьми и одной страной?

– Я бы предположила, что потому что ты не поделилась своими открытиями, ты не знаешь, как ее лечить. – Сибил сузила взгляд на Эндору, передавая банку обратно Сюзан. – Я права?

Эндора сжала губы, склонив голову.

– Конечно, сестра. Если бы было лечение, Королева Эфирии поделилась бы нашими находками и лекарством, чтобы предотвратить или лечить Чуму.

При упоминании королевы зрение Сибил помутнело, и ее колени задрожали. Боже, пожалуйста.

Она смутно почувствовала, как Пирс подхватил ее, шепча ее имя, и как пальцы сжали ее подбородок. Ее зрение заволокло туманом, когда голос овладел ею, показывая то, что жаждал, чтобы она увидела.

Эндора билась в конвульсиях, повиснув в воздухе, в то время как Эфир бешено кружился вокруг нее. Грудь Эндоры раскрылась, кровь хлынула наружу, и обломки ребер обнажили бьющееся сердце…

Сибил ахнула, придя в себя, дернувшись в объятиях Пирса. Он обхватил ее щеку, ее голова лежала у него на коленях, пока он изучал ее лицо.

– Что ты видела? – резко спросила Эндора, оттолкнув голову Пирса и заслоняя обзор Сибил.

Сибил в замешательстве покачала головой, но не могла вымолвить ни слова. Она открывала и закрывала рот, пытаясь объяснить произошедшее, но в конечном счете Судьба отказала ей в этом.

Наконец она вздохнула, сдавшись.

– Я не могу сказать.

– Бесполезная, – прошипела Эндора, отступив, чтобы позволить Гаврилу подойти.

Он протянул Сибил руки с вопросительно приподнятой бровью. Она кивнула, вложила свои ладони в его, и он легко поднял ее на ноги. Она оперлась рукой о его предплечье, чтобы обрести равновесие.

– Я советую избавиться от тела, – объяснила Эндора Сюзан, направляясь к двери. – Мы можем заверить, что у трона Эфирии достаточно ресурсов для расследования этой болезни, и мы продвинулись в наших исследованиях дальше, чем вы могли бы догнать.

– Надеюсь, ты не воскрешала мертвых, чтобы узнать, как они столкнулись с этой болезнью, Эндора, – предупредила Сибил, потирая шею. – Мать была бы в ярости, как и остальные Лиранцы.

Эндора предложила плотно сжатую улыбку, щурясь на Сибил, усмехаясь.

– Ценю напоминание, сестра.

С этими словами Эндора вышла из комнаты, хлопнув дверью за собой.

Сибил показалось весьма подозрительным, что королева Фиби не сказала бы об этом другим королевствам. Если ее сестра приехала так далеко лишь для того, чтобы подтвердить или опровергнуть, что это Обсидиановая Чума, значит, болезнь, несомненно, поразила и другие деревни на континенте. В тот момент, когда она вышла за пределы Эфирии, все страны должны были быть предупреждены.

Что означало, что Эфирия или Эндора – или обе – что-то скрывают.

– Не трогайте тело! – выпалила Сибил, протянув руку туда, где Сюзан накрывала его простыней. – Я еще не закончила свои исследования.

– Но Эндора…

– Есть еще тот, кто может дать ответы на это, – сказала Сибил, но ее голос прозвучал монотонно, что означало, что Судьба закладывала мысль в ее разум. Сибил повернулась к Пирсу, который поднял брови. – Позови Астерию.

Пирс резко откинул голову, как будто она ударила его.

– Прошу прощения?

– Сирианцы могут призвать Астерию. – Сибил указала на лоб Пирса, где его Знак выделялся на его загорелой коже. – Так что, призови ее.

– У меня нет Эфира, – протянул Пирс. – Астерия сказала использовать Эфир, который есть только у моих братьев.

Сибил вздохнула, закатив глаза.

– Астерия владеет и тем, и другим. Сделай, как она велела, но используй Энергию.

Пирс с подозрением посмотрел на Сибил, но сделал, как было сказано, и создал шар Энергии в руке, закрыв глаза.

Гаврил наклонился к Сибил, изучая ее лицо.

– Как Астерия может быть полезной?

– Не уверена, – тихо призналась Сибил, встречая эти лавандовые глаза. – Но Судьба считает, что она знает.

ГЛАВА 21

СИБИЛ

Астерия появилась в покоях Целительницы почти мгновенно.

Сибил подавила улыбку, когда Астерия замерла, согнув локти у пояса, и медленно огляделась, словно ожидая, что из ниоткуда появится нечто и нападет на нее.

Ее взгляд встретился с Пирсом, Гаврилом, а затем с Сибил, ее руки упали вдоль тела с расслабленным выражением.

Сюзан тут же опустилась на колено, и Сибил приготовилась.

– Леди Астерия…

– Нет! – выпалила Астерия, указывая на нее пальцем. Она рванулась к Целительнице и помогла ей подняться на ноги. – Никаких церемоний, прошу.

Сюзан пробормотала извинения, глядя на Сибил умоляющими глазами. Астерия проследила за ее взглядом, и ее лицо снова исказилось недовольной гримасой, когда она вновь увидела Пирса и Гаврила, словно забыв, что они здесь.

– Зачем ты призвал меня в… – Астерия запнулась, искоса посмотрев на Сюзан.

– Алланис, моя… – Сюзан замолчала, когда Астерия нахмурилась еще сильнее. – Алланис. А именно, в Гиту.

– Ты с ума сошел? – воскликнула Астерия, разведя руки в сторону Пирса. – Ты знаешь, насколько странным будет выглядеть мое присутствие в Алланисе? Это могут неверно понять.

Пирс поднял руки в знак капитуляции, указывая пальцем на Сибил. – Она заставила меня сделать это.

Сибил фыркнула с недоверием, глядя на Пирса.

– Не используй меня в качестве козла отпущения!

– А ты что здесь делаешь? – спросила ее Астерия, поджав губы и жестом указав на Сибил. Она фыркнула, затем в отчаянии развела руками. – Вообще, зачем вы все здесь?

– Есть совершенно логичное объяснение, – начала Сибил, шагнув к Астерии. Она схватила ее за локоть, потащив к трупу. – Нас призвал Лорд Кайус, чтобы расследовать странную болезнь, распространяющуюся среди людей. Мы прибыли сюда, и Сюзан… – Сибил махнула рукой в сторону Целительницы – …показала нам тело недавней жертвы. Но, что подозрительно, вскоре появилась Эндора.

– Эндора? – Астерия вздрогнула, ее бурлящие чисто-голубые глаза прищурились. – Какого хера она здесь делала?

Сибил бросила на Астерию недоверчивый взгляд.

– Она сказала, что в Эфирии наблюдается похожее заболевание, и она хотела убедиться, что оно то же самое.

– Она проделала весь путь из Эфирии? – Астерия скривила губу, качая головой. – Это довольно странный поступок.

– Именно так я и подумала, – продолжила Сибил, жестом указывая на стол. – Не знаю почему, но Судьба посчитала, что ты сможешь помочь в определении этой болезни.

– Эндора назвала ее Обсидиановой Чумой. Она не сказала, как долго она в Эфирии, но, похоже, времени хватило, чтобы она провела исследования. Она считает, что они гораздо более продвинутые, чем то, что Сюзан может сделать с моей помощью, и что она поделится своими находками.

– В этом я сомневаюсь, – пробормотала Астерия. Она подошла к краю стола, склонив голову.

– Это органы, – вмешалась Сюзан, сунув Астерии проклятую стеклянную банку.

Та отшатнулась с гримасой, но затем ее лицо потемнело, а тело застыло рядом с Сибил. Сибил внимательно следила за ее выражением, пока Лиранка выхватывала банку из рук Целительницы, поворачивая ее под разными углами. Ее глаза мерцали, словно звезды, появляющиеся в ночном небе.

– Ты звал меня? – сказала Астерия, глядя на Пирса. Он кивнул, затем она перевела взгляд на Сюзан. – А ты Целительница, значит, не можешь управлять Эфиром.

Когда Сюзан покачала головой в подтверждение, свет в глазах Астерии померк.

– Этого не может быть, – прошептала Астерия, с потупленным взором возвращая банку Сюзан. – Ты случайно не взяла образец крови, прежде чем она затвердела?

– Мне удалось извлечь немного до того, как этот пациент скончался. – Она бросилась к шкафу, осторожно поставив банку на полку.

– Как ты думаешь, что это? – спросила Сибил, наклонившись к Астерии, пока они смотрели на жертву.

Астерия сглотнула так, что было слышно, несколько раз открывая и закрывая рот, прежде чем наконец прошептать:

– Боюсь, я знаю, что это такое, и молюсь Богам наверху, чтобы я ошибалась.

Сюзан вернулась с маленьким флаконом, похожим на черные чернила, и протянула его через тело. Астерия взяла его и вытащила пробку. Держа флакон перед собой, она навела руку над отверстием, ее лицо было напряжено в концентрации.

Чернильная субстанция выползла из флакона, заплескавшись на ладони Астерии, и Сибил ахнула. Даже Гаврил выругался под нос, а Пирс придвинулся ближе к Сибил, так что его грудь коснулась ее спины.

– Ради Богов… – Пирс запнулся, и Сибил почувствовала, как он поморщился. – Прости, Астерия. Что за хрень?

– Это Эфир, – объяснила Астерия, отпрянув и вытирая руку о простыню, покрывавшую труп. – Кто-то использовал его в гнусных целях.

Сибил оперлась рукой о Пирса, обхватив его запястье за своей спиной, так как ее зрение снова поплыло. Он перевернул ладонь, чтобы сжать ее руку, снова поддерживая ее, а другой рукой крепко держал ее за талию.

Прикосновение жгло сквозь ее платье, в животе заколотились бабочки.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он Астерию. Сибил взглянула на него через плечо, сжимая хватку, так как ее зрение еще не полностью прояснилось от тумана другого надвигающегося видения.

– В том, что я сказала, нет ничего непонятного и запутанного. – Астерия отступила от трупа, синее сияние ее божественной формы проглядывало из-под кожи. – Эфир используется как зараза.

Сибил знала, что их Путь балансирует на грани, образ в ее сознании прыгал от увиденного Пророчества к другому, где Существа сосуществуют, а затем – к третьему, где Лемурийцы заболевают и заковывают людей в цепи.

Эндора намекала, что Обсидиановая Чума была в Эфирии довольно долгое время, возможно, до встречи с Лиранцами. Если это правда, Сибил знала без сомнения, что Пророчество было порождением этой болезни.

Сибил встретила взгляд Астерии, и ужас накрыл ее.

– Я же говорила тебе, что Пророчество – следствие того, что уже запущено.

– Мне понадобится, чтобы кто-то из вас объяснил, что происходит, – прервал Гаврил, проводя рукой в пространстве между ними. Сибил и Пирс отступили друг от друга, пока Сюзан стояла в стороне, мягко прижав руку к губам. – Что значит ‘уже запущено’?

– Война, о которой вы беспокоились, уже началась, – сказала Астерия, озвучивая мысли Сибил. – Боюсь, она началась задолго до встречи Лиранцев. Сибил предположила, что ее видение возникло, потому что кто-то уже совершил действие, которое приведет к исчезновению различных Существ. Это – доказательство, что она может быть права.

– Ты думаешь, это дело рук Богов? – спросил Пирс, его дыхание коснулось шеи Сибил.

– Это либо Лиранцы, либо Сирианцы, исполняющие волю от имени Лиранцев, – уточнила Сибил, глядя на осунувшееся лицо Астерии. – Потому что если Лиранцы не завербовали Сирианцев в свое дело, то лишь один Лиранец способен владеть Эфиром таким образом.

Пустая маска покрыла лицо Астерии.

Сибил понимала, что та ведет внутреннюю борьбу с мыслью, что за этим стоит Галлус. Ее сердце болело за сестру и лучшую подругу. Астерия слишком хорошо знала, что такое предательство – между ее матерью, Родом и отцом, – и последний только что совершил его снова.

– Либо Галлус использует Эфир, чтобы заражать людей, либо он научил преданных ему и делу Сирианцев делать это за него. Астерия сжала кулаки по бокам, медленно вдыхая. – Так или иначе, Галлус замешан. Заражая сначала людей, Лиранцы пытаются сделать их врагами. Вероятно, Галлус следующим шагом начнет распространять болезнь среди Сирианцев или Лемурийцев.

– Лемурийцы могут заразиться этим? – спросил Гаврил, отступая на шаг от трупа.

Сибил инстинктивно тоже отступила, но забыла, что Пирс все еще позади. Ее спина прижалась к его груди, а ягодицы коснулись его бедер. Она задержала дыхание, когда его губы едва коснулись ее уха.

– Я начинаю думать, что ты пытаешься пытать меня, – прошептал Пирс, почти неслышно, пока говорила Астерия. Сибил чуть не взвыла от прикосновения его пальца вдоль ее руки.

– Единственный способ заболеть этой болезнью – если Сирианец, владеющий Эфиром, заразит напрямую, – объяснила Астерия, качая головой. – Эфир не может быть болезнью естественным образом. Его насильно превращают в это состояние, что означает, что его нужно насильно ввести в тело.

– Эндора сказала, что ее исследования показали, что заражение происходит через проглатывание или раны, – сказала Сюзан, теребя руки.

– Если это вывод Эндоры, то она лжет.

Сибил не была удивлена или оскорблена заявлением Астерии. Эндора была известна своим обманом и манипуляциями. Если Фиби поручила Эндоре исследовать эту болезнь, то потому, что Эндора оказала услугу Фиби. Она, вероятно, манипулировала ситуацией таким образом, что получила полный контроль над расследованием.

Сибил также не удивилась бы, если бы Эндора приложила руку к началу заражения, учитывая, что Андромедианка владеет Эфиром наряду со своей некромантией.

– Толпа обвинила бы людей в начале эпидемии, нацелившись на них для расправ. – Пирс уловил ход мыслей Астерии, его голос был тих. – Это довольно медленный процесс для уничтожения всего человечества.

– Галлус не желает полностью истреблять людей, – пробормотала Астерия, и Сибил сузила глаза. – Он желает восстановить баланс среди Существ Авиша. Он сказал, что для этого потребуется медленная струйка, а не грандиозный трюк.

Сибил тяжело вздохнула, медленно моргнув.

– Ты говорила с Галлусом?

– Конечно, я говорила с Галлусом, – выпалила Астерия сквозь стиснутые зубы. Она глубоко вдохнула, успокаиваясь. – Я должна была.

Ей следовало бы знать, что Астерия серьезно настроена на разговор с отцом. Сибил предложила ей легкую улыбку, но, видимо, Астерии не понравилось это внимание, и она поправила платье и волосы.

– Думаю, для договоров может быть уже слишком поздно, – прервал Пирс, выходя из-за спины Сибил и становясь между ней и Гаврилом.

Сибил вспомнила слова лорда на лужайке о королевской семье Алланиса.

– Лорд Кайус намекнул, что Ротерхэмы отстранены от Гиты, что вполне может быть правдой. Думаешь, Зефир уже говорил с ними?

– По более чем одной причине, да. – Астерия на мгновение закрыла глаза, прежде чем кивнуть. – Не сомневаюсь, что он говорил и с Силваном.

– А если Зефир говорил, то и Нен тоже. Гаврил выругался себе под нос.

– Поверь мне… – Астерия уставилась в точку в комнате, прежде чем устремить расширенные глаза на Пирса. – Нен определенно говорил.

– Тогда тебе и Уэллсу нужно взяться за это. – Пирс указал пальцем на Астерию. – Нам нужно собрать всех, кого сможем.

Астерия бросила на Пирса испепеляющий взгляд и подняла руку, от которой исходило слабое голубое сияние.

– Дай мне поговорить с Мораной, Родом и Даникой. Я предупрежу их о наших находках. Остальные Лиранцы все еще не предприняли военных действий, поэтому мы не можем отвечать силой, пока они не начнут. Что мы можем сделать – это выяснить, какие густонаселенные людьми города заражены, и начать распределять лекарство.

– Ты знаешь, как это вылечить? – спросила Сибил, вглядываясь в лицо Астерии.

Та медленно кивнула, ее плечи слегка расслабились.

– Думаю, есть способ. Я посоветуюсь с Даникой, чтобы подтвердить, но я почти уверена.

Астерия перевела взгляд на Сюзан, которая выглядела совершенно испуганной. Она осторожно подошла к Целительнице, протянув руки. Сюзан приняла их и склонилась в объятии.

– Я вернусь с лекарством, – заверила Астерия, выглядя все той благодетельной Богиней, которой она настаивала, что не является. – Полагаю, для него потребуется ваша Энергия. Собери других Сирианцев, владеющих Энергией, которым ты доверяешь, чтобы помочь в применении лекарства, поняла?

– Да, моя Леди. – Сюзан сделала реверанс, когда Астерия отпустила ее руки. Сибил поняла, что Астерия погрузилась в свои мысли, когда не поправила Целительницу за обращение.

– Ты приведешь учеников из школы? – спросил Гаврил, вглядываясь в лицо Астерии. – Мне кажется, они были бы невероятно полезны в этой ситуации.

– Мы оставляем Академию в стороне от этого, – резко сказала она, глаза вспыхнули синим. – На Основном Континенте в каждой стране достаточно Целителей, которые смогут помочь. А пока позвольте вернуть вас в Эльдамайн.

Астерия вернулась туда, где стояла Сибил с Пирсом и Гаврилом. Она взмахнула рукой в пустом пространстве, и портал, дрогнув, открылся. На другой стороне визуализировалась комната, размытая, словно под водой.

Сибил жестом велела мужчинам следовать за ней и шагнула сквозь пелену. Оказавшись по ту сторону, она постаралась удержать равновесие, содрогнувшись от странного покалывания, распространившегося по телу, и давления в грудине при входе в комнату.

Оглядевшись, она узнала приемную во Дворце Аггелос.

Гаврил и Пирс пошатываясь последовали за ней, первый врезался ей в спину. Она резко повернулась к нему, ткнув пальцем ему в лицо с рычанием.

– Не огрызайся на меня, – проворчал Гаврил, покрутив шеей. – Я никогда раньше не пользовался порталами, и не уверен, что хочу повторять.

– Это было не так уж плохо, учитывая, что поездка в Гиту заняла у нас дни, а здесь с порталом потребовались секунды, – сказал Пирс, когда Астерия шагнула сквозь портал. – Думаю, момент дискомфорта стоит сэкономленного времени.

Астерия закрыла портал, направив внимание на Пирса.

– Не уходи далеко. Мне может понадобиться твоя помощь, раз ты владеешь Энергией. Убедись, что Уэллс готов к путешествию.

– Значит ли это, что ты официально на нашей стороне? – Сибил вглядывалась в лицо Астерии, сердце трепетало в груди.

Астерия ничего не выдала, ни подтверждая, ни отрицая. Сибил знала, что она, возможно, не готова столкнуться с правдой о том, что они обнаружили, и с тем, что ей предстоит сделать.

Излечивая людей, Астерия положит конец работе, которую пытается проделать Галлус.

Она встанет прямо против него.