355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Иван Клулас » Борджиа » Текст книги (страница 23)
Борджиа
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 12:35

Текст книги "Борджиа"


Автор книги: Иван Клулас



сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 29 страниц)

ГЛАВА II
Прекрасная дама из Феррары

Авантюрная судьба Чезаре несколько затмила более ординарную судьбу Лукреции. Однако жизнь молодой женщины стала приятным контрапунктом в героической симфонии жизни де Валентинуа.

Мужчины семьи д’Эсте

Между Феррарой, Ватиканом и штабом герцога Романьи продолжается нежная переписка и обмен гонцами, несмотря на отдаление, вызванное браком Лукреции в 1502 году. Каждый день посол Геркулеса д’Эсте Белтрандо Костабили рассказывает папе о жизни молодой семьи. А в Феррару он передает сообщения о выполнении обещаний и финансовых обязательств, взятых на себя Римом.

Именно материальные проблемы могут испортить отношения. Об этом свидетельствует тот факт, что в середине февраля всадники герцога де Валентинуа, сопровождавшие Лукрецию, возвращаются весьма раздосадованные небрежным приемом.

После блестящих свадебных праздников бережливое семейство д’Эсте снова вернулось к прежней жизни в своем мрачном замке с толстыми стенами, окруженном рвами со стоячей водой. Конечно, и свекор, герцог Геркулес был обходителен с Лукрецией, он подарил ей драгоценности своей покойной супруги; и ее муж Альфонсо, который многим ей напоминал ее брата Чезаре: смуглый, широкоплечий, с глазами одновременно нежными и суровыми, с чувственными губами, страстно увлекающийся пушками, лошадьми, собаками и турнирами. Он играет на виоле и любит лепить и расписывать фаянс, но его художественные вкусы этим и ограничиваются. Он унаследовал от Эсте и своего дедушки – грозного Ферранте Неаполитанского – склонность к причудам и удивительную жестокость: перед смертью его первой жены Анны Сфорца видели, как голый Альфонс прогуливался по Ферраре – это чрезвычайно скандализовало его подданных; в другой раз, на запруженную толпой Соборную площадь он выпустил бешеного быка, за которым гнались собаки, в результате несколько человек погибли, а герцог забавлялся, глядя на это с балкона своего дворца. Его брат – кардинал Ипполит, прославившийся своими любовными похождениями, несмотря на духовный сан был так же жесток. Но пока у Лукреции не было повода узнать его больше. Он живет в Риме, сейчас у него полная идиллия в отношениях с переменчивой Санчией Арагонской: она – его кузина «слева», потому что король Альфонс, чьей внебрачной дочерью она являлась, был братом Элеоноры Арагонской, матери Ипполита. Другие дети Геркулеса д’Эсте – принцы Сигизмунд и незаконнорожденный Джулио – такие же увлекающиеся натуры, как и их братья.

Вот в такую семью вошла Лукреция. Они были похожи на тех князей и священнослужителей, с которыми она встречалась в Риме и в своих многочисленных резиденциях. Но некоторая усталость и явная скупость герцога Геркулеса, ни дуката не прибавив шего к обещанным 10 000 содержания Лукреции, раздражают молодую женщину. Своей милости она удостаивает нескольких аристократов, с которыми ее объединяет общая страсть к изящной литературе: из Рима она привезла небольшую личную библиотеку, где кроме Евангелий и писем святой Екатерины Сиенской были произведения Данте и Петрарки. В ее личные апартаменты – три комнаты, обитые золотыми и нежно-голубыми обоями, чьи окна выходили на меланхолический садик, – первыми были допущены перебежчики, покинувшие двор Изабеллы д’Эсте, ее золовки, жены маркграфа Мантуанского Франциска де Гонзага.

Избранное поэтическое общество

Никколо де Корреджо, незаконнорожденного племянника герцога Геркулеса, мужа Кассандры, дочери знаменитого Бартоломео Коллерни, кондотьера Венеции, Изабелла считала самым главным ценителем изящества. Поэт, певец, постановщик античных комедий – он останется с Лукрецией до самой ее смерти в 1508 году, а его сын посвятит дочери папы свой последний сборник стихотворений. Тито Веспасиано Строцци, потомок флорентийской ветви этой знаменитой семьи, – один из самых почитаемых старцев в герцогстве. Это крупный сановник, член высшего трибунала «Двенадцати Судей», но еще он – один из самых знаменитых латинских поэтов Феррары. Его сын Эрколе, хромой от рождения, восполняет свое физическое уродство изящным и меланхолическим поэтическим творчеством, которое так нравится дамам. Однажды в награду за его стихи Лукреция подарила ему розу, на которой запечатлела свой поцелуй. Вскоре юный Строцци сымпровизировал знаменитый катрен:

 
Сорвали распустившуюся розу
                           на радостной земле, и вдруг – о, чудо!
Венера ль, что все краски дарит,
Ее румянец наполняет светом?
Иль поцелуй Лукреции ее одел
                         в пурпурные одежды?
 

Альфонса разозлила подобная дерзость, но его раздражение удваивается, когда он узнает, что Лукреция посылает поэта в Венецию, где тот покупает ей в кредит дорогие ткани: белый, бежевый, рыжеватого цвета, бирюзовый, алый атлас, тафту, золотую парчу, бархат, муслин, и даже заказывает у венецианского резчика Мессера Бернардино колыбель для ее будущего ребенка!

Еще один завсегдатай маленького личного двора Лукреции – бывший стихотворец маркграфини Мантуанской Антонино Тибальдео, разносторонний ученый: перед тем как явиться ко двору Изабеллы править ее стихи и мастерить сонеты, которые соблаговолил бы подписать маркграф, он учился медицине в Болонском университете. Лукреции не стоило никакого труда ввести его в свой круг. Поэт, жаловавшийся, что в Мантуе его кормили гнилым мясом, поили отвратительным вином и недостойно с ним обращались, теперь поступил на службу к кардиналу Ипполиту д’Эсте, который передал его своей невестке, уезжая в Рим.

Интимные сцены: купание и пир

Молодая женщина умело чередует духовные и телесные радости. Ночь принадлежит ее супругу и повелителю Альфонсу, который никогда не уклоняется от выполнения супружеского долга. Днем, после поэтических собраний и охоты в компании со старым герцогом Геркулесом проходит церемония купания. Эту интимную сцену описал Изабелле д’Эсте Бернардино Проспери, которому она поручила наблюдать за всеми жестами и поступками своей золовки.

Камеристка Лючия готовит пудры, жаровню, золотые сетки и мавританские купальные халаты, пока подогревается душистая вода. Когда ванна готова, Лукреция и ее фаворитка Николь вместе погружаются в большую лохань, а Лючия следит, чтобы вода в ней не остывала. Женщины смеются и шутят, долго наслаждаются приятным купанием, а потом, надев расписные халаты на обнаженные тела, убрав роскошные волосы под драгоценные сетки, отдыхают на подушках, вдыхая аромат курильниц для благовоний. Такой изнеженный и сладострастный образ жизни очаровывает грубоватого мужа Лукреции: со временем вынужденное супружеское прилежание Альфонса сменяется нежностью и любовью, преодолев насмешки острословов, пытающихся очернить его союз с дочерью какого-то папы.

Однажды вечером Лукреция решает поразить завистников. Она приглашает всю семью д’Эсте на ужин в свои апартаменты. По этому случаю она выставляет всю серебряную посуду: сервизы, подаренные кардиналом Асканио Сфорца по случаю ее первого брака с сеньором Пезаро; стеклянные сосуды, большую золотую чашу, шкатулку, украшенную резными листьями, тонкой работы солонку с гербом Арагонов; еще много других предметов с изображением герба Орсини – медведем или с гербом Франсиско Гасета, каноника из Толедо, которого ее отец дал ей в качестве интенданта. Вся посуда украшена гербами Борджиа: быки разной величины, выгравированные или резные, или в виде статуэток на ручках и крышках, с надписью Alexander Sextus Pontifex Maximus, Александр Шестой Великий Понтифик.

Заботы политические и проблемы со здоровьем

Всю эту демонстрацию роскоши Лукреция устроила для того, чтобы еще раз осудить скаредность герцога Феррарского: разве не возмутительно, что принцесса с подобным образом жизни должна удовольствоваться содержанием в 10 000 дукатов? Но Геркулес изображает полное непонимание. Таким образом ему удается продержаться до июня, когда беременная Лукреция добивается разрешения поселиться в Белригуардо – самом красивом загородном доме д’Эсте. Там 24 июня она узнает о победном марше Чезаре на Урбино и о бегстве Гвидобальдо де Монтефельтре. Так как сейчас она ощущает себя членом семьи д’Эсте, равных по богатству де Монтефельтре, у нее появляются некоторые опасения: а вдруг Чезаре решит повернуть оружие против герцогства Феррарского? Но ей становится стыдно, когда она вспоминает теплый прием, недавно оказанный ей Елизаветой – женой Гвидобальдо: она громко заявляет своим близким, что охотно отдала бы 25 000 дукатов, чтобы никогда не знать герцогиню. Она с горечью узнает, что дворец в Урбино разграблен. Но взятие Камерино не вызывает ее восторга: не вызовет ли это вступления Венеции в борьбу? Оскорбленные Чезаре сеньоры уже собираются в Миланском герцогстве, пытаясь заручиться поддержкой Людовика XII. Альфонс и его шурин Франциск де Гонзага никак не могут решить, чью сторону принять. Нужно ехать в Милан и там выяснить мнение короля. Подстрекаемый Изабеллой д’Эсте Гонзага охотно бы стал на защиту Гвидобальдо де Монтефельтре, который попросил у него убежища в Мантуе, где уже находилась его жена Елизавета – родная сестра маркграфа Франциска.

Политические интересы тесно переплетаются с интересами семейными. В этот ключевой момент Лукреция могла бы вмешаться и убедить своего мужа и своего свекра Геркулеса оставаться на стороне Чезаре, по-прежнему являющегося привилегированным союзником могущественного короля Франции. Но состояние здоровья не позволяет ей это сделать. Подходит к концу ее тяжелая беременность; она возвращается в Феррару, когда в середине июля становится жертвой эпидемии, поразившей все население. Чезаре направляет к ней врача Гаспаре Торреллу, епископа монастыря Санта-Джуста, и Никколо Мартини. Из Рима Александр VI посылает к ней своего личного врача Бернардино Бонджованни, епископа Венозы. К больной приставлены пять практикующих врачей Феррары, среди них – гинеколог Людовико Боначьоло. Альфонс д’Эсте сначала собирается уехать из Феррары к королю Людовику, но в итоге остается около своей жены.

Внезапно как-то ночью является Чезаре. Он долго беседует на валенсийском диалекте со своей сестрой. Возможно, он обещает ей, что его новое завоевание – Камерино – станет вотчиной таинственного «римского инфанта» – Джанни Борджиа, – пока его выдают за сына Чезаре, но на самом деле он – внебрачный сын Лукреции. Пробыв два дня в столице герцогов д’Эсте, Чезаре увозит с собой к королю Франции своего шурина Альфонса. Во время их отсутствия из-за эпидемии слегли многие придворные дамы Лукреции, начиная с кузины Анджелы Борджиа и заканчивая негритянкой Катринеллой. Умирают неаполитанка Чеккарелла и врач Корри, самый старый практикующий врач Феррары. В начале сентября состояние Лукреции резко ухудшается. Наконец, вечером 5 сентября у нее начинаются схватки, она со стоном переворачивается, родив мертвую семимесячную девочку. Начинается родильная горячка. Лукреция оказывается на грани смерти. Получив эти тревожные известия, оба путешественника срочно покидают двор французского короля. Им удалось добиться своего – возобновления союза между французским королем и де Валентинуа. 7 сентября Альфонс, Чезаре и его шурин – кардинал д’Альбре возвращаются в феррарский замок. Де Валентинуа удалось развлечь больную и рассмешить ее, когда он держал ее ногу во время кровопускания, предписанного врачом. 8-го ей стало несколько лучше, и, успокоившись, он внезапно покидает свою сестру и уезжает из Феррары, встревоженный волнениями, сотрясающими герцогство Урбинское. Но быстрого выздоровления не наступает. Она вызывает своего секретаря, доверенного человека герцога де Валентинуа, и восемь монахов, чтобы сделать приписку к завещанию, которое она составила перед отъездом из Рима. Шпионы Геркулеса д’Эсте смогли узнать, что оно касается ее сына – Родриго де Бисельи. Этот жест, последовавший за ночной беседой с Чезаре по поводу Джанни Борджиа, показывает, что, даже оставаясь вдали от своих детей, она продолжает беспокоиться за их судьбу. Поэтому можно считать безосновательным обвинение в легкомыслии и черствости, которое кое-кто мог предъявить молодой женщине, посчитав, что она слишком быстро утешилась после распада ее предыдущих браков.

Наконец 20 сентября Лукреция уже вне опасности. Папа этому очень рад и одобряет решение Лукреции и Альфонса пожить отдельно, пока она окончательно поправится. 9 октября на носилках Лукреция покидает мрачный феррарский замок и уезжает, чтобы уединиться в обители Монахинь Тела Господня.В тот же самый день ее муж едет к Богоматери Лоретской, чтобы выполнить обет, данный во время болезни его супруги. Спокойствие, царящее в семье д’Эсте, так не похоже на бурные страсти, кипящие вокруг Чезаре: ему угрожают кондотьеры, составившие против него лигу в Маджоне. В конце осени, когда де Валентинуа готовит ловушку в Синигалье, феррарская чета возвращается в свою столицу. 18 декабря Лаура де Гонзага рассказывает любопытной Изабелле Мантуанской о своем визите к Лукреции. На герцогине было очень красивое жемчужное ожерелье, ее волосы убраны как обычно и украшены великолепным изумрудом, на голове зеленая шапочка, расшитая золотом. По словам Лауры де Гонзага, Лукреция более всего хотела знать «о ваших туалетах и о том, как вы причесаны». Взамен она дарит маркизе несколько своих испанских рубашек. Но Лаура добавляет, что ее интересуют и другие, более серьезные предметы, как, например, подробности соглашения между Чезаре и маркизом Мантуанским по поводу брака дочери де Валентинуа Луизы и наследника маркграфства.

Денежные неприятности

И действительно, Лукрецию весьма тревожат дела ее брата. Она пытается помочь ему заплатить его солдатам. Денег, поступающих из Рима, явно недостаточно, как не хватает сокровищ грубого Рамиро де Лорки, захваченных Чезаре, – драгоценности, предметы из золота и серебра, даже ризы, вытканные золотом, и митра епископа Фоссомброне, украшенная драгоценными камнями. Он с благодарностью принимает помощь сестры. Ей удается передать ему 1500 дукатов, данных Джанлука Кастеллини, а потом – еще 1000: сейчас у нее появились средства, потому что после ее ужасной болезни свекор Геркулес д’Эсте увеличил ее содержание с 10 000 до 12 000 дукатов, хотя и уточнил из осторожности, что половину выплатит наличными, а другую – поставками для содержания маленького двора своей невестки. Скупость герцога не мешает Лукреции наслаждаться радостями жизни. В январе 1503 года она просит своего фаворита Эрколе Строцци дать балет в своем дворце в Ферраре. Был устроен блестящий вечер, за балом последовал пир, там присутствовали все молодые члены семьи д’Эсте: Лукреция, Альфонс, Ферранте, Джулио и даже принц Сигизмунд, обычно весьма нелюдимый. Но старый герцог Геркулес бойкотирует это развлечение и в одиночестве отправляется в Белригуардо, увозя с собой бухгалтерские книги государства, чтобы выискивать в них ошибки!

Встреча с Бембо: утонченная любовь

В доме Строцци Лукреция встречает венецианца Пьетро Бембо. Он подружился с Эрколе Строцци в 1497 году, когда сопровождал своего отца, важного чиновника Венецианской республики, в поездке в Феррару. В то время ему было 27 лет, и он уже тогда считался ученым и вождем гуманистов. Он учился в Венеции и Мессине. Его учителем был знаменитый Константин Ласкарис. В Феррарском университете его встретили с радостью, и там он подружился со всеми молодыми людьми, которые позже станут знаменитыми литераторами или учеными: Строцци, последователь Цицерона Садолет, поэт Лудовико Ариосто, Челио Калканьини и Антонио Тебальдео.

В середине октября 1502 года по приглашению своих друзей Строцци Бембо останавливается на их прекрасной вилле в Остеллато, где сад спускается до самого берега лагуны. Он приехал надолго, привез из Венеции на лодке богатую библиотеку, в которой было очень много книг античных философов и поэтов – греческих и латинских. Остеллато становится модным местом, там проходят состязания в ораторском искусстве и поэтические вечера. Туда вскоре приезжают все лучшие умы Феррары.

Сторонник нового философского течения, появившегося под влиянием Платона, согласно которому Господь Бог постоянно приходит на помощь людям, Бембо как в жизни, так и в философских трудах придерживается этой оптимистической доктрины. Подобно Петрарке, на латыни и итальянском языке он воспевает природу и любовь в изящных элегиях, волнующих сердца дам. Он очень быстро очаровал Лукрецию. Ой выделяется не только своим умом, но еще и физическим обликом. Красивый мужчина 32 лет, свободный и галантный, покорил молодую герцогиню своей непринужденностью, приветливостью и веселостью. Он из тех людей, которых называют душой общества и кто так необходим на праздниках, сменяющих друг друга в Ферраре.

После бала, данного Эрколе Строцци, настает черед фаворита Альфонса Бернардино Риччи, затем еще один бал дают во дворце Дианы д’Эсте, потом снова в своем дворце Эрколе Строцци устраивает пышный праздник. Скупой герцог Геркулес был все-таки вынужден присоединиться к празднествам. Возвратившись из Белригуардо, по обыкновению, он приказал поставить на сцене античные комедии Менехмыи Евнух.С этого момента Лукреция стала руководить светской жизнью. В апреле 1503 года она сама организовала прием Изабеллы д’Эсте, приехавшей из Мантуи с семейным визитом. Она гуляет вместе с ней по городу, показывает для нее фигуры испанских танцев под звуки тамбурина и устраивает музыкальные состязания между композиторами Модены и Феррары. На этот прием ей пришлось потратить столько денег, что она вынуждена заложить свои драгоценности. На какой-то момент ей приходит в голову попросить своего отца отдать ей доходы незанятого Феррарского епископства на целый год, чтобы возместить свои расходы! Со временем, казалось бы, стабилизируется финансовое положение семьи Борджиа, как если бы папство стало их имуществом и их королевством. Лукреция не считает зазорным воспользоваться всеми прелестями той захватывающей жизни, которую она ведет. Она состоит в нежной переписке с Бембо: в Амвросианской библиотеке Милана находятся семь ее писем на итальянском языке и два – на испанском, а также прядь чудесных белокурых волос. Один волосок, украденный в XIX веке каким-то французским посетителем, сегодня любовно хранится в кабинете рукописей Национальной Библиотеки в Париже, но этот француз всего лишь подражал лорду Байрону: приехав в Италию, чтобы познакомиться с перепиской двух влюбленных, английский поэт присвоил себе как реликвию один волос, он считал волосы Лукреции «самыми прекрасными и самыми белокурыми, какие только можно себе представить». Прядь явно находилась в том письме, на которое Бембо ответил 14 июля 1503 года: «Меня радует, что каждый день вы находите новый способ еще больше разжечь мою страсть, как вы это сделали сегодня с тем, что еще совсем недавно украшало ваше ослепительное чело».

Не сразу поэт получил от Лукреции подобный дар. В первом стихотворении на латыни, не выходящем за рамки приличий, воспевается прекрасный браслет в форме змеи, украшающий запястье прекрасной дамы. Потом они придумывают игру: в стихах описывают то, что каждый из них видит в своем хрустальном шаре. Бембо пылает огнем страсти, теперь его шар для него дороже всех жемчужин Индийского океана – в нем он увидел лицо своей возлюбленной. В своей элегии он сравнивает Лукрецию с Еленой Спартанской, похищенной Парисом. Но Лукреция превосходит ее и физическая красота не может затмить ум:

 
Когда высокопарно говоришь ты
                                 на простом народном языке,
то яркой красотою кажешься,
                                       рожденной на земле Италии.
Когда из-под твоего пера
                                            выходят дивные поэмы,
то сами музы не способны
                 сочинить такого совершенства.
Когда своею белоснежною рукою
            ты нежно трогаешь певучей арфы струны,
ты возвращаешь к новой жизни
                                                мелодии древних Фив.
Когда ты воспеваешь По
                                  и резвое течение ее притоков,
то, зачарованные чудным пеньем,
                                           волны послушны музыке твоей.
Когда вдруг танцевать захочешь,
о, как страшусь я,
                                           что наблюдает за тобою бог
и, очарованный, решит тебя похитить,
                                     чтоб вознести легко на небеса,
ты станешь восхитительной богиней
и засияет новая звезда.
 

3 июня Бембо посылает два сонета Лукреции, а в письме сообщает, что пишет ей, стоя у маленького окна, выходящего в сад Остеллато. «Я не могу сказать ничего нового, – пишет он. – Я только лишь могу рассказать о своей спокойной жизни, об одиночестве, о тенистых деревьях, о спокойствии – обо всем, что я когда-то любил и что теперь мне кажется скучным и неинтересным. Что это может значить? Может быть, я болен? Я хотел бы, чтобы Ваше Высочество сверились с вашей книжечкой и сказали мне, похожи ли ваши чувства на мои…» Скорее всего, эта «книжечка» – сборник высказываний и пророчеств, нечто вроде толкователя сновидений, с его помощью угадывали значение поэтических видений.

Через несколько месяцев все стало ясно. Светская и платоническая любовь сменилась страстью. В июне, потеряв всякую осторожность, Лукреция компрометирует себя, ответив стансами испанца Лопеса де Эстуньига:

 
Yo pienso si те muriese
Y con mis males finase
Desear,
Tan grande amor fenesciese
Que todo el mundo quedase
Sin amar.
 
 
Я думаю, что если бы я умер
и с несчастьями угасли б
все мои желанья,
и мрак окутал бы тот мир,
в котором пусто
без моей любви.
 

За этим пылким объяснением в любви в июле последовало письмо, в котором Лукреция отослала прядь своих волос. Она доверила тайну двум своим дамам, от которых ничего не скрывала, – юной кузине Анджеле Борджиа и Полиссене Мальвецци. Они договорились, что Лукреция будет помечать свои письма условным знаком – FF. Кроме них обо всем знал еще Эрколе Строцци. Он старается ничем не возбудить ревности Альфонса и подозрительности Геркулеса: в Ферраре до сих пор помнят, как жестоко мстили обманутые мужья в семье д’Эсте. Со своей стороны, Бембо будет адресовать свои письма одной из дам Лукреции, по имени Лизабета. Поэт повинуется. Он много времени посвящает этой переписке и одновременно сочиняет свои знаменитые диалоги о любви Gli Asolani, Азоланские беседы.Но в начале августа, еще будучи в доме Эрколе Строцци, он серьезно заболел. Забыв об осторожности, Лукреция едет к поэту. На следующий день больной заявляет, что этот приезд излечил его: «Я внезапно снова стал здоров, как если бы выпил божественный эликсир. Мне возвратили жизнь ваши милые и нежные слова, исполненные любви, радости и ободрения… Я целую эту руку, ни один мужчина не удостоился чести поцеловать руку более нежную. Я не говорю – самую красивую, потому что никогда в целом свете не было никого красивее Вашей Милости!»

Но молодая женщина не может оставаться около «мессира Пьетро» в Ферраре, где свирепствует чума. Она уезжает в Белригуардо – это недалеко от Остеллато. Ее веселый двор и все ее придворные дамы и кавалеры располагаются в Меделане. Красавец бастард дон Джулио усиленно ухаживает за Анджелой Борджиа.

Смерть Александра VI. Страдания Лукреции и Чезаре

Во время этого приятного пребывания в Меделане 19 августа Лукреция получает ужасное известие о смерти своего отца – папы. Его привозит кардинал Ипполит, который во весь опор скакал под палящим солнцем из Феррары. Молодая женщина не скрывает своей скорби. Она оплакивает единственного человека, который заботился о ней с самого раннего детства и сделал ее принцессой. Она отказывается вспоминать о том, что ее пугало и унижало, позорные слухи о преступлениях и пороках, жестокость Чезаре, поощряемую слабостью понтифика. Любовь дочери оказалась сильнее. Лукреция отдалась своей скорби, но она одинока в своем трауре – никто из членов семьи ее мужа не присоединился к ней. Дон Альфонс, реалист по натуре, лишенный воображения, наносит короткий визит своей супруге и быстро уходит: он не переносит слез и горя. Герцог Геркулес тоже не слишком опечален: он едва не поссорился с папой. Действительно, Александр не включил в число новых кардиналов его фаворита Джанлука Кастеллини. Поэтому в письме к своему послу он откровенно заявляет, что эта смерть его не огорчила. Даже наоборот: «Для чести Бога и всеобщего блага христианского мира нам всегда хотелось, чтобы Божественное Провидение и Доброта дали нам пастыря доброго и примерного, чтобы он изгнал зло из своей Церкви!»

Кардинал Ипполит надеется, что смерть папы даст ему возможность блистать во время следующего конклава. Он добился последней милости от покойного понтифика: получил епископство Феррарское, но при условии, что будет в течение двух лет выплачивать доходы Лукреции, как она просила. И хотя он был весьма обходителен с Лукрецией и ее дамами, особенно с красавицей Анджелой, это условие его неприятно поразило.

Пьетро Бембо оказывается ее самым искренним другом. Все еще больной поэт навещает Лукрецию, но ему не удается найти слов, способных выразить его искреннее сочувствие. Тогда он решается ей написать:

«Вчера я пришел к Вашему Высочеству, чтобы выразить мое участие в вашем горе и утешить вас, насколько это в моих силах. Но я не смог сделать ни того, ни другого. Потому что, когда я увидел вас в этой темной комнате, в черном платье, отчаявшуюся и в слезах, от волнения мое сердце сжалось, и я стоял, не в силах вымолвить ни слова, неспособный найти какие-то слова. Мне самому нужно было утешение, хотя я явился, чтобы утешить вас, и я ушел, душа моя разрывалась от этого печального зрелища, я был нем и при этом что-то бормотал, как, вероятно, вы могли заметить…

Вы знаете о моей безграничной преданности и знаете, что ваша боль – и моя тоже. Более чем кто-либо другой, вас сможет утешить ваша бесконечная мудрость».

В других письмах он снова призывает Лукрецию найти утешение в нежных чувствах друга: «Эти несчастья не сломили меня, они не смогли ослабить моих постоянных и страстных мыслей, они только укрепили и еще больше разожгли во мне желание служить вам». Постоянство поэта наконец вознаграждено. Лукреция признается ему в своей любви. Бембо не может сдержать радости. 5 октября он пишет ей, что пожертвовал бы любыми сокровищами, чтобы снова услышать признание, сделанное ею накануне. Он сожалеет, что она не сделала этого раньше. Далее он продолжает, что никогда ни один любовник не пылал более чистым и жарким огнем, чем тот, что в нем зажгли FF и его судьба. Он надеется что пытаясь потушить это пламя в своей собственной груди, молодая женщина сама в нем сгорит.

В другом послании его восторг достигает своего высшего выражения: «Я надеюсь только на то, что смогу еще раз созерцать мою дорогую половину, без которой я не только чувствую себя неполным, но скорее полностью не существующим».

Но письма становятся слишком частыми. Альфонс начинает что-то подозревать. 7 октября он объявляет, что приедет поохотиться в Остеллато. Ему нужна вилла Строцци, чтобы там разместить свою свиту. Он вынуждает, таким образом, Бембо уехать оттуда и оставить Лукрецию, которая по-прежнему находится недалеко – в Меделане. Молодая женщина не может пока вернуться в Феррару, где все еще свирепствует чума. В декабре поэт должен выехать в Венецию, там тяжело заболел его младший брат Карло. Когда он приезжает, тот уже умер. Страдая, он ищет поддержки в любви Лукреции: «Будьте уверены, что в печали, как и в радости, вы навсегда останетесь моим солнцем, а я всегда буду как зеркало отражать ваши лучи». Через некоторое время он посылает ей освященный медальон с восковым изображением агнца божия, который он носил на груди. Он просит ее надевать его на ночь из любви к нему, чтобы таким образом он мог быть с ней рядом, «на нежном алтаре ее сердца». Он клянется, что вернется после Пасхи. Но он не вернулся, и любовная переписка прекратилась, ее сменили благоразумные официальные письма: либо иссякли чувства главных действующих лиц этой идиллии, либо Альфонс стал уж слишком ревнив. Последнее доказательство любви поэта Лукреция получит гораздо позже – в феврале 1505 года, когда через своего типографа Альда Мануция он передаст ей экземпляр Asolani(Азоланские беседы), его диалогов о любви, с возвышенным посвящением прекрасной даме из Феррары.

Благодаря романтическому приключению с Бембо Лукреция занимает почетное место в утонченной культуре своего времени. Но события, происходящие в Риме, не дают ей забыть, что в мире царствует жестокость. Ее брат Чезаре на себе ощущает ее действие, потому что на сей раз не он направляет ход истории. После смерти Александра VI, после оказавшегося очень кратким понтификата Пия III, в начале правления Юлия II де Валентинуа чувствует себя неуверенно, он растерян и вскоре вынужден защищаться от ограбленных им сеньоров Романьи. Теперь ему нечего надеяться на помощь короля Людовика XII Французского – Борджиа для него уже никто. Суверен весьма недвусмысленно излагает свое мнение союзнику, герцогу Феррары: он ему советует отослать Лукрецию, которая еще не дала наследника его сыну! Он замечает, что причин для развода предостаточно, можно даже говорить о навязанном браке. Но ни Геркулес, ни его сын не собираются прислушиваться к этому дружескому совету: во-первых, они действительно привязались к Лукреции, во-вторых, развод опозорил бы их, а еще их останавливает то, что тогда пришлось бы вернуть огромное приданое молодой женщины.

В этой обстановке крайней враждебности Лукреция не колеблясь становится на сторону своего брата. Она сознает, что единственным залогом величия Борджиа является герцогство Романьи, завоеванное Чезаре. И крайне важно укрепить господство брата – это ее лучшая гарантия. Но Венеция вступает в борьбу, поддерживает бывших государей и помогает им вернуть их земли. Лукреция не располагает большими суммами денег, но ей удается собрать армию в 1000 пеших солдат и 150 лучников и направить их Педро Рамиресу. Это подкрепление совершает чудеса в Чезене и Имоле, где венецианцы не имеют влияния. Но верный лейтенант Чезаре не смог помешать Джованни Сфорца снова водвориться в Пезаро. Лукреция возмущена мелочностью своего бывшего мужа: он мстит, приказывая казнить гуманиста Пандольфо Колленуччо, который когда-то приехал к Чезаре с предложениями о заключении союза с Геркулесом д’Эсте.

Положение продолжает ухудшаться; используя политику то убеждения, то запугивания, Юлий II пытается вернуть крепости, а Лукреция тем временем поощряет неповиновение Риму. Вполне возможно, что она посоветовала коменданту Форли выдвинуть чрезмерные требования и потребовать вознаграждения у грозного понтифика. В любом случае не без помощи феррарской государыни гарнизон крепости добился почетного отступления. Юлий II был крайне недоволен ее поддержкой, оказанной капитанам-бунтовщикам. Он пожаловался герцогу Феррарскому, но Геркулес заявил ему, что он в этом не участвовал – все оплатила его невестка. Однако герцог позволил ей действовать и даже тайно способствовал этой затее: для него выгоднее, чтобы в Романье правили мелкие сеньоры, друзья или враги Чезаре, чем папа или грозная соседка Феррары – Венецианская республика. Помогая брату, Лукреция играет на руку интересам своего свекра и Феррары.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю