Текст книги "Планета парадоксов (СИ)"

Автор книги: Ирина Седова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

   Поля были небольшими и какими-то пёстрыми: там росло всего помаленьку. Они не были заброшенными или пустынными – ни в коем случае, даже наоборот: народу там шевелилось человек двести, не меньше. Люди были не разбросаны по территории в беспорядке, а словно кучковались, и каждая кучка народа была занята своим делом. Те, которые трудились на огородах, были малорослы, словно пигмеи. Несомненно Рябинка видела детей, и вид ребятни, деловито копошившейся между грядами с лопатами и ведрами, почти вымел из Рябинкиной впечатлительной головушки тревогу и ужас. Все это очень походило на обычный сельский колледж с его уроками биологии и практическими занятиями на свежем воздухе.

   И в самом деле, не сваляла ли она дурака, сбежав от людей?

   Однако принять какое-либо конструктивное решение Рябинке снова не дали. Не успела она постоять на жёлтой песчаной дорожке и вдохнуть полной грудью свежего насыщенного кислородом ветерочка, как из-за ствола ближайшего дерева вынырнула девочка лет тринадцати. Протянув руку раскрытой ладонью вверх, девчонка важно заявила:

   – Предъяви пропуск!

   Рябинка отпрянула: неужели глаза её обманули, и она попала в очередную переделку, приняв за школьный городок нечто тщательно скрываемое и потому опасное? Неужели это было заведение для наказания малолетних преступников? «Да нет, должно быть, частное владение или какой-нибудь пансионат,» – решила она, но на всякий случай спросила:

   – А куда я попала?

   Девчонка подозрительно посмотрела на неё и снизошла до объяснения:

   – Ты на Катрене. – И понимающе добавила: – У тебя авария, что тебя сюда занесло?

   Хотя напористость этой юной хранительницы собственной территории и была неожиданна для Рябинки, в общем и целом она была привычнее для нашей землянки, чем подарок Эльмара и гостеприимство Мартина. С подобной ребятнёй Рябинка знала, как разговаривать.

   – Нет, я заблудилась, – сказала она мягко, стараясь оттянуть время и собраться с мыслями.

   – Чему же тебя учили в школе? Ты что, не можешь определить, где юг, где север, а где Катрена?

   Пока Рябинка обдумывала ответ, новый персонаж появился в обозримом пространстве. Из-за угла ближайшего домика показался высокий голубоглазый старик с лысиной. Издалека цвет глаз рассмотреть было, разумеется, невозможно, но лицо-то старика Рябинка уже видела, да ещё дважды. Ну да, с экрана телеприемника! «С. А. Гусев», – вспомнила она.

   – Лелечка, нельзя так говорить со старшими, – проворчал «С.А.Гусев», запыхавшись от быстрой ходьбы.

   – У меня нет карты, – сказала наша космонавтка старику, (выпад настырной девчонки она решила демонстративно проигнорировать.) – Я потеряла направление, увидела ваш островок – и вот...

   Она развела руками, изображая беспомощность.

   – Врёт, она всё врёт, – затараторила Лелечка. – Она приплыла сюда шпионить, вот!

   – Лелечка, ты не права. Обыкновенных людей не учат ориентироваться в пространстве без карт и приборов.

   – Почему вы думаете, что нас ничему не учат? – вспыхнула Рябинка.

   Она позабыла, что собиралась быть спокойной и невозмутимой. То её считают сумасшедшей, то невежей. Ей очень захотелось наговорить сейчас разных дерзостей, но она сдержалась.

   Девчонка между тем вытащила из-за спины небольшую книжечку, сунула её в руки рассерженной Рябинке и снова пошла в атаку:

   – Что же ты стоишь, как примагниченная?.. Ой, Сергей Аганесович, гляньте! -

   И она показала пальцем на заколку в Рябинкиных волосах. Рябинка в свою очередь взглянула на девчонкину шевелюру – там блестело металлическое украшение с точно таким же камушком. Благожелательное спокойствие на лице у старика сменилось крайним любопытством. Старик погладил себя по голове...

   – Ну-ка, ну-ка, – сказал он, растягивая слова. – Дай-ка мне твою заколку!

   – Она не снимается, – ответила Рябинка с некоторым злорадством. Ей уже было ясно, что отнять Эльмаров сувенир не так-то просто.

   – Это дар моего друга, – добавила она высокомерно.

   – Имя! – снова влезла настырная девчонка. – Ты должна назвать его имя!

   – Не надо, Лелечка. Я, кажется, знаю, как зовут друга нашей таинственной гостьи.

   – Таинственной гостьи... Ой! А я-то думала!

   Лелечка зашептала что-то на ухо профессору, кося на Рябинку глазами. Та незаметно, задом, задом отступила вглубь кустарника к тому месту, где оставила свой катерок. Она ринулась на палубу хрупкого суденышка, едва не позабыв про сходни, и можно даже не объяснять, до чего резво катерок рванул нарезать метраж по акватории. Рябинку несколько удивило, что погони на этот раз не было.

 

 

Чужое лицо

   Погони, действительно, в этот день больше не было. Убедившись в этом, Рябинка поставила катерок на автопилот и принялась изучать местную географию. А перелистав атлас, она снова предалась размышлению. В отличие от катера, мысли ее плыли в свободном направлении, без руля и ветрил, и скоро они приняли весьма неприятную окраску.

   Теперь Рябинка ругала себя на все корки: ну что бы было посидеть чинно и послушать ладком? Пусть даже она и не красавица, но ведь не написано же на ней, кто она такая? Наоборот, местный бомонд готов был принять ее за свою – зачем же было возникать тополем среди пустыни и предъявлять себя публике?

   Ну не по вкусу тьеранцы паре каких-то идиотов, так что же? И кино – когда это было видано, чтобы эти изобретатели виртуальных трюков изображали жизнь такой, какая она есть? Как же теперь изменить ситуацию?

   «Опростоволосилась, словно неопытная первокурсница! Хорошо ещё, что никто из знакомых не видел этого глупого детектива! Где твоя хвалёная выдержка? Надо же! Влипнуть в гонку с преследованиями! Позор! И что бы сказала бабушка?!»

   Бабушка, ясное дело, ничего хорошего бы по поводу подобных сумасбродств сказать не могла. Она была сторонницей того, что бы в любом обществе не давать повода гоняться за собой не только толпами, но даже и в одиночку. И, конечно, она была права: не стоило кидаться в бега из-за пары непонравившихся слов.

   Если бы не набор сегодняшних глупостей, Рябинка преспокойно бы собирала сейчас необходимую для правильной линии поведения информацию, и никто бы не смог в ней заподозрить тайного агента Тьеры и не зачислял в образчик террористки. А теперь что толку плакаться? Она сама разрекламировала свою персону, причем сделала это не наилучшим образом. Теперь её физиономия широко известна, и даже спрятаться некуда. Не вылезать же из собственной кожи!

   Мысли Рябинки совершили новый поворот. Конечно, из собственной кожи вылезти нельзя, но что мешает ей натянуть поверх неё чужую? Да-да, изменить внешность с помощью тонкой, даже сверхтонкой маски? Эластичной, способной не только лицо изменить, но и быть одетой на руки, даже ноги. Кожа, гораздо светлее её собственной, светлые волосы, правильные черты лица...

   И одежду, разумеется, сменить. Оранжевое платье с переливом, сверкающие с блесткой туфельки-балетки – это будет класс!

   Ей нельзя было удаляться от своего звездолёта – вот в чём было дело. С другой стороны, кружиться рядом с ним, не зная системы охраны, – тоже полнейшее безрассудство. А что решил Совет Безопасности? И что сделают с ней, Рябинкой, если она к ним выйдет, или её поймают?

   «Свежая кровь», – сказал Мартин.

   «Её обезвредят», – сказал Кудлатый.

   Нет, нельзя было оставаться в неведении. Следовало возвратиться в Открытый, и там жил Эльмар, единственный человек, который пытался хоть как-то её защитить. Конечно, он тоже не идеал (идеал не стал бы направо и налево раздавать опасные сувениры), но что бы Рябинка делала сейчас без его подарка?

   Направив катер в обратную сторону, то есть на восток, Рябинка изменила внешность и переоделась. Зеркало сказало ей, что её новое лицо было гораздо красивее старого: ресницы стали гуще, брови тоньше и нос чуток длиннее. Правда, рот теперь несколько хуже открывался, но ничего, можно приспособиться. Зато она может смело появиться, где угодно, и ни один местный сыщик не признает в ней свою добычу.

   Добравшись до Открытого, Рябинка поставила свой летательный аппарат на ту самую стоянку, с которой стартовала три часа назад. Был жаркий летний день. Ни малейшего ветерка не помогало дыханию, но на улицах полно было народа, и повсюду продолжали обсуждать инопланетную тему.

   Рябинка поначалу вздрагивала, когда совершенно незнакомые люди обращались к ней с вопросами, но затем поняла: такова специфика местной жизни, выражать свои эмоции вслух и обсуждать проблемы коллективно. Можно было расслабиться, однако с детства усвоенная привычка не доверять людской любезности, мешала ей высказываться откровенно, а ругать туземцев, чтобы поддержать маскировку, духу не хватало. И она свернула с площади туда, где, как ей показалось, народа было меньше всего – на узкую и длинную прямую улочку. Там нельзя было затеряться, зато можно было снова почувствовать себя самой собой и не в толпе.

   Итак, Рябинка пересекла площадь, свернула за угол и скоро очутилась возле длинного квадратного здания, которое она приметила с воздуха. Где-то там в конце виднелось крыльцо. Рябинка подошла и прочитала табличку: «Худфильм». Она вошла. В полутёмном вестибюле никого не было, кроме вахтера.

   – Посторонним вход воспрещён, – сказал вахтёр.

   – Мне Эльмара Кенсоли, – эти слова вылетели у Рябинки как-то сами собой. Да она их и не удерживала. Она ведь и впрямь искала Эльмара, да и надо же было что-то отвечать? К тому же она была почему-то уверена, что как ни велика киностудия, художников-декораторов там было не пруд пруди. И действительно, вахтёр ничуть не удивился. Более того, он ответил так, будто ждал подобного вопроса:

   – Эльмар сегодня не появлялся. А вот завтра на Высоком острове открывается выставка-конкурс «Зелёная осень». Он будет там непременно.

   Выяснив, что Высокий остров – это где-то в Холодном архипелаге, Рябинка выскочила на улицу и поспешила назад, к площади, поискать ближайший Интернет-центр. Шальная идея мелькнула в её свежеиспечённой лесоводческой голове. Ну конечно же, вот он, ее шанс!

   На призовое место ей рассчитывать не стоит – бабушка не раз и не два предупреждала, что победители во всех конкурсах назначаются заранее, но зато это будет возможность продемонстрировать свои способности и знания.

   В самом деле, совершенно исключено, чтобы в экспедицию взяли абсолютно все семена из полезных человеку растений – следовательно, если она подарит местным жителям какое-либо съедобное тьеранское растение, то это сразу переломит ситуацию. О ней перестанут думать как о дуре с прибамбахами и сразу посмотрят на нее серьезно, когда она заговорит о работе. В общем, в конкурсе следовало принять участие непременно.

   Рябинка была не из тех, у кого между принятием решения и его исполнением дистанция огромного размера, но оказалось, что использовать шансы – искусство не из простых. Подарить надо было то, чего здесь не было, а для этого требовалось ознакомиться с перечнем местной плодовой флоры, то есть полазить по информационным блокам местной компьютерной системы.

   Увы! – в данной точке Вселенной слово Интернет никому ничего не говорило! О компьютерах, правда, кое-что прозвучало, но связывали их исключительно с космическими перелетами. Добраться же до своего личного, на корабле, Рябинка, естественно, не могла, а если бы и была у нее такая возможность, не содержал мозг ее кораблика информации по данной проблеме.

   В общем, Рябинка здорово растерялась. Пришлось снова тащиться на киностудию и расспрашивать вахтера. Оказалось – на этой психотронутой планете для обмена информацией использовались библиотеки доэлектронного типа, и вся информация сохранялась в виде печатных знаков на тонких бумажных или пластиковых листках, соединенных в книги и брошюры.

   – Там все есть, – сказал вахтер.

   Действительно, в библиотеке все было. Затребовав материалы по конкурсу, Рябинка погрузилась в созерцание картинок с изображением флоры планеты. Картинки были качественные, объемные, но их и в самом деле было неисчислимое количество, причем систематика была абсолютно дикой – по алфавиту. И Рябинка опять задумалась – подарить надо было нечто абсолютно особенное, что поразит воображение новоземельцев и привлечет их на ее сторону.

   Лещина? – она плодоносит на каждый год. Яблоня? – сомнительно, чтобы ее здесь не было.

   Наконец, Рябинка остановилась на хлебном дереве. Как она слышала, два или три таких дерева способны кормить человека всю его жизнь. Оставалось только вспомнить, как эти самые хлебные деревья выглядели, и дело было в шляпе.

   И тут Рябинка, похолодев, поняла, что совершенно этого не помнит. Да, она видела эти растения в ботаническом саду, ей даже приходилось пробовать его плоды. Но вот что это было за дерево? Кажется, оно принадлежит к фикусам... Нет, вроде к баобабам... Во всяком случае, ствол у него как будто толстый... Но цветы... или хотя бы листья? Как же выглядели у него листья?

   Рябинка аж тихонько застонала от огорчения – проблема показалась ей неразрешимой. Самолюбие ее было уязвлено: чего стоил ее диплом, если она не могла даже такого пустяка, как изобразить в деталях одно-единственное растение.

   – Тебе плохо? – услышала она. Женщина из-за соседнего столика уже стояла рядом и участливо склонялась над её головой.

   – Нет, я просто задумалась, – спохватилась наша космонавтка и улыбнулась как можно вежливей. Отзывчивость местных жителей начала ее утомлять.

   Рябинка материализовала карандаш с блокнотом и провела несколько неопределённых линий. Задумчиво посмотрев вверх, она встретилась с изумленными глазами парня, сидевшего напротив.

   Густо покраснев, Рябинка принялась черкать в блокноте, размышляя:

   "Интересно, этот парень напротив удивился тому, что так запросто видит представителя правящей элиты, или моя одежда не соответствует моему рангу?

   Ладно, отставим. Но вот ещё загвоздка. Почему у меня получилась берёза, под корнями которой я скрылась от погони? Ведь я вовсе не помнила вид и форму каждого листика и каждой веточки...

   Неужели фокус в том, что я материализовала её целиком? Ну да! Я помнила, как она выглядела с опушки, а остальное порисовало мое подсознание."

   "Может, съездить в тропики, материализовать там одно хлебное дерево и потом препарировать его на месте? Нет, не успею. И вообще, с эти бором и озером что-то непонятное. Ведь я НЕ МОГЛА их материализовать раньше, чем у меня появилась «заколка». С другой стороны, если Эльмар думал, что бор и озеро материализовала я, зачем он мне эту заколку дарил?'

   От хлебного дерева приходилось отказываться. Чего же они проходили подходящего? Может, гранат? Тоже хорошая штука, и масса витаминов. Но, опять же, цветы... Никогда не видела, как он цветёт... Что же? Ну что же? Рябинка посмотрела на часы и недовольно поморщилась: из библиотеки пора было уходить, а она так ничего и не придумала.

   Дневной зной спадал. Рябинка брела по улице и страдала: проблема казалась ей неразрешимой. Только возле гостиницы ее, наконец, осенило. Обозвав себя забывчивой кикиморой, она остановилась и даже постучала себя по лбу. Ведь был же у них на кафедре определитель растений, и атлас тропической флоры имеется. Рябинка лично его читала. А если читала, значит, не всё ещё было потеряно.

   Оставалось заказать отдельный номер и обложиться книгами. В общем, над проектом Рябинка просидела почти всю ночь, а под утро сон сморил её, и был этот сон тревожен.

   Она увидела себя на каком-то острове с группой молодёжи. Там были ещё какие-то люди, совсем другие, с бронзовыми сморщенными лицами, похожими на маски, необычайно сильные и неуязвимые. Они казались глухими и немыми, но всё понимали.

   Почему-то Рябинка увидела их не сразу, а когда прокатилась на горке. Когда Рябинка первый раз пробежала там, ей кто-то сказал:

   – Здесь ходят только бронзовые.

   Рябинка смеётся и сбегает ещё и ещё. И вот какой-то парень бежит следом за ней и тут же падает, словно пораженный током. Рябинка глядит, а это Эльмар. И тут появились они: со страшными лицами и железной мускулатурой. Они подняли тело и унесли куда-то. И потом ей кто-то показывает на одного их них и говорит:

   – Это Эльмар.

   И Рябинка со страхом узнаёт в искалеченном лице знакомые черты.

   Горка опять притягивает Рябинку. Она подолгу стоит и смотрит, как съезжают бронзовые. С Эльмаром она по-прежнему дружит, сначала из жалости, потом с удовольствием проводит с ним всё время. Он объясняется с ней телепатически, она с ним – словами.

   А потом он говорит:

   – Я не нуждаюсь в твоей жалости, я ведь не Эльмар.

   – Но кто же? – удивляется Рябинка, и ей делается жутко.

   – Я не человек. Мы – инопланетяне. Эльмара больше нет, его мозг вынут. Только тело осталось, для того, чтобы мог материализоваться я.

   И тут Рябинка узнаёт, что они прилетели на Тьеру в виде зародышей, на корабле, которым управляли роботы. Они не могут развиваться сами по себе, им нужны готовые тела.

   И брать тела можно только в момент преодоления страха, когда дух человека приподнят и испытывает отчаянную радость от победы над собой. Для этого и существует горка. Пробегая по ней, объект попадает под действие особых лучей, и, если его состояние соответствует нужному уровню, он пойман.

   Это очень напоминает бред сумасшедшего, но Рябинка верит. И вот она уже пробирается на аэродром, чтобы захватить самолёт и улететь с острова. Она хочет предупредить Тьеру об опасности. Вот она уже летит.

   Рядом с ней её друг-враг. Почему-то их отношения не нарушены. Внезапно Рябинка откуда-то понимает, что в самолёте находятся контейнеры с зародышами инопланетян, и к ней приходит решение уничтожить корабль, пусть даже ценой собственной жизни. Весёлое и жуткое состояние овладевает ею. Она теряет сознание.

   И вот уже она лежит на каком-то столе, и рядом по-прежнему её псевдо-Эльмар.

   – Я должен был взять твой мозг и вложить вместо него зародыш своего соплеменника. Но я не мог этого сделать. Я уничтожил зародыш. И я сделал так, чтобы наши ни о чём не догадались. На твоём лице маска. Теперь ты как одна из нас. Я буду учить тебя нашему языку.

   Рябинка глядит на себя в зеркало и плачет. Неужели это она теперь такая страшная?

   И вот она уже ходит по острову, чужая всем.

   Вот она взрывает ненавистный остров и плывет по океану, уцепившись за какое-то бревно.

   И вдруг оказывается на берегу и пытается сорвать с себя ненавистное чужое лицо. Но тщетно.

   В холодном поту наша космонавтка проснулась. Она вскочила, подбежала к зеркалу и достаточно долго не могла понять, кого она там видит. И нос, и рот были хотя и вполне человеческими, но абсолютно чужими.

   «Маска», – вспомнила, наконец, Рябинка. Вчера она так и завалилась спать в искусственной коже.

   Сняв маску и убедившись, что с её родным лицом ничего плохого не случилось, Рябинка долго дрожала от пережитого кошмара. Нет, Эльмар был, конечно, крайне легкомысленным субъектом. Что, если бы камушек этой проклятой штуковины не вовремя нажался? За свои сны человек не отвечает. Бр...

 

 

Конкурс

   Что бы Рябинка ни думала об Эльмаре, он действительно был единственным человеком, на чью помощь она могла рассчитывать. Вторая её надежда была на конкурс растений. Пути Эльмара и конкурса пересекались в районе Холодного архипелага – следовательно, туда же должен был лежать и Рябинкин путь.

   Наскоро приняв ванну, позавтракав, собрав объемистый саквояж и не забыв облачиться во вчерашний хорошо зарекомендовавший себя «комплект», сварганенный из кожи и обновки, скроенной по местному фасону, Рябинка вылетела на север. На этот раз она отправилась в путь не в собственном транспортном средстве, а в ракетке, взятой напрокат – фирму порекомендовали ей в гостинице. Маршрутный атлас, подарок настырной девчонки-островитянки снова пригождался. Поставив ракетку на автопилот, Рябинка ещё раз перелистала его.

   Для недавно открытой планетки, Новая Земля была заселена довольно густо, но пространства, где населенных пунктов не значилось вообще, тоже было предостаточно. Конечно же, Мартин и Эльмар не соврали: работы по ее специальности здесь навалом, развернуться есть где. Кстати, там, куда лежал ее путь, тоже не значилась ни одна обитаемая точка. Для кого же тогда устраивалась выставка? Может, там работает какая-то экспедиция?

   Однако острова Холодного архипелага и в самом деле оказались безлюдны. Рябинке недолго пришлось гадать, который из них носит название Высокий – на плоской скалистой поверхности одного из клочков суши во всю ширь береговой полосы полыхала надпись: «Внимание! Здесь проводится выставка-конкурс „Зелёная осень“»!

   Подлетая к острову, наша космонавтка увидела в середине его котловину с километр в поперечнике, а в центре котловины круглый павильон. На внутренних склонах скал, с северной стороны, была выбита площадка. Рябинка поставила туда ракетку и спустилась к павильону. Кругом не было ни души, и павильон был закрыт.

   Первая мысль Рябинки была о ловушке, но поскольку из павильона никто не выскакивал и ничто не взрывалось, а пейзаж по-прежнему оставался пуст, то оставалось предположить, что наша соискательница прибыла сюда рановато.

   От нечего делать Рябинка промерила глубину слоя щебёнки, которой было устлано дно котловины. Оказалось, около метра – вполне пригодно для деревьев. Но здесь даже лишайничка не росло. Желто-серые грязные скалы в полоску и грязно-желтая щебёнка под ногами.

   Ракетки прилетели все как-то сразу. Не прошло и двух минут после приземления первой из них, как долина наполнилась шумом и смехом. Павильон открыли, и соперники хлынули внутрь здания.

   Зал, постепенно понижающийся к площадке в центре, казался бы огромным, если бы не был на большую часть своего объёма, по периметру, заставлен стендами. Стенды были пусты – Рябинка не опоздала. Пересчитав конкурсантов, распорядитель указал каждому его место, и все стали поспешно распаковывать багажи.

   Рябинка тоже достала свой и поискала глазами Эльмара, но безуспешно. Она быстро развесила рисунки, поставила на подставку горшочек с проростком и изрядный кусок спелого плода с семенами. Присоединив ко всему этому подробнейшее ботаническое описание и десяток кулинарных рецептов, она смешалась с толпой снаружи павильона.

   В половине десятого выставка открылась. И Рябинка с первого взгляда на чужие проекты поняла, какой промах допустила. Все растения, представленные здесь, явно предназначались для холодного климата. Хлебное дерево, на которое Рябинка возлагала столько надежд, никак сюда не вписывалось.

   Ну почему, почему она обо всём этом не подумала, когда прочитала, что конкурс каждый раз проводится на новом месте? Вполне возможно, что испытания на выживаемость предлагаемых растений будут проводиться именно здесь, на пустом диком острове. Никто не станет лелеять росток её хлебного дерева в ожидании, пока он достаточно окрепнет. Впрочем, как хотят.

   Расстроенная, она долго ходила от стенда к стенду, пока совершенно неожиданно не наткнулась на Эльмара. Точнее, он сам наткнулся на неё.

   – Рад видеть Рябинку! – тихо сказал он, склонившись к самому её уху.

   – Как вы меня узнали? – отпрянула она.

   Этот парень снова удивил её. Вот уж никак она не думала, что её так легко расшифровать.

   – Ты выдала своё присутствие, а остальное было просто, – объяснил Эльмар. – Ты забыла изменить походку и фигуру, ведь лицо – это не всё. А глянь-ка, что творится возле твоей работы! Надо же! Приволочь живую модель!

   – Разве это запрещено?

   – Полагается только макет. Пока растение не одобрено Советом, никто не имеет права вводить его во флору планеты. Только ты одна могла не знать этого. А твою новую внешность мне подробно описали на киностудии.

   – А... Ох, а я уж было испугалась. Но почему такое странное постановление? Ведь живая модель лучше во всех отношениях.

   – Вот-вот, и у нас так думали полтораста лет назад. Каждый мог придумать своё и отнести в бюро материализации.

   – Бюро материализации?

   – Ну да. Были такие учреждения лет пятьдесят назад.

   – Но ведь не каждая конструкция жизнеспособна.

   – Само собой, а только прикрыли это дело совсем по другой причине. Некоторые из новоизобретёнок оказались опасны, причём совершенно невозможно было предсказать заранее, ядовитым будет растение или съедобным. Понимаешь? И хорошо, если эта гадость гибла, не оставив после себя семян. А то ведь некоторые мы до сих пор уничтожить не можем.

   – Вроде той виалы, которая растёт в саду у Мартина?

   – О нет, виала не ядовита, и уничтожать её никто не собирается.

   – Почему же тебя так удивило, когда она мне понравилась?

   – Меня? Ах, да! Так ведь это у нас самое распространенное декоративное растение. И виала Мартина ничем особенным от виал у других садоводов не отличается.

   – Я похвалила то, что не заслуживало похвалы? Интересно... Но что мне теперь делать?

   Эльмар пожал плечами:

   – Единственное, что тебе угрожает...

   – Автора так называемого хлебного дерева просим выйти на середину зала, – раздался внезапно громкий голос откуда-то сверху.

   Шум в зале моментально стих, как будто его выключили.

   – Не выходи, – шепнул Эльмар, и Рябинке показалось, что его шепот слышали все, вокруг, до чего оглушающей была эта тишина. И непереносимо громким прозвучало повторное:

   – Автора хлебного дерева просим выйти на середину зала. Граждане, отойдите в сторону, освободите место.

   Сразу вновь стало шумно, и толпа, растекшаяся было ручейками вдоль стендов, полилась вся к середине, где стояла маленькая женщина средних лет с микрофоном. Вдруг стало тесно. Рябинку с Эльмаром стиснули и понесли вперёд.

   Рябинка пыталась было выбраться, отодвинуться подальше. Но тут её толкнули, и она, чтобы не потерять Эльмара, вынуждена была подчиниться общему потоку.Люди вокруг неё оживлённо обменивались впечатлениями.

   – Ты думаешь, она выйдет? – спросил совсем рядом звонкий голосок.

   Рябинка повернула голову и очутилась нос к носу с нахальной девчонкой по имени Лелечка. Она хотела было ответить, от неожиданности не сразу сообразив, что Лелечке положено было бы пребывать сейчас в другом месте, но вовремя постигла, что вопрос был обращён не к ней, а к тому самому худощавому мужчине со впалыми щеками, который так не понравился Рябинке ещё в Открытом. Худощавый, словно очнувшись от какой-то думы, спросил в свою очередь:

   – Кто 'она'?

   – Да туземка же!

   Что тот ответил, Рябинка уже не слышала. Людская волна понесла её дальше и последним своим всплеском вынесла прямо к площадке в центре зала.

   Рябинка стояла ни жива ни мертва, вцепившись в руку Эльмара. Она ясно ощущала каждой клеточкой своего тела, что деваться ей, если узнают, совсем некуда.

   – Так есть здесь автор хлебного дерева? – повторила в третий раз женщина с микрофоном, и посмотрела прямо в Рябинкину сторону.

   У нашей искательницы приключений подогнулись колени. Если бы она была без маски, то выражение ее лица непременно бы ее сейчас выдало, и во всей этой истории, наверное, можно бы было поставить точку.

   Горячий липкий пот заструился по Рябинкиному телу, скапливаясь во всех мыслимых местах, где ему под искусственной кожей была к тому малейшая возможность. А когда Эльмар осторожно высвободил свою руку из её руки, она увидела на его запястье белый, постепенно розовеющий след от своих пальцев.

   – Это мой проект, – сказал Эльмар и сделал шаг вперёд.

   Женщина с интересом на него воззрилась:

   – Правда? Так это ты? Не будешь ли ты добр объяснить... мы не совсем поняли... что это значит: «семейство тутовых»?

   Стремление действовать включилось в Рябинке словно помимо её воли. Ну не привыкла она прятаться за чужую спину!

   По истечении доли секунды между диктором и Эльмаром возник ящик, а в нём, на подушке сфагнума, густо усеянной крупной клюквой, возвышался кустик голубики. Это был кусочек любимого Рябинкиного болота из бабушкиного заповедника, и здесь, на этом холодном каменистом островке у него были все шансы выжить и произвести потомство. В центре ящика она воздвигла табличку: «Уголок туземной природы. Ягоды съедобны. Остальное безвредно.»

   Толпу на мгновение словно парализовало. Затем кто-то крикнул:

   – Эй, Эльмар, ты, кажется ,собираешься переквалифицироваться в инопланетянина?

   По лицу Эльмара пробежала тень. Он поднял голову, покачнулся, сложил руки на груди и хмуро произнёс:

   – Я пошутил...

   Что-то зашипело, раздался истерический женский вопль. Повернув голову, Рябинка увидела, как на противоположном конце зала толпа всколыхнулась, и какой-то мужчина побежал к двери. Три человека бросились за ним. Увидев его кудрявые всклокочённые волосы, Рябинка опять же не удивилась. С некоторым отстранением она подумала: 'Ну каждый, с кем я сталкивалась на этой планете, сегодня здесь'.

   Кудрявый обернулся, к преследователям, повёл красными воспалёнными глазами, и в его руке блеснуло нечто вроде аэрозольного баллончика. Преследователи отпрянули, Кудрявый выскочил на улицу... Всё произошло так быстро, что показалось Рябинке просто наваждением.

   В зале зачихали, закашляли. Молодая, красивая брюнетка, одетая в серо-лиловый комбинезон с геометрическим орнаментом, безжизненно повисла на руках у своих соседей.

   – Врача, скорее врача! – закричал кто-то.

   – Положите её на пол, – скомандовала женщина с микрофоном. – Включите вентиляцию. Граждане, разойдитесь!

   Сразу стало прохладно, и до Рябинки донесся слабый цветочный запах, а вслед за ним что-то резкое и удушливое.

   – У кого-нибудь есть нашатырь? – спросила женщина с микрофоном.

   – У меня, – моментально откликнулся Эльмар и вынул из кармана флакончик.

   – Вот и отлично. Давай.

   Она поднесла к носу девушки нашатырь и та открыла глаза. Она встала и её тут же вырвало.

   – Ты одна прилетела?

   – Да, – ответила девушка, задыхаясь. – Я в своей машине.

   Площадка перед павильоном быстро пустела. Вскоре в зале осталось совсем мало народу. Рябинка вновь увидела Лелечку и худого мужчину со впалыми щёками.

   Лелечка подошла к Эльмару, подала ему свёрнутый вдвое листок и сказала женщине с микрофоном:

   – Мы отвезём пострадавшую, куда надо.

   Не слушая возражений девушки, она взяла её за руку и увела к выходу. Эльмар раскрыл листок и нахмурился.

   – У тебя из-за меня неприятности? – виновато спросила Рябинка.

   Эльмар покачал головой:

   – Да нет, пустяки. Есть одно неотложное дело. А тебе лучше сидеть в Открытом, в гостинице и никуда не отлучаться. Там я тебя найду.