Текст книги "подарок для бывшего (СИ)"

Автор книги: Ирина Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

– Ну ты и спишь конечно, Вер. Десятый час на часах. Я уже подумывал, что придётся тебя, как спящую красавицу, будить страстным и глубоким поцелуем.

– Совсем уже того? Какая еще Спящая красавица? Не сплю я уже, сама справилась.

Краем глаза замечаю, что взгляд Воронцова сполз с моего лица на оголенное плечо. Дёргаю воротник огромной футболки, чтобы прикрыть части своего тела.

– Кстати, постарайся сейчас мне чётко и внятно объяснить, почему я оказалась в твоей постели и на мне твоя одежда? Ты что со мной сделал, а?

Костя закатывает глаза и улыбается во весь рот. Пожалуй сегодня он предстаёт передо мной ещё с одной стороны. Никогда не видела его настолько весёлым, расслабленным и улыбающимся.

Воронцов перекидывает полотенце с одного плеча на другое, рукой упирается в дверной косяк ванной комнаты и начинает без запинки, спокойным голосом рассказывать о вчерашнем:

– Возвращаюсь я, значит, в спальню к тебе, в голове одни нецензурные мысли о том, что мы будем творить вдвоём этой ночью. Но ты, Вера, та ещё «обломистка». Захожу я значит и вижу, что дама моя лежит, как королевна, посреди кровати и сладко спит.

Костя разводит руки в стороны, мол, что увидел, то и пересказываю. И вид такой еще при этом грустный. Будто действительно расстроился из-за вчерашнего несостоявшегося соития.

– Ты ещё, Вера, кстати, и слюни пускаешь. Смешно так слюнявишь подушку. Но спасибо, что хоть без храпа. Не люблю храпящих девушек.

– ВРЕШЬ! – выкрикиваю я. А сама судорожно в уме надеюсь, что он просто шутит. Иначе это – позорище.

– Вот мне и пришлось этими самыми руками, – Воронцов выставляет перед собой ладони и демонстрирует, что делал ими вчера, – тебя раздевать.

– Для чего?

– А просто так. Чтоб облапать тебя. – Костя подмигивает, а я кидаю в него подушкой. Издевается, гад. Он без проблем уворачивается от летящего «снаряда» и продолжает:

– По себе знаю, как неудобно спать в джинсовых шортах. Вот и снял с тебя их. Майку я трогать не собирался, ты сама ее сняла. Я не при чем. Ты вдруг села на кровати, потянула края майки и сняла её через голову. Я уж было обрадовался, что проснулась моя Спящая Красавица, и сейчас мы займёмся тем, что планировали. Но где там? Ты обратно завалилась на подушки и, повернувшись на другой бок, дальше продолжила спать. А я так и стоял офигевший у кровати, смотрел на практически обнаженное девичье тело. На эти чёртовы чёрные трусы, которые так сильно облепили твою аппетитную попку. Спасибо, кстати, что не кружевные, а то я б не пережил эту ночь. Для своего же, в первую очередь, спокойствия я и надел на тебя свою футболку. От греха отвел, так сказать.

– От греха? Да, ты это только что придумал. Если б я проснулась, то точно помнила бы все, что делаю.

Я подскакиваю на кровати и отправляю в сторону смеющегося Кости ещё одну подушку.

– Чего ты ржёшь, Воронцов?

– Да, вот думаю: ночь прошла, джентльменские часы истекли. Теперь могу и воспользоваться шансом подмять тебя под себя, Вера.

– Да, я тебя сейчас! Этими самыми руками. – Спрыгиваю с кровати и попадаю в объятия Константина.

И на что я только рассчитывала? Что Костя с испугом сбежит от меня из комнаты? Он скорее меня туда сейчас вместе с собой затащит, я и слово сказать не успею.

Но, кажется, второй день подряд передо мной совершенно другой человек. Вместо того чтобы, как медведь, потащить с собой в душ, чтобы удовлетворить свое сексуальное желание, Костя лишь едва касается губами моей щеки. А желание, скажу я вам, ого-го! Чувствую всю Костину мощь собственным телом.

Странные вещи со мной происходят. Раньше потные парни во мне вызывали лишь отвращение и желание послать «вонючку» скорее окунуться в мыльную пену. С Костей же все совершенно наоборот. Я, как та пчела, мысленно уже лечу собирать желанную пыльцу с привлекательного цветоноса.

Вдыхаю и кайфую. Теряю голову. Опять. Снова. Пропадаю.

Голос разума, кажется, махнул на меня рукою. Мол, все с тобой, Вера, и так ясно. Втрескалась по уши в этого мужчину. Взывать к рассудительности и благоразумию теперь бесполезно.

– Доброе утро, сумасшедшая бунтарка! Ты первая в душ? Или хочешь вместе со мной поплескаться?

– Я... Я... – Мой рот опять еле шевелится. Мои мысли опять где-то бродят вне черепной коробки. Картинки того, чем именно в итоге закончится совместный поход в ванную комнату, немного отрезвляют и удаётся промолвить несколько слов: – Сама. Я сама схожу. Одна в душ. После тебя.

– Окей. – Костя целует меня в лоб и уходит мыться.

Времени на рефлексию и обдумывание дальнейших действий немного. Кто знает, сколько времени Воронцов плещется в душе. Подбираю свои вещи и сумку. Достаю мобильный и вижу пропущенные от мамы и Катьки.

Звонок матери выходит не слишком длинным. Хожу по комнате туда-сюда и рассказываю ей, что все со мной хорошо, кухня целая, квартира тоже. Работу ещё не нашла. Мама в ответ сообщает, что они, наверное, еще где-то на неделю задержатся в деревне. Мол, ягод намеренно в этом году. Компоты, варенье надо закатать, чтобы ничего не пропало.

– Вера, я все! Теперь твоя очередь. – громкий голос Воронцова за моей спиной заставляет подпрыгнуть чуть ли не до потолка. Автоматически прикрываю телефон ладонью и глазами оказываюсь, что убью этого мужчину, как только завершу разговор.

Благоухающий Константин с улыбкой во все тридцать два зуба, застревает в дверном проёме и с недоумением смотрит на меня. Если бы не висящая мать на проводе, то я бы ему ответила пару ласковых. Но приходится судорожно включать голову и соображать, что сказать матери. Она точно услышала возглас Кости, и не оставит такое событие без внимания.

– Это кто там, Вера? Ты кого в дом привела?

Вот, пожалуйста. Я же знала, что так и будет.

– Это Катя, мам. Она просто объелась холодным мороженным и простудила горло. Теперь у неё голос, как у соседа с четвертого подъезда. Помнишь того, что вечно курит сигареты и травит никотином всех вокруг. Ладно, мам, я вечером тебя еще наберу. Пока, пока. «Привет» мелкому. – завершаю звонок и облегчённо стону.

– Катя? Серьёзно?

– Да, Константин Александрович. Буду теперь величать тебя именно так. Ну вот не мог ты промолчать? Мне ж теперь от звонков матери покоя не будет.

– А правду ей сказать?

– Ага. Как же. Чтоб завтра мать на пороге дома была? И прощай беззаботные две недели без предков? Жить с родителями, когда тебе двадцать – это то ещё удовольствие. Нет уж. Пусть лучше потом правда вскроется.

– Интересные конечно у тебя умозаключения. Обсудим их за завтраком. А теперь иди в душ, пока я не съел тебя вместо жареной яичницы прямо тут.

Исходя из весёлого настроения Кости я почти уверенна, что сейчас он в очередной раз просто шутит. Но мало ли. Проверять не рискую.

Две секунды и я уже с вещами скрываюсь за дверью ванной комнаты.

***

– То есть он просто привез тебя домой? Не приставал и не делал пошлых намеков? – С явным удивлением и со сквозящим в интонации недоверием спрашивает Катя. Она уже в четвёртый раз заставляет меня повторить все, что произошло со мной в первой половине вчерашнего дня.

Моя ночёвка в доме Воронцова закончилась абсолютно спокойно и в какой-то мере даже неправдоподобно. За совместным завтраком Костя поинтересовался у меня про планы на ближайшие дни.

– Утром собеседования по поводу работы, а вечером урок танцев.

В голове пробежала мысль, что может быть он хочет пригласить меня на свидание. Я была бы очень даже не против встретиться с ним ещё раз. Но мужчина лишь удовлетворительно кивнул в ответ и сказал, что отвезет меня домой. Что собственно и сделал.

Доставил на своём тонированном внедорожнике до дома и сказал, что скоро позвонит. Больше ничего. Как будто ранее совсем не он говорил лично о том, как сильно хочет затащить меня в свою постель.

– Нет. Ничего из вышеперечисленного, – с грустью отвечаю я Кате. Выключаю огонь и снимаю турку с плиты. Чуть не упустила момент, пенка практически полезла через верх.

– И не поцеловал? В щеку тоже нет? – подруга никак не успокоится. Я стою к ней спиной и не могу физически видеть её выражение лица. Могу лишь представить насколько она сейчас шокирована.

Разворачиваюсь на пятках и на оба вопроса Кати отрицательно машу головой. Подхожу к столу и ставлю перед подругой обещанную чашку с кофе.

– Молока нет, извини. Вечером в магазин только пойду.

Сажусь рядом с подругой и достаю из своей кружки чайный пакетик. В квартире, как и на улице, стоит неимоверная жара, но мы с Катей все равно предпочитаем пить только горячие напитки. Так легче переносится высокая температура окружающей среды.

– Да и фиг с тем молоком, Вер. Я вообще пить перехотела после такого рассказа. – Тем не менее, игнорируя свои же слова, подруга добавляет в чашку две ложки сахара, все энергично перемешивает и делает несколько жадных глотков. – Ка-а-апец! Ты его чем запугала, Вер? Может ты его по голове шандарахнула, а?

– Думаешь, я в состоянии такого мужика запугать?

– Ещё и денег не требует за испорченную машину. Я прям в шоке. – слова подруги вызывают у меня лёгкий смешок. – Честно, Вер, если бы я не видела этого Константина собственным глазами, то реально бы подумала, что ты лапшу мне на уши вешаешь. Такую отборную, длинную. – Катя размахивает руками возле своих ушей, усеянных большим количеством сережек-гвоздиков. – Ну не бывает таких принцев на свете. Не бывает. Не по нашу с тобой душу, Вер. Нет, ты не подумай, я все так же нас считаю офигенными девахами. Но мы чуть-чуть не с той лиги, что Воронцов твой. Мы чуть-чуть попроще. Или как так сказать...

– Все я понимаю, Кать. Не дура все-таки. Я задаю себе эти вопросы каждый день. Почему я? Зачем я? Ответа на них нет. У него надо бы спросить, да кишка тонка. Я как Костю вижу, так в голове одно перекати-поле гуляет. Мыслей ноль, вопросов тоже.

– Влюбилась?

– Ага. – прячу стыдливо глаза в чашку с чаем.

– Ой да чего ты стесняешься, подруга. Костя твой такой Аполлон, что было бы странно, если б у тебя на него ничего не ёкнуло внутри. Я б подумала, что ты вообще того… ну по этим, по девочкам пошла.

– Ты что совсем уже? – толкаю ногой Катьку под столом. – У меня вообще-то Виталик был. До Кости.

– И слава богу, что ты его бросила. Он мне никогда не нравился. Вечно такой скромный, молчаливый. Ни рыба ни мясо.

– А что ж тогда все время задавала «Вы такая красивая пара», «Я так за вас рада». – Голосом и движениями тела пародирую подругу.

– Конечно. А что, по-твоему, я должна была говорить: брось его, он тебе не подходит, только время зря теряешь?

– Хотя бы так.

– Ага. Как же. Ты меня бы в жизни не послушала. И ещё бы накостыляла бы и гадостей наговорила. Я же помню, как ты коршуном смотрела на всех девчонок, которые просто проходили мимо твоего Виталика.

– Дурында еще та я была.

– Вот-вот. Так что прости, любимая подруга, но на всех твоих кавалеров я буду говорить: «он классный», «вы так подходите друг другу». Даже если он будет совсем не фонтан. Сама выбирала, значит сама и должна увидеть, что выбор хреновый.

– А если руку на меня поднимет «не фонтан»?

– Ну тут, конечно, не промолчу. Хотя зная тебя, скорее это парень получит по лбу и это ему будет необходима скорая/психологическая помощь.

Мы долго смеёмся вспоминая, как я тряслась из-за любви к моему первому парню Виталику. Да так увлекаемся воспоминаниями прошлого, что чудом вспоминаем о занятиях по танцам. До урока остаётся какой-то час, а мы даже не собирались.

Катька убегает домой за сумкой, а я рысью бегу в душ. Надо быстренько смыть питательную маску с волос, которую я нанесла перед приходом подруги. Стягиваю с себя аккуратно футболку и бросаю на стиральную машину. Снимаю с крепления душевую лейку и наклоняю голову над ванной. На ощупь дёргаю вверх на смесителе регулятор температуры воды.

Не сразу до меня доходит, что какая-то сантехническая деталь осталась у меня в ладони.

Глава 16.

Вера.

– А-а! Какого черта? А-а! – кричу громко и отскакиваю назад, когда меня окатывает сильной струёй холодной воды. Душевая лейка с грохотом летит вниз и бьётся о борт ванной.

Прорвавшаяся вода фонтаном бьёт во все стороны комнаты. Я рывком шагаю назад к крану и пытаюсь оторвавшуюся деталь обратно присоединить на свое законное место. Ничего не получается. Резьба сорвана, регулятор не держится. Вода хлещет ещё больше. Мокрыми становятся не только стены, но и пол, стиральная машинка, зеркало и даже двери.

Достаю из бельевой корзины все вещи и кидаю их на пол. Хоть как-то надо собрать воду, чтобы не затопить соседей снизу. Большим махровым полотенцем стараюсь заткнуть «пробоину». Кое-как накручиваю его на кран и спускаю одну сторону в ванну, чтобы струя хотя бы бежала только в саму ванную в сток. Вроде как получилось.

Опускаюсь на колени и собираю мокрые вещи с напольной плитки. Выжимаю все и скидываю обратно в бельевую корзину.

– И как теперь перекрыть воду? Где этот чертов вентиль? – заглядываю под ванную в поисках заветной заглушки, которая в состоянии остановить этот ледяной потоп, до прихода сантехника.

Матери с отцом звонить ни в коем случае нельзя. Помочь из деревни они не смогут, приехать быстро тоже. Только нервы и отдых всем испорчу. Сама справлюсь. В крайнем случае, кто-то из соседей точно знает как перекрыть стояк и как позвонить сантехнику.

Звонок в дверь заставляет подняться с пола. Надеюсь это не баба Нюся с нижнего этажа. Я вроде не успела затопить соседей.

Вытираю ладошки пот со лба и иду к двери. Звонок повторяется ещё раз. И ещё.

Не, это точно не соседка. Только один человек так трезвонит обычно. Это моя Катька. Наверное не дождалась на улице и решила подняться ко мне.

Проворачиваю замок и распахиваю дверь, оглядываясь на ванную комнату.

– Кать, поезжай на танцы без меня. В ванной кран сорвало. Потоп в квартире. – Поворачиваю голову и вижу перед собой Воронцова. – А ты как здесь оказался?

– Мимо проходил. А ты всех встречаешь в таком виде? – строгим голосом интересуется Воронцов. Его лицо серьёзное, глаза обсматривают меня с ног до головы.

И тут до меня доходит в какой одежде я прискакала открывать дверь. Я стою перед Костей в одном лифчике и домашних шортах. Все вещи, к тому же, насквозь промокшие. И я продрогла, что тоже не скрылось от цепкого взгляда визитёра.

А ещё на моей голове красуется непонятного вида волосы, скрученные в абы какой пучок. И волосы обильно пропитаны маской жизнерадостного жёлтого цвета. Ну просто мисс Вселенная две тысячи двадцать два.

Стыдливо делаю шаг в сторону и прячусь за дверью. Лбом беззвучно бьюсь об дерматиновую обивку двери.

Внешний вид – лучше не придумаешь. Сразила наповал ты его, красавца. Сейчас «принц» укатит прочь на своём железном коне.

– Что ты там про потоп говорила? – усмехаясь моему внезапному приступу скромности, спрашивает Костя и проходит без приглашения в квартиру.

Я разворачиваюсь к Воронцову лицом. Смотрю на него как полоумная наверное. Не могу поверить в реальность происходящего. Этот широкоплечий мужчина в голубых джинсах и белой футболке стоит прямо посреди моего коридора. Это какой-то сон.

Может я поскользнулась там в ванной и об кафельную плитку расшибла себе голову?

– Вера? Ау? – Воронцов щёлкает пальцами перед моим носом. Кажется я слишком глубоко ушла в анализ происходящего. – Прием! Приём, Вера! Как слышишь меня?

– А? Да, я тут. Все в порядке. – тормошу головой и оглядываюсь по сторонам. Нельзя зацепиться глазами за Костю. Он притягивает меня к себе, как магнит различные железки. – А Катя где? Как ты узнал номер моей квартиры?

– Подруга твоя – щедрая душа. Подсказала где тебя искать. А ещё попросила тебе передать, что уехала на танцы сама.

Я киваю в ответ на полученную информацию.

Вот же ж Катька. Могла бы хоть позвонить и предупредить. Ну я ей всыплю, что всем подряд рассказывает где я живу. Костя конечно же не все, но все равно.

– Давай ты её отпустишь. – Воронцов осторожно разжимает мои пальцы и закрывает входную дверь. – И пойдешь наденешь на себя сухую одежду. Ты же замёрзла. Где вода хлещет? В ванной.

– Там. Кран сорвало.

Пальцем показываю в нужном направлении, а сама все ещё не могу сделать и шагу.

Горячие ладони Воронцова обжигают мою замерзшую кожу на пояснице. Шероховатые пальцы заставляют развернуться к нему спиной. Костя проталкивает меня вглубь квартиры. Его горячее дыхание касается моих шеи и плеч. По коже бегут два табуна мурашек: одним зыбко от ледяной воды, вторым жарко от мужской близости.

– Вера! – строгим голосом командует Костя. – Иди уже переоденься. А я посмотрю, что можно сделать с краном.

Не знаю, сказала я «угу» вслух или оно прозвучало только в моей голове, но перечить мужским словам я не стала. Захожу в свою комнату, быстро расстегиваю и снимаю бюстгальтер. Следом стаскиваю мокрые шорты. Только сейчас начинаю ощущать как же я все-таки замёрзла после незапланированного «ледяного душа».

На голое тело поскорее натягиваю домашнее, хлопковое платье в синюю полоску. Оно доходит до середины бедра и имеет два разреза по бокам. А ещё на нем есть вышивка в виде якоря в районе «нагрудного кармана». Эдакая морячка Вера.

Как настоящая девочка, прежде чем вернуться к мужчине, оцениваю себя в зеркальном отражении.

Да уж.

Черная тушь, намокнув под потоками воды, видимо решила, что на щеках ей будет комфортнее, чем на ресницах, и стекла под глаза.

Пф. А я ещё переживала по поводу маски на волосах. Панда в чистом виде. Блин.

Беру с полки ватный диск и смачиваю его мицеллярной водой. Интенсивно тру застывшие чёрные подтеки. Лучше конечно было бы умыться, но для этого надо сначала вернуться в ванну. А там Костя.

Кое-как дотираю черные пятна.

Закрываю глаза и считаю до трех.

Один, два, три.

Ну я пошла.

Выйдя из спальни, застаю Костю расхаживающим по коридору. Он с кем-то разговаривает по телефону. Первое, на что обращаю внимание: отсутствует шумящий звук льющейся воды.

– Да, все верно. По указанному адресу. Еще раз: квартира сто пятьдесят три. Жду. Спасибо.

Костя кладет мобильный на тумбу в коридоре и начинает энергично разминать шею вправо-влево. Затем делает небольшие наклоны в стороны туловищем. Я пристально слежу за тем, как каждая мышца его спинного отдела выполняет поставленную задачу. На мужчине больше нет футболки. Наверное, он снял её, чтобы не испачкать.

Оказывается у Воронцова есть татуировка. В виде птицы. Ласточки, если быть точнее. Как только спинные мышцы напрягаются, то кажется, что татуировка перестаёт быть статичной. Маломальское движение тела приводит к тому, что птица, выбитая на правом подреберье мужчины, начинает шевелить крыльями. Очень впечатляющая и гипнотизирующая картинка.

Мне не удаётся вовремя отвести взгляд. Костя ловит меня с поличным. Лёгкая улыбка появляется на его лице в этот момент.

– Воду я перекрыл. Сантехника уже вызвал. Он обещал в течение часа приехать и поменять смеситель. – Воронцов подходит ближе и кладет по-хозяйски свои руки мне на талию.

Я теряюсь. Бегаю глазами туда-сюда. Осторожно дотрагиваюсь ладонями до стальных бицепсов Кости. Нос щекочет от его парфюма. Готова вдыхать снова и снова этот аромат.

– Ты зачем приехал? Ну кроме того, чтобы спасти весь наш многоквартирный дом от затопления, как супермен-суперсантехник. – Я стараюсь ненавязчиво пошутить. Но волнение все равно скрыть не удаётся. Глаза то и дело возвращаются к губам Воронцова.

– Я приехал, чтобы забрать тебя в одно очень увлекательное путешествие к старому аэродрому.

– Куда? Ты что хотел меня «покатать» на самолёте? – ошарашенно переспрашиваю я. – Нет? Я не угадала? Тогда вертолёт? Параплан? Дельтаплан?

В голове проносится тысяча вариантов. Озвучиваю все подряд, но Воронцов на каждый из них отрицательно машет головой.

– Только не говори, что меня ждёт прыжок с парашютом?

– Интересный вариант. Надо подумать. – Костя задумчиво чешет подбородок. Улыбка с его лица исчезает.

Моё тело охватывает паника. Неужели угадала? Пальцы на руках и ногах тут же немеют. Мороз по коже.

За моей спиной уже висит рюкзак, в который специально обученный человек сложил огромный парашют. Под ногами расстояние минимум в восемьсот метров до земли. Колени трясутся. Ноги ослабли. Вот она я стою в салоне самолёта перед распахнутой дверью.

Сейчас мне скажут прыгать...

А вдруг парашют не раскроется? А вдруг я слишком быстро полечу вниз и не успею вовремя дёрнуть за кольцо? А вдруг ещё миллион причин?

К горлу мгновенно подбирается тошнота.

– НИ ЗА ЧТО НА СВЕТЕ! – кричу я, очнулась от видения. – Слышь, Кость, ни за что. Даже не думай о таком свидании. Я пошлю тебя еще на пути к аэродрому.

Моя реакция забавляет Воронцова. Он смеётся все громче. Дергаюсь из его объятий. Но без толку. Мужчина лишь сильнее прижимает меня к себе.

– Нет. Это не прыжок с парашютом. Успокойся. Всего лишь драг-рейсинг.

– Гонки? На машинах? Как в кино?

Костя удовлетворительно кивает.

– Соревнования на четыреста два метра. Небольшой городской чемпионат.

– И ты в таком участвуешь?

– Иногда. По настроению.

Мне кажется, мой восторг заметно невооружённым взглядом.

Я уже представила как вокруг рычат моторы, дымит резина, орёт громкая музыка. Везде толпа. Воздух пропитан духом соперничества. Моя стихия. Даже если я просто постою в стороне и поглазею на все со стороны.

– Дай мне десять минут, – тут же вспоминаю о волосах. – Нет пятнадцать. И поехали.

– А сантехник?

– К черту. Позвони ему, пусть завтра придёт. Мне не к спеху.

– Все начнётся не раньше семи вечера. А сейчас только начало четвертого.

– И что нам делать? – с досадой переспрашиваю я.

Ждать – совсем не мой конёк. Я делаю все быстро и с наскоком. А теперь оказывается, что надо сидеть и несколько часов заниматься простыми, земным делами: кран, сантехник, вода.

– Тогда я пойду нам кофе сварю, бутерброды сделаю.

– Успеется. – Костя жадно накрывает мой рот своими губами. Не успеваю сделать вдох.

Костя вкусный. От него не оторваться. Цепляю своим языком его твёрдые зубы. Он втягивает внутрь мою губу. Я кусаю его кожу. Страсть охватывает нас мгновенно. Его ладони съезжают с талии мне под ягодицы. Он поднимает меня вверх. Я машинально обхватываю ногами бедра Воронцова.

– Моя голова? – едва успеваю спросить у мужчины, когда наши рты отрываются друг от друга. Мы вместе заваливаемся на мою кровать.

– Потом, Вера. Все потом. Сейчас есть дела куда интереснее. Например, я должен наказать тебя за то, что ты открываешь дверь практически голая. А если бы на пороге стоял не я? – Костя расстегивает молнию на джинсах и спускает их вниз. – Если бы стоял вор или маньяк, а? Чтобы тогда ты делала, Вера?

– Я… – язык Кости вновь не даёт мне договорить. А я ведь хотела рассказать про... Ай, ну и ладно. Неважно. Уже все неважно.

Глава 17.

Константин.

– Вкусно? – спрашивает весёлым голосом Вера.

Она немного смущается из-за того, что ставит передо мной всего лишь кружку с изображением оленя, в которой дымит горячий чай, и обычные бутерброды с докторской колбасой. А мне вообще все равно, что съесть. Особенно после такой хорошей совместной кардио-нагрузки.

Вера очень смешная, но в то же время дико сексуальная, в этом своем махровом полотенце с котятами. Крутится тут передо мной, едва прикрыв задницу. Опасный наряд. Очень опасный. Особенно в сочетании с такими длинными и стройными ногами. Желание закинуть их к себе на плечи стоит очень остро и давит мне на ширинку. За время, что сантехник менял смеситель, я как раз успел перевести дух и теперь очень даже не прочь перейти к следующему раунду с Верой.

– Иди сюда, – протягиваю руку и усаживаю девушку к себе на колени. Она ластится как кошка. Но не наигранно так, без надоедливого царапания ногтями по коже. Наоборот, осторожно заводит одну руку мне за шею, а вторую кладет на грудь. И поглаживает несмело.

Это приятно.

Вера смотрит на меня с немым восторгом. Немного тушуется, отчего на доли секунды опускает взгляд. Но тут же борется с одолевающей неловкостью и снова смотрит мне прямо в глаза.

Ее мокрые волосы пахнут клубничной жвачкой. Губы припухли от наших поцелуев. Щеки порозовевшие от прилива крови.

– Спасибо, Кость. За помощь. Я не знаю как бы справилась со всем этим одна.

– Пустяки.

Покрываю поцелуями тонкую девичью шею. Она пахнет ягодами. Медленно веду пальцами по оголенному плечу. Её кожа мгновенно реагирует на прикосновение. Мелкие волоски становятся дыбом. Вера вся такая податливая, отзывчивая. Где не дотронься, ответ тела молниеносный.

Завожу руку под полотенце. Дотрагиваюсь. С девичьих губ срывается тихий стон удовольствия.

– Думаю, мы уже никуда не поедем. Гонки пройдут сегодня без нас. В следующий раз прокатимся туда.

– Ну уж нет. – Вера резко дёргается назад и чуть не падает с моих колен. Вовремя ловлю ее. – Ни в коем случае. Раз собирался, то вези меня на аэродром. Никаких отговорок.

На соревнования по драг-рейсингу мы приезжаем на час позже заявленного начала. Мы с Верой не удержались и пошли на кухне во второй заход.

И впервые в жизни меня не волнует, что я опоздал. Плевать. Мне хорошо. Настроение просто отличное.

Как обычно, паркую хамелеон на своем «особом» месте. Маленькие бонусы от личного знакомства с организаторами мероприятия.

Вера крутит головой по сторонам. В её глазах плещется неописуемый восторг. Она воодушевлена и хочет чтобы я провел ей экскурсию по всей территории недействующего аэродрома. Ей хочется все и сразу.

Девушка с нереальным интересом слушала меня и рассматривала как тюнингованные автомобили, которые приехали специально для участия в соревнованиях, так и летательные аппараты, выстроенные в шеренгу в противоположной от взлётной полосы стороне.

Увидев мчащуюся мимо нас мотоколонну, Вера спросила есть ли у меня мотоцикл. Когда получила утвердительный ответ, то тут же попросила как-нибудь покатать её на моем двухколесном жеребце.

– Это моя давняя мечта. – признается Литвинова, смотря на меня влюблённым глазами.

У меня ощущение, будто я её не в другой район города на старый аэродром привез, а как минимум на Елисейские поля в Париж. Столько благодарности и отдачи я не получал ни от кого в жизни.

Прижимаю девчонку к себе и целую в висок.

– Без проблем. На днях заедем в салон, выберем тебе шлем, костюм и прокатимся с ветерком.

– Он точно Ангел. – бурчит себе под нос Вера, но я все равно услышал.

Покупаю для нас напитки и какие-то батончики для перекуса. Идём к взлётной полосе, где непосредственно и проходит все самое интересное.

Ведущий громко оглашает характеристики стартующих участников заезда, параллельно играет фоновая музыка, толпа скандирует имена фаворитов. Гонщики газуют, дымит резина. Какая-то полуголая девчонка в мини-юбке и узком топе выходит на середину трассы перед участниками заезда и даёт отмашку.

Старт.

Рев моторов и машины уносятся вперёд на четыреста два метра. С наших мест не видно кто же пришел к финишу первым. Но гоночная телеметрия, установленная по всему периметру взлётной полосы мгновенно через датчики передает точные данные в компьютер к организаторам. Ведущий в микрофон тут объявляет победителя текущего заезда.

Вера не разбирается в машинах, поэтому болеет за ту, которая больше нравится по цвету и форме кузова. Прыгает на месте и хлопает в ладоши, когда её фаворит долетает до финиша первым.

– Я угадала, угадала. – с восторженными криками Вера бросается ко мне на шею. – Представляешь, я три раза подряд угадала? Три-и-и. Спасибо, спасибо, спасибо еще раз, что взял меня с собой. Здесь так круто. Как жаль, что у меня телефон без камеры. Я бы столько всего сфотографировал на память и братику бы показала потом.

Вера совершенно не стесняется выражать свои эмоции. Ей плевать на всех вокруг. Она свободна в словах, в желаниях, в действиях. Впитывает как губка адреналин и азарт, витающий здесь в воздухе.

Ловлю себя на мысли, что даже немного завидую этой её лёгкости. Я себе такое позволял разве что в юности и то, когда рядом не было строгих родителей.

Краем глаза замечаю, что неподалеку от нас крутится знакомая спина. Артём сегодня тоже здесь.

– Я на минуту отойду. – Приходится кричать на ухо Вере, так как ди-джей врубил музыку по громче, пока следующие участники продвигаются к стартовой линии. – Поздороваюсь с другом и вернусь. Оставайся на этом же месте. Никуда не уходи.

Вера кивает и продолжает увлеченно следить за гонкой.

– Опана, какие люди. Я уж думал, что раз ты ровно к началу не явился, то уже и не приедешь. – обмениваемся с другом крепким рукопожатием, хлопаем друг друга по плечу.

– Как видишь, я тут. – Артём жестом приглашает к ним в компанию, но я отрицательно машу головой. – В другой раз. Я сегодня не один.

– Так в чем проблема? Зови девочку к нам. – Получив мой недобрый взгляд, Артем добавляет чуть тише уже около моего уха: – Или ты тут с Кристиной? Вы помирились? Чем ты откупился в этот раз, что удалось что сюда привезти?

– Темыч, ты как баба, ей-богу. Миллион вопросов в секунду. Угомонись, дружище.

Я ржу над Космогоровым, а сам взглядом послеживаю за тем, что делает Вера. Артем глазами ведёт в том же направлении, что и я.

Литвинова стоит к нам спиной. Все что можно лицезреть с моего ракурса, так это ее узкие плечи, тонкую талию, округлые ягодицы в драных шортах и длинные модельные ноги. Друг присвистывает и выносит вердикт:

– А зад у неё ничего такой. Аппетитный. Крис будет в шоке.

Собираюсь отвесить другу подзатыльник и сказать, чтобы держал свой рот на замке, но отвлекаюсь на свою длинноногую брюнетку. Вера радостно машет рукой кому-то из толпы. Даже интересно кого она может тут знать, если не была здесь никогда, по своим же словам.

Стоим с Артёмом и наблюдаем как какой-то молодой паренек в широких штанах и майке-разлетайке подходит к моей Вере. Своими тощими руками обнимает её за плечи и оставляет мокрый чмок ей на щеке. Вера испуганно оглядывается по сторонам и что-то говорит парню. Это что ещё за друг? Мне кажется, я его уже где-то видел.

Не ощущаю как сильно сжимаю пальцами жестяную банку с энергетиком, которую держу в руке. Только треск алюминия и расплескавшаяся жидкость приводят немного в чувство.

– Эй, друг? Все нормально? – Артем становится передо мной, тем самым скрывая Веру и парня от моих глаз. – Костян, выдыхай. Что с тобой? Чего ты так реагируешь, Кость? Ревнуешь?

– Все нормально. Увидимся позже, Артем.

Выбрасываю банку в ближайшую урну и, обходя друга, направляюсь к Вере. Подхожу ближе и кладу свою ладонь ей на талию. Ощущаю как дрогнуло её тело от неожиданности.

– Не помешаю? – Я чуть сильнее сдавливаю пальцы на талии Литвиновой.

– Эм... нет. – растерянно отвечает Вера и бегает глазами туда-сюда. Не смотрит мне прямо в глаза, прячет взгляд. – Это Егор, мой партнер. Мы вместе учимся танцевать бачату. А это...