Текст книги "Марионетка. Отрежь меня! (СИ)"
Автор книги: Ирина Гутовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)
Глава 23. Возвращение.
23.1.Снежана
Мы нежимся в теплой ароматной воде с пеной. Самир лежит между моих ног, повернувшись спиной ко мне. Я целую его напряженные плечи, поглаживая мягкими успокаивающими движениями. Хочу, чтобы забыл обо всех неприятных моментах, и, наконец, расслабился. В стенах родного дома ему некомфортно сейчас…
– Снег… ты как лекарство… такая нежная… восхитительная… – говорит и разворачивается лицом, чтобы сразу захватить в плен своих губ, не давая что-либо сказать.
Покрывает тело настойчивыми обжигающими от щетины поцелуями, даря наслаждение этой трепетной лаской. Потом нетерпеливо тянет на себя, заставляя сесть на него. Насаживает на возбужденную плоть. И двигается с властным напором, сжимая мою попу…
Соскучились друг по другу до одури, и остановиться нам сложно. Разве это не прекрасно… Когда любишь, и твои чувства взаимны; когда не только знаешь об этом, а буквально ощущаешь каждой клеточкой свою нужность, словно все теряет смысл, если ты не рядом; когда весь мир сужается до одного единственного человека…
– Самир… – откидываю голову назад, прикрыв веки. И накатывают блаженные волны оргазма. Дрожу.
– Девочка… – он сминает мои губы жестким поцелуем и кончает. Его тоже трясет.
Несколько минут просто обнимаемся, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и колотящееся в бешеном ритме сердце.
– Будем мыться или опять горячей воды добавить? – интересуюсь, заглядывая в небесные глаза.
– Нужно заканчивать, иначе так и не покажу тебе город… – теснее прижимает к себе, не желая пока отпускать…
Через час мы уехали.
Конечно, я успела немного разглядеть Дубай из окна машины, но это не то… Рассматривая панорамный вид с высоты сто двадцать четвертого этажа или четырехсот пятидесяти двух метров башни «Бурдж-Халифа», не могла отойти от неизгладимого впечатления.
«Какая же красота… Весь город как на ладони… Дух захватывает… Потрясающе…» – взгляда не оторвать.
– Нравится? – Самир придерживает меня за талию, чтобы никто не задел случайно из посетителей. Здесь полно туристов, говорящих на разных языках.
– Да… это что-то невероятное… никогда не видела подобного зрелища…
– А хочешь: поднимемся выше? – тут же предлагает.
– Еще выше? – удивленно смотрю на него.
– На сто сорок восьмой этаж, там вторая площадка – пятьсот пятьдесят пять метров.
– Ого! Давай.
Охотно согласилась. Но стоило оказаться на такой высоте, у меня резко закружилась голова, ноги стали ватными и тошнота подкатила к горлу…
– Самир, – вцепилась в его ладонь, не могу даже открыть глаза, дышу учащенно и слюноотделение усилилось. Кажется, будто стою на тонкой жердочке над пропастью, а пространство плывет, сливаясь в общую картину… Надежность здания сомнений не вызывает, но излишек стекла, прозрачность и много света – заставляют растеряться.
– Прости, не рассчитывал на такую реакцию, иначе не предложил бы… – привлек к своей груди и медленно вывел за пределы площадки. – Ну-ка, взгляни на меня.
– Подожди, сейчас приступ пройдет… – уткнулась в него, глубоко вдыхая и выдыхая.
– Давай, к заливу прокатимся? Прогуляемся по берегу…
– Угу, – боюсь отойти от него. Постепенно в норму прихожу.
– Не лучше? – поглаживает мой затылок через платок.
– Легче уже…
И хорошо, что день сегодня выдался не сильно жарким, по местным меркам, чуть больше тридцати градусов. Хотя для меня и это много. Плюс влажность. Возможно, организм запоздало отреагировал на непривычный климат? А подъем на смотровую площадку ни при чем…
Идем к лифтам. Народ толпится в ожидании.
Любимый не выпускает моей ладони, а когда заходим внутрь – закрывает собой от других людей. Расслабляюсь от такой заботы и защиты.
И тут рядом с нами раздается звонкий знакомый голос:
– Беляева, ты ли это?! – на мое плечо опустилась рука.
Самир дернулся от этого жеста, не позволяя меня трогать.
– Даша? – поворачиваю голову на подругу, которую никак не ожидала встретить в Эмиратах, даже еще в одном лифте башни «Бурдж-Халифа», мы не виделись полгода – она обещала летом приехать, а тут такой сюрприз…
Я освободилась из рук Самира. Он понял, что это знакомая и не препятствовал общению.
Мы обнялись с ней. Успела соскучиться по своей неугомонной подруге.
– Ты… – Дашка внимательно разглядывает сверху вниз. И явно растеряна, не сообразит: почему я одета, как арабка, причем на улице принято носит исключительно черную одежду, чтобы не выделяться на фоне остальных женщин. – Белячок, что это?
«Белячок» – прозвище, прилипшее ко мне еще со школы из-за фамилии.
– Замуж вышла, – улыбаюсь, наблюдая ее удивленный вид. Когда-то она шутила надо мной, не разделяя стремления найти своего человека, имея в виду – не отсиживаться в стороне и пробовать себя в отношениях: «ты скорее покроешься слоем паутины, чем дождешься ЕГО».
– За араба? – перевела округленные глаза на моего мужа.
– Да. Это Самир, – прижалась щекой к нему. – Самир, это Даша.
Он кивнул в знак приветствия.
– Вау… какой шикарный мужик… – не сдержалась от комментариев подруга. Она никогда не отличалась скромностью. Этим вызвала мой тихий смех, ведь…
– Я говорю по-русски, – ответил муж, опередив меня.
– Ой, простите… – Даша изобразила, как ей неудобно за прямолинейность, на самом деле, стыда не испытывает, уж я-то знаю натуру этой девушки. – Белячок, можем поговорить наедине?
Все вместе мы вышли на улицу. Воздух сразу обдал своим жарким дыханием.
– Нет, – вмешался Самир. – Исключено. Или в моем присутствии.
– А когда в России будем? – сама уточняю. Поболтать беззаботно и непринужденно с Дашкой очень хочется, а здесь это невозможно из-за моего статуса.
– Пригласи домой, я не против, – разрешает, переплетая наши пальцы.
– Как строго все… – сказала подруга, хмурясь, ей не понять всех правил, хотя у мусульман это называется – бережным отношением к женщинам.
– Я позвоню тебе. Когда ты приедешь?
– Вообще-то вылет завтра дневным рейсом…
– О, какое совпадение! Мы тоже завтра, только вечером.
– Значит, увидимся, – подруга обняла меня и поцеловала в щеку на прощание, потом шепнула в ухо: – Мечтаю услышать подробный рассказ: как и где, знакомятся с такими видными экземплярами, да еще так быстро замуж выходят.
Она в своем репертуаре. И от нее мне нечего скрывать, даже хочется поделиться. Проводила Дашу взглядом. Ее ожидала целая компания.
– Ну что, гулять? – Самир привлек внимание к себе, поцеловав в висок.
– Аппетит что-то разыгрался… – смотрю в любимое лицо.
– Ты удивляешь резкими переменами: то тошнота и головокружение, то вдруг поесть срочно понадобилось…
23.2.Самир
Снежана уплетала с аппетитом все, что ей принесли, так жадно и увлеченно, как будто несколько дней не ела. Если бы она была в положении, я не удивлялся бы… хотя…
– Ты принимаешь противозачаточные таблетки? – все-таки решил спросить. Мы договаривались не торопиться с детьми. И она согласилась со мной.
– Да, – подняла свои черные глаза на меня.
– В одно и то же время? – уточняю на всякий случай.
– Утром… всегда… Почему тебя это интересует?
– Показалось, значит… – сам внимательно ее рассматриваю.
С другой стороны – беременность возможна при разных видах контрацепции. Презервативы рвутся; таблетки принимаются не вовремя или забываются вовсе, вдобавок, бывают гормональные сбои в организме; спирали, уколы и кольца – из той же области, не дают стопроцентной гарантии; про прерванный половой акт вообще молчу – это даже не способ, а полнейшая глупость…
Откуда столько знаю на эту тему? – пришлось вникать, привычка контролировать и избегать ненужных проблем, иными словами – «не наследить». Допустим, сейчас не та ситуация, мы женаты, но все же не готов к ребенку, не готов делиться ее вниманием и нежностью…
Задумавшись, не замечаю, как Снег что-то спрашивает.
– Что? – беру ее руку.
– Где витаешь? – обиженно произнесла она.
– Прости… отвлекся… Повтори.
– Ты сказал, показалось – о чем ты?
– Подумал: можешь ли быть в положении…
– Беременность? Нет… – неуверенно отвечает. – Как?
– Где твои таблетки? С собой или дома?
– Сейчас, – роется в сумочке. Находит упаковку. Достает, считает оставшееся количество. Потом потерянно, и даже виновато, смотрит.
– Ну? Говори, – не нравится этот взгляд.
– Не понимаю, как такое получилось… две лишние… – она задумалась.
– А если точнее? – терпеливо прошу, хотя в душе начинаю злиться.
– Я запомнила дату, когда начала принимать… Выходит: пару дней пропустила…
– Снег… – вздыхаю. Для себя пытаюсь определиться: если беременность подтвердится, то… Что дальше? Я не противник детей, всего лишь хотелось оттянуть этот момент – насладиться нашим единением и близостью. И пока не знаю, как к этому относиться. Конечно, выбора не останется…
– Вспомнила! Ты разбил мой телефон! – восклицает она. – На нем стояло напоминание, а утром из головы вылетело принять таблетку, еще расстроена была предстоящим отъездом…
– И на следующий день тоже забыла? – с упреком смотрю.
– Забыла… Но это уже не имеет никакого значения… Если окажусь в положении – не стану делать прерывание, – решительно заявляет.
– Об этом речи даже не идет! – сжимаю ее ладонь, когда собирается вырвать. – Аборт не допустим.
– Тогда не понимаю, чего боишься? Поверь, специально ничего не затевала… Ну будет у нас малыш… Кому станет хуже?
– Никому, конечно… Сходишь к доктору, как приедем в Россию, и узнаем наверняка, – настаиваю.
– Сегодня у меня был врач, она брала анализы, в том числе, кровь. Вероятно, сможет ответить, – она заметно поникла.
«Какой же я болван. Расстроил свою девочку» – надо исправляться.
– Послушай, приму любой результат, – внезапно вдруг осознал, что сейчас или позже – не так уж важно, а значит – нужно себя настраивать на детей.
– Самир, правда… я… – ее глаза увлажнились.
– Не нужно оправдываться, ты ни в чем не виновата. Вся ответственность на мне, не без моего активного участия можешь быть беременной. Так что, не накручивая себя. И если закончила – рассчитаюсь и прогуляемся…
…В ночь с воскресенья на понедельник мы вернулись. Снег была вымотана перелетом и сразу легла спать, как только оказались дома. На протяжении всего пути ее безостановочно мутило, была излишне бледной и измученной, несколько раз вырвало – что еще больше наводило на мысли о ребенке…
Хотя чему я удивляюсь: «быстро» – чуть ли не ключевое, самое основное, слово в наших отношениях.
Мама обещала сообщить результаты анализов, но все равно нужно дополнительно показаться гинекологу: пусть развеют сомнения или подтвердят, наконец. Беспокоюсь, не зная, чем помочь…
Решил освежиться перед сном… Пока стоял в душе под струями воды, мысли о детях не покидали, наша жизнь изменится с их появлением… Представил Снежану: неуклюжую, с большим животом, милую, желанную и по-прежнему привлекательную, потом с малышом на руках… Себя тоже увидел, как возьму сына или дочь, прижму маленький комочек… Что ж, пора привыкать.
Вышел. Окинул взглядом жену, которая свернулась клубочком и тихо сопела. Лег рядом, обнимая бережно, чтоб не тревожить лишний раз. Она пошевелилась, устроившись на моей груди, как любит делать, и что-то прошептала сквозь сон…
Засыпая, продолжал думать о ребенке…
Утром не застал ее в постели. Нашел в туалете: она сидела на полу, подтянув колени к себе и положив голову на них. Вдобавок: замерзла, дрожала от холода и часто дышала. Смотреть на мучения – больно.
– Снег… – опустился возле нее, прикоснулся ко лбу, проверяя температуру. – Ты как? Давно тут?
– Минут сорок, наверно… Плохо, тошнит ужасно, внутри все выворачивает, хотя рвать уже нечем… – голос звучит страдальчески.
– Иди сюда, – поднял на руки и отнес на кровать. – Я вызову врача.
Укрыл теплым одеялом и оставил в тишине. Может, ей удастся поспать немного, и станет легче… После звонка в клинику, меня заверили, что доктор приедет в течение часа. Быстрей бы – помощь нужна безотлагательно.
Затем набрал маму – хотел узнать про анализы.
– А я сама собралась позвонить, – говорит она.
– Что там? Беременность подтвердилась? – перехожу сразу к делу, хотя состояние Снежаны не оставляет сомнений. Как же все быстро…
– Рано еще судить… В целом, результаты в норме, твоя жена здорова, – такой ответ не устраивает, хочется конкретики. – Если беременность есть, то надо через некоторое время повторить анализ, лучше, когда задержка будет. С чего ты вообще взял, что Снежана в положении? Таблетки ведь принимает…
– Она два дня пропустила… Поэтому все возможно… В самолете ее тошнило и рвало. Ночь прошла спокойно. А сегодня опять полощет с самого утра, как ты понимаешь: это реакция не на перелет… Ждем врача.
– Бедная девочка… Но на отравление тоже не похоже, – подтверждает мои мысли.
– Получается, беременность – других вариантов нет… – вздыхаю, переживая за Снежану.
– Самир, почему так нерадостно? – возмущается тут же мама. – Здорово ведь!
– Неожиданно всё… Не думал стать отцом в ближайший год…
– Перестань сомневаться, от тебя теперь зависит самочувствие жены.
– Знаю… Перезвоню, когда будут новости. Пока, – отключился.
Вернулся в спальню. Снег все-таки уснула. Присел на край кровати. Одернул с нее одеяло. Просунул руку под футболку, в которой она спала. Прикоснулся к ее плоскому, пока еще, животу…
«Ну что, малыш, будем знакомы: я твой папа».
Глава 24. Сюрприз не приходит один…
24.1.Снежана
Муж проводил врача и сразу вернулся. Он присутствовал при осмотре, слышал весь разговор, активно интересовался всем сам… И хоть мы успели раньше поговорить о детях, новость о возможной беременности, которая пока не подтвердилась, все равно вызывает неоднозначные эмоции. Даже у меня… Самир вовсе пребывает в легком шоке, выглядит растерянным и, как будто, расстроенным…
– Скажи честно, ты ведь не хочешь ребенка? – спрашиваю, как только заходит в спальню. Он заметно нервничает.
Доктор отменила «противозачаточные», сказала прийти на прием через неделю, когда уровень ХГЧ* (прим. хорионический гонадотропин – гормон, вырабатывающийся тканью хориона после имплантации эмбриона) в крови покажет достоверный результат. Но по всем, уже сейчас имеющимся, признакам – я в положении.
– Не говори глупости, – присаживается рядом со мной, кладет руку на мое колено. – Да, не скрою: на другой сценарий рассчитывал и оказался не готов услышать «вы станете родителями»… Впрочем, это не означает, будто ребенок не желанный. Снег, он наш… родной… Разве могу быть против него?
Перемещает ладонь на мой живот и нежно поглаживает. Этот ласковый жест немного успокаивает. Нам обоим нужно свыкнуться с мыслью о том, что жизнь изменится.
– Лучше давай подумаем, как и чем тебя накормить? – заботливо произносит.
– Я бы съела сладкую молочную кашу… любую… а еще какао… – желудок громко настойчиво заурчал, только сейчас поняла, насколько сильно проголодалась.
Утро выдалось насыщенным и утомительным – нужно восстанавливать силы. Интересно, будет ли токсикоз мучить? И как долго, если эти времена наступят? Не хотелось бы…
– Не проблема. Пойду, дам указания – сварят, – встает и покидает комнату.
Иду в душ. Наслаждаюсь теплой водой в массажном режиме, чтобы взбодриться. Струи приятно ударяют по коже мощными пульсирующими потоками.
Правда, привело это к другому эффекту…
Бодрость, конечно, появилась, наравне с сильным возбуждением, которое волнами растекалось по телу, требуя утоления желания… Прикасаясь к себе намыленной губкой, еще больше заводилась. Чувствительные, слегка болезненные, соски мгновенно напряглись и торчали упругими горошинами, а между ног поселилось томительное ожидание в предвкушении близости – мышцы сжались в тянущем ощущении…
Мне нужен Самир… Немедленно…
Споласкиваюсь быстро, вытираюсь и, накинув объемный махровый халат, спешу в столовую.
– Снег? – резко поднимается со стула. И хмурит брови.
Помню: просил не выходить в таком виде, но сейчас не до условностей. В голове лишь одна навязчивая мысль: «хочу!».
– Пошли, – хватаю мужа за руку и веду за собой.
– У тебя все в порядке? – не может сообразить, что не так.
– Нет, не в порядке…
«Но скоро будет» – добавляю про себя. Широко улыбаюсь, представляя, как его оседлаю, и он войдет внутрь на всю восхитительную длину.
– Ну-ка, стой, – останавливает меня за плечи. – Твой взгляд… одичавший словно…
Тянусь на цыпочках, обнимаю Самира за шею, чтоб наклонился ближе, потом шепчу на ухо:
– Хочу тебя… очень…
– Снег… Уверена? – заглядывает в глаза. – А самочувствие?
– Если не займешься срочно со мной сексом, знай – справлюсь сама, а тебе останется лишь смотреть.
Отстраняюсь от него. Подхожу к комнате. Открываю дверь и скидываю на пол халат, показывая свое намерение.
– Приятно удивлен… – он заходит следом, закрывается на замок. И тоже начинает раздеваться.
Ложусь на кровать. Раздвигаю ноги, согнув в коленях, облизываю пальцы: обвожу ими ареолу сосков – тереблю, пощипывая. И дразню: то ли Самира, то ли больше себя…
– Долго будешь разглядывать? – мои глаза прикрыты, но рядом слышится его частое дыхание.
– У-у-у… Какой потрясающий вид… Не останавливайся. Засунь в себя пальчик, – приказывает. Обожаю, когда голос звучит так – требовательно и собственнически. Хочется подчиняться любым его желаниям – радовать своего мужчину.
Делаю, как говорит… Этот маленький спектакль специально для него. Играю сама с собой. Вывожу узор по влажным складочкам, размазывая свои соки.
– Возьми меня… – еще немного и лопну. Смотрю на мужа. Он водит рукой вдоль возбужденного члена, наслаждаясь устроенным зрелищем.
– Перевернись на живот и подложи под себя подушку, – очередной приказ-просьба.
Опускается сверху и трется каменной эрекцией об мою попу, попутно целуя и покусывая изгиб шеи. Приподнимаю бедра навстречу, чтобы как можно быстрее оказался внутри и подарил, наконец, удовольствие.
– Пожалуйста… – нетерпеливо прошу, когда входит на полдлины, а потом делает резкий толчок вперед, но тут же покидает мое разгоряченное тело. – Ты издеваешься… – досадно выдыхаю, вызвав его тихий смех. – Что смешного?
– Нравится видеть тебя такой жаждущей и ненасытной… Подожди, надену презерватив, – вспомнил о рекомендациях доктора, которые лично у меня вылетели из головы.
– Самир, ну скорее… – просовываю руку между ног и глажу ноющий от желания клитор, ощущая трепет в приближении оргазма.
Он роется в ящике. Слышится звук разрываемой фольги.
– Моя страстная кошечка… – ложится обратно. И уже не сдерживаясь, ритмично вторгается, унося нас на запредельные высоты…
…Этот день мы планировали провести вместе, но задуманному не суждено было случиться. Мужу позвонили и назначили встречу. Он заметно напрягся после разговора и разозлился, хотя старался не показать своего истинного состояния, чтоб лишний раз не волновать меня.
Хотелось спросить: что происходит? И вероятно, это связано с той историей, с которой все началось. Но он закрылся, оградив от любых новостей, сообщил: как только приедет моя охрана, съездит по неотложным вопросам.
– И все-таки? Хоть что-нибудь скажи… – интуиция твердит, нет, даже кричит: не отпускать его. Мне нужно быть рядом.
– Снег, я быстро… – обнимает ладонями мое лицо.
– Почему нельзя с тобой? – цепляюсь за него, не желая расставаться.
– Деловая встреча, – это уже слышала, такой ответ не устраивает.
– Ну и что? Посижу в сторонке или машине, – знаю, веду себя по-детски, но ничего поделать не могу – плохое предчувствие поселилось внутри и травит разум…
– Нет, – отстраняется и идет к выходу.
– Пожалуйста, – семеню следом. – Мешать не буду… Обещаю…
– Да что с тобой? – разворачивается резко. Врезаюсь в его грудь. Ловко удерживает, обхватив мою талию одной рукой.
– Я… м-нн… – думай, думай, думай… Интересно, если совру о плохом самочувствии, он останется? – А вдруг…
– У тебя есть телефон – звони, как захочешь услышать меня. И не забивай голову ненужностями. Пригласи подругу, в конце концов…
Самир поцеловал и ушел, оставляя наедине со своими нерадостными мыслями. Проводив его, тревога только усилилась…
24.2.Самир
Принял приглашение пообедать от Владимира по ряду причин… Во-первых, он не в курсе моей осведомленности относительно его связи с Александровым, ведь я имен не называл, и он, возможно, продолжает думать, будто вне подозрений, а значит, игры продолжаются. Во-вторых, даже не сомневаюсь, с чьей подачи назначена встреча, поэтому должен знать, что же потребовалось от меня, чтобы не упустить чего-то важного. И, в-третьих, это даже забавно наблюдать, как они напрягают свои задницы в попытках «убрать» со своего пути… Ведь в этом бизнесе прочно стою.
Взглянул на часы. Владимир немного опаздывал.
Пока жду, решил сделать заказ на свой вкус. К этому времени обозначился партнер, в скором будущем – бывший. Пополнил собой список неприятелей.
– Извиняюсь, за задержку, – он протягивает руку. Мысленно передергивает, но виду не подаю – «держу лицо», и жму в ответ. У меня есть время поставить его на место.
– Бывает… Что-то срочное? – перехожу сразу к делу. Не хочу надолго оставлять Снежану, обещал сегодня быть с ней, да пришлось изменить планы… Надеюсь, она хорошо себя чувствует. Показалось очень странным, как провожала меня, как цеплялась, не желая отпускать, как смотрела с беспокойством и даже страхом…
– Тебя можно поздравить? – говорит и присаживается напротив.
– С чем? – откидываюсь на спинку сидения.
– Ну как же, с женитьбой… Да еще так быстро. Или есть причина? Девушка беременна?
– Вообще-то это личное… Не обязан распространяться. К чему все вопросы? – раздражаюсь. Явно пытается выведать информацию о Снежане. Именно он позвал в тот вечер в «Марионетку». Вероятно, знает о ней не меньше моего, раз собирались использовать…
– Вопросы, как вопросы… В порядке дружеской беседы, – отвечает, стараясь быть вежливым, да получается плохо. Улыбается натянуто.
«Ну-ну…» – с трудом сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться от этих слов. Какая, нахрен, дружеская беседа? Фразой о женитьбе открыто заявил, что поддерживает более близкие отношения с Александровым или всегда был его прихвостнем… Все-таки удачно тогда подслушал их разговор, пусть гадают теперь – откуда в курсе всего и где прокололись.
За что же я удостоился мести? И ведь дело не в его жене, с которой имел глупость связаться… На оскорбленную мужскую честь – не похоже. Вот когда говорил, как мечтает о разводе – выглядело правдиво. За этим кроется нечто другое…
– Может, уже скажешь: зачем просил о встрече? – напоминаю суть.
– В четверг объявят итоги тендера… И не секрет, кто в фаворе…
– К чему клонишь? – никак не соображу, что от меня нужно. – Оперируешь очевидными данными…
– Иван так легко не отступит… – сообщает Владимир.
– Не удивлен. И? – скорее наоборот, возникли бы вопросы, если он по-честному решил тендер выиграть.
– Самир, ты не понял: он подключил нужных людей не для того, чтобы получить фору, а тебя исключить из претендентов. Очернить твою компанию и вывести с рынка.
– За два оставшихся дня? Нереально. Пусть рискнут, – уверенно отвечаю. Опасаться нечего. Предугадал такой шаг и опередил Александрова, но для убедительности он должен считать, что все «на мази».
– А ты что такой спокойный? – поражается он, изображая «друга».
Я выдержал паузу, так как пришел официант и принес первые блюда. Дождался пока уйдет.
– Мне не о чем переживать, – решительно заявляю. Все под контролем.
– Так думаешь? – загадочно произносит, ухмыляясь и выгибая бровь. – Даже если это касается твоей новоиспеченной жены?
– О чем ты? – не нравится тон его голоса, особенно когда это касается моей девочки.
– Не буду ходить вокруг да около… Снежана – дочь Александрова.
– Что за чушь?! – выпрямляю спину.
– Да, смотри сам, – он роется в папке с документами и кладет на стол конверт, – вот.
Беру бумаги и внимательно читаю… Галина Дмитриевна, мать Снега, и Иван Николаевич вместе учились в одном институте, там и познакомились. Тут даже есть совместная фотография студенческих лет, первокурсница и выпускник – молодые, счастливые, влюбленные и беззаботные. Собирались пожениться, подавали заявление в ЗАГС, но в назначенный день не явились… Потом она резко меняет фамилию и переезжает в другой город, где впоследствии родила дочь… По каким-то невыясненным причинам они расстались, а она оборвала все связи.
– Пришлось побегать, чтоб собрать всю информацию, – говорит Владимир, заметив мое шокированное состояние. – Здесь, конечно, не хватает ДНК-теста, хотя это формальности, сомнений нет – она его дочь.
– Откуда все это? – просто не верится. Глубоко я не копал, желая узнать о ней больше.
– На самом деле, не так сложно оказалось… – отвечает он, явно наслаждаясь моей реакцией.
– Твой интерес в чем? – уточнил свой предыдущий вопрос. Допустим, всё – правда. Как он собирается воспользоваться этими знаниями? Кому они навредят?
– Думаешь, папуля, молча, проглотит новость, когда узнает?
– Никак не пойму: чего добиваешься? Хочешь лбами столкнуть нас? Мне плевать, кто отец Снежаны… В первую очередь, она моя жена.
– Ладно, давай начистоту… Я втерся к нему в доверие, сделал вид, будто хочу подставить тебя, типа перебежал на его сторону.
Взглянул на него, пытаясь прочитать эмоции, угадать мысли… Он сейчас хочет сказать, что против меня ничего не затевал? И по-прежнему со мной в одной команде?
– Да, Самир, не смотри так… – оправдывается он. – Не говорил, зная, как отнесешься к подобной инициативе.
И я должен поверить? Уж очень натурально гневную тираду в мой адрес кидал там, в конюшне.
– Между прочим, ты мог удачнее спрятаться, – продолжает и усмехается по-доброму. – Когда увидел, что Александров приближается к стойлу с конем, которого собрался подарить тебе, пришлось уводить его оттуда.
Я все еще молчу. Не могу определиться с услышанным…
– Извини. Если бы раньше открылся, то не узнал много нужных вещей. И понимаю: поверить нереально сложно во всё… Не враг тебе.
– Выводы буду делать позже, – ответил. Но сейчас… такое противоречие внутри развернулось… Довериться? Нет, конечно. Я же не идиот.
– Молодец, что увез Снежану, – вставляет очередные слова. – Не доберется папочка до дочки – это главное.
Не стану говорить, как дела обстоят и она уже в России. Хочется послушать подробности. В особенности, каким образом моя девочка попала в эту историю?
– Рассказывай… – не уточняю, что желаю знать.
– Да что рассказывать… – он глотнул сока, собираясь с мыслями. – Нарвался на растерянную девчонку в закрытой части клуба.
– Так это был ты? – впрочем, не удивлен. – С твоей подачи ее обязали к проституции?
– Такого плана никто не преследовал, честно. Когда ты заинтересовался, Александров решил воспользоваться удачным стечением обстоятельств, но ты успел забрать девушку.
– Что потом? – сжимаю вилку в руках. Слышать противно, тем более, теперь все это касается моей жены.
– А можно встречный вопрос? – слегка наглеет Владимир.
– Рискни, – немного расслабляюсь.
– Почему она? – улыбается.
Хороший вопрос. Сам задавался не раз. Ответ ясен и прост: встретил «ту самую».
