Текст книги "Черноземье. Сатум (СИ)"

Автор книги: Иннокентий Белов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

Глава 8

Первым в хамам все же привезли Стоца. Его прихватили прямо около промплощадки, выглядывающим из кустов, пристукнули немного по затылку. Пристукнули, связали и в повозку закинули, присыпав сверху копнушкой сена для маскировки.

Сено в город часто завозят, ведь нужно кормить гвардейскую конницу и лошадей обоза.

А когда он очнулся, сам связанный и со ртом завязанным, да еще с ножом у горла и под сеном, повозка с охранниками уже в город заезжала.

Своих людей стражники, конечно, досматривать и, тем более, обыскивать не стали, поэтому доставили помятого парня в наше пивное место быстро и без проблем.

Доставили и мне сразу доложили, где его прихватили.

Я сегодня еще не пошел Водера встречать, не разорваться мне просто, раз столько серьезных разговоров назначено на примерно один вечерний период времени. Пока только усиленный наряд охраны отправил к нему из еще четверых бывших воинов. Чтобы в любом случае озадачить исполнителей увеличенной охраной, если они уже полностью подготовились к роковому выстрелу. Еще приказал настоять на качественной кольчуге для кузнеца, чтобы принесли с собой и заставили его надеть, не смотря на все его отказы.

Ту самую, которую я тогда с Рыжего на берегу Протвы стащил, особо качественную и на крупного телом человека. Ему она нормально налезет на широкую фигуру, защитит от выстрела в тело.

«Вот с головой проблема, шлема у кузнеца не имеется, да еще ни у кого из бывших гвардейцев настолько дорогого изделия не осталось после службы. Враги прежние вообще никакими доспехами не щеголяли, все трофеи от них только в невероятно грязной одежке и разваливающейся обуви заключались. Небольшое количество магического оружия и доспехов достались гвардейцам, но все подобное добро начальство по складам попрятало», – признаю я недостаток в защите особо охраняемого кузнеца.

– Почти любую рану я вылечу, но с пробитием мозга точно не справлюсь! Придется на всякий случай вытребовать у Генса легкий шлем с магической защитой. Он точно пару болтов выдержит.

Сам я тут же подумал о своей недоработке, что изначально задал парням неправильное задание. Поторопился ведь сильно, даже не расспросив их о том, откуда вообще филер начинает следить за кузнецом. Думал уверенно, что около ворот, уже внутри города за его спиной появляется, дождавшись в каком-нибудь переулке. Потому что особо смысла выслеживать его между крестьянских домов и огородов вроде нет.

«Если он занял позицию за кустами около промплощадки, так его там и нужно было брать, чтобы на месте допрашивать. В город вообще не затаскивать, а Быстрица и там рядом имеется, так же до моря тело без проблем донесет. Почти сам в руки пришел, тем более к вечеру местность рядом с промплощадкой совсем безлюдной становится. Еще около рынка какая-то суета творится, многие торговцы, кто издалека привез продукты на продажу, остаются там ночевать прямо перед рынком. Кому нет никакого смысла обратно домой выезжать, а лучше с раннего утра на самые хорошие места встать. Благо выгребных ям, совмешенных с компостными, у меня по периметру рынка много имеется. Размещаются плотненько, разговоры всякие про жизнь свою непростую ведут, выпивают, конечно, с новыми или старыми знакомыми, справедливые цены обсуждают между собой. Справедливые именно для продавцов, конечно, – усмехаюсь я. – Явно не для покупателей!»

– В общем, такой праздник у них получается с выездом в большой город на прибыльную торговлю, да еще под защитой пары охранников с рынка ночью. Но от него больше километра по расстоянию до промплощадки, никто особо ничего не услышит и не заметит, – понимаю я свою ошибку с местом для допроса.

«Просто можно было затащить Стоца в построенную кузницу и там спокойно разговорить. В темноте даже на пару громких вскриков никто из близко живущих крестьян внимания не обратит. Привыкли, что на производстве до самого вечера шумят и работу работают. Только я же сказал доставить в хамам, пришлось им не сильно, но все же рисковать, провозя Стоца через Речные ворота, – немного досадую я явной ошибке. – Если бы он там решился заорать погромче или хотя бы застонать, могли серьезные вопросы возникнуть. Почему честного человека схватили, связали и обиду ему чинят? На Стоце же не написано, что он матерый жулик и воришка?» – хорошо ясно мне.

Хотя, если на воротах старшим всегда кто-то из бывших гвардейцев стоит, договорились бы между собой служивые. Не могут не договориться, так уж тут сурово заведено, все же сильная корпоративная гвардейская солидарность и все такое прочее.

Хорошо все же, что укрепил Стражу взрослыми гвардейцами и у меня самого все парни и мужики из Гвардии служат. Ну, почти все. После понятного сеанса излечения тяжких ран, из-за которых они и были списаны из Гвардии подчистую, а теперь совсем свободные люди. Но принадлежность к основному воинскому подразделению остается навсегда с ними, тем более уже обильно пролившими свою кровь за родной Астор.

Не положено им в чем-то недоверять и слова сомнению подвергать.

– Только осадочек бы остался непременно. Почему люди Капитана Прота подобными незаконными вещами занимаются? Не создал ли он свою личную банду в городе под видом слишком многочисленных охранников? Ведь сколько бывших военных людей к себе на службу с оружием нанял? Но такое ладно, случится рано или поздно, не такое уже невиданное дело, чтобы с простым жуликом доверенным людям сурово поговорить. Удивляет другое – довольно странное место для наблюдения ему назначено, не сам же Стоц выходит по своей инициативе в наступающей темноте из города? – удивляюсь я непонятному моменту. – Он бы и не подумал вообще около промплощадки отираться!

– Если начинеют наблюдение от места работы, значит, все же подумывают его заказчики напасть около промплощадки, раз кузнец возвращается домой в наступившей темноте. Когда стражники собираются закрывать ворота, уже оставив небольшую калитку для прохода. Теперь Речные ворота вообще подольше держат открытыми, именно через калитку пускают народ, потому что мастеровые с промплощадки и покупатели с рынка частенько серьезно задерживаются. Если оборудовать заранее место в кустах и как-то кузнеца хорошо разглядеть в асторской ночи, то легко можно устроить покушение, – рассуждаю я. – Убежать потом и спрятаться будет нетрудно, только нужно очень хорошо разбираться на местности в темноте.

Стрелку разбираться, не Стоцу, конечно.

«Однако в городе подобное место для стрельбы приготовить еще проще, там все же света побольше. Однозначно будут стрелять, а не пытаться напасть на него и охрану. Для подобного нужно, минимум, пяток умелых на оружии наемников найти, не меньше, а где их теперь взять? Очень решительных астрийских бандитов здесь теперь больше нет, да еще они сами с бывшими вояками связываться в открытом бою не стали бы. Где-нибудь из подворотни выстрелить около его дома – проще всего. Нужен один арбалет и к нему один стрелок, еще приготовить пути для отхода и все. Вот для поиска такого места Стоца и используют заказчики. Значит, раз он за городом снова гуляет – еще не определились окончательно с местом покушения, получается, еще немного времени у меня есть», – понимаю я.

Ладно, что сделано – то сделано. Тем более здесь, под хамамом, в закрытом от посторонних взглядов и ушей подвале, все попроще устроить получится. Никто из лишних людей ничего не увидит и не услышит, здесь только свои, приближенные ко мне охранники.

В полутьме подвала взрослого мужика с испуганным лицом, со связанными сзади руками, заводят и сажают на табурет. Допрашивает его Апис уже с камнем правды в руке. Не стал мой помощник вообще упираться, сам хочет проверить магическое изделие на практике.

– Ты кто такой? – слышу я первый вопрос. – Где работаешь? Если вообще работаешь?

Тут хорошо помятый жулик почти правдиво отвечает плачущим голосом, что работает в лавке с одеждой продавцом.

«Почти правдиво, но все же в чем-то врет!» – понимаем и я, и Апис, непроизвольно посмотревший на руку, в которой у него зажат камень правды.

– Постоянно работаешь, что ли? – решает проверить слова жулика мой помощник.

«Стоц заметно повзрослел и округлился в лице за прошедшие годы, раньше то конкретным таким дрищом был», – насколько могу я его разглядеть при неясном свете одной свечи.

Которую держит один из охранников за спиной жулика.

Видно, что существование у него вообще неплохое налажено, денег хватает на вкусно поесть. Пристроился как-то в жизни довольно хорошо и надежно, раз все мои облавы пережил. Еще и посмеялся над теми бедолагами, кто на строительство дороги попал, с полным на то основанием посмеялся.

– На подмену выхожу, – нехотя добавляет допрашиваемый.

– Как часто? – не слезает с него Апис.

– Два-три раза в осьмицу!

Опять соврал, но немного, наверно, что и правда выходит, только на несколько часов, а не на целый день.

Теперь становится все более-менее ясно, числится рабочим человеком, немного работает для вида. Но все равно мутные дела крутит как-то благодаря своему большому опыту и знанию всех нужных людей в городском дне.

«Хорошая у него, значит, маскировка, раз никто из тех же ополченцев про Стоца не заявил!» – признаю я.

– Ладно, теперь о том, почему ты попал сюда. Не просто же так тебя за городом схватили, оглушили и привезли для допроса! Не делай такие невинные глаза, ты уже хорошо вляпался. Теперь только от твоего языка зависит, останется ли он с тобой, или его наши собаки поутру съедят! – начинает прощупывать Апис жулика.

«Ну, собак у нас в хамаме нет вообще, но толстые, откормленные и очень боевые коты имеются. Могут даже не отказаться от подобного подарка», – улыбаюсь я на слова своего помощника.

– Ты, Стоц, уже четвертый день приходишь к нашему цеху, терпеливо ждешь там, когда выйдет главный кузнец. И ведь дальше идешь за ним в город, провожаешь до самого дома. Так вот, что тебе от него нужно и кем поручено следить? – довольно спокойно спрашивает Апис.

Я пока стою в темноте за бочками, еще не собираясь самолично показываться на глаза жулику. Не стоит ему вообще знать, что Капитан Прот сам активно участвует в захватах и допросах, не припекло меня еще так. Выдал инструкции помощнику, не зря же я ему повышенную плату выдаю ежемесячно, пусть теперь сам основательно поработает над клиентом. И попробует для сего процесса насыщенный маной артефакт, сам убедится, насколько с ним все проще выходит.

Но бывалый жулик так просто не ломается, вообще не должен быстро прогнуться.

Поэтому долго и очень убедительно рассказывает, что сегодня просто вышел погулять на природу, чтобы понюхать цветочки, а ни за кем сам не следит вообще.

– Даже и мысли подобной не имелось, добрый господин! – и сам прямо так беспомощно хлопает глазенками.

Типа, перепутали вы что-то, серьезно суровый господин!

Апис глядит на руку, не понятно зачем, потому что потепление камня все равно не разглядеть, можно только почувствовать. Ведь жулик врет, как дышит, не понимает еще, чем может закончиться разговор.

– Не надо врать, – останавливает он пылкий монолог жулика и отвешивает ему по щеке со всего маху.

Другой рукой, конечно, не той, где зажат артефакт, но у квадратного по внешнему виду Аписа хватит силенки на обе конечности. И на десяток подобных жуликов.

Стоца сносит с табурета и прикладывает головой в камни пола, двое охранников сразу же поднимают и заново сажают его на место. Жулик пока благоразумно молчит, понимая уже, что люди в подвале настроены весьма решительно.

– Ты не понял. С тобой тут никто не спорит и ничего не доказывает. Или ты быстро рассказываешь правду, кто, когда и зачем, сразу рассказываешь. Или я до утра буду топить твою голову в бочке с холодной водой, – Апис показывает на подкаченную к стене бочку. – И уже утром отправлю в дальнее плавание твое полностью обезображенное тело. Или ты говоришь, или только так будет. Потому что одновременно поджаривать тебя на огне мы тоже станем. Не хочется терять время и еще поспать сегодня нужно.

Выглядит все довольно страшно со стороны, как я вижу, ведь в здешний мангал, который мои люди прихватили в буфете, положили дрова, они уже горят. Именно про допрос с использованием воды я сам рассказал Апису, чтобы никто лишнего не орал, а тихонько булькал в бочке, принимая уже неизбежный выбор.

«Эх, нет у меня умения заставлять людей выполнять мои ментальные приказы, – немного сокрушенно вздыхаю я. – По слухам, у Великих Магов прошлого подобные умения имелись. Я же могу только ментально пнуть жулика по голове. Сбить его с ног и вырубить из сознания. Может он даже не пережить подобную процедуру, опыт у меня в таких умениях небольшой. Но ни к чему использовать магию во время и так хорошо идущего допроса. Признаться в заказе на слежку за кузнецом она не поможет, только покажет Стоцу, что сейчас именно магию на нем применяют. Если он все же выживет и побежит жаловаться в ту же Караулку, нехороший шум поднимется. Мои недоброжелатели и враги настолько скользкую тему применения моей магии на простых людей постараются подхватить и развить, это однозначно. Так что сейчас пусть обученный на службе ведению допроса Апис покажет свое умение наглядно».

Опытный жулик все же не стал так просто раскалываться, захотел проверить самым практическим способом свою имеющуюся у него крепость духа. Поэтому перенес пару погружений на половину минуты своей головы в бочку и только потом, откашлявшись с большим трудом, предложил начать разговаривать.

– Подошли ко мне неизвестные люди, никогда их в жизни не видел и предложили за кузнецом Водером проследить. Потом пообещали сами меня найти и денег вперед дали – пару тайлеров! – самозабвенно заливает наш красавец, уже признавая работу на каких-то незнакомых интересантов.

Но все равно пытаясь прикрыть явно знакомого заказчика.

«Скоро признания польются потоком», – понимаю я.

Апис даже ничего говорить не стал, сначала отвесил мощного, оглушительного леща врунишке. Снова взяли за шиворот бедолагу и теперь уже с осьмицу раз засунули башкой в бочку. Пока, конечно, никто его жечь не собирается, следы лишние на роже чтобы не оставлять, поэтому ждут жулика только водные процедуры.

Уже после второго раза Стоц истошно замычал, призывая мучителей к диалогу, но на его знаки не обратили внимания. Еще шесть раз пришлось взрослому уже мужику испытать все прелести утопления и медленного удушения.

Так что запел опытный жулик после купания весьма старательно, как только отплевался и откашлялся. Признался себе, что попал в совсем безвыходное положение, претерпел достаточно, теперь готов сдать заказчика наблюдения. А все попытки соврать легко отметает Апис, уже даже не глядящий на свою руку с камнем.

Узнали мы, что нанял его лично один из шапочно знакомых литейщиков, компаньон того пожилого Капитана, моего активного недоброжелателя. Нанял именно для того, чтобы высмотреть маршрут возвращения кузнеца домой вечером или выход на работу поутру, чтобы определиться с удобными местами под арбалетный выстрел.

– Почему ты думаешь, что под такое оружие? – спросил Апис.

– Попросили найти удобное место для засады, чтобы расстояние было не больше осьмицы от лиги. Тут другого ничего не подумаешь, кроме, как на арбалет, – деловито объяснил Стоц.

– Или нож могут кинуть, но это вряд ли вообще. Ну, еще лук возможен, но в городе с ним сложнее работать, – показывает свое хорошее понимание процесса жулик.

Осьмица от лиги – двадцать метров по-нашему. Значит, и точно арбалет есть в деле. Такой уже серьезный след, потому что с луком по Астору не так просто ходить получится. Да еще серьезных умельцев на нем среди местного криминала почти нет.

После чего идет активная вербовка нового агента, ему объясняют, что крыша у кузнеца Водера самая здесь крутая, литейщик со своими друзьями ничего поделать не сможет.

– Заплатим вдвое и защитим в любом случае, если и дальше будешь на нас работать! Есть интерес в долгосрочном сотрудничестве, хорошо оплачиваемый интерес, запомни, Стоц!

Апис между делом спрашивает мнение жулика про всех знакомых ему представителей воровского сословия и получает вполне дельные ответы. Сразу пообещав, что его слова останутся только с ним, никто на него ссылаться никогда и нигде не станет.

Про нашего Алима тот высказался тоже конкретно, как про обычного воришку, одного из целого десятка:

– Чего-то строит из себя, как будто может больше всех, но сидит тихо и почти никакого авторитета не имеет. Устроился на легкую работу, как я сам. Удачных дел не проводит, легких денег своим друзьям не дает получить, а здесь такое – самое главное, – убедительно рассказывает он.

«И ведь не соврал, именно так про моего человека и думает на самом деле, – хорошо понимаю я. – Этак тот и точно ни на что повлиять не может, раз без малейшего авторитета оказался. И даже не продвигается в сторону его получения».

Договорившись о связи и плате за информацию, Апис отпускает матерого жулика побыстрее, выдав ему пять золотых за сговорчивость и перенесенные мучения.

– Докладывать мне завтра с утра нужно заказчику о том, что сегодня увидел и понял. Не поменялся ли маршрут кузнеца и насколько хорошо его охраняют, – вполне откровенно признается Стоц. – Сам ко мне подойдет с вопросом домой.

Денег хорошо выдал ему Апис, чтобы бывалого мужика не так сильно мучила совесть за то, что быстро переметнулся на другую сторону. Ему все равно, по большому счету, кому теперь служить, лишь бы в обиду не давали и монету исправно платили.

Еще к нам подошел один из помощников Аписа, предупредил, что Алим тоже пришел сам по приглашению, поэтому нужно не дать жуликам встретиться на выходе из пивного склада.

Так что развели наших людей, будем считать, что Стоц тоже уже наш, а Апис подошел ко мне поговорить.

– Господин Капитан, что тогда с Алимом делать? Он на самом деле врал постоянно про свои возможности. Мне так все время казалось, теперь и Стоц все подтвердил. Нет от него нам толку, а по два тайлера получает уже почти целый год, – помощник явно предлагает с врунишкой посуровее поступить.

– Думаешь, пора его с десятком уже присмотренных воришек в Сторожку отправить? – поинтересовался я.

– Хорошо бы, – выдохнул Апис. – А то за дураков явно нас держит!

Тут я сам задумался, но быстро решил, что помощник самому Стоцу все равно не помешает, пусть он даже совсем не в авторитете. Будет хотя бы от него донесения приносить, чтобы тот сам не палился. С ним уже контакт налажен, а вдвоем они смогут что-то придумать.

– Оставим его пока все же здесь. Посмотрим еще какое-то время, вдруг появится от Алима толк. Пусть бегает по указаниям гораздо более прошаренного по воровской жизни Стоца. Он сам может просто не тянуть на авторитета по личным качествам, так что вины его особой нет. Сейчас посмотрим, как тот сработает по кузнецу, сможет ли понять, когда будет покушение. Самое главное для нас – прихватить стрелка или стрелков на горячем. Даст показания Стоц на литейщика, только тайным образом, потом стрелки заговорят, уже в самой Караулке под пыткой и дело будет сделано. Литейщика арестует Стража, потом начнет допрашивать, посмотрим, что он скажет в свое оправдание. За него его приятель Капитан бросится впрягаться, конечно, только подготовленное и полностью раскрытое покушение на лучшего кузнеца города можно серьезно раскрутить. Так что пусть пока вместе поработают, а со Стоца пока нужно показания снять паре доверенных стражников из бывших гвардейцев. Пусть он останется неизвестным свидетелем, их слов с личным подтверждением хватит, чтобы все запустить по закону. Заведем заранее дело о готовящемся покушении, типа по полученным от знакомого вора сообщениям. Потом я лично прихвачу стрелков и сдам тут же Страже. Такой план пока у меня, – объясняю я ему свою задумку.

Прихватить литейщика уже почти можно со слов одного Стоца, но без изготовившихся стрелков с арбалетами при них все будет не очень серьезно выглядеть.

«А вот с такими доказательствами уже никто в Совете не отмахнется. Не попрут, наверно, моего врага из Совета, но репутация у него весьма сильно просядет, это однозначно, – надеюсь я. – Хотя Клея, теперь постоянный советник своего мужа, может настоять и внушить Крому идею с обязательным исключением того из состава Капитанов! Заказать и оплатить убийство лучшего и известнейшего кузнеца города – очень серьезное преступление! Явный подрыв обороноспособности Астора сейчас и на будущее!»

Так что с Алимом мой заместитель сам переговорил, навтыкал ему за плохую работу, но пообещал приставить к опытному человеку в помощники. Тот радостно согласился, понимая, что под кем-то опытным быстрее продвигаться начнет хоть куда-то.

На данном мероприятии все дела на сегодня закончились, прибежал посыльный с известием, что Водера довели до дома и пара охранников там осталась сторожить кузнеца.

– Интересно, поймут что-то заказчики покушения, то есть тот же литейщик с остальными приятелями? Уверен, он не один подобную канитель затеял, все они там деньгами участвуют. Из-за увеличенного числа охранников и теперь ночного присмотра? – спрашиваю я себя и Аписа.

Тот только плечами пожимает и бережно возвращает мне камень правды. Я его принимаю и чувствую, что он еще наполовину полон, хватит, значит, на пару подобных допросов.

– Понравилось с магией правду чувствовать? – спрашиваю помощника.

– Да, господин Капитан, очень просто и удобно получается, – отвечает он.

Ладно, один помощник первый экзамен сдал, теперь мне нужно будет еще семь похожих помощников найти для будущей жизни.

«Даже побольше, только за перевалы восемь приближенных людей нужно, чтобы командовали взводами. Только ведь и здесь хотя бы парочку при артефактах нужно оставить!» – говорю себе я.

Все отправляемся по домам, кто в богатый особняк на Ратушную площадь наслаждаться тушеным мясом в горшочках, кто по своим комнатам радоваться по простому жареной рыбе.

Дома разглядываю Гритину гордость, нашу дочку и чувствую, как в меня пробирается восхищение малышкой, которой всего один месяц от роду.

«Ну, вылитая мама, такая же редкосинеглазая ведь!» – весело угукаю я ребенку.

Но Грита быстро у меня ее забирает с рук, мол, ты долго шлялся по всяким подозрительным местам, чтобы не рисковать дочкой совсем.

– Вдруг какую заразу домой принес? – бдительно заявляет мне.

«Можно много чего придумать и изобрести для детей, ту же первую коляску, например, на витых пружинных амортизаторах, – появляются у меня отцовские мысли. – Потом открыть еще одну лавку с товарами для детей, огромное же поле для деятельности. Хорошо бы каталог принести из нашего мира, но уже с игрушками прошлого столетия. Которые мы сможет воспроизвести здесь без синтетики и пластмассы».

Через день на встречу с Аписом просится Стоц, где исправно докладывает, что заказчики что-то решили с нападением. Ему выплатили остатки оговоренной суммы и сказали, что совсем свободен, и чтобы никому ни единым словом не обмолвился.

– Говорит, порекомендовал два места в городе для засады. Заказчики ничего не подозревают о нас, но он откровенно боится, что могут и его убрать на всякий случай. Когда кузнеца того, значит, – пересказывает мне Апис. – Потому что разглядели увеличенную охрану, хотят вопрос побыстрее решить. Почему-то их четверо охранников утром и вечером не пугают, точно стрелять из потайного места, с какой-то высоты собираются.

– Места показал? – самое мне интересное дело теперь.

– Рассказал, с нами ходить по городу не хочет, боится спалиться. Одно прямо на выходе из дома Водера, есть там подворотня в закрытый двор. Второе перед Речными воротами, на восьмой улице. Там можно через ничейный забор между домами выстрелить и убежать через задний ход.

– Понятно, тогда приступаем! – довольно потираю я руки.

– Дропер, давай двоих знакомых из стражников к Апису, пусть встречаются со Стоцем и запишут его показания. Тогда тихонько заводим дело в Страже через самого Трагера, для задержания надолго литейщика слов жулика маловато, но пойманные на месте засады стрелки или стрелок – вполне даже достаточно для подобного. Даже укажем в заявлении для одного Трагера именно те места, про которые расскажет Стоц, а я там всех засадников сам поймаю, – настроение у меня поднимается.

Впереди крутое дело, я смогу вволю использовать полученные в четвертой Башне артефакты. После чего прослежу, чтобы те же стрелки или стрелок все правильно рассказали дознатчикам. Но, даже не дожидаясь их показаний, тут же забираем спалившегося литейщика на всякий случай, пусть пока по моему личному подозрению в центральной Караулке посидит.

«Чтобы его не начали прятать подельники и покровители! Когда поймут, что покушение провалилось, а стрелок задержан целым и невредимым! Могут ведь сразу прибить, чтобы не начал болтать!» – опасаюсь я.

Так что процесс запущен, Стоц выдал все, что знает, при Аписе стражникам, получил свою монету и попросился пересидеть какое-то время где-то у нас. Пришлось его подселить к нашим парням в свободную комнату, пусть видит, что мы его готовы защитить. И не убежит случайно предупреждать своих подельников, есть и такое подозрение у меня.

С Тинтумом я сам переговорил заранее, потом ему стражники доложились все честь по чести. Дело уже запущено, все нужные люди в курсе, теперь ждем самого покушения.

– Держите деньги, кормите мужика вволю, пусть ни в чем отказа не знает, – передал я пяток тайлеров Апису для заложника. – Очень уж он нам помогает, и Водера спасем, и засадников похватаем, и по моему недругу в Совете хорошо ударим.

Теперь приходится стараться уже мне, вставать, как обычно, правда, но встречать Водера утром около дома. То есть выходить из-за угла его дома уже в полной невидимости, пытаться ловить чужое внимание откуда-то из укромного места, потом шагать в десятке метров перед кузнецом и его охраной.

Хорошо, что уже не раннее утро, толпы народа не будут спешить на свою работу, можно спокойно пройти по городским улицам. Приходится только уворачиваться в невидимости от прохожих. Не хочу спугнуть засаду, поэтому не ставлю своих людей в указанных Стоцем местах. Кто его знает, как они туда попадают и нет ли там кого-то из жителей, кто готов предупредить о нашем интересе к данным местам.

«Перестраховываюсь, конечно, но пусть будет так, моя невидимость и чутье к чужому негативному вниманию помогут мне прочувствовать засаду. Тем более я почти точно знаю места, где она должна появиться».

В общем, даю засаднику или засадникам занять позицию, потом их обнаружить и так же под прикрытием невидимости атаковать. Охранникам Водера дам сигнал, уже оговоренный, чтобы они тут же остановились и не шли дальше, своими телами прикрывали кузнеца.

Приходится ходить перед кузнецом и его охраной по два раза в день, что мне не сильно трудно. Остальное время пропадаю на предприятиях, еще вручил Орнии пять сотен золота на дальнейшую раскрутку агентства, дела у нее, наконец-то, очень хорошо пошли.

Эти монеты забрал как раз у обоих ювелиров, с кем наладил сотрудничество. Пусть не столько продают, как круто демпинговал Данис, пусть гораздо медленнее, зато дороже.

Снова выбивал в Совете свою долю из предпоследней экспедиции по украшениям.

«И так отдал городу только четверть найденного, так еще требую свою четверть мне побыстрее выдать», – самому смешно, но прекращать подобное действие нельзя.

Но выделение моей доли пока трудно идет, что вполне понятно.

Запускаю производство цемента в новом месте, выдал нанятым людям рецепт для правильного смешивания, хорошо и грамотно построенная печь выдает необходимую температуру. Уже первые партии цемента в плотных мешках пошли на рынок, где станут продаваться в лавке с изделиями всех кузниц Водера.

Отдельное место для подобной продажи я решил не строить, отпустить несколько мешков в день – для подобного свой продавец не требуется. Зато перед лавкой, около второго входа приготовил натуральные рекламные проспекты. В одном залил цементом высокий столб и налил сверху слой воды, чтобы показать отсутствие любого размывания потенциальным покупателям. Во втором показал стены, сложенные из здешнего обожженного кирпича с применением цемента.

Местные строители тот же известковый раствор используют для строительства с незапамятных времен, но цемент прочее заметно, еще долговечнее и влаги особо не боится. Известковый имеет лучшую адгезию, но местный влажный климат с обильными ливнями ему заметно мешает.

В общем, дал асторскому народу выбор – строить стены по старому или все же переходить на новый раствор. Сам приказал работникам устанавливать столбы для электрических кабелей именно с использованием цемента с различными добавками для повышенной крепости.

На самом деле цемент нужен больше для строительства дороги, а не только на продажу, но запустить доходчивую рекламу тоже лишним не будет.

Снова посетил дом Крома, передал выручку с рынка за последний месяц, все у нас в отношениях хорошо. Клею еще раз подлечил по его просьбе, ребенка тоже, даже посетил дом одного из его личных друзей-Капитанов, который раньше постоянно находился ко мне в оппозиции. Раньше находился, но тяжелая, почти неизлечимая болезнь жены и сына заставила его пересмотреть прежние принципы.

«Моя мягкая сила рано или поздно сделает почти всех Капитанов мне благодарными и зависимыми. Но пока мне вполне хватает имеющегося преимущества при голосованиях и всяких обсуждениях. Нужно на примере скоро подставившегося Капитана всем показать, что вредить моим людям ни у кого не получится», – рассуждаю я.

Снова шагая впереди моей охраны с Водером на пятый день после того, как Стоц доложил о выборе места для покушения.

Встретил Водера перед промплощадкой и сейчас провожаю домой в наступающей темноте.

Как сразу чувствую явно негативный взгляд, устремленный куда-то мне за спину. И как раз из сданного Стоцем места, где общий каменный забор, увитый местным плющом, перекрывает проход между двумя домами. В нем есть дверь, но она всегда закрыта на внутренний засов, пара деревьев отделяют такое укромное местечко от окон соседнего дома. Так что место весьма доступное для засадников, в полутьме могут сами перемахнуть через забор или пройти через двор, если там нет своих наблюдателей.

«Могли еще комнату снять ведь заранее», – давно уже понял я для себя.

Чувствую пару человек за забором, значит, два стрелка или один стрелок с помощником. Все сделали именно так, как Стоц им предложил, не стали лишнего искать и что-то новое придумывать.

«Так ведь организаторы покушения – люди самые обычные, подобными вещами вообще на профессиональном уровне не занимаются. Нашли филера и пару исполнителей, больше им просто не под силу что-то оригинальное придумать», – понимаю я.