Текст книги "Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии! (СИ)"

Автор книги: Инна Дворцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 33

Голос Тимофея звучал странно, как будто говорит не он. Мне стало жутко от полностью тёмных глаз ведьмака и потустороннего голоса.

В школе нам говорили, что верить неизвестной силе нельзя. Тимофей же послужил сосудом для такой силы, если я верно понимаю.

– Что с ним? ― Шёпотом спросила я у Ветрова. ― Он одержим.

Передо мной сидел другой человек. Это видно было по манере держать голову, говорить, да даже смотрел он на нас…Как на неразумных детей. Такое ощущение, что он прожил больше, чем мы все вместе взятые.

– Нет, он с помощью рун спросил у Велеса о Святе, ― пояснил Ветров. Тёмная, некромантская сторона Алексея принимала такое колдовство. Воззвать к самому Велесу. Я поёжилась. Какой силой должен был обладать ведьмак, чтобы получить ответы на свои вопросы от самого бога. ― Сейчас его устами говорит сам Велес. Покровитель оборотней. Кому, как не ему знать, что происходит с его сыном.

Обхватив себя руками, я неотрывно смотрела на Тимофея. Страшно. Очень страшно. Но и интересно. Сам Велес сидит с нами за столом.

– Спрашивайте, ― прохрипел Тимофей. Даже его лицо приняло облик скотьего бога.

– Нас волнует наш однокурсник-оборотень, ― без страха произнёс Алексей. ― Зовут его Святослав Велесов. Нам кажется, что на него магически воздействовали.

Совсем по-другому смотрела я и на Алексея, который не испугался Велеса, а говорит с ним как равный. Никогда не задумывалась, насколько могущественны могут быть некроманты. Велес – бог подземного царства и его бог тоже, по-видимому.

– Свят находится под воздействием ментальной магии, ― едва слышно произнёс тот, кто находится в теле Тимофея. ― Остерегайтесь его. Особенно светлая девочка, она как маяк для тёмных сущностей, собравшихся в этом месте.

Я нервно сглотнула ком, застрявший в горле. В какую же трясину бросил меня отчим. И пусть по правилам академии умирать необязательно, но нашлись те, кому я как кость в глотке. Так или иначе, но меня хотят сжить со свету.

– Почему? ― Севшим от нервного напряжения голосом спросила я. ― Почему от меня хотят избавиться?

Даже произнести слово «убить» не могла. Противилась этому всей душой. Не хочу становиться жертвенной овцой.

– Ты права, ― прохрипел Тимофей. ― Тебя послали сюда как жертвенную овцу на закланье. Светлый, едва распустившийся дар для открытия тёмного портала.

– Когда? ― подался вперёд Ветров.

– В самый большой праздник, ― сказал Велес, устами Тимофея.

– Самайн? Ночь всех святых? ― Только спросив, поняла, какую глупость сболтнула.

– Не святых, а тёмных, ― ответил бог. ― Самайн стал праздником тёмных сил, во всяком случае таким его сделали люди. И те, кто намеревается провести ритуал, хотят подчинить себе тёмные силы.

Тимофей замолчал и начал чертить новый став на тарелке, стерев старый. Его черты приобретали знакомое выражение, чернота постепенно уходила из глаз.

Я оглянулась, казалось, никто не обращал на нас внимания. Все были заняты своими делами.

– Я поставил полог тишины, нас никто не слышал, ― сказал Ветров. ― Что думаешь?

– Первая мысль, что организатор мой отчим, это же он послал меня сюда, ― дрожащим голосом произнесла я.

Мне было так страшно, что стучали зубы. Одно дело знать, что тебя отправили учиться, а другое дело, что выбрали в качестве жертвы.

– Надо сказать кому-нибудь, ― чуть не плача пробормотала я.

Нервы не выдерживали. Слишком много потрясений за короткий период времени. Моя психика не справлялась.

– Кому? ― едва слышно произнёс Тимофей. ― Если всё, как сказал Велес, то никому нельзя доверять.

Он пошатнулся. Ветров успел подхватить друга.

– Пойдём, ― приказал Алексей, ― доставим Тима в его комнату. Там и поговорим.

Кольцов обнял друга за плечи, и они пошли к выходу, словно ничего не произошло. У меня же подкашивались ноги от страха. Нет, парни не правы. Нужно кому-то рассказать. Кому-нибудь, кто сильнее нас, кто сможет предотвратить тот ужас, который запланирован в Самайн. У меня даже язык не поворачивался сказать в Велесову ночь.

Маги почитают всех богов и старых, и новых. Они работают с самой божественной энергией, так что без почитания богов ты и не маг вовсе.

– Яра, ― прошипел уже возле двери Алексей, и я поспешила за ним.

Мы вдвоём еле дотащили Тимофея до его комнаты. Кольцов потерял много сил, и сам был не в состоянии передвигаться. Отперев дверь, Алексей приказал мне поставить кресло возле стены и усадил в него Тима.

– Всё равно узнают, ― прошептал Кольцов. ― Слишком сильный всплеск энергии.

– Ещё бы, ― согласился с ним Ветров и спросил: ― как тебе удалось вызвать Велеса?

– Я его не вызывал. Начертил став, чтобы пришли ответы на вопросы.

– Значит, он выбрал нас, чтобы предотвратить жертвоприношение, ― стуча зубами, произнесла я. ― Но разве мы сами справимся?

– А у нас есть выбор? ― Задал резонный вопрос Тимофей.

– Можно попросить помощи у Демьяна, ― заметив, что проговорилась, быстро исправилась, ― у декана Полозова или у декана Свята.

– Нет, ― задумываясь ответил ведьмак. ― Слишком большой риск.

В окно комнаты Тима постучал Ларион. Он бил крыльями и требовал впустить его. Я кинулась к окну и отворила его.

– Уходи, ― нервно протараторил ворон, ― ведьмака разыскивает ректор, он засёк всплеск божественной энергии и с минуты на минуту будет здесь.

Ещё не успел Ларион договорить, как раздался требовательный стук в дверь.

– Открывайте, ― властно потребовал ректор. ― Я знаю, что вы здесь.

Глава 34

― Яра, быстро в мою спальню, ― прошептал Кольцов. ― Если сунутся, прячься.

Тихонько на цыпочках я прокралась в спальню Тимофея. Чтобы заглушить мои шаги, Ветров направился к двери. Успела шмыгнуть в спальню в тот момент, когда Алексей оказался возле двери и неплотно прикрыла дверь. Ещё раз бросив взгляд на спальню и убедившись, что я относительной безопасности, Алексей открыл дверь.

– В чём дело, господин ректор? ― Услышала я спокойный голос Ветрова и восхитилась его выдержкой. ― Почему вы врываетесь в личные покои студента?

Я легла на кровать и настроилась на своего фамильяра. Слилась сознанием с сознанием Лариона, и теперь я не только слышала, но и видела.

Арчаков отстранил Ветрова с дороги и молча вошёл в комнату. Он огляделся и подошёл к Тимофею. От ведьмака за версту разило чужой сильной энергией.

– Вот ты и попался, Кольцов, ― радостно заявил он. ― Незаконный вызов тёмной сущности в стенах академии – слишком серьёзный проступок, чтобы оставить его безнаказанным.

– Он не вызывал тёмную сущность, ― воскликнул Алексей и стал рядом с другом. ― Вы ничего не знаете.

Вместе с ректором пришли комендант и ещё один мужчина. Среднего роста, жилистый, с яркими живыми глазами. Интересно, кто он?

– А ты я вижу, знаешь всё, вот и расскажи.

«Это ловушка», ― хотела закричать я, только из горла вырвался вороний крик. На карканье за окном ректор не обратил внимания.

– В меня вселился Велес, ― нехотя произнёс Тимофей.

– Вот так ни с того, ни с сего взял и вселился, ― издевался над ведьмаком ректор.

«Ментальный дар», – вспомнила я слова бога. Он сказал, что у Арчакова ментальный дар и он может воздействовать на сознание. Помнят ли парни об этом, – забеспокоилась я.

– Именно, что ни с того, ни с сего, ― спокойно заявил Кольцов. ― Я взял еду и присоединился к Ветрову за столиком.

– Зачем?

– Что зачем? ― Не понял Тим.

– Зачем ты присоединился к Ветрову?

– Странный вопрос, мы дружим с детства, почему я не могу поесть в компании друга?

– Ты теперь долго будешь находиться в компании друга, ― с нотками торжества в голосе, которые он попытался скрыть, сказал ректор. ― И что же приключилось за ужином?

– Если честно, то я не могу точно сказать, ― достаточно натурально изобразил растерянность Тимофей. ― Чувствовал, что в меня что-то вошло. Чей-то очень сильный дух.

– Так и запишем: одержимость, ― радовался ректор. ― А с одержимыми совсем другой разговор.

Взрослый мужчина даже не скрывает своей радости от того, что его студенты нарушили устав академии. Да что с ним такое? Он должен переживать за их жизнь в первую очередь.

– Это не одержимость, ― вступился за друга Ветров.

– Разберёмся, ― осадил его Арчаков. ― Кто ещё с вами был?

– Никто, ― ответили они в один голос. Слишком подозрительно.

– Мне сказали, что с вами из столовой выходила Туманова, ― ректор подошёл очень близко к Алексею, словно хотел влезть в его голову. Ну почему словно он и хотел.

– Но это же не значит, что она сидела с нами за одним столом.

– Её видели входящей вместе с тобой в столовую, ― обличающим тоном произнёс ректор, ― Потом вы сидели за одним столом.

– Это преступление? ― С вызовом спросил Ветров.

– В этом случае да, ― не сдавался ректор. ― Преступление, когда студенты вызывают бога в людном месте.

– Вас не смутило, что они вызвали самого Велеса? ― Наконец-то задал вопрос неизвестный спутник ректора. ― Студенты. Вызвали. Бога. Не у каждого мага получится подобное. Я вот, например, не смог бы. Да и вы тоже.

– И что ты этим хочешь сказать? ― Раздражённо произнёс ректор.

– Надо бы узнать у ребят, зачем приходил бог, а не тащить сразу в карцер, ― поддержал незнакомца комендант.

Мы все трое насторожились. Ветрову придётся держать ответ перед ректором. Тимофей спишет всё на то, что не помнит, и ему поверят, если не будут проверять воспоминания.

– Что он им мог сказать? ― Не поверил или сделал вид, что не поверил ректор. ― Это мальчишки. Чем богу могут помочь мальчишки.

– Для начала нужно узнать, что их волновало в тот момент, ― посоветовал ректору мужчина с яркими глазами.

«Яра, пока не стало слишком поздно, нужно обратиться к брату», ― посоветовал мне Ларион.

– Хватит молоть чушь, Дитрих, ― взорвался негодованием ректор. ― Ты ведьмак или курица?

– В таком случае петух, ― ухмыльнулся ведьмак, словно Арчаков и не оскорблял его.

– Разве вы не должны защитить Тимофея? Вы же его декан, господин Фладе, ― воззвал Ветров к помощи.

– Нет, мальчик, это ваш декан постоянно покрывает ваши проступки, на моём факультете всё строго и каждый должен ответить за то, что натворил, ― с важностью произнёс Фладе.

«Вот козёл, ― подумала я. ― А ещё декан. Сдаст Тима ректору и глаза закроет на ментальное воздействие. Сказано чужак. Наш бы так никогда не поступил».

Я кипела негодованием из-за поступка декана ведьмаков. А брат помог ему стать деканом, как же плохо Демьян разбирается в людях. Сначала Боуи, теперь Дитрих.

Дитрих, ну конечно! Как я сразу-то не догадалась. Он же немец, а у немцев выполнение законов вбито в родовую программу. Они мать родную сдадут, не то что своего студента. Да, не повезло Тимофею.

«Долго ещё ты будешь мечтать?» ― возмущённо застучал по ветке дерева, привлекая моё внимание, Ларион. ― Да их сейчас уведут в карцер, а ты развалилась на кровати и мечтаешь о немцах».

– Я не мечтаю, ― возмутилась я. ― Я думаю.

– Шевелись, Яра, ― поторопил меня фамильяр».

Сосредоточившись, я направила Лариона в комнату Демьяна.

Упс! Кажется, я не вовремя.

Глава 35

Я оказалась свидетельницей сцены, не предназначенной для посторонних глаз. Особенно студенческих.

В спальне Демьяна в тёмно-красных тонах на коленях стояла мадам Боуи. Она была полуодетая, точнее, почти раздета. Лиф платья валялся на полу, а бретелька тонкой сорочки, ничего не скрывавший, соскользнула с плеча.

Сводный брат нервно ходил по комнате. Он был раздет. Лишь богатый халат небрежно наброшен на плечи.

– Люси, ― его голос звучал раздражённо, ― я, кажется, не давал тебе повода.

О, значит, я не совсем опоздала. Разговор только начался. Я почти забыла о парнях, наблюдая за развитием событий.

– А та, ночь, разве не достаточный повод?

– Та ночь, ― Демьян запустил пальцы в волосы, ― да я её даже не помню. Я был пьян, ты, кажется, тоже. Да, мне до сих пор стыдно.

– Ах, тебе стыдно, а я бросила мужа и как дура рванула за той в эту богом забытую дыру.

– Люсинда, этот разговор ни к чему не приведёт, ― Демьян был непреклонен. ― Сколько можно уже? Не нравится академия, возвращайся к мужу.

– Думаешь, он меня примет после такого?

– Да после какого такого? ― Раздражённо спросил Демьян. ― Поехала преподавать в академию, что в этом такого?

– Стивен не дурак, он понимает, почему я сбежала.

– Я никогда не считал твоего мужа дураком, ― Демьян уставился в окно, повернувшись к ней спиной, я, а точнее, Ларион пытались поймать его взгляд. ― Ректор академии «Чертополох» априори не может быть дураком.

Мадам Боуи фыркнула.

– У Стивена лишь одна слабость, ― продолжил брат, ― любовь к тебе.

Она поползла на коленях к Демьяну, обняла его ноги:

– Прошу, не отталкивай меня.

– Люсинда, я уже сказал тебе: «нет», ― Демьян попытался поднять её, но преподавательница зельеварения так мёртвой хваткой вцепилась в его ног. ― Я тебе сказал это тогда и говорю сейчас. Даже через миллион лет мой ответ не изменится. Ты зря теряешь время.

– Я приехала к тебе, а ты даже ни разу не поговорил со мной наедине, ― упрекнула она брата. ― Каким-то чудом за столько лет мне сегодня удалось попасть к тебе.

Представляю, сколько изворотливости нужно, чтобы не подставиться и не оказаться с надоедливой дамочкой наедине. А сводный молодец! Вон, как она за ним бегает, как влюблённая кошка.

– Это чудо зовут Ярослава, ко мне должна была заглянуть младшая сестра и получить выволочку, но что-то она задерживается, ― сказал Демьян. ― Надеюсь, ты не хочешь, чтобы она застала тебя в таком виде?

– Пусть, тогда тебе, как честному человеку придётся на мне жениться.

Неужели мадам Боуи не понимает, что Демьян никогда не женится по принуждению. Я даже не знаю, какой женщиной надо быть, чтобы такой мужчина, как Демьян он решил жениться.

– Для этого тебе надо развестись, Люсинда, ― устало произнёс сводный. ― А Стивен не даст тебе развод.

Он всё-таки поднял мадам Боуи с колен, поправил бретельку сорочки, скользнув безразличным взглядом по её телу.

– Прошу тебе, одевайся и уходи. Люсинда, не унижайся. Между нами ничего не может быть, кроме деловых отношений.

– Это из-за неё?

– Это из-за тебя, Люсинда. Ты и так слишком много сплетен распустила по академии.

– Ты изменился, когда появилась Ярослава. Раньше ты мне не говорил, что у тебя есть сестра.

– Я раньше с тобой вообще не говорил, тем более о своей семье, ― всё больше раздражаясь, произнёс Демьян. Он подошёл к открытому шкафу и начал выбирать себе одежду. Кажется, за этим занятием и застала его мадам Боуи. ― Конечно, я изменился. У меня появилась ответственность за девочку. Она светлая ведьма и не дать ей пропасть в академии мой долг.

Он достал брюки и рубашку. Быстро оделся.

– Люси, я ухожу, поторопись, ― приказал он. ― Не заставляй меня выставлять тебя за дверь.

– Ты не посмеешь, ― она потянулась за лифом от платья, соблазнительно изгибаясь. Видимо, и правда надежда умирает последней. ― Мне сказал Ратибор о заговоре…

– Если ты думаешь…

– Я не выдам, ― перебила она Демьяна, чтобы он не сказал лишнего. ― И я на твоей стороне.

Ларион постучал клювом в окно. Сводный словно только и ждал этого сигнала, отворил створку, запуская его внутрь. Ворон уселся на руку брата, и Демьян уставился в глаза Лариона. Я попыталась передать всё, что произошло.

– Люси, мне надо бежать, ― он выпустил Лариона и закрыл окно. ― Ждать нет времени.

Схватив мадам Боуи за руку, потащил к выходу. Дальше мне уже не было видно, и я вернула Лариона к комнате Тимофея.

За время моего отсутствия расстановка сил поменялась.

Комендант отчаянно протестовал против помещения парней в карцер, заявляя, что они не виноваты.

– Ветров поступил, правильно закрыв Тимофея пологом тишины, никто не слышал, что говорил Велес, ― пытался достучаться до ректора Камински. ― Откуда Тимофею было знать, что бог выберет его для контакта?

– Ваши рассуждения похожи на бред сумасшедшего, ― вызверился на коменданта ректор. ― Какой бог? Вы поверили в эту чушь? Да, кто он такой этот ведьмак, что сам Велес снизошёл до него?

– Но ректор, ― вдруг заговорил декан ведьмаков, ― вряд ли мальчишки сами смогли бы вызвать Велеса.

– Велес ― покровитель нашей академии с начала её основания. Он указал место, где стоит её построить, и всегда держал связь только через ректора, ― Арчаков был вне себя от гнева, ― а теперь, что…

– А теперь возникает много вопросов к ректору, ― произнёс внезапно появившийся в комнате студента – ведьмака декан Полозов. ― Почему Велес пришёл не к тебе, Данияр?

Глава 36

― Почему Велес пришёл не к тебе, Данияр? Почему выбрал студентов, пусть и старшекурсников? ― Демьян выглядел спокойным, только голос его опасно похрустывал. ― Не кажется ли тебе, господин Арчаков, что ты заигрался?

Ректор стал бледнее снега, сливаясь со своими волосами. А лицо Ветрова засветилось надеждой.

– Да, что ты себе позволяешь…― он хотел добавить «щенок», но не посмел. Поперхнулся оскорблением и закашлялся.

Никто не обращал внимания на то, как слабеет Тимофей. Мне хотелось крикнуть им, но слова застыли в горле, словно кто-то наложил заклятие немоты. Сводный братец, небось, с него станется. Я разнервничалась, глядя на Кольцова глазами Лариона. Надо что-то делать.

– Я ещё ничего себе не позволяю, ― также холодно ответил Демьян, сделав вид, что не заметил пытавшегося вырваться оскорбления. ― Это что вы себе позволяете, ректор? Допрашиваете студентов без присутствия деканов.

И словно только что заметив Дитриха Флаве сводный исправился:

– Допрашиваете студента моего факультета без меня.

Ректор смог взять себя в руки. Он знал, что тоже, как и студенты, нарушил правила, и декан Полозов ему на это указал, но ему жизненно необходимо выйти из щекотливой ситуации победителем.

– Студенты вызвали тёмного бога, ― достаточно холодно произнёс ректор, но ему не достичь высот Полозова-младшего по замораживанию речи. ― Ситуация требовала немедленного реагирования. А вот где вы пропадали в это время, декан?

Казалось, что Демьяна не трогают намёки ректора. Он оставался всё так же невозмутим.

– Я так понимаю, что вы в спешном порядке уже назначили наказание?

Ларион по моему приказу постучал клювом в окно. Ректор стоял спиной к окну, поэтому не увидел его. Когда он резко переместился, чтобы держать в поле зрения ещё и окно, Лариону удалось спрятаться. Хорошо ещё Демьян быстро соображает, сразу догадался, кто привлекает его внимание. Он внимательно осмотрел комнату.

– Естественно, ― отозвался комендант Камински. ― Карцер на нижних ярусах подземелья.

– Даже так? ― Бровь сводного удивлённо выгнулась. Это было эффектно. На ректора это тоже произвело впечатление. ― Дитрих, почему же ты не защищал своего лучшего студента?

Наконец-то Демьян увидел, в каком состоянии Кольцов, но даже бровью не повёл, оставаясь таким же невозмутимым.

– Он провинился, Демьян, и ты это знаешь, ― не глядя в глаза, произнёс Флаве.

– Знаю, ― ответил сводный, и моё сердце упало. Как он мог так быстро сдаться. Я для чего его сюда притащила? А он? Нахлынула совершенно детская обида на Демьяна. ― Знаю, что вы опять нарушили устав. В карцер нельзя сажать без тщательного разбирательства с привлечением членов совета. Должно быть проведено следствие и представлены доказательства.

Только комендант довольно улыбался, у ректора же было такое лицо, как будто ему наступили на больную мозоль.

– Дитрих, а вот тебе я удивляюсь, ― разошёлся не на шутку Демьян. ― Твой студент на волосок от смерти, а ты позволяешь отправлять его в карцер.

– Его ещё никуда не отправили, ― огрызнулся Флаве. ― Ты всё преувеличиваешь.

– Да, неужели? ― Демьян выглядел удивлённым. ― Разве не тебя заставил ректор стать на его сторону. Чем он тебе угрожал, Дитрих?

Сводный бросал Флаве спасательный круг. Теперь только от самого декана будет зависеть, на чью сторону стать.

– Думаю, что пора уже собрать внеочередное заседание попечительского совета, ― решительно произнёс Демьян. ― Слишком много произошло с момента начала учебного года, и вам, ректор придётся держать ответ за смерть студента-первокурсника, за ментальное воздействие на старшекурсника-оборотня и многое другое.

– Ты думаешь, что можешь так просто заявиться и угрожать мне? ― Заревел, как раненый зверь Арчаков. ― Да кто ты такой, чтобы угрожать мне?

– Кто я такой вы знаете, ― в отличие от ректора Демьян оставался спокойным. ― Не сто́ит задавать риторических вопросов только для того, чтобы произвести должное впечатление на сомневающихся.

Ректор так сжал челюсть, что казалось его зубы раскрошатся.

– Ветров, быстро взял Кольцова и оттащил его в лазарет, ― приказал декан факультета тёмных искусств. ― Комендант, очень прошу вас, помочь студентам добраться до места назначения.

Камински кивнул и, взвалив Тима на спину, пошёл к двери. Вслед за ним поплёлся Ветров, которому очень хотелось узнать, чем же закончится противостояние его декана и ректора.

– Ты забываешься, Полозов, ― закричал Арчаков, как только за студентами и комендантом закрылась дверь. ― Ты распоряжаешься в моей академии, как в собственной.

– Данияр, давай начистоту, ― устало провёл рукой по волосам Демьян. Сейчас было видно, что он вымотан. Наверно тяжёлый день, да и объяснение с мадам Боуи вытянуло из него много сил, а теперь вот выкрутасы ректора. ― Я никогда не стремился занять твоё место. Должность декана меня вполне устраивает, и ты это знаешь, как никто другой.

Ректор нахмурился, и глаза его засветились недобрым огнём.

– Но сейчас ты перешёл все допустимые границы, ― голос сводного снова стал решительным и немного холодным. Он похрустывал, как молодой ледок. ― Остановись, Данияр, пока не поздно.

– Ты мне угрожаешь, щенок, ― не выдержал-таки ректор.

– Предупреждаю, ― глаза Демьяна опасно вспыхнули. ― а за щенка ты ответишь.

– Преподавателям тоже запрещены магические дуэли, ― радостно сообщил Арчаков.

– И именно поэтому ты решил меня оскорбить? Ты трус, Данияр. Из щенков вырастают матёрые волки, а вот из трусы навсегда остаются трусами. Живи теперь с этим, ― Демьян держал себя в руках, хотя видно с каким трудом он сдерживается, чтобы не убить ректора на месте. Хорошо, что сводный не такой импульсивный, как я. А сначала думает, потом делает. Сейчас он всем нам нужен здесь в академии, а не в карцере. За нападение на ректора его запросто отправят в подземелье.

– Я жду, когда ты назначишь дату сбора дисциплинарной комиссии, Данияр, ― произнёс Демьян, а за его спиной материализовался декан Флаве. Он сделал свой выбор.

– Хорошо, после бала Памяти Предков, ― чуть-чуть подумав, заявил ректор. ― Как раз все соберутся на праздник. В этом году я пригласил даже светлых магов.