Текст книги "Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии! (СИ)"

Автор книги: Инна Дворцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Глава 49

Алексей не смутился, как я ожидала. Он присел на стул, закинув ногу на ногу.

– Я периодически прогуливаясь возле апартаментов декана, ― ответил он. ― Ты же сама сказала, что самый лёгкий способ получить рецепт зелья, взять его у декана. Вот я и караулю, когда он появится.

Я рассмеялась, огромная плита подозрений, которая давила на меня рухнула, рассыпавшись как трухлявый пень. Конкретных подозрений не было, но у меня разыгралась паранойя. Если уж ректор пляшет под дудку отчима, то что ему стоит поставить под свои знамёна и Ветрова с Кольцовым.

– Не переживай, ― Алексей подался вперёд и его лицо оказалось рядом с моим. В его глазах была такая нежность, что у меня перехватило дыхание. ― Я не на стороне Полозова и тебя в обиду не дам.

Всхлипнув я обняла Алексея за шею, уткнувшись ему в ключицу.

– Спасибо, ― прошептала я. ― Никогда не думала, что ты станешь меня защищать.

– Это ещё почему? ― Он осторожно положил руку мне на спину.

– Ты так издевался надо мной в школе, да и здесь не всегда был рыцарем на белом коне, ― призналась я. ― Я тебя боялась.

Он погладил меня по спине.

– А сейчас не боишься?

– Нет, ― прошептала я. ― После сегодняшнего нет.

Ветров обнял меня, одним рывком посадив себе на колени. Поднял мою голову двумя пальцами за подбородок:

– Яра, какая же ты недогадливая, ― произнёс он наклоняясь ко мне.

Мне опять стало страшно, теперь уже от чувств Алексея. Я и правда не догадывалась о них и не знала как реагировать. Не хотела его терять, но и любви не было, лишь одна бесконечная благодарность за спасение.

Решила дать ему шанс, а вдруг…

Что должно было быть вдруг я не успела додумать, его губы накрыли мои. Нежно, ласково, но у меня почему-то перехватило дыхание. Губы его были твёрдыми и теплыми, а поцелуй краток. Я даже испытала разочарование, что всё так быстро закончилось. Но разумом понимала, что это правильно. Ветров поступил правильно, хоть и не так как хотелось мне или…

Я посмотрела на его сосредоточенное лицо, его руки висели плетьми, не смея прикоснуться ко мне. Он боролся с собой, чтобы не повторить поцелуй, напугав меня.

– Лёш, ― прошептала я, с удивлением замечая, что миллиарды мурашек покрыли моё тело. Не ожидала я такой реакции на первый поцелуй.

– Ммм, да, радость моя, ― хрипло отозвался он. Один поцелуй отделял меня от Непогодкиной до «радости». Он взял моё лицо в ладони.

Из-за закатанных рукавов рубашки виднелись руки, играющие мускулами. Я никогда не обращала внимание на то, насколько привлекателен Ветров, а вот Ксюха разглядела его сразу и предъявила свои права.

– Не надо, ― добавила я. Хотя моё любопытство подстёгивало меня поощрить Алексея на дальнейшие действия, но здравый смысл вопил, чтобы я не играла с ним. ― Пожалуйста.

Он разочарованно пересадил меня обратно на кровать и я испытала досаду от того, что он быстро сдался.

– Понимаю, я поспешил, да и время выбрал неудачное, ― в его голосе я слышала раскаяние. ― В голове помутилось. Ты так близка и та не доступна.

От смущения я не знала куда деть глаза. Покраснев, как помидор, я смотрела на его тяжёлые ботинки начищенные до блеска.

– Яр, не бери в голову, сорвался, ― сказал Ветров, по своему истолковав моё молчание. ― Ты мне давно…

Что он хотел сказать я так и не слушала, в окне появился Всполох. Лицо Алексея выражало досаду. Я чувствовала тоже самое.

– Я пойду, при мне же твой фамильяр не будет делиться сведениями, ― говорил он одно, а на лице были совсем другие чувства. Он не хотел уходить, а я не знала стоит ли попросить его остаться.

Он направился к выходу, я не задержала.

– Дверь закрой, ― приказал Алексей, остановившись в проёме входной двери.

Увидела я его только когда дошла. Он обнял меня за талию и притянув к себе поцеловал. В этом поцелуе было все досада и разочарование, надежда и страсть, которую он тщательно скрывал.

Я обвила его шею руками и придвинулась ближе сама не знаю почему. Такое ощущение, что я действовала вопреки здравому смыслу. Я сошла с ума или это Ветров так на меня действовал.

Второй поцелуй мне понравился ещё больше, чем первый.

– Ты понимаешь, что теперь я тебя никому не отдам, ― хрипло сказал он. ― Ни отчиму, ни другому парню, ни чёрту, ни дьяволу. Ты ― моя Яра и я найду тебя хоть в подземном царстве Велеса.

Он сжимал меня в объятиях так, как будто все, кого он перечислил уже пытаются меня отнять.

– Не могу тебе ничего сказать в ответ, ― призналась я. ― Я не знаю как на всё это реагировать.

– У тебя есть парень? ― Спросил Ветров.

Я покачала головой, не став ему говорить, что он первый, кто поцеловал меня.

– Впрочем, это не имеет значения, ― не замечая моего отрицательного ответа сказал Алексей. ― Я уже заявил на тебя свои права.

– Спасибо ещё раз за то, что защитил меня, ― я прошептала это ему в губы и набравшись смелости поцеловала. Когда ещё я смогу поэкспериментировать с поцелуями, Алексей вроде не возражает. ― Ой!

Мою ногу царапал Всполох. Увлёкшись Ветровым я забыла о фамильяре, которому надо было поделиться воспоминаниями.

– Всё, Леша, иди, ― выталкивала я его за порог. ― Всполоху надо отдать мне частицы памяти отчима.

– Ты мне расскажешь?

– Не знаю, ― честно сказала я, ― всё зависит от того, какие воспоминания принёс мне фамильяр.

Захлопнув дверь и заперев её на задвижку, я пошла в спальню и легла на кровать. Бельчонок уселся возле головы и положил передние лапки мне на лоб. Воспоминания отчима потекли в моё сознание и я тяжело задышала. Не думала, что это будет так больно. Зря я отпустила Алексея.

Глава 50

От увиденного волосы шевелились и нет, это не потому, что на темечке уютно устроился Всполох.

Мой маленький бельчонок не мог добыть старые воспоминания. Я довольствовалась тем, что происходило в последние полгода.

Первый пласт значимых для Полозова событий, произошли совсем недавно: встреча Демьяна и Богумилы. От внезапно открывшейся правды я едва не прервала сеанс. Вот они садятся в машину и уезжают, а он стоит на крыльце, захлёбываясь в бессильной злобе.

Так вот, оказывается, где был наш декан. О своём отношении к такому событию подумаю позже.

Голова начала болеть, но я не шевелилась, чтобы не прервать сеанс. Не только всполох не готов к такому количеству информации, но и мне трудно её воспринимать. А ведь это только одно воспоминание. С Алексеем и Тимофеем как-то проще было.

Долго думать мне Всполох не позволил, вливая в меня следующее воспоминание: Демьян пришёл на поклон. Радость от этого события хлынула на меня из памяти отчима. Я чувствовала ликование оттого, что его несгибаемый сын пришёл с просьбой. Это событие очень важно для Полозова. Теперь мне становилось ясно, как Демьян познакомился с моей сестрой.

Следующее воспоминание о том, как он читает донесения своих шпионов обо мне, о сыне, о других людях. У него там такие подробности, что я покраснела и закашлялась. Грязь, любит отчим копаться в грязном белье. Что-то он отложил, а что-то выкинул, как, например, донесение о любовных похождениях сына или моём путешествии в академию.

Интересно, кто ему докладывает обо мне, Демьяне? Кто настолько близко знает нас.

Разговор с ректором:

– Как там моя падчерица? ― Спрашивает отчим Арчакова. ― Всё идёт, как мы планировали?

– Ты вообще знаешь Ярославу? ― В голосе ректора слышалось негодование. ― Она единственная прошла испытания.

– Так это же хорошо, ― рассмеялся отчим. ― Чем сильнее её дар, тем больше магической силы я получу, когда доберусь до неё.

– Ты сначала доберись, ― проворчал Арчаков. ― Девчонка не так проста. Да ещё сдружилась с самыми магически стильными студентами.

– Да? ― заинтересовался отчим, ― и кто это?

– Ведьмак Тимофей Кольцов, ― отчим внутренне напрягся, но не показал этого ректору. ― Некромант Алексей Ветров.

– С девчонками она дружит или только кобели вокруг неё вьются? ― я чувствовала его возмущение, – как так я могла увлечься сосунками.

– Стелла Мейсен, дочь…

– Знаю, чья она дочь, ― оборвал ректора отчим. ― Как дела у моего сына? Он увлёкся Ярой?

– Нет, он защищает её, помогает, но между ними ничего нет, ― отрапортовал Арчаков.

– Молокосос, ― выругался Полозов, ― всё приходится делать самому.

– Гриша, побойся бога, ― ужаснулся планам отчима ректор, ― она же совсем ещё девчонка, даже твой сын понимает это, а он намного моложе тебя.

– Не гунди, Данияр, ― оборвал его отчим. ― Не время сейчас для морали. Ты со мной или испугался?

– С тобой, конечно, с тобой, ― испуганно запричитал ректор. ― В академии всё готово.

– Так уж, и всё? ― Засомневался Полозов, испытывающе глядя на ректора.

– Алтарь очищен, всё, что требуется для ритуала, я собрал, ― отчитывался как нерадивый школьник перед строгим учителем Арчаков. ― Тёмных магов и так будет достаточно на балу, а светлых я пригласил.

– Сколько?

– Что сколько? ― не понял ректор.

– Магов светлых сколько пригласил?

– Как ты и сказал тринадцать.

– Ты феерический долбоёб, ― выругался Полозов. ― Неужели непонятно, что приедут не все и у нас не хватит жертв. Всё приходится делать самому.

– Так, ты же ещё привезёшь Тумановых, да и Яра у нас учится, это ещё дополнительные жертвы.

– Нет, ты действительно кретин, Данияр, ― взорвался негодованием отчим, так стукнув по столу кулаком, что чернильница подпрыгнула и разлилась, оставив тёмное пятно на столе отца. ― Тумановы и так входят в круг жертв. Ты хоть осознаёшь своим жалким умишком, какой сложности этот обряд?

Казалось, что разговаривай они с глазу на глаз, Арчакову бы не поздоровилось. Отчим в бешенстве сжимал тяжёлые кулаки. Ректор покачал головой, молча проглотив оскорбления.

– Я же тебе, недоумку, рассказывал, ― отчитывал Арчакова отчим, ― первый круг ― малый он состоит из магов времён года, это Тумановы. Затем два средних круга из двенадцати светлых магов и двенадцати тёмных магов. А затем ещё один круг, состоящий из разных рас, живущих в империи тайно или явно. Мне нужна власть над всеми.

– Я помню, Григорий, ― склонил голову.

– Да, ни черта ты не помнишь, ― заорал на него Полозов. ― Ты хоть представляешь, сколько сил и времени я потратил, чтобы поймать всех, живущих в Российской империи нелюдей?

Арчаков кивнул.

– Гномы, эльфы, оборотни, вампиры и другие нелюди должны подчиниться мне, ― в его глазах блестел маниакальный огонь. ― Ты хоть понимаешь, что это самый благоприятный момент, больше такого сильного дня не будет ещё сто пятьдесят лет, и только попробуй испортить мне ритуал.

Воспоминания отчима оборвались, а новых не было. Всполох заснул на подушке. Шёрстка его перестала блестеть. Мой фамильяр магически истощился. Пошатываясь, я встала, вышла в другую комнату и в тумбочке нашла кулёк с орехами. Голова буквально раскалывалась на части. Поплелась обратно в спальню, чтобы положить его на тумбочку, чтобы Всполох мог подкрепиться, когда проснётся.

Сидела в растерянности и не знала, что делать. Кому можно доверять в академии? Разве что, Алексею.

Посмотрела на свои часы и вбила в навигацию: апартаменты Алексея Ветрова, студента четвёртого курса.

– Маршрут построен, ― доложили часы и я, захватив фонарик, вышла в тёмный коридор.

Глава 51

Я кралась по тёмному коридору, молясь, чтобы никто не попался на пути. После десяти часов вечера все должны находиться в своих комнатах, а иначе карцер.

От напряжения заныла спина. Как привидение я скользила из одного коридора в другой.

Замерев возле очередного поворота, я сверяла свой путь с навигацией по часам, страшно боясь заблудиться. Холодная рука опустилась на плечо, вызывая истошный вопль. Вторая холодная рука зажала мне рот. Спина оказалась прижатой к едва тёплому телу. Я была на грани обморока.

– Не ори, Туманова, ― услышала я раздражённый голос Тимофея. ― Ты чего шатаешься по академии?

Услышав его голос, я испытала такое облегчение, что обмякла в руках Тима.

– Эй, мы так не договаривались, ― прошептал он мне на ушко. ― Таскать тебя на руках не входило в мои планы. Да и вообще…

Что он хотел сказать дальше, я не стала дослушивать. Обиженно вырвалась из холодных, в прямом смысле, объятий.

– Что ты здесь делаешь? ― Зашипела я.

– Я первый спросил, ― с мрачной усмешкой произнёс Тим.

– Первый и отвечай, ― окончательно разозлилась я. ― Какого чёрта ты меня пугаешь?

Кольцов почесал нос, передвинул, как куклу к стене, стал напротив, отрезая мне путь к бегству.

– Я дежурный по академии, ― невесело произнёс он. ― Каждый старшекурсник обязан дежурить раз в семестр в ночном патруле. Тебе повезло, что нарвалась на меня, а не на кого-то другого. Сегодня ещё дежурит друг Свята, так что сама понимаешь, попадись ты оборотню, давно была бы в кабинете ректора.

Я тяжело вздохнула. Встреча с кем-то из оборотней не входила в мои планы. Они до сих пор злы на меня из-за Свята и его брата, хотя моей вины не было, но разве что-то объяснишь им.

– Итак, твоя очередь, ― произнёс Тим, наклоняясь к моему лицу так, что его дыхание обжигало кожу, ― куда ты шла?

– К Лёше, ― выдохнула я.

– К Лёше? ― Непонимающе повторил Кольцов, вспоминая, кто такой Лёша. ― Какому Лёше?

– К Алексею Ветрову, твоему другу.

Ошарашенное лицо Тима я запомню навсегда.

– Ночью? Зачем? ― Спросил и сам покраснел. ― Впрочем, это не моё дело.

Я положила руку ему на плечо:

– И твоё дело тоже.

Брови Кольцова взлетели вверх, выражая крайнюю степень изумления.

– Слушай, Яра, вы уж как-нибудь сами, ― в его голосе слышалось раздражение. ― Третий лишний.

Я мотнула головой, чтобы мысли прояснились. Ничего не понимала из его слов.

– Ты о чём сейчас? ― Спросила я. ― Совсем не понимаю. При чём здесь третий лишний, Тим? У меня есть информация о том, что произойдёт на Балу Предков.

– На Балу Предков, ― опять повторил за мной Тим, ― а что там произойдёт? Выберут короля и королеву Осени.

– Велес тебе о чём говорил?

Тим закрыл мой рот рукой и прошептал:

– Тсс! Не болтай! Везде есть уши!

Схватив за руку, он поволок меня по коридору, лавируя в лабиринтах замка без навигатора.

Остановившись у непримечательной двери, он постучал. Этот этаж был далёк от того, где располагались шикарные апартаменты сводного брата. Мало того что комната Алексея находилась на втором этаже, так ещё и где-то в конце коридора, а это, если мне не изменяет память, значит, что родители Ветрова небогаты.

– Открывай, ― прошипел Тимофей, ― это я.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Ветров в одних трусах. Сонными глазами он смотрел на друга.

– Чего ещё, ― зевнул он. ― Ты время видел?

– Я ничего, ― ехидно усмехнулся Кольцов, ― просто служу провожатым. Тебя хотела видеть Яра, и я её доставил.

Алексей перевёл взгляд на меня и посторонился, как будто так и надо. Как будто он привык, что девушки приходят к нему по ночам.

– Проходи, ― сделал Ветров, приглашающий жест. Кольцов подтолкнул меня, и я влетела в комнату. Дверь за мной захлопнулась.

– Лёша, я должна была тебе сказать, ― лепетала я, старательно отводя взгляд от накаченного торса, кубиков пресса, сильных рук. Впервые за время общения с ним мне стало неловко. Даже когда мы целовались, я не испытывала подобного стыда.

– Яра, чтобы ты не хотела сказать, неужели это не могло подождать до утра.

– Я не думала, что ты в такую рань ложишься спать, ― буркнула я, чтобы скрыть смущение.

Заметив мои порозовевшие щёки, Ветров пошёл в спальню, а я стала оглядываться. Обстановка не соответствовала рангу комнаты. Ветров явно был богат, но почему тогда живёт на этаже для небогатых студентов и слуг?

– Когда мой предок поступил в академию «Лавенгуш» наш род был небогатым, и содержать апартаменты мы не могли себе позволить, ― вышел одетый в спортивные штаны и футболку Ветров. ― Наш род разбогател три века назад, но комнаты так и остались на третьем этаже. Традиции, мать их!

В его голосе звучало разочарование. А мне, собственно было всё равно, где он живёт. Отец научил нас ценить людей не по положению в обществе и даже не по богатству, а за собственные заслуги. Алексею было чем гордиться.

– Так зачем ты пришла? ― Он сел на небольшой диван, а мне указал на кресло возле камина. ― Что за спешка?

Так спешила, а теперь слова застряли в горле. Я никак не могла стереть из памяти обнажённого Алексея. Если бы я не сама решила рвануть к нему среди ночи, могла бы подумать, что он специально продемонстрировал мне свою идеально сложенную фигуру.

– Отчим с помощью ректора готовят ритуал жертвоприношения в ночь, когда в академии будет проходить Бал Предков, ― сказала я. ― Это выудил из памяти Полозова мой фамильяр.

– Кому ты ещё сказала об этом? ― Ветров оказался возле меня.

– Никому, только тебе, ― с надеждой заглянула я в его глаза.

– А вот это зря, ― в глазах его мелькнуло дьявольское пламя.

Глава 52

― Т-ты о чём? ― мой голос дрогнул. А в его глазах плясали демоны. По всему телу Алексея танцевали отблески огня, придавая ему зловещий вид.

– Декану надо было сказать, ― раздосадовано произнёс Ветров, и у меня отлегло от сердца. Я уже было подумала, что Алексей стал на сторону отчима. ― Чёрт, забыл, что в его комнате Полозов в отключке валяется.

Алексей нервно ходил по комнате. Отблески огня создавали в комнате жуткую атмосферу.

– Яра, нам нужен сильный маг, кто сможет помешать Полозову.

– Надежда только на Демьяна, ― ответила я.

– Не боишься оставаться здесь? ― В его голосе звучала забота. ― Давай, я тебе помогу сбежать из академии.

– Да ты что? ― Возмутилась я. ― Нет, я вас не оставлю.

Алексей схватил меня за плечи, поднял и тряхнул.

– Твой героизм совсем неуместен, ― раздосадовано произнёс Алексей. ― Ты понимаешь, что на тебе завязан это жуткий обряд и без тебя его просто не смогут провести.

– Ты плохо слушал? ― Устало спросила я высвобождаясь. ― Сначала ему нужно принести в жертву колесо года, то есть нас с сёстрами и маму.

– Вот об этом я тебе и говорю. Если не будет кого-то из вас, то он не сможет провести ритуал, ― убеждал меня Алексей.

– Где ты меня спрячешь? Неужели есть такое место, где не найдёт меня отчим? ― тоскливо ответила я. ― Нет, Лёша, это не выход. Если я ему нужна, то он меня из-под земли достанет.

– Я мог бы отправить тебя к себе домой, ― неуверенно предложил он.

– Ты сам не уверен, на чью сторону встанет твоя семья, ― сказала я. ― Никто не может быть уверен, что родители изменят свои убеждения.

– Мой отец точно не будет участвовать в этом ужасе, ― убеждённо сказал Алексей. ― Он не поднимет нож на безоружных.

– Значит, будет участвовать в качестве жертвы, мне как раз нужен тёмный маг, ― вышел из портала отчим, а за ним ректор.

Ветров стал между нами, закрывая меня.

– Ты, Яра, нарушила правила академии, а значит, будешь наказана, ― в голосе ректора не осталось эмоций.

Я смотрела на уставшего мужчину и понимала, что он уже проклял тот день, когда решил стать пособником Полозова. Отчим становился всё требовательнее и требовательнее, а приказы его сложнее и сложнее.

– Нет, ― жёстко сказал Алексей, ― я не позволю вам забрать Яру.

– Лёш, не надо, ― тихо попросила я, дотрагиваясь до его спины.

– Надо, Яра, я же себя уважать перестану, если отдам им тебя.

– Послушай, щенок, ― отчим говорил жёстко, хлёстко, не стесняясь в выражениях. ― Ты, что же думаешь, что тебе это с рук сойдёт. Девчонка моя!

– Яра моя девушка и если вам нужна была её невинность, то вы опоздали, ― жёстко сказал Ветров.

– Зачем ты ему рассказал, ― смущённо зашептала я, подыгрывая Алексею и наслаждаясь обескураженным лицом отчима.

– Стерва, потаскуха, как и вся ваша долбанная семейка, ― заревел отчим, кидаясь ко мне.

Сзади на него кинулся ректор, удерживая за руки. Ветров, задвинул меня за спину и стал перед разъярённым отчимом.

Вырвавшись из хватки ректора, Полозов получил кулаком в лицо от Алексея. Я закричала.

– В спальню, Яра, ― с холодным спокойствием приказал Алексей. ― И запрись.

– Я положу на алтарь и тебя, и всю твою семью, ― ревел отчим. Поднимаясь и стирая кровь из разбитой губы. ― Мерзавец! Щенок!

– У меня закружится голова от ваших комплиментов, ― насмехался Алексей. Казалось, что он совсем не боялся отчима. ― Моя семья, некроманты и, жертвуя нами, вы рискуете получить в кровниках личей, которые не перед чем не остановятся, пока не убьют вас.

– Скажу Владимиру, что воспитал зверёныша, ― перешёл к угрозам отчим.

Я подглядывала в замочную скважину, боясь пропустить развязку. Отчим вёл себя так, как будто никогда не получал по физиономии. Он испугался и больше не лез на Ветрова с кулаками.

– Обязательно скажите, ему будет приятно, ― продолжал играть с Полозовым Ветров, ― а то он постоянно говорит мне, что я слишком мягкий. Вместо того чтобы сразу упокоить, я дерусь как кулачный боец и разговоры разговариваю.

Я же была удивлена. Страшный Полозов отступил. Но почему? Не мог он испугаться мальчишки.

– Господин Арчаков, забирайте вашего друга, ― приказал Ветров.

Полозов вдруг бросился на него, и они упали, покатившись по полу. Я не видела, что происходит, слышала только удары. Но кто побеждает, не знала. Мучаясь от неизвестности, я вызвала туман и пустила его в комнату, где происходила драка, чтобы хоть как-то помочь Лёше.

В коридоре послышались шаги, дверь в комнату Ветрова отворилась.

– Алекс, ― услышала я взволнованный голос Тимофея. ― Что происходит, господин ректор?

– Не поделили студентку, ― беспечно ответил Арчаков, ― не берите в голову Кольцов, отправляйтесь на дежурство.

– Моё дежурство в том и состоит, чтобы пресекать подобные инциденты, ― сказал Кольцов и ударил магией.

Кому он поджарил зад, я не видела, но услышала возмущённый голос отчима:

– Арчаков у тебя студенты совсем распоясались, где дисциплина в академии?

– Григорий, ты первый её нарушил, а они только защищались, ― почему-то стал на нашу сторону ректор.

Я призвала туман обратно и снова припала к замочной скважине.

– Ты же понимаешь, что я это так не оставлю, ― прошипел отчим. Он подошёл к ректору и оказался в поле моего зрения. Изрядно потрёпанный, потерявший былой лоск и вальяжность. Бровь разбита, глаза почти не видно.

– Григорий, отправляйся в лазарет, ― приказал ректор, вдруг вспомнив, что он тут главный. ― Кольцов, проводи. Аккуратно! Руки больше не распускай.

– Мы с тобой ещё поговорим, ― напоследок угрожающе сказал Полозов. ― я вернусь к тебе в кабинет и ответишь за это.

Тимофей вывел отчима из комнаты, а ректор устало сел в кресло.

– Ярослава, выходи, он ушёл, а нам надо поговорить.