Текст книги "Отход (СИ)"

Автор книги: Инди Видум

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

– Он полностью уберет печати или будет возможность их отключать и активировать?

– Полностью, а что? Нужен вариант со снятием и активацией заново?

– Не уверен. Это бы сильно удорожило стоимость, пришлось бы дольше торговаться, а так я быстро сбагрю все.

– А потом отдельно бумаги? – усмехнулся я.

– Возможно. Сначала их просмотрю и буду решать, как действовать лучше, – не стал он отпираться. – Они могли потерять в ценности за столько лет. Иная информация хороша только свежая. Чуть полежит – и сразу дешевеет, полежит подольше – и уже не стоит ничего.

К портному мы приехали, и тот сразу заголосил, что ничего не успеет сделать. Ведь срок ему поставили до вечера, поскольку отчим намеревался отправить меня на дирижабле в столицу как можно быстрее. После долгих причитаний портной все же притащил и костюм, и пальто под мой размер, сказав, что один клиент заказ не торопится выкупать, но я могу забрать эти вещи с небольшой наценкой, которая пойдет в качестве компенсации забывчивому клиенту. Мол, бедному портному ничего не перепадет, и без того в убыток шьет.

Глазомер у него оказался хороший, вещи мне действительно подошли если не идеально, то близко к этому. А что неидеально – всегда можно будет отнести на недостаточное мастерство портного. Мол, где в нашей глуши взять виртуоза? Вороновы точно относятся с предубеждением к провинциальным городам.

К сапожнику отчим меня, слава богу, не потащил, но до обувной лавки мы тоже прогулялись. Брать в долг у отчима я не стал, но после всех этих трат почувствовал себя абсолютно нищим. Поневоле пожелаешь, чтобы к нам очередные злоумышляющие навязались с солидным денежным запасом. Но где их взять-то?

Маменьку из пучины удовольствия от вояжа по магазинам пришлось выдергивать, поскольку иначе мы бы непременно опоздали на дирижабль. Вообще, всё получилось каким-то галопом: я чуть не забыл сказать отчиму о необходимости документов для Наташи, расцеловался с Ниночкой, которая до моего прихода уже нашла общий язык с Митей, объяснил маменьке, что у нее за новая бандура появилась в ванной и как этой бандурой пользоваться, и пообещал, что совсем скоро вернусь – уж за документами точно.

После чего нас с двумя чемоданами (второй маменька выделила из своих) и Валероном запихали в сани и отправили. Митю я оставил – его в доме никто не испугался, а Ниночка вообще восприняла как забавную игрушку, так что я окончательно убедился в том, что розовую девочку отдам ей. А что касается Наташи, то опять-таки, как и в случае с кольцом, буду создавать питомца конкретно под нее – и чем черт не шутит, вдруг получится еще какое-нибудь усиление специально под мою супругу.

В том, что Митя не будет здесь кому-то мешать, я был уверен, поскольку ему пообещали дать доступ в библиотеку. Причин, чтобы оставить Митю у Беляевых, набралось целых три. Во-первых, дополнительная защита нам с Наташей не нужна. Во-вторых, неизвестно, как вдовствующая княгиня относится к паукам. А в-третьих, в Валероне я предпочел бы в ближайшее время ничего не хранить. Выглядел мой помощник больным – перенапрягся, бедолага.

Так что я сам не заметил, как опять оказался на лестнице причальной башни, только в этот раз мы с Наташей выглядели очень и очень обеспеченной парой. Я тащил два чемодана и саквояж, в котором, на радость Валерону, была заполненная артефактная коробка с едой. Самого же Валерона несла Наташа, которую здорово изменила подобранная маменькой одежда. Нет, на моей супруге была не шубка, а тулупчик с меховой отделкой, но он выглядел очень элегантно, как и меховая шапочка. Валерон в ее руках смотрелся уж совсем как изнеженный домашний любимец, но это было прекрасное прикрытие, так что нужно будет заняться еще и его гардеробом.

Мою элегантность несколько портил топорик у пояса, но это было необходимое дополнение, показатель статуса. Отчим выдал целое досье на вдовствующую княгиню, которое он собирал на всякий случай и с которым мне предстояло ознакомиться в дороге, чтобы выбрать правильный стиль поведения. Хотя рекомендации мне были выданы одновременно с досье, так что просмотр, на мой взгляд, – простая формальность.

Подозреваю, что со стороны мы с Наташей все же смотрелись забавно, с учетом нашего возраста, но не более забавно, чем встретившаяся нам пара. Супруга колотила сумочкой по спине несколько нетрезвого мужа и со злыми слезами на глазах причитала:

– Скотина, ты мне всю жизнь испортил. Был шанс на достойную жизнь и ту упустил. Нельзя было отдавать, никак нельзя.

Супруг пытался сохранить хотя бы остатки самоуважения, от ударов не уклонялся, хотя старался идти так быстро, чтобы жена за ним не успевала. А еще бросал этак снисходительно через плечо:

– Надин, как ты не понимаешь, карточные долги – это дело чести.

– Какой чести, ирод? Ее отродясь у тебя не было. Говорила мне мама, за тебя не выходить. Так нет же, дура, не послушала ее.

– Я тоже не послушал родителей, которые говорили, что жениться нужно на девушке своего круга. И как результат, имею невоспитанную спутницу жизни, которой непонятно само понятие благородства.

Они как раз поравнялись с нами. Господин принял вид безвинно пострадавшего и улыбнулся нам – мол, что взять с глупой женщины, которая его преследует. После чего с удвоенной скоростью рванул вниз по лестнице. Его супруга, подхватив юбки и горестно всхлипывая, припустила за ним.

Нет, все же семейная жизнь – то еще испытание. Если эта дама знала страсть супруга к азартным играм, то почему не проконтролировала? Или думала, что на высоте тот не найдет себе партнера? Если уж в дирижаблях могут убить, то почему не могут ограбить? Похоже, здесь было нужно быть настороже все время.

Стюард в этот раз показался мне на редкость подозрительным. Он осмотрел нас с Наташей так, как будто прикидывал, сколько у нас при себе денег. Особенно задержался на топорике, который выглядел очень и очень дорого даже без учета его характеристик. Этот оценивающий взгляд почти сразу смягчился радушной улыбкой, которая явно была нацелена усыпить нашу бдительность. Заметил это я, заметил и Валерон.

– Этот тип что-то злоумышляет, – тявкнул он.

– Надеюсь, ваш песик не будет доставлять беспокойства другим пассажирам? – забеспокоился стюард. – У нас есть прекрасные патентованные средства для собак, которые позволят им провести время полета в здоровом сне.

– Медикаментозный сон здоровым не бывает, – холодно заметил я. – Наш питомец очень хорошо воспитан. Если к моей супруге никто не полезет, то его никто не услышит.

– Наша компания славится безопасностью полетов, – оскорбленно бросил стюард, растеряв угодливость, и протянул два ключа от кают за номерами четырнадцать и семнадцать.

– Мы бы хотели занять каюты, расположенные рядом.

– К сожалению, это невозможно. В этот раз свободных кают только три.

Я был уверен, что он врет, но доказать это можно было, только начав ломиться во все каюты рядом. Впрочем, и в этом случае он непременно что-то придумает. Однако, какая топорная работа. Ну что ж, кто предупрежден, тот вооружен.

Я донес Наташин чемодан до ближайшей каюты и быстро ее проинструктировал:

– По возможности из каюты не выходи и запрись изнутри.

– Я и сама хотела это сделать, – призналась она. – Мне нужно глянуть вероятности на завтра.

– Замечательно. Тогда спокойной ночи.

Валерон перепрыгнул ко мне на руки и тихо, но радостно тявкнул:

– На нас злоумышляют. Злоумышляют же?

– Мне тоже так кажется, – подтвердил я его выводы. – Похоже, в дирижабле летит карточный шулер, и стюард с ним в доле. Он нас с Наташей специально расселил подальше друг от друга, чтобы она не услышала и не пришла ругаться до того, как я все проиграю.

– А ты проиграешь?

– Я вообще играть не буду. Обломаю им всю малину, – усмехнулся я.

– Петь, ты чего? – вытаращился на меня Валерон. – Я же с тобой, а значит, не он тебя обжулит, а мы – его. Получим нужные деньги. А то вам купили новую одежду, а на меня уже не хватило.

– Может, мы все придумали? – предположил я.

Честно говоря, вступать в рискованную игру с карточным шулером желания не было даже при поддержке Валерона.

– Проверю, – предложил помощник, с которого сразу сошла вся томность. – Сразу после отправки дирижабля и проверю.

Он выпал из комбинезончика и испарился, даже не дождавшись взлета и предупреждения стюарда об отправлении. Отстыковка в этот раз прошла мягко, и дирижабль плавно набирал высоту. А вскоре Валерон устроил для меня персональную трансляцию.

– … дорогой топорик. Такими обычно наследников снабжают. А значит, денежки у юноши есть. И много. Один топорик как приличный дом в столице стоит.

– Преувеличиваешь, – недоверчиво протянул человек с незнакомым, но очень приятным, располагающим к себе голосом. Всегда был уверен, что такие голоса бывают только у жуликов. И вот – прямое этому подтверждение.

– Вы просто не видели. Металл непростой, и руны… Кажись, полный комплект. Одежда, опять же, новая, недешевая. Даже на собачке комбинезон меховой.

– На собачке? – расхохотался жулик. – Тогда точно у детишек лишние денежки есть, и не грех будет от них избавить. Какая каюта у юноши?

– Семнадцатая, – угодливо сказал стюард.

– Держи за наводку. Если удастся раскрутить на игру, получишь еще.

– Работаем по той же схеме?

– А зачем изобретать что-то новое?

Стюард побежал куда-то, а Валерон вернулся ко мне.

– Слыхал? – возбужденно сказал он. – Ты прав, и эта компашка собирается нас раздеть. Нужно что-то придумать.

– А что здесь думать? Я же сказал, что не стану с ним играть. Садятся за один карточный стол с профессиональными шулерами только идиоты.

– Или другие шулера, – заявил Валерон. – Мы его враз на пару обыграем. Он и охнуть не успеет, как без штанов останется. И вообще, чем ты рискуешь?

– Тем, что останусь без штанов сам? – предположил я.

– С чего бы?

– Я вообще в карточных играх несилен.

– Зато я силен. Если этот тип каким-то чудом выиграет, то я просто заберу с него компенсацию, – уверенно предложил Валерон. – И тогда останемся при своих. Не спускать же этому типу столь наглое злоумышление? Не скучно, опять же. Ночь длинная.

Не знаю как Валерону удалось уговорить меня на авантюру, но, когда стюард постучал ко мне с предложением чая, я поинтересовался:

– Любезнейший, нет ли на дирижабле какой библиотеки? А то скучно уже пялиться в окно. Темно, ничего не видно, а спать пока не хочется.

– Библиотеки нет, – радостно ответил он. – Но я могу поспрашивать у других пассажиров, не желают ли они провести час-другой за партейкой в шахматы или карты.

– Буду весьма признателен, – кивнул я.

Как только стюард ушел, я на всякий случай выплеснул принесенный им чай в окно и заполнил стакан чаем из фляжки – любые посторонние примеси могут повлиять на игру, в результате которой, несмотря на настрой Валерона, я не уверен.

Глава 13

Не прошло и десяти минут, как стюард представил моего будущего партнера по игре. Последний принес с собой шахматную доску, но при выставлении фигур выяснилось, что не хватает аж трех штук. Жулик, очень солидно выглядящий господин в дорогом костюме, подосадовал, что так случилось, и купил у стюарда колоду карт, как мне тихо тявкнул в ухо Валерон, – крапленых, хоть и распечатали их при мне.

Настроился шулер на мое оружие, которое отметил коротким внимательным взглядом, убедившись в том, что стюард не соврал и будет чем поживиться. Осмотр криминальную личность удовлетворил полностью, после чего началась моя обработка.

Разводил шулер грамотно. Вначале чисто на интерес, потом маленькая ставка для затравки. Ставка все росла и росла вместе с показываемым мной азартом, подогреваемым, как считал шулер, алкоголем. На самом деле коньяк из моей стопки Валероном сразу перемещался в туалет и отправлялся орошать леса и поля, над которыми мы проплывали. И это было все, во что вмешивался мой помощник. Мы с ним обсудили и решили, что, пока речь не зайдет о моем оружии, пусть все идет, как запланировал неприятель.

Волнами теплел артефакт, показывая, что противник тестирует на мне еще и воздействие менталом. Я притворялся, что защиты нет и что временами вообще ничего не контролирую. Игра шла с переменным успехом, и проигрыш с выигрышем записывались на листочке, пока не достигли критического уровня. Для меня критического – проиграно было больше, чем находилось у меня на руках. Я сделал вид, что разнервничался, и заявил:

– Как такое могло случиться? Вы выиграли все мои деньги. Но я должен отыграться.

– В долг я не играю, – покачал жулик головой. – Были уже прецеденты, знаете ли…

– Но я непременно должен отыграться! – показывая полное отчаянье, бросил я. – Мне точно сейчас повезет.

– Можете поставить свой топорик, – любезно подсказал он. Даже с ленцой. Мол, я-то наигрался уже, но если так хотите, могу принять в залог.

– Он гораздо дороже проигранного, – возразил я. – Не согласен. Разве что вы выставите что-то равноценное.

Жулик притворился, что засомневался, хотя наверняка уже считал себя счастливым владельцем моего оружия.

– Разрешите глянуть? – поинтересовался он. – А то, может, там только рукоять красивая.

Я извлек топорик из чехла, и в моих руках он сразу засветился, доказывая, что вещь не декоративная, а рабочая и очень дорогая. Честно говоря, стоимости такого оружия я не знал, поскольку конкретно это не покупал, а сделал сам, и к подобным вещам раньше даже не приценивался, поскольку продавались они в специализированных охраняющихся заведениях, куда обычному гимназисту хода не было.

– Вещь, – согласился жулик и сделал вид, что задумался. – Вот что. К проигранным вами деньгам добавляю купчую на дом в столице. И это пойдет против вашего топорика.

– Дома бывают разные.

– Каков дом, не скажу, по случаю достался, не смотрел еще. Но улица – одна из центральных.

Он извлек бумаги на дом и протянул мне. Название улицы ничего не сказало. Может, я и проходил по ней, будучи в Святославске, а может, и нет. Четко я помнил только две улицы, на которых стояли дома княгини и кузена. В документе была не одна из них. Конечно, любой дом лучше, чем никакой, но пиджак у моего противника на груди знатно топорщился, а значит, там должны были быть и другие ценности.

Теперь уже я сделал вид, что задумался.

– Мое оружие стоит больше.

– Тысячу сверху? – Он раскрыл толстый кошелек, забитый купюрами разных достоинств, отсчитал нужную сумму и положил на купчую. – Достаточно?

Он опять даванул менталом. Самую малость, чтобы меня убедить.

– Маловато… – проявил я вполне понятное сомнение. – Боевое оружие из металла с механизмусов. Вы представляете, сколько оно стоит?

Он закатил глаза и небрежно бросил на стол весь кошелек, решив пока использовать наглядные методы убеждения, а магические приберечь для самой игры.

– Пойдет?

– Нужна новая колода, а то мало ли…

Я напустил на лицо подозрительности, но мой противник лишь снисходительно усмехнулся, приоткрыл дверь и позвал стюарда. Последний с готовностью принес новую колоду. Опять крапленую, как проверил Валерон. Поскольку со мной играли нечестно, то и у меня угрызений совести не осталось от того, что собираюсь провернуть.

В этот раз Валерон уже включился, перемещая из-за обшлагов рукавов, а то и прямо из рук противника карты ко мне, а мои неудачные отправлял тому, когда за обшлаг, а когда – в колоду.

Когда мы выложили карты и я потянулся к выигрышу, жулик опешил. Посмотрел свой расклад, мой, неожиданно расхохотался и сказал:

– Коллега, значит. Что делать будем? Своих нехорошо обувать.

– Вряд ли вы про это думали, когда садились со мной играть и использовали ментальное давление.

– Нехорошо своих обманывать, – продолжил он гнуть свою линию.

– Вы мне не свой, – отрезал я. – Я жульничеством не промышляю, со стюардами в преступный сговор не вступаю. Краплением карт не балуюсь. На чужое покушаюсь только тогда, когда против меня злоумышляют.

– Да я разве злоумышлял? Ты сам выразил желание развлечься.

– За наводку на топорик кто стюарду заплатил?

– Вот же параноик, – восхитился жулик. – Слышал, значит? Но ты мог просто отказаться со мной играть.

– У меня с финансами проблема. Решил за ваш счет. А может, и с жильем.

Он почесал затылок.

– Вот же. И главное, магии никакой я не чувствовал. Получается, на ловкости рук? Талант… Ладно. Будет мне уроком. Но вишь что, парень, мне живые деньги под работу нужны. Погорячился я все сбрасывать. Вернуть половину не прошу, но может, что из цацек купишь? У меня есть прекрасный жемчужный гарнитур, девочке твоей подойдет.

– Несите, – согласился я.

– Зачем? – возопил Валерон, стоило закрыться двери за моим недавним соперником. – Мы бы и так забрали. За злоумышление.

– Во-первых, если с этим гарнитуром что не так, я всегда смогу поклясться, что его купил. А во-вторых… Не стоит доводить людей до попыток смертоубийства. Я уже, конечно, научился трупы прятать, но исчезновение стюарда вряд ли не заметят. И у нас могут быть неприятности. А еще эта пара может отыграться на Наташе. Нет уж, досуха выжимать не будем, от греха подальше.

– Довод, – вздохнул Валерон.

– Да и мужик относительно адекватный или притворяется хорошо.

Разговор прекратился, поскольку жулик вернулся. Жемчужный комплект действительно оказался подходящим для Наташи, остальное было мелочевкой, с которой я решил не связываться. Сумма у жулика нужная не набиралась, поэтому он вздохнул и вытащил еще браслет с бриллиантами, так что кошелек к нему вернулся почти со всем содержимым. Я себе только пару тысяч оставил.

– Что за дом-то хоть? – спросил я, когда мы шли заверять договор перехода дома уже в мою собственность у капитана дирижабля, который мог скреплять подобные сделки.

– А я знаю? Перед тобой господин один проиграл. В наследство досталось, но не судьба было посмотреть.

– Это которого жена била в Верх-Ирети?

– Он, – расхохотался шулер. – Смысла не было им дальше ехать. Решили домой возвращаться.

– Жемчуга тоже их?

– Нет. Это другой придурок вез в подарок невесте. Не довез.

– Не жалко? – зачем-то спросил я.

– А тебе меня? Вот то-то. Дураков учить надо.

– Нет, с имуществом расставаться.

– Легко пришло – легко ушло, – отмахнулся он. – От дома в Святославске я бы все равно избавился.

Капитан дирижабля недоверчиво переспросил, точно ли право собственности переходит ко мне (мне даже ненадолго показалось, что он тоже в доле), затем заверил договор своей подписью и печатью дирижабля. Дал адрес крепостной палаты Святославска, в которой нужно было провести окончательную регистрацию и где мне выдадут ключи.

После чего мы вернулись в каюты. Точнее, вернулся я, а жулик остался в коридоре неподалеку, и вскоре из коридора раздалась беседа: похоже, мой недавний собеседник нашел новую жертву. Валерон проявился, завалился на мою подушку, устало зевнул и заявил:

– Со стюарда я тоже компенсацию взял. Теперь мне требуется отдых. Поднимать меня только на завтрак.

Я решил, что отдых требуется и мне, и улегся рядом. Подушку у помощника отбирать не стал – в конце концов, и не в таких условиях ночевал. Отрубился сразу, почему-то даже мысли не возникло, что шулер придет мстить. Он и не пришел.

Утром, когда мы все завтракали в каюте у Наташи, я спросил:

– Что там твой дар говорит о встрече с княгиней?

– Сложится в твою пользу, – коротко ответила она. – Причем с вечера мне казалось, что все будет плохо, но потом ночью что-то изменилось.

– Это когда ты в карты играл, – тявкнул Валерон.

– Проиграл? – ахнула Наташа. – Мой кузен, мамин племянник, застрелился из-за карточного долга. Петя, пожалуйста, не надо играть.

– Наташ, я же с ним. О каком проигрыше может идти речь? – гордо сказал Валерон.

– Вы что, жульничали? – опять ахнула она.

– Мы? Мы похожи на жуликов? – в ответ возмутился Валерон. – Мы взяли компенсацию со злоумышляющих на нас, да, Петь? Минимальную компенсацию. Никого не убили, не покусали и даже ни в кого не плюнули. Хотя очень хотелось.

– И чем же вы ее взяли?

– Домом.

– Каким домом?

– Прилетим – посмотрим, – ответил Валерон. – Вам нужно жилье в столице? Вот вам судьба его и подогнала. Не благодарите. Но комбинезон нужно заказать новый. Этот уже немного вытерся. Кролик, что с него взять…

– Не надо было садиться с жуликом за карточный стол, – не сбилась Наташа с мысли.

– Как это не надо? – возмутился Валерон. – Как бы я тогда взял компенсацию? Петя был бы против. И потом, сама говоришь, что вероятность поменялась, когда он согласился играть. Стала лучше. А поначалу он не соглашался. Вот тогда и была плохая.

– Мне не нравится зависимость от карт.

– Какая зависимость? – принял важный вид Валерон. – Наказали пару жуликов – и все. Женщина, тебя муж собственным домом обеспечил. Подумай об этом – и возрадуйся.

– Игровые приобретения, они такие: сегодня есть, а завтра ушли, – ответила Наташа.

– Петр не игрок! – раздраженно тявкнул Валерон. – Это была разовая акция, направленная против тех, кто злоумышляет. Я ради нее стараюсь, из кожи вон лезу…

– Из комбинезона выпрыгиваю… – подсказал я.

– И это тоже, – не смутился Валерон. – И что вместо благодарности? Одни упреки. Все уже закончилось, мы победили и притащили в пещеру мамонта.

– Какого мамонта, в какую пещеру? – растерялась Наташа.

– Того, с которого нужно содрать шкуру и из которого нужно приготовить что-то питательное. Я, вообще-то, есть хочу, а вы меня непонятно чем кормите. Чай, кстати, не бери – отравят.

И так уверенно сказал по последнему пункту, что я сразу вспомнил о взятой компенсации еще и со стюарда. При Наташе спрашивать не стал, чтобы не нагнетать. Пусть это будет нашей с Валероном маленькой тайной…

Провожал нас при прилете в столицу совсем другой стюард. Надеюсь, что первого не хватил сердечный приступ, когда он осознал, насколько был неправ, на нас злоумышляя.

– Сейчас мы куда? В гостиницу? – уточнила Наташа.

– А давай до Крепостной палаты проедем? – предложил я. – Если удастся все быстро провернуть, то и в дом заселимся.

Подозрения, что купчая фальшивая, несмотря на печать и подпись при оформлении договора, у меня были, поэтому хотелось прояснить вопрос сразу.

Сани мы арендовали на несколько часов – Наташа сама предложила подождать в них на улице, чтобы не таскать чемоданы и не искать потом извозчика заново, если выяснится, что нам все же нужно в гостиницу. А у этого в санях лежала толстая меховая полость из волчьих шкур – хоть ноги не замерзнут. Валерон, правда, сморщил свой нос и заявил, что шкуры пахнут псиной, но согласился остаться на охране как Наташи, так и вещей.

И хорошо, что остался, иначе бы точно решил, что на нас опять злоумышляют – в Крепостной палате удалось все завершить за полтора часа благодаря моему дворянскому паспорту и большому количеству взяток, которые я раздавал направо и налево для ускорения оформления. Зато вышел с документом, подтверждающим мое право владения, и набором ключей, старинных, с затейливыми головками.

Доехали от Крепостной палаты до нужного дома мы быстро – дом действительно располагался в центре. Симпатичный особнячок, около которого снег был тщательно вычищен, как и двор внутри. Хотя какой-то мужик продолжал орудовать лопатой.

Оказалось, что при доме до сих пор проживал сторож, по совместительству дворник. Был он нанят еще покойной хозяйкой дома.

– То бишь вы таперича новые хозяева, – расстроенно сказал мужик. – А мы Акима Васильича ждали.

– Ты сказал «мы». Речь идет еще о ком-то из прислуги?

– Кухарка и горничная остались. Кучер исчо хотел, но он место себе хорошее нашел, а мы Акима Васильича хорошо знали, хотели при нем.

Он с надеждой на меня посмотрел. Прижился мужик. Видно, уходить никуда не хотелось. Не знаю, как сторож, но дворник нам точно нужен, а этот тип убирал здесь даже тогда, когда никто над душой не стоял. И делал это весьма тщательно.

– Ты останешься, – решил я. – Смотрю, с работой справляешься хорошо, не ленишься. По кухарке и горничной решать будет супруга. Можешь их позвать для разговора.

– Так в доме они. Мы ж думали, Аким Васильич скоро приедет. Он к тете часто наведывался.

– Тебя как звать?

– Савелий я.

– Бери чемоданы, Савелий, и пойдем в дом, – скомандовал я.

Извозчика я отпустил, добавив сверх оговоренной суммы еще трешку. Расточительно, но с учетом тех денег, что улетели на оформление, – сущая мелочь. Савелий подхватил чемоданы и с радостным видом человека, будущее которого определено, потащил все в дом, где нас встретили две женщины: возрастная горничная в стандартной униформе, высокая и тощая, как жердь, и невысокая кругленькая улыбчивая кухарка. При виде нас они застыли с приклеенными улыбками на лицах.

– От какое дело, – сообщил им Савелий. – Аким Васильич, того, не приедет. Вместо него…

Он замолчал и повернулся ко мне поскольку имен я не назвал.

– Петр Аркадьевич и Наталья Васильевна Вороновы, – представился я. – Мы новые хозяева этого дома. Савелий сообщил о вашем желании здесь остаться. Решать будет моя супруга. Как я понимаю, штат прислуги придется расширять, но это мы будем решать позже, когда приедут мои люди.

– Если нас устроит ваша работа, то вы сохраните места, – с совершенно серьезным видом сказала Наташа. – Сейчас мы хотели бы осмотреть дом, потому что покупали даже без описания.

Пробежался, можно сказать поверхностно. Из минусов, сразу же отмеченных мной: отопление было не артефактным, а поскольку хозяев не ждали, дом не протапливали и в помещениях было прохладно. Да и вообще артефактных бытовых приборов не было – возможно, предыдущие владельцы не были магами или же считали, что незачем упрощать жизнь обычным людям. Все остальное было в плюс: канализация, центральное водоснабжение, электричество, огромная ванная комната с чугунной ванной.

– В ванную купель еще поставим, – сразу озабоченно тявкнул Валерон. – Ты обещал, помнишь?

– Помню, помню, – проворчал я, заглядывая в кабинет, ключ от которого нашелся в общей связке. И приятная неожиданность – на столе обнаружился телефон, покрытый слоем пыли, которую я сразу смахнул.

– Телефон работает? – спросил я у Глафиры.

– За год уплочено, Петр Аркадьевич, – степенно ответила она. – А что пыль здесь, так мне ходу в запертые помещения не было, уберу быстренько.

– Где-то есть адрес конторы, которая занимается их обслуживанием? Нужно будет переоформить на нас.

– Должен быть среди счетов в верхнем ящике стола.

Искать адрес конторы я не стал, поскольку не удержался, поднял трубку, повращал рычажок и попросил меня соединить с тем номером отчима, который был на телефоне в конторе. Ответил отчим сам.

– Добрый день, Юрий Владимирович. Мы добрались до Святославска.

– С княгиней пообщались?

– Пока нет. Мы случайно по дороге приобрели дом.

– В каком смысле? – удивился он.

– В прямом. Очень удачно подвернулся случай, не стали упускать. Пришлось потратить время на оформление в Крепостной палате. Дом расположен по адресу Камергерский переулок, 18. Номер нашего телефона. – Я развернул аппарат и глянул на табличку на корпусе. – 308. Я собираюсь переоформлять, так что, возможно, номер сменится. Но пока так.

– Ты шутишь? – уточнил отчим.

– Я совершенно серьезен.

– Как можно случайно приобрести дом в одном из самых дорогих районов Святославска на те деньги, что у тебя имелись?

– Так получилось. Это не телефонный разговор. Но дом совершенно точно принадлежит мне. Все документы оформлены, и ключи получены. К княгине на встречу мы еще успеваем.

– Совсем забыл. Тебе в чемодан должны были положить визитки.

– Зачем мне ваши визитки? – удивился я.

– Твои. Тебе нужны визитки. Я отправил человека в типографию. Напечатали сотню. Глаша должна была в чемодан заложить. Посмотри. Не устроят, потом закажешь, какие нужно.

– За это спасибо огромное, Юрий Владимирович. Не подумал о столь важной вещи.

На этом мы разговор закончили, а я пообещал позвонить еще вечером, повесил трубку и повернулся к горничной, продолжавшей стоять навытяжку.

– Глафира, мы скоро отбываем на встречу с княгиней Вороновой. Возможно ли к нашему возвращению подготовить две спальни и ужин? Деньги оставлю. И протопить дом, а то здесь холодно.

– Дров мало, – ответила она. – Остальное сделаем. До рынка схожу, хотя сейчас поздновато уже.

Деньги я ей выделил и на продукты, и на извозчика, после чего, поскольку Наташе почему-то требовалось сменить платье, которое она назвала дорожным, на платье для визитов, отправился в одиночестве смотреть каретный сарай. Был он побольше того, что у меня в Дугарске, и в нем вполне можно было выделить три секции: под машины, под кузню и под хранение всякого-разного полезного.

В ту часть, что я определил под кузню, Валерон выплюнул все артефактные предметы, забранные из кузни в Дугарске, счастливо вздохнул и сразу радостно поинтересовался:

– Машину пригнать? Улицы здесь чистят, проедет.

– А сможешь?

– Метка последняя есть. Ставлю здесь и ношусь туда-обратно, сразу выплевывая вещи, в себе держать не буду. Заодно Прохорову сообщу, куда двигаться, пока Куликов на них всех собак не спустил.

– Разумно, – согласился я. – Но тогда нужно будет заодно забрать их вещи, чтобы двигались налегке, а еще забрать все материалы, все алхимическое оборудование…

– Книги для Мити и посуду, – дополнил Валерон. – Мебель там того не стоит. А вот отопительная система… Сказать Прохорову, пусть демонтируют? Тут установим.

– Дом намного больше, не подойдет вариант. Надо будет под заказ. Так что смысла не вижу. Разве что оставшийся из первого дома? Его можно – хоть спальни прогреем.

Валерон недовольно фыркнул и исчез, чтобы через пару минут проявиться и выплюнуть машину.

К княгине мы точно не поедем как бедные родственники: из своего дома, на своей машине, да еще и с визитками. Надо только не забыть Наташе жемчуга выдать – без него наряд для визитов будет неполным.

Глава 14

Отопительный артефакт Валерон притащил вторым заходом, чтобы успеть прогреть хотя бы одну комнату, и грустно заявил, что расстояние большое, энергии тратится много, мы всю еду оставили в багажнике снегохода и подзаправиться нечем. Так что он сделает пару ходок, а потом – всё, восстанавливаться. В пару ходок вошло все ценное из кузни и мастерской и два ящика с книгами. Остальное, как сказал Валерон, пока упаковывают, но он ближе к ночи еще сбегает, если его покормят.

Поэтому мы вернулись в дом, где я сразу постучал в выбранную Наташей спальню, чтобы активировать там отопительный артефакт. До этого я немного прогрел комнату Жаром, но мы уедем – и комната начнет остывать.

К выходу моя супруга была готова. Платье для визитов оказалось голубым, поэтому жемчуга к нему должны будут идеально подойти, а то супруга слишком скромно смотрелась: кроме обручального кольца и кольца, подаренного на помолвку, на ней были только простенькие золотые сережки, маленькие и без камушков. Теперь эта несправедливость будет устранена.