Текст книги "Отход (СИ)"

Автор книги: Инди Видум

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

– Ты столько тратишь. Откуда у тебя деньги?

– Все, что нас не убивает, делает нас богаче, – усмехнулся я, вспомнив о тех, кто положил основу моему благосостоянию. – Не волнуйся, меня твои покупки не разорят. Покупай что нужно. Ограничение только по времени.

– Мне ничего не нужно.

– А если твоя семья не передаст твои вещи? Возьми, чтобы хотя бы смена была. Критично только время, не деньги. Сразу после отправки письма выезжаем.

На почте пришлось задержаться, потому что долго не срабатывал артефакт, а оставлять письмо, не зная, уйдет оно или нет, я не рискнул. Так что, когда я наконец выскочил из помещения почты, Наталья была уже у снегохода с приличного размера свертком, отправленным мной сразу в багажный ящик.

– Не доедем по свету, – сказала Наталья, усевшись за мной.

– У меня чувство направления есть, а у снегохода – фары, – ответил я, выруливая к выходу из города. – В зоне сейчас безопасно: тварей уже нет, а обычных хищников – еще нет. Да и есть там им нечего. Но в Тверзани мы должны быть раньше твоего отца.

– В крайнем случае у нас при себе оружие, – вздохнула она и прижалась покрепче, потому что как только мы выехали из города, я заставил снегоход выдать максимально возможную скорость.

Приехали мы не просто по темноте, а по хорошей уже такой темноте, хотя нигде не останавливались, но сыграли свою роль задержка сначала в церкви, потом на почте. Скорость пришлось снизить, потому что гнать в полной темноте даже с работающими фарами и по своим следам – неразумно, слишком высокий риск. В результате на дорогу ушло куда больше времени, чем я запланировал. Я даже стал опасаться, что, несмотря на чувство направления, свернул куда-то не туда.

Продолжавшую работать реликвию стало видно издалека. Как мне показалось, за это время она еще набрала мощности и стала ярче. Лучше ориентира, чем она, в ночи сложно было придумать. Даже наши следы на снегу стали наконец хорошо заметны, по ним я и въехал в город и дальше ориентировался тоже по ним.

Валерон выскочил, стоило остановиться снегоходу, и бодро отрапортовал:

– Куликов с сопровождением остановился на ночь в ближайшем убежище. Двигаются на лыжах, будут здесь к обеду.

– Он разговаривает? – ахнула Наталья.

– А еще я мерзну и хочу есть, – жалобно тявкнул Валерон, решив сыграть несчастного песика, а не брутального кобеля, чьи плевки могут поставить точку в чужой жизни. – Вы же всю еду увезли с собой. А обещанный сахар ты наверняка не купил.

– Прости, не успевал по продуктовым лавкам пройтись. Наташа, это мой помощник. Самый смелый, самый умный, самый знающий.

– Лесть – это приятно, но сахар был бы лучше. Заменишь сгущенкой, если уж я такой незаменимый, – проворчал Валерон, польщенно приосаниваясь. – И да, я тебе там кристаллов насыпал дополнительных. Посмотришь потом. Сейчас первым делом надо поесть. Мне. А вы как хотите.

Мы хотели тоже, потому что каша из трактира уже благополучно переварилась. Да и вообще день выдался на редкость насыщенный. И завтра нас тоже ожидают интересные события.

Глава 5

«Немного» в определении Валерона оказалось еще одной приличной кучей кристаллов, так что я решил не откладывать сортировку, а то вообще погребусь под кристаллами рано или поздно.

Первым делом я отобрал кристаллы с рунами. Их оказалось три штуки: Мощный удар, предвидение и удача. Встал вопрос, изучать ли предвидение или передать руну Наталье, но потом я сообразил, что в последнем нет смысла: у меня куда больше возможностей для нанесения рун на предметы, а ее дар простое владение руной не усилит. То есть брать надо мне, а потом делать для супруги предметы.

– Тебе самому предвидение тоже не помешает, – авторитетно тявкнул Валерон. – Это, конечно, не дар, но иногда будет срабатывать.

– Не знаю как предвидение, а удача мне завтра понадобится, – усмехнулся я.

– Можешь сделать простенький амулет с руной и надеть, – предложил Валерон. – На один раз и деревяшки хватит.

– Нелишним будет, – согласился я.

Для начала я использовал слияние. Кучи значительно уменьшились, а Валерон принялся давиться, выплевывая кристаллы со слившимися навыками.

Он кашлянул в последний раз и принялся ругаться долго и с чувством. Чуть успокоившись, заявил:

– Больше столько не приношу. Я чуть не сдох.

– Да ладно тебе, они же во внутреннем хранилище слились. Ты просто поторопился от них избавиться, а выплюнуть все сразу не вышло.

– Слияние нужно адресно использовать, – не унимался Валерон. – Все горло разодрал.

Для доказательства своих слов он раскрыл пасть во всю ширь. Глубины там были такие, что я запросто мог бы туда пролезть, а вот повреждений не оказалось.

– Слушай, чисто теоретически, ты мог бы меня в себя загрузить?

Валерон завис. Надолго. Мне даже показалось, что он свое внутреннее хранилище обследовал на предмет, куда меня можно в случае чего засунуть.

– Скорее всего, нет, – наконец ответил он. – Если бы это было возможно, нас бы проинструктировали. Ну тех, у кого есть внутреннее хранилище. А оно есть не у всех. Тебе повезло.

Он приосанился и чуть снисходительно на меня глянул. О «разорванном» горле уже напрочь забыл.

– Может, до тебя его просто никто не докачивал до такого размера? – предположил я. – Ведь сочетание Купели Макоши и шоколадных конфет, считай, никому из твоих коллег недоступно.

– Согласен, – радостно тявкнул он. – Экспериментируем?

– Не-не-не, – сразу пошел я в отказ. – Сначала на мышках или на чем там проводят эксперименты. Если получится – то на животных покрупнее.

А так-то идеальный вариант. Он меня проглатывает, перемещается почти через любые стены, потом выплевывает. Я совершаю необходимые действия: от банального грабежа до тщательно подготовленной диверсии – и мы точно таким же образом покидаем место. А еще можно забрасывать тварей зоны, но здесь я не уверен, что внутреннее хранилище Валерона это выдержит. Мечты, мечты…

Среди соединенных оказались и четыре больших кристалла. В одном нашлась схема «Малого контейнера Макоши». Собиралась она всего лишь из двух кристаллов, а сам контейнер размер имел куда меньше, чем средний. Но и такой может понадобиться, если придется провозить что-то скрытно, так что схема годная, опробую. Но не сегодня. Сегодня нам нужно все для усиления – разговор завтра получится непростым.

Во втором оказалась кузнечная схема меча «Ярость Сварога». Он собирался из трех кристаллов и наверняка был настолько же полезен, как и моя секира. Подойдет ли он человеку, привыкшему сражаться на парных мечах? Вряд ли. Тем более что мечи у Натальи куда легче и тоньше обычных. Видно, Козырев подбирал под ее руку.

– Валерон, как думаешь, удастся где-то выбить схему с парными мечами?

– Для супруги хочешь?

– Естественно. Если ее на таких натаскивали, то переключать на более тяжелый меч смысла нет. Но у меня все схемы падают с упоминанием имен славянских языческих богов, а среди них любителей парных мечей я не припомню.

– Значит, не найдешь, – решил Валерон. – Нужно ехать за схемами туда, где такие мечи есть. Индия?

– Индия… – задумался я. – Там, кажется, совсем маленькая зона, а значит, высокая конкуренция за ресурсы?

– Смотреть надо. Может, туда и не ходит никто? – предположил Валерон. – Или просто покупать кристаллы оттуда. В разных зонах ассортимент заклинаний и схем отличается. Так что в столице могут быть магазины, где представлены кристаллы из других зон. Подороже будут, чем наши.

– А значит, там наверняка можно нарваться на обман.

– Не без этого, – согласился Валерон. – Но ты же всегда можешь проверить?

Я кивнул, прикидывая, что по поводу таких магазинов нужно будет узнать, и изучил оставшиеся два больших кристалла со схемами «Малый оберег Велеса» (защитный артефакт против ментальных атак) и «Малая Крепость Велеса» (защитный артефакт против магических атак).

После чего принялся просматривать большие кристаллы из тех, что новые, но в слияние не попали.

Нашлись две пятых схемы «Купели Макоши». Еще две пятых – и можно будет улучшать мою. Три четверти схемы защитного артефакта «Малая Крепость Перуна» и четверть схемы «Малый оберег Велеса». И они у меня точно были.

– Валерон, а выплюнь-ка все, что у тебя в загашнике, – попросил я и после выполнения просьбы опять скастовал Слияние, к вящему недовольству Валерона, хотя в этот раз выплюнул он куда меньше кристаллов, и из них всего два больших: схема «Малая Крепость Перуна» (защитный артефакт против магических атак) и схема кузнечного молота «Радость Сварога» – последний предмет из сета. Молот мне сейчас был без надобности, а вот защитные артефакты не помешает. А ингредиентов на два комплекта нет.

– Сбегать? – обреченно спросил Валерон, когда я начал размышлять вслух.

– Сбегай, – согласился я. – Забери как можно больше ингредиентов – может, еще чего интересного выпадет с мелких. И предупреди о приезде горничной – пусть ей там комнату подготовят, что ли… Точнее, две нужно. Еще для Натальи… И с кроватями для них нужно что-то решать. Короче, озадачь Прохорова по полной.

– Кровать для Натальи есть среди притащенных из зоны, как раз была, как сказал Николай Степанович, еще одна господская. А вот то, что на нее укладывать, в дефиците. Прохорову придется в Гарашиху ехать. А если он все равно в Гарашиху поедет, то… – Валерон скорчил умоляющую гримасу.

– Коробку конфет и две коробки сгущенки, – согласился я и даже деньги Валерону выдал, чтобы уж точно на все хватило.

Помощник исчез с совершенно счастливой физиономией, а я продолжил разбор больших кристаллов. Из интересного нашел еще четвертушку схемы защитного артефакта «Малая Крепость Велеса». Похоже, Крепость Велеса отвечает за защиту от магических атак, а Крепость Перуна – от физических. Хорошо бы собрать все три, но и одна ментальная защита тоже неплохо.

Добавился еще один кристалл Божественного взора, их у меня стало уже четыре. Этак ко времени использования соберу все десять, до максимального размера навыка. Пространственное хранилище тоже получилось улучшить до четвертого уровня за счет найденного кристалла.

Нашлось аж два сродства к Воде, одно сродство к Тени и два сродства к Скверне. А вот обещанной Наталье артефакторики и Целительства не было. Для начала можно использовать и что-то из этого. Все равно не факт, что в ближайшее время выбьется нужное. Так что я взял эти пять кристаллов и отправился искать супругу.

Она оказалась в библиотеке в компании Мити. Они читали. Причем каждый – свое. Наталья – какой-то толстый фолиант, подсвечивая себе Шаром Света, а Митя, пристроившийся совсем рядом с ее креслом, – детскую книжку со сказками и большим количеством картинок. А ведь спросишь его, что делает, ответит – охраняет. Вон с каким деловитым видом переворачивает страницы. Впрочем, чтение ему охранять не мешало: в его мозгах могло идти параллельно несколько процессов.

– Наташа, у меня несколько вопросов. Первый. Тебя учили работать только парными мечами?

– Нет, – удивленно ответила она. – Козырев, если берется за обучение, дает все. Я могу биться и одним мечом, и топориком. Но парные мечи – это именно мое оружие, если ты понимаешь, о чем я. Я в них особенно сильна.

Я понимал. Именно это чувство было у меня, когда я взял в руки топорик. Значит, будем искать схему парных клинков. А пока можно выковать тот, что сегодня собрался, и на первое время он пойдет.

– Следующий вопрос. Если бы у тебя была возможность получить сродство к Воде, Тени или Скверне, что бы ты выбрала?

– Только не Скверну, – ответила она. – Это сродство дает выход к очень сильным заклинаниям, но и плату берет соответствующую.

– Какую? – заинтересовался я.

– В организме человека Скверны как таковой нет, – ответил она. – Но если берешь сродство к ней, то образуется источник. Наполняется он за счет собственных жизненных сил, сокращая срок жизни. Чем чаще и чем серьезнее заклинания используешь, тем короче жизнь. Там и другие изменения, я подслушивала, когда сестре читали лекцию, но слышно было не все, поэтому я точно сказать могу только одно: Скверну брать не следует никогда.

– Мне говорили, что она считается безопасной.

– Считается. Для простолюдинов. Но это не так. В знающих княжеских семьях этот навык ни за что брать не будут. Он еще по мозгам бьет от частого использования. Очень опасная вещь. Даже удивительно, что ты не знал.

– Я жил в семье, где магии ни у кого нет, с родственниками со стороны отца не общался. Да и магию получил только этим летом, в Лабиринте.

– Правда? – удивилась она. – Удивительно. Я считала это невозможным. Отец как-то бросил, что для людей без магии посещение Лабиринта – только потеря денег.

– Мне повезло. Ладно, со Скверной разобрались. Используешь тогда эти кристаллы для усиления навыка.

– Ты можешь видеть, что в кристаллах?

– У меня есть артефакт, – соврал я.

Впрочем, не совсем соврал: артефакт у меня был и не один, правда, совсем другой направленности. Почему я это сделал? Наверное, потому, что Наталья пока оставалась для меня посторонним человеком. А посторонним людям секреты не выдают.

– Откуда? Это такая редкость.

– Повезло. Тебе сколько до следующего уровня основного навыка?

– Три кристалла.

– Замечательно. Держи. Два со Скверной и один с Водой – для взятия следующего уровня как раз хватит. И останется на выбор Тень или Вода. Один используй сейчас.

– А второй?

– Через месяц используешь, если не удастся найти целительство или артефакторику к этому времени. Я думаю, стихии тебе нужны будут все.

– Спасибо.

– Не за что. Я обещал. Из огненных заклинаний у тебя что есть?

– Искра пятнадцатого уровня, Огненная плеть одиннадцатого, Шар Света двадцать первого и огненный щит шестнадцатого.

– Как ты Шар Света раскачала, – удивился я.

Можно было удивиться и по остальным – это какой силой воли надо было обладать, чтобы раз за разом повторять одни и те же заклинания, доведя их до таких уровней. Выбор был небольшой – похоже, девушка решила не разбрасываться, в чем она совершенно права. Лучше несколько заклинаний высокого уровня, чем много, но низкого.

– Оно безопасное, использовать можно везде. Я много читаю, для меня это заклинание очень удобно. Остальные в доме использовать нельзя. Желательно вообще на полигоне. Или в зоне. Иначе они бы у меня тоже были повыше. А вот предсказание не раскачать использованием, только кристаллами.

– Понятно. Не буду пока отвлекать.

– Погоди. Тень – который кристалл из двух?

– Этот.

– Спасибо еще раз.

Использовала она Тень. Нужно будет ей какое-нибудь заклинание из этой области подбросить. Поневоле задумаешься, а стоит ли, потому что это будет уже в ущерб моему развитию. При такой куче кристаллов жадничать, конечно, нехорошо, но у меня завтра встреча с тестем, который пока не знает, что он тесть. И не слишком обрадуется, когда узнает. Мне нынче всякое усиление очень нужно. Но опять же, если усиливать Наталью, то из нее тоже получится боевая единица, которая поможет не меньше, чем раскачанный навык. Так что я с тяжелым сердцем решил все же не жадничать и выдать кристаллы по тем навыкам, которые у нее есть, если они найдутся в тех кучах. В конце концов, ко мне навыки еще и сами липнут, а она могла получать усиление только либо через методичное раскачивание, либо через кристалл.

Из тех навыков, что у нее были, нашлись только Искра и огненная плеть. Первых было девять, вторых пять. Я использовал шесть кристаллов с Искрой, доведя ее до шестьдесят первого уровня (четыре качнул, пока добирался через зону в Тверзань) и три кристалла с Огненной плетью, которая стала у меня двенадцатого уровня (тоже один уровень цепанулся сам). Три и два кристалла с этими навыками я отнес Наталье, добавив к ним пять кристаллов Теневой стрелы. Ее лицо надо было видеть: никогда еще она так быстро не поднимала уровни навыков. И это при условии, что большую часть я приберег для себя.

В первую очередь я использовал те кристаллы, которые собрались из нескольких. Поднял акваманию до третьего уровня, а скиаманию – до второго. Адский паяльник и Жар-птица, увы, нашлись только по одному кристаллу с частями заклинания, хотя я на них рассчитывал.

Но в основном в этой куче была Вода во всех видах. Ее же я нацеплял по дороге от души. Тот же Снег удалось поднять до девятого уровня – и это при условии, что он падает редко. Ледяная игла доросла до тринадцатого. Водяной Шар вырос до тридцать третьего уровня. Появились и кристаллы с новыми заклинаниями, из которых я решил пока не брать ничего. Толку от них завтра не будет. И вообще подожду, пока прилипнут сами, а потом подниму кристаллами.

Теневая стрела выросла на семь уровней до шестьдесят пятого, что был очень приличный результат. Теневой кинжал – на три до тридцать восьмого. Теневой сгусток – на три до четырнадцатого. Удушающая тень тоже взяла уровень.

Просмотрев остальные навыки, я обнаружил, что подросли на единицу и все немагические навыки, кроме регенерации и плавания. Даже чувство направления уровень взяло.

Ментальные навыки не претерпели изменений, а вот Модифицированная удача доползла до девятнадцатого уровня. Еще внезапно подрос Ядовитый плевок и стал второго уровня.

Количество кристаллов, которые пока нерационально было использовать, все росло и росло, потому что я все не мог видеть, что находится в части кристаллов, – видящий у меня пока застрял на пятом уровне.

Наконец вернулся взбудораженный Валерон.

– Прохоров говорит, что в Дугарске вовсю слухи ходят об отходе зоны. Волну тварей к ним вынесло, но все уже были полудохлые, дружинники с ними справились, а князь отправился разбираться, что случилось. И народ вовсю болтает, что князь правильно поступил, пообещав за избавление от зоны такие деньжищи. Так что два миллиона, считай, у нас в кармане.

– Их еще получить надо, – напомнил я. – Там первый платеж через год. И деньги будут делиться между мной и отчимом. А что-то еще подставному лицу отойдет.

Валерон погрустнел, как будто уже распланировал оба миллиона: один – на конфеты, один – на сгущенку. И внезапно его настигло такое разочарование.

– Это ты зря, – неодобрительно тявкнул он. – Зачем разбазаривать наши деньги?

– Один бы я не получил ничего. Со мной бы даже договор не заключили, а реликвию все равно пришлось бы собирать.

– Довод, – признал Валерон. – Кстати, я ту палатку оттащил к нам в дом.

– Зачем? Она слишком приметная.

– Я вот подумал, что ты ее мог найти просто так после ухода зоны. А она тебе нужна. К чему ждать тепла и потом лезть в воду, если в ней уже сейчас лежат нужные нам кристаллы, а к весне народ сообразит и все вытащит без нас? У тебя есть и плавание, и подводное дыхание. Нырнешь пару раз – согреешься в палатке.

– А тебе даже подводного дыхания не нужно, – намекнул я. – Нырнешь пару раз – ящик сгущенки получишь.

Валерон задумчиво почесал лапой за ухом. Сгущенка показалась ему очень заманчивым предложением, а вот лезть в воду, холодную и мерзкую, ему не слишком хотелось. Он бы предпочел отправить вместо себя Митю, но увы – механического паука в воду отправлять было нельзя. На морде Валерона жадность боролась с нежеланием терпеть лишения, и нежелание победило.

– Для подводных работ я непригоден, – заявил помощник.

– Я тоже. При таких температурах я запросто могу заполучить воспаление легких и умереть.

– Просто вовремя обратишься к целителю. Да и потом, если долго не торчать в воде, а в палатке нагнать жару, то получится закалка тела. А в озере должны валяться ментальные навыки.

Ментальными навыками он меня добил, и я всерьез задумался, а не полезть ли мне в воду и в самом деле. Но сначала нужно было пережить встречу с Натальиным отцом. Поэтому я отбросил все посторонние мысли и занялся артефактами, благо теперь у меня было все, что для них требовалось.

Глава 6

Валерону в этот день пришлось сбегать в Дугарск еще раз – за краской для Мити. Потому что я решил выгравировать на пауке руны и закрыть их алхимической краской, которая осталась после покраски вездехода. Пятнами я его покрывать не буду, просто сделаю белым – он и так будет малозаметен на снегу. Или все же покрыть? Камуфлировать так с самоотдачей. Единственное, что ему до утра придется не двигаться, чтобы краску не смазать. Митя в принципе одобрил, поскольку отключать я его не собирался, но попросил вторую пару лап не трогать, чтобы он мог ночью читать, иначе стоять без дела скучно.

Я согласился, хотя предполагал, что он после полной покраски посчитается завершенным и что-нибудь получит бонусом. Но полной покраски не получится, потому что оружие на передних лапах все равно останется некрашеным. Оно, кстати, и будет демаскировать паука, если тот не сидит в засаде, поджав под себя лапы, так что ровным счетом все равно, сколько лап не покрыты краской.

На душе все равно было тревожно, поэтому я, чисто для успокоения, в дополнение к рунам решил сделать еще один комплект защитных артефактов – для Мити. Только без ментального. Ментал на него не действует, хотя мозги в наличии и развиваются.

Наверное, было бы разумно убедиться издалека, что князь добрался до реликвии, и избежать общения с ним. Разумно, но… неправильно. Тем самым я бы выставил себя в его глазах человеком, уверенным в том, что поступил плохо, а то и вообще – подло. Побоялся встретиться лицом к лицу с отцом супруги, потому что женился на ней обманом. Мог ли я такое допустить, если планировал сам стать князем? Вот то-то. Репутацию уронить можно легко, а вот как ее потом поднимать?

При этом опасность как от князя, так и от его группы сопровождения была нешуточной: я даже против одного Козырева не выстою, а в группе могли быть и куда более искусные люди как в мечах, так и в магии.

Нужно было вырабатывать какую-то стратегию, а в голову не лезло ровным счетом ничего, кроме как: близко не подходить, дом законсервировать Живыми Печатями заранее и в случае чего быстро садиться на снегоход и рвать когти. Валерон, кстати, план одобрил и сразу спросил, будет ли считаться «кое-что» злоумышлением. Я его обломал, решив, что будет или нет – зависит от тяжести этого кое-чего. Может, князь ограничится руганью, а помощник решит взять в качестве компенсации все, кроме нательного белья.

– Прохоров уверен, что не ограничится. Он вообще пессимистично настроен. Говорит, Куликов такого не простит однозначно.

– А что он сделает, Прохоров не предполагал?

– Да чего его мнение слушать? Он вообще паникует, – пренебрежительно махнул лапой Валерон. – Предлагаю в случае чего, чтобы Митя по их лыжам резаком прошелся, а я нашего паука потом в свое хранилище отправлю и тебя догоню.

– Хорошая идея, – признал я. – Но до такого доводить бы не хотелось. Все же я считаюсь членом княжеской семьи.

– Считаешься, но формально, о чем Куликов знает. И кто ему чего будет предъявлять? Сгинул и сгинул. Уверен: он попытается проблему решить радикально.

Валерон тявкал радостно, как будто нашел наконец предлог для экспроприации чужих вещей, но мне, напротив, было тревожно. А ведь это, похоже, амулет с руной предвидения работает.

В общую тревожность свой вклад внесло и утреннее сообщение Натальи:

– Встреча будет очень плохой. С высокой вероятностью погибнешь либо ты, либо отец. Петя, давай уедем до его появления? Если кто-то из вас погибнет…

Она всхлипнула.

– Значит, мы постараемся выйти к другой вероятности. – Я протянул ей связку артефактов и амулетов с рунами. В отличие от артефактов, амулеты были самыми простенькими и выдержат всего лишь несколько срабатываний – мой с руной Предвидения уже потемнел. – Надевай. И будем пристраивать на Митю.

На последнего камуфляж лег прекрасно, если бы не блестящие четыре лапы, его на снегу было бы вообще не заметно. Но и так неплохо: если он затаится, внимания не привлечет.

– Ты уверен, что эти артефакты лучше моих? – с сомнением спросила Наталья. – Мои делал не последний артефактор.

Сомнения понятны: я артефактор без году неделя, даже документ об окончании получил не совсем честным путем. Недоучка-экспериментатор, выезжающий исключительно на редких схемах. Зато схемы такие, что подход к их вскрыванию найти будет сложно.

– Схема, выпавшая с твари, с именем языческого бога в названии. Изделие по ней хуже может быть только в случае какой-нибудь редкой авторской разработки. Да и никто не мешает тебе надеть сразу все. Суммироваться не будет, но пройдет по верхней границе.

– Давай я тебе свой комплект отдам? – предложила она. – На всякий случай. Он делался княжеским артефактором очень высокого ранга.

– И в него могли быть вложены закладки подчинения твоей семье, – предположил я. – За предложение спасибо, но не рискну воспользоваться.

Она задумалась, потом сняла свой комплект, заменила на мой.

– Тогда этому лучше оставаться здесь. Мне кажется, ты прав, и отец оставил лазейку для влияния на семью.

С чего она так решила, я не стал спрашивать, но предупредил:

– Дом перед встречей я собираюсь запечатать. Возможно, не удастся вернуться за артефактами. Поэтому, если не хочешь оставить комплект здесь, забирай сразу.

– Значит, так и будет, – ответила она, прислушиваясь к чему-то внутри себя.

Озабоченность с ее лица никуда не пропала, зато исчезла обреченность. И реветь она вроде тоже больше не собиралась. Насколько я понимаю, это значит, что с новыми факторами в виде моих изделий и отказа от изделий куликовских, вероятность сдвинулась в нашу сторону. Но спиной к ее отцу поворачиваться все равно не стоило. Поговорим на расстоянии, а потом быстро разбежимся. У князя дел должно быть много по возвращенным территориям, да и у меня дел хватает по ним же – кристаллы бесхозно валяться не должны. Как Валерон сказал про те, на дне водоема, так и вертится у меня в голове эта мысль. Нужно будет глянуть среди бытовых заклинаний – может, что-то и подберу, потому что вариант зимой лезть в воду – совсем не вариант.

После завтрака Валерон отправился на разведку, я же занялся креплением артефактов к Мите. Нужно было вчера этим заняться, тогда покраска бы не пострадала. Вариантов крепления было мало, поскольку мастерской при мне не было, к сожалению. Но и болтаться на туловище Мити артефакты не должны. Я снял грудную пластину и стал прилаживать артефакты внутри, встраивая их в общую Митину схему.

– На рожон не лезь, понял? – сказал я по окончании работ.

– Куда не лезть?

Он завертелся, осматриваясь в поисках загадочного «рожна».

– Не рискуй больше необходимого, – пояснил я. – Валерон, конечно, собирается тебя подхватить, но мало ли что, а я не хочу, чтобы ты пострадал.

– Я не чувствую боли.

– Зато тебе не нравится, когда отключают, – напомнил я. – Если тебя разобьют, можешь отключиться так, что я тебя больше не включу.

– Я буду осторожен.

Я подумал и покрасил остальные лапы. Схватиться не успеет, скорее всего, но какую-то незаметность даст даже в облезлом виде. После чего начал паковать все наши вещи на снегоход. Оставлять здесь ничего не следовало. Даже Натальины артефакты. Хотя их с собой брать тоже не стоило – там и закладки могут быть, и маячки. Но на этот комплект у меня теперь есть планы, для чего мне был нужен Валерон.

Артефакты я крутил в руке, стоя рядом со снегоходом, когда помощник встревоженно тявкнул:

– Минут через двадцать появятся.

– Спасибо, ждем.

– Чуть не забыл. Тебе Прохоров гранаты передал. Алхимические. Не совсем гранаты, правда, но взрываются классно.

– Огненный грибной порошок?

– Он самый.

Он отсыпал мне с десяток склянок из очень тонкого стекла, наверняка оставив и себе как вариант оружия – не одними же плевками развлекаться.

– Не выпади случайно из бесплотности. И еще. Вот это. – Я опять крутанул артефакты. – Нужно будет поместить в тебя, а если что-то пойдет не так – выплюнуть на Куликова.

Миг – и вся связка оказалась внутри Валерона, а сам он растаял в воздухе. Я активировал все Живые Печати на доме, чтобы внутрь без меня никто не смог попасть, и посчитал себя готовым к любому развитию событий.

– Может, Митю мне тоже пока в себя отправить? – предложил Валерон. – Если что, его тоже прицельно выплюну.

– Я не успею сориентироваться, – забеспокоился Митя, не желающий пропускать основное развлечение.

– Да чего там ориентироваться? Если выплюну, а вокруг чужие – сразу врубай резак и режь лыжи. И вообще всё режь, что под резак попадется.

– Всё не надо, – тихо сказала Наталья. – Вдруг под резак люди попадутся?

– Если попадутся, значит, они нас хотят убить, – возмущенно тявкнул Валерон. – А если нас хотят убить, то мы имеем право отвечать зеркально. Мало мне было одного пацифиста, вторую нашел. Как только ты умудрился, Петя?

Я оставил его вопрос без ответа, он тоже замолчал, затаившись где-то до появления Куликова. Продвигались они медленно, опасаясь засады, и делали это так тихо, что я ничего не слышал, пока они не появились. Да и потом тоже ничего не слышал. Лыжи на всех были явно с кучей усилений. Куликов к реликвии не рванул, сначала огляделся, заметил нас, узнал дочь и нахмурился.

– Здесь чисто⁈ – проорал он.

– Чисто! – крикнула в ответ Наталья. – Когда реликвия восстановилась, твари начали убегать и в городе никого не осталось.

– Это хорошо, – довольно сказал он, подъезжая на лыжах к нам. – Вы видели, что случилось?

Этот пункт был дополнительно обговорен с Натальей, чтобы она не выказывала ни удивления, ни возмущения, а поддерживала мою версию. В конце концов, версия не была обманной: я собирался рассказать все как было, лишь кое о чем умолчав.

– Божий помощник достал реликвию, активировал и сказал: «Во исполнение договора».

Упоминание договора Куликову не понравилось, но не напомнить ему о долге я не мог. А то вдруг решит, что восстановление контроля над его зоной не имеет отношения к договору и платить по нему не нужно.

– С чего ты взял, что этот тип – божий помощник? – спросил Козырев.

Заходил он сбоку, как будто пытаясь отрезать один из путей отступления. Агрессии от него не ощущалось, но мне все же стало тревожно.

– Реликвия выпала перед ним из воздуха. На остальное ответить не имею права.

– Значит, было остальное? Куда он ушел?

– Тоже не смогу ответить.

Куликов прикрыл глаза, как будто пытаясь справиться с нахлынувшей злостью, и спросил:

– Вы почему здесь и почему вместе?

– Встретились за один переход до Тверзани, – ответил я. – А почему вместе? Наталья теперь моя супруга по законам божьим и магическим. Для первого пришлось нам в церковь съездить, пока вас ждали.

– Идиот, – сказал Козырев. Причем в голосе его было неприкрытое сожаление. – Василий Петрович, Петр – небесталанный механик. Может?..

– Не может! – рявкнул Куликов и повернулся к Наталье. – Я тебя предупреждал, что будет, если пойдешь против меня? Будет тебе наглядный урок, чтобы больше чудить не вздумала. – Он ударил по мне менталом с такой силой, что артефакт нагрелся, и сказал. – Ты, щенок, подходишь ко мне, встаешь на колени и обнажаешь шею, чтобы рубить было удобней. Прямо сейчас. А голову я потом сохраню. У Машки коллекция есть, теперь и второй дуре заведем. Чего стоишь, я сказал: ко мне, щенок!