Текст книги "Изумрудное пламя (ЛП)"

Автор книги: Илона Эндрюс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)

Пришло время повысить ставки.

– Как давно вам известно о биомеханической активности в Дыре?

Марат достаточно оправился, чтобы изобразить удивление.

– Какой еще биомеханической активности?

Серьезно?

– Сколько работников вы недосчитались на сегодняшний день?

– Это конфиденциальная информация.

Мой голос заледенел.

– Нет ничего конфиденциального – ни ваши процедуры, ни ваши пропавшие работники, ни развод вашей сестры и ваша связь с Лебедевым.

Марат сощурил глаза.

– Теперь послушайте меня. Я не знаю, что за биомеханическая хрень…

Из воды вынырнуло щупальце с металлическими крючками, обхватило Марата вокруг груди и сдернуло его через перила в болото. Он исчез в мутной воде.

Боже мой.

Алессандро рассмеялся.

Краснощекий охранник рядом с нами развернулся и бросился бежать, стуча ботинками по дорожке. Другой охранник кинулся к нам и выстрелил в воду. Алессандро выхватил у него дробовик и с привычной легкостью заехал локтем мужику в лицо. Тот отшатнулся назад и попятился. Из его рта вылетела жвачка и приземлилась в воду.

– Ты пристрелишь его, идиот, – гаркнул Алессандро.

Вода забурлила. Я потянулась к ней своей магией. Там снова был он – отголосок далекого злобного разума, слишком расплывчатого, чтобы на него нацелиться.

Марат вынырнул на полсекунды, а затем щупальце снова утащило его под воду.

Черт. Я взобралась на перила.

Алессандро схватил меня за шкирку и стащил обратно.

– Что ты творишь?

– Он утонет! Я должна его спасти.

Алессандро выругался.

– Оставайся здесь!

Он сунул мне в руки дробовик. Магия забурлила вокруг него и в его руках возникла цепь. Алессандро перескочил через перила и нырнул в воду, утаскивая цепь за собой.

– Срань господня! – Охранник справа от меня перегнулся через перила.

Цепь соскользнула в воду, размотавшись откуда-то сверху, и туго натянулась. Вода забурлила, сбиваясь в пену.

Яркая искра вылетела из зарослей на берегу и устремилась по воздуху к нам.

Я чисто инстинктивно отпрыгнула в сторону.

Двухфутовый металлический шип пробил стену справа от охранника. Он успел поглазеть на него с полсекунды, прежде чем другой шип не пробил его горло, пришпилив его к стене.

На таком расстоянии дробовик был бесполезен. Я выбросила его, чтобы освободить руки, повернула влево и побежала.

Позади меня глухие удары возвестили о новых шипах, врезающихся в стену.

Добежав до угла, я схватилась за перила и перескочила через них в повороте. Шип просвистел над моим правым плечом. Я спустилась по лестнице и нырнула за здание, прижавшись к стене.

Металлический шип пролетел над зданием справа от меня, развернулся и под острым углом устремился к стене, промахнувшись футов на десять от того места, где я стояла.

Телекинетик расположился на берегу. Шип почти на половину ушел в стену. Учитывая расстояние и силу броска, это должен был быть Превосходный. К моему счастью, у меня был зять-параноик. Коннор настаивал на зубрежке, и я знала все о борьбе с телекинетиком настолько, насколько это было возможно для человека, им не являвшимся. Превосходный он или нет, ему все равно требовалась непосредственная видимость. Это и утрата концентрации были их ахиллесовой пятой.

Дюжина шипов просвистела в воздухе над зданием, изогнувшись для удара.

Я перебралась через поручень и нырнула в воду. Она поглотила меня, теплая, темная и слегка пахнущая рыбой и водорослями. Я оттолкнулась ногами и вынырнула на поверхность. Надо мной шипы вонзились в дом, застряв в стене.

У меня почти не осталось магии, но я немного восстановила ее и потянулась к ней. Сконцентрированный телекинетик был подобен маяку, мощная энергия которого фокусировалась в лазерном луче. Две секунды, и я засекла его – острый, болезненно яркий белый укол примерно в тридцати пяти ярдах от берега.

Второй залп шипов изогнулся вокруг здания.

Я раскрыла крылья и потянулась к нему. Он не мог меня видеть, но он мог меня слышать, и я послала звук моего голоса, подкрепленный силой, в его разум.

– Иди ко мне.

Моя магия сомкнулась на нем, сжимая его разум в ментальном кулаке. Шипы сбились с пути и градом осыпались в воду. Я нырнула, продолжая держать его разум. Он затрепыхался, пойманный моей волей будто рыба на леске. Вынырнув, я пропела еще раз.

– Иди ко мне!

Он задергался, пытаясь освободиться. Его воля была сильной, почти такой же сильной, как у Коннора, но разум Чокнутого Рогана был подобен несокрушимой крепости. Этот же разум был непостоянным, в одно мгновение твердым как скала, а в другое уже кренящимся набок. Мне нужно было больше магии, но ее у меня не осталось.

Его магия ослабла. Моя рука соскользнула. Он вырвался, и я снова ушла под воду.

Хреново. Моя магия исчезла, и Алессандро не умел телепортироваться. Даже если он поймет, что телекинетик здесь, ему придется переплыть реку, чтобы добраться до него. Он станет легкой добычей в воде.

Я вынырнула.

Резкое сияние воли телекинетика погасло.

Ха! Он запаниковал и бросился бежать.

Что-то коснулось моего бедра. Я дернулась из-за чистого инстинкта, отчаянно пытаясь вырваться. Прямо передо мной, всего в десяти футах, с дорожки свисал пандус.

Что-то схватило меня за ноги, развернуло и отпустило. Я всплыла, стараясь держаться как можно неподвижнее.

Слабое свечение скользнуло под водой в мою сторону. Я глубоко и медленно вдохнула. Не паникуй. Только не паникуй…

Свечение всплыло на поверхность. Гибкое металлическое щупальце поднялось из глубины и зависло в футе от меня, на уровне моего лица. Бледный бутон светился на его конце, вырастая из металла вопреки всем законам природы.

Бутон распустился. Прекрасный цветок раскрыл три ряда белоснежных лепестков с острыми кончиками. Меня окутал пряный медовый аромат.

Изнутри цветка на меня уставился круглый глаз, сияя ярким изумрудным огнем.

Матерь Божья.

Чье-то присутствие коснулось моего разума, чужое, странное, но разумное. Паника поднялась во мне, и я наступила на нее, стараясь не шевелиться.

Сознание коснулось меня. Мы установили связь.

Человеческий разум был локализованным, сконцентрированным присутствием, иногда просто пятном света, иногда яркой звездой. Это же было как облако, как буря с пучками света, пойманными в сияющем эфире сознания. Этот разум был повсюду, рассеянный по Дыре, растянувшийся тонкими нитями… скопление звезд там, едва заметная вуаль здесь, текучий, движущийся… не разум улья, а единое огромное сознание, протягивающее ко мне тонкий усик самого себя.

По моей спине пробежал ледяной холод. Я смотрела в пресловутую Бездну, а она смотрела на меня в ответ.

Я захлопнула свой ментальный щит.

Разум перемещался, растекался, тянулся ко мне, пытаясь восстановить связь.

Взрыв сотряс воздух позади здания. Цветок закрылся, и щупальце исчезло под водой.

Я развернулась и поплыла к пандусу, быстрее, чем когда-либо в жизни. Моя рука сомкнулась на металлическом поручне. Я подтянулась на пандус и побежала, хлюпая на ходу, вверх по дорожке и вокруг здания.

Алессандро стоял на мостках, вытягивая цепь обеими руками. Под ним бурлила вода. По болоту расплылось неоново-зеленое пятно.

Алессандро дернул цепь, мышцы на его руках напряглись. Цепь подалась, и Марат выскочил из воды, схваченный под мышками петлей цепи.

Щупальце из растений и металла вырвалось из воды вдогонку за Маратом. Алессандро бросился вперед с материализовавшимся в его руках огнеметом, и струя пламени лизнула щупальце, опаляя его.

Марат глубоко, прерывисто вдохнул. Магия исходила от него, как звон гигантского невидимого колокола. Водоворот тьмы развернулся в десяти футах над нами и закрутился, сверкнув голубой молнией в его центре.

Портал призывателя.

Тьма взорвалась ослепительно белым светом, и в воду из портала повалили серебристо-голубые рыбы – пять футов в длину, с тупыми головами, защищенными костяными пластинами. Они захлопали огромными ртами с зазубренными клыками, достаточно длинными, чтобы прокусить мне ногу.

Рыбины высыпали в воду и болото забурлило. Сияющая зеленая кровь фонтаном хлынула на поверхность. Куски растительной материи и странной белой плоти всплывали и исчезали в пастях беснующихся рыб.

Алессандро швырнул огнемет в сторону, выпрямился и увидел меня. На его лице отразилось удивление. Он обернулся, увидел насаженного на шип охранника, и оскалился.

– Что произошло?

Марат взобрался на мостки.

– Ну все. Ты доигрался, сукин сын!

Все вокруг нас пришло в движение. На берегу что-то соскользнуло в воду. Слева, дальше в болоте, началось какое-то волнение. Я потянулась к нему своей магией и увидела, как движется Бездна, течет к нам, будто сияющая амеба, почуявшая свою добычу.

– Каталина? – развернул меня Алессандро.

– В этом болоте живет существо, – прошептала я, стараясь не упускать из виду необъятное сознание, плавающее вокруг нас. – Оно повсюду. Оно приближается. Нам нужно уходить.

– Взять его! – заорал Марат рыбообразным существам, молотя кулаком по перилам. – Достаньте этого ублюдка! Порвите его на части, чем бы он ни был!

Алессандро схватил меня за руку и бросился бежать по металлическому настилу.

– Эй! – крикнул вслед нам Марат.

Мы продолжили бежать без оглядки. Мгновением позже за нами последовал тяжелый топот Марата.

Глава 10

Как только мы втроем добрались до основного моста, ведущего к острову «ПРД», служба безопасности взялась за дело. Нас окружили и сопроводили до безопасного места вооруженные огнеметами охранники, недобро поглядывающие на болото. Отголоски разума в трясине угасли, но от этого мне не стало легче.

Охрана доставила нас в главное здание. Здесь парамедик завернул нас в покрывала из фольги, несмотря на тридцатиградусную жару, и провел всех в кабинет Марата на первом этаже, где ловко разрезал джинсы Марата. Небольшие металлические капли усеивали ноги призывателя, впившись в его плоть.

Алессандро наклонился, положив руку мне на плечо и приблизив лицо к моему. Со стороны бы показалось, что он меня утешает.

– Что происходит? – шепнул он.

– В этом болоте живет чужеродный разум, владеющий телепатией.

Какую-то секунду он переваривал услышанное.

– Расскажи мне об этих шипах.

– Телекинетик на дальней дистанции, вероятно, Превосходный. Он запустил как минимум дюжину шипов, из чего следует, что он готовился нас убрать. Я добралась до его разума, и он сбежал.

Алессандро кивнул и выпрямился, задумавшись.

Если бы Марат хотел нас убить, он бы не стал использовать телекинетика. Во-первых, случись что с нами, он был бы первым подозреваемым. Во-вторых, будь он достаточно тупым, чтобы попытаться нас убить, то он бы нас просто пристрелил и приказал своим охранникам скинуть трупы в воду, где чудовища, обитающие в Дыре, расправились бы с нами без следа. В-третьих, телекинетик и пальцем не пошевелил, чтобы его спасти. Нет, телекинетик должен был принадлежать Аркану.

Парамедик, худощавый и темноволосый белый мужчина лет тридцати, достал набор пинцетов и ведро, и уселся на пол. Он подцепил первую металлическую каплю с волосатой голени Марата. Призыватель поморщился. Серебристая капля растянулась и заерзала в пинцете.

Алессандро шагнул вперёд, перехватил руку парамедика и рассмотрел извивающееся создание.

– Металлическая пиявка.

Он отпустил его руку, и тот отправил пиявку в ведро и вытер кровь с ноги Марата.

– Одна есть.

Парамедик выглядел совсем не удивлённым, вытягивая металлическую пиявку из ноги своего босса.

– Сколько раз вам уже приходилось это делать? – спросила я.

– Не отвечай, – процедил Марат.

– Нет уж, будьте добры ответить. – Даже насквозь промокнув в болоте, Алессандро мастерски перевоплотился в Превосходного с непререкаемым авторитетом в голосе.

– Терренс, – предупредил Марат.

Парамедик перевел взгляд с Марата на Алессандро, и снова на Марата.

– Я здесь от лица Ландера Мортона. – Голос Алессандро не знал пощады. – Во всех отношениях, я – это он. Я плачу вам зарплату. Отвечайте на ее вопрос.

Терренс сглотнул.

– Семь или восемь раз. Такое бывает, если люди падают в воду и выживают.

– Сколько людей не выжило? – спросила я.

Парамедик раскрыл рот, покосился на Марата и ответил:

– Несколько.

Верность. Виктория ее уважала. На этом моменте она бы дала об этом знать, а затем отбросила всякие церемонности и раскрыла его разум. Она позволила бы ему его сохранить, потому что верность заслуживает поощрения, но оставила бы его всхлипывающим, свернувшимся на полу калачиком. Ему понадобились бы недели на восстановление.

– Сейчас вернусь. – Я встала и вышла из комнаты забрать из Носорога холщовый мешок.

Возвращаясь обратно, я услышала доносившиеся из-за приоткрытой двери голоса и остановилась послушать.

– …ты ее потрахиваешь или как? – прорычал Марат. – Ландер в курсе? Потому что старому алкашу это не понравится.

– Ты жив только потому, что она попросила меня тебя спасти. Я бы бросил тебя тонуть.

– И чё? Выписать тебе за это медаль?

– Я хочу, чтобы ты ответил на ее вопросы.

– Потому что ты ее трахаешь, да?

Голос Алессандро стал опасно спокойным.

– Повтори, что ты сказал.

– И что ты мне сделаешь, еврохрен?

Глухой удар.

– Эй! – вскрикнул Марат и подавился.

Вот дерьмо.

Я вошла в комнату. Терренс был на полу, вжавшись в стену справа от меня. Должно быть, Алессандро отшвырнул его в сторону с дороги. Марат застыл на своем стуле с широко распахнутыми глазами и явно стараясь не дышать – над ним нависал Алессандро, поставив одну ногу на стул, и держа нож у горла Марата. Бритвенно-острое лезвие зависло в доле дюйма от того, чтобы рассечь его яремную вену. Магия, могущественная и жестокая, исходила от Алессандро, циркулируя по комнате и вспыхивая оранжевым тут и там. Она обернулась вокруг меня и облизнула, сверкнув клыками, словно волк, желающий, чтобы его погладили. Мои руки покрылись мурашками.

Лицо Алессандро было бесстрастным. Менее двадцати минут назад Марату пришлось открыть портал без помощи тайного круга, и теперь он находился на грани отключки или около того. Даже с полными силами, чистая мощь наполнившей комнату магии привела бы его в ужас. Она походила на высоковольтный провод, вибрирующий током. Но взгляд в глазах Алессандро был еще хуже. Он смотрел на Марата, как будто призыватель даже не был человеком. Просто препятствием, которое нужно устранить. Насекомым, которое нужно раздавить. Марат увидел свою смерть в глазах Алессандро, и это лишило его дара речи.

Я подошла к ним и коснулась правой руки Алессандро.

– Стоит оставить тебя на минуту, и ты опять убиваешь людей.

Марат сглотнул.

– Он все еще жив, – возразил Ремесленник.

– Хоть он и неотесанный грубиян, но он не убивал Феликса. Он просто крикливый засранец. – Я опустила ладонь на его запястье и мягко отвела его руку подальше от горла Марата.

Алессандро посмотрел на Марата и не глядя метнул нож себе за спину. Лезвие впилось в стену в дюйме от головы Терренса.

– Уходи, – сказал Алессандро.

Парамедик вскочил на ноги и торопливо покинул комнату.

Алессандро встал со стула, подошел к двери, закрыл ее и прислонился к ней. Марат смотрел на него, как на дикого тигра. Мне нужно было перевести его внимание, иначе это ничего мне не даст.

– Марат, – позвала я.

Он оторвал взгляд от Алессандро и посмотрел на меня.

– Последний призыватель, с которым мы сражались, притащил с собой стаю летающих клещей с длинными скорпионьими хвостами и большими ртами. Кажется, вы определяете их как призыв VII класса.

– Лицесосы, – пробормотал Марат.

– Знаете, что с ним случилось?

Он уставился на меня.

– Они его сожрали. И это не мистер Сагредо заставил рой обратится против призывателя. Это была я.

Марат поморщился, а Алессандро улыбнулся.

– Когда мы собрали его скелет в его же плащ, я смогла нести его в одной руке. – Я подошла к столу. – Вы спрашивали у нас ранее, почему мы опоздали.

Я открыла мешок и вытряхнула из него четыре кольца.

Марат побледнел.

Я села за стол.

– Вот что нам известно: в Дыре обитают биомеханические существа, которых не должно быть в принципе, но они есть и активно с вами борются. Феликс о них знал, и вы тоже о них знаете. Он хотел обратиться за помощью, но кто-то его убил. Я не думаю, что этим кем-то были вы. Чего я не понимаю – так это вашей враждебности.

Марат посмотрел на Алессандро.

– Не смотри на меня, – сказал Алессандро. – Смотри на нее.

Все бахвальство Марата испарилось. Он выглядел изможденным.

– Пошло оно все. Я чертовски устал. В Дыре что-то есть. Оно продолжает затягивать оборудование под воду и убивать людей. Тела исчезают.

– Когда это началось? – спросила я.

– Около трех месяцев назад. Мы без проблем осушили внешний периметр, но когда попытались двинуться ближе к центру, то нарвались на чешуерезов. Арканные твари, примерно семь футов в длину и зеленые, выглядят, как двуногие мутанты-аллигаторы.

– Я видела их вблизи, – сказала я. – Их стая гонялась за мной по парку.

– Каким-то образом они попали в Дыру и принялись здесь плодится. Им тут нравится. Они жрут что попало, плавают как рыбы, а их репродуктивный цикл длится всего три месяца. Каждая самка чешуереза откладывает от сорока до шестидесяти яиц. Около половины личинок выживает. Эти мудилы жрут друг друга, но они так быстро размножаются, что это на них никак не влияет. Я дважды помещал туда бронированных змеев класса левиафан. Они сожрали обоих. Татьяна хотела разделить болото на части и испарить их одну за другой.

– Плохая идея, – хмыкнул Алессандро. – Стоимость будет непомерно высокой. Деньги найти можно, но есть, по меньшей мере, три экологические группы, лоббирующие определение Дыры, как заповедника дикой природы. Вы сказали им переселить все местные исчезающие виды. Если же они узнают, что вместо этого вы сожгли их заживо, протесты общественности могут заставить город отменить проект.

Марат рассмеялся.

– Ага. Люди, которые никогда не бегали от чешуерезов, хотят уберечь злобных ублюдков. Что ж, флаг им в руки. Пускай забирают их к себе домой вместо кошечек и собачек.

– Как вы с ними справлялись? – спросила я.

– Змеи их не ели, а план Татьяны был дурацким, поэтому Шерил анимировала несколько механических монстров, и мы запустили их туда. Сначала все работало. Они уничтожили три гнезда, а затем, должно быть, нарвались на эту тварь, потому что чешуерезы вернулись, и Шерил больше не чувствовала своих конструкторов. Я думаю, они погрузились глубже в Дыру и нашли там то, с чем мы сейчас боремся. В итоге чешуерезы убили девушку, одну из наших сотрудниц.

Марат поморщился.

– Знаете, у меня есть пруд. Его нужно аэрировать, но если делать это слишком быстро, то токсичный ил, который собирается на дне, поднимается вверх, и вся рыба гибнет. Я попросил Цзяна провернуть это в Дыре, но этот ублюдок наотрез отказался. Сказал, что это убьет все живое в радиусе мили и будет преступлением против природы. Самое большее, что он сделал – это устроил сильное течение прочь от главного острова, чтобы загнать рыбу поглубже в Дыру. Чешуерезы последовали за запасами еды, и мы начали закрепляться в болоте. Мы решили, что все позади, снова начали заниматься строительством, а потом, однажды утром, тайный круг, питавший течение, исчез, и началось все это дерьмо с кольцами.

– Что вы имеете в виду? – уточнила я.

– Я имею в виду, что чешуерезы стали сбиваться в стаи, и каждая стая являлась с одним из этих колец по центру. – Марат кивнул на гироскопы на столе. – Они вращаются на месте и внутри них сияют цветы.

– Это всегда чешуерезы? – спросил Алессандро.

– Нет. Иногда большой монстр с монстрами поменьше.

– Охотник со своими ищейками.

– Именно. Я думаю, оно делает их из людей, которых убивает. Мы с Феликсом как-то расправились с одним охотником. Внутри был человеческий труп.

Бездна похищала людей, убивала их и использовала их тела и разумы для создания гибридных конструкторов. Это был какой-то кошмар.

– Это катастрофа, – сказал Алессандро.

Марат скривил лицо.

– Думаете? Добро пожаловать в мою жизнь. Мы вложили восемьдесят миллионов в этот проект, пятнадцать из которых мои. Может, для вас это пустой звук, граф Денежный Мешок, но для моей семьи – это все. В этом проекте задействовано четыреста людей, и все они зависят от него, чтобы заработать себе на кусок хлеба. Я должен сделать так, чтобы он осуществился. Я провожу здесь каждый день. Пока Шерил ходит на свои благотворительные обеды, Татьяна жжет всякую херню потехи ради, а Цзян передергивает на корпоративный логотип своего Дома, я здесь по колено в грязи, пытаюсь уберечь людей от смерти. Здесь были только я и Феликс. Один из нас должен был быть здесь, чтобы давать отпор, иначе еще больше наших людей погибнет. Теперь остался только я.

– Как Феликс относился ко всему происходящему в болоте?

– Это его беспокоило. Как-то раз на площадку пробралась экоактивистка, девчонка лет шестнадцати. Тварь затащила ее в воду, и Феликс поднял целый остров, чтобы сохранить ей жизнь. Он спас ее, отправил домой, но это лишило его покоя. Он все время переживал. Когда исчез геодезист, он хотел все закрыть.

– Вы согласились? – спросила я, уже зная ответ.

Марат рассмеялся, холодно и горько.

– Он созвал экстренное совещание в четверг, за день до своей смерти. Мы провели голосование. Четверо против одного. Я точно знал, что происходит и проголосовал против. Если бы я открыл свой треклятый рот и убедил их прислушаться к нему, он мог бы быть сейчас жив. Они все еще могли проголосовать против нас, но я хотя бы мог попытаться.

Теперь становилась понятной его злость. Марата съедало чувство вины. Он был как загнанный в ловушку зверь. Они бросили его в Дыре, в которую он вложил все свои деньги, и теперь не мог отсюда выбраться. А единственный человек, который его понимал и работал с ним, был мертв, и он ничего не сделал, чтобы это предотвратить.

– Накануне его смерти, мы поссорились. – Марат скривился. – После того, как мы проголосовали против него, он сказал, что если мы не понимаем доводов, то он найдет того, кто поймет. Когда мы вернулись сюда, я поругался с ним. Я сказал ему, что из-за него город нас закроет, мой Дом обанкротится, и он заберет у моей семьи последний кусок хлеба.

– Я знаю, что вы не убивали Феликса. – Я подалась вперед. – Кто его мог убить?

Марат развел руками.

– Не знаю. Любой из них мог. Цзян молчит, как рыба, а если задать ему прямой вопрос, он пять минут будет рассказывать, какой Дом Цзян уважаемый и ответственный. Почтенный и исполнительный. Потому что наши Дома, судя по всему, шлак. Когда он наконец затыкается, вы уже забываете, что хотели у него спросить изначально. Шерил всегда волнует только ее благотворительность. Не знаю, претендует ли она на звание святой или что-то в этом роде, но она жаждет похвалы и признания. А подобное стоит немалых денег, скажу я вам. Хотя одобрение со стороны ей не так нужно, как Татьяне. Ее придурковатый братец поставил клеймо на семейной репутации, и она отчаянно пытается от него избавиться. Мое предложение хотя бы было борющимся за экологию. Она же хотела выжечь все дотла. Что ж, она сможет развести себе костер из горы судовых исков, которыми нас завалят, и греться у него по ночам.

Понятно.

Марат откинулся на спинку стула.

– Ну вот. Я выложил вам все, что о них думаю. Теперь мы закончили?

– Вам не выиграть эту борьбу, – сказала я ему. Ему понравится эта часть еще меньше, чем нож Алессандро, но я должна донести это до него, ведь от этого зависела безопасность других людей. – Пока вы боролись со щупальцами, на меня напал телекинетик.

– Это был не я.

– Я знаю. Я прыгнула в воду и атаковала его разум. Существо в Дыре почувствовало мою магию и вышло рассмотреть меня поближе. Причина, почему вам не удалось преуспеть – потому что оно не в Дыре. Оно и есть сама Дыра. Это огромное, необъятное сверхсознание. Единая сущность, простирающаяся до самых дальних уголков болота. Она злобная и телепатическая. Вам необходимы ментальные щиты.

– Денег нет. Кто станет это оплачивать?

– Я. – Алессандро оттолкнулся от двери. – Я поговорю с Ландером. Найдите каких-нибудь телепатов, и не мелочитесь, иначе у вас не останется рабочих.

– Это ничего не даст, – сокрушенно вздохнул Марат.

От него исходило отчаяние. По сути, Марат был не плохим человеком. Он был неприятным типом, но он заботился о своей семье и о своих рабочих. Смерть Феликса сокрушила его. Он уже пробирался через озеро вины, а это и вовсе грозило утянуть его на дно.

– Феликсу удалось обратиться за помощью, – сказала я. – И помогать вам буду я.

Он устало посмотрел на меня.

– Что вы собираетесь с этим делать?

Я подняла руку и толкнула. Струйка магии перетекла в звезду внутри круга под моей кожей и спроецировала символ в воздух. Глаза Марата распахнулись от удивления.

– Национальная Ассамблея признательна вам за вашу помощь в этом деле, Превосходный Казарян. Мы учтем Ваше содействие. Этот разговор останется между нами. Вы не раскроете мою истинную принадлежность. Если вас попросят, вы поможете мне любым возможным способом.

Он молча кивнул.

Я растворила звезду и встала.

– Все будет в порядке, – заверила я его. – Есть свет в конце туннеля.

Десять минут спустя, как мы покинули главный остров, Алессандро остановил машину и наклонился ко мне.

– Больница.

– Не нужно мне угрожать.

– Еще как нужно. Я везу тебя в больницу. Таким был наш уговор. Выбирай, в какую.

Я дала ему адрес личного терапевта Рогана. Он ввел его в свой телефон, и мы тронулись.

Я принялась разглядывать Дыру за окном.

– Болит? – спросил он спустя какое-то время.

– Немного. – Обезболивание постепенно проходило. Четыре раны у меня в боку горели так, будто кто-то заколачивал в них раскаленные гвозди.

– Скоро будем на месте. – Он взял мою руку в свою, мягко ее пожав.

– Мне не нравится угрожать людям, чтобы получить от них то, что мне нужно. – И мне не стоило этого говорить. У нас не те отношения, чтобы разговаривать по душам, и уж тем более не у него мне было искать поддержки.

– Марат, он как… un mulo… мул. Сильный и упрямый. Он не слушает доводы, а признает только последствия и авторитет. Он не признал тебя, потому что ты женщина и моложе его, а меня он не признал, потому что я молодой и испорченный еврохрен.

– Ну, эта рубашка была явным перебором. Я все ждала, когда же ты ее стратегически расстегнешь, чтобы выставить грудь напоказ.

Он посмотрел на меня.

– Тебя интересует моя грудь?

– Нет. – Зачем я вообще открыла рот?

– Ради тебя я могу снять рубашку, если хочешь.

– Нет.

– Я и не знал, что наличие моей рубашки не дает тебе покоя все это время.

– Алессандро!

Он рассмеялся. Затем его улыбка погасла.

– Демонстрация Марату твоего знака, будет иметь для тебя последствия?

– Нет. Линус позволяет мне раскрывать мою должность, если это крайне необходимо. Такая необходимость была. Это единственный способ заставить Марата держать рот на замке.

– Я так не думаю. Мне кажется, ты просто хотела успокоить его, потому что тебе его жаль.

– Думай, что хочешь.

– У Аркана есть телекинетик на побегушках, – сказал Алессандро.

Я протянула руку и коснулась пальцами его лба.

– Странно. Жара нет.

– С какого перепуга у меня должен быть жар?

– Потому что ты только что поделился информацией без всякого принуждения.

Я убрала руку, и он слегка подался за ней, словно хотел продлить касание, но остановил себя.

– Я прыгнул в вонючую воду ради тебя, а ты все равно мне не доверяешь. Из-за этого у меня наверняка поднимется температура. Кто его знает, что может быть в той воде…

– Если у тебя жар, доктор Даниэла о нем позаботится.

– Не думаю, что доктор Даниэла сможет что-нибудь сделать с подобного рода жаром.

Ага, конечно.

– Расскажи мне о телекинетике Аркана.

– Молодой, очень могущественный. Аркан заботится о нем, как о своем протеже. – Алессандро нахмурился.

– Насколько могущественный?

– Как-то раз он поднял и швырнул полуприцеп.

– Швырнул куда?

– В меня.

Не спрашивай. Не спрашивай как или где. Не искушай себя сочувствием.

– Ты увернулся от него?

– Да.

– Хорошо, – кивнула я и отвернулась к окну.

Доктор Даниэла Ариас управляла суперсовременной частной клиникой, расположенной в похожем на бункер здании, которое охранялось лучше, чем Форт Нокс. Мягко говоря, она была не очень рада состоянию моих ран.

– Значит, тебя подрал таинственный конструктор, затем ты бегала по Дыре, а для закрепления результата прыгнула в грязную, магически загаженную воду в которой наверняка полно канализационных стоков?

– Именно, – поддакнул Алессандро.

Доктор Ариас повернулась к нему. Под хмурым взглядом этой двухметровой тетки с комплекцией амазонки вам бы захотелось стать очень маленьким и пищать «да, мэм» в ответ любому ее замечанию. Взгляд, которым она одарила Алессандро, был испепеляющим.

– И почему ты ее не остановил?

– Да, почему ты меня не остановил? – возмутилась я.

Алессандро расплылся в очаровательной улыбке. Она отскочила от доктора Ариас как лазерный луч от зеркала.

– Я пытался тебя остановить. Даже прыгнул в воду вместо тебя, лишь бы ты не утопилась и тебя никто не сожрал. Откуда мне было знать, что ты последуешь за мной?

– Когда вы начнете думать головой, а? – Доктор Ариас свирепо посмотрела на нас обоих. – Вы уже не маленькие. Теперь мне нужно сделать несколько тестов и привести все в порядок. Каталина, до того, как я начну, сделай необходимые звонки, а ты – кем бы ты там ни был – займи себя чем-нибудь. Она пробудет здесь пару часов.

Я написала Арабелле.

«Ты здесь?»

«Ты мертва?»

«Нет. Нужна одежда».

«У вас были секси-шмекси с Алессандро?»

«Нет, я упала в воды Дыры. Не говори маме. И Неваде тоже. Мне нужна одежда, чтобы встретиться с Шерил Кастеллано».

«Где ты?»

«У доктора Ариас».

«Окей».

Я позвонила Берну. Это было быстрее, чем писать, ведь когда он сосредотачивался на чем-то, то игнорировал сообщения.

– Привет. Ты не мог бы сделать съемку Дыры с воздуха и сверить ее с любыми доступными нам записями с интервалами в полгода?

– С какого времени?

– Трех лет будет достаточно. – Три года назад Дыра выглядела нормально, а мне нужна была отправная точка. – Спасибо.

Алессандро остановился у двери, прислонившись к стене.

– Тебе не помешает съездить домой, – сказала я ему.

– Я так не думаю.

– От тебя разит болотом, а здесь я в безопасности. Это частная клиника Чокнутого Рогана. Он обеспечивает ее защиту.

Алессандро понюхал свой рукав и скривился.

– Я никуда не поеду без тебя, – пообещала я.

– Если попытаешься, я найду тебя и буду очень зол.

– Это своего рода угроза?

– Нет, это предупреждение. Не уезжай без меня.

– Иди уже.

Он ушел.

Компьютерная томография не обнаружила кровоизлияний или опухолей в моем мозгу. Мне удалось избежать переломов, но я заработала кучу ушибов мягких тканей, а какие-то потусторонние бактерии решили устроить вечеринку в моих рваных ранах, о чем мы узнали, когда доктор Ариас сняла повязки и из-под них вытек неоново-зеленый гной. Она вколола мне еще одну дозу противоядия и принялась очищать мои раны.