Текст книги "Пятый магистр. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Конычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 62 страниц) [доступный отрывок для чтения: 26 страниц]

– Что за сумасшедшая баба? – Тред, отплевываясь, поднялся с пола. Повязка с его лица сползла, открывая пустую глазницу, рассеченную длинным шрамом. Единственный глаз старого воина уставился на женщину. Северянин оперся на стену и сплюнул кровью.

– Будь повежливее с дамой, варвар. – Из‑за золотых ворот вышел первый магистр ордена Зари, Отто Гренсон, облаченный в матово‑черные, покрытые шипами доспехи; в руках паладин сжимал тяжелую булаву. – Перед тобой – сама Ланэра Темная, одна из величайших чернокнижниц!

– Отбросы не достойны слышать мое имя, – удивительно красивым, но в то же время холодным голосом произнесла колдунья. – Сейчас все здесь умрут! – черные глаза уставились на Кракаса. – И ты им в этом поможешь! Убей мальчишку! – женщина властно вскинула руку, и демон‑ворон резко повернулся к еще не пришедшему в себя Эрику.

– Убей! – требовательно повторила женщина.

– Н‑н‑не‑э‑эт! – Кракас уже занес над наследником Империи когтистую лапу, однако удара не последовало. – Я не стану убивать людей! – через силу произнес демон. – Ты не заставишь меня!

Фаргред рванулся вперед, но женщина лишь взглянула в его сторону – и магистра вжало в ворота. Лорд Драуг собрал всю свою волю в кулак и снова сделал шаг по направлению к чернокнижнице. Ноги магистра будто окаменели, но он и не думал сдаваться, пытаясь добраться до колдуньи.

Между тем Кракас все еще стоял над Эриком. Юноша начал приходить в себя и изумленно уставился на возвышающегося над ним демона.

– Беги! – прохрипел Кракас. – Я не могу сопротивляться ее воле. – Когтистая лапа устремилась вниз, но замерла на полпути. – Беги! – повторил демон‑ворон, и тут его сбил с ног магистр Энберн.

– Вы начинаете меня раздражать! – воскликнула женщина. Ее красивое лицо исказила гримаса злости. – Восстаньте, слуги! Восстаньте и убейте моих врагов!

Фаргред услышал хриплое рычание, и в тот же миг тяжелый топор Треда, вращаясь, полетел прямо в чернокнижницу. Но женщина лишь взмахнула рукой в черной перчатке, и грозное оружие, замерев в воздухе, через мгновение упало на пол. Всего на миг, но ноги снова начали слушаться магистра, и он рванулся вперед.

Дорогу Фаргреду преградил Отто Гренсон, занося тяжелую булаву для удара. Лорд Драуг метнулся в сторону, и страшное оружие с грохотом опустилось за его спиной, кроша каменный пол.

На мгновение магистр встретился взглядом с Ланэрой. Губы женщины вновь растянулись в усмешке, демонстрируя длинные белые клыки. Но тут люди стали приходить в себя, и Фаргред был вынужден вступить в бой с совсем еще юным изменником. Пятый магистр легко выбил клинок из рук парня и без жалости рассек ему горло быстрым движением меча. Издавая булькающие звуки, предатель еще не успел осесть на пол, когда к Фаргреду подскочил другой противник.

Битва разгорелась с новой силой.

Поднявшего вновь булаву Отто с двух сторон атаковали Эскобар и Тред. Одноглазый наемник, оставшийся без оружия, попросту вцепился мертвой хваткой в булаву Гренсона, а паладин, занося над головой меч, набегал на противника слева.

Кракас, контроль над которым чернокнижница ослабила, подскочил к ней и попытался достать женщину длинными когтями, однако та с шипением будто растворилась в воздухе, и демон растерянно огляделся. Со всех сторон на него наступали пришедшие в себя орки и изменники.

– Свет да не оставит верных воинов своих! – Энберн тоже поднялся на ноги и обрушил тяжелый молот на голову ближайшего изменника.

Громкий вопль дикой боли резанул сражающихся по ушам. Орк с отрубленными лапами, разбрызгивая во все стороны кровь, упал на чье‑то тело, и Вегард, наступив на поверженного врага, прыгнул навстречу противникам.

Ланэра Темная снова появилась из ниоткуда прямо перед Энберном, и магистр в самый последний момент успел сотворить перед собой щит Света, который тут же разбился вдребезги. Чернокнижница стояла так близко, что лорд Форенор не мог как следует замахнуться тяжелым молотом. Не задумываясь, четвертый магистр сделал еще один шаг вперед и с силой ударил колдунью лбом по лицу. Ведьма взвизгнула: ровный, узкий нос был сломан, подбородок заливала кровь, она вскинула руки, и в тот же миг Энберна словно пушинку швырнуло в дальний конец коридора. Ланэра обернулась к воротам, но на нее снова напал Кракас, вынуждая колдунью попятиться.

– Бой – не место для женщины! – Топор Драга вонзился в ногу колдуньи, но дворф с удивлением обнаружил, что лезвие будто увязло в плоти ведьмы. Драг с силой дернул оружие, но так и не сумел его высвободить, однако от мощного рывка ведьма на миг потеряла равновесие. В это же время Кракасу удалось достать обнаженное плечо чернокнижницы когтями. Ланэра снова зашипела и, мерцая, начала таять в воздухе. Однако заросшие рыжими волосами руки крепко обхватили ее за точеную талию.

Колдунья хлопнула в ладоши, и шар темного пламени устремился в грудь демона‑ворона. Кракас заслонился крыльями, но удар был настолько сильным, что он все‑таки не смог устоять на ногах и покатился по полу. Чернокнижница вцепилась пальцами в руки дворфа, и Драг почувствовал, как его плоть начинает гореть. Боль была невыносимой, но он лишь сильнее сжал женщину и, чтобы не заорать, впился крепкими зубами ей в бок.

Ланэра взвыла от боли и досады, потеряв над собой контроль, и в этот момент пролетевший через весь коридор золотой молот размозжил чернокнижнице голову. Ошметки мозга и кровь брызнули во все стороны. Дворф, выпустив безжизненное тело, поднял с пола чей‑то меч и с ревом бросился на ближайшего противника, которым оказался здоровенный орк, но разница в росте ничуть не смущала Драга. На полпути он не целясь швырнул клинок в сторону орка, и, когда тот поднял щит, чтобы закрыться от летящего оружия, Драг с разбегу врезался головой с надетым на нее рогатым шлемом в его промежность. Орк заверещал пронзительным голосом, который неожиданно оборвался, когда подскочивший к нему сзади Леон обрушил свой клинок на незащищенную зеленую голову.

Оставшийся в живых некромант замер с открытым ртом, глядя на смерть чернокнижницы, чем и воспользовался кто‑то из северян, перерубив ему тяжелым мечом ключицу, а тяжелый боевой молот одного из дворфов оборвал жизнь колдуна. Сразу же зеленый огонь в глазах поднятых темной магией мертвецов потух, и они безжизненно свалились на пол.

– Фаргред! – Пятый магистр обернулся на голос, увидев Виктора фон Кразе, который, держа копье в одной руке, не давал изменникам подойти ко все еще сидящему у стены Наэрону, а другой помогал подняться Эрику. – В зал, беги в зал!

Лорд Драуг, кивнув, мгновенно развернулся на пятках и бросился к золотым воротам.

Между тем Отто неожиданно мощным ударом ноги отбросил от себя паладина и все‑таки вырвал свое оружие у изумленного Треда.

– Познайте же мощь, которую даровал мне Хозяин! – С этими словами Отто обрушил страшное оружие на старого воина. Однако за мгновение до удара в него врезался залитый кровью Вегард, и оба они покатились по полу.

Пробегая мимо, Фаргред от души ударил тяжелым сапогом по голове первого магистра и, в два прыжка миновав сломанные ворота, оказался в зале Клинка.

Вегард, проворно вскочив на ноги, навалился всем телом на пытавшегося встать Отто. Гренсон зарычал и легко сбросил с себя берсерка.

– Никто не пройдет в зал Клинка! – выкрикнул он, и выжившие орки с предателями, отступив, сомкнули свои ряды, преградив путь к воротам.

За спиной Отто Гренсона собрались около десятка изменников и пятеро орков.

– Можем постоять так еще немного – и услышим предсмертные вопли пятого магистра, – с улыбкой сказал Отто стоящему напротив него Энберну.

Лорд Форенор мрачно оглядел своих союзников.

Твердо на ногах держались двое северян. Один из них – довольно молодой и весь перемазанный кровью, а другой – старик с одним глазом. В стороне клубы дыма дрогнули, и магистр увидел старого паладина, который пытался подняться, опираясь на меч, рядом с ним зашевелился один из низкорослых дворфов. Справа к Энберну подошли Эрик и второй магистр. Наследник императора получил лишь несколько незначительных порезов, но взгляд его был осмысленным, а руки твердо держали меч. Виктор сжимал копье в левой руке, правая висела плетью, с пальцев капала кровь. Сзади послышалось ворчание, и второй магистр, обернувшись, увидел крепкого рыжего дворфа и опирающегося на него молодого паладина с окровавленным лицом, в котором лорд Форенор узнал Леона. Кракас слабо шевелился на устланном мертвыми телами полу. Одно крыло его было полостью оторвано, правая сторона головы сильно обгорела, так что рассчитывать на помощь демона не приходилось.

– Вам не выжить. – Отто обвел противников безумным взглядом. – И никакой Свет не спасет вас, потому что его давно уже нет, он погас!

– Не тебе говорить нам о Свете, предатель! – В глазах Энберна разгоралось золотое пламя.

– Глупец! – выкрикнул Гренсон, брызнув слюной. – Я уничтожу всех вас, всех, кто чтит лживое божество! Только после вашей смерти истинный, абсолютный Свет озарит этот погрязший в пороках мир!

– Ты был мне как брат, Отто, – сквозь зубы прорычал Виктор, – почему ты предал нас, предал Империю?!

– Так было предначертано! – упоенно ответил Отто. – Хозяин открыл мне глаза! Я был слеп, но теперь прозрел! Династия лживого божества должна быть уничтожена точно так же, как и все, кто чтит ее! Все вы – лишь преграда к становлению абсолютной власти Господина!

Энберн был готов разорвать предателя на куски, как вдруг золотые ворота с грохотом закрылись.

Глава 26

Фаргред вбежал в зал Клинка и тут же чуть не поскользнулся на залитом кровью полу.

В центре круглого, наполненного золотым светом зала стоял постамент, на котором раньше покоился сломанный меч Светлого бога. Теперь же на нем восседал мужчина в золотом плаще, держащий в руках покрытый трещинами череп. Весь пол вокруг постамента покрыт кровавыми рунами. Но Фаргред не смотрел на них, все его внимание было приковано к человеку.

– Приветствую вас, магистр Фаргред. – Мужчина спрыгнул с постамента и поклонился. – Хотя почему это я должен кланяться перед выскочкой? – Он резко выпрямился, и глаза, в которых бурлила Тьма, уставились на магистра. – Я же император! – Кристоф сжал руки, и череп с сухим треском лопнул, обломки упали на залитый кровью пол. В тот же миг золотые ворота с грохотом закрылись.

– Теперь я – император! – Бывший паладин указал рукой в сторону, и Фаргред увидел правителя Империи, который лежал, широко раскинув руки, а в груди его по рукоять торчал меч, ранее принадлежавший его предку. – Как видишь, я вступил в права наследования, – с улыбкой продолжил Кристоф.

– Ты – всего лишь полукровка! – Фаргред стиснул зубы.

– Ах да, есть же еще мой братик. – Мужчина шагнул к трупу отца. – Я обещал старику, что оставлю его в живых, если он поможет мне… наивный глупец. – Кристоф наступил на грудь мертвеца. – Он, не задумываясь, согласился. Хотя пришлось немного корректировать его поведение с помощью Ланэры. Кстати, как там она?

– Отправилась в бездну, просила передать, что скучает. – В глазах Фаргреда бушевало золотое пламя.

– Вот как… – задумчиво протянул мужчина. – Что ж, не велика потеря, она была не единственным, хотя и преданным слугой. Знаешь, Фаргред, ты никогда не нравился мне. – Кристоф вытащил меч с обломанным лезвием из груди своего отца. – Ядолжен был стать магистром. Я! – Мужчина брызнул слюной. – Я, а не ты! Ты не представляешь, как я старался соответствовать гордому титулу паладина, но проклятый божественный предок предпочел тебя! Недостойный даже вступить в этот орден, ты стал магистром! Как я хотел, чтобы он, – Кристоф с силой пнул мертвое тело императора, – гордился мной! Отто сказал, что гордился бы! И он бы гордился, наверняка гордился, стань я магистром! Два раза меня могли принять в совет! Два! Но проклятый бог даже не посмотрел в мою сторону! С тех пор как умерла мать, у меня не осталось близких людей. Император никогда не считал меня сыном, для него существовал лишь его драгоценный Эрик! Но ничего, скоро вы встретитесь! Теперь, когда мощь Господина в моих руках, я все сделаю по‑своему! Правда, мама? – Кристоф поднял глаза к потолку. – Я ведь смогу? Я ведь хороший? – нежно прошептал он.

– Что ты несешь? – Магистр сделал шаг вперед.

– Мне было плохо, – из черных глаз потекли слезы, – я был один. Но потом… потом мама стала приходить ко мне во сне! Мы говорили, она сказала, что я смогу, нужно лишь больше стараться! И я старался! – убежденно закивал Кристоф. – Она сказала, что есть тот, кто поможет мне! Я следовал указаниям Господина – и вот я здесь! Я стану тем, кто принесет абсолютный Свет в этот мир! Не ты, не другие магистры, не этот ваш Ульв! Я! – Кристоф расхохотался. – Господин сказал, что лишь тот, в ком течет кровь заточившего его, сможет сломать печати! Моей крови оказалось мало, и, как видишь, я попросил папочку помочь! – Безумец захихикал. – Совсем скоро я положу начало новой эре! Вот только уничтожу пару досадных помех! – Отбросив сломанный меч в сторону, Кристоф вскинул руки – и в Фаргреда полетели два шара темного, пульсирующего пламени…

Ворота с грохотом закрылись, и стоящие в широком коридоре противники бросились друг на друга.

Энберн краем глаза заметил легкое движение у дальней стены, где без сознания лежал глава шпионов, и тут же один из орков, споткнувшись на ровном месте, упал – из его толстой шеи торчала покрытая драгоценными камнями рукоять кинжала. Противники сшиблись, началась жестокая бойня.

Первым на врагов накинулся Вегард. Глаза его пылали упоением битвы, меч и топор с безумной скоростью рассекали воздух. Миг – и клинок перерубил руку ближайшего изменника. Еще мгновение – и топор с чавкающим звуком вошел человеку в лоб. Вегард вырвал оружие из головы мертвого врага и метнул топор в бегущего ему навстречу орка. Тот закрылся щитом, и топор с глухим стуком застрял в преграде. Вегард тут же перехватил за древко направленное в его грудь короткое копье, вгоняя меч в горло противника.

Тред, отстающий от берсерка всего на несколько шагов, подхватил оседающее на пол тело изменника с пробитой головой. На руках старого воина вздулись внушительные мышцы, и безжизненное тело по широкой дуге понеслось в сторону Отто Гренсона. Первый магистр, отбросивший дворфа ударом булавы, на лету поймал мертвеца одной рукой и расхохотался. Однако потерял бдительность – и золотой молот ударил его в грудь. Отто пошатнулся, но устоял.

– Да ну на хрен! Как такое вообще возможно! – возмутился Тред, отпрыгивая от наседающего на него орка.

Виктор и Энберн устремились к возглавлявшему изменников Гренсону. Остальные старались расчистить им дорогу. Предатели держались стойко и смогли сдержать напор Эрика, дворфа и Леона, отбросив их назад. Драг получил мечом по голове. Удар пришелся вскользь, и шлем спас дворфа, однако в глазах его на мгновение потемнело, чем и попытался воспользоваться крупный мужчина в золотом плаще. Но, не дойдя до цели несколько шагов, упал, пронзенный золотым копьем.

Виктору нелегко было обращаться с оружием левой рукой, поэтому Энберн чуть оттолкнул магистра назад и сам бросился на Отто Гренсона.

Леон споткнулся о чье‑то тело и упал, но Эрик тут же пошел в атаку, стремясь отогнать противника от пытающегося встать паладина. Пришедший в себя Драг поспешил ему на помощь. Один из изменников теснил Эрика справа, умело орудуя полутораручным мечом. Юный наследник получил серьезное ранение в правую руку и выронил клинок. Предатель широко размахнулся, но из груди его вышло узкое, длинное лезвие рапиры, и появившийся за его спиной Наэрон, потеряв сознание, упал.

Тред, подловив орка, с силой ударил противника по зубам, обломав тому один клык. Стремясь развить успех, старый наемник еще дважды ударил по окровавленной морде и, вырвав широкий грубый меч из лапы орка, загнал его прямо в разинутую пасть врага.

Тем временем Вегард, дико хохоча, вертелся волчком, и вокруг берсерка образовалось пустое пространство. Изменники избегали боя с неудержимым наемником, оставив на полу в лужах крови двух своих товарищей. Одному Вегард отрубил голову, а другой получил рукоятью меча в висок. На теле берсерка было несколько довольно серьезных ран, но он, казалось, не обращал на них внимания. Очертя голову Вегард снова ринулся на дрогнувших врагов.

Отто вынужден был отступить под натиском двух магистров. Гренсон видел, как один за другим умирают его воины, но безумный огонь в его глазах разгорался лишь сильнее. Он взмахнул булавой, и не успевший среагировать Виктор получил сильнейший удар в плечо. Второй магистр рухнул на пол, выронив копье, но между ним и Отто уже стоял Энберн.

Широко расставив ноги, лорд Форенор обрушил золотой молот на голову Гренсона. Отто выпустил из рук тяжелую булаву, которой не успел вновь замахнуться, и отскочил в сторону, избегая смертельного удара. Молот с грохотом вошел в каменный пол, и пальцы первого магистра сомкнулись на горле Энберна. Оружие четвертого магистра рассыпалось золотыми искрами, и он в свою очередь сжал шею Отто.

Так они стояли, один против другого. Предатель в черной броне и магистр в золотых доспехах.

Энберн чувствовал, как силы покидают его, но продолжал сжимать пальцы на горле врага. Затуманившимся взглядом он видел, как Отто смеется ему в лицо. Звуки битвы постепенно затихали.

Внезапно верхнюю часть головы Отто Гренсона словно смыло волной, обдав четвертого магистра кровью. Хватка предателя ослабла, и Энберн снова смог дышать.

– Ну и кто победил, урод? – За спиной предателя стоял Тред, опираясь на тяжелую булаву.

– Ты очень вовремя. – Энберн запоздало осознал, что бой кончился.

– И это все? – с искренним сожалением поинтересовался Вегард, вытирая кровь с лица чьим‑то золотым плащом. – Больше некого убивать?

– Нужно открыть ворота… – простонал Виктор, переворачиваясь на спину.

Послышался грохот, и четвертый магистр опустил молот, рассматривая небольшую отметину на золотых воротах.

– Бесполезно. – Энберн отвернулся от створок. – Они будто бы запечатаны изнутри, а выломать их не удастся.

С другой стороны ворот раздался взрыв, и лорд Форенор невольно вздрогнул, ощутив чудовищное скопление темной магии.

Наемники переглянулись.

– Нужно помочь раненым. – Виктору с помощью Эрика все‑таки удалось подняться на ноги. – Это все, что мы можем сделать.

– Да хранит тебя Свет. – Энберн приложил ладонь к воротам. – Проверьте коридор, может быть, кто‑то просто без сознания. Раненых изменников добивать без жалости!

– Я польщена, что хоть кто‑нибудь помнит о раненых, – послышался женский голос, и Энберн, обернувшись, увидел шпионку, которая пошатываясь брела ему навстречу. Ее короткие рыжие волосы покрывала запекшееся кровь, на щеке виднелась большая ссадина. – Я помню ваше обещание, лорд Форенор. Так что позаботьтесь обо мне как следует. – Девушка устало опустилась на пол.

– Непременно, – с улыбкой кивнул четвертый магистр, – только позже. – Лицо магистра вновь стало серьезным. – Если Фаргред не справится, заботиться будет некому и не о ком.

Фаргред едва успел сотворить перед собой щит, принявший удар одного из заклинаний, но второе все‑таки достало магистра. Лорд Драуг сделал шаг назад и поморщился от боли в груди.

– Все‑таки сломить волю наследника династии – замечательная идея! – сказал Кристоф ЧУЖИМ голосом и улыбнулся. – Какая удача, что одним из них наконец‑то оказался паладин! Я веками ждал этого и наконец дождался. – Еще два заклинания полетели навстречу магистру. Но Фаргред проворно отпрыгнул в сторону, и шары темного пламени с воем пролетели мимо. – Готовый принять меня сосуд оказался настолько близко, что я смог воздействовать на него. Знаешь, каково это – быть заточенным в паршивой железке?! Заполучив этого дурачка, – говоря это, Кристоф развел руки в стороны, – я смог даровать своим слугам возможность противостоять паладинам! Ни один щит не спасет тебя от моей ярости!

Фаргред второй раз за недавнее время почувствовал, что не может сделать ни одного шага.

– Ты не представляешь, как легко было сломить его, подавить волю, завладеть разумом. Он жаждал власти – и я дал ему ее! – Человек в золотом плаще прислушался. – Кажется, бой закончен. Не важно, кто выжил, все равно я победил!

– Ты никогда не победишь! – прорычал Фаргред, стараясь оторвать ногу от пола.

– Уже победил! – В грудь магистру ударило новое заклинание, и лорд Драуг упал. Дикая боль пронзила его тело, но пятый магистр, стиснув зубы, вновь поднялся. – Какой упрямый! – рассмеялся Кристоф. – Все паладины – упрямые глупцы!

– Как же ты поладил с первым магистром? – Фаргред не отводил взгляда от черных глаз Кристофа.

– Очень и очень просто, – улыбнулся тот. – Я всего лишь нашептал ему то, что он жаждал услышать. Я очень много времени провел в этих стенах, сдерживаемый печатями. Проклятые людишки верили в могущество Света, в доброту Ульва, сила их веры держала меня здесь. – Кристоф принялся ходить кругами вокруг Фаргреда. – Но вера людей так непостоянна! Сначала я смог слышать ваши мысли, потом я смог видеть этот мир, и наконец я смог говорить! – Кристоф расхохотался. – Но лишь мои слуги слышали мой голос. Так продолжалось до тех пор, пока не пришел один магистр: его вера отличалась от остальных. Она была настолько чистой, настолько абсолютной, настолько извращенной, что он услышал меня.

– Гренсон… – прошипел Фаргред.

– Да! Отто Гренсон! Он жаждал не величия Света, он жаждал своего величия! Хотел абсолютной власти ордена! И в глубине души презирал вас! Презирал вас всех за то, что вы недостаточно чисты! Он хотел, чтобы в мире был лишь Свет, абсолютный Свет и ничего больше. Он хотел быть тем, кто будет нести этот Свет! Все не согласные должны были умереть, чтобы не препятствовать изменению мира!

– Это не путь паладина! – Золотое пламя полыхнуло в глазах Фаргреда.

– Конечно! – Кристоф улыбнулся. – Но я ужасно рад, что нашелся такой паладин, как Отто, именно он снял свою печать и дал мне больше свободы! Смешно! Тот, кто жаждал сделать мир чище, – выпустил в него зло! – расхохотался Кристоф. – Извратить его мировоззрение еще больше – оказалось совсем не сложно. Про остальных паладинов и говорить нечего. У каждого есть слабые места, нужно только уметь на них надавить. Мне больше всего нравилось нашептывать им сказки о величии и власти, причем делать это при помощи образов людей, близких этим идиотам.

– Тварь! – Фаргред изо всех сил рванулся вперед, и ему удалось сделать несколько шагов. – Ты попросту использовал их!

– Да, – не стал спорить Кристоф, – однако они сами жаждали, чтобы я их использовал. Как насчет тебя: может, ты тоже жаждешь величия и могущества? – Черные глаза, не мигая, уставились на магистра.

– Я воин Света и мечтаю лишь о триумфе Его! Могущество меня не интересует!

– Может, что‑нибудь еще? – На месте Кристофа стояла Инуэ. – Что вы желаете, господин? Может, меня? – Место суккубы заняла Элизабет.

Магистр стиснул зубы.

– Чего ты хочешь? – Противник снова стал Кристофом.

– Чтобы ты сдох! – Фаргред плюнул в насмешливое лицо.

– Твоя воля не в пример сильнее. – В голосе Кристофа промелькнуло удивление. – Но это уже не имеет значения! – Темное пламя охватило магистра, и он зарычал от боли. – Что‑то Свет не очень защищает тебя, да? – насмешливо поинтересовался изменник. – Помолись своему Ульву – может, он придет тебе на помощь?

– Я уничтожу тебя!

– Пока что у тебя это не очень‑то получается. – Кристоф встал напротив магистра. – Ты всего лишь человек, проще говоря, ты – никто!

Боль была невыносимой, и Фаргред опустился на колено. Его тело будто раздирали на части, но магистр нашел в себе силы вскинуть голову и заглянуть в темные глаза.

– Я клинок в руках Его! – прошептал лорд Драуг. – Вера моя крепка!

– Что? Я не расслышал? – пропел Кристоф.

– Я клинок в руках Его! – Голос магистра стал громче, Фаргред чувствовал, как сила наполняет его. – Тебе не сломить меня! – Затухающее пламя в глазах пятого магистра всколыхнулось, и он гордо выпрямился. Темный огонь, окружавший его, погас, и вокруг Фаргреда засиял ореол света.

– Ничтожество! – прошипел Кристоф. – Умри! – Зал заполнила густая, осязаемая Тьма.

Бурлящий поток черного пламени устремился к магистру, но тот храбро шагнул вперед, выставив перед собой пылающий золотым огнем меч.

Тьма и Свет с шипением столкнулись.

Фаргред чувствовал, как его ноги заскользили по залитому кровью полу.

– Ты ничто против меня! – заорал Кристоф.

– Свет дает мне силу! – Пятый магистр сделал шаг вперед и почувствовал, как Тьма поддалась его клинку. – Трепещи перед величием Его, тварь! – Еще один шаг. – Свет направляет меня, и я не отступлю! – Яркая вспышка золотого пламени разорвала Тьму, и Фаргред увидел отползающего от него на боку Кристофа.

Черные глаза затравленно смотрели на магистра, и лорд Драуг шагнул следом. Темный туман заклубился вокруг изменника и стремительно заскользил к магистру. Но едва он коснулся света, исходящего от Фаргреда, Кристоф взвыл от боли, и туман опять вернулся в его тело.

– Тебе все равно не победить! – шипел Кристоф. – Даже если ты убьешь эту часть меня, я все равно рано или поздно проснусь! – Он наткнулся спиной на постамент и начал подниматься. – Я вернусь и…

– И я убью тебя еще раз! – Фаргред прыгнул вперед, и золотой клинок пригвоздил Кристофа к постаменту. – Я буду убивать тебя до тех пор, – говоря это, магистр надавил на рукоять, и изо рта изменника заструилась темная кровь, – пока ты не сдохнешь окончательно! – Навершие рукояти меча уперлось в его тело, и Кристоф заскулил. – Где бы ты ни прятался – знай, – Фаргред выпустил меч и положил ладони на голову конвульсивно вздрагивающего противника, в том месте, где руки магистра касались кожи Кристофа, от нее пошел пар, – я найду тебя; найду и уничтожу! – Лорд Драуг сдавил голову бывшего паладина со страшной силой, глядя, как плавится плоть врага под руками. – Уничтожу точно так же, как сейчас! – Раздался хруст. – Помни об этом!

– Я не… – Черный туман вновь заструился у ног полукровки, но золотое пламя охватило его, выжигая и не давая вернуться в тело.

Голос Кристофа оборвался, и череп предателя с треском лопнул.

Глава 27

Утреннее солнце слепило глаза, и Фаргред, морщась, первым вышел за ворота обители.

– Никого мне не оставил? – послышался знакомый голос, и магистр увидел стоящего неподалеку Стефана. Позади альбиноса стояла бледная, но довольная Селения, с интересом разглядывающая магистра.

– Извини, как‑нибудь в следующий раз, – устало отмахнулся Фаргред.

– Не забудь тогда и нас позвать, – непринужденно отозвался Вегард, на ходу стирая с себя кровь, – только подожди, пока мы с Тредом наберем побольше людей.

– Зачем? – удивился старый наемник, помогавший идти еще одному раненому северянину. – Нам же тогда меньше достанется…

– Наша помощь требуется? – К Фаргреду подбежали несколько человек в одеждах жрецов.

– Там, внизу, – Фаргред указал рукой себе за спину, – есть раненые, мы с магистрами помогли им, но ваша помощь будет очень кстати.

Жрецы кивнули и поспешили внутрь обители.

– Много выжило? – как бы невзначай поинтересовался Стефан.

– Не думал, что тебя интересует подобное, – улыбнулся Фаргред, глядя за спину волшебнику.

На площади перед обителью ордена уже вовсю суетился народ.

– Пришло подкрепление из Гзауберга. – Селения проследила за взглядом магистра. – Солдаты, маги и жрецы; они помогут Хагенроку оправиться после случившегося.

– Лучше поздно, чем никогда, – проворчал показавшийся из ворот Драг, и шедший сразу за ним еще один всклокоченный дворф кивнул. – Предлагаю поскорее напиться!

– Так что с выжившими? – снова обратил на себя внимание Стефан. – Я иногда бываю любопытен, – серьезно добавил маг.

– Кроме нас выжили второй и четвертый магистры, Эскобар, Леон, Наэрон и двое его людей… – Фаргред задумался. – Еще Кракас с парой своих дружков, несколько паладинов, жрец и конечно же новый император. – Магистр хмыкнул, представляя помятого, заляпанного кровью Эрика на троне.

– Какой еще Кракас? – осведомился дворф.

– Демон с вороньей головой, – пояснил магистр, – он помогал нам в бою.

– Значит, не все они исчезли, – задумчиво протянул Стефан. – Те, которые пытались прорваться в обитель, попросту растворились в воздухе.

– Тех демонов удерживала темная магия, призвавшая их в этот мир. – Фаргред, прихрамывая, пошел вперед. – Теперь их господин мертв. – Магистр сокрушенно вздохнул, глядя, как к нему по мосту бегут Инуэ и Элизабет. И представляя, что они устроят ему за недавний проступок…

К величайшему изумлению лорда Драуга, девушки, наконец выпустив его из крепких объятий, лишь смеялись сквозь слезы, беззлобно называли его самым глупым магистром Империи, абсолютно недальновидным паладином и так далее, всю дорогу домой.

Перебросившись парой слов с Кравеном, отмывшись и наевшись, лорд Драуг объявил, что ему нужно отдохнуть, и отправился в свои покои. Он с удовольствием растянулся на кровати, предусмотрительно заперев дверь и закрыв окна. На самом деле он не чувствовал сильной усталости, ему попросту не хотелось решать еще одну проблему, которую он всегда откладывал на потом. Точнее, две проблемы. Именно из‑за них он и запер дверь.

Фаргред тяжело вздохнул. Спать совершенно не хотелось, но магистр все равно закрыл глаза… а когда открыл их, наступило новое утро.

Крадучись, он прошел мимо комнаты Элизабет. В каких покоях разместилась суккуба, он не знал, поэтому шел на цыпочках, пока не добрался до первого этажа. Быстро перекусив, он вышел на улицу и направился к конюшням, где его уже ждал оседланный Гром. В седельных сумках лежали припасы и теплый плащ, Кравен собрал все, что нужно.

Стражники у ворот особняка лишь поприветствовали магистра, не задавая лишних вопросов.

Фаргред ехал по залитому утренним солнцем Хагенроку и насвистывал любимую песенку. На магистре снова была обычная, ничем не примечательная одежда, и немногочисленные жители, хлопотавшие вокруг своих пострадавших домов, не обращали на всадника особого внимания.

Он уже выехал из города через восточные ворота, когда заметил впереди неспешно идущую девушку, которая, услышав стук копыт, обернулась в его сторону.

Легкий ветер играл ее длинными, иссиня‑черными волосами, зеленые глаза, лукаво поблескивая, смотрели на магистра.

– Долго ты, – улыбаясь, промурлыкала суккуба, когда Фаргред поравнялся с ней.

– Не думал, что меня кто‑то ждет, – буркнул лорд Драуг.

– Мир полон неожиданностей. – Демоница весело подмигнула магистру. – Которые, похоже, следуют за тобой по пятам, – с улыбкой добавила она, глядя в сторону ворот.

Фаргред обернулся и увидел скачущего к ним всадника на легконогой эльфийской лошади. Рядом с ним скакало еще одно животное, в котором магистр без труда узнал Франсуазу.