![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rabstvo.-magi.-sueta-si-372212.jpg)
Текст книги "Рабство. Маги. Суета (СИ)"
Автор книги: Игорь Дикарёв
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)
Рабство. Маги. Суета
Глава 1 Александр. День самого большого огорчения
У кого отнимется, тому втройне даровано будет, страдания вознаградятся, а праздность будет наказана. (Отрывок из сборника догматов драглицизма).
Бывают в нашей жизни радости и огорчения. В детстве одни, в юности другие, во взрослой жизни третьи. Мы радуемся маленьким победам, повышению по службе, удачным знакомствам, и огорчаемся, расставаясь с близкими, теряя здоровье, попадая в неприятности. Но трудности закаляют нас, а радости, наоборот, расслабляют и развращают, делают мягкими.
Недавно в моей жизни произошло самое большое огорчение, которого я никак не мог ожидать, так как не думал, что такое вообще может произойти.
Но о нём чуть позже. Начнём по порядку. Меня зовут Александр, можно просто – Саша, а друзья и вовсе зовут «Саня». Мне четверть века – страшная цифра. В детстве думал, что это уже совсем взрослый человек. Сейчас думаю иначе. До двух метров роста мне не хватило всего лишь пяти сантиметров, а до центнера веса – пяти килограммов. И так всю жизнь мне чего-то да не хватает.
Я «тёмненький», так что, хоть и русский, но, например, жители Татарстана часто принимают за местного. Начинают говорить со мной на своём языке, а когда говорю, что не понимаю, упрекают, что не знаю «родного» языка.
Занимался я, как и среднестатистический оболтус нашего времени, всем понемногу: окончил институт, став инженером-металлургом; время от времени пьянки-гулянки, ну и занимался боевыми единоборствами (непрофессионально, а так, для души); ходил в тренажёрный зал; общался с несколькими друзьями обоих полов. Также стоит упомянуть, что у меня есть девушка по имени Катя. Про личную жизнь рассказал, пора переходить к увлечениям.
Время от времени я выезжал на исторические реконструкции, на которых взрослые дядьки, одетые в доспехи, мутузят друг друга затупленными мечами. Сам, правда, не мутузил никого. Мне гораздо интереснее было металлургическое дело. Интересно было, как оно зародилось и как развивалось. Не сразу ведь в индукционных печах плавку проводили.
Родом я из деревни, так что, хоть и жил в городе, но изредка наведывался в отчий дом, помочь по хозяйству, в лесу прогуляться да по грибы, по ягоды сходить. Бесплатный такой экотуризм.
Отправился я в лес и в день самого большого огорчения. Пошёл, как назло, один. Год выдался урожайный на кедровый орех, но вокруг деревни ушлые местные бабушки все опавшие шишки собрали (да-да, была осень и вся сопутствующая листотень вокруг).
Так вот: мы с отцом в прошлые годы иногда наведывались в кедрач, что километрах в десяти от деревни. В этом году отец подхватил грипп, поэтому на этот раз я, захватив с собой большой мешок, обед в рюкзаке и компактную шелушилку, отправился в сей кедрач один, несмотря на причитания матери: «А вдруг медведь!». Девушка моя домоседка и уважает только прогулки по пляжу, да по музеям. Потому в лес её затащить не удалось.
Шёл быстро, пару раз переходя на лёгкий бег (не от того, что так спешил, а просто ради тренировки). Поэтому где-то через пару часов был уже на месте. Прикрутил к засохшему дереву шелушилку, взял мешок и в позе а-ля «дачник возле грядки» ходил и никого не трогал, кроме кедровых шишек, разумеется. Но они не возражали.
Не знаю почему, но возле очередного кедра вышло так, что всё в том же положении, пятясь назад и закидывая шишки в мешок, я вдруг упёрся своим задом во что-то мягкое и большое…
Сразу же в голове возникли нехорошие предчувствия. Медленно обернувшись, я увидел Его.
Мама… Медведь!
– Ааааа!
Дёру оттуда! Бегом! Бегом! Несите меня ножки, быстрее! Я мчался словно заколдованный, не обращая внимания на встреченные по пути лужи, ветки и поваленные деревья.
Лишь по прошествии немалого количества времени я понял, что медведь испугался меня не меньше, чем я его, так как, едва увидев меня, сам запрыгнул на кедр и обхватил его лапами. Но в тот момент никаких мыслей в моей голове не было и быть не могло. Моё тело превратилось в бег, а мысли в крик.
– Ааааа!
Я бежал по лесу и орал, как идиот. Не знаю, в какую сторону я бежал, и сколько времени. Но в какой-то момент я понял, что лёгкие вот-вот разорвутся от усталости, а ноги согнутся, словно ватные, и я рухну на землю, потому что очень-очень устал. Я остановился и обернулся – за мной никто не гнался (бедный косолапый, наверное, по-прежнему сидел в обнимку с кедром). Тогда я упал спиной прямо на опавшую хвою.
Вдох-выдох. Вдох-выдох. Надо успокоиться. Постепенно дыхание, нервы и мысли приходили в порядок.
Я стал оглядываться по сторонам. Тут на меня накатила волна смеха. Я ржал как ненормальный. Не знаю, что было основной причиной смеха: перенесённый только что колоссальный стресс или то, что я понял, что лежу на мешке с кедровыми шишками – я так испугался, что во время бега забыл о нём и не догадался бросить.
Но когда я отошёл от смеха, в голове моей зародились нехорошие мысли. Я понял, что заблудился и понятия не имею, куда теперь идти. Я знал, что кедрач находится к северу от деревни. Следовательно, до побега от медведя мне нужно было идти на юг, чтобы вернуться домой. Не знаю, в каком направлении я убегал от косолапого, но мне казалось, что и сейчас нужно идти на юг, чтобы вернуться домой.
Я стал искать на деревьях мох. Мох рос повсюду. Из-за густых туч и крон деревьев невозможно было определить, в какой стороне Солнце. Других методов ориентирования на местности, кроме мха, компаса из часов со стрелками и Солнца, я не вспомнил.
Сидеть на месте и ждать спасения я побоялся. Была высока вероятность, что по следам придёт медведь, который поймёт, что опасности двуногое и без перьев существо, которое быстро бегает, не представляло. Я решил идти в ту сторону, что подсказало мне чутьё.
Я шёл. Время тоже шло. Солнце садилось. Деревни видно не было. Я начал осознавать, что нарушил все правила поведения в лесу и сейчас иду не туда.
Решил больше не искать приключений на свою пятую точку, а развести костёр и ждать помощи, а то и так уже ушёл не пойми куда. Буду дожидаться подмоги. Кто-нибудь обязательно пойдёт меня искать и найдёт, а чем дальше я уйду, тем дольше будут искать.
Нашёл подходящую полянку для привала. Разжёг огонь, благо спички лежали в кармане. Неподалёку бежал ручей, к которому я решил спуститься и утолить жажду.
Спускаясь, увидел метрах в пятидесяти вниз по течению ручья, в его пойме, тёмное пятно на берегу, чем-то очень похожее на пещеру. Стало интересно. Сначала подумал, что это обвалившееся логово бобра – они иногда очень крупные бывают. Но подойдя ближе, увидел, что это действительно пещера, вход в которую зарос кустами, с которых уже опали листья. Я включил фонарик на смартфоне (жаль, связь в лесу не ловит), проломился через ветки, зашёл внутрь.
И чего мне на месте не сидится? Зачем мне вообще эта пещера? Ответов на эти вопросы у меня не было. Любопытство было сильнее здравого смысла.
Странно было здесь находиться. Никогда не слышал, что в наших краях есть пещеры. Это ведь особая геология должна быть, течения, эрозия почвы или что там ещё? Не знаток я таких вещей.
Но любопытство победило, пошёл вглубь. Чем дальше шёл, тем шире становилась пещера. Через какое-то время я оказался в просторном гроте. Разглядеть его полностью не удавалось – слабенький фонарик смартфона светил не очень ярко.
Посреди комнаты я наткнулся на какой-то постамент. Сначала подумал, что это что-то вроде языческого каменного идола. Стало жутковато. Вдруг здесь какие-нибудь сектанты проводят обряды жертвоприношения?
– Тьфу! – вырвалось у меня. Какое жертвоприношение в глухом лесу, в пещере, вход в которую густо зарос кустарником. Тут людей как минимум лет двадцать не было.
Лучше рассмотрев постамент, я понял, что это не идол вовсе, а что-то вроде стойки с кнопками и дисплеем. Вновь стало не по себе, так как теперь я подумал, что попал в какой-то военный склад радиоактивных отходов или что-то подобное, а это пульт управления. Но любопытство вновь оказалось убедительнее рассудка. Я решил не уносить ноги как можно скорее, а смести рукой пыль с пульта, и нечаянно нажал на нём какую-то кнопку.
Тут я увидел в конце пещеры арку, высотой метров пять, на которой стали проявляться и светиться символы, чем-то напоминающие арабские буквы, а пространство внутри арки заполнилось какой-то мерцающей золотистой пеленой. Устройство отдалённо напоминало звёздные врата из одноимённого фильма, который мне очень нравился в своё время. Увидев сие чудо техники, я твёрдо решил бежать отсюда как можно скорее. Но моё тело решило иначе. Ноги мои стали будто ватными, тряслись, словно я подхватил тропическую лихорадку, и не слушались. Это явно не языческое капище. Это не военный склад отходов. Это… Это что-то внеземное, что ли. Сделав несколько фотографий сего чуда на смартфон, я всё же убедил своё тело слушаться разума и начал пятиться назад к выходу из пещеры.
Страшно…
Это было невероятно, и я почему-то был уверен, что это какой-то портал. Вот только куда? В любом случае вначале мне нужно было вернуться домой. Я направился к выходу из пещеры.
Однако этот день не был бы днём самого большого огорчения, если бы не Он, стоящий у входа в пещеру. Наверное, тот самый, что напугал меня в кедраче, а может и другой. Я не разглядывал, а он не представился. Приехали. Медведь.
Увидев меня, он грозно зарычал и уверенно зашагал мне навстречу. Огромная рычащая туша, килограмм четыреста или пятьсот, страшная клыкастая пасть, хорошо различимая даже при столь слабом освещении. Аккуратно пробежать мимо него к выходу у меня не было никакой возможности и желания. У меня не оставалось выхода, кроме портала. А то, что арка являлась каким-то порталом, я не сомневался. С разбега я запрыгнул в его золотистое полотно.
Мгновение темноты пред моими ясными очами – и светящаяся арка осталась позади. Хотя это была уже другая арка, просто точно такая же, как первая – я выпрыгнул из портала с другой стороны, вновь оказавшись в пещере, но уже в другой.
Я продолжил бег, так как боялся, что разъярённый медведь прыгнет за мной следом. Глаза уже привыкли к темноте, так что я, хотя и с трудом, но мог видеть при скудном освещении пещеры, создаваемым фонариком смартфона. Пещера оказалась небольшой, и я выбежал из неё за несколько секунд. Вход был расположен под углом к поверхности. Этакое аккуратное углубление в земле, которое, если отбежать на десяток метров, и видно не будет.
Я ни капли не сомневался, что оказался не в родной тайге, а как минимум на другом конце Земли, а как максимум – даже думать не хотелось где. Нужно будет запомнить место. Если меня не съест мой медведь или какой-нибудь местный птеродактиль, то надеюсь, что смогу вернуться назад через эту же арку. Хотя какую кнопку нужно будет нажимать на пьедестале для её активации, я, конечно же, не запомнил. Знаменитый метод «тыка» поможет.
Из мрачных раздумий меня вывел рёв, доносящийся из пещеры. Вот ведь… Не испугался же мерцающего полотна арки, зашёл. Тоже любопытный, наверное.
Я находился на каменистой возвышенности. Вокруг росли редкие кустарники. Я бегом спустился к подножию холма, так как лишь там возвышались деревья, на которых у меня был шанс укрыться от зверя.
Я знал, что убежать от медведя не смогу, но смогу переждать на дереве, пока он успокоится. Да и то удачный исход столкновения со зверем меня ждёт, только если ветви дерева будут расти слишком часто, и четырёхсоткилограммовая туша не сможет сквозь них протиснуться.
Лес тут был немного похож на дальневосточный. Дикая смесь джунглей, тайги и чего-то ещё. Тут и там с деревьев свисали лианы, местами возвышались пальмы, а кустарники чередовались с гигантскими папоротниками. Я запрыгнул на первое попавшееся деревце и стал карабкаться вверх. Не лазал по деревьям с детства, но лошадиная доза адреналина в крови заставила организм вспомнить, как это делал даже не я в детстве, а как это делали сотни тысяч лет назад мои очень далёкие предки. Так что на дерево я не влез, а буквально влетел с такой же скоростью, с которой бежал. Остановился почти на самой макушке. По руке ползла гусеница. Рот почему-то оказался забит хвоёй. Я чувствовал, как по ноге стекает тонкая струйка крови. Штаны и ноги были разодраны ветвями.
Медведь к дереву подошёл вальяжно, не торопясь. Задрал морду, посмотрел на меня. Я думал, что он полезет вслед за мной. Но нет, он встал на задние лапы, передними навалился на дерево и начал шатать его. Дерево было не слишком толстым, а медведь большим и сильным. Вниз словно дождь полетели хвоя, гусеницы и немногочисленные шишки, похожие на еловые. Я на макушке дерева болтался как репей на хвосте у дворняги и едва не полетел вниз вслед за гусеницами и шишкам. Всегда знал, что умру какой-нибудь особо глупой и нелепой смертью. От падающей сосульки, например. Ну, или сейчас момент был как нельзя более подходящий.
Умирать, правда, очень не хотелось, несмотря на обстоятельства. Растение хоть и болталось под напором лап медведя, но мужественно и смело, как подобает настоящему дереву, держалось корнями за землю. Я раскачивался на его макушке, но руки намертво вцепились в ствол. Медведь не унимался. Покачиваясь, я стал разглядывать местность. Мы с косолапым однозначно оказались где-то в предгорьях, покрытых смешанным лесом. Воздух был влажным и свежим. Пахло морем. Откуда-то из леса доносились встревоженные крики птиц.
Я так и не мог понять, где же нахожусь: на Земле или портал перенёс меня куда-то в иной мир. Ну, по крайней мере, я не ощущал каких-либо отличий от Земли. Солнце такое же, как дома – маленькое и жёлтое, сила тяжести вроде такая же, Луны пока не видно.
Прошёл час или около того. Медведь так и не унимался. Я уж не знаю, чем я ему так насолил. Шёл бы себе, шишки кушал, так нет – то ходит вокруг дерева и рычит, то расшатывает его, пытаясь меня сбросить. Может быть, это страж портала? А сейчас он хочет уничтожить незаконного нарушителя границы миров? Хотя нет. Странный страж портала получается. Сам же меня в него и загнал.
Я как мог, пытался отгонять его: кричал, кинул шапкой. Те, кто советует в таких случаях помочиться на медведя, чтобы отпугнуть – пусть сами попробуют сделать это из моего скрюченного и шаткого положения.
Тут за кустами раздался какой-то шум, похожий на треск ветвей. Мы с косолапым притихли, дружно посмотрели в сторону шума. Из кустов вышел… Человек? Да, кажется, это был человек, хотя мне сложно было его рассмотреть – работа за компьютером не способствует дальнозоркости. Он шёл в нашу сторону. Одет он был немного странно: коричневый плащ с поясом, капюшон на голове, высокие сапоги, трость в руке, похож на монаха. Может, я на Тибете? Больше мне разглядеть не удалось.
Косолапый, как мне показалось, обрадовался появлению новой порции мяса. Я-то с дерева не слезал – меня можно и на десерт оставить. Вслед за первым вышли ещё двое, но уже в серых плащах. За ними вышло ещё человек десять, я точно не считал. Эти уже были одеты в какие-то грубые рубахи и штаны, похожие на средневековые. В руках у них были копья.
Мишка, оценив баланс сил, приуныл. Собирался попятиться назад на холм. Наверное, мечтал вернуться домой через портал. Но не тут-то было.
Человек, что первым вышел из леса, что-то сказал остальным. Те, что были в рубахах, откуда-то достали сети, стали потихоньку приближаться к медведю. Косолапый пятился и рычал. Едва он развернулся, чтобы бежать во все тяжкие, как сзади на него набросили сеть. Тут же к нему подбежал человек в коричневом плаще, прикоснулся и что-то сделал, скорее всего вколол какой-то транквилизатор или яд, так как мишка практически мгновенно упал и перестал шевелиться.
Затем коричневый плащ поднял голову и крикнул мне что-то вроде:
– Кам эс фарэлла рупор! Кам эс!
Я его понял, хотя и не знал слов, жестом он приглашал меня спускаться. Это оказалось не так просто. У меня закостенели руки и ноги. Всё тело затекло. Я не мог пошевелиться.
Коричневый плащ не унимался:
– Кам эс фарэлла рупор, фаэлс!
Еле-еле я оторвал руку от дерева и стал спускаться. Не зря говорят, что вверх лезть проще, чем спускаться, в том числе кошке. А я даже не кошка, а всего лишь человек, притом загнанный на дерево медведем.
Я не знал, кто эти люди и какие у них намерения, но надеялся, что хорошими были и первые, и вторые. Так что, едва спустившись, я протянул руку незнакомцу в коричневом плаще, собираясь поздороваться и поблагодарить его за спасение. Какое-то время он смотрел на меня немигающим взглядом. А через несколько секунд меня окутала тьма.
Глава 2 Александр. Аборигены
Перед концом времён заполонят землю многие, чуждые для неё. Мать драглов отправит в этот мир своих сыновей, чтобы начали те собирать свою жатву. Когда жатва будет в самом разгаре, явится в мир сама Мать драглов, чтобы завершить начатое. (Отрывок из сборника догматов драглицизма).
Сколько времени прошло, прежде чем я очнулся – понятия не имею. Жутко болела голова. Рукой нащупал шишку на затылке. Я не сразу понял, где нахожусь и откуда у меня шишка. Когда память вернулась, я открыл глаза и подскочил… И ударился шишкой на голове о что-то твёрдое. Выругался, используя великий и могучий. Было очень больно и обидно. Я сидел в клетке, словно бабуин. Габаритами клетка не радовала – где-то метр на метр на метр. Этакий куб с деревянными прутьями, деревянным полом и потолком, о который я и ударился шишкой на голове, способствуя тем самым её дальнейшему росту (шишки разумеется, голова уже вряд ли вырастет, да и ума не прибавится, к сожалению). Здесь нельзя было удобно ни сесть, ни лечь, ни встать. Можно было разве что распрямить ноги, просунув их между перекладин клетки для удобства, или скрючиться в позе младенца в утробе и лежать.
Оглядевшись, я увидел, что узилище моё здесь не единственное, по соседству с ним в клетках различных размеров были какие-то диковинные животные, которых я никогда не видел. Теперь я точно понял, что нахожусь не на своей родной планете. У нас абсолютно точно нет «крокодилослонов», не знаю, как их назвать иначе – этакое чудище, во всём похожее на слона, кроме крокодильей морды. Не знаю, хищник это или травоядное, и знать не хочу. В соседних клетках я увидел четырёхрукую обезьяну, что-то вроде осьминога с шерстью, хм, прямоходящую черепаху? Леонардо, ты ли это? Похоже, меня упекли в зоопарк, вот только клетки как-то слишком близко друг к другу, местами даже одна на другой. Посетителям же будет неудобно ходить и осматривать… Идиот! Не о том я сейчас думаю… Что за ерунда мне в голову лезет постоянно? Лучше бы думал, как отсюда выбраться. Наверное, шишка на голове виновата. Да, свалю всё на неё.
Здесь были не только звери. Вперемешку с клетками стояли какие-то статуи, вазы, непонятные приспособления различных размеров, куски керамики, бронзовые идолы.
Стоп. Что-то это мне напоминает. Поместив свою голову в самый угол клетки, я смог увидеть, что неподалёку, метрах в ста, есть какой-то карьер, или что-то на него похожее. Может быть, это раскопки? Кто-то проводит археологические изыскания? Непонятно тогда, зачем здесь весь этот зоопарк, в котором я словно вишенка на торте – других людей я в клетках не видел. Наверное, это какая-то экспедиция, которая собирает диковинные вещи, зверей, людей…
Хотелось пить, есть и в туалет. Словно услышав мои мысли, откуда-то из-за клеток появились двое мужчин в серых плащах, с тележкой. Тележка была на четырёх колёсах, и чем-то напоминала те, на которых в гостиницах развозят всякие гели для душа и тому подобное, правда, деревянная и грубо сделанная.
С неё доставали куски мяса и фрукты и кидали животным в клетки. Один из серых плащей, стоя перед моей клеткой, достал очередной кусок сырого мяса и собирался уже бросить его мне. Затем посмотрел на меня, усмехнулся и кинул мне три каких-то плода, похожих на крупные жёлтые киви. Тележка поехала дальше. Пить не дали, ёмкость для пи-пи тоже. Я крикнул вслед уходящим разносчикам:
– Люди, вы чего? Выпустите меня отсюда, я же не зверь какой! За что вы меня? Вы меня понимаете? Sprechen sie Deutsch?
Разносчик пищи обернулся на меня, сплюнул на землю и пошёл дальше. Ответа не последовало.
Жёлтые фрукты оказались довольно вкусными и сочными, так что утолили не только голод, но и жажду. Ну а помочился я прямо на тропу. Кайф. Ещё бы голова не болела, и было бы вообще здорово.
Больше ничего не происходило. Появилось время подумать о своей нелёгкой судьбине. Я решил привести мысли в порядок и определиться, что делать дальше. По всему выходило, что я, убегая от медведя, нашёл в лесу пещеру. В пещере нашёл сундук, в сундуке яйцо, в яйце иглу… Идиот… Нашёл пьедестал и арку. Случайно нажав что-то на пьедестале, активировал портал. Спасаясь от медведя, прыгнул в него и попал в другой мир. Дальше нас с медведем скрутили какие-то местные монахи из экспедиции и посадили в клетки. Бурого, кстати, посадили в клетку неподалёку – смотрел теперь на меня тоскливо и облизывался. Так тебе и надо, морда! Сиди теперь и мучайся!
Не так давно, в своём родном мире, любил я читать книжки. Разные. Читал я от примитивных фэнтези до трудов философов уровня Шопенгауэра. Интересно было всё. Так вот, обычно герои фэнтези и прочей беллетристики в таких ситуациях, в какой оказался я, начинают придумывать план побега, изучают режим работы часовых, подмечают какие-то детали, ещё что-то. Что подмечать и придумывать мне? Да нечего! Прутья не выламывались, как я ни старался, припасённых заточек или булатных мечей у меня в кармане не было. Даже смартфон и тот забрали. Наверное, положили в коробку вместе с прочими непонятными артефактами. А нож и прочие вещи, необходимые для выживания в лесу, потерялись где-то между бегом от медведя и прыжком в портал.
Часовых я не видел. Их либо не было, либо с моей точки разглядеть их было нельзя. Бежать из моего деревянного куба было невозможно. Бежать вместе с кубом тоже не получалось. Он был сделан из какого-то неправильного, тяжёлого дерева. Наверное, что-то вроде нашего земного эбена. Так что просунуть ноги между прутьев и бежать, подняв куб руками, изображая избушку на курьих ножках, я не мог. Что дальше будут делать со мной, тоже было неясно. Вариантов было множество – от отпускания меня на все четыре стороны, до привязывания моих ног к двум согнутым деревьям и отпускания после этого деревьев на все четыре стороны.
Дополнительное неудобство мне доставляли жители одной из клеток, стоявших неподалёку от моей. Это были два лысых существа с большими головами. Они напоминали что-то среднее между лысыми кошками и обезьянами без шерсти. Эти существа доставляли больше всех хлопот не только мне, но и другим животным и смотрителям… Хм. Зоопарка? Они то и дело шумели, прыгали по клетке, а большую часть дня совокуплялись друг с другом при том, что оба, насколько я мог судить, были самцами. Они мешали мне отдыхать, а в людей в плащах кидались остатками еды и собственными фекалиями.
Пока я рассуждал о тяготах моего существования, вновь пришли серые плащи с тележкой. Увидев лужу возле моей клетки что-то сказали на непонятном языке и выдали вдобавок к жёлтым киви горшок и кожаный мешок с водой.
Прошла неделя. Не изменилось ничего. По-прежнему трижды в день приносили уже осточертевшие жёлтые плоды, забирали пустой мешок с водой и полный горшок, и давали полный мешок и пустой горшок взамен. Чтобы чем-то занять себя, я строил рожи четырёхрукой обезьяне в одной из клеток. На большее ума не хватало. Видимо, ударившаяся голова соображать отказывалась наотрез. Обезьяна отвечала взаимностью. Строила рожи, показывала задницу. Тоже скучно бедняге. Она, в отличие от лысых обезьян, в клетке одна. Попытки разговорить разносчиков еды успехом не увенчались. Они молча уходили, не обращая внимания на меня.
Бежать тоже не получалось. Время от времени я вспоминал отца, мать и девушку и на меня накатывало уныние. Они наверняка переживали из-за моего исчезновения и им было сейчас не лучше, чем мне.
В одной из клеток сидел знакомый мне косолапый. Мишка пытался прогрызть прутья, но не смог – настолько твёрдым оказалось дерево. Может, это и не дерево вовсе? Я пытался раскачать куб, чтобы прямо в нём куда-нибудь укатиться. Благо после армии опыт переноски круглого и катания квадратного у меня есть. Но не вышло. Только вновь ударился многострадальной головой о клетку.
Но к вечеру восьмого дня в нашем зоопарке наступило какое-то непривычное оживление. Откуда-то приехали пустые телеги, запряжённые… Ну скажем так: пушистыми свинолошадьми. Мужчина в коричневом плаще, которого я до этого видел лишь однажды, ходил возле клеток и придирчиво всё осматривал. Он на мои вопросы тоже не отвечал.
Каким-то приспособлением, похожим на деревянный башенный кран, приводимый в действие колесом с двумя людьми внутри, нас стали грузить на телеги. Сначала грузили то, что не было живым: статуи, какие-то камни с вырезанными иероглифами и прочие артефакты. Гружёные телеги уезжали, приезжали пустые. Артефакты заканчивались, стали вывозить животных. Все грузы провозили мимо моего узилища. На одну из телег погрузили шесть клеток с четырёхрукими обезьянами, а сверху на них положили кое-что весьма необычное…. Это был этакий угловатый камень, размером около полуметра. Но самое главное, это то, что он светился и пульсировал! Необычным ярко-синим светом, словно это не камень был, а светодиод, что из-за раковой опухоли стал большим и уродливым.
В какой-то момент из-за неровностей дороги он раскачался и упал прямо рядом с моей клеткой. Раздался страшный грохот, оглушивший меня, а ярчайшая вспышка ослепила. Свет от камня не ослабевал, а наоборот становился всё ярче и ярче. Я зажмурил глаза, закрыл лицо ладонями, но свет бил очень ярко даже сквозь веки и ладони. Заломило кости, раскалывалась голова. Я кричал, но не слышал своего голоса, пытался закрыться от ярчайшего света руками. Ничего не помогало. Свет пронизывал меня насквозь и будто вплетался в мышцы, кости и кожу. Я закрыл голову руками и свернулся в позу эмбриона. Мне казалось, что я умираю. Болело всё. Каждая частичка, каждая клетка моего тела истязала сознание болью. Вокруг метались какие-то тени. Звучали какие-то приглушённые голоса. Земля дрожала, а чей-то голос шептал что-то на ухо.
Что происходило дальше, я помню очень смутно. В какой-то момент, когда боль стала совсем невыносимой, я потерял сознание.
***
Вокруг был какой-то шум, похожий на гул крыльев миллионов комаров. Всё было во тьме, я ничего не видел и мог ориентироваться лишь на ощупь. Откуда-то раздался детский, но при этом удивительно неприятный, давящий на сознание и казалось отчаявшийся голос:
– Убей.
Я пытался на ощупь понять, где я нахожусь, и что же происходит.
– Убей комара.
Голос был очень неприятным, а моё состояние плачевным, так что я решил исполнить просьбу незнакомца, лишь бы он заткнулся. Но для этого мне нужно было видеть. Я пытался сказать об этом, но рот не слушался меня – я его не чувствовал и не мог даже промычать что-то. Я нащупал руками какую-то холодную стену. Стал шлёпать по ней руками, пытаясь избавиться то ли от источника комариного гула, то ли от источника мерзкого голоса.
– Убей комара.
Я шлёпал ладонями по стене, хлопал в ладоши в воздухе, надеясь убить писклявое насекомое. После многократных хлопков в ладоши я понял, что прихлопнул гада. Гул стал немного тише, а неприятный, давящий на сознание голос произнёс:
– Молодец.