Текст книги "Другие дороги (СИ)"

Автор книги: Иар Эльтеррус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)

Глава XII

Переезд на новую планету оказался для семьи Родниных той еще головной болью. Вначале будущих колонистов собрали в большом лагере под Свердловском, затем принялись распределять по артелям и колхозам. Орка сразу же решила заниматься животноводством. Вот только считала земных животных – коров, коз, свиней и овец – крайне малопроизводительными. Она, некоторое время подумав стоит ли высовываться, вышла на руководство лагеря, а через него на Совет по колонизации, и предложила разводить на Надежде мясо-молочных кархов и рутхов из Ратхольма и мясных серето из Дароса. Плюс, поскольку избранная ими с мужем артель планировала обосноваться на берегу теплого моря южного, пока еще безымянного материка планеты, парвосских горасов, морских мясных животных размером с трех китов. Причем их даже кормить не надо – питались планктоном, который тоже можно завезти с Парвоса и засеять им море на большой глубине. Вызрев, планктон толстым одеялом поднимется на поверхность, обеспечив горасов питанием. В итоге мясо, причем вкусное и нежное, получится почти бесплатным. Каждое животное после забоя дает до тридцати тонн! Очень выгодно.

В Совете Капу внимательно выслушали, попросили написать докладную по этому поводу и согласились с ее доводами, предложив после основания колонии заняться закупками будущего поголовья. Немного подумав, орка согласилась, но предложила помимо нее нанять нескольких хороших агрономов и животноводов из Миросплетения, это обязательно окупится. На что ей ответили, что совсем не против, но не знают, где таких специалистов искать, да еще и согласных на найм в новую колонию далеко расположенного клана. Орка после недолгого размышления сказала, что на центральном рынке Барсама, основном месте оптовой торговли продовольствием в Миросплетении, найти таковых не станет большой проблемой. И после закупки детенышей рутхов, серено, кархов и горасов, она может этим заняться. Но для всего приобретенного понадобится не один десяток грузовых кораблей. Да, животные будут в стазисе, поэтому заботиться о них в дороге не придется, но места занимают много.

После согласования с Наркоматом колонизации и Наркоматом сельского хозяйства, Совет дал добро. Но закупками предстояло заниматься после первичного обустройства на Надежде. Устроиться на новой планете не такая простая задача. И после двух недель подготовки будущие колонисты погрузились на корабли и отправились на новое место жительства.

Для Капы полеты в космосе на парусниках были относительно привычными, доводилось летать пару раз, а вот Михиил с Надеждой почти весь полет простояли на палубе галеона «Зеленодольск» с открытыми ртами.

– Какая красота… – протянул кузнец, провожая взглядом удаляющуюся Землю.

– Ты бы видел, как красиво в системах, где несколько атмосферных спутников возле планет-гигантов! – закатила глаза орка. – Вот там красиво! А здесь ничего особенного, планета как планета, система как система. Один плюс – наша.

Набрав скорость, галеон ушел в гипер. Благо, пространственник на нем был сильный, поэтому летели всего около двух часов, а не несколько дней – это сильно надоело бы. «Зеленодольск» вынырнул в реальность не слишком далеко от Надежды, она виднелась впереди зелено-голубым шариком.

– Хорошо, если бы не только вы, но и все остальные звали меня Надей, чтобы не путать с планетой, – вздохнула вторая жена Михаила. – А то я каждый раз оборачиваюсь, когда о ней говорят. Не сразу доходит, что это не меня имеют в виду. Неудобно становится…

– Ну, от нас это не зависит, – пожал плечами кузнец, он все еще относился к женщине насторожено. – Вы лучше мне скажите, девчата, какой дом строить будем. Думаю, двухэтажный терем. Дети ведь пойдут! Им много места понадобится.

– Согласна, – кивнула Капа. – К тому же, не исключено, что тебе еще кто-то понравится и в семье еще жены появятся.

– Да ну тебя! – замахал на нее руками Михаил. – Мне и двух-то много!

Женщины переглянулись и недоверчиво фыркнули – кобелиную мужскую натуру они прекрасно знали и в слова мужа ничуть не поверили. Видели, каким взглядами он провожал любую встречную симпатичную девушку. В новую колонию ведь едет целая толпа одиноких молодых женщин, среди них такие красавицы попадаются, что одуреть можно при первом же взгляде. Тех же светлых или темных эльфиек взять. Капа ничего против дополнительных подруг в доме не имела, а Надежда не сразу, но смирилась с этим, орка сумела объяснить ей, что это нормально. Вот же придумали на этой Земле дурацкую ревность! Зачем? Кому от нее хорошо? Никому!

Высадили членов будущей животноводческой артели на большом пологом холме, спускающемся к теплому морю. Климат в избранном месте царил курортный – круглый год от двадцати до тридцати градусов Цельсия. Бесчисленные ручьи, речушки и озера. Рощи и небольшие леса. И поля, конечно, причем с прекрасным черноземом. Не зря Надежду избрали для колонизации – планета была просто великолепна. Да, труда, конечно, в нее придется вложить немало, но дело того стоило.

Место для своего нового дома семья Родниных избрала на холме метрах в трехстах от моря. Невдалеке тек ручей, ниже была роща фруктовых деревьев – а фруктов на девственной планете имелось столько разных, что оставалось только удивляться. Десятки видов! Причем все съедобные и, мало того, очень вкусные. Возникало даже ощущение, что Надежду специально подготовили для заселения гуманоидами. Кто подготовил? Возможно, та же сила, что переместила Землю в Миросплетение.

Буквально через неделю после первой высадки на планету прибыл Кериан Атарийский и установил на Надежде десять больших системных врат, через которые в новую колонию начали поступать стройматериалы, инструменты и прочие нужные вещи. Также прибыли несколько сотен строительных бригад, с ходу включившихся в работу. На Северном материке заложили столицу – Надеждогорск и еще девять городов, плюс несколько сотен поселков и хуторов, в которых планировали расположиться колхозы и артели.

Роднины поначалу жили в большой палатке, впрочем, они там только ночевали – работы было столько, что времени ни на что не хватало. Людей и других разумных прибывало на Надежду с каждым днем все больше. Проблема в том, что это большей частью были молодые женщины – переселенки из Миросплетения, почти все бывшие беспризорницы. Мужчин катастрофически не хватало, число женщин соответствующего возраста превышало их уже вдесятеро. Потому, видимо, правительство и приняло закон о многоженстве. Выбора другого не было, ситуацию требовалось как-то разруливать. Тем более, что для уроженцев Миросплетения в полигамии не было ничего необычного, во многих мирах и на многих островах численная разница между слабым и сильным полами была намного хуже. Кое-где она доходила до тридцати к одному. Зато уроженцы СССР с трудом воспринимали идею многоженства, но понемногу привыкали, хоть и не без эксцессов.

Прибывшая с Земли бригада сибирских строителей за каких-то десять дней построила Родниным и другим семьям артели деревянные дома по старорусским рецептам. Благо, холодных зим в этом климатическом поясе не предвиделось, поэтому не требовалось утеплять стены и фундаменты. Вот только все неженатые строители очень недолго таковыми оставались – слишком много в поселке, названном Новостепаново, имелось незамужних молодых женщин. И сибиряки увезли с собой жен, причем почти все не по одной, а, как минимум, по две, а то и три. Особенно отличился балагур и весельчак Пашка Охрименко, сошедшийся сразу с пятью девушками, причем две из них были чистокровными светлыми эльфийками, одна – гномой, а еще две – смесками разного вида.

– Капа, я скоро кого-то прибью… – как-то сказала подруге Надя. – Как эти сучки изгаляются, чтобы Мишке показать то ногу, то жопу, то сиську… А он, зараза, слюни на них пускает…

– Надь, он мужчина, для него это естественно, – тяжело вздохнула орка. – Пойми, по-другому просто не бывает. Забудь о своей дурацкой ревности! Не помешает нам еще пара-тройка хороших подруг в доме. Надо только подобрать на самом деле хороших, с покладистым характером, а то Мишка выберет чисто внешне, и вполне может выбрать конченую тварь, но при этом красивую. А нам потом с ней мучиться придется. Так что присматривай подходящих. Если найдешь, осторожно подложим ее мужу в постель, он против точно не будет, насколько я знаю мужчин.

– Никак я к этому не привыкну… – тяжело вздохнула Надя. – Но ты, наверное, права. Вдвоем мы хорошо ужились, может, и с другими уживемся. Дом и хозяйство так точно легче обихаживать будет. Вот только те три эльфи, что сейчас вокруг Мишки увиваются, мне сильно не нравятся. Какие-то они скользкие.

– Это какие? – поинтересовалась Капа. – Ладиэль, Эсмиэль и Катиэль?

– Они самые, сучки драные.

– Ну, тут нечего удивляться. Девчонкам в жизни похлеще, чем мне, досталось. У еще в раннем детстве родителей прямо на их глазах поубивали, а потом хотели над ними самими поизмываться, но повезло, кто-то отвлек сволочей, малышки сбежать смогли. Как выживали потом на улице – лучше промолчать. Да, как и я, шлюхами портовыми стали. А куда деваться? Другого способа выжить для уличной девчонки в вольных городах нет. Да еще и повзрослей сперва, запретно до восемнадцати лет это дело, высшие маги запрет установили, его не нарушишь. Только дожить до восемнадцати там ой как трудно! Одна из двадцати, а то и тридцати доживает, остальные или дохнут от голода и холода, или насмерть забивают. Много ли дитенку надо? Пьяный мужик врежет один раз, а то и просто отмахнется – и все, готово.

– Бр-р-р… – поежилась землянка. – Вот каждый раз, как слушаю о жизни в этом вашем Миросплетении, так мороз по шкуре. Но эльфи мне все равно не нравятся.

– Они не совсем эльфийки, на четвертинку только, но ладно, – пожала плечами орка. – Не нравятся, так и черт с ними, пусть себе кого-то другого ищут. Их бы ведь всех троих брать пришлось, они расставаться точно не захотят. А что думаешь о Тарихае?

– Эта та крупная девица с грубоватым лицом, что исподтишка на Мишку поглядывает, а потом тихо плачет где-то в уголке? – вспомнила Надя. – Да, она неплоха вроде, и хозяйственная, все в руках буквально горит.

– Скажу больше, она кузнец, как и наш муж, – добавила Капа. – Причем хороший кузнец! Отец ее всему научил, хоть и не принято у их народа дочерей учить. Тоскует по кузне, иногда заходит в мишкину, просит дать сковать что-нибудь, хоть серп там или подкову. Мишка позволяет. Говорил, что надо предложить ей вторым кузнецом в Новостепаново стать, мастер, мол, сложившийся. Да и нравится она ему, особенно фигурой. Глядя на тебя и меня сразу ж ясно, какие бабы ему по вкусу.

– Это точно, – усмехнулась землянка, огладив свои широкие, идеальной формы бедра. – Поговори с ней только ты, я боюсь сорваться, дико мне все это еще. Привыкают понемногу, но медленно. И как у тебя получается со всеми общий язык находить?

– А я внимательно слушаю, что человек рассказывает, особенно о себе, и мотаю на ус, – пояснила орка. – Знаешь, это сильно помогает. Мне еще в Свархельме удавалось договориться с теми, с кем мало кто договориться мог.

– Скоро, кстати, уезжаешь?

– Да, через неделю. Закупочная экспедиция почти сформирована. Мне надо будет заранее на Новый Марс через врата идти, там к ней присоединиться, командировочное предписание я от сельсовета уже получила. Где-то с месяц отсутствовать буду, если ничего не случится.

– Дай-то Бог, чтобы не случилось, – вздохнула Надя. – Давай до твоего отъезда Тарихаю уговорим, пусть сразу к нам в дом перебирается.

– Пойду отыщу ее, – кивнула Капа.

Искомая дварфа нашлась у речки, их в окрестностях Новостепаново имелось целых три, впадали, естественно, в море. Немного дальше была также целая россыпь небольших пресноводных озер, буквально кишащих рыбой. Орка уже наловчилась ее там ловить – ее страсть к речной рыбе никуда не делась. Тарихая сидела на берегу и бросала камешки в воду, ей явно было не слишком весело. Случилось у девушки чего? Слишком часто и много она грустит.

– Здравствуй, – поздоровалась Капа и села рядом. – Отдыхаешь?

– Да, сегодня коровник обустраивали, упахались, – кивнула дварфа.

– Мы тоже, готовили ферму для детенышей кархов, – поежилась орка. – Им много места надо, большими вырастают.

Немного помолчав, она решила сразу заговорить о главном:

– Слушай, а ты замуж не хочешь?

– Хочу, – тяжело вздохнула Тарихая. – Только это невозможно…

– Почему? – удивилась Капа. – Мы с Надей сегодня обсуждали кандидатуры, решили тебе предложить третьей женой в нашу семью пойти. Тебе ведь Мишка очень нравится. Ты ему тоже, то и дело задерживает взгляд на твоей попе.

– Да я бы и рада, – всхлипнула дварфа. – Только… Только…

– Что?

– Да не могу я ни с одним мужчиной лечь! Вообще! Не влезет даже самый маленький! Такой уродилась! Разве что в рот, а я этого не люблю и не умею.

– Тю-ю-ю… – удивилась орка. – Извини, но ты дура! Забыла, что ты теперь советская гражданка? А у нас медицина бесплатная! Ноги и руки врачи в капсулах новые отращивают, а уж с твоей проблемой и вовсе за полчаса справятся.

– Ой… – растерянно выдавила Тарихая. – А я и не подумала обратиться к врачам… Но это уже неудобно…

– Неудобно на потолке танцевать! – отрезала Капа. – Так, прямо сейчас отправляемся в столицу, в центральной поликлинике Надеждогорска работают допоздна, успеем.

Она решительно встала, заставила встать дварфу и потащила ее за собой к местным телепортам. Их установили в каждом, даже самом малом селении, это межсистемные врата имелись только в городах, которые, впрочем, назвать таковыми пока было нельзя. Но строились и расширялись они быстро. Набрав на пульте цветовой код самого близкого к поликлинике телепорта Надеждогорска, Капа завела Тарихаю в кабинку. Вышли они уже в столице. До поликлиники отсюда было всего триста метров. Как оказалось, там уже работали гинекологи, мужчина и женщина, к которой девушки и записались на прием – к мужчине дварфа наотрез отказалась идти. Стеснялась.

Пришлось около часа прождать в очереди, после чего орка и дварфа оказались в кабинете, где их встретила улыбчивая женщина лет сорока пяти.

– Я… – с трудом выдохнула Тарихая. – Это… У меня…

– Давайте я расскажу, – тяжело вздохнула Капа. – Она страшно стесняется…

– Обычное дело, – мягко улыбнулась врач. – Слушаю.

Орка поведала о проблеме подруги. Гинеколог укоризненно покачала головой, проворчав, что это вообще не проблема, давно надо было прийти, уже забыла бы. Потом отвела пунцовую от стыда дварфу за занавеску на осмотр. Закончив его, врач без промедления велела идти за ней в подвальный этаж, где располагались медкапсулы. Там уложила Тарихаю в одну из них, запрограммировала и велела Капе погулять часика два – а потом можно приходить и забирать ее стеснительную подругу.

Смотреть в строящемся, пока еще небольшом городе было нечего, поэтому орка решила сходить в кино, в единственном кинотеатре Надеждогорска шли «Дни и ночи» по Симонову. Капа с удовольствием посмотрела фильм, еще раз ужаснувшись, какую страшную войну пережил Советский Союз. Как хорошо, что она закончилась! После сеанса она поела мороженого в кафе, после чего снова двинулась в поликлинику, где забрала буквально истекающую радостью Тарихаю – ее проблема было полностью решена. Это настолько воодушевило дварфу, что она готова была отдаться Михаилу прямо сегодня. Орка вздохнула и велела не спешить, как на пожар – сначала им с Надей надо все подготовить, чтобы не спугнуть мужчину. Надо все сделать так, чтобы он осознал наличие в супружеской постели третьей женщины тогда, когда будет уже поздно возмущаться.

Вернувшись домой, она уложила Тарихаю в гостевой комнате, где та очень быстро уснула – переволновалась и сильно устала. А сама отправилась искать Надю, чтобы рассказать той о случившемся. Выслушав ее, ведьма только покачала головой и проворчала что-то о том, как много дур на белом свете.

На следующую ночь Михаила ждал приятный сюрприз – женщина, на которую он исподтишка поглядывал не первый день, внезапно оказалась в его постели. Жены заметили его взгляды и решили вопрос по-своему. На недоумение мужа они ответили, что будут рады новой подруге в доме, тем более, что Тарихая тоже любит кузнечное дело и умеет ковать. Кузнец долго мотал головой, пытаясь прийти в себя от такого подхода, но долго еще замирал на месте, не понимая, на каком он свете. Женщины при виде этого только хихикали в кулачки. Еще через два дня Михаил и Тарихая пошли в сельсовет и поженились – дварфа вписалась в семью Родниных, словно была для этого рождена. Зато три полуэльфийки отстали от кузнеца, им дали понять, что они не подходят ему.

Последние дни перед командировкой промелькнули незаметно, после чего Капа собрала нужные в долгой дороге вещи и рано утром отправилась в Надеждогорск, а оттуда через межсистемный портал в Ново-Марсианск. Там пришлось хорошенько побегать, прежде чем орка смогла найти, где формируется экспедиция. Это оказался вовсе не центральный космодром Нового Марса, а военный, расположенный в двухстах километрах от столицы. Добраться туда удалось не сразу. Благо помогли товарищи из НКВД, остановившие мечущуюся туда-сюда Капу и попросив предъявить документы. Ознакомившись с ними, посмеялись и посадили орку на попутный флаер, везущий что-то для отправляющейся экспедиции.

Как оказалось, Капа подняла серьезную волну своими запросами, партия и правительство заинтересовались новыми для Земли полезными животными и растениями, выделив для их закупки несколько тонн золота и более трехсот вместительных галеонов. Охраняли экспедицию в пути два корвета с «Петрограда» – «Стремительный» и «Разящий».

Возглавлял экспедицию Осип Максимович Швырин, опытный хозяйственник и агроном, причем выучился на такового он уже взрослым человеком, после сорока, а до того воевал сперва на Гражданской войне, а потом громил басмачей в Средней Азии. Человек был резкий и принципиальный, никогда и ни перед кем не прогибался, потому, возможно, и разошелся с троцкистами, примкнув к лагерю товарища Сталина во время большой чистки. Его помощниками были назначены Сергей Малышев, относительно молодой, но опытный зоотехник и, к ее невыразимому удивлению, Капа.

– А, вот и девчуля, благодаря которой все это завертелось, – удовлетворенно сказал Осип Максимович после того, как орка представилась. – Рад приветствовать. Садитесь, попейте чайку, сахар вон лежит. И расскажите, как вы видите предстоящее нам. А то до меня только общие слова и благие пожелания дошли. Надо все уточнить.

– Ну, я немного знаю о фермерстве в моем родном вольном городе Свархельме, – смутилась Капа. – Там никто таких животных, как на Земле, держать бы не стал, от них мало толку. Есть куда более производительные. Все, что знала, я написала в докладной Совету по колонизации. Лучше всего будет в Барсаме найти местных специалистов. Найти их будет несложно – нанять местных беспризорников, они там все знают и за небольшую плату покажут. Стоит также обязательно проверить рабский рынок, там обязательно будут продавать задолжавших мастеров, их можно выкупить и предложить войти в клан, галопом побегут. А бездомные пацаны и девчата помогут найти желающих наняться, а уж коли и им пообещать клан, то все сделают, чтобы мы довольны остались. Для нас, беспризорников, мечта попасть в большой клан – это все, но надежды на это ни у кого нет. А коли эту надежду дать…

– Горы свернут, – понимающе покивал старик. – Вот ты этим и займешься, девчуля. Или не девчуля уже? Замужем?

– Да, – улыбнулась Капа. – За Мишей-кузнецом, вместе с ним и второй женой его на Надежду отправились, колонизировать. Там мне в голову и пришло, что на новом месте лучше новых животных разводить, больше пользы будет. С одного гораса, например, тридцать тонн мяса и сала снять можно, причем почти бесплатного. Достаточно планктон засеять в нескольких километрах от берега, дождаться, пока созреет, и запустить туда детенышей. Через год-полтора можно забивать. Они страшно тупые, только плескаются на волнах и жрут. Их маги специальными жезлами забивают, звери просто засыпают, без страха, мясо в итоге чистое. А какое оно у них вкусное!

– Ну, это хорошо, завезем этих горасов, коли так, – кивнул Осип Максимович. – А вот этой вашей манечки с многоженством понять никак не могу. Зачем оно тебе хотя бы?

– Так женщин же много больше мужчин, – пожала плечами орка. – А каждая немного счастья хочет. Мы с Надей недавно еще одну жену в семью пригласили, отлично с ней уживаемся. Муж доволен. Мы все как сестры. Я – орка, Надя – человек, а Тари – дварфа. И ничего, все хорошо у нас.

– Да, мне этого не понять, – поежился старик. – Мне и одна-то жена все мозги чайной ложкой выедала, а три страшно представить. Но ладно, то ваше дело. Ты мне, девчуля, напиши все, что знаешь по зверям и растениям. Я слыхал, что есть там у вас куда урожайнее злаки, чем наши пшеница, рожь и ячмень. Это важнее мяса и молока! Хлеб – всему голова!

– Напишу, – кивнула Капа. – Но все равно лучше нанять местного агронома. Или выкупить.

– Этим сама занимайся, – поднял ладонь Осип Максимович. – Деньги на то тебе выделят, но с охраной пойдешь, чтобы не ограбили.

– Это да, на рынке большом что угодно может случиться, у меня знакомую девчонку тюкнули по голове и продали в рабство, – согласилась орка. – Очнулась, а она уже клейменая рабыня. Купили ее какие-то жрецы и в жертву принесли на площади… Три дня бедная умирала… Как она кричала…

– Это что ж за кошмар там у вас деется⁈ – откинулся на спинку стула старик, он выглядел потрясенным. – Да уж, такого даже у нас в царское время не было… Что б по голове и в рабство? Чего ж никто не восстает?

– Против кого? – грустно вздохнула Капа. – В каждом вольном городе либо своя власть, либо ее и вовсе нет, живут все, как боги на душу положат, без законов и правил. Пусть уж лучше власть хоть какая будет, а то совсем ужас. Рассказывали мне девчата из безвластных вольных городов, как там живется. В Свархельме по сравнение с ними – рай. Чего ж, как вы думаете, мы толпами кинулись, когда Советский Союз стал себе народ набирать? Того и кинулись, что появилась надежда жить там, где хоть какая защита имеется.

– Мда, – покрутил головой Осип Максимович. – Понял. Лады, иди отдыхай, девчуля, скоро отправляемся. Твоя каюта номер три, она слева от моей.

К следующему утру подготовка была завершена, корабли экспедиции снялись с гранитных плит космодрома и направились ко второй луне Нового Марса, на орбите которой уже несколько месяцев работал гигантский портал, ведущий в Миросплетение, на остров Советский. Путь их ждал неблизкий, до Барсама предстояло лететь почти неделю, слишком далеко оа располагался от известных СССР областей пены миров.