Текст книги "Дочь друга. Порочная связь (СИ)"

Автор книги: Хелен Кир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

44

– Глеб Сергеевич, Вы подпишите или мне позже зайти?

– Что?

– Я говорю… Вот. Бумаги.

Невидяще взираю на Лену. Она вся красная, как помидор. Время для меня со вчерашнего дня потеряло счет, поэтому не знаю сколько она передо мной стоит. Рассеянно черкаю в документе. Девочка смахивает в папку лист и быстро уходит.

Очнись, Авдеев. Приди в себя. Нельзя растекаться плавленной пластмассой. Жизнь продолжается.

Как мне свыкнуться с мыслью, что у меня есть сын. Невозможный факт. Но он есть и что теперь? Времени для размышления и действий было достаточно. Тест подтвердил отцовство. Неоспоримый факт. Девяносто девять и девять.

Всю жизнь я сторонился маленьких человечков, не представлял как оно быть чьим-то родителем. Только в кино и сериалах отец узнавая о наличии ребенка сразу откапывает внутри спрятанные нерастраченные чувства и бежит к нему, падая и спотыкаясь от умиления. В моем случае все не так. Я просто не знаю, что мне делать.

Нет, я свыкнусь и приму, тем более что Арсений с Алисой. Что теперь? Предложить ей выйти за меня? Я готов? Вот здесь да. Еще как готов.

В сорок три создать семью не поздно. Упустить такую, как она, дураком нужно быть. Смелая, самоотверженная и бог знает еще какая. Никому и никогда не удавалось меня привести в благоговейное изумление, а Алиса смогла. И снова дело не в этом. Я просто люблю ее. Невозможно, маниакально, дико.

– Убедился? – поглядывает, одевая Арсения.

– Так нужно было. Не осуждай меня, хорошо?

– Ну что ты, – смущенно улыбается. – Посмотри какой он хороший, Глеб. Красавец просто. Похож на тебя.

Разглядываю увлеченно играющего малыша. Отмечаю, как Алиса на него влюбленно смотрит. В очередной раз не могу понять, как она смогла? На поступок способны не многие.

– Нет.

– Вредничаешь? Похож. Еще как.

Она забрала моего сына. Ни на что не посмотрела. Пошла поперек всех, ни под кого не прогнулась. Ведь дело не только в том, каков диагноз поставили ей, тут иначе все. Она его взяла, потому что мальчик – мой.

Каскад мыслей ворочается. Не дает покоя. Я выбиваюсь из привычной среды, возможности впрыгнуть назад больше нет, потому что жизнь моя прежней не будет. Все изменилось. Глобальная перемена перевернула привычное восприятие последующих событий.

Ладно, хлопаю по столу. Мне бы хотелось кое-что выяснить и больше не возвращаться в прошлое. Без звонка решаю посетить старую знакомую Женю. Бессонная ночь спровоцировала на анализ ситуации и у меня есть подозрение.

Парковка у клиники пуста. Внутри тоже народа нет. Беспрепятственно прохожу к знакомому кабинету. Стучать смысла не вижу. Вежливость теперь не мое.

– Привет, Жень, – опускаюсь в кресло без приглашения.

Бледнеет и опускает глаза. Значит, я не ошибся. Значит, не бывает бескорыстных в отношении мужиков женщин. Все, мать их, претендентки на то или иное.

– Глеб, не ожидала.

Сцепляет руки в замок, начинает хрустеть пальцами. Нервничает?

– Как так вышло, Жень?

Говорю спокойно, голос не повышаю. Кричать на женщину нельзя.

– Что именно? – все еще пытается отстоять свой промах. Но на лице все написано, мне даже давить на нее не нужно.

– Сколько она тебе заплатила? За справку, что подтвердила отсутствие плода.

Женя вспыхивает. Не отвожу от нее взгляд. Мне интересна метаморфоза, что с ней происходит. По щекам рваные пятна идут. Злится и смущается, но вижу, что ни капли не жалеет.

– Я, как врач, должна была предупредить о последствиях. Для женщины очень важно…

Договорить не даю. Слушать оправдание последнее дело.

– Заткнись, Жень. Тебе оказывается важно было одно, ткнуть меня носом. Довольна?

– Да! – выкрикивает злобно. Вот оно! Вылезло. – Думаешь тебе одному было можно нами играть? Ты же ни одну не ценил. Помнишь, как со мной поступил? Попользовался и вышвырнул.

– Ты была не против необременительных отношений. Сама говорила. Разве не так? – мне не изменяет память, ясно помню каждое слово. – Так что не так?

– Ты дурак, Авдеев. Так и не разобрался в любящих тебя женщинах.

– Правда? А что для вас любовь? Мне очень интересно, Жень. Знаешь, такие как вы идут лишь к одной цели. Говоришь про любовь? А ты знаешь, что это? Знаешь?

– А ты? У тебя сердца нет. Чурбан бесчувственный. На аборт отправил и не дрогнул.

– Женя, она профессиональная содержанка. Америки для тебя не открыл. Думаешь, ребенок для нее желанен? Уволь и не неси ерунды. Не мне тебе объяснять средства достижения. Кстати, она и правду родила. Это тебе для справки, чтобы совесть была чиста. И бросила, как щенка. В приюте.

Глаза Жени наливаются слезами. Она закрывает лицо руками. Только мне не жаль. Медвежья услуга не приносит добра. Наплевать обманули ее или нет. Врачица лелеяла личную месть.

– И что с ребенком теперь?

– Не касается тебя. Я приехал сообщить, что с завтрашнего дня тебя начнут проверять. Если будешь умницей, то заявление сегодня напишешь. Если решишь бороться, санитаркой в больницу не возьмут. Всего тебе, Женя. Мне пора.

Сдавленные рыдания не могут разжалобить. По заслугам. Возвращаться больше к этой теме не планирую. Страница закрыта.

У меня есть еще одно дело. Вопрос в том, что сомневаюсь в выборе. Что любят такие женщины, как моя? Нестандартная же она у меня.

– Если Вы скажете по какому случаю подарок, смогу помочь.

– Обручальное. Для самой удивительной на свете. Есть такое?

– Насколько Вы любите свою женщину?

– Намного. Предлагайте.

– Так! – азартно потирает руки. – Желтый бриллиант, – выкладывает на бархатной подушке красивейшее кольцо. На что я мало смыслю в женских украшениях, но оно меня поражает, – в окружении белых. Шикарное. Огранка круглая. Ни одна не сможет отказать после такого кольца. Приобретете и гарантирую, Вы услышите заветное «да».

Кольцо я, конечно, покупаю. Не потому, что пафосно, не потому что меня убедили или по какой иной причине. Мне кажется, что оно подойдет Алисе. Тянуть не хочу. Она будет моей. При любых условиях станет Авдеевой.

Решаю намеченные дела сразу, без промедления. Поэтапно. Будто план выполняю. Звучит по-деловому холодно, но это и есть мое распределение работы. И от правильности выполнения зависит наша будущая жизнь.

И последнее дело на сегодня.

– Паш, нужно встретится.

Назначаю встречу в своем офисе. Если его понесет, то хотя бы не на глазах у других людей. За закрытыми дверями решим вопрос. Готовлюсь к любому исходу. Конфликта не миновать, понимаю прекрасно, но ради Алисы и не такое вытерпеть можно. Лучше будет, если я сам все объясню, смущать девочку перед родителями не хочу, поэтому заранее освобождаю от такой возможности.

Иду к решению вопроса, не останавливаясь. Беру на себя нашу будущую жизнь. Главным быть оставляю прерогативу за собой. Никуда больше моя малышка от меня не денется.

45

– Зачем ты с папой подрался? Нельзя было цивилизованно вопрос решить? Не дергайся, пожалуйста.

Глеб морщится, но дергаться перестает. Прекрасно. Лицо все в ссадинах. Бровь, скулы. Хорошо синяков нет. У папы глаз вон заплыл. Мама замучилась перекисью обрабатывать.

Гостиная разгромлена в хлам. Разбили все, что разбивалось. На наш позор даже соседи пришли спросить, все ли в порядке, но увидев сцепившихся озверевших мужчин поспешили убраться восвояси. Мама говорила, что дрались как два ошалелых подростка, хорошо, что Глебу хватило ума несильно мутузить в ответ папу, а так бы вообще ужас был. Хотя ужас и был. Убедилась в этом, когда пришла после разборок к родителям.

Не хочу вспоминать какую атаку я пережила. Отгребла за все: за Глеба, за сына, за «просранное будущее со старпером». Папа орал как громовержец, местами синел и захлебывался так, что даже мама заголосила и начала его осаживать.

Как же обидно было слышать такое. Неужели Авдеев прям такой старик? Да самый хороший брак, в котором разница в возрасте имеется. Глеб красивый, умный, подтянутый. А у моих ровесников некоторых уже брюхо торчит. Да не в этом дело! Авдеев во всех отношениях отличный, что мне его с кем-то сравнивать, когда за него душу готова на алтарь положить, разве не понятно?

И что же мне оставалось?

Я так же орала в ответ! Отстаивала свое право на счастливое будущее с яростью разбуженной медведицы. Когда-то я читала, что вытворяет шатун, когда просыпается в неурочный час. Примерно тоже самое было. Что теперь бегать от себя? Внутри меня выжжено огнем, что люблю Авдеева. Ну не смогу я без него. Никогда.

– Ничего страшного, – с серьезным видом целует пальцы. – Обычный разговор.

– Да уж, – ворчу я. – Как дети.

– Ты почему без Арсения?

Запоздало спохватывается о сыне. Я внутренне ликую. Постепенно приучается думать о ребенке. Он двигается не так быстро, как мне хотелось бы, но все равно я уверена, что Глеб станет лучшим отцом.

– Мама забрала его на ночь. Сказала, что нужно больше проводить времени с внуком.

В этом направлении тоже глобальные подвижки. Прошлой ночью у нас случился откровенный разговор. Я ей все-все без утайки сказала. Она была ошарашена, и плакала, и смеялась, и восхищалась. За долгое время мы наконец-то поладили. Она вновь стала моей номер один. Вот только папу подготовить не успела, конфликт случился раньше.

– Как он?

– Хорошо. Играет, хорошо кушает и радуется. Все, что положено здоровому счастливому ребенку.

Сын очень радует. Замечательный мальчик растет нам на радость. Смышленый, красивый и невозможно родной. Он так похож на отца, также хмурится, также улыбается.

– Угу, – задумчиво смотрит. – Удивительная моя. Поразительная. Как тебя не любить, м?

– Сильно любишь?

Спрашиваю, затаив дыхание. Он редко говорит о таком. Каждый раз в священный трепет прихожу. Услышать от Авдеева признание сравнимо с волшебством. Или что-то около того. Но стоит быть справедливой, в последнее время взгляд моего мужчины выразительнее слов.

– Все ты знаешь, детка. Без моего подтверждения. Да?

– Наверное.

– Наверное? Смеешься надо мной? – угрожающе склоняется.

Смеюсь, но на всякий случай отползаю назад. Глеб отшвыривает мои скудные медицинские препараты в сторону, блокирует движения. Нависает, пристально впивается взглядом. Он такой красивый. Ссадины придают хулиганский вид, отросшая челка свисает на лоб. Такой сексуальный. Он самый лучший, самый-самый.

Горячая влага заливает глаза. От переполняющих чувств рассыпаюсь. Меня перекручивает, как веревку. Как же я его люблю. Кто бы знал, что внутри меня на самом деле творится.

– Мой Глеб, – от переизбытка шепчу, глажу лицо, касаюсь губами царапин, – ты мой Авдеев. Навсегда. Я тебя выбрала. Понимаешь? Я всегда знала, что ты будешь моим первым.

Глеб мгновенно серьезнеет. Поднимает нас, сажает меня к себе на колени.

– И единственным. Знаешь, что значишь для меня, Алис?

Прижимаюсь лбом к его и качаю головой. Не знаю. Догадываюсь, но в полной мере не представляю.

– Так вот. С тобой я всего хочу. Семью. Свадьбу, если она тебе нужна будет. Все же девочки мечтают о платье? Сына буду любить. Если захочешь, снова пройдем обследование и еще детей сделаем. Я узнал, доктор твой ничего не стоит. На днях подыскал хорошего спеца, пусть тот кусок дерьма со своими диагнозами на хер идет. Хочешь еще детей, Алис?

– Хочу, – еле слово выговариваю. Я не знала, что он так много успел. Не знала. Завивается стружкой душа, сворачивается и разворачивается за краткое время миллион раз. Не успеваю дышать нормально, сердце выскакивает. – От тебя хочу.

– Будут, малыш. У нас с тобой все будет. Двое? Трое? Сколько хочешь?

Он говорит очень весомо, и я ему верю. Вдруг мне становится жарко. Никогда не приходило в голову сходить еще к кому-то из докторов. Просто проходила обычные анализы, глубинно больше не хотела смотреться. Да и Авдеева рядом не было. Для кого и чего стараться нужно было?

– Спасибо.

– Смешная… Это тебе спасибо, – тепло улыбается он, осыпая нежными поцелуями. – Остался последний вопрос. Готова?

– Ты сегодня меня сильно удивляешь, Глеб.

Он молча встает и куда-то уходит. Закутываюсь в плед, любуюсь видом из окна. Событий настолько много, мысли бурлят и никак дрожь не проходит. Когда Авдеев появляется тело и вовсе функционировать перестает.

– Алис, – идет, не выпуская руки из карманов. – Ты самое лучшее, что случалось со мной. Знаешь? Знаешь. Ты моя. Была. Есть и будешь. Согласна всю жизнь со мной? Выйдешь за меня? – из кармана на свет появляется шикарнейшее кольцо. – Давай по-взрослому, малыш?

В ответ лишь киваю. Дыхание вовсе пропадает. Люблю. Больше всех на свете.

– Да. Да-да-да!!!

Самый счастливый момент, самый-самый. Могла ли я тогда хоть на минуту предположить, что все получится. Нет. Я Любила Глеба просто так, вопреки всему. Он был и остается для меня главным человеком на всей земле.

С радостью принимаю кольцо, я бесконечно счастлива.

– Любимая моя, – сдергивает покрывало мой идол и сам раздевается, – иди сюда. Скорее, Алиса почти Авдеева. Или на хрен почти? Иди быстрее. Я так тебя…

___

Несколько лет спустя.

– Я счастливая. Я такая счастливая, родной. У нас получилось.

Алиса светится. Почти подпрыгивает и размахивает бланком с прикрепленным к нему черно-белой фотографией. Реальное подтверждение нашей нерушимой клятвы.

– Я обещал тебе.

– Знаю, я знаю. Ты все выполняешь, что обещаешь нам.

Сжимаю жену в руках, нет счастливее нас на свете. Она беременная. У нас и правда получилось. Кстати, врач тот ошибся наполовину. Шансы все же были, и мы их использовали. Длительное лечение дало свой результат. Не без психов обошлось, но прорыдавшись, моя сильная жена, сцепив зубы вновь и вновь выполняла рекомендации врачей.

Я помогал, чем мог и как мог. Всегда и везде был и остаюсь рядом. Она мое всё. И какое бы решение не приняла, я принимаю его тоже безоговорочно. Мы единое целое. По-другому быть не может.

Каждый день просыпаюсь и первое что делаю, сгребаю жену и пододвигаю ближе. Хочу ее чувствовать всегда. Мне визуала критично мало. Нахожу любую возможность, чтобы без конца трогать и ощущать ее непередаваемое магнетическое тепло.

Вот и сейчас.

Глажу малышку по спине, забираюсь под волосы на затылке и целую, куда попаду. А она ревет от счастья. Такая эмоциональная стала. Пока качаемся в объятиях друг друга, шепчу ей ободряющие слова, уверяю, что, как всегда, мы со всем справимся. Считаю минуты ровно до того, как к нам прибежит Арсений. И не ошибаюсь. Одна минута сорок секунд. Бах!

– Мам, ты что плачешь? – встревоженный голос Арса врывается в уши.

Он обнимает нас обоих, практически виснет на мне, снимая вес с Алисы, лишь рукой ее бережно обхватывает. Красавчик. Всегда мать бережет. И хотя мы с сыном любим друг друга неменьше, но с мамой у Арсения особая связь. Я не ревную. Считаю, это более чем нормально.

– Все хорошо, сын, – отрываюсь от жены, треплю за макушку.

– Пап! Что ты как с маленьким! – нарочито отворачивается, а я счастливо смеюсь. Вредный и упорный, весь в меня.

У нас с сыном свои дела. Мальчуково-мужские решаем успешно. Иногда, смотря на сына, с бегущим холодом по спине думаю о том, что не дай Бог, мог бы о нем никогда не узнать. Представить не могу такого. Мой мальчик, мой лучший сын. Мой! И все это благодаря несгибаемой и вместе с тем нежно любимой девочке, обожаемой Алисе Авдеевой.

– Если говорить о маленьких, – тяну с расстановкой. – Брата хочешь?

Глаза Арса восторженно сверкают, но как подобает парню, он нарочито хмурится и выдает, свернув губы трубочкой.

– Ох, наконец-то, а я уж думал все. Каюк. Один буду, как палец в носу. Конечно да! Зачем ерунду спрашиваешь? А когда же он уже появится?

– Скоро, Арсений, – целует Алиса сына, – очень скоро.

Моя семья. Мой любимый сын, драгоценная жена. Мой мир.

А дерево мы уже посадили, и дом тоже построили.

Конец.

От автора

Глеб и Алиса будут очень счастливы. Они заслужили. Свое тепло, любовь и радость пронесут до глубокой старости. Арс будет прекрасным сыном. В определенный момент родители расскажут ему правду, но он воспримет ее почти вскользь, потому что Алиса для него самая важная женщина. Кивнет и скажет: «Мам, ей-богу, не хочу ничего знать. Иди сюда, дай обниму тебя. Ты моя – мамуля. Другой быть не может».

Кстати, да. У Авдеевых будет двойня)

* * *

Спасибо всем, кто был со мной все это время. Благодарю за комментарии. Они для меня очень важны, потому как нет ничего более прекрасного, когда получаешь обратную связь от любимого читателя. Благодарю за награды и звезды. Спасибо большущее.

С огромным уважением к вам – ваша Х.К.

* * *

20 мая приду с новой историей. Не измена и не развод. Как всегда, про лютую любовь. Ох… Девочки, приходите. Что же там буде-е-е-т… Гр-р-р! Не разочарую. Бешеную парочку заказывали? ….

Дочь врага. Обещаю, будет больно.

Скоро!