Текст книги "Инженер. Система против монстров 11 (СИ)"

Автор книги: Гриша Гремлинов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 5
Радио

Ходовая рубка «Москвы-203» располагалась на верхней палубе, в носовой части. Типовая компоновка для прогулочных теплоходов проекта «Москва»: панорамное остекление по периметру, штурвал с гидравлическим приводом по центру, слева – пульт управления двигателями с двумя рукоятками машинного телеграфа, справа – радионавигационный пост.

Я подошёл к правой консоли. Судовая УКВ-радиостанция «Icom IC-M330». Компактный аппарат закреплён на кронштейне над приборной панелью. Двадцать пять ватт выходной мощности, все стандартные международные каналы, как и доложил Прометей. Антенный кабель уходил вверх, к штыревой антенне на мачте. Я щёлкнул тумблером питания. Дисплей загорелся зелёным, из динамика пошло ровное шипение статики. Работает.

В рубку вошли Искра и Степан.

– До «Рыси» отсюда километров восемьдесят, – сказал я, не оборачиваясь. – При двадцати пяти ваттах и антенне на мачте, над водой – теоретически добьёт, если у них есть ретрансляторы. Вопрос в другом: стоит ли.

– Не стоит, – мгновенно отреагировала Аня. – Оттуда этот Леонид с его птичкой. Не-а. Мне эта «Рысь» уже заранее не нравится.

– Не уверен, что Леонид вообще связан с «Рысью», – возразил я. – Мы знаем только то, что он летает на Крикуне и носит военную одежду. Остальное он сам рассказал, никаких подтверждений его слов у нас нет, а «Рысь» ведёт открытое вещание. Любой мог услышать и использовать это название в качестве прикрытия. Так что Лёня может быть откуда угодно. Но и уверенности, что «Рысь» безопасна, тоже нет.

– Расклад простой. Если Леонид действительно с «Рыси», то они уже знают координаты нашей базы. Контакт ничего не ухудшит. Если действовал по собственному почину или вовсе не оттуда, тогда нас ждёт неизвестность. В обоих случаях нужна разведка.

Степан кивнул, потирая подбородок запачканными маслом пальцами.

– Самое разумное – использовать теплоход как мобильный радиоузел. Пройти вверх по реке, провести сеанс связи. Сначала короткий, без конкретики. Только запрос на опознавание. И быть готовыми к любому исходу, включая артобстрел по пеленгу. Сразу после передачи нужно живо менять позицию.

– У меня идея получше, – сказал я и выключил радио.

Мы покинули теплоход, забрав с собой блоки ECU. На причале я остановился, развернувшись лицом к «Москве-203».

Запущен интерфейс «Техно-Око».

Устройство: Дрон-разведчик «Стрекоза-2» (ID: 28).

Статус: Активно.

Протокол: Патрулирование, сопровождение объекта «ID: Алексей Иванов».

Связавшись со «Стрекозой», отдал приказ на полное сканирование судна, включая радиостанцию.

Активирован навык: «Сканирование устройств».

Цель: Прогулочный теплоход «Москва».

Сложность объекта: Высокая.

Приблизительная стоимость: 200 маны.

Маленький дрон, круживший над причалом на высоте тридцати метров, затрепетал прозрачными крылышками сильнее и спикировал к теплоходу. «Стрекоза» пронеслась вдоль борта, из её сенсорного модуля вырвался тонкий веер голубого света.

Лучи скользили по корпусу ровной решёткой, методично прочёсывая каждый квадратный сантиметр обшивки. Нос, борта, палубные надстройки, рубка. Лучи просвечивали всё насквозь. В моём интерфейсе в реальном времени разворачивалась трёхмерная модель судна со всей начинкой. Дрон нырнул ниже, пробежал лучами по ватерлинии и килю, насколько позволяла осадка, потом взмыл обратно и прошёлся по мачте с антенной.

Радиостанция «Icom» развернулась отдельным окном. Синтезатор частот на микросхеме PLL, кварцевый генератор опорной частоты, усилитель мощности на полевых транзисторах, согласующая цепь антенного тракта. Всё до последнего керамического конденсатора.

Двадцать секунд, и «Стрекоза» вернулась на прежнюю высоту, а мне пришло сообщение от Системы.

Сканирование завершено. Анализ структуры…

ВНИМАНИЕ!

Создан новый чертёж: Прогулочный теплоход «Москва».

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 300 × 3 = 900

Неплохо за одно сканирование.

– Прометей, – сказал я.

– Слушаю, Создатель.

– Отбой.

Голубая вспышка. Андроид исчез, растворившись в свете. Я развернулся и зашагал к «Ленд Крузеру». Аня и Степан переглянулись и двинулись следом.

* * *

Поток воды висел в воздухе между ладонями Чайки. Девушка держала его ровно, но её взгляд блуждал по стенам мастерской, по стеллажам с деталями. Она смотрела куда угодно, только не на меня.

Я сидел неподвижно. Монокуляр «Всевидящее Око» плотно сидел на голове, закрывая левый глаз. Через его линзу я видел энергетическую структуру навыка. Потоки маны, которые Чайка вкладывала в воду, разворачивались передо мной, как чертёж.

Прозрачный шестигранник Энергетической Матрицы лежал на столе. Внутри него я выстраивал копию увиденного. Силовые контуры ложились слой за слоем. Хаотичная энергия кристалла подчинялась воле и упорядочивалась в трёхмерную структуру. Каждый виток соответствовал тому, что делала Чайка.

Последний контур встал на место. Матрица завершена. Я снял монокуляр и положил на стол.

– Всё.

Чайка моргнула. Вода между её ладонями дрогнула и с тихим плеском осела в подставленную миску. Девушка опустила руки и поднялась со стула.

– Спасибо, – тихо сказала она. Помедлила у ступеней, обернулась. – Алексей, я… Мы тут с ребятами поговорили. Все вместе. Рейн тоже.

Я поднял взгляд.

– Мы хотим вступить в вашу фракцию. Все. Единогласно.

Пауза длилась ровно столько, сколько нужно, чтобы кивнуть.

– Это отличная новость, – сказал я, хотя не сомневался, что они вступят.

Чайка улыбнулась – быстро, почти украдкой – и вышла. Дверь за ней закрылась с мягким щелчком.

Я повертел Матрицу в пальцах, разглядывая застывшие внутри контуры. Водяная стихия. Второй тип для коллекции. А всего за сегодня я снял слепки почти с сотни навыков, теперь есть где разгуляться. Но не любой навык оказалось возможно скопировать, в основном атакующие, стихийные проще всего. Силу приручителя воспроизвести не вышло, детектор лжи Ершова тоже. Ментальные силы вообще не хотели запечатлеваться в камне, сколько бы ребята мне ни позировали. Я видел структуру, но она была слишком подвижной, переменчивой, так что поймать её в кадр не вышло.

– Создатель, – произнёс Прометей, выводя меня из дум. – Позвольте отметить. На протяжении всего сеанса у субъекта «Чайка» фиксировалась частота сердечных сокращений в диапазоне от девяноста двух до ста четырёх ударов в минуту. Это на тридцать семь процентов выше нормы покоя для её физических параметров. Кроме того, зафиксированы микротремор кистей рук и расширение зрачков при визуальном контакте с вами. Вместе с лёгким румянцем это свидетельствует о…

Я убрал Матрицу в инвентарь и перебил:

– Прометей.

– Слушаю.

– Давай лучше поработаем.

– Принято, Создатель.

Я открыл список чертежей дронов.

– Догадайся, чего не хватает нашим птичкам?

– Вооружения для тяжёлого воздушного огня, – немедленно ответил Прометей. – Дроны класса «Пессимист-1» используют патрон девять на восемнадцать миллиметров ПМ. Против серьёзных мишеней это клинически неэффективно. Малый импульс пули, низкая начальная скорость, минимальная пробивная способность.

– Всё так.

Я развернул чертёж «Пессимиста-1» и уставился на него с тем неприятным чувством, с каким смотрят на инструмент, который ты сам спроектировал, а он тебя подвёл. Ну, по факту ещё нет. Потому что в реальный бой им вступать пока не пришлось. Дрон-то неплохой. Для своей задачи считай отличный. Небронированная пехота, мелкие мутанты. Но сегодня мне требуется что-то принципиально иное.

– Проблема в том, – сказал я, откидываясь назад и потирая подбородок, – что любой нормальный военный дрон с оружием сразу упирается в два ограничения. Первое – подъёмная сила. Второе – отдача.

– Верно, – подтвердил Прометей. – «Пессимист-1» построен на базе квадрокоптера с четырьмя несущими винтами. Грузоподъёмность оружейного модуля составляет около трёх с половиной килограммов. Калибр оружия продиктован именно этим ограничением, а не тактическими соображениями.

– Зато отдача при стрельбе из ПМ почти не влияет на стабильность. Мы решили проблему отдачи за счёт выбора слабого патрона, – я поднял палец. – А теперь я хочу решить её по-настоящему. Поставить на дрон что-то серьёзное и не дать этому серьёзному опрокидывать машину при каждом выстреле.

Прометей немного помолчал. Лёгкое жужжание вентиляторов системы охлаждения.

– Предлагаю начать с аналитики. Ограничения системы определяются физикой. Импульс отдачи складывается из импульса пули и пороховых газов, – он немедленно начал выводить цифры на боковой голографической панели. – Патрон семь и шестьдесят две сотых на пятьдесят четыре миллиметра с рантом, стрелковый вариант из пулемёта ПКП. Масса пули девять целых шесть десятых грамма, стандартная лёгкая. Начальная скорость из ствола ПКП – восемьсот двадцать пять метров в секунду. Суммарный импульс отдачи одного выстрела с учётом пороховых газов – около двенадцати ньютон-секунд. Темп стрельбы пулемёта ПКП – шестьсот пятьдесят выстрелов в минуту, или около одиннадцати выстрелов в секунду. Непрерывная результирующая сила отдачи в среднем около ста тридцати ньютонов.

– Больше тринадцати килограммов динамической нагрузки, – перевёл я. – В пересчёте. При весе дрона пять-шесть кило.

– Точно. При условии жёсткого крепления оружия к раме дрон будет опрокинут и утратит управление уже на первых очередях. Решение существует, но оно нетривиальное.

– Я знаю, какое решение, – я открыл новую вкладку в «Разработке Чертежей» и начал набрасывать скелет конструкции. – Смотри. Нам нужен октокоптер. Восемь несущих винтов вместо четырёх. Грузоподъёмность в два-три раза выше. И самое главное, при выходе из строя одного-двух двигателей платформа продолжает лететь, перераспределяя нагрузку. Восемь – это резервирование.

– Масса октокоптера с усиленными двигателями и батареей ориентировочно пять-шесть килограммов, – просчитал Прометей. – Полезная нагрузка с учётом энергетической батареи малого уровня до двенадцати-пятнадцати килограммов.

– Берём «Печенег». Полная масса восемь с небольшим килограммов. Но нам не нужен приклад, сошка, прицельные приспособления. Для дрона оставляем голый механизм с электроспуском, – я прикинул. – Это примерно шесть кило. Плюс короб с лентой на сто патронов – около трёх с половиной килограммов. Итого порядка десяти кило на оружейный модуль. Остаток маневренности приемлемый.

– Но это не решает проблему отдачи.

– Нет, – согласился я. – Проблему отдачи решает вот это.

Я начал рисовать узел подвеса.

– Оружие не крепится жёстко к раме. Оружие висит на активном трёхосевом гиростабилизированном подвесе. Как камера на съёмочном дроне, только в сотни раз мощнее. Подвес имеет три степени свободы: крен, тангаж, рыскание. Когда оружие стреляет, импульс отдачи на долю секунды разворачивает ствол. Система гиростабилизации мгновенно это фиксирует и компенсирует с помощью скоростных серводвигателей в шарнирах подвеса.

– Тогда импульс отдачи не передаётся на несущую раму напрямую, – произнёс Прометей.

– Правильно. Он гасится в кинематике подвеса. Тело дрона получает сглаженный остаток, который легко компенсируется разницей тяги восьми двигателей, – я остановился, перепроверяя расчёт. – Но есть ещё одна хитрость. Мгновенный импульс отдачи при стрельбе очередями нарастает. Нельзя стрелять в штатном темпе с такого подвеса – кинематика не выдержит. Значит, снижаем темп. Ограничение в блоке управления: не более двухсот пятидесяти выстрелов в минуту, как и у первой версии «Пессимиста». Четыре выстрела в секунду. Средняя нагрузка падает вдвое, система справится.

– Принято, – Прометей прокрутил голографическую модель. – На двухстах пятидесяти выстрелах в минуту средняя сила отдачи падает примерно до пятидесяти ньютонов. Активный подвес с серводвигателями суммарным крутящим моментом около тридцати ньютон-метров справится с этим с запасом. Масса такого подвеса около полутора-двух килограммов.

– Итого масса оружейного модуля с подвесом около двенадцати килограммов, – подвёл итог я. – Укладываемся в грузоподъёмность октокоптера. Назову модель «Пессимист-2». Платформа с единым пулемётом огневой поддержки. Убийца всего, что не носит броню, включая мутантов средней паршивости. И, – я снова поднял палец, – обратимо. Модульная конструкция. Оружейный модуль снимается, на его место встаёт другой. Платформа универсальная.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: Боевой дрон огневой поддержки «Пессимист-2».

Базовое оружие: ПКП «Печенег» (облегчённый), калибр 7,62×54 мм R.

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 100 × 3 = 300

Я потёр руки.

– Хорошо. Теперь второй вариант, – я развернул соседнюю вкладку, скопировал базовую схему октокоптера с гиростабилизированным подвесом и начал менять оружейный модуль. – Гранатомёт.

– Подствольный гранатомёт ГП-34, – немедленно сказал Прометей. – Однозарядный, под выстрел ВОГ-25 калибром сорок миллиметров. Масса чуть больше килограмма без выстрела. Один выстрел около двухсот пятидесяти граммов.

– Однозарядный – это плохо, – поморщился я. – Выстрелил, перезарядил, тридцать секунд потеряно. За это время цель либо убежит, либо зарядит дроном в стену. Нам нужен магазинный вариант.

– Барабанный гранатомёт, – предложил Прометей.

– Именно. Смотри, – я начал рисовать. – Берём принцип работы барабанного гранатомёта. Цилиндрический барабан на шесть гнёзд, каждое под выстрел ВОГ-25. Привод поворота барабана электромеханический, от серводвигателя. После каждого выстрела барабан проворачивается автоматически, досылая следующий выстрел в казённик. Темп стрельбы ограничен временем прокрутки барабана – один выстрел в полторы-две секунды. Но это и хорошо. Медленный темп, низкая отдача от одиночного выстрела, подвес справляется.

– Масса такого оружейного модуля? – уточнил Прометей, уже начав считать.

– Сам ствол с казёнником граммов восемьсот. Пустой барабан около килограмма с половиной. Шесть выстрелов полтора килограмма. Механизм поворота и подвес дадут ещё килограмма два. Итого около шести-семи килограммов. Значительно легче пулемётного варианта. Можно уменьшить октокоптер или добавить третий вариант снаряжения, – я задумался. – Назову «Пессимист-3». Подрывник.

– Площадь поражения одного ВОГ-25 при разрыве – убойные осколки в радиусе до трёх-пяти метров, ранения до семи, – добавил Прометей. – Шесть выстрелов против плотной группы противника или для разрушения укреплённой огневой точки.

– Или для того, чтобы засунуть три-четыре гранаты в окно к врагу, пока наши удерживают периметр снаружи, – я добавил деталей в чертёж. – Кстати, для такого применения нужен хороший прицел. Лазерный дальномер, баллистический калькулятор в блоке управления. Дрон должен сам рассчитывать траекторию навесной стрельбы. У ВОГ-25 начальная скорость всего семьдесят шесть метров в секунду, граната летит по крутой дуге. Но на дистанциях до двадцати-тридцати метров траектория вполне предсказуемая.

– Это вопрос программирования, а не конструкции, – заметил Прометей. – Баллистическая таблица ВОГ-25 выглядит следующим образом…

– Отлично, – согласился я, посмотрев. – Теперь схему закончим.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: Штурмовой дрон огневой поддержки «Пессимист-3».

Базовое оружие: Барабанный гранатомёт (6×40 мм, выстрел типа ВОГ-25).

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 100 × 3 = 300

Я встал, прошёлся по мастерской, размял плечи, поморщился. Налил минералку из бутылки, выпил залпом.

Подошёл к дальнему углу мастерской, где на металлическом стеллаже стояла камера магического облучения МО-1. Достал из инвентаря пачку аскорбинок с глюкозой.

Вставил в МО-1 нужную Матрицу, заменил кристалл на свежий. Положил пачку таблеток внутрь камеры, выставил время, закрыл дверцу и нажал кнопку. Тихое гудение. Голубое свечение «магии интеллекта» за тёмным стеклом. Двадцать секунд. Писк, сообщающий о готовности. Открыл дверцу.

Таблетки выглядели почти так же. Только теперь от них исходило едва заметное мерцание.

Предмет: Пилюли «Прозрение гения» (40 шт.)

Тип: Стимулятор

Эффект: Интеллект +10 на 1 час.

Улыбнулся. Сработало! Достал из пачки одну таблетку и закинул в рот. Кисленькая, сладковатая. Ощутил, как по нейронам прокатывается животворящая волна. Всё сразу стало чётким. Прямо сейчас мне слишком много ума не требуется, но проверить стоило. Раз получилось, это значит, что у нас теперь будет бесконечный запас любого магического препарата, нужно только получить одну порцию образца.

Убрал в инвентарь. Вынул Матрицу, заменил на другую – с отпечатком эффекта физического усиления от Бори. Достал вторую пачку аскорбинок. Загрузил, закрыл, нажал, снова гудение и свечение, сигнал о готовности. Щелчок открытия.

Предмет: Стимулятор «Звериная сила» (40 шт.)

Тип: Алхимический препарат.

Эффект: Сила +200% на 10 мин.

Ну вот, два вида баффов. И всё из аптечной аскорбинки. Люблю такие моменты. Сделаю ещё пару пачек и разошлю берсеркам, Варягину и всем, кому может пригодиться.

– Теперь главное, – я сел обратно и снова открыл пространство разработки. – Боевые дроны – это мышцы. Но без нервной системы мышцы бесполезны. Мне нужны глаза и уши на расстоянии. Дальше, чем «Техно-Око» может дотянуться напрямую.

– Ограничение работы «Техно-Ока» зависит от вашего текущего уровня, – подтвердил Прометей.

– Поэтому нам нужны ретрансляторы. Дроны, которые будут висеть высоко в воздухе и работать как вышки сотовой связи. Такой дрон принимает мой сигнал, усиливает и перебрасывает дальше к разведчикам, к «Пессимистам», к кому угодно. А их сигналы идут обратно ко мне. Плюс он ретранслирует обычные радиочастоты. УКВ, например. Подвесить такую штуку на высоте трёхсот метров, и мы получаем радиогоризонт в шестьдесят с лишним километров.

– Шестьдесят два километра при высоте триста метров, – уточнил Прометей. – Для «Техно-Ока» аналогично, при условии, что протокол связи адаптирован под ретрансляцию.

– Адаптируем, если потребуется, но вряд ли. «Техно-Око» работает с любой техникой, до какой может дотянуться, при условии наличия хотя бы скудных мозгов. Главное, что можно обойтись без оружия. Только антенны, камеры, усилитель сигнала и мозги, чтобы не терять частоту. Вся полезная нагрузка уходит на батарею. А значит, он может висеть в воздухе часами, с хорошим кристаллом даже сутками.

Я набросал силуэт. Лёгкий гексакоптер – шесть винтов, компактная рама. Под брюхом модуль связи с направленной антенной, штыревая всенаправленная для УКВ-ретрансляции и маленький процессор-маршрутизатор, который разруливает потоки данных между всеми каналами. Ещё камера.

– Масса полезной нагрузки два килограмма, – прикинул я. – Остальное на энергоблок, но он лёгкий.

– А если выстроить цепочку из нескольких таких дронов? – подхватил Прометей. – Каждый ретранслирует сигнал следующему. Дальность покрытия кратно увеличивается.

– Вот именно, – я ткнул пальцем в голограмму. – Три ретранслятора в цепочке, и я управляю «Стрекозой» за сто восемьдесят километров от базы, сидя в кресле с чаем. А десятка… десятка может хватить, чтобы проверить, что стало с моими родителями в Курске.

– Вы никогда не говорили, что у вас есть живые родственники, Создатель.

– Потому что не знаю, живы ли они, – буркнул я. – Но перед отправкой дронов в такую даль нам придётся провести ряд экспериментов на ближней дистанции и отработать взаимодействие всех типов дронов.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: Дрон-ретранслятор «Эхо-1».

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 100 × 3 = 300

Я активировал чертёж и сразу запустил производство. Раму и лучи гексакоптера в «Тигель», в качестве материала алюминиевая болванка.

Активирован модуль: «Тигель Инженера».

Температура: 750 °C

Состав сплава: Алюминий 91%, кремний 8%, магний 0,5%, примеси 0,5%

Объём: 820 г.

Форма для литья: Рама гексакоптера (1), лучи крепления двигателей (6).

Пока «Тигель» работал, я достал из инвентаря готовые компоненты. Шесть бесколлекторных двигателей. Регуляторы скорости, пропеллеры, антенны, камера, энергетическая батарея. Процессорную плату маршрутизатора собрал на «Нано-Принтере» – двадцать маны и три минуты терпения.

Изготовлен компонент: «Рама гексакоптера» (1 шт.)

Изготовлен компонент: «Луч крепления» (6 шт.)

Получено опыта: 70

Всё. Компоненты готовы. Я перебросил детали на «Верстак».

Активирован модуль: «Верстак Инженера».

Загружен чертёж: Дрон-ретранслятор «Эхо-1».

Режим: Финальная сборка.

Все компоненты в наличии.

Стоимость: 40 маны.

Начать сборку?

Да/Нет

Голограмма вспыхнула. Детали закружились внутри виртуального пространства, находя друг друга с мягкими щелчками.

Сборка завершена!

Изготовлен предмет: Дрон-ретранслятор «Эхо-1».

Тип: Воздушная платформа связи.

Описание: Беспилотный ретранслятор для расширения зоны покрытия интерфейса «Техно-Око» и УКВ-радиосвязи. Рабочая высота до 500 м. Автономность зависит от кристалла.

Получено опыта: 90 × 3 = 270

Я откинулся на спинку стула. Передо мной на столе лежал аккуратный серебристый аппарат. Лёгкий, с шестью сложенными лопастями и парой антенн, торчащих как усики насекомого. Незаметный, но способный раздвинуть границы моего мира на сотни километров. Я улыбнулся.

– Прометей. Давай сделаем ещё парочку. Пора проверить, что там за «Рысь» такая.