Текст книги "Инженер. Система против монстров 10 (СИ)"

Автор книги: Гриша Гремлинов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Гриша Гремлинов, Сергей Шиленко
Инженер. Система против монстров – 10

Глава 1
Магнетизм – не игрушка

Два стальных зубчатых круга появились в воздухе передо мной. Вспышка погасла, и они рухнули вниз, вонзившись в землю.

Циркулярные диски для пилы. Сталь 75Х, диаметр четыреста пятьдесят миллиметров, зубья победитовые. Каждый весил примерно два с половиной килограмма. Ровный, хорошо отбалансированный инструмент, изначально предназначенный для работы с металлом.

Активирован навык: «Магнитный Захват».

Этот навык работал иначе, чем всё остальное в моём арсенале. Никаких инструментов, никаких чертежей, никакого крафта. Только разум и поле. Я протянул руки вперёд, растопырив пальцы. И почувствовал это.

Сперва, как слабое покалывание в кончиках пальцев. Потом, как нарастающее давление в ладонях, будто держишь одновременно два одноимённых полюса мощного магнита. Затем магия распространилась в пространстве.

Странное, ни с чем не сравнимое ощущение. Словно мои нервные окончания вытянулись за пределы тела. Поле сгустилось вокруг дисков. Невидимая рука, которая охватила металл со всех сторон. Энергия, которая проникла внутрь. Я чувствовал каждый атом железа в этих предметах.

Диски задрожали.

А потом оторвались от земли.

Пять килограммов стали просто поднялись в воздух. Никакого шума, никакого видимого механизма. Просто два диска, зависших в метре от земли и медленно покачивающихся, как поплавки на воде. Зубья поблёскивали. Одна из мыслей, которая мелькнула на фоне концентрации: вот теперь я понимаю, как себя чувствовал Магнето. Неплохо, должен признать.

Теперь переходим к делу.

Я сосредоточился и начал вращать.

Поле изменило направление. Я создал два разнонаправленных вихря вокруг каждого диска. Они подхватили вращение. Сначала медленно, потом быстрее, быстрее. Зубья слились в сплошные кольца, вокруг которых начал подниматься тонкий вой – чистый, ровный, как звук циркулярной пилы. Только без мотора. Потому что мотором служила моя воля.

Сопротивление нарастало. Это не имело отношения к физической усталости, мышцы в процессе не участвовали. Просто ментальное напряжение. Такое, какого я ещё никогда не испытывал. Удерживать два разных объекта в режиме движения одновременно – это как пытаться решать два сложных уравнения параллельно, не путая переменные. Поле требовало постоянной коррекции, постоянного внимания. Я ощущал себя так, как в детстве, когда учился удерживать равновесие на велосипеде. Чуть отвлёкся, и всё завалилось.

Со «Стрекозой» я больше связь не поддерживал. Выключил, чтобы не распылять внимание. Потому не знал, что сейчас происходит на холме. Слышал отдалённые крики, пробивающиеся сквозь вой Левиафана, но крики в основном принадлежали берсеркам.

Нужно больше маны… жалеть не будем.

Оба диска ускорились. Теперь они превратились в два вращающихся снаряда.

– Борис, – произнёс я спокойно, но динамики усилили мой голос. – Медведь. Уберите руки от крыльев.

Краткая пауза.

– Чего это вдруг? – отозвался Борис, он не видел моих фокусов.

– Потому что я сейчас запущу туда кое-что вращающееся, и не хочу потерять вас по глупости.

Медведь не стал спрашивать. Он просто разжал руки и мягко приземлился на землю, отшагнув на пару метров. Борис выругался, но тоже отпустил. Левиафан почувствовал, что хватка ослабла, и снова потянулся вверх. «Кровавые Путы» Рейн держали, но едва. Она уже не поддерживала их, они распадались на глазах. Секунды три, не больше.

Я прицелился.

Голова монстра. Широкая и плоская. Мозг где-то там внутри. Скаты – хрящевые рыбы, у них мозг маленький, расположенный между глаз, чуть выше ротовой полости. Но то у обычных скатов. А это мутант, у него может быть что угодно и где угодно, хоть извилины в заднице. Однако ничего лучше у меня нет, так что действуем.

Первый снаряд ушёл.

Магнитное поле выбросило его как из пращи. Стальной блин ударил в левую сторону черепа монстра. Туда, где, по моим расчётам, должен был находиться мозговой отдел. Зубчатая кромка вспорола шкуру, прошла сквозь мышцы и ударила в кость. Я ощутил этот удар, словно мои собственные пальцы наткнулись на твёрдую преграду.

Лезвие застряло.

Вторую циркулярку я направил чуть левее. Она вошла в голову под другим углом, прорезала ткани на одной долгой неприятной ноте и… вылетела с другой стороны! Окровавленная, уже теряя скорость, она пронзила череп насквозь и устремилась дальше, в воздух. Я перехватил её полем. Остановил. Развернул.

Левиафан взревел, но не упал.

Первый диск вырвался из кости, разогнался и снова ушёл в атаку. Монстр задёргался, тело свело конвульсией. Я порадовался, что здесь нет Гринписа, иначе бы он уже развернул плакат с призывом остановить бесчеловечное обращение с чудовищами. «Кровавые Путы» захрустели под напряжением, трещали, рвались одна нить за другой. Берсерки снизу смотрели, задрав головы.

– Ё-моё, – выдохнул Борис. – Лёха рыбку шинкует…

– Как капусту, – закончил Медведь. – Видел такие машины на рынке. Только эта летает.

Второй диск тоже пошёл на новый заход. Поле захватило его, разогнало, скорректировало угол и швырнуло снова, на несколько сантиметров правее. Зубья прорезали чуть глубже, чуть иначе. Другой диск лёг параллельно, ниже. Я методично, сантиметр за сантиметром, перебирал объём черепа. Левиафан попытался улететь. Вжик! Лезвие вспороло крыло.

Две сверкающие молнии, оставляющие за собой свистящий след. Я направлял их мыслью. Чувствовал сопротивление воздуха, чувствовал, как зубья вгрызаются в плоть. Снаряды проходили сквозь кости, вылетали с другой стороны, разворачивались и возвращались. Каждый проход оставлял за собой разрушения: разорванные ткани, осколки костей, фонтаны чёрной крови.

– Ни хрена себе мясорубка… – выдохнул Борис. – Вот это я понимаю, кулинарная обработка!

Концентрация. Ничего, кроме этого. Не думать о тумане, о кислоте, об огне, об Искре, о Прометее. Только поле, только два объекта, только их траектория. Я превратился в систему управления. Без эмоций, без усталости, без сомнений. Только параметры и цель.

Первый диск – туда. Второй следом. Первый вернулся.

Скорректировал. Снова.

Потом ещё раз.

И ещё.

Левиафан упал.

Не плавно и не красиво. Он просто перестал махать крыльями. Все движения разом прекратились, как у выключенного механизма. Монстр рухнул вниз с высоты метров четырёх. Его туша ударилась о землю так, что задрожала каждая веточка в округе. Воздух ринулся во все стороны. Не взрывная волна, а просто давление от массы тела, мгновенно нашедшей точку покоя.

Зелёный туман взметнулся и рассеялся. Через несколько секунд его почти не осталось.

Я опустил руки и дезактивировал поле. Оба диска, потеряв управление, упали на землю. Один в траву, другой в кровавую лужу возле туши. Я стоял, чувствуя знакомую послеударную тишину. Ту, которая всегда наступает, когда всё заканчивается.

– Объект нейтрализован, – раздался в динамиках голос Прометея. – Жизненные показатели отсутствуют. Подтверждаю устранение угрозы. Подвожу итоги. Двое союзников и арестант имеют критически низкий уровень маны, требуется отдых и пополнение ресурсов. Один союзник имеет повреждение правого наплечника доспеха (Медведь). Незначительный урон от кислотного воздействия, функциональность сохранена. Потерь среди личного состава не зафиксировано. Рекомендую провести сбор трофеев и эвакуацию.

Я выдохнул. Медленно, с наслаждением. В ушах всё ещё звенело от напряжения, перед глазами плыли цветные пятна. Мана была на нуле, я чувствовал себя выжатым, как лимон после приготовления лимонада. Борис снял шлем и вытер пот с лица. Медведь просто встал рядом с тушей и долго смотрел на неё молча.

– Вот это была драка, – наконец произнёс Борис. – Настоящая.

Искра откашлялась и посмотрела на Прометея.

– Спасибо, железка, что спас, – сказала она. – В братву неплохо вписался.

Андроид смотрел на неё секунду.

– Благодарю. Вы тоже действовали приемлемо, – ответил он и снова уставился в пространство.

Искра открыла рот, закрыла. Решила не продолжать.

– АЛЕКСЕЙ!

Это Рейн. Я повернулся к холму и снова включил камеру дрона. «Стрекоза» подлетела поближе, так, что красноволосая могла её видеть и орать прямо в камеру. Магичка стояла в своём круге, который теперь с трёх сторон был окружён огнём. Пламя подбиралось всё ближе, лизало прочерченную мной линию. Кислота спереди уже превратила траву и почву в чёрную, дымящуюся корку.

– МОЖНО МНЕ УЖЕ ВЫЙТИ⁈ – орала она, надрываясь. – Я СЕЙЧАС ЗАГОРЮСЬ К ЧЕРТЯМ! У МЕНЯ НЕТ МАНЫ И НЕТ КРИСТАЛЛОВ! Я НЕ МОГУ ПОТУШИТЬ ОГОНЬ КРОВЬЮ! ЭТО – НЕ – РАБОТАЕТ – БЕЗ – МАНЫ!

Я не ответил. Просто смотрел. И тогда Рейн решилась.

Она перешагнула черту.

Выстрел.

Сухой и резкий хлопок, от которого вздрогнули все. Рейн вскрикнула и рухнула на землю, схватившись за ногу. Пуля калибра 7,62 мм, выпущенная из «Печенега-А», пробила бедро навылет. Прометей рассчитал выстрел с хирургической точностью, но всё равно при такой калибре раскурочило всё знатно. Кости наверняка раздробило, про кровищу вообще молчу.

– А-А-А! БОЛЬНО! БОЛЬНО, СУКИН СЫН! – заорала Рейн, катаясь по земле. Кровь пропитывала штанину, брызгала на траву. – Я ПОКИНУЛА КРУГ, ПОТОМУ ЧТО ТАМ ОГОНЬ! ТЫ ЧТО, НЕ ВИДЕЛ⁈

Дальше она разразилась таким потоком сквернословия, что Борис, у которого за плечами был немалый жизненный опыт в данной области, поднял брови и присвистнул с искренним уважением.

Я по-прежнему молчал. Смотрел через камеру дрона, как она корчится от боли, как пытается зажать рану руками, как по её щекам текут слёзы от смеси боли и унижения. Горыныч захохотал. Безумно, заливисто, с каким-то детским восторгом.

– А-ха-ха-ха! – он согнулся пополам, схватившись за живот. – Прометей! Прометей, ты лучший! Он её реально! Как обещал! Лёха, я думал, ты блефуешь! А ты взаправду! Прямо в ногу! Ха-ха-ха! Рейн, ты бы видела своё лицо! Это ж просто шедевр! Я это запомню на всю жизнь!

– Закрой рот! – рявкнула Рейн, зажав рану рукой. – Алексей, ты… ты… Да я тебя…

Она не закончила мысль. Боль была слишком сильной.

Получено опыта: 400 × 3 = 1200

Сразу перебросил в буфер, особо даже не взглянув на цифры. Потом разберусь. Опыт получен, так что бой официально закончен, а с ним завершился и срок наказания красноволосой идиотки. Я наконец заговорил. Медленно, спокойно, не повышая голоса:

– Борис. Медведь. Идите к Рейн. Отнесите её в отель, к Петровичу. Пусть окажет первую помощь.

Борис хмыкнул, забросил молот на плечо и неторопливо направился к холму. Медведь последовал за ним, ворча что-то себе под нос.

– Искра, – продолжил я. – Дай Рейн пару кристаллов. Пусть активирует навык остановки кровотечения. Не хватало ещё, чтобы она истекла кровью по дороге.

Аня скривилась, но подчинилась. Достала два белых кристалла и швырнула их в сторону Рейн. Один упал рядом с ней, другой стукнул по плечу.

– Подавись, кровососка.

Рейн ничего не ответила. Она судорожно схватила кристаллы, прижала к груди и зашептала что-то. Наверняка проклятия в наш адрес. Кровотечение замедлилось, но не остановилось совсем, маны всё ещё было слишком мало.

Борис и Медведь подошли к ней. Борис, всё ещё ухмыляясь, наклонился и легко, словно пушинку, поднял Рейн на руки. Та зашипела от боли, но сопротивляться не стала.

– Ну что, красавица, – усмехнулся Борис, – доставим тебя в лучшем виде. Прямо в номер люкс. С удобствами. Петрович тебя мигом на ноги поставит. Ну, или на одну ногу. Тут уж как пойдёт! Слушай, а я вот думал, что у тебя за класс такой? Маг крови? У вас в крови специальная добавка? Чтоб такая, с характером?

– Борис, – предупредила Рейн.

– Молчу, молчу, – легко согласился он и зашагал вниз по склону.

– Петрович вылечит, он мастер, – подбодрил Медведь. – Я вот однажды плечо вывихнул, так он как дёрнул, и нет его. Не плеча. В смысле, нет вывиха. Короче, лучше стало.

– Всё хорошо, что хорошо кончается! – подытожил Борис. – Правда, Марин?

Девушка зарычала.

Я посмотрел им вслед. Потом достал кристалл, поглотил. Подошёл к Левиафану.

Посмотрел на его широкую голову с приплюснутой верхней частью. Там, где поработали циркулярные диски, зияли глубокие, почти правильные порезы, уже заплывшие чёрной кровью. Пасть осталась полуоткрыта. Я хорошо рассмотрел несколько рядов зубов, загнутых внутрь, как у акулы. Для удержания добычи, не для откусывания. Шесть глаз потухли. Гребень не светился.

Кислота из пасти тихонько вытекала в траву. Та немедленно чернела.

Посмотрел на диски. Активировал поле ещё раз. Ненадолго, только чтобы поднять оба и убрать в инвентарь. Металл был покрыт кровью и кусками плоти. Потом отмою.

В этот момент что-то изменилось в воздухе рядом с тушей. Температура упала на долю градуса. Нет, не температура, что-то иное. Словно воздух слегка загустел.

Из-под туши, там, где кровь вытекала и впитывалась в грунт, начал подниматься белый туман. Лёгкий, светящийся, почти неосязаемый. Он собирался в одной точке, примерно в метре от меня, медленно уплотняясь, закручиваясь.

А потом белый туман сгустился в изумрудный минерал.

Энергетический Кристалл – Уровень 40

Все известные мне кристаллы белые, жёлтые, оранжевые или красные. Ну, ещё есть чёрные, осквернённые, выпадающие из нежити. Но этот…

Этот оказался зелёным. Ярким, насыщенным, словно весенняя листва, подсвеченная солнцем. Он имел форму идеального октаэдра. Восемь граней, сходящихся в острые вершины. Размером с два кулака, он висел в воздухе, мягко пульсируя внутренним светом.

И это тоже выглядело охренительно необычно.

Кристалл не падал. Он завис в воздухе, слегка покачиваясь, словно невидимая рука держала его передо мной.

– Это что ещё такое? – вопросил Горыныч, глядя вниз с пригорка. – Красивый. Прям как… не знаю. Красивый.

– Первый раз вижу такой, – сказала Искра, тоже подойдя. – Это, типа, следующая ступень развития кристаллов? После красных идут зелёные?

– Понятия не имею, – честно ответил я.

Шагнул к камню и протянул руку. Пальцы в бронированной перчатке сомкнулись вокруг кристалла. Он вибрировал. Едва заметно, словно внутри билось живое сердце. В тот же миг пришло системное сообщение:

ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получили уникальный кристалл: «Ядовитый Изумруд»!

Описание: Кристаллизованная сущность мутанта класса «Кислотный хищник высшего порядка». Несёт в себе концентрированную энергию токсинов, кислот и биологических ядов.

Особые свойства:

«Генерация Яда»: Позволяет создавать различные отравляющие вещества.

«Кислотная Длань»: Позволяет управлять кислотными и токсичными субстанциями.

«Поглощение Яда»: Нейтрализует кислотный и токсичный урон. Может впитывать яды из окружающей среды, преобразуя их в потенциальную энергию.

«Живой Кристалл»: В отличие от стандартных Энергетических Кристаллов, обладает способностью к самовосстановлению маны, как живое существо.

Примечания: Данный кристалл невозможно воссоздать искусственно. Он не может быть поглощён или заряжен стандартными методами. Требует особого взаимодействия.

Энергоёмкость: 400 маны.

Я рассматривал кристалл, поворачивая его в пальцах. Свет играл на гранях, преломляясь и рассыпаясь на десятки изумрудных искр. Он был… красивым. По-настоящему красивым. Не только полезный ресурс, а произведение искусства, созданное самой природой… или магией, что теперь практически одно и то же.

– Ядовитый Изумруд, – произнёс я вслух, пробуя словосочетание на вкус. – Звучит как название какого-нибудь дешёвого коктейля для девочек.

Огляделся. Поле боя выглядело удручающе. Выжженная, почерневшая трава. Лужи кислоты, дымящаяся слизь из растворённой органики. Опалённые деревья с обугленными ветвями. И посреди всего этого огромная туша Левиафана, истекающая чёрной кровью.

Следы нашей битвы. Моей победы.

Кристалл мягко сиял в моей ладони, обещая новые возможности. Сила токсинов и кислот. Способность создавать яды и поглощать их. Это… интригующе.

– Ну, посмотрим, на что ты способен, – сказал я, вытягивая руку с кристаллом перед собой.

Глава 2
Утилизация

Кислота из пасти Левиафана добралась до корней старого дуба. Кора у основания почернела, обуглилась и теперь медленно отпадала, обнажая влажную, больную древесину. Из-под корней тянулся едкий парок. Сутки, и этот кусок лесопарка превратится в выжженную пустыню. От деревьев останутся чёрные скелеты, а хуже всего, что ядовитая дрянь отравит речку и грунтовые воды. Не по-хозяйски.

Я подошёл к ближайшей луже тёмно-зелёной жижи. Протянул кристалл над ней, ожидая реакции. Ничего. Абсолютно. Изумруд сиял в моей руке, как дорогая, но бесполезная ёлочная игрушка.

– Может, его потрясти надо? – с энтузиазмом предложил Горыныч, спустившись с холма. – Или стукнуть? С техникой помогает!

– Я сейчас тебя стукну, – пообещала Искра. – А потом шваркну фаерболом.

– Пфф, маны не хватит, – парировал пироманьяк.

– А вот сейчас восстановлю! – злобно улыбнулась Искра, доставая кристаллы.

Я проигнорировал их перепалку и сосредоточился. Мысленно активировал свойство кристалла, указанное в описании как «Поглощение Яда». Почувствовал отклик. Слабый, едва уловимый. Словно кристалл превратился в миниатюрный пылесос с забитым фильтром.

Воздух над лужей дрогнул. Несколько капелек кислоты оторвались от общей массы и поплыли по воздуху к Изумруду. Коснулись его поверхности и впитались, исчезнув. Процесс оказался мучительно медленным. Площадь воздействия равнялась пятикопеечной монете. Так я буду чистить эту поляну до второго пришествия Бесформенного.

Нужен прямой контакт.

Я присел на корточки и осторожно коснулся кристаллом поверхности лужи. Результат превзошёл все ожидания. В момент соприкосновения Изумруд вспыхнул так ярко, что визор шлема автоматически затемнился сильнее. Зелёное сияние пронзило мутную жижу.

Кислота забурлила и начала втягиваться в кристалл, словно вода в сливное отверстие. Вокруг камня образовалась быстро растущая воронка. Через десять секунд на месте лужи осталось лишь влажное, почерневшее пятно на земле, которое больше не дымилось.

– Ого! – восхитился Горыныч. – Работает! Лёха, ты гений!

Гений-то гений, но лазить на карачках по ядовитым лужам в мои планы не входит. Даже в полностью герметичном доспехе. Просто нудно и как-то… не по статусу, что ли. Нужна какая-нибудь штука для дистанции.

Инвентарь. Мысленный поиск. Так, что у нас есть из барахла? Ага.

«Прут стальной арматурный, рифлёный. Длина: 1,5 м. Диаметр: 12 мм».

Вытащил его из виртуального хранилища. Обычный кусок арматуры, даже не из числа моих «покупок» на металлобазе. Просто подобрал на какой-то стройке потому, что «в хозяйстве пригодится». И ведь пригодился.

Теперь крепление. Я оглядел кристалл. Идеально гладкий октаэдр. Сверлить его я точно не собираюсь. Значит, нужен старый добрый дедовский метод. Ещё один нырок в инвентарь.

«Изолента синяя. Длина: 20 м».

Горыныч, наблюдавший за моими манипуляциями, издал восторженный хрип.

– Синяя изолента! – провозгласил он с пафосом проповедника. – Величайшее изобретение человечества! Ею можно починить всё! Даже примотать артефактный кристалл к ржавой арматуре! Лёха, это шедевр инженерной мысли! Простота, надёжность, синий цвет!

Я положил прут на бронированное колено, приложил к его концу «Ядовитый Изумруд» и принялся обматывать его изолентой. Витки ложились плотно, надёжно фиксируя камень. Через минуту у меня в руках было нечто, напоминающее футуристический посох бомжа.

Подошёл к следующей луже и ткнул в неё своим «щупом». Снова вспышка зелёного света, и кислота послушно устремилась в кристалл. Процесс пошёл. Я ходил от лужи к луже, от одного дымящегося пятна к другому, погружая Изумруд в ядовитую жижу или просто тыкая в заражённую почву.

– Дай попробовать! – взмолился Горыныч, подбежав ко мне. – Лёха, ну дай! Я никогда не пользовался магическими артефактами. Точнее, пользовался, но они обычно взрывались. А этот вроде стабильный. Дай, а? Я аккуратно!

Поразмыслив пару секунд, я молча протянул ему свой инструмент. Пиротехник схватил его с благоговением, как будто это Экскалибур, и с гиканьем бросился к самой большой луже около туши Левиафана.

– Дворник с волшебной шваброй, – язвительно прокомментировала Искра, присаживаясь на ствол поваленного дерева. – Осталось выдать тебе оранжевую жилетку.

Горыныч проигнорировал её шпильку. Новая игрушка завладела им без остатка. Я же подошёл к Искре. Мысленная команда, и тактический доспех начал дематериализовываться. Бронепластины таяли в воздухе, возвращаясь в инвентарь. Туда же отправились все механизмы и чёрный комбинезон из углеволокна, исполнявший роль поддоспешника.

– Состояние удовлетворительное, – констатировал Прометей, подходя ко мне. – Уровень токсинов в обработанной почве снизился на 98,7 %. Однако для полного восстановления экосистемы потребуется несколько циклов дождей для вымывания остаточных соединений. Вероятность гибели корневой системы затронутых деревьев 42 %.

– Ничего, пришлём сюда команду «зелёных», – буркнул я, присаживаясь рядом с Искрой. – Поработает один псих, – кивнул на Горыныча, – а потом и второй.

– Не жалеешь ты Гринписа, – прыснула Искра. – У него же инфаркт случится от одного вида. Кстати, я вот чего подумала. Маринка же в прошлой жизни медсестрой в психушке работала? Она что, с собой пациентов прихватила? Или психи просто сами слетаются к ней, как… ну, пусть будет как пчёлы на мёд.

Я тоже усмехнулся.

– Похоже, второе.

– Ну, тогда получается, каков лидер, такова и команда, – философски изрекла девушка и материализовала два завёрнутых в фольгу свёртка. – Будешь?

Я кивнул, принимая бутерброд. Хлеб, кусок холодной курятины, солёный огурец. Простая, но сейчас кажущаяся божественной еда. Мы сидели на поваленном дереве, молча жевали и смотрели, как Горыныч, вооружившись моей «шваброй», с восторженными криками тычет ею в лужи кислоты.

Вот он перескочил через разложившиеся кусты и чуть не вляпался в другое чёрное пятно.

– Какой же идиот, боже ты мой… – покачала головой Искра.

Андроид, который всё это время сканировал окрестности, повернул голову:

– Анализ когнитивных паттернов объекта «Горыныч» действительно показывает отклонение от среднестатистической нормы. С точки зрения выживаемости и боевой эффективности, пользователь демонстрирует приемлемые, но сниженные показатели. Вероятность совершения фатальной ошибки по причине недостатка интеллекта 37,4 %. Для сравнения: среднестатистический показатель по фракции 12,1 %.

Я доел бутерброд и посмотрел на тушу Левиафана. Даже мёртвый, он внушал уважение. Огромное тело, широкие крылья-плавники, хвост, заканчивающийся костяными шипами. Шесть потухших глаз. Пасть, из которой всё ещё сочилась кислота. Правда, теперь её сразу поглощали с помощью кристалла. Толстая шкура, покрытая слизью. Гигантская гора мяса, костей и хрящей. Ценный ресурс, который нельзя просто так бросить.

Активирован модуль: «Анализатор Материалов».

Я поднялся с вывороченного дерева и подошёл ближе. Посмотрел на сочащуюся кровью рану, она уходила глубоко в мясо. Мысленно захватил цель. Голубоватая сетка скользнула по туше.

Анализ образца…

Идентификация структуры…

Определение элементного состава…

ВНИМАНИЕ!

Анализ завершён!

Состав мышечной ткани:

– Белки (комплексные, с высоким содержанием серы): 78 %

– Жиры (ненасыщенные, с примесью хлорофиллоподобных пигментов): 14 %

– Вода: 5 %

– Микроэлементы (включая тяжёлые металлы в следовых количествах): 3 %

Предупреждение: Высокое содержание аммиачных соединений и мочевины.

Пищевая ценность: Высокая.

Энергетическая ценность: 250 ккал на 100 г.

– Мясо акулы, только хуже, – пробормотал я.

Искра подошла сзади и заглянула в мой интерфейс.

– В Исландии есть блюдо, хаукарль, – сообщила она. – Гнилое акулье мясо. Говорят, воняет так, что глаза слезятся. Похоже, у нас реально будет деликатес.

– Зато питательно, – пожал я плечами. – Наши монстры вряд ли будут привередничать. Черничку нужно хорошо кормить, чтобы давала много паутины. Да и сами попробуем. Вымочим, замаринуем, наделаем тушёнки. Зимой спасибо скажем.

– Если до зимы от этой вони не ослепнем, – проворчала она, но в глазах мелькнул практичный огонёк. Похоже, уже прикидывала рецепты.

Горыныч закончил работу и с гордым видом принёс мне арматуру с примотанным к ней Изумрудом. Кристалл теперь светился ещё ярче, изнутри исходило ровное, мощное сияние.

Я отмотал изоленту, убрал прут в инвентарь и отправил камень следом.

– Так, – сказала Искра, разминая затёкшие плечи. – С мусором разобрались. Теперь главный вопрос: как мы будем эту тушу упаковывать? У нас Хранилище, насколько помню, пятьдесят тонн вмещает.

– Почти всё занято, – вздохнул я. – Свободного места кот наплакал. Тонны три, может, четыре. Этого хватит на часть туши, но не на всю.

– Если быстро не уберём, на запах сбегутся Мирмики, – сказала Искра. – И тогда нам придётся отбивать обед у гигантских муравьёв. Сомнительное удовольствие.

Я открыл интерфейс фракции, вкладку «Хранилище».

Общая вместимость: 50 000 кг.

Заполнено: 48 950 кг.

Свободно: 1 050 кг.

Одна тысяча пятьдесят килограммов. Даже меньше, чем я думал. На эту тушу нужно гораздо больше пространства в подпространстве. А сейчас… дай бог, если влезет хотя бы одно крыло.

– Сжечь лишнее! – тут же предложил Горыныч. – Оставим самые вкусные куски, а остальное в пепел! Будет красиво! Гигантский погребальный костёр!

Искра посмотрела на него, как на экспонат в кунсткамере.

– Ты в своём уме? Кислотные железы! Это же готовые компоненты для гранат, яд для стрел, реагенты! Шкура! Да из неё можно тент для лагеря сделать!

– Кислоту соберём в Изумруд, – уточнил я. – А сжигать точно не будем. Если не успеем убрать, пусть лучше муравьи заберут. Пока у них достаточно жратвы, они не полезут к нам.

– Но будут размножаться, – удручённо выдохнула Искра.

Нужно решение. Быстрое и эффективное. Я снова открыл интерфейс фракции и нашёл в настройках Хранилища то, что искал. Маленькая, неприметная кнопка «Расширить». Нажал.

Расширение фракционного хранилища.

Стоимость: 1 очко опыта за 1 кг дополнительного объёма.

Введите желаемый объём.

Я мысленно присвистнул. Дороговато, конечно. Но с другой стороны, очки опыта можно заработать, а уникальные ресурсы, такие как туша Левиафана, выпадают не каждый день. Если я сейчас не разделаю её, то потеряю гораздо больше, чем какие-то очки опыта. Это инвестиция. Вложение в будущее фракции.

– Что ты делаешь? – спросил Горыныч, заглядывая мне через плечо. Моего окна он не видел, но щурился так, будто пытался его разглядеть.

– Трачу опыт на место в холодильнике, – ответил я.

ПЕРСОНАЛЬНЫЙ БУФЕР ОПЫТА

Текущий баланс: 19520

Я прикинул массу туши. Тонн пятнадцать, не меньше.

Желаемый объём: 15 000 кг.

Стоимость: 15 000 очков опыта.

Подтвердить?

Да/Нет

– Пятнадцать тысяч… – выдохнула Искра. – За место… на складе… Лёха, это самое негероическое использование победных очков, какое я когда-либо видела. Это же… великолепно!

– Героизм – это не только пафосные речи и эпичные битвы, – ответил я, подтверждая транзакцию. – Героизм – это ещё и умение обеспечить свою команду ресурсами, чтобы она могла продолжать сражаться. Без еды, без материалов, без снаряжения любой герой превращается в голодного бродягу с палкой. А я предпочитаю быть сытым инженером с циркулярными дисками.

УВЕДОМЛЕНИЕ СИСТЕМЫ:

Объём фракционного хранилища увеличен на 15 000 кг.

Текущий объём: 65 000 кг.

Свободно: 16 050 кг.

– Готово, – сообщил я, стараясь не чувствовать скорби.

Горыныч захлопал в ладоши. Искра посмотрела на меня с явным одобрением. Она понимала, что это единственно верное решение. Прагматичное, скучное, но правильное.

– Ну а теперь, – сказал я, поворачиваясь к туше. – Разделка.

Я снова материализовал из инвентаря два циркулярных диска. Они появились в воздухе, всё ещё покрытые запёкшейся кровью и ошмётками плоти, и с глухим стуком упали на траву.

– Ого, – Горыныч подошёл поближе. – Это те самые? Которыми ты рыбку… того? Шинковал? Слушай, а можно мне один? Ну, чисто попробовать? Я всегда хотел научиться управлять летающими пилами. Это же круто! Представляешь, я иду такой по улице, а вокруг меня два диска вращаются! Вжжж-вжжж! Все враги разбегаются!

– Ты маг огня, – напомнил я. – У тебя нет «Магнитного Захвата».

– А может, есть? Ты проверял? Вдруг я скрытый магнето-кинетик?

– Горыныч, твой единственный талант – создавать проблемы на собственную жопу, – сказала Искра. – Если бы у тебя был дар магнетизма, ты бы уже давно примагнитил себя к чему-нибудь железному и не смог отлипнуть.

– Это был бы интересный опыт! Я бы изучил свои возможности в экстремальных условиях!

– Ты и так живёшь в экстремальных условиях.

Я активировал «Магнитный Захват» и почувствовал знакомое ментальное напряжение. Поле захватило металл, оба диска задрожали и поднялись в воздух. Я чувствовал каждый диск как продолжение своей нервной системы. Их вес, их баланс, их инерцию.

– Так, пиротехник, – скомандовала Искра, принимая командование на себя. – Ты стоишь вон там и не мешаешься. Твоя задача радоваться и хлопать, когда я скажу. Лёша, начинай с крыльев. Они самые лёгкие. Режь на куски примерно по сто килограмм, я буду сразу отправлять в Хранилище.

Лезвия пришли в движение. Сначала медленно, потом быстрее, быстрее, набирая обороты. Свистящий вой наполнил поляну. Зубья вспороли толстую шкуру с влажным звуком. Чёрная кровь брызнула во все стороны. Работа закипела.

– Это мясо надо будет вымачивать минимум сутки, – размышляла вслух Искра, пока первый огромный кусок крыла исчезал во вспышке света, отправляясь на склад. – В солёной воде с уксусом. Потом нашпиговать чесноком и запечь в фольге. Или потушить с большим количеством лука и перца. Иначе есть это будет невозможно…

* * *

«Toyota Land Cruiser 200» катилась по разбитому асфальту улицы Ткацкой фабрики. За рулём сидел Фокусник. Пальцы нервно постукивали по ободу руля, а глаза метались между дорогой и экраном смартфона, закреплённого на приборной панели. На экране, поверх карты района, ползла синяя точка их «Крузера» и мигала красная метка. Там дрон зафиксировал парашют и передал информацию на «Техно-Око», а оттуда она уже была перенаправлена на гаджет Фокусника.

Ещё недавно это бы не получилось, но Лёха придумал алгоритм и заставил систему работать, как ему хочется. Собственно, Фокусник не вникал в технические подробности, а просто принял появившуюся возможность навигации как ману небесную.

– Левее бери, – скомандовал Женя, сидевший на пассажирском сидении. – Ещё двести метров до поворота.

Фокусник вывернул руль, чтобы объехать брошенный седан, перегородившей полдороги. Разбитые окна пятиэтажек, тёмные провалы подъездов. Женя искал движение, угрозу.

Сзади, на просторном кожаном сиденье, расположился Костоправ. Его огромная фигура занимала почти всё пространство. Он не смотрел в окна. Его внимание было сосредоточено на содержимом инвентаря. Ампулы, бинты, шприцы, системные стимуляторы в герметичных упаковках. Он методично проверял всё, готовясь к работе. Роль фельдшера была ему в новинку, но за эти несколько недель он уже успел привыкнуть.