Текст книги "Инженер. Система против монстров 10 (СИ)"

Автор книги: Гриша Гремлинов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

– Да, я тоже думал об этом. Займёмся.

Я посмотрел на то, что получилось. Четыре типа платформ, каждая на отдельном листе. «Каракурт» с танковым орудием. «Тарантул» с гаубицей. «Сольпуга» с ракетным пакетом. И «Арахна-П» с тридцатимиллиметровой пушкой и пилотом. Все четыре на одной базовой кинематической схеме восьминогой платформы, отличающейся только размерами, бронированием и внутренней компоновкой.

Унификация. Один запасной сустав подходит ко всем четырём моделям. Одна система охлаждения. Один тип суперконденсаторных буферов. Техническое обслуживание – единый регламент с поправкой на вооружение и силовую установку.

Я отправил проект Системе на проверку.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: Пилотируемый штурмовой шагоход «Арахна-П».

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 400 × 3 = 1200

Я закрыл глаза на секунду. Четыре проекта боевых машин за один день. Не считая волшебной микроволновки и начатой работы над доспехами для друзей.

– Ты понимаешь, что это поменяет всё? – спросил я тихо.

– Уточните, что именно.

– Возможности фракции, – я открыл глаза. – Сейчас у нас есть несколько хороших бойцов, несколько дронов и я в своём доспехе. Это маленькая группа. Мы можем зачистить базу Гладиаторов, защитить наш периметр, разобраться с локальными угрозами. Но когда придут серьёзные игроки, нам нечем будет ответить. А вот если у нас появится хотя бы звено из четырёх таких машин… Это уже маленькая армия. Причём отвечающая, так сказать, требованиям эпохи.

– Для этого потребуется значительный объём ресурсов, – педантично напомнил Прометей.

– Знаю, – я снова посмотрел на чертежи. – Мы отправимся за ними завтра. Организуем дополнительную вылазку на металлобазу или на завод. А сегодня я потрачу остаток вечера, чтобы решить проблему главного ресурса.

Материализовал Кровавый Рубин. Камень пульсировал в моей ладони, ровно, неспешно, с ритмом сердцебиения. Глубокий багровый цвет, внутреннее свечение. Живой и очень жадный камень. Он умеет тянуть ману из живых существ, накапливать, передавать.

Именно поэтому он так ценен. Природный мана-вампир. Я использую его как мобильный аккумулятор. Но аккумулятор – это пассивное устройство. Нужна не ёмкость, нужен передатчик, распределитель.

Ещё две вспышки материализации. Я надел монокуляр и посмотрел на моток паутины. Она светилась через «Всевидящее Око» мягким изумрудным светом. Каждая нить – тончайший магический проводник.

Проводник маны.

У меня в голове начало складываться что-то… тёмное. Не в плохом смысле. В смысле сложное, многосоставное, требующее проверки. Что-то на стыке физики катушек индуктивности и магического резонанса. Катушка. Сердечник. Переменный поток. Индукция.

Я повернулся к Прометею.

– Знаешь, – произнёс я едва слышно, – мне пришла в голову очень интересная идея…

– Мои процессоры начинают подозревать, что слово «отдых» отсутствует в вашем лексиконе, Создатель.

Глава 10
Главный ресурс

26 дней 15 часов 35 минут

Я смотрел на таймер и морщился. Цифры висели в углу зрения, не раздражая, но периодически напоминая о себе, как больной зуб, который вроде бы уже не болит, но стоит прикоснуться языком и снова ноет.

Моргнул, сворачивая интерфейс.

Столовая шумела множеством голосов. Сегодня за завтраком, по моей просьбе, здесь собралась вся фракция и наши гости. Никто не опоздал, всем хотелось узнать, что я собираюсь сказать или показать.

Пахло гречневой кашей с жареной курицей, свежим хлебом и травяным чаем. Валентина и Татьяна расстарались, на столах опять стояли тарелки с солёными огурцами и квашеной капустой. Роскошь, которую мы могли себе позволить благодаря более-менее налаженной системе снабжения.

Я привычно сидел во главе командирского стола. Слева Искра, сегодня в хорошем настроении. Она улыбалась, подкалывая Бориса за то, что тот слишком громко чавкает. Справа Варягин, как всегда собранный, с прямой спиной, будто не за столом сидит, а на совещании в генштабе. Рядом с ним Олеся. Малявка с энтузиазмом уплетала кашу, одновременно пытаясь скормить кусочек хлеба притаившемуся под столом Мики.

Дальше расположились Ершов, Фокусник, Женя, Тень, Борис, Медведь, Олег Петрович, Вера и Алина. Степан Барсуков тоже сидел с нами. Он уже не выглядел таким затравленным и потрёпанным, как вчера. Даже побрился, на щеке красовался небольшой порез.

– Ну что, Степан, осваиваешься? – спросил я, отхлёбывая чай.

Пилот прожевал кусок хлеба и кивнул.

– Осваиваюсь. Честно говоря, не ожидал, что тут всё так… организованно. Вчера вечером меня Борис в баню сводил.

Я приподнял бровь и посмотрел на Бориса.

– Баня? У нас есть баня?

– А то! – Борис расплылся в довольной улыбке. – Вчера во дворе срубили. Настоящую, бревенчатую. Семён с Павлом за пару часов управились, а мы с Мишей помогали, деревья таскали из лесопарка. Ну, в смысле рубили и через Хранилище переправляли, а то Сёма сказал, что на горбине тащить не надо, когда мы первую сосенку принесли.

Искра прыснула и тихо зааплодировала. Я тоже представил берсерков со стволом на плечах и с раскрасневшимися, но очень довольными физиями. Богатырская удаль, что тут сказать-то?

А Боря продолжал, активно жестикулируя:

– Магия строительства – великая вещь, я тебе скажу! Кору вмиг сняли, высушили сходу, ошкурили до гладкости, обработали антисептиком от гниения и насекомых, смолу убрали, торцы известью обмазали. Чики-пуки, всё готово! Я аж прифигел! Печку дровяную из кирпича сложили, а мы камни натаскали. Настоящий чёрный пар, всё как положено. Предбанник, полок, каменка – полный комплект!

– За пару часов? – переспросил Фокусник с недоверием.

– Ну да, – подтвердил Борис. – Семён у нас быстро качается, работы-то много, у него навык «Ускоренное Возведение» появился. Плюс мана, плюс материалы. В общем, теперь у нас своя баня во дворе стоит. Вчера первый раз протопили.

– И как? – я посмотрел на Степана.

– Душевно, – признался пилот. – Я лет десять в нормальной бане не парился. А тут сруб свежий, деревом пахнет, веники дубовые… И компания подобралась колоритная. Борис, Медведь, этот ваш Горыныч, и ещё мужик по кличке Седой.

– Седой? – переспросил Варягин. – Это который рыболов?

– Он самый, – подтвердил Борис. – Он нам таких баек про рыбалку рассказал! Оказывается, он на Москве-реке сома поймал килограмм на восемьдесят ещё до всего этого. Представляешь? На донку с лягушкой.

– Врёт, – безэмоционально прокомментировал Ершов. – Но красиво врёт. Я его не сканировал, но чую – врёт.

– Да какая разница! – отмахнулся Борис. – Главное, что душевно!

Степан усмехнулся.

– А потом Горыныч решил показать, как он огнём управляет. Прямо в парилке. Хотел, видите ли, «поддать парку» по-своему. Ка-ак шарахнул огненным шаром в каменку! Чуть пожар не устроил, полок загорелся. Мы все врассыпную, а он стоит довольный и орёт: «Смотрите, какой пар пошёл!»

– Горыныч, – вздохнул я. – Пироман, мать его.

– Хорошо, Водяной появился, – продолжил Степан. – Он как раз из предбанника зашёл, с веником. Увидел этот цирк, руку вытянул, и прямо из кадки с водой целую струю в очаг возгорания отправил. Потом стоял, ворчал: «Я вам не пожарный, я сантехник». Но справился быстро. Горыныч, правда, потом жаловался, что с его огнём так некрасиво обошлись.

Искра фыркнула.

– Вот уж кто находит приключения на свою задницу, так это Горыныч. Он вчера пытался поджечь лужу кислоты, которая из Левиафана вытекла, когда Лёша ему железы вырезал. Думал, красиво полыхнёт. А она возьми и взорвись.

– И ничего не взорвись, – раздался обиженный голос с соседнего стола. – Просто экзотермическая реакция пошла не по плану!

Горыныч сидел за столом своей группы и с несчастным видом ковырял кашу. На лбу у него красовался свежий ожог, заклеенный пластырем.

– «Не по плану», – передразнила Искра. – У тебя вообще планы бывают?

– Обижаешь, сестрица! – Горыныч прижал руку к груди. – Я, между прочим, профессионал. У меня высшее пиротехническое образование! Ну, почти высшее. Курсы повышения квалификации. С отличием!

– Это какие курсы? – заинтересовался Степан.

– «Организация и проведение фейерверочных показов высшей категории сложности», – с гордостью ответил Горыныч. – И ещё «Техника безопасности при работе с пиротехническими изделиями».

– Последние ты, видимо, прогулял, – хмыкнул Фокусник.

Он уже доел и теперь просто баловался, создавая на столе фигурки танцующих балерин по заказу Олеси. Разговор прервал Борис. Он отставил миску с кашей, вытер губы рукавом и вдруг посерьёзнел. Повернулся к Варягину.

– Сергей Иванович, я это… извиниться хочу. За вчерашнее.

Варягин оторвался от еды и посмотрел на берсерка.

– За что именно?

– Ну, за приступ этот. «Кровавая Ярость». Я ж себя не контролировал. Мог кого-нибудь покалечить. Ты меня вырубил, Медведь держал, Женя помогал, Фокусник иллюзиями отвлекал. В общем, всей толпой меня в чувство приводили. Неудобно получилось.

– Борис, – Варягин покачал головой, – ты же не по своей воле. Проклятие – это серьёзно. Ты молодец, что держался всё это время. И что не убил никого.

– Это да, – поддержал Медведь. – Я когда в первый раз в боевое безумие вошёл… хорошо, рядом никого не было, только мутанты.

– Спасибо Петровичу, – Борис повернулся к лекарю, который молча ел. – За успокоительное… ну, за всё.

Олег Петрович поднял глаза поверх очков, поправил их на носу и кивнул.

– Работа такая. Но ты в следующий раз, если почувствуешь что-то неладное, сразу к нам в медблок иди. Ты сколько дней молчал, что тьма одолевает? Герой, твою налево. У меня и без тебя пациентов хватает.

– А что с Рейн? – спросила Алина. – Как её нога?

– Срастили, – сухо ответил лекарь. – Перелом сложный, осколочный. Прометей ей из крупнокалиберного пулемёта в бедро стрельнул. С такого расстояния, считай, повезло, что вообще без ноги не осталась. В прошлой жизни я бы ей титановый штифт поставил. А так Вера немного поколдовала со своим «Костоправом», магией заживили и всё. Ещё пару сеансов «Стандартного Исцеления» и бегать будет. Но пока пусть хромает. В назидание.

– Прометей, конечно, перестарался, – заметила Искра. – Но приказ есть приказ.

– Приказ был стрелять, если покинет круг, – напомнил я. – Она покинула. Прометей исполнил. В следующий раз Рейн будет дисциплинированнее.

– Насчёт дисциплины, – усмехнулся Петрович, прожевав кусок курицы. – Я ей пока лечил, лекцию прочитал. Заодно в порядок мозги привёл. Рассказал про одного римского консула, Тита Манлия. Тот родного сына приказал казнить, потому что парень без разрешения из строя выскочил с врагом подраться. Отец ему и говорит: «Раз ты не побоялся ни консульской власти, ни отцовского достоинства и вопреки моему эдикту покинул строй… нам надлежит либо забыть о государстве, либо наказать себя самих». И ликтору: «Ступай, привяжи его к столбу». В общем, при всём честном народе голову сыну срубили.

– Жесть, – оценила Искра.

– Ага, – кивнул Петрович. – С тех пор в Риме выражение появилось «Манлиевы приказы». Означало, что приказ командира важнее геройства, родства и даже собственной жизни. Я Рейн это пересказал и говорю: «В следующий раз, когда моча в башку ударит, вспомни, девочка, что легко отделалась». Она лежала, пыжилась, терпела боль, но кивала. Думаю, дошло.

Олеся сосредоточенно кормила Мики, но вдруг дёрнулась, будто вспомнила что-то важное. Бросила быстрый взгляд на меня. Подскочила и зашептала мне на ухо:

– Дядя Лёша, я забыла тебе сказать! Катя – это кошка! Та самая трёхцветная кошка!

Я вздохнул и поковырял ложкой в гречке.

– Знаю, Олесь.

– Откуда? – она удивлённо отстранилась. – Ты что, тоже видел, как она превращается?

– Нет. Просмотрел перед сном личные карточки всех членов фракции. У Кати класс «Перевёртыш». Она может превращаться в кошку и в болонку.

Олеся надула губы.

– Ну вот… А я думала, это секрет…

– От нашего всевидящего лидера ничего не скроешь, – заметила Искра, которая, конечно же, просмотрела все карточки со мной.

– И что теперь? – Олеся посмотрела на меня. – Ты её заставишь что-то делать?

– Придётся с ней поговорить, – ответил я. – Очень серьёзно поговорить. Способности перевёртыша могут быть полезны. Например, для разведки. Маленькая кошка пролезет туда, куда ни один человек не проберётся. И дрон не всегда подойдёт, его могут заметить и сбить. А кошка – она и есть кошка. Не везде же твоим питомцам шнырять. Тем более, что она умнее… ну, потенциально.

– Надо запастись «вискасом», – постучала по подбородку Искра. – Лёша, сделаешь лазерную указку? Ой, ей же ошейник от блох нужен! Всё, отправляемся в зоомагазин!

– Сегодня у нас по плану освоение заводов и металлобаз, – отозвался я. – И ещё вылупление Куролисков.

Малявка сразу же просияла от предвкушения.

Обвёл взглядом столовую. Почти все уже позавтракали. Люди сидели группами, переговаривались, кто-то смеялся, кто-то хмурился, обсуждая планы на день. Обычное утро в нашей общине. Тихое, мирное. Насколько вообще может быть мирным утро в захваченном отеле посреди апокалипсиса, заполненного мутантами.

Я взял вилку и несколько раз стукнул по стакану. Звон разнёсся по столовой, перекрывая гул голосов. Разговоры начали стихать. Люди поворачивали головы в мою сторону. Поднялся и вышел вперёд, встал перед командирским столом, чтобы меня видели все.

– Внимание, – в наступившей тишине голос прозвучал очень чётко. – Я обещал, что сегодня расскажу, что означает таймер, который мы все видим.

По залу прокатился гул. Перешёптывания, тревожные взгляды. Кто-то сжал вилку в руке. Кто-то замер, не донеся кусок до рта. Я поднял руку, и шум стих.

– Немного информации. Нашу планету окружает защитный Барьер. Когда произошло вторжение энергии Бесформенного, Барьер пал. Система восстановила его. Однако Бесформенное снова нанесло удар. Ему удалось ослабить Барьер. И тогда запустился таймер.

Я сделал паузу, давая людям осознать услышанное.

– Когда цифры обнулятся, силы Бесформенного снова хлынут в наш мир. Вторая волна. Более мощная, чем первая.

В дальнем конце зала, от одного из общих столов, поднялся парень. Максим Орлов. Четвёртый уровень, класс «Маг Ветра». Студент, мой ровесник. Я запомнил его ещё после нападения на Сокола, он был заводилой в том избиении. Дерзкий, амбициозный и наверняка считает себя умнее всех.

– И что? – он вызывающе скрестил руки на груди. – Мутанты и так никуда не делись. Они повсюду. Мы их каждый день видим, некоторых даже жрём на завтрак. Так о чём, чёрт возьми, ты говоришь? Чем вторая волна отличается от первой?

Я холодно посмотрел на него. В столовой снова стало тихо. Настолько тихо, что я услышал, как гудит лампа под потолком.

– Мутанты, – начал я медленно, – это мелочь. Просто животные, изменённые энергией хаоса. Они опасны, да. Но они не особо умны. Они действуют на инстинктах. Их можно перехитрить, перестрелять, приручить, в конце концов.

Я обвёл взглядом зал, задерживаясь на каждом лице.

– Но за пределами нашего мира есть другие миры. Миры, где Бесформенное победило. Где оно царствует безраздельно. И там обитают твари похуже обычных мутантов.

Снова посмотрел на Максима.

– Ты видел предупреждение от Системы? Про Эмиссаров? А вы, все остальные, вы его видели?

По залу прокатилась волна кивков. Кто-то пробормотал «да», кто-то просто нахмурился, вспоминая.

– Эмиссары – это чудовища высокого уровня, – продолжил я. – Армия. Настоящая сила Бесформенного. Они разумны. Они владеют магией и хрен знает чем ещё. Моя группа столкнулась с одним из них. Владыка Падали, восемьдесят третий уровень. Эта тварь подняла из мёртвых целую орду крыс. Лавина боевых единиц, действующих слаженно, как единый организм. И с ним были Гончие, оборотни, все как на подбор выше тридцатого уровня. Я убил двоих. Но это далось очень непросто.

Замолчал, снова давая им переварить порцию информации.

– Скоро в наш мир явятся такие же твари. Много. Барьера не будет. Единственная защита – это мы сами. Потому нам необходимо подготовиться. Каждый должен внести свою лепту. Каждому придётся работать на благо фракции, чтобы мы выстояли, когда планету накроет вторая волна вторжения.

Я сделал несколько шагов в сторону выхода из столовой. Там, у стены, было пустое пространство, которое я заранее присмотрел.

– Глядите сюда.

Вытянул руку и активировал материализацию. Воздух задрожал, пошёл рябью, и в следующую секунду передо мной возник металлический шкаф. Высотой метр семьдесят, шириной в два с половиной, глубиной сантиметров шестьдесят. Каркас обшит листовой сталью с матовым антистатическим покрытием. В центре, на уровне груди, располагалась контактная панель: мерцающий багровым светом Кровавый Рубин, плотно посаженный в углубление с фиксирующими лапками.

От кристалла расходилась сложная система проводников из паучьего шёлка. Чтобы магия не пробивала на корпус, нити паутины были затянуты в плотную экранирующую оплётку и собраны в толстые магистральные шины.

Внутри шкаф напоминал серверную стойку. Ряды стандартизированных слотов с пустыми энергетическими кристаллами. Магическая паутина подводилась к контактным клеммам каждого гнезда, образуя распределительную сеть с микроконтроллерами из Энергетических Матриц.

– Это прибор для выкачки маны, – пояснил я. – Работает просто. Вы кладёте руку на Рубин. Он поглощает вашу ману. Затем автоматика распределяет энергию по пустым кристаллам. Как только ёмкость заполняется, цепь размыкается, кристалл сбрасывается в бункер-накопитель, а на его место встаёт следующий.

Я открыл одну из боковых дверок и продемонстрировал механизм подачи. Никакой хрупкой электроники, чистая механика. Пружинные подаватели коробчатого типа, кулачковые сбрасыватели и направляющие пазы. Ничего сложного, но надёжно, как затвор автомата Калашникова.

– Мана восстанавливается быстро, – продолжил я, закрывая дверцу. – Один-два часа, и резерв снова полон. Поэтому с сегодняшнего дня мы вводим новое правило. Каждый член фракции перед завтраком, обедом и ужином сдаёт половину своей маны. А перед сном всю. От ночной сдачи освобождаются только дежурные. Бойцы на ночь сдают половину, некомбатанты опустошают резерв полностью.

По залу снова прокатился гул. На этот раз громче, тревожнее. Люди переглядывались, шептались, кто-то качал головой.

– Это что же получается? – снова подал голос Максим. Он не садился, продолжая стоять с вызывающим видом. – Вся наша мана достанется тебе?

Я повернулся к нему. В столовой повисла звенящая тишина.

– Ты что, совсем охренел⁈ – рявкнул на парня Борис, вскакивая со своего места. – Ты кому это говоришь, сопляк⁈ Алексей вас всех спас! Он этот отель считай лично у Гладиаторов отбил! Он Голема и Левиафана завалил! Он пашет как проклятый, пока ты…

Я поднял руку, и Борис осёкся. Замер с перекошенным от злости лицом, сжимая кулаки.

– Сядь, Боря, – сказал я спокойно.

Он нехотя опустился на стул, продолжая буравить Максима взглядом. Тот побледнел, но старался держаться нагло. Глаза бегали, выдавая страх.

– Ты спросил, вся ли мана достанется мне, – произнёс я ледяным тоном. – Хороший вопрос. Посмотри вокруг.

Я обвёл рукой столовую, стены отеля.

– Ты видишь этот зал? Эти стены? Отель был полуразрушен после атаки Кладбищенского Голема. Огромная земляная тварь сорокового уровня крушила всё комьями грязи. Мы восстановили здание. Не за месяцы, а за дни. Знаешь, почему это стало возможным? Потому что у нас была мана. Мана, которую я вкладывал в строительство, в производство материалов, в ремонт техники, в работу инженерных систем.

Я снова активировал материализацию. Воздух рядом со мной сгустился, засветился, и в следующее мгновение в столовой возник «Страж».

Титановая броня робота матово заиграла в свете ламп. Мощные манипуляторы, заканчивающиеся пятипалыми кистями. На плечах блоки ракетных установок. В предплечьях стволы скрытых пулемётов. Голова-датчик с голубым свечением оптики. Абсолютная неподвижность статуи и одновременное ощущение готовности в любой момент сорваться в бой.

По залу прокатился вздох. Кто-то в испуге прикрыл рот ладонью. Кто-то, наоборот, подался вперёд, разглядывая боевую машину.

– Это «Страж-1М», – сказал я. – Прометей. Боевой андроид. Многие из вас его уже видели. Он находится здесь, в отеле, и охраняет вас. Знаете, сколько маны ушло на его создание? Тысячи единиц. Без маны у нас не будет таких защитников. А с маной будут. И не только такие. Я создам машины, способные уничтожать Левиафанов с одного залпа.

Я сделал паузу на пару секунд и продолжил:

– Эта жертва позволит нам всем выжить. Потому что мы успеем склепать армию роботов. Успеем построить крепость. Успеем превратить прилегающие территории в укрепрайон. Успеем подготовиться к тому, что придёт, когда таймер обнулится.

Максим открыл рот, но я не дал ему сказать.

– И да, значительная часть маны пойдёт на мои проекты. Потому что я – инженер. Я создаю оружие, броню, дронов, турели, ловушки. Всё, что защищает вас и этот отель. Если кто-то считает, что справится лучше меня – вперёд. Покажите свой уровень. Свои навыки. Свои чертежи. Я с радостью уступлю место тому, кто докажет свою эффективность.

Все в зале замолчали. Максим стоял, открывая и закрывая рот, не в силах выдавить ни слова.

И тут со своего места поднялась Рейн.

Она сидела вместе со своей группой: Сильвером, Полканом, Горынычем, Чайкой, Гринписом и Костоправом. Когда она встала, все взгляды устремились к ней.

Девушка выглядела бледной. Она опиралась на костыль, но двигалась сама, без посторонней помощи. Короткие кроваво-красные волосы торчали в разные стороны. В лице ни кровинки. Только холодная, неприязненная решимость.

Она медленно, прихрамывая, пошла через зал с видом ледокола. Тишина стояла такая, что было слышно, как стучит по полу её костыль.

Рейн остановилась передо мной. Посмотрела мне в глаза с целой гаммой эмоций во взгляде. Ненависть, унижение, злость, и… что-то странное, непонятное. Что-то, похожее на уважение. Неохотное, вынужденное, но уважение.

Ни слова не говоря, она протянула руку и положила ладонь на Кровавый Рубин.

Объект: Рейн – Уровень 22

Энергоёмкость: 280 маны

Автоматический режим поглощения

Статус: Активирован

Камень вспыхнул ярче. По проводникам потекла энергия. Рейн вздрогнула, на мгновение опустила веки. Её лицо исказила гримаса. Не боли, а скорее отвращения. Процесс поглощения маны – штука неприятная.

Через несколько секунд на сенсорной панели вспыхнул голубой индикатор, сообщая, что один из пустых кристаллов в боковом отсеке наполнился. Ещё немного времени и рядом загорелся следующий.

Рейн отдёрнула руку, будто обожглась. Снова посмотрела на меня.

– Вампир, – бросила она негромко, но в тишине зала это слово услышали все.

Развернулась и, опираясь на костыль, заковыляла к двери. В зале раздались нервные смешки. Кто-то прыснул, кто-то хмыкнул. Напряжение немного спало. Люди зашевелились, зашептались.

– Ну, раз маг крови назвала тебя вампиром, значит, ты всё делаешь правильно, – прокомментировала Искра с нашего стола.

Следом за Рейн со своего места вскочил Горыныч. Он буквально подлетел к прибору, едва не сбив по пути пустой стул.

– Так, так, так! – его глаза горели бешеным энтузиазмом. – Это что же получается? Мы будем копить ману? Много маны? Очень много? Лёша, Лёша, слушай!

Он положил руку на Рубин, даже не поморщившись. Камень снова засветился, вытягивая энергию.

– У меня навык есть! «Пиротехническое Ремесло» называется! Я могу создавать взрывчатку! Но мне нужна мана! Много маны! А если будет много маны, я смогу делать много взрывчатки! Представляешь⁈

– Напишешь техническое обоснование и список компонентов, – кивнул я, едва сдерживая улыбку. – Если расчёты верны, получишь свои кристаллы. Взрывчатка нам понадобится в промышленных масштабах.

– О-о-о, да! – он просиял. – Вот это я понимаю, подход! Когда этот ваш Барьер рухнет, мы им такую вечеринку устроим! Небо с овчинку покажется! Битва будет, всем битвам битва! Ох и отожжём мы, Лёха! Пусть прут, твари!

– Главное, чтобы ты нас всех не подорвал ещё до этого, – проворчал Костоправ с их стола.

Стоящий рядом Прометей внезапно повернул голову к пиротехнику. Его оптические сенсоры замигали, а из динамиков раздался синтезированный, лишённый эмоций голос:

– Анализ ситуации завершён. Вероятность нанесения массированной кинетической, термической и химической травмы враждебным биологическим объектам при снятии Барьера оценивается в 99,8 %. Я нахожу данную перспективу… приемлемой. Протоколы уничтожения ожидают активации.

Люди вокруг нервно сглотнули, уставившись на робота-убийцу, который только что поддержал маньяка-пиротехника. Я усмехнулся. ИИ развивается весьма специфическим образом.

– О, робот заговорил! – восхитился Горыныч. – Слушай, железный, а ты любишь взрывать? У тебя же ракеты есть! Давай вместе что-нибудь бабахнем! Я придумаю рецепт, а ты запулишь!

– Я способен производить запуск ракет с осколочно-фугасной боевой частью, – подтвердил Прометей. – Однако любые модификации боеприпасов должны быть согласованы с Создателем.

– Слышал, Лёха? – Горыныч повернулся ко мне. – Он согласен!

– Он сказал «согласованы со мной», – поправил я. – Обсудим позже. Иди пока.

Горыныч, сияя, как начищенный самовар, отскочил от прибора и вернулся за свой стол, где тут же начал что-то возбуждённо шептать Чайке. Девушка устало вздохнула.

Следом к прибору подошёл Гринпис. Он двигался не спеша, с задумчивым видом. Остановился перед Рубином, критически его осмотрел. Даже наклонился, разглядывая проводники.

– Сложная система, – пробормотал он. – Очень сложная, почти живая. А если мы с вами останемся, можно будет получить побольше кристаллов для оранжереи и огорода? Растениям тоже нужна мана. Они гораздо лучше и быстрее растут. Особенно те, которые я пытаюсь адаптировать к новым условиям. Им нужна подпитка.

– По ситуации, – ответил я. – Сначала оборонные проекты. Потом всё остальное. Но оранжерея в приоритете. Свежие овощи и фрукты нам нужны не меньше, чем патроны.

Гринпис кивнул, удовлетворившись ответом, и положил руку на Рубин. Камень засветился, вытягивая его ману. Друид даже не поморщился. Видимо, его связь с природой давала какую-то устойчивость к подобным воздействиям.

– Благодарю, – сказал он коротко и отошёл.

Следом подошла Чайка. Положила руку на Рубин, подождала, пока процесс завершится, и молча вернулась на место. Люди за столами начали переглядываться. Кто-то неуверенно поднялся. За ним ещё один. И ещё.

Через минуту к прибору выстроилась целая очередь.

Я смотрел на это и чувствовал, как напряжение медленно отпускает. Они приняли это. Не все, не сразу, но приняли. Поняли, что это необходимо. Что без жертв мы не выживем.

Перевёл взгляд на командирский стол. Варягин поймал мой взгляд и сдержанно, одобрительно кивнул. Это было важно. Не потому, что я нуждался в одобрении. А потому, что Варягин был одним из немногих, кто понимал, что лидерство – это не право, а обязанность. Тяжёлая, часто неблагодарная, но необходимая.

Очередь двигалась. Люди подходили, касались Рубина, морщились, отдёргивали руки и отходили. Кристаллы в боковых отсеках заполнялись один за другим. Механизм работал как часы, я протестировал его ещё вчера, перед сном.

Поискал глазами Ариадну. Она сидела в углу, за дальним столом, и делала вид, что очень занята разглядыванием узора на скатерти. Шёлковая блузка, тщательно уложенные волосы, макияж. Принцесса, мать её. Придётся сбить корону.

– Ариадна, – позвал я.

Девушка вздрогнула и подняла голову. В глазах паника пополам с обречённостью.

– Подойди.

Она медленно, как на эшафот, поднялась и направилась ко мне. Очередь расступилась, пропуская её.

– Для тебя будет особое задание, – сказал я, когда она приблизилась.

– Картошку чистить? – с надеждой спросила она. – Я уже поняла, готова! Две ванны! Три! Только не заставляйте меня больше копать червей! Оказалось, что это ещё хуже! Они мерзкие! И очень потеешь, пока лопатой работаешь! Противно, фу, ужас!

– Нет, – я покачал головой. – Черви пока не понадобятся. Твоя задача генерировать ману по расписанию. Составлю график на ближайшие дни. Будешь дежурить по ночам, вбирать лунный свет и заряжать кристаллы. Дед Василий тебя посторожит, одевайся теплее. А я подготовлю проект специальной башни с козырьком от ветра и обогревателями, но с открытой стороной, чтобы ничто не мешало тебе работать.

Ариадна побледнела.

– Дед Василий? Башня? Это как?

– Узнаешь, – я усмехнулся. – А пока сдай ману и иди помогать на кухне. После обеда отдохнёшь, выспишься. Сегодня вечером у тебя первая смена.

Она обречённо вздохнула, положила руку на Рубин, поморщилась красиво, как в кино, и поспешно ретировалась.

Я открыл контейнер и посмотрел на заполненные кристаллы. Сотня маленьких аккумуляторов, светящихся мягким светом. Наша общая энергия. Наш общий ресурс. Наш шанс на выживание.

Двадцать шесть дней.

Я перевёл взгляд на таймер. Цифры неумолимо отсчитывали минуты.

Мы успеем. Должны успеть. А чтобы увеличить этот шанс…

– Ещё минуту внимания, – сказал я громко. – Сегодня вечером мы начнём проект по созданию каталога Матриц. Каждый должен спуститься в мой подвал и продемонстрировать, на что способен, а я попробую запечатлеть вашу магию. Это не больно. Вызывать буду по одному через мессенджер.