Текст книги "Инженер. Система против монстров 10 (СИ)"

Автор книги: Гриша Гремлинов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Пожиратель взметнул голову вверх. Мотнул ею из стороны в сторону, чем сделал только хуже. Кислота пошла вниз, к центру туши. Та начала раздуваться.

– Всем в укрытие! – гаркнул я, отступая назад. – Щиты! Немедленно!

Паладин поднял свободную руку. Перед ним начал формироваться «Щит Веры». Борис, Медведь, Женя укрылись за плитами. Чайка и Горыныч тоже. Искра создала «Тепловой щит». Рейн не отставала, «Кровавый щит» встал перед ней красным прозрачным экраном.

Но Пожиратель не лопнул, он просто рухнул.

Всем телом, сразу, без предупреждения. Не «упал», как падает убитый зверь – на одну сторону, чтобы ещё подрыгать лапами. Он именно что обрушился, как переполненный водой мешок. Вся туша разом потеряла форму, и то, что было живым существом, растеклось по земле широкой, кипящей жижей.

Влажный, хлюпающий звук, будто кто-то уронил несколько тонн желе прямо на асфальт. Волна кислотной жижи пошла во все стороны. Она перехлестнула через плиты, зашипела на «Щите Веры», брызнула на «Тепловой щит» Искры и стекла по поверхности «Кровавого» барьера Рейн.

Меня накрыло с ног до головы.

Густая, тёплая, зелёно-серая дрянь облепила доспех. Шипела. Дымила. На титановых пластинах нарастал тонкий слой химического нагара. Но броня держала. Разумеется, держала, ведь я проектировал её с учётом химической стойкости, хотя и не был уверен, что она выдержит атаку Небесного Левиафана.

Система подсветила сообщение:

Получено опыта: 420 × 3 = 1260

Я стоял в луже того, чем минуту назад был Пожиратель сорок второго уровня.

– О-О-О-О-О-О! – взорвался Горыныч.

Пиромант буквально выпрыгнул из-за укрытия. Запрыгал, замахал руками, сдёрнул с лица противогаз. Волосы у него взлетели вверх и остались взъерошенными, что отлично подчёркивало его душевное состояние.

– ДА! ДА! ДА! ВОТ ЭТО ДА! – ревел он, не умолкая. – ВОТ ЭТО Я ПОНИМАЮ! ВОТ ЭТО НОРМАЛЬНО! УНИЧТОЖЕНО! ПОДТВЕРЖДЕНО! Я ВИДЕЛ, Я СВИДЕТЕЛЬ! ВСЕМ РАССКАЖУ!

– Угомонись, – устало сказала Чайка, выходя из-за плиты.

– НЕ МОГУ! – не унимался пиротехник. – ТЫ ВИДЕЛА⁈ ТЫ ВИДЕЛА ЭТО⁈

– Видела, – кивнула она. – Весь район, наверное, видел.

– А уж слышал точно весь город! – прыснула Искра.

«Щит Веры» рассеялся. Варягин опустил руку, отправил меч в инвентарь, вздохнул и вытер лоб. Он выглядел усталым. Хорошо, крепко усталым, потому что час под атаками сорок второго уровня – это не прогулка по Арбату. Хотя… на Арбате у нас тоже прогулка получилась ещё та.

Искра погасила «Тепловой щит» и подошла ко мне. Осмотрела с головы до ног. Критически. Так смотрит художник, который оценивает чужую работу и старается не говорить лишнего.

– Лёшенька, – сказала она наконец. – Ты знаешь, что уже второй раз за два дня убиваешь сорок-плюс уровневого монстра вот так запросто? Щёлкаешь их, как орешки?

– Ага, – согласился я. – Но с командой это даётся легче. Так что вы все молодцы.

– Как скажешь, – она хмыкнула и добавила: – Жаль, что тебе не понравился кабинет. Из него выскакивать на улицу, чтобы рвать и метать, можно прямо из окна, сэкономишь время…

– Аня, – с укором произнёс я.

– Что? – лукаво прищурилась она.

– Я стою в луже слизи и кислоты. Это не лучший момент для разговоров о тайм-менеджменте.

– Никогда не бывает «лучшего момента», вот в чём беда, – философски заметила она, но улыбнулась.

Над жижей что-то вспыхнуло.

Тихо, без взрыва и спецэффектов. Просто из облака белого пара, который поднимался от останков Пожирателя, начало формироваться нечто. Безмолвно и неторопливо, как конденсат на холодном стекле. Духовная энергия убитого чудовища принимала форму.

Сначала просто свечение в гуще пара. Потом проступили контуры, угловатые, кристаллические. Потом возник камень.

Он упал в лужу с тихим «плюх».

Зелёный. Насыщенный, глубокий, но не такой яркий, как «Ядовитый Изумруд» Левиафана, хоть и выше уровнем. Кристалл размером больше кулака, неправильной формы, с несколькими плоскими гранями и острыми рёбрами.

Жижа вокруг него шипела, но его не разъедала. У Энергетических Кристаллов вообще потрясающая прочность и стойкость к физическим воздействиям.

Я подошёл. Присел. Подобрал кристалл двумя пальцами в бронированной перчатке. Осмотрел на манер человека, оценивающего товар на рынке. Повернул к лунному свету. Заглянул внутрь. Структура плотная, без трещин, без пузырей. Впрочем, дефектных камней я ещё не встречал.

Энергетический Кристалл – Уровень 42

– Ну как, особенный? – спросил Сильвер, подойдя ближе.

– Нет, – я покачал головой. – Никаких бонусных способностей. Зато вместимость большая. Он один может заменить «Триаду». Потянет такого же робота, как Прометей или даже помощнее.

– Солидно, – коротко согласился Сильвер.

– Да, – подтвердил я, убирая кристалл в инвентарь.

Оглядел поле боя. Огромное пятно из того, что осталось от Пожирателя, расплывалось по тротуару и асфальту, поднимались тонкие струйки пара. Кислотная реакция с органикой и карбонатными компонентами бетона шла вяло, но неотвратимо. К утру от всего этого останется только характерный узор выеденных ям в асфальте. Химическая летопись того, что здесь произошло. Ну… или можно прибраться.

– Горыныч, лови, – я бросил ему прут с Изумрудом.

Пироманьяк просиял, поняв без слов, что его возвращают к роли дворника.

Фокусник присел на обломок и смотрел в одну точку с видом человека, который только что вспомнил, что забыл выключить дома плиту, понял, что дома больше нет, и пытается разобраться со своими чувствами по этому поводу. Похоже, темп нынешней жизни доканывает его.

Чайка стояла немного в стороне, держась за запястье. Кажется, слегка зацепило краем кислотной волны, хотя у неё наверняка был свой щит. Не тяжело, но неприятно. Горыныч ходил между обломками и с видом исследователя пинал ногой строительный мусор. Он тыкал палкой в каждую лужу. Кислота возвращалась в камень плохо и неохотно. Собственно, потому что уже почти вся успела вступить в реакцию, разложившись на соли, воду и денатурированный белок.

Рейн смотрела на меня. Прямо. Спокойно.

Я встретил её взгляд. Кивнул.

Она ответила тем же.

Мы оба знали, что она уже дважды у меня в долгу.

Я выпрямился, поднял взгляд на звёздное небо. Вдалеке что-то выло – не монстр, просто ветер через пробитые дыры в стенах. Ночь Красногорска, обычная, в меру апокалиптическая.

– Возвращаемся в отель, – сказал я. – Нужно многое обсудить.

Никто не спорил. Все просто начали двигаться. Кто к машинам, кто за своим снаряжением, кто за Горынычем. Вон, Борис уже тянет его за воротник от очередного «а давайте я ещё вот это подожгу».

Глава 16
Выводок

Ночь. Красногорск. Фары моего «Ленд Крузера» выхватывали из темноты разбитые витрины и деревья с облетевшими ветвями. Дизельный V8 объёмом четыре с половиной литра урчал ровно и басовито, почти не передавая вибраций в салон. Машина плыла над раздолбанным асфальтом, словно тяжёлый катер по неспокойной воде.

– … нет, вы не понимаете! – Горыныч, сидевший на заднем сиденье, жестикулировал так активно, что едва не заехал Варягину по лицу. – Это же классика направленного сноса, только в миниатюре! Я когда на стройке пиротехникой баловался… то есть, работал, мы так старые трубы валили! Бабах!

– Горыныч, – простонала Искра, сидевшая рядом со мной. – Если ты не убавишь громкость, клянусь, я засуну тебе в рот одну из твоих же «Веселушек». У меня после твоего «бабаха» до сих пор в левом ухе звенит. Ты контузил половину команды!

– Аня, ну признай, что было эпично! – ничуть не смутился пиромант, наклоняясь вперёд между нашими креслами. – Это же искусство! Симфония разрушения!

– Симфония у тебя в голове, – фыркнула Искра. – И дирижёр там явно пьяный. Если бы Лёша не влил в Пожирателя кислоту из кристалла, мы бы сейчас не в машине ехали, а переваривались в желудке этого холодца. И твои фейерверки не помогли.

– Это другое! – не унимался пироманьяк. – Фейерверки – это эстетика! Красота! А взрывы – чистая физика! Прикладная мощь! Шесть моих «Веселушек»! Шесть килограммов модифицированной смеси для усиления фугасного эффекта! И всё сработало как по нотам! Лёша, ты видел, как его подбросило⁈ Видел⁈

– Видел, – спокойно ответил я, не отрываясь от дороги. – И я видел, как ты закладывал заряды, пока мы отвлекали монстра. Без паники, без суеты. Расчётливо и точно.

Горыныч на мгновение замолчал, ошарашенный. Похвала от меня, да ещё и такая прямая, явно сбила его с панталыку.

– Ну… работа такая, – пробормотал он, сдувшись.

– Ты показал себя профессионалом, Горыныч, – продолжил я ровным тоном. – В критической ситуации отбросил всё лишнее и сделал то, что должен был. Это ценно. Очень ценно.

В зеркале заднего вида я видел, как Варягин едва заметно кивнул. Искра хмыкнула, но в её взгляде промелькнуло что-то похожее на одобрение.

За нами, покачиваясь на ухабах, шёл УАЗ «Патриот». Его светодиодная «люстра» на крыше заливала дорогу мертвенно-белым светом. Там ехали Борис, Медведь, Рейн и Чайка. Замыкала колонну «Нива». В ней сидели Тень, Женя и Фокусник.

Мы подъехали к территории «Крома». Автоматические прожекторы на крыше отеля ожили, провожая нас лучами. Стволы турелей дёрнулись, опознавая машины, и замерли. Ворота медленно поползли в сторону.

Но что-то было не так. У ворот, в круге света от фонаря, стоял дед Василий. Сгорбленная фигура в ватнике, с неизменной двустволкой ТОЗ-63 в руках. Рядом с ним, прижавшись к ноге, сидела Найда. Её голый хвост подрагивал, а уши настороженно торчали. Старик и его чудовищная собака смотрели не на нас, а в сторону хозяйственных построек. Дверь в бытовку, где стоял инкубатор, была распахнута настежь.

Я заглушил двигатель.

– Что-то случилось, – глухо произнёс Варягин.

Мы вышли из машин. Воздух был прохладным и пах сыростью. Я подошёл к старику.

– Василий, что происходит?

Дед сплюнул на землю и мотнул головой в сторону бытовки.

– Началось, – буркнул он. – Час назад где-то. Трещать начало. А потом пищать. Девчонка ваша там сидит, не выгонишь.

Варягин напрягся.

– Олеся? Одна?

– Не одна, – проворчал дед. – С пацаном этим, песчаным. И с паучихой своей. Я их шуганул было, да куда там. Паучиха на меня жвалами щёлкает, девчонка упёрлась, «это мои, я должна быть рядом». Тьфу.

Мы, не сговариваясь, двинулись к бытовке. Остальные тоже высыпали из машин, молча присоединяясь к нам. Рейн, Тень, Борис – все были здесь. Чувствовалось общее напряжение.

Внутри бытовки было тепло и относительно светло. Мой высокотехнологичный инкубатор «Ковчег-1», собранный из алюминия и закалённого стекла, стоял посреди помещения. Его дверцы были открыты, ложементы пусты. Все пятнадцать яиц, каждое размером с приличный арбуз, теперь лежали в больших деревянных ящиках, выстланных соломой. И шевелились.

На полу, скрестив ноги, сидела Олеся. Рядом с ней Никита. Гигантская паучиха замерла в углу, как мохнатый страж. Девочка сидела спиной к нам, склонившись над одним из ящиков. Она что-то тихо шептала.

– Олеся, – мягко позвал Варягин.

Малявка обернулась. Её лицо светилось таким неподдельным, абсолютным счастьем, что у меня на миг перехватило дыхание.

– Папа! Дядя Лёша! Смотрите! – прошептала она, указывая на ящик. – Он первый!

Мы подошли ближе. В ящике, на подстилке из соломы, среди крупных осколков толстой скорлупы, сидел новорождённый мутант.

Это был цыплёнок. Если можно назвать цыплёнком существо размером с крупную утку. Мокрый, жалкий, покрытый не пухом, а какой-то склизкой плёнкой, которая уже начинала подсыхать. Голова непропорционально большая, с огромным, мощным жёлтым клювом. Глаза размером с пятирублёвую монету. Вместо куриных крылышек из спины торчали два уродливых кожистых отростка, точь-в-точь как у летучей мыши. А сзади, измазанный в остатках желтка, волочился длинный змеиный хвост.

Кровавый Гребень – Уровень 1 (Условно)

– Какой… симпатяга, – выдала Искра, заглядывая мне через плечо. – Полковник Сандерс в гробу бы перевернулся трижды. Но наггетсы из таких ребят получаются вкусными.

Существо издало тихий, скрипучий писк и неуверенно качнулось на своих узловатых, трёхпалых лапах.

– Он не для наггетсов! – возмутилась Олеся. – Он – Первенец! Я его уже приручила. Он меня понимает. Правда, малыш?

Цыплёнок-мутант снова пискнул и ткнулся клювом в её протянутую ладошку.

– И это мальчик, – продолжила она. – Вырастет петушок. Видите, он называется не как его мама. Она была Кровавой Наседкой, а он Кровавый Гребень!

– Очаровательно, – согласилась Искра.

Я смотрел на это создание и думал о перспективах. Если все цыплята выживут, у нас будет целая эскадрилья крылатого ужаса с окаменевающим взглядом. Пятнадцать ручных василисков.

В этот момент из соседнего ящика донёсся отчётливый стук. Потом ещё один. И ещё. Тук-тук-тук. Из другого ящика ответили тем же. Последовал треск.

Одно из яиц пошло трещинами. Не тонкими паутинками, а глубокими, основательными разломами, будто по нему ударили молотком изнутри.

– Начинается, – пробормотал Сильвер, стоявший у входа.

Первый цыплёнок, Первенец, вдруг выпрямился, насколько позволяли его слабые мышцы, и издал пронзительный, требовательный писк. Он был громче, настойчивее. И этот писк, как спусковой крючок, запустил цепную реакцию. Со всех сторон, из всех ящиков, раздался треск. Процесс больше напоминал взлом, чем вылупление.

Из яйца, которое треснуло первым, показался острый клюв. Он с силой ударил по скорлупе, откалывая крупный кусок. Потом второй.

ХРУСЬ!

Скорлупа разлетелась, и на солому вывалился второй мокрый, уродливый комок жизни. Он был чуть меньше первого, но такой же омерзительно-величественный.

Кровавая Наседка – Уровень 1 (Условно)

Вслед за этой цыпочкой, как по команде, начали взрываться остальные яйца. Стук, треск, удар когтистой лапой, хруст скорлупы. Один за другим, с интервалом в несколько секунд, на свет появлялись новые монстры. Воздух наполнился запахом амниотической жидкости и чего-то дикого, первобытного.

– Ёжики пушистые… – пробормотал Борис.

– Это не ёжики! – тут же поправила Олеся. – Это птички!

Пятнадцать новорождённых куролисков. Они копошились в своих ящиках, пищали, пытались встать на ноги, шлёпали по соломе кожистыми крыльями и хвостами. И в центре этого хаоса сидела маленькая, счастливая девочка.

Олеся выпрямилась. Её лицо стало серьёзным, сосредоточенным. Она закрыла глаза.

– Тихо, – сказала она. – Всем тихо.

От неё пошла волна. Невидимая, неосязаемая, но я почувствовал её, как лёгкое изменение давления. Поток чистой маны, окрашенный её волей.

Олеся активировала навык: «Приручение».

Олеся активировала навык: «Приручение».

Олеся активировала навык: «Приручение».

Системные сообщения вспыхивали перед её глазами сплошным потоком. Она накрыла их своей волей, своей силой приручителя. Девочка смотрела на цыплят и приручала их одного за другим. На её лбу выступили капельки пота. Мана таяла по десятке на каждую птичку. Когда она закончилась, Олеся наскоро поглотила пару кристаллов и сразу же продолжила.

Новорождённые монстры замерли. Писк стал тише. Дёрганые, хаотичные движения прекратились. Они все, как один, повернули свои уродливые головы в её сторону. Их ещё не сфокусированные глаза смотрели на неё.

– Олеся, тебе хватит сил на такую ораву? – обеспокоенно спросил Варягин.

– Хватит, – выдохнула она. – Они… слушаются. Они все меня слушаются.

Её ментальная энергия окутывала каждого цыплёнка, вплеталась в их примитивное сознание, устанавливала связь. Примерно так программист прописывает базовые команды в чистую операционную систему. «Я – хозяин. Вы – стая. Моя воля – закон».

Последний цыплёнок, самый крупный после Первенца, перестал дёргаться и затих, покорно склонив голову. Четырнадцать уведомлений о получении десяти очков опыта. Олеся глубоко вздохнула и посмотрела на нас усталыми, но сияющими глазами.

И в этот момент перед ней вспыхнул голубой свет.

УВЕДОМЛЕНИЕ СИСТЕМЫ:

Поздравляем! Ваш уровень повышен!

Ваш текущий уровень: 5

До следующего уровня: 50/500

Получено очков характеристик: 3

Открыт новый Навык:

«Звериный Вожак (пассив.)»

Вам доступно подарков: 1

Олеся моргнула. Посмотрела на свои руки, потом на нас.

– Ух ты, – только и сказала она.

– Новый навык? Открой описание, – велел я, подходя ближе.

– Ага, – кивнула она. – «Звериный Вожак». Система говорит, что теперь я смогу командовать всеми своими питомцами на любом расстоянии. А шанс на приручение мутанта, который выше меня уровнем, вырос на 25 %!

Мощно. Особенно если учесть, что у нас взаперти сидит Бледный Аспид седьмого уровня. Ещё немного, и можно попробовать его приручить. Но сначала сделаю для неё доспех, чтобы змеюка не сожрала нашу юную королеву зверей, пока та пытается подружиться.

– А подарок? – спросила Искра с нескрываемым любопытством.

Олеся нажала кнопку «Принять». Перед ней в воздухе материализовался предмет. Он вспыхнул мягким светом, а затем упал на пол возле ящика.

Это был небольшой свиток с красной ленточкой и сургучной печатью.

Предмет: Свиток Пространственного Зова

Тип: Артефакт

Качество: Эпическое

Особое свойство: После изучения дарует навык, позволяющий мгновенно призвать выбранного питомца, если тот находится вдали от приручителя. Питомец телепортируется к хозяину.

– Ого, – присвистнул Фокусник. – То есть, если тебя зажмут в углу, ты свистишь, и из воздуха вываливаются три вот таких бройлера, даже если в Питомнике пусто? Это же спецназ по вызову!

– Это тактическое преимущество стратегического уровня, – поправил я, глядя на девочку. – Олеся, отправляйся к себе и спокойно изучи свиток.

– Ага! – она схватила свиток и убрала в инвентарь. – Но сначала нужно покормить цыплят! Они очень голодные! Я чувствую!

И словно в подтверждение её слов, пятнадцать уродливых клювов раскрылись, издав требовательное, хриплое шипение.

– Ну всё, – хохотнул Борис, потирая мощную шею. – Прощайте, наши запасы тушёнки. Эти проглоты нас по миру пустят.

– Не пустят, – я развернулся к команде. – У нас достаточно мяса для этого детского сада. А чтобы его количество не уменьшалось, завтра организуем рейд. Нужно прокачивать низкоуровневых, но потенциально полезных членов фракции. Сергей Иванович, отбери наиболее перспективных.

– Сделаю, – кивнул Варягин.

Я обвёл взглядом своих людей. Уставшие, грязные, кто-то с кислотными прожогами на одежде, кто-то в копоти. Но глаза у всех горели.

Дед Василий хмыкнул, закидывая ружьё на плечо:

– А кто за этими петухами-мутантами дерьмо убирать будет? Я, что ли? Фиг вам, у меня щенки, остальное сами разгребайте!

И, недовольно бурча, ретировался.

Олеся хихикнула, а я лишь улыбнулся, направляясь к дверям отеля. Жизнь продолжается. И она мне даже чем-то нравится.

* * *

Мастерскую заполнял тёплый свет «Фонарщика». Прометей стоял в центре помещения и не двигался. Со стороны казалось, что он задумался о чём-то вечном. Хотя на деле искин никогда не «задумывается» в человеческом смысле. Он просто ждёт, когда я открою рот и дам очередное задание.

Мы с Варягиным и остальными провели короткое обсуждение событий и перспектив. С василисками всё понятно, но их оружие, окаменяющий взгляд, ещё не развито. А вот Печать Времени… её можно использовать очень интересными способами. После я отпустил всех спать или дежурить, а сам спустился в свою святая святых. График работы сбился… хотя кого я обманываю? Его и не было никогда. Постоянно, каждый день какие-нибудь форс-мажоры отвлекают меня от крафта.

Нужно продолжить развивать и улучшать оружие.

– Прометей, ты так и не успел рассказать мне про модификации, которые разработал для моего доспеха.

Робот сразу же ожил и шагнул ближе.

– Модификации были доработаны в свете последних событий и открытий, Создатель.

Я откинулся на спинку кресла.

– Давай, выкладывай.

Прометей шагнул ещё ближе, а я открыл интерфейс и приготовился получать от него данные. Над рабочим столом развернулась голограмма «Разработки Чертежей», куда я сразу же перебросил чертёж своего доспеха. Полноценная трёхмерная модель в масштабе примерно один к десяти. Она медленно вращалась, как экспонат в музее.

– Первоначальная концепция предусматривала интеграцию стрелкового оружия в наручи, – начал Прометей без предисловий, деловым тоном конструктора на презентации. – Я провёл симуляцию и пришёл к выводу, что от этого решения следует отказаться.

На голограмме засветились оба предплечья.

– Правый наруч занят модулем «Коготь»: лебёдка, трос тридцать метров, выстреливаемый наконечник. В левый встроен проектор энергетического щита с батареей. Оба модуля образуют сложные механические и энергетические контуры в пространстве предплечья. Встраивание стволов и боепитания потребовало бы увеличения диаметра наручей минимум на шестьдесят процентов. Это создало бы проблемы с центром тяжести, сократило бы углы поворота запястья и, что критично, увеличило бы визуальную сигнатуру. В плотном городском бою это недопустимо.

– Согласен, – кивнул я. – Что вместо?

– Предлагаю полностью сменить концепцию встроенного вооружения, – Прометей указал пальцем на голограмму. – Вместо огнестрельных систем можно интегрировать магические излучатели. По одному на каждое предплечье.

Он переслал новый пакет данных. Голограмма изменилась. Появились компактные устройства, чем-то напоминавшие крупнокалиберные дульные тормоза, встроенные заподлицо с броней.

– Конструктивно это цилиндрические эмиттеры диаметром сорок пять миллиметров, расположенные вдоль оси предплечья с выходом на тыльную сторону кисти. Корпус из структурного сплава доспеха, внутри посадочное гнездо под стандартный Энергетический Кристалл с заранее запрограммированной Матрицей.

– Тип воздействия определяется вложенной Матрицей? – уточнил я.

– Верно. Огненная Матрица – концентрированный сгусток или струя пламени. Ледяная – крио-луч для эффективной заморозки подвижных сочленений цели. Теоретически возможны Матрицы с другими типами урона: электрическая, кинетическая, воздушная, разрывная, световая. По мере расширения вашей базы Матриц будет расти арсенал. Правый и левый эмиттеры независимы. Вы можете одновременно применять разные типы магического воздействия.

Я смотрел на модель, и в голове начинала складываться картина. Левый щит отклоняет удар, правый эмиттер бьёт в ответ. Или одновременно, с двух рук.

– Принято. Продолжай.

Оптика андроида переместилась на спину доспеха. Новый пакет данных, я принял и применил. Там разгорелись новые маркеры.

– Заплечные пулемётные установки, – произнёс он. – Ключевая концепция: в нейтральном положении вооружение не должно ограничивать свободу движений оператора. Оно появляется лишь тогда, когда нужно.

Голограмма ожила. Из-за плеч доспеха начали медленно подниматься две компактные установки на шарнирных рычагах. Они остановились над плечами, так, что стволы смотрели в направлении взгляда пилота, примерно на тридцать сантиметров выше уровня шлема.

Чем-то они напоминали крылья… только без перьев и с пулемётами.

– Базовый принцип: двухзвенный рычаг с электроприводом. Нижнее звено идёт от спинного бронесегмента, верхнее крепится к оружейной платформе. В сложенном состоянии установки прижаты к спине. Время развёртывания по симуляции одна целая восемь десятых секунды. Система боепитания: ленточная подача по гибким рукавам, скрытым под бронёй, из единого короба на пояснице. Конструктивно схоже с боепитанием моей собственной системы «Печенег-А».

– Калибр? – спросил я.

– Двенадцать и семь, – ответил Прометей, а я укрупнил оружейные платформы, рассматривая стволы с агрессивными дульными тормозами. – Выбор сделан на основе проработки двух вариантов. Малый калибр, пять сорок пять, даёт солидный носимый боекомплект, но орудия катастрофически теряют в убойной силе и пробиваемости на средних дистанциях. При ленточной схеме масса полного боекомплекта из пятисот патронов 12,7×108 мм составляет около семидесяти пяти килограммов с учётом короба и трактов подачи.

Я смотрел на голограмму, машинально потирая подбородок. Андроид продолжал:

– Эта масса сконцентрирована в нижней части спины, вблизи оси вращения корпуса. Симуляция подтвердила: момент инерции растёт нелинейно, но динамическая стабильность при беге и удержании равновесия в прыжках остаётся в допустимых пределах. Импульс отдачи распределяется рычажной системой с демпфером, пиковые нагрузки гасятся, а вторичные колебания не влияют на точность очереди. Поэтому я остановился на тяжёлом калибре.

Схема на голограмме сменилась детализированной моделью оружия. Два узнаваемых, но укороченных силуэта крупнокалиберного пулемёта. Ни прикладов, ни пистолетных рукояток, только компактный блок управления огнём, ствольная группа и приёмник ленты.

– Длина стволов шестьсот миллиметров. Неизбежная потеря начальной скорости из-за укороченных стволов является приемлемым компромиссом ради компактности и мобильности всей системы. Основная задача установки – огневое подавление на ближних и средних дистанциях, где эта потеря не считается критической. Система наведения: стабилизированный сервоблок с двумя степенями свободы, баллистический вычислитель и прямая связь с HUD шлема. Оператор видит прицельные маркеры непосредственно перед глазами и управляет огнём мысленной командой или голосом. Никаких лишних движений.

– Разумно, – кивнул я. – Мне нравится.

Снова посмотрел на вращающуюся голограмму. Доспех с этими системами выглядел серьёзно. Очень серьёзно. Два независимых магических эмиттера в наручах и заплечная огневая поддержка.

– Дополнительные рекомендации? – спросил я, откидываясь на спинку кресла.

– Несколько, – кивнул Прометей – Первое: подошвы доспеха оснащены полимерным амортизирующим покрытием. Предлагаю интегрировать пьезоэлектрические сейсмодатчики по три на каждую подошву – аналогично стопам моей конструкции. Передвигаясь, вы будете автоматически считывать вибрации грунта и получать данные о приближении тяжёлых объектов.

– Да, это очевидное решение. Что ещё?

– Экстренный энергетический резерв. Я рекомендую выделить в голенях по одному закрытому отсеку для аварийных батарей малого типа. При критическом разряде основного энергоблока они автоматически берут на себя питание систем жизнеобеспечения, нейроинтерфейса и связи примерно на двадцать минут.

– И это само собой разумеется, – кивнул я. – Дальше предложишь разместить на спине и плечах широкоугольные камеры и тепловизоры?

Прометей немного помолчал, потом признался, что так и есть.

– Сектор обзора триста шестьдесят градусов, интеграция с HUD. Устраняет мёртвую зону за спиной оператора. Стоимость решения минимальная, эффект существенный.

– Ещё что-нибудь?

Андроид снова взял паузу. Потом коротко ответил:

– Клинок.

– И что ты думаешь по этому поводу? – я выпрямился. – Аналог твоей системы «Жало» встраивать уже некуда.

– Верно, выдвижные клинки нецелесообразны, – произнёс он. – Не только из-за занятого пространства. Существует принципиальная разница в нашем с вами положении. Я не имею доступа к инвентарю, следовательно, не могу извлечь предмет из пространственного кармана в ходе боя. Поэтому моё вооружение должно быть интегрированным. Ваше – нет.

Я усмехнулся, поняв его направление мысли.

– Вы можете носить клинок снаружи. На рейке крепления или в специальном держателе на бедре. Но это тоже недостаточно эффективно с учётом ваших возможностей. Я рекомендую хранить клинок в инвентаре и доставать по необходимости, как вы делаете с прочим своим оружием.

– Ты предлагаешь мне меч? – я широко улыбнулся.

– Я предлагаю вам создать меч. Специально под ваши технологии.