Текст книги "Гонец. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14

Свою стандартную палатку, которую мне выдала еще Гильдия в начале пути, я поставил в центре стоянки горцов. Основной лагерь Гонцов благоразумно разместился в стороне, держа безопасную дистанцию от моих новых «подчиненных». Дикари же с палатками не заморачивались вовсе: они просто ложились прямо на голую землю, кутаясь в свои грубые меховые плащи и накидки.

Конечно, я планировал лечь спать сразу, но не тут-то было. Откуда-то из своих пожитков горцы достали кожаные бурдюки с вонючей брагой и начали активно пить у костров. Пришлось мне садиться рядом с ними, чтобы контролировать ситуацию. Правда, пить эту дрянь совершенно не хотелось, поэтому я цедил обычную воду из своей фляги Гонца.

– Вождь Сив, – обращаюсь я к здоровяку, – нам завтра рано вставать. Пора укладывать твоих людей.

– Завтра встанем, не волнуйся, предводитель Леон,– отмахивается Сив, делая мощный глоток браги. – А кто сам не сможет – я лично пинками разбужу.

Я вздыхаю. Раз они не спят, придется и мне сидеть с ними до упора, работая надзирателем.

Вдруг боковым зрением я замечаю движение со стороны гильдейского лагеря. К нашему костру направляются Кира и Тимур. Эх, ребята, ну куда же вы! Бродить ночью по лагерю пьяных варваров – не лучшая идея.

– Вы чего здесь забыли? – хмуро спрашиваю я, поднимаясь им навстречу и отводя в сторону. – Здесь небезопасно.

– Ну как же, пришли проведать великого предводителя горцев, – усмехается Тимур, хотя голос у него еще слабый. Видимо, зелья Раны вылечили, но сил не прибавило.

– Да уж, предводитель, фигня это всё, – я устало тру лицо. – Лучше сюда больше не ходите. Вы не представляете, чего мне стоит держать их в узде.

Я в красках привожу примеры: как, пока разжигали костры, один дикарь сегодня чуть не вспорол другому живот из-за косого взгляда, как мне приходилось либо через Сива, либо самому лезть в толпу и разнимать их.

– А как тебе это удается? – аж подивился Тимур.

– Твержу им одно и то же: Король платит только за полный отряд, – объясняю друзьям. – И нужны все тридцать воинов для сдачи контракта. Теперь уже двадцать девять, конечно, но суть та же. Меньше Король просто не возьмет, а значит, никакого золота они не увидят.

Действительно, только аргумент про деньги и работает пока что.

Кира смотрит на меня с сочувствием.

– Ничего себе у тебя проблемы, Лёня… – тихо говорит она. – Можно вообще вытянуть всё это?

– Еще как можно. Куда мне деваться? – я стараюсь улыбнуться, чтобы их успокоить. – Так что идите в лагерь и больше сюда не приходите.

– Хорошо, Лёня, – Тимур по привычке показывает мне большой палец, и они с Кирой скрываются в темноте, возвращаясь к своим.

Друзья возвращаются в гильдейский лагерь. Я оглядываю стоянку горцов: половина дикарей уже благополучно вырубилась вповалку вокруг потухающего костра. Вроде бы резать друг друга никто сегодня больше не собирается. Убедившись, что всё относительно спокойно, я забираюсь в свою палатку, падаю на спальник и мгновенно проваливаюсь в сон.

Будит меня резкий толчок и вспышка света прямо перед лицом. Я распахиваю глаза и в шоке замираю: в ткани палатки зияет свежая рваная дыра, а само копье, пробившее ее насквозь, бессильно отскакивает и падает вниз. Всего в сантиметре от моего носа острие с глухим звоном врезалось в невидимую мерцающую преграду и рухнуло на землю, так и не достав цель. Тут же перед глазами выскакивает системное уведомление:

⚙️ [СРАБОТАЛА ЗАЩИТА АРТЕФАКТА]

🔍 [Анализ свойств: кулон генерирует кинетическое защитное поле при угрозе физического удара]

Я хлопаю глазами, окончательно просыпаясь. Хорошо, что не снял кулон.

Снаружи раздаются крики, звон стали и шум схватки. Я смотрю на упавшее копье и замечаю на древке характерный меховой венчик. Я точно помню эту деталь – именно это копье было прикреплено к седлу Триги. Первая и самая логичная мысль: начался бунт, и мои же дикари решили меня прикончить!

Схватив свой топор, я пулей вылетаю из палатки, готовый дорого продать свою жизнь. Но, оказавшись снаружи, резко торможу. Лагерь кипит боем, вот только бьются мои подопечные не с Гонцами, а с какими-то совершенно незнакомыми дикарями, которые напали на нас под покровом ночи.

Времени на раздумья нет. Прямо по курсу вождь Сив отбивается сразу от двоих чужаков. Я подбегаю сзади к одному из нападающих и с размаху бью его топором по руке. Моя цель – просто обезоружить и вывести врага из строя, не убивая, чтобы потом, может, и допросить. Удар достигает цели, чужак вопит и роняет оружие, но мои гуманные намерения тут же летят в пропасть: Сив, не теряя ни секунды, делает шаг вперед и своим жутким молотом просто сносит раненому полчерепа.

В этот момент Система снова бьет по нервам:

⚠️ [УГРОЗА: Атака в голову!]

Я инстинктивно оборачиваюсь и резко пригибаюсь. Копье другого врага летит сверху вниз прямо мне в лицо. Я успеваю увернуться, но лезвие все равно должно было распороть мне плечо. Снова вспыхивает защитное поле кулона, отбрасывая острие, и Система выдает сводку:

⚙️ [ПОГЛОЩЕНИЕ УРОНА. Внимание: прочность барьера снижена]

🔋 [Анализ: Артефакт разряжается. Ориентировочный остаток прочности: 2–3 попадания]

«Графиня, спасибо, подарок просто классный! – лихорадочно думаю я, отскакивая в сторону и крепче перехватывая топор. – Вот только знать бы еще, как эту штуку заряжать. Ладно, лимиты ясны, теперь лучше под удары вообще не подставляться!»

Ночной лагерь разрывается криками и ржанием лошадей. В стороне всадник теснит Тригу, почти втаптывая дикарку копытами своего коня в землю. Времени на разбег нет. Я хватаю подаренную горцами пращу, вкладываю в нее камень и применяю связку навыков. Сначала накидываю на снаряд [Облегчение] – невесомый камень позволяет мне за секунду раскрутить пращу до немыслимой, свистящей скорости. А за мгновение до броска я отменяю первый навык и вливаю в булыжник [Бронебойный Импульс].

Заряженный маной снаряд врезается в грудь всадника, пробивая толстую меховую накидку, которая может служить легкой броней. Удар такой чудовищной силы просто сносит врага с коня, отбрасывая в темноту и спасая Тригу.

Потеряв преимущество внезапности, нападавшие дикари спешно отступают и растворяются во мраке. Я подхожу к Сиву.

– Кто это вообще такие были?

Вождь презрительно сплевывает под ноги.

– Племя Рыжих Козлов. Давно с ними враждуем. Решили, гниды, тайком ночью напасть.

– С чего бы это? – хмурюсь я.

– В прошлый раз мы точно так же тайком ночью на них напали, – невозмутимо пожимает плечами Сив.

– То есть вы их сейчас осуждаете за то, что они использовали вашу же тактику? – хмыкаю.

– Конечно! Нам-то можно! – возмущается вождь. – Когда мы нападаем, мы их убиваем. А тут они пытались убить нас. Разница же очевидна!

Спорить с этой философией непрактично. Я разворачиваюсь и иду к своей поваленной палатке.

– Если вы еще раз разбудите меня посреди ночи из-за такой ерунды, я вас лично в этот костер покидаю! – рявкаю я напоследок.

И это срабатывает: дикари уважают только грубую силу и наглость, так что мои слова они воспринимают с должным пиететом.

Пока я заново ставлю палатку, в лагерь вбегают дозорные Бегуны во главе с мастером Сержем.

– Что тут стряслось? – Серж цепко оглядывает трупы и раненых.

– Местные разборки, – отмахиваюсь я. – Соседние дикари заглянули на огонек.

– Забавно, – хмыкает Серж, теряя к ситуации интерес. – Раз сами справились, мы возвращаемся.

– Мастер, я могу остаться и полечить будущих рекрутов Короны, – вдруг подает голос пришедшая с ним Рана. Серж оценивающе смотрит на нее, коротко кивает в знак согласия и уводит Бегунов.

– Спасибо, сестра Рана, – с облегчением выдыхаю я.

– Да не за что. Весь твой десяток Гонцов рвался сюда на помощь, еле удержали, – усмехается рыжая девушка, доставая бинты из прихваченной сумки. – Но Серж ребят, конечно, не пустил.

«И правильно сделал, – думаю я, глядя на окровавленные топоры дикарей. – Молодые еще, чтобы с горцами в рукопашную сцепляться. Эта мясорубка не для послушников».

Сон придется отложить. Как оказалось, раненых после ночной стычки хватало с избытком, и решение Раны остаться было не просто правильным, а жизненно необходимым.

Я засучил рукава и принялся помогать девушке перевязывать порезанных горцев. Успели как раз вовремя: неугомонная Трига на полном серьезе собиралась прижечь глубокую рану одного из бойцов раскаленным в костре ржавым топором. Увидев эту первобытную дикость, Рана едва не сорвалась на крик. Трига в ответ недовольно побурчала что-то про «всегда так делали», но инструмент экзекуции всё же убрала.

Накладывать повязки я умел неплохо. Дикари поначалу не понимали, зачем их заматывают в какие-то чистые белые тряпки, и даже пытались их развязать из любопытства, но стоило мне рявкнуть на них командирским тоном, как они покорно замерли. В завершение мы напоили самых тяжелых гильдейскими зельями восстановления.

Закончив с пациентами, Рана устало вытерла руки и поднялась.

– Всё, я пойду в наш лагерь.

– Я провожу тебя, – тут же отзываюсь я, поднимаясь следом.

– Думаешь, мне нужна охрана? – с легкой улыбкой спрашивает девушка.

– Ни в коем случае, сестра, – в тон ей отвечаю я. – Но вдруг тебе нужна приятная компания на время прогулки?

– Возможно, – кивает она.

Я благополучно провожаю девушку до лагеря Гонцов. Там уже стало тихо, все спали после недавней тревоги. Кивнув дежурным часовым, я на пару минут заглянул проведать Батона. Лосенок обрадовался, утыкался теплым носом мне в ладонь и принялся облизывать пальцы своим шершавым языком. Убедившись, что у сохатика всё в порядке, я побрел обратно в беспокойный лагерь горцев.

Правда, в этот раз на стоянке меня ждала тишина. Горцы вымотались после своих пьяных гуляний у костра и последовавшей за ними поспешной ночной резни. К тому же многие изрядно потеряли кровь, поэтому почти весь авангард уже беспробудно дрых прямо на земле. Только двое выставленных дозорных сидели у затухающего огня, откровенно клюя носами. Мне следовало бы их хорошенько пнуть и взбодрить, но я решил не искушать судьбу. Каким бы «предводителем» меня ни называли, мой авторитет здесь имел границы. Демонстрировать власть и наказывать чужих бойцов безопасно только при живом присутствии вождя Сива. Поэтому ограничился тем, что растормошил их и побрел в свою палатку. Взглянул на прорванную ткань – влетевшее копье уже исчезло, видимо, Трига забрала свое имущество обратно. Установив системный таймер на нужное время, я провалился в сон.

Утром Система сработала как идеальный будильник. Я вылез наружу и принялся в буквальном смысле пинками будить спящих вповалку горцев. Основной лагерь Гонцов уже был на ногах: неподалеку вовсю скрипели повозки, ржали лошади, и Гильдия строилась в колонну. Подняв свой помятый авангард, мы снова двинулись следом за Бегунами-разведчиками.

Так прошло два дня монотонного похода. Королевские патрули нас больше не донимали, соседние племена дикарей тоже больше не рисковали нападать. На второй день Серые горы окончательно остались позади. Дорога вывела нас к новым скалистым отрогам – это уже начиналась территория, непосредственно предшествующая землям вулканцев.

Здесь патрули Короны сменились разведотрядами генерала Кнута. Бывалые армейцы косо поглядывали на моих немытых рекрутов, но претензий не предъявляли и оружие не доставали. Видимо, на передовой ситуация была такой, что любой боец ценился.

Один из таких разъездов все же притормозил, поравнявшись с нами. Командир отряда – грузный, сплошь покрытый старыми шрамами ветеран – направил своего боевого коня прямо ко мне.

– Значит, ваши разведчики не преувеличили, – хрипло произнес он, внимательно и оценивающе разглядывая мою форму. – Это правда, что послушник Гонцов ведет отряд рекрутов из Серых гор?

– Да, это правда, – спокойно ответил я, выдерживая его тяжелый взгляд.

Ветеран хмыкнул и покачал головой.

– Что ж, это удивительно. Впрочем, чего я только не видел в своей жизни… Но послушай меня, парень. – он сделал голос тише. – Раньше я долго служил в патрулях Серых гор и очень часто имел стычки с этими дикарями. – Он кивнул в сторону моего авангарда. – Я не знаю, при каких обстоятельствах они согласились тебя слушаться, но имей в виду: они непредсказуемы. Эти варвары могут легко ударить тебя ножом в спину за кусок мяса или задушить ночью во сне.

Я перевел взгляд на своих подопечных. Вождь Сив в этот момент меланхолично и глубоко ковырялся пальцем в носу, а идущая рядом Трига ловко поймала на лету крупную муху, деловито засунула ее в рот и с хрустом сжевала.

– Спасибо за совет, уважаемый, – ответил спокойно. – Я это учту.

Покрытый шрамами воин проследил за моим взглядом и хмыкнул. Он осознал, что я уже и сам без иллюзий представляю, с каким контингентом связался. Не добавив больше ни слова, командир развернул коня и повел свой патруль дальше.

Вскоре наш марш подошел к концу. Впереди выросла огромная основная ставка генерала Кнута – раскинувшийся гудящий военный лагерь. За рядами грубых деревянных частоколов виднелись сотни походных шатров, тренировочные плацы, полосы препятствий и снующие повсюду вооруженные патрули.

Мастер Серж велел Гонцам останавливаться и разбивать свой лагерь на подступах к ставке. Я как раз спешился и собирался заняться лошадью, когда ко мне подошла Лина.

– Вальд, – крикнула блондинка. – Бросай поводья, тебя мастер Серж зовет. Сказал, пойдешь вместе с ним в главный штаб на доклад командованию, как официальный наниматель горцев.

Условленного места я достиг быстро – Серж уже ждал меня у границы нашего свежего лагеря. С собой в ставку генерала мастер взял только меня и Бегуна Дроксра.

Я шагал по оживленному военному лагерю вслед за мастером Сержем. Выудив удобный момент, пока наставник шел чуть впереди, я поравнялся с Дроксром и негромко спросил:

– Слушай, а Симон там случайно не обиделся, что Серж в штаб взял тебя, а не его?

– А какое мне до него дело? – весело усмехнулся парень.

Мы как раз проходили мимо просторного учебного плаца, где тренировался какой-то элитный армейский отряд. Воины синхронно, как единый механизм, отрабатывали связки магических техник: по команде они слитным залпом швыряли перед собой сгустки ревущего пламени, а затем с силой били ногами по земле, заставляя вырастать из грунта острые каменные скалы. Выглядело это впечатляюще и невероятно слаженно – разительный контраст с дикой поножовщиной моих горцев.

Вскоре мы добрались до огромного командного шатра в самом центре ставки.

– Мастер Серж. Привел Гонцов по поручению Короля, – коротко представился наставник выставленным у входа телохранителям.

Один из охранников скрылся внутри, через полминуты вернулся и молча откинул тяжелый полог. Мы втроем зашли внутрь, Серж шел впереди.

Посреди просторного шатра стоял массивный стол, сплошь заваленный раскатанными тактическими картами. Над столом возвышался, видимо, сам генерал Кнут. Это огромный, широкоплечий мужик, чье лицо пересекала черная повязка на глазу. Я даже мысленно удивился: при нынешнем уровне медицины и чудодейственных зельях восстановления, способных вытащить человека с того света, потеря глаза казалась чем-то странным. Видимо, рана была либо слишком старой, либо нанесенной проклятым оружием, которое не берет магия.

В данный момент генерал жестко отчитывал трех стоящих перед ним по стойке смирно офицеров.

– Я чего-то не понял! Нам критически нужны техники на дальних дистанциях! Почему у нас на флангах до сих пор нет таких воинов⁈ Ищите где хотите, формируйте отряды, но чтобы они были! Всё, уходите!

Офицеры козырнули и спешно покинули шатер. Кнут тяжело выдохнул, развернулся и устремил единственный глаз на нашу делегацию.

– Да, я слышал, что вы наконец-то прибыли, – рокочущим басом произнес генерал, глядя на Сержа. – Для прославленных Гонцов вы слишком долго до нас добирались.

– Ваше превосходительство, мы проделали этот путь ровно за семь дней, – ровным, лишенным эмоций голосом ответил Серж. – Это стандартный отрезок времени для такого маршрута. Учитывая, что мы ведем отряд молодых, еще не обученных послушников, а не опытных Гонцов, мы шли в хорошем темпе. К тому же, в пути на нас напала стая Стальных Волков, что потребовало времени на устранение угрозы.

Генерал Кнут усмехнулся, глядя на наставника единственным глазом.

– Я смотрю, вам не очень-то нравится идея, что я затребовал в приказном порядке ваших послушников. Но опытных Гонцов сейчас крайне мало, да и они рассредоточены по другим полисам. А мне требуется именно большое число быстрых ног.

– Мои личные эмоции не оказывают никакого влияния на выполнение задачи, – отчеканил Серж. – Это приказ Короля и Гильдии, а приказы не обсуждаются. Для чего мы вам понадобились, генерал?

Кнут скользнул взглядом по мне и Дроксру, затем кивнул на стол.

– Подходите. Я покажу.

Серж сделал шаг к столу, а мы с Дроксром встали за его спиной, внимательно глядя на раскатанные карты.

Толстый палец генерала ткнул в бумагу. На карте виднелись очертания горного хребта, а чуть ниже раскинулась широкая равнина, сплошь испещренная глубокими трещинами.

– Это Гейзерная равнина, ее еще называют Парной, – начал инструктаж Кнут. – Она тянется на многие километры вширь. К ней прилегает множество наших деревень, да и Серебряный полис находится в опасной близости. Поскольку этот город поднялся на добыче серебра, он физически не мог быть построен далеко от гор.

Генерал обвел равнину рукой и мрачно закончил:

– Вулканцы используют эту равнину для скрытного наступления на наши фронтовые позиции. Они идут под прикрытием пара от гейзеров, используя его как дымовую завесу. Мне нужны ваши Гонцы. Вы будете прочесывать эти земли в тумане, выслеживать наступающие отряды вулканцев и затем бежать в ставку, чтобы докладывать их точные координаты.

– Не совсем понимаю, как вы успеете отреагировать на эти данные, генерал, – с сомнением произносит Серж, глядя на карту. – Даже если мой Гонец выжмет из себя всё и добежит до ставки, мобильный вражеский отряд не станет ждать. Пока ваши силы выдвинутся на перехват, вулканцы уже успеют сменить локацию и скрыться.

Кнут криво хмыкает, и его единственный глаз недобро блестит.

– Всё так. Но пехота никуда не пойдет. Как только вы приносите координаты в ставку, другой ваш гонец тут же мчится в Серебряный полис. Вы ведь знаете, кто сейчас охраняет этот город?

– Отряд Наездников на грифонах, насколько я помню, – хмурится мастер.

– Именно. И у них есть четкий приказ для таких случаев. Получив координаты, они тут же вылетают из Полиса на место дислокации врага и сбрасывают сверху алхимические бомбы с «Драконьей Желчью».

Лицо Сержа каменеет.

– Это оружие неизбирательного поражения. Радиус взрыва огромен. Если в этом квадрате окажутся крестьянские посевные поля, стада или деревни – их просто накроет вместе с вулканцами.

– Это необходимые жертвы, мастер Серж. Ради того, чтобы враг не продвинулся вглубь наших земель, – равнодушно отрезает генерал Кнут. – Вы сами верно подметили: пока мы передаем сигнал, враг может немного сместиться. Поэтому у отряда грифонов приказ бить ковровой бомбардировкой. Накрывать площадь целиком с запасом, чтобы ни одна тварь не ушла.

Серж молчит несколько долгих секунд, переваривая эту безжалостную тактику.

– Приказ ясен, генерал.

Я слушаю этот диалог и мне хочется матернуться. Это же какие масштабы катастрофы. И дело тут не только в грязи войны и чудовищных сопутствующих жертвах среди мирного населения, о которых упомянул Серж. Я думаю еще и о финансах. Боевая алхимия – это всегда колоссальные расходы, требующие редких ингредиентов и прорвы маны. Если эти «Драконьи Желчи» способны стирать с лица земли целые квадраты, то страшно даже представить их стоимость. Интересно, насколько глубока казна Королевства, если они могут позволить себе швыряться такими баснословно дорогими бомбами?

Генерал Кнут переводит свой единственный, пронзительный глаз на меня.

– Я смотрю, вы привели с собой весьма интересный экземпляр Гонца, мастер Серж, – усмехается он. – Ваши люди все такой нестандартной комплекции?

– Этот Гонец особенный, генерал, – невозмутимо заступает за меня Серж. – Он привел к вам в качестве рекрутов отряд дикарей из Серых гор. В количестве почти трех дюжин топоров.

Кнут удивленно приподнимает брови, и его взгляд становится куда более заинтересованным.

– Горцы? Что ж, не лишнее пополнение. Они подойдут для того, чтобы зачищать квадраты после алхимической бомбежки, – прагматично оценивает генерал. – Там всегда не хватает безжалостных рук, чтобы добивать выживших. А как зовут тебя, сынок?

– Новик Леон, – четко отвечаю я. – Леон Вальд.

Услышав фамилию, генерал Кнут едва заметно вздрагивает, и его бровь снова ползет вверх. Второе узнавание за пару дней. Кажется, мой отец оставил в этом мире весьма глубокий след.

– Ясно, – задумчиво, почти себе под нос тянет генерал. – Своих рекрутов передашь под командование графа Грэби. Найдешь его палатку по гербу – там нарисован Алый Волк. Отведи этих дикарей в его расположение. Сделай это через пару часов, пусть пока выдохнут с дороги.

– Да, конечно, ваше превосходительство, – киваю я.

Мы уходим. Я возвращаюсь в наш временный лагерь и собираю горцев вокруг себя.

– Собирайтесь. Армия Короны официально принимает вас на службу, – объявляю, глядя на обветренные лица дикарей. – Пойдемте со мной, я отведу вас в расположение вашего нового предводителя.

Вождь Сив хмурит густые брови:

– А ты с нами дальше не пойдешь?

– Нет. Я служу Гильдии Гонцов, вождь Сив, – отвечаю. – Я не наемник, и мой Путь лежит в другую сторону.

– Хорошо, – после короткой паузы басит вождь. Он делает шаг вперед и с уважением хлопает меня своей огромной ладонью по плечу, едва не вбив в землю. – Ты оказался нормальным мужиком, предводитель Леон.

Следом ко мне подходит Трига. Дикарка хищно улыбается, поигрывая своим оружием.

– Знаешь, а я даже рада, что тогда не прикончила тебя из-за твоего топора, – выдает она свой специфический комплимент.

– У тебя бы всё равно ничего не получилось, – усмехаюсь я в ответ, не отводя взгляда.

Трига фыркает, а Сив запрокидывает голову и хохочет:

– Это уж точно!

Я строю свой бывший авангард и веду их через военный лагерь. С патрулями проблем не возникает, и вскоре мы выходим к просторному шатру, над которым развевается знамя с гербом Алого Волка. Навстречу нам тут же выходит дежурный офицер.

– Я пришел принять твоих бойцов, Гонец Леон, – кивает он мне, пересчитывая дикарей взглядом. – Передавай командование. А тебя самого уже ждут внутри шатра. Заходи.

Я с облегчением оставляю горцев на попечение армейских и откидываю тяжелый полог. Но, переступив порог, замираю от неожиданности. За столом стоит не граф Грэби, как я ожидал, а сам генерал Кнут.

Он поднимает на меня свой единственный глаз и произносит:

– Я специально велел привести тебя сюда, чтобы сообщить кое-что лично, сын Эльса.