Текст книги "Гонец. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10

Утром по приказу мы действительно поднялись с самым рассветом. Однако, к нашему огромному счастью, местный трактирщик со своей семьей вскочил на ноги еще раньше. Поэтому вместо сухих пайков мы позавтракали полноценной горячей кашей с пылу с жару, с щедрыми кусками мяса и сладким компотом. Всю эту роскошь нам предоставили бесплатно – в знак благодарности за ночное спасение поселения от стаи Стальных Волков.

– Лучше бы Серж чистое золото с них в качестве платы потребовал, – рассуждает Тимур, тем не менее с бешеной скоростью уплетая свою порцию. – А потом бы просто за малую часть этих денег сам купил бы нам еды в дорогу. Остались бы в плюсе.

– Мастеру виднее, – Лина хмуро оглядывает Тимура.

Его экономика здесь и правда не работает: откуда у деревни звонкая монета? Я молча бросаю взгляд на нашего наставника, который ест ту же кашу за соседним столом. Как я понимаю, Серж вовсе не рвач. Это видно даже по его походному костюму – он сильно потрепанный и явно видал лучшие годы. А ведь Серж носит высокий ранг Стража Пути, которых в Гильдии не так уж и много. С его статусом он мог бы озолотиться, но ему плевать на роскошь. Впрочем, мне лично импонируют такие принципиальные люди, которые не пытаются содрать с беззащитных три шкуры за каждую услугу даже за спасение их жизней. Но при этом я признаю: жадные до ресурсов рвачи жизненно необходимы для выживания любой крупной организации. И в нашей Гильдии эту роль, судя по всему, с успехом выполняет сам Жорж.

– Собираемся, – разносится в наших головах холодный голос Сержа. Спустя полчаса завтрака мастер использует телепатию, чтобы не напрягать связки. Впрочем, благодаря вбитой за неделю привычке мы и так уже успели всё подчистую съесть.

– Группа, сборы! – тут же реагирует Линария, организуя наш десяток.

Весь свой походный скарб мы собираем максимум за четверть часа. За это же время оперативно запрягаем тягловых лошадей в повозки, и я перекладываю Батона в телегу к Тимуру. Сохатик уже плотно наелся, поэтому выглядит сонным, но при этом что-то мусолит в пасти. Почуяв неладное, я лезу рукой ему в рот, под замшевую верхнюю губу, и выуживаю изжеванную в слюнях тканевую ленту.

Рита, стоящая рядом, подозрительно хмурится и инстинктивно хватается рукой за свой хвост, проверяя прическу.

– Это не моя, – фыркает брюнетка. – У меня вообще всего одна осталась, всё благодаря твоему ездовому зверю.

Тут в стороне раздается строгий голос трактирщика, отчитывающего свою дочку:

– Почему у тебя волосы распущены перед гостями?

– Все мои ленты куда-то пропали за ночь, папа… – растерянно оправдывается девочка.

– Не позорь меня перед магами, иди либо нормально завяжи, либо платком накрой!

Они направляются мимо нашей телеги. Я тут же запихиваю слюнявую ленту Батону обратно в рот. Лосенок невозмутимо продолжает ее жевать. Всё равно не съест – нужных зубов у него для этого пока нет, только десны. Как только трактирщик с дочерью благополучно удаляются, я достаю ленту обратно, к явному разочарованию Батона, и незаметно прикапываю улику в грязь от греха подальше.

И снова мы топаем в авангарде, впереди скрипящих повозок. Деревенские всем составом высыпают из своих забаррикадированных домов и благодарно машут нам вслед руками, провожая как настоящих героев. Туши убитых Стальных Волков, кстати, Серж велел местным отправить на склады в Гильдию. Мастер, может, и не рвач в плане личного обогащения, но ради пополнения казны родной Гильдии в лепешку расшибется. Стальные шкуры и алхимические ингредиенты хищников стоят немалых денег, так что наш ночной риск полностью окупился.

Топаем по грунтовой дороге, маневрируя и огибая глубокие лужи. Солнце ярко светит, и всё бы ничего, но месить вязкую грязь неприятно – ноги быстро устают, а темп марша падает. Ближе к обеду, когда прямо по курсу вырастают высокие Серые горы, Серж объявляет внеплановую учебу.

К нашему десятку подходит Дрокср, держа в руках развернутую карту и латунный компас.

– Будем учиться тактическому ориентированию, Новики. У нас полтора часа привала, так что разомнем ваши мозги.

– А мы уже умеем азимут прокладывать, – гордо заявляет Кира. – Лёня нас еще в Училище намуштровал.

– Да неужели? – Дрокср приподнимает брови и с сомнением смотрит на меня.

– Но следующие тактические хитрости ты вполне можешь нам показать, брат сержант, – примирительно предлагаю я. – Ориентирование же полно нюансов.

Дрокср хмыкает.

– Твоя правда, Леон. Идти по компасу по прямой любой дурак сможет. А вот что делать, если вы заблудились в лесу? Сегодня я покажу вам «обратную засечку», – Бегун расстилает карту на телеге. – Представьте, что вы не знаете, где находитесь. Но вы видите вдали два крупных ориентира. Например, вон те два пика Серых гор. Тогда нужно брать обратный азимут, чертить линии на карте и находить свою точную точку стояния на их пересечении.

Дрокср объясняет материал на удивление доходчиво, прямо как настоящий старший товарищ, заинтересованный в нашем выживании. Но едва теория заканчивается, он вдруг предвкушающе усмехается, и в его голосе появляется явный подвох:

– Всем всё понятно? Отлично. А теперь давайте решим, кому мы сейчас завяжем глаза, выведем в лес и посмотрим, как этот доброволец выберется обратно к лагерю. Практика – лучший учитель.

– А это прямо обязательно? – уточняет Линария. – До конца привала всего час остался, мы можем не успеть вернуться.

– Да мы недалеко подбросим, чисто ради закрепления материала, – отмахивается Дрокср.

Ребята неуверенно переглядываются, явно не горя желанием играть в следопытов с завязанными глазами в незнакомой местности. Понимая, что пауза затягивается, я вздыхаю:

– Давай я пойду.

– Нет, Леон, ты у нас слишком умный, – Дрокср хмыкает. – Какой смысл проверять того, кто сам всю группу азимуту учил? Давай-ка мы возьмем кого-нибудь из твоих боевых сестер. Как насчет тебя, Новик Кира?

– Ладно… – неуверенным голосом соглашается девушка.

– Давай тогда меня тоже вместе с ней брось, – тут же предлагаю я новую схему. Всё равно нас потащат недалеко, и если бросят в одном квадрате, мы с Кирой авось найдем друг друга по звуку и будем выбираться уже в паре.

– Ну ладно, умник, поворачивайтесь спинами, – соглашается Дрокср и достает из подсумка плотные тканевые повязки.

Между тем я краем уха слышу, что в соседних десятках Бегуны тоже что-то монотонно объясняют своим первогодкам про ориентирование, но там всё ограничивается сухой теорией, без всяких экстремальных приколов с завязыванием глаз и выживанием.

– Повезло же нам с сержантом, – вздыхает Рита, тоже заметив эту разницу в методах обучения.

– Еще как повезло, хехе, скоро спасибо скажете, – довольно отзывается Дрокср. Он туго завязывает глаза сначала Кире, а затем и мне, полностью лишая зрения. – Тимур и Гворк, вы пойдете со мной. Поведете наших жмуриков до точки сброса.

– Я пойду вместо Гворка, – твердый голос Лины я слышу уже из кромешной темноты.

В следующую секунду она уверенно берет меня за руку. Нас с Кирой ведут вглубь леса вслед за сержантом Дроксром. Лишенный зрения, я автоматически переключаюсь на слух: где-то высоко поют птицы, в ветвях шуршат белки. Не забываю и считать про себя шаги.

– Первую оставляем здесь, – наконец командует Дрокср, останавливая процессию. – Леона тащим дальше. Новик Кира, стоишь на месте, считаешь про себя ровно шестьдесят секунд и только потом снимаешь повязку. Поняла?

Оставив девчонку, мы продолжаем движение. Я отсчитываю ровно сто своих шагов, прежде чем конвой снова останавливается.

– Твоя конечная станция, умник. Засекай минуту, – велит мне Дрокср.

В этот момент Лина, отпуская мою руку, на секунду прислоняется ко мне и быстро, едва слышно шепчет:

– Строго на восток.

Я едва заметно киваю, чтобы не привлечь внимание сержанта. Умничка блондинка. Гворк точно не догадался бы слить мне подсказку, да и далеко не факт, что он вообще смог бы без компаса распознать, где сейчас восток.

– Брат Дрокср, я беру шефство над нашей с Кирой обратной доставкой в лагерь, – громко произношу я в темноту.

– Да пожалуйста, бери, – пренебрежительно отмахивается старшак. – Главное – за сорок минут успейте, иначе влетит же, что задерживаете отряд.

Перед внутренним взором уже вспыхивает интерфейс.

[ПРОТОКОЛ «КУРАТОРСТВО»: УСТАНОВЛЕНА СВЯЗЬ]

Тип задания:

Шефство: добраться с товарищем.

Награда: рост Прогресса

Шаги сержанта и ребят быстро удаляются. Я даже не утруждаю себя мысленным подсчетом секунд – встроенный таймер Системы выводит обратный отсчет прямо поверх темноты. Я просто жду системной отбивки, и как только время выходит, срываю повязку с глаз. Оглядываюсь и быстро хватаю с поваленного дерева карту и компас и шурую строго на восток. Дистанция всего в сотню шагов – мне нужно успеть перехватить Киру до того, как она уйдет с точки высадки в глубь леса.

Как оказалось, гнал я сюда и волновался совершенно зря. Кира спокойно сидит ровно на месте своей высадки с развернутой учебной картой и компасом. Она поглядывает на виднеющиеся вдали пики Серых гор и, сверяясь с магнитной стрелкой, деловито накладывает обратный азимут.

– Уже вовсю работаем над возвращением в лагерь? – с одобрением спрашиваю я, выходя из-за листвы.

– Лёня! – улыбается Кира, отрываясь от вычислений. – Я с самого начала подозревала, что ты меня найдешь. Вот и решила не уходить, чтобы мы случайно не разминулись.

– Грамотный подход, – хвалю я. – И как успехи в топографии?

Я подхожу ближе, присаживаюсь рядом и с интересом заглядываю к ней в карту.

Девочка расстелила карту прямо на толстых выступающих древесных корнях, используя их вместо стола. Она грамотно провела две пересекающиеся линии обратного азимута от тех самых горных пиков.

– Мы находимся где-то здесь, в точке пересечения. А трактовая дорога, судя по всему, лежит на северо-востоке, Лёня.

– И правда, расчеты абсолютно точные, Кира, – одобрительно киваю я, сверяя ее геометрию. – Тогда не будем терять времени, пойдем.

Она быстро встает, начинает сворачивать карту, но вдруг неуверенно замирает:

– А прямой азимут для движения по компасу прокладывать не надо?

– Пока мы можем двигаться просто по солнцу, не тратя время на постоянные сверки с приборами. Дорога – это масштабный линейный ориентир, и она не так уж далеко, так что мимо мы при всем желании не промахнемся.

– Хорошо, – Кира окончательно сворачивает карту, и мы уверенно выдвигаемся в путь.

Мне действительно надо поспешить. Я кормил Батона целых четыре часа назад, а для растущего организма лосенка – это большой перерыв. По сути, эта лесная прогулка будет самым легким заданием на шефство, которое я когда-либо выполнял. Халявный Прогресс.

Но тут наши размышления прерывает резкое шуршание веток впереди. Мы выходим из-за кустов и нос к носу сталкиваемся с Симоном.

– Вы чего тут забыли, сопляки⁈ – мгновенно злится он. При этом старшак делает резкое движение, поспешно пряча какой-то сверток за спину.

– У нас практическое задание от Дроксра по ориентированию, – спокойно объясняю.

– Вот и валите отсюда! – злобно рычит он, стараясь не поворачиваться к нам боком.

Ведет он себя подозрительно. Я успел заметить этот предмет до того, как Симон его спрятал: плотный тканевый сверток, скрывающий что-то небольшое. Что Бегун может тайком прятать в лесу от своих же?

– Конечно, брат, уже уходим, – беззлобно и равнодушно отвечаю я, и мы с Кирой молча продолжаем свой путь, обходя его по дуге.

– Вы уже пришли? Так быстро? – разочарованно тянет Дрокср, когда мы выходим к стоящим на тракте повозкам. Остальные ребята из десятка тоже удивленно вскидывают головы.

– Мы сами вернулись буквально десять минут назад, – сообщает Линария.

– А мы шли на ощупь, – заявляю я, направляясь к повозке, чтобы наконец покормить Батона. – Так оказалось проще и быстрее всего.

– Какой еще «на ощупь»? – недоверчиво хмыкает Дрокср. – В следующий раз в лес на проверку закинем не тебя с твоими фокусами, а кого-нибудь потупее.

При этих словах Бегун покосился на Димона. Тот под взглядом старшака сразу сник, и ему стало явно не по себе от таких перспектив.

Я же тем временем проверяю награду за успешное шефство над Кирой.

[ПУТЬ: ГОНЕЦ – Стадия 2: «Нашел ритм»]

Активные каналы: 8/100

Прогресс до стадии 3: 13%

Всего один процент Прогресса. С одной стороны, логично: задание было плевое, безопасное и не требовало никаких физических или магических затрат. Но с другой – всё равно обидно, что так мало. Эх, жадная Система. Серьезно прокачаться можно только в условиях реального риска для жизни.

Вскоре из леса на тракт возвращается и сам Симон. Я фиксирую его состояние: глаза у старшака сильно покрасневшие, взгляд какой-то мутный и расфокусированный. Ну не плакал же он там в кустах над заначкой, в самом деле. Значит, употреблял? Наркоман на службе? Ох, это еще хуже, чем я думал. И куда только смотрит мастер Серж? Как его хваленая высокоуровневая телепатия и навыки сканирования не засекли неадекватное состояние подчиненного?

Лезть на рожон и доносить я, конечно, не собираюсь – Симон и так меня ненавидит, а я могу и ошибаться. Если назову его наркоманом, а это оказывается не так, то точно станем с ним врагами. Но и спину подставлять этому Бегуну теперь нельзя. Зависимые люди – самые ненадежные элементы в любом отряде: их реакции опасны, неадекватны и непредсказуемы в критической ситуации. Надо будет внимательно понаблюдать за его поведением и держаться подальше.

До подножия Серых гор наша колонна добирается долгих три дня. И каждый день на марше Серж стабильно выделяет по два-три часа на обучение Новиков. Темы чередуются: то мы снова отрабатываем ориентирование с Дроксром, то учимся накладывать жгуты и делать экстренные перевязки под наставничеством Раны, то старшие Бегуны жестко гоняют нас в рукопашном бою, набивая нам синяки. Кроме этого, мы каждый день обязательно по полчаса практикуем стрельбу из лука. А всё остальное время – просто монотонно идем вперед. Я прекрасно понимаю мотивы наставника: гнать необстрелянных первогодок-Новиков сразу на фронт – это такая себе идея. И Серж, осознавая свою ответственность, прагматично пытается впихнуть в нас максимум базовых навыков выживания прямо в пути, насколько это вообще возможно.

На очередном привале, уже перед самым началом затяжного подъема в горы, Серж встал перед нашим строем. Мы как раз расселись вокруг повозок, всухомятку обедая сухпайками.

– Внимание, отряд. В этих горах полно дикарей, не признающих законы Королевства, – мастер начал ментальный инструктаж. – Особенно часто банды промышляют засадами на узких тропах, где повозкам негде развернуться. Поэтому с этой минуты всем быть в полной боевой готовности. Мы также будем высылать вперед дозорные двойки из Бегунов на всякий случай, чтобы исключить фактор внезапности.

А вот это уже неприятная новость. Еще не хватало схватиться с вооруженными бандитами на узком карнизе.

Перед началом нового этапа марша я подхожу к нашей повозке. Коротко погладив отдыхающего Батона, чтобы успокоить Питомца перед тряской, я забираю свой топор, который до этого ехал вместе с грузом, и затыкаю его за пояс. Лишний металл на бедре сразу дает о себе знать – ходить с таким довеском объективно тяжелее. Но если дело дойдет до стычки с вооруженными дикарями, топором махаться куда сподручнее и эффективнее, чем охотничьим ножом. Рубящий удар легко пробьет кустарную броню и даст хоть какое-то преимущество в дистанции.

Серые горы тут же смыкаются и глухо окружают нас со всех сторон. Наша колонна медленно двигается по узкому каменному отрогу.

* * *

Серые горы

Сив Красный Рог наблюдает в трофейную подзорную трубу за тем, как далеко внизу двигается колонна Гильдии. Маршрут выбран идеально: сейчас повозки как раз ползут по самому узкому каменному карнизу, огибающему крутой склон. Слева от них – глухая скала, а справа – смертоносный обрыв. Места для маневра у конвоя нет вообще.

– Совсем сопляки безусые, – презрительно сплевывает Трига Рыжая Коса, оценивая состав отряда. – Эта Гильдия страх потеряла. Ходят по нашим исконным землям как к себе домой.

– Они в принципе не считают эти земли нашими, – мрачно буркает Сив, не отрываясь от окуляра. – Они думают, что здесь всё еще длится их гребаное Королевство и действуют их законы. И, конечно, сегодня они за эту самоуверенность ответят кровью.

– Только вот что-то я не вижу, что с них можно взять, – Норог Толстый Живот тоже щурится в свою трубу, пытаясь оценить рентабельность налета. – Какая-то жратва, обычные луки, стрелы… Вряд ли они прячут в таких хлипких повозках слитки золота.

– Это мы уже по факту зачистки посмотрим, – прагматично отрезает Сив. – Если у них действительно не окажется ничего ценного, то я лично вырежу наемнику Горду язык за ложную наводку. Дергайте рычаги!

Вожак резко оглядывается на своих дикарей. Те с натугой придерживают мощные деревянные жерди, подведенные в качестве рычагов под огромные, нестабильные валуны на склоне. Эти глыбы служат своеобразной плотиной – прямо за ними дикари заранее скопили целые горы камней и тяжелого щебня. По команде бандиты одновременно выдергивают опоры. Лишенные фиксации валуны срываются с места, и этот толчок запускает цепную реакцию: «пробка» вылетает, и вслед за глыбами вниз устремляются тонны удерживаемой ими каменной массы. Вся эта рукотворная лавина с нарастающим грохотом несется на узкую тропу, набирая смертоносную скорость. Сам Сив и его люди тут же отходят подальше в сторону, чтобы случайно не улететь в пропасть вместе с осыпающимся краем склона.

План засады прост и жесток. Пока каменный поток сметает повозки и намертво перерезает колонну надвое, ударной группе дикарей предстоит быстро спуститься по безопасным тропам и обойти конвой спереди. Как только грохот успокоится и пыль осядет, они нападут на выживших Гонцов в лоб, зажав растерянных людей в безвыходные тиски между обрывом, своими клинками и глухим завалом из тонн камня и раздавленных товарищей.

* * *

– Чего встали-то? – спрашиваю я, когда мы с Кирой подходим к вставшей повозке Тимура.

Разрыв строя на узком горном карнизе. Основная колонна двигается дальше, уходя вперед, а наша повозка почему-то намертво встала, заблокировав заодно и ту единственную повозку, что ехала прямо за Тимуром.

Сам парень уже спрыгнул с козел и нервно нагнулся над правым задним колесом, пытаясь что-то выковырять. Батон, почуяв заминку, тоже любопытно поднялся на задние ноги и свесился через дощатый борт, внимательно разглядывая действия возницы.

– Камень неудачно попал прямо между спицей и осью, заклинило намертво, – тяжело пыхтит Тимур, безуспешно дергая булыжник голой рукой. – Вообще не поддается, засел как влитой.

– Отойди, дай-ка я, – занимаю его место.

Сняв с пояса топор, я наношу обухом несколько ударов по застрявшему камню. Порода с хрустом крошится, и булыжник вылетает из механизма – готово.

– Блин, мне бы такой же топор! —цокает языком Тимур и торопливо садится обратно на козлы, подбирая поводья, чтобы нагнать ушедший вперед отряд.

Но тронуться мы не успеваем.

Сверху внезапно раздается оглушительный, нарастающий грохот, от которого вибрируют доски под ногами.

– Ой! – в панике вскрикивает Кира, инстинктивно приседая.

Я оборачиваюсь на звук и с ужасом вижу, как прямо на нас по склону несется смертоносный камнепад.

Глава 11

Камнепад приближается. Кира впадает в ступор от накатывающего ужаса. Я не трачу время на слова: хватаю девочку за талию – благо весит она совсем немного – и одним рывком перекидываю ее через деревянный борт в повозку к Батону. Сам вцепляюсь в край досок с внешней стороны.

– Гони! – во всю глотку кричу я Тимуру.

Парень с воплем яростно стегает замерших лошадей. Наша повозка с грохотом срывается с места. Повозка, идущая прямо перед нами, тоже пытается набрать скорость на узком карнизе. Батон непонимающе хлопает ушами, а многотонные камни уже бьют по дороге впереди нас. Следует оглушительный удар, и переднюю повозку просто сносит в пропасть, перемалывая в щепки. Камнепад разрезает колонну надвое. Наших друзей впереди больше не видно за стеной поднявшейся каменной пыли, пропал и весь остальной отряд. Из-за завала доносятся только панические крики и ор. А третья повозка сзади тоже встала.

– Вспыхивай и беги! – гаркаю я лосенку, который растерянно моргает длинными ресницами. – Быстро!

Питомец подчиняется приказу: он мгновенно покрывается магическим огнем и пылающей кометой уносится прочь по тропе. Если нас сейчас размажет в лепешку, пусть спасется хотя бы сохатик.

Я пригибаюсь, слыша, как первые тяжелые камни с хрустом влетают в наши колеса. Спицы ломаются, я понимаю: всё, мы не успели уйти с линии удара.

– Прыгаем! – я хватаю Киру за руку и рывком перетаскиваю ее за борт, спрыгивая на самый край обрыва с противоположной от камнепада стороны. Повозка должна послужить нам заслонкой от летящих глыб. Тимур сидит слишком высоко на козлах – дотянуться до него и стащить вниз я при всем желании не успею. Надеюсь, он послушается моего крика.

В следующую секунду борт, находящийся ближе к склону, с хрустом сносит прилетевшим валуном, повозка схлопывается. Земля уходит из-под ног, и мы с Кирой, не разжимая рук, начинаем скользить по отвесному каменному склону прямо в пропасть.

– Эхо Чужого пути! Сиб Ногрес! – мысленно кричу.

Именно сейчас бы не помешал самый частый навык старого воина.

⚙️ [СИНХРОНИЗАЦИЯ С ОБЪЕКТОМ: СИБ НОГРЕС]

🧬 [АДАПТАЦИЯ ПАССИВНОГО НАВЫКА…]

✨ [ПОЛУЧЕНО: «ДРИФТ-МАНЕВР»]

Да! Хоть раз повезло!

Мы почти уже сорвались с обрыва в свободное падение.

– Лёня! Нет! – в панике кричит Кира.

– Доверься мне! – рявкаю я.

Она судорожно кивает и в ужасе зажмуривается. Я сам с силой отталкиваюсь от крошащегося края, утягивая ее за собой в бездну, чтобы не разбиться о скалы у подножия. В то же мгновение воинский навык врубает для моего восприятия «слоу-мо». Время замедляется. Я четко вижу, как горы камней летят за нами и скоро догонят. Быстро оглядываю почти отвесную стену: глубоко внизу, в каменистом склоне, зияет небольшая спасительная выемка прямо под скальным уступом. Выжить можно только если попасть точно туда!

Прямо в полете, нарушая законы физики за счет магии маневра, я крепче перехватываю девочку, группируюсь и меняю нашу траекторию, направляя нас точно в эту выемку.

Мы падаем на спасительный уступ. Я приземляюсь на спину, прижимая к себе Киру и работая живым щитом. Всю инерцию удара я принимаю на себя – девочка бьет меня своим весом. Но сама она, кажется, серьезно не пострадала, только шокированно хлопает глазами. Не теряя ни секунды, я с усилием переворачиваюсь и буквально заталкиваю ее со своего живота в ту самую скальную выемку, тут же пытаясь забиться следом. Но геометрия укрытия против нас: места для двоих мало. Я застреваю на полпути, торча боком наружу. В это же мгновение нависающий над нами карниз не выдерживает сыплющихся сверху ударов и раскалывается. Огромный кусок породы рушится вниз и падает прямо мне на грудь.

– Лёня! – в панике почти кричит мне прямо в ухо зажатая в глубине щели девочка.

– Лежи тихо… – едва слышно хриплю я.

Тяжелый обломок скалы придавил грудную клетку. Ребра угрожающе трещат, диафрагма заблокирована, и сделать нормальный вдох физически невозможно.

Грохот камнепада вокруг постепенно затихает, но вместо него доносятся яростные крики и звон стали. Дикари спустились на карниз и напали на наш отряд, завязав ближний бой. А я, вместо того чтобы прикрывать отряд, занят тем, что лежу придавленный куском горы и судорожно пытаюсь поймать пересохшими губами хоть крупицы воздуха. Мда, сейчас мне бы лучше помогать своим, стреляя из лука, но жизнь рассудила иначе.

– Лёнечка, потерпи, я помогу! Давай вместе! – Кира упирается руками из-за моей спины, пытаясь сдвинуть придавивший меня камень.

Но глыба не поддается ни на миллиметр, а спасительного кислорода в моих сжатых легких становится всё меньше и меньше.

В довершение всего откуда-то сбоку прибегает Батон. Лосенок уже погас и теперь скачет по свежему завалу между нагромождениями камней. Добравшись до моего зажатого тела, Питомец не придумывает ничего лучше, чем просто склонить голову и приняться вылизывать мое лицо своим шершавым языком.

Да уж, сохатый, твоя моральная поддержка сейчас просто как нельзя кстати. Сзади еще и Кира что-то шепчет успокаивающе.

⚙️ [ПРОТОКОЛ «ЗНАНИЕ ПУТИ»: АНАЛИЗ СРЕДЫ]⚠️ Статус: Критическое сдавливание грудной клетки. Угроза механической асфиксии. Рекомендации по выживанию:

Исключить панику: Немедленно прекратить попытки глубокого вдоха. Силовое сопротивление весу ускоряет сжигание остатков кислорода в крови. Контроль моторики: Перейдите на микро-дыхание. Делайте максимально поверхностные, короткие глотки воздуха исключительно за счет гортани и верхних дыхательных путей. Полностью отключите зажатую диафрагму. Замедление метаболизма: Максимально расслабьте все мышцы тела, искусственно снизьте пульс.

Следую инструкциям Системы и перехожу на микро-вдохи. Этого резерва хватит лишь на считаные минуты, поэтому панику нужно глушить и прагматично решать, как действовать дальше.

Вдруг что-то твердое ощутимо упирается мне в бедро. Хм, так это же мой топор! Он удачно соскользнул с пояса во время падения, и сейчас это мой единственный шанс. Успокоив дыхание, я осторожно нащупываю рукоять. Аккуратно просовываю широкое лезвие в узкую щель между моей придавленной грудью и краем скальной выемки, создавая из оружия надежный импровизированный рычаг.

Кира у меня за спиной всхлипывает и всё еще тщетно толкает неподъемную глыбу голыми руками. Это без толку, тут нужна синхронизация усилий.

– Кира… рычаг… топор… – хриплю я, экономя остатки кислорода и делая длинные паузы между словами.

Девочка, несмотря на шок, соображает мгновенно. Она просовывает руки и вцепляется в самый край деревянной рукоятки.

– Все… вместе… давай! – командую я с паузами.

Мы синхронно давим на рычаг. Удивительно, но монолит слегка сдвигается. Главное, чтобы древко сейчас не переломилось от напряжения. Батон, до этого вылизывавший мне лицо, удивленно вскидывает голову. Оценив ситуацию, Питомец тут же подключается: как только обломок уступа чуть приподнимается, лосенок просовывает морду в щель и с силой толкает глыбу снизу своим лбом.

– Ме-е-е… – натужно мычит он от перегрузки.

Совместными усилиями глыба приподнимается еще на пару спасительных сантиметров. Я судорожно втягиваю в легкие порцию нормального воздуха и с новой силой наваливаюсь на топор.

– Выскальзывай! – мычу я.

Кира отпускает рукоять, быстро протискивается мимо меня и выбирается из выемки наружу. Оказавшись на свободе, она тут же пытается с другой стороны подцепить камень пальцами, чтобы помочь, но это уже бесполезно – ее веса не хватит.

Теперь моя очередь. Используя последние силы, я приподнимаю глыбу рычагом, резко сдвигаю таз в сторону и буквально выкатываюсь из-под пресса, попутно дернув за собой Батона, чтобы лосенка не раздавило. Едва мы покидаем опасную зону, тяжелая скала с глухим бабахом рушится обратно.

– Лёня, ты в порядке? Живой? – Кира тут же приседает возле меня, тревожно осматривая мою грудную клетку.

Я с хрипом втягиваю воздух полной грудью, чувствуя, как саднят намятые ребра. Кислород обжигает легкие. Прежде чем я успеваю ответить Кире, перед глазами вспыхивают полупрозрачные системные строчки.

🔓 [СКРЫТОЕ УСЛОВИЕ ВЫПОЛНЕНО: «ПРЕОДОЛЕНИЕ КОМПРЕССИИ»]

Критерии получения: Выживание при критической физической нагрузке (сдавливание массой, многократно превышающей лимиты тела), острой гипоксии и угрозе механической асфиксии, сопровождающееся успешным силовым смещением подавляющего объекта.

✨ Разблокирован активный навык: [Облегчение и утяжеление] Описание: Позволяет носителю временно (до 2 минут) изменять физическую массу внешних неживых объектов через прямой тактильный контакт. Вы можете радикально снизить вес предмета для его легкого перемещения, либо критически утяжелить объект для создания непроходимой преграды или усиления кинетического урона. Расход энергии масштабируется от базовых габаритов цели.

Жорж прав: Система вознаграждает только за работу на износ. Запредельный надрыв и балансирование на грани действительно делают меня сильнее, но с одной маленькой оговоркой – если я вообще умудряюсь выжить в процессе.

Наверху тем временем бойня даже не думает стихать. Крики, ругань и звон стали сливаются в сплошной шум. Звуки лязгающего металла смещаются по склону вниз – дикари явно отступают под натиском наших к этому уровню.

– Надо прятаться, – тихо шепчу.

Превозмогая боль в намятых ребрах, я сажусь, хватаю растерянного Батона за загривок и силой тяну его за собой в сторону, чтобы Питомец случайно не выдал нас шумом. Кира, тихонько следует за мной тенью. Я тяжело хриплю при каждом движении, сказывается недавняя асфиксия, но тело слушается – значит, в норме. В голове бьется мысль о Тимуре. Он оставался на самом опасном месте, прямо на козлах, когда повозку снесло валуном. Очень надеюсь, что он уцелел под этим камнепадом. Ему сейчас главное просто не умереть от кровопотери и болевого шока. А переломанные кости или разорванные мышцы Рана потом срастит гильдейскими зельями.

Камней из свежего завала вокруг более чем достаточно. Мы прячемся за ближайшим большим валуном.

Мы присаживаемся за укрытием, стараясь даже не дышать. Вскоре совсем рядом раздаются неровные шаги и сдавленные стоны раненых.

– Гребаные Гонцы! – срывается на истерику чей-то голос. – Тот мастер чуть нас всех в одиночку не положил! Сив! На кого ты нас натравил⁈ Это не человек, это гребаный демон!

– Сив! Я только что потеряла десять своих родичей! Десять! – яростно вторит ему женский голос. – Кто-то должен ответить за эту бойню кровью!

– Ответит, Трига! – рявкает в ответ глухой бас вожака. – Гребаный Горд ответит за эту наводку обязательно!

Отличные новости. Значит, мастер Серж устроил им там настоящую мясорубку, и уцелевшие бандиты сейчас позорно отступают. Но в этот самый момент косолапый Батон нервно переступает на месте, и из-под его копыта с громким стуком скатывается вниз небольшой камушек. В наступившей тишине этот звук раздается как удар колокола.

– Тс-с! – я мгновенно хватаю лосенка за голову, заставляя его застыть, но непоправимое уже случилось. Нас услышали.

– Норг, бери двоих и живо проверь, что там шуршит в камнях! – тут же командует бас Сива. – Только не хватало, чтобы какой-то говнистый Гонец пустил нам в спину стрелу.

Слышится короткий окрик Норга – видимо, он отобрал нужных бойцов, и вот уже крадущиеся шаги направляются прямо к нашей засаде. Мы с Кирой переглядываемся. Она уже решительно обнажила свой охотничий нож, приготовившись дорого продать жизнь, ее личико побледнело. Двое первогодок против кучи матерых головорезов – это гарантированная смерть.