Текст книги "Газлайтер. Том 31 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Он машет рукой, и к нему тут же подходит один из слуг. На подносе – странного вида артефакт: полупрозрачный шар с подобием экрана? Да, определённо экран, пусть и магический.

– Это поделка Организатора Странника, уже покойного, – говорит Багровый, хитро глянув на меня. – Провидческий артефакт. Он создал его давным-давно. Недавно попал в мои руки.

Опять провидческий артефакт. Это, видимо, у аристократии Багровых Земель такой фетиш – искать магические побрякушки и показывать на балах. Впрочем, тот же Гримиэль мог взять пример с Багрового Властелина.

Ну, раз эта игрушка аж Странника, то, возможно, я что-то найду в обрывках его памяти, что мне достались. Когда я побеждал бывшего Организатора в Тибете, то его память частично повредилась, и не весь его нажитый опыт мне доступен, но процентов сорок – точно.

Бинго! Ментальные инструкции всплывают одна за другой. Кажется, управлять им очень легко.

Решаю попробовать, щупы тянутся к шару, охватывают его, проникают в структуру – и всё. Управление моё.

Я вижу внутренние процессы в шаре, как на ладони. Властелин кладёт руку поверх артефакта:

– Эта штука должна находить ментальный отпечаток по руке коснувшегося и показывать слово, отражающее его будущее. Попробую-ка я первым.

Экран отображает надпись:

«БАГРОВЫЙ»

– Ха, как это очевидно, – хмыкает он, но видно, что доволен. Если Провидение не сулит проблем – это, считай, победа.

Окружившая толпа дроу смотрит заинтересованно.

Багровый делает отмашку, и лорды с леди один за другим прикладывают ладони к артефакту. Шар отображает разные слова: от «яда» до «кирпичей». Причём стоит кому-то попасться словечко типа «кинжала» или «казни» – тут же куча дроу сдерживают злорадные ухмылки.

В общем, развлечение пошло. Но зато я научился видеть слова в настройках, прежде чем они попадают на экран.

Багровый наклоняется к Красивой:

– Внучка, а ты не хочешь попробовать?

Она фыркает, да кладёт ладонь на артефакт.

Я тут же вижу, что выдаст шар: «КОРОЛЕВА». Хм, неужели появится ещё одна королева Золотого Полдня? Вроде бы я пока не планировал новых жён. Или она сменит самого Багрового? Пожалуй, опасно показывать это всем вокруг. Заменю-ка на другое слово. Да только какое? Ай, ладно.

– Какого… ррр! – непроизвольно рычит Красивая, показав свою тигриную суть.

Шар вывел слово «МИЛАШКА».

Оборотница морщит нос и, презрительно вздёрнув подбородок, отходит в сторону.

– А что же ты, король Данила? – спрашивает лорд Питон.

Эх, придётся касаться этой штуковины.

Я прикладываю ладонь.

Настройки артефакта показывают ещё не отобразившееся слово: «УСАДЬБА». Поместье Филиновых меня никак не отпускает, и, похоже, там я встречу свою судьбу. Хм, оставим же её при себе.

Экран вспыхивает:

«ВАТРУШКА»

Багровый приподнимает бровь:

– Ватрушка? Это что ещё такое?

Я говорю серьёзно:

– Это «Ватрушки от Ирины». Флагманский десерт пекарни моей матери. Я как раз хотел взять с собой это лакомство из экипажа. Видимо, шар узнал, что вы его попробуете, Ваше Багровейшество. Сейчас, пара минут – и я вам принесу.

– Что ж, давай, Данила, – Багровый заинтересовался.

На самом деле, с собой я, конечно, ничего не брал. Но мамины ватрушки есть в московской усадьбе. Тёплые, с творогом, с пылу – с жару. Выйдя из зала, я связываюсь с Ломтиком. Спустя минуту из тени выплывает бумажный пакет. Вернувшись к играющим, подаю его Багровому.

– Угощайтесь.

Он достаёт ватрушку и пробует. Жуёт молча минуту. Наконец, он отрывает взгляд от выпечки:

– Чудесно.

Он поворачивается и подзывает одного из дроу:

– Лорд Мец, вы ведь у меня главный по продовольствию в Багровых Землях?

Мец кивает, не до конца понимая, во что вписался.

– Наладьте с королём Данилой производство вот этого лакомства. Все доходы будет получать король. Всё-таки у него Багровая Ветвь, и он имеет право на торговлю на моей территории.

Ну что ж. Багровый хлебобулочный рынок – мой. И всё благодаря подправленному артефакту.

Другие гости увлекаются шаром, а я отхожу в сторону. Багровый про меня забывает – ему сейчас интересно, какая судьба уготована его вассалам. Красивая обернулась, оглядела зал быстрым взглядом и, найдя меня, подошла. Встала так близко, что аромат её духов – терпкий, хвойный, с ноткой крови – зацепил моё внимание.

Ментальная связь открывается в голове, тихий хриплый голос спрашивает:

– Даня, ты же изменил слово, да?

Я улыбаюсь.

– Почему ты выбрал мне слово «милашка»?

– Я хотел сделать тебе комплимент, – отвечаю просто.

Она вдруг краснеет. Она фыркает смущённо и, если приглядеться, с лёгким блеском в глазах. Я отвожу взгляд, чтобы не усугубить. Не время. А то эти интриганы-дроу, снующие вокруг, всё подмечают.

Красивая так засмущалась, что забыла спросить, какое артефакт показал настоящее слово. Ну, потом как-нибудь расскажу. Девушка отступает к мясным закускам.

Ко мне же подходит лорд Питон. Рядом с лордом Примолодья держится высокий дроу с кольцами на всех пальцах и цепочкой, уходящей из уха куда-то за ключицу.

– Король Данила, позвольте представить, – говорит Питон. – Это лорд Гиберлин. Он поставляет ювелирные украшения по всей территории Багровых Земель. Возможно, король Данила пожелает отдать ему в дистрибуцию свои изделия.

– Очень рад знакомству, лорд, – сам я одним движением вытаскиваю из тени Ломтика каталог с нашими товарами и протягиваю его Гиберлину. – Предложить нам действительно есть что.

Лорд-ювелир берёт, начинает листать, прищурившись.

– Думаю, из этого выйдет прибыльное дело, король Данила, – улыбается Гиберлин.

– Благодарю за знакомство, лорд Питон.

– Всегда рад помочь королю Даниле, – явно преувеличивает отец Гюрзы.

Конечно, я понимаю, почему Питон подошёл только сейчас. Всё просто: Багровый Властелин лично представил меня одному из торговых монополистов. Только тогда все сомнения исчезли, и Питон решил подсуетиться.

После разговора с Гиберлином ко мне подлетает и Гюрза. Глаза леди внимательные, как у следователя, которому ты вдруг понравился.

– Король Данила, мой отец не славится благотворительностью, – говорит она по мыслеречи. – Но как только понял, что вы всё равно найдёте нужные контакты в Багровых Землях, то решил посодействовать. Чтобы не выглядеть отстающим.

Я наклоняю голову:

– Спасибо за честность, леди. Я не забуду вашей всегда своевременной помощи.

Она чуть улыбается. Девушка всё чаще играет на моей стороне, я это отмечаю, конечно ли. А вообще лорд Питон пускай хитрит. Всё равно ему выгодно пока не ссориться с королём, в чьей свите состоит «внучка» самого Багрового.

* * *

Цитадель Лорда Тени, Та Сторона

Леди Габриэлла приземлилась за воротами замка Лорда Тени. Её золотые крылья сложились плавным, безупречно выверенным движением – словно по нотам забытой небесной симфонии. Стража лишь молча склонила головы и отворила решётку, пропуская леди-херувима во двор. Эта встреча была назначена по тайным каналам.

Она шагнула во внутренний двор – и сразу ощутила тревожное: здесь что-то случилось. Повсюду – на каменной кладке глубокие царапины, следы стрел. Местами – опалённый участок земли, будто кто-то вызвал плазменный удар. У разрушенного фонтанчика – перекошенный фрагмент стены, как после точечного взрыва изнутри. Ловушки? Да как такое возможно! Это же не заброшенный склад, а цитадель Организатора! Тут повсюду стража, повсюду маги!

Лорда Тени она находит в его апартаментах, заполненных артефактами разного рода: от целебных до защитных. Теневик сидит в кресле.

– Что случилось в твоей крепости? – спрашивает Габриэлла.

Лорд Тень отмахивается раздражённо.

– Ничего.

– Значит, «не твоё дело».

– Что тебе надо, леди-херувим?

Габриэлла изучает хмурое лицо этого полного мужичка. Высший теневик словно бы сидит в осаде здесь, в своей крепости. Она почти не верит своим глазам. Неужели это устроил Филинов? По сведениям Габриэллы, Лорд Тень сейчас официально ни с кем не в состоянии войны. Оппоненты есть, политические противники в Организации – всегда. Но только с появлением Данилы Филинова обстановка вокруг изменилась. Защита у Лорда Тени даже в спальне.

Габриэлла в курсе, что Организация строго-настрого запретила Лорду Тени уничтожать Филинова. Но то, что Высший теневик вынужден терпеть атаки молодого менталиста и не может ответить даже скрытно – это не укладывается в картину мира Габриэллы.

Она говорит спокойно:

– Мой брат готовится к дуэли с Филиновым. И мне нужно, чтобы он умер.

Тень за его спиной шевельнулась. Он поднял голову и раздражённо прошипел:

– Нет. Умрёт Филинов.

Габриэлла хмыкает:

– Ты не понял, теневик. Мне нужно, чтобы они оба умерли.

– Хм… – наконец произнёс Лорд Тень. – Что ж… Я могу дать Ангелу оружие-артефакт, питающийся твоей силой. Златокрылая кровь херувима сделает его неостановимым. Он убьёт Филинова.

Пауза.

– А потом и сам умрёт от своего оружия, – договорил он.

Габриэлла улыбнулась. Звучало прелестно. Филинов бесил её уже не меньше брата, а может, и больше. Её раздражало, что этот менталист не купился на её златокрылую красоту и не угодил в ловушку в своём поместье.

– Это было бы замечательно, – сказала леди-херувим.

* * *

Наконец-то бал закончился и мы вернулись в Молодильный сад. Настя с Камилой тут же отправились в Москву, к Светке, а мне придется задержаться. Надо дождаться пробуждения Змейки, да и вдалеке обнаружились незваные гости.

Наши артефакты-сенсоры зафиксировали как далеко в степи открылся портал. А птицы-разведчики, контролируемые нашими телепатам, донесли, что из портала хлынула орда огромонов

Через Ломтикая я подслушиваю разговор их командиров: «Сад расцвел», «растут редкие штуки», «всё выдрать и унести».

В общем, пришли они за трудами Лакомки. Ну что ж, это все прекрасно, но загвоздка в том, что огромоны не зря называют себя расой воинов. Они отлично прижились бы в Боевом материке, хоть и не являются зверолюдьми. Мохнатая шкура и кости огромонов очень прочные, а сами они совершать рывки, снося все на своем пути. Если такая орда прибежит, придется таврам попотеть.

Потому я решаю схитрить, благо время есть.

Ждать некогда. Я передаю команду таврам: начать возведение ловушки. За десять минут накидываю чертёж. Передаю его напрямую в разумы «строителей».

Отъехав на спринтах глубоко в степь, тавры делятся на десятки и начинают кастовать гранитные плиты и вбивать их в землю. Камень плывёт, как воск, формируя начальные зигзаги будущего лабиринта.

Я, как главный архитектор, наблюдаю за возведением проекта с вершины высокого холма. Внизу стены поднимаются из земли, будто прорастают сами собой. Красивая, в облике тигрицы, лежит рядом, прищурившись и сверкая янтарными глазами, следит за процессом. Тигрица терпит-терпит и не подает виду, Наконец, не выдерживает:

– Даня! Скажи уже наконец, жестокий ты человек, что ты задумал⁈

– А как ты думаешь?

– Неужели… заманить в лабиринт? – глаза её расширяются.

– Огромоны не смогут проломиться сквозь десятки плит, – усмехаюсь. – А если смогут, то выдохнутся и мы возьмем их тепленькими.

– Да, это звучит логично, – тиграца хмурится. – Точнее звучало бы если бы это было возможным.

– А это возможно.

– Но как ты устроишь? Как их заманишь?

– Огромоны перемещаются рывками, – объясняю я, посматривая за таврами и через мыслеречь поправляя их, а то, бывает, рогатых заносит. – Мгновенные пространственные скачки. Но когда они несутся толпой, то не могут ориентироваться, так как ничего не видят за спинами соратниковв. Их направляют «ведущие наблюдатели». Без них войско огромонов– стадо, не больше.

– Я всё ещё не понимаю, – Красивая с нетерпением бьёт себя по боку хвостом. – Ты хочешь взять контроль над ведущими? Но как ты это сделаешь незаметно?

Вместо ответа я просто надеваю кольцо Буревестника, которое заранее перекинул Ломтик. Иллюзия мгновенно накрывает меня – и я превращаюсь в огромона. Волосатого, лохматого, тяжёлого.

– Ты даже пахнешь как они! – поражённо принюхивается Красивая.

– Я же телепат, а не фокусник, – пожимаю плечами. – Иллюзия должна быть цельной. Воздействовать на все органы чувств.

Ментально подзываю Белогривого. Конь подходит, тяжело фыркая. Он умеет перемещаться через порталы – скачками, быстро и точно. И мы отправляемся навстречу орде.

* * *

Молодильный сад, Примолодье

Целебный сон подходит к концу. Змейка ворочается, шевелясь во сне, тихо посапывает. Когтистая рука сдвигает одеяло, хвост лениво подтягивается к груди, обвивая бедро. Из горла вырывается мягкое, довольное мурчание.

И вдруг – далёкий грохот.

– Ма-за-ка… – шепчет она.

Глаза распахиваются. Сон разлетается на куски, как сброшенная змеиная шкура. В одно движение Змейка срывается с места, сбрасывает покрывало, проходит сквозь стену шатра – и вылетает наружу, едва не снося тавра, стоявшего рядом.

– Ма-за-ка! М-м-мать вывожка идёт ррвать твоих врррагов! – рявкает она, в голосе – обещание скорой и очень кровавой расплаты.

Глава 14

Белогривый резво скачет, совмещая телепорты со стремительным галопом. Я мог бы и с помощью легионера-портальщика перемещаться на своих двоих, но так я экономлю силы, а они мне понадобятся.

Огромоны находятся спустя пять минут. Орда несётся рывками, преодолевая километры за раз, иногда на их пути попадаются небольшие лесочки, и далеко не всегда «ведущие» ведут орду в обход. Я спрыгиваю с коня и отпускаю его обратно. А то ещё попадётся на глаза этим мохнатым – замучаешься отбивать.

Пробегаю немного сам через лесок и оказываюсь среди огромонов. Иллюзия держится, никто на меня даже не взглянул. Сейчас как раз пауза между рывками, и огромоны просто несутся. Это хорошо, а то рывки-то я делать непривычен. У меня, конечно, есть пара огромонов в Легионе, и их магию использовать я могу, но это мощный стресс для организма, а переделывать себя с помощью геномантии, чтобы легче его вынести – да ну нафиг!

Потому поторопимся. Секунда – и я врезаюсь в разумы ведущих посредством брошенных в спины пси-клинков. Щиты разлетелись, навигаторы послушно повели орду, куда им велено.

Мы приближаемся к Саду. Вдалеке уже должны быть видны деревья, да спины впереди несущихся огромонов заслоняют.

И именно в этот момент из земли начинают подниматься каменные плиты. Лабиринт вздымается вокруг. Тавры действуют слаженно. Часть плит была зарыта заранее – весь лабиринт не успели бы поднять, потому закопали только первые несколько десятков стен. Так, чтобы когда огромоны спохватились и заметили наземный лабиринт, их бы уже окружили поднявшиеся стены.

Огромоны, попав внутрь, теряют ориентиры. Орда распыляется, мохнатые пытаются пробить стены. Но их фирменные рывки требуют сил, которые убывают.

Тем временем тавры двигаются сквозь лабиринт. Сканеры отслеживают состояние целей. Тех, кто выдохся, хватают. Антимагические наручники защёлкиваются на мохнатых лапах.

А те, кто дерётся, – получают по полной. Хорошо, что Гумалин сделал около сотни браслетов. Конечно, на всех не хватит, но огромоны не славятся малодушием, и многие все равно будут драться насмерть. Такие вот эти мохнатычи.

Фоновое сканирование сбивает с мысли… О, вот и Змейка проснулась. Прекрасно.

* * *

Молодильный сад, Примолодье

Лабиринт вырастает перед Змейкой. Она ускоряется и в момент столкновения с каменной стеной – просто проходит сквозь гранит, как вода сквозь сито. Навык, чуть уже подзабытый в связи с формацией, но разум всё помнит. Он помнит, как быть опасной. Змейка не знает, что с ней случилось. Почему она стала такой маленькой, нежной и бесчешуйной⁈ Фака! Бесит! Но когти при ней, а хвост – даже больше. Потому врагам мазаки не сдобровать!

Звуки боя усиливаются. Хрип огромонов. Боевые выкрики тавров. Стены дрожат от ударов. И с каждым шагом Змейка меняется.

Плечи становятся шире. Тело вытягивается и обрастает чешуёй, которая утолщается и превращается в пластины. Теперь она даже стала больше, чем раньше! И – да, конечно – выпуклости вернулись. Снова можно прижиматься ими к мазаке!

Змейка врывается в самую гущу, чтобы «рррвать вррагов мазаки»!

Огромоны поворачиваются слишком медленно.

Хрясь!

Первый – в клочья. Второй – сдавлен и разорван. Хвост обвивается, сжимается, хрустит позвоночник. Она вырывает одного из толпы и швыряет в стену, которая, между прочим, не выдерживает.

– Мать выводка! – звучит в её голове знакомый голос. – Не успела проснуться, а уже за работу⁈

– Мазака-а-а! – утробно рычит Горгона.

– Давай ко мне, – и в её голове раскрывается довольно длинный маршрут через лабиринт. Потому хищница решает немного срезать, а десяток огромонов – это разве препятствие?

Скосив полосу из трупов, Змейка наконец видит своего мазаку.

Он поворачивается, чуть вскидывает брови:

– Ого. Ты даже трансформировалась! – он бросает быстрый взгляд на её молочные железы, накрытые пластинами. – Третья формация сделала твою… хм… боевую форму больше прежней. Ты как себя чувствуешь?

Она резко зыркает на него – и рычит.

– Отддддыхать не буддуу, фака!

– Точно?

– Нет! – взревела она. – Буду ррррвать! Фака!

Мазака улыбается. Медленно кивает.

– Ну, фака так фака. Тогда рвём вместе.

Она не отвечает. Уже кидается дальше. Её место – рядом с ним. В бою. В ярости. В крови.

И если кто-то решит, что Змейка – просто милая бесчешуйка под одеялом…

Пусть попробует сказать это, когда она разорвёт его башку пополам. Фака!

* * *

Позже, когда большая часть огромонов уже усеяла землю – кто в антимагических наручниках, кто в верёвках, а кому и вовсе путы не понадобились, ибо решили пасть в бою – я подошёл к Змейке.

– Мазака? – голос снова мелодичный.

Она уже сбросила боевую чешую и уменьшилась до бесчушейной малютки. Точь-точнь человеческая девушка. Стоит посреди поляны – босиком, голая, абсолютно довольная. Лицо милое, глаза огромные анимешные, змейки в волосах слегка щёлкают языками. За спиной – тяжелый хвост.

Я извлекаю из теневого портала платье для Змейки. Она тут же пятится, выставив перед собой медные когти.

– Не хочччччу, – фыркает.

– Надо, – говорю я спокойно.

Она замахивается рукой. Но я не обращаю внимания – знаю, что не ударит. Просто накидываю платье на плечи и оно соскальзывает вниз.

– Можно мне кофе? – отвлекаю ее, пока не разодрала одежду и она, факнув на прощание, уходит в лагерь.

Между тем тавры пригоняют грузовики и грузят огромонов в «кареты». Мохнатых повезут в поселок и разместят там с комфортом. Трехразовое питание и перина обеспечены. Мне их еще продавать обратно на родину. Потому в моих же интересах чтобы мохнатычи дожили до возвращения домой.

Спустя час уже в лагере я снова вижу Змейку. Всё повторяется: без платья, босиком, бродит по поселку, как будто тут её террариум. А то я думал, чего это кофе мне в кабинет на стол просто незаметно поставили, не показавшись.

– Где платье? – спрашиваю строго. – Ходить либо в платье, либо в боевой форме!

– Фааа-ка! – звонко выкрикивает она и тут же исчезает, проваливаясь сквозь стену шатра. Хвост мелькает последним.

Вздыхаю. Хрен знает, куда приведет Змейку четвертая формация, но надеюсь, чешуи будет побольше.

От мыслей о нашей нудистки отвлекает позвонивший лорд Питон.

– Король Данила, мне известно, что вы схватили большую группу огромонов.

– Быстро у вас разведка работает, лорд, – отвечаю я с сарказмом. – Как же ваша пограничная крепость их пропустила?

Понятно, что глушилки не покрывают всё Примолодье, но надо знать куда ты перемещаешься, а иначе координаты могут завести, например внутри скалы, где и останешься. Значит, разведка огромонов справилась неплохо.

– У огромонов не было портальных камней, – бурчит Питон. – Вернее, до сих пор не было. Это не та вещь, которую можно купить на базаре. Вообще, портальными технологиями обладаем только мы, вассалы Багрового Властелина, и Организация. Но кто-то огромонам его дал.

– И после перемещения забрал, – киваю. – Мы не нашли ничего у огромонов, кроме оружия.

Хм, а вообще интересно, что нынче я тоже владею портальными технологиями благодаря Портаклу, который смотрит сериалы в моем замке. Этот высший портальщик хоть, конечно, ленивый работник, но гениальный. Так что скоро и мы будем производить портативные портальные камни.

Питон переходит в наступление:

– Король Данила, я хочу выкупить ваших пленных для последующих переговоров с Огромонией.

– Нет. Я сам продам их Огромонии на своих условиях, – отказываюсь.

– Как это сами? – возмущается он. – Вы обязаны передать их мне. Я – лорд Примолодья, и под моей ответственностью находится эта провинция.

– У меня есть багровый ветвь, – отвечаю я безразлично. – А вместе с ней полное право вести дела на землях Багрового Властелина. К тому же, у Молодильного сада автономный статус. Это подтверждено самим Властелином. Вы слышали.

Пауза. Питон явно взвешивает: сцепиться – или проглотить.

– Король Данила, я и не сомневаюсь в вашем праве, – говорит он нехотя. – Тогда могли бы вы держать меня в курсе переговоров с Огромонией, а также я бы хотел чтобы мои люди присутствовали на них.

– Это можно, лорд. Будем держать вас в курсе.

– Спасибо.

Вот и поговорили. А вообще интересно, откуда у огромонов взялся портальный камушек. Не похоже на очередную пакость Лорда Тени, который неплохо так огреб от расставленных Ломтем ловушек в его замке. Скорее уж, какой-нибудь портальшик из Гильдии Портакла барыжит на стороне. Портакл же развалил свою Гильдию, когда бросился в бега, и у Организации теперь только часть осталась.

Одно точно – надо усиливать Молодильный сад. Можно дополнительный отряд тавров призвать, на всякий случай. Хотя, пожалуй, лучше альвов. Да, пусть будут остроухие маги. И заодно пускай остроухие с рогатыми учатся работать вместе. Боевая отладка, так сказать, на живом материале.

Усаживаюсь в своем домике помедитировать и привести в порядок источник. Хоть я лично в бою почти не принимал участие, но пришлось потратиться, ведь поднимал стены лабиринта вместе с таврами.

Только и успел опустошить пластыри, как зазвонил связь-артефакт. На другом конце – король Брикс:

– Дядя Данила…

Я усмехаюсь. Непривычно слышать от «короля ужасных некромантов» робкое «дядя». Хотя Кира изо всех пытается перевоспитать своего возлюбленного, ибо имидж обязывает.

– Что-то случилось, дружище?

– Разведка доложила, что у атлантов в плену находится альв по имени Феанор.

Мои перепончатые пальцы! Воитель, ну ты и вляпался, осел упрямый!

– У кого именно? – спрашиваю я со вздохом. Похоже, это никогда не кончится, и Феанор постоянно будет попадать в неприятности. Лакомка у меня настоящее золото, но вот ее родня – что Бер, что Феанор – это конечно ходячие проблемы.

– У князя Лемуриона, – отвечает Брикса. – Его держат в тюрьме во дворце Атл. Судя по всему, атланты хотят устроить показательную казнь за то, что Феанор убил патрульный отряд.

Эх,ну конечно, только в Атлантиде я не был. Ну спасибо, Феанор.

* * *

Цитадель Лорда Тени, Та сторона

Лорд Тень стоял у панорамного окна. Он обернулся, когда в проём без стука вошёл Ангел в белой тунике.

– Зачем ты меня позвал? – рыкнул Ангел. – Наши дела в прошлом.

– Хорошо, что ты пришёл, – сказал Лорд Тень, почесав живот сквозь мантию. – Присаживайся, будь добр. У меня для тебя есть кое-что интересное.

Ангел фыркнув, остался стоять.

– Неважно, что там у тебя, мне отец запретил с тобой разговаривать.

– Серьезно? – удивился Лорд Тень. – Тебе сколько лет? Десять?

– Я пошел, – разворачивается Ангел.

– Слышал, тебе предстоит дуэль с Филиновым, – Лорд Тень сел за резной стол и посмотрел на Ангела с ленивым интересом.

– Он пока не согласился, – холодно ответил тот, – но согласится. Ему некуда деться.

– Ты же знаешь, – Лорд Тень провёл пальцем по чёрной жилке, всплывшей на полированной поверхности стола, – мне бы хотелось, чтобы он не пережил эту встречу. Попытку перезапустить эксперимент с Боевым материком провалилась. Доступ к Всплеску Первозданной Тьмы под Островом некромантии для меня утрачен. Филинов поставил там глушилки. Теперь я не могу черпать оттуда теневых тварей. Приходится ходить к другим Всплескам – далёким, нестабильным и опасным.

Ангел чуть приподнял бровь, почти усмехнулся.

– Ну, тогда наслаждайся, когда я его прикончу.

– Я хочу помочь тебе, —сказал Лорд Тень.

– Нет. С тобой я больше не работаю.

– А если я дам тебе новое крыло?

Молчание. Вечность протянулась между ними, пока Ангел не спросил:

– Что ты сказал?

– Ты не в форме, – Лорд Тень говорил спокойно, без нажима, – но с новым крылом ты точно сможешь раздавить Филинова. Без сомнений.

– Он всего лишь мальчишка, – буркнул задетый за живое Ангел.

– А кто спорит! Тот еще сопляк, – соглашается Лорд Тень. – Но слишком он охренел, и надо чтобы у него не оставалось ни малейшего намека на шанс.

Ангел долго смотрел на него. А затем коротко кивнул.

– Покажи его. Свое крыло.

* * *

– Феанор опять набедокурил, – говорю Лакомке, заглядывая в лабораторию жены. Семян здесь прибавилось, как и засушенных растений, а помощницы-альвы в белых халатах капают на образцы какие-то реагенты и записывают в блокноты. – И, как водится, влип.

Она тревожно оглядывается на меня, глаза округляются и, со вздохом, теребит пуговицы на халате.

– Что с ним случилось?

– Угодил в плен к атлантам, и, похоже, его собираются казнить.

– Ты не обязан спасать его, – признаёт альва, хоть по её лицу и видно, что даются ей эти слова с большим трудом. – Феанор позволял себе много лишнего в отношении тебя.

– Ага, дурень он. Но свой дурень, – пожимаю плечами. – Думаю, он сам бы пошёл меня спасать. А может, и нет. Но в любом случае я его вытащу – и он будет мучиться этим воспоминанием всю оставшуюся жизнь.

– Заслуженное наказание, – расцветает жена. Её радует, что родственник не брошен на произвол судьбы – пускай и будет страдать от чувства вынужденного долга. Она бросается мне на шею.

– Будь осторожен, мелинда, – шепчет она. – Кира говорила, он был не в себе, когда они виделись в последний раз.

Я киваю и, попрощавшись, ухожу из лаборатории. Натыкаюсь на Змейку, которая, разумеется, снова в своём репертуаре: стоит в углу и с остервенением рвёт на себе одежду медными когтями.

– В следующий раз наденем на тебя кевларовую броню, – пригрозил я с улыбкой.

– Не хочу одеваааться!.. Фа-а-аака! – рычит она, срывая с себя очередную кофту.

Она кивает в сторону Красивой, что растянулась на солнышке и невозмутимо помахивает хвостом.

– Кррррасивая не одеттта!

– Она сейчас тигрица. Зверь, – поясняю.

– Я таже зверрррь! – с вызовом говорит Змейка, приподнимая подбородок.

Я фыркаю, разглядывая её бело-голубое лицо. Блин, если не смотреть на волосы-змей – вылитая девушка. Ну, почти. Клыки, конечно, острые, как у лисицы.

– Это ещё спорно…

Но уже мягче, примирительно добавляю:

– Иди одевайся. Тогда разрешу тебе сварить мне кофе.

– Уррррра! – оживляется она и с диким рёвом уносится искать одежду. Или кофе.

А я собираюсь на Остров Некромантии. Беру Змейку с собой – просто чтобы приглядывать за ней, а то четвёртая формация может не вовремя появиться. Заодно прихватываю и Настю из Москвы. Скучно точно не будет.

Мы с Настей почти одновременно телепортируемся во дворец Брикса. Нас встречают Брикс и Кира, ну и почётный караул высокоранговой нежити. Правда, надо одолжить десяток таких монстров для охраны своих поместий. Вернее, взять вассальный долг в виде редких умертвий. С лордов-некромантов не убудет, ещё сделают, ну и не с кем они не воюют всё равно.

– Фака-а-а! – раздражённо шипит Змейка на нежить. Не нравится она ей, что и понятно.

Идём сразу в зал совещаний. На длинном столе уже разложена карта с потрёпанными краями.

Брикс хмуро указывает пальцем в середину моря, где помечена точка, подписанная как «Атл»:

– Дядя Данила… То есть Ваше Величество, – быстрый взгляд на Киру. – Разведка докладывает, что Феанорр у атлантов. Точнее, у княжеского рода Лемурионов. Сейчас там правит князь Икрис. Его дворец – день пути отсюда.

Кира случайно касается его руки.

– Ой, извини…

– Ничего, Кира Игоревна, – опускает голову Брикс.

Они оба смущаются, как школьники на первом танце.

– Что известно насчёт времени казни? – уточняю.

– Это может произойти в любой момент, – разводит руками король некромантов. – Известно, что скоро, а когда – не понятно.

Я говорю:

– Ну что ж… Придётся сплавать к князю Икрису лично.

Одновременно открываю мысле-речь и бросаю зов:

– Зела. Возьми с собой троих альвов. Пусть будут Бер, Финрод, Галадриэль, – выбираю всю крылатую четвёрку альвов. – Переходите через портал на Остров Некромантии. Когда сможете прибыть?

– Десять минут, мой король, – рапортует воительница. – Позволь уточнить – с кем мы будем воевать?

– Возможно, с жаброшейными, – использую просторечное название атлантов. – У них в плену Феанор.

– Сейчас будем, – откликается Зела, и голос воительницы меняется.

Я и не сомневался, что она воспримет близко к сердцу. Потому и выбрал альвов для операции – дубина Феанор всё же их сородич.

Сборы предстоят недолгие. К счастью, «Женя» – он же «Жнец морей», нежить-корабль – сейчас качается на местном пирсе. Его перебазировали заранее. Я не думал, что в ближайшее время поплыву к атлантам, просто раз Брикс захотел быть моим вассалом, то и свой некромантский корабль логично держать на Острове Некромантии.

Главное, что Гумалин успел его немного апгрейдить. Недавно казид отправлялся в небольшую командировку и прикрутил к бокам «Жени» гарпуны с противомагическими наконечниками. Такие, что могут пробить даже защитный купол, если удача вдруг повернётся не задом.

* * *

Я вместе с Настей и Змейкой поднимаюсь на борт. Альвы уже внутри – сложили за спинами херувимские крылья, устроились, освоились. Когда костяная скорлупа закрывается сверху над палубой, мы словно оказываемся внутри гигантского яйца. Для дыхания предусмотрены баллоны с воздухом – всё оснащено.

«Женя» медленно уходит в глубину. По бокам поднимаются две подлодки – небольшие, но вооружённые торпедами, переброшенные из рода Мерзлотника. Сопровождение серьёзное.

Мыслей – полно. Феанор, конечно, натворил делов. Да, перегнул палку и достал меня порядочно, спору нет. Но не пересёк грань. Он всё ещё родственник. А родню, как бы она ни вляпалась, вытаскивают. Желательно – живой.

«Женя» плывёт сам, а альвы посматривают на изображение с артефактов наблюдения, которые Гумалин прикрепил к носу, корме и бортам. Картинка, очищенная от темноты, транслируется на специальные доски-экраны в капитанской каюте. Также есть и артефакты-сканеры.

Мои мыслещупы улавливают движение. Патруль атлантов совсем рядом.

Только вот к нам они уже минут десять не приближаются.

– Они что, слепые? – удивляется Зела, глядя на доску. – Мы же так мимо и проплывём.

– Такое нельзя допустить, – серьёзно замечаю. – Придётся привлечь внимание служилых. Телепаты не могут взламывать щиты на большом расстоянии, даже грандмастеры. Но ментальная картина такова: патрульные сидят верхом на акулах, а какой хищник не любит вкусно покушать?