Текст книги "Газлайтер. Том 31 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 5

Оставив жён наверху, я спускаюсь в гостиную. Внизу, в кресле, словно у себя дома, вольготно устроился Синди Амагири. Выглядит расслабленно, будто это не моя резиденция, а его загородное поместье. На нём – европейский костюм: с иголочки, идеально сидит. Что занятно – большинство японцев в этом мире всё ещё отдают предпочтение традиционным кимоно, в том числе в заграничных поездках.

В стороне Гереса стоит, сложив руки на груди.

Увидев меня, японец встаёт и коротко кланяется:

– Нам есть что с вами обсудить, граф Данила.

Что любопытно – обращается ко мне по имени. Для других народов это в порядке вещей, но у японцев подобная вольность допустима лишь между по-настояшему близкими друзьями. А мы с Синди впервые видимся. Но мне лень обращать внимание на тонкие японские подколы, слишком я толстокож для такого.

Я останавливаюсь в дверях, не заходя в комнату полностью. Смотрю на него спокойно:

– Извините, Амагири-сан, но у меня сейчас дела. Если хотите – можете записаться ко мне на приём через секретарский аппарат.

Он слегка улыбается и как ни в чём не бывало садится обратно, будто ему предложили быть здесь как у себя дома:

– Уж простите, граф Данила. Но вам всё же стоит обсудить с нами недавний инцидент. Уничтожены наши самолёты.

– Так вы же сами напали, – замечаю я.

– Ваш разрешённый контингент в Рю но Сиро ограничен согласно императорским законам, – Синди возмущается с нажимом. – А вы его превысили. Более того – привели с собой Золотого Дракона! Багрового зверя!

Я равнодушно смотрю на него.

– За Дракона я отвечу перед Императором Японии, а не перед родом Амагири, который никоим образом не имеет отношения к Рю но Сиро, не относится к пограничной службе Японии и вообще – не уполномочен диктовать мне, кого и сколько размещать на территории, не принадлежащей вам. Так что, Амагири-сан, прошу вас покинуть мой дом.

Сам же думаю, что Императору я, если понадобится, покажу потопленный флот филиппинцев. Вполне подходящий повод для усиления контингента.

Я уже разворачиваюсь, чтобы уйти. Но Синди вдруг вскидывает руку:

– Нет. Договорите со мной.

Я не оборачиваюсь:

– Гереса.

Тяжёлый шаг богатырши в кольчуге. Она подходит к креслу, и её голос звучит, как закрывающаяся бронедверь:

– Господин Амагири, прошу вас немедленно покинуть дом Вещих-Филиновых по своей воле.

Так как реакции не последовало, кольчужная рукавица ложится ему на плечо.

– Как ты посмела касаться меня, шваль⁈ – резко восклицает Синди, и в следующую же секунду срабатывает техника воздуха. Плотный порыв ударяет Гересу в грудь.

Но физик-Мастер остаётся на ногах. Лишь чуть отступает, поджав одну ногу, принимая боевую стойку.

Синди моргает обескураженно. Он явно рассчитывал эффектно отбросить девушку в стену. Что ж, молодой Амагири своего добился. После такой выходки мне приходится войти в комнату и пообщаться с ним более плотно.

– Амагири-сан, – голос мой спокоен. – Вы использовали магию в моём доме без разрешения. Значит, вы здесь больше не пробудете и минуты.

Мой легат уже «включён». Я посылаю команду Воронову:

– Используй тот пузырь, который ты тестировал в гоблинской кампании.

Легионер выглядит озадаченным:

– П-п-погоди… А ты откуда знаешь, шеф?

Я усмехаюсь, глядя в глаза Синди:

– Мне же интересно, как проводит время мой Легион. Потому временами посматривал, как вы разносите гоблинов.

– Счас сделаю! – Воронов собирается с мыслями.

Его двойная стихия – Тьма и Вода. Вторую получил он благодаря мне относительно недавно, но уже неплохо освоился.

В комнате образуется жидкая Тьма. Хлещущая, вязкая, как нефть, собирается в ком, сжимается – и в следующую секунду вокруг Синди схлопывается чёрный пузырь. Изнутри оболочки раздаётся удивлённый вопль. Формируется почти идеальная сфера плотной водо-Тьмы, сверкающей чернильными бликами. Она обволакивает японца полностью – и тут же взмывает вверх, подхваченная внутренним импульсом.

Синди не успевает даже вскрикнуть, как пузырь вместе с ним с лёгким шлёпом вылетает в широкое окно с видом на сад. Створки оказались лишь прикрыты, не заперты – видно, служанки проветривали, да поленились защёлкнуть. Потому стекло цело, а пузырь, мягко проскользнув, вылетает наружу.

На улице он лопается при ударе об землю. Синди, мокрый как курица под ливнем, распластывается в траве. Костюм прилип к телу, причёска перекосилась.

Я уже отправил мысленный сигнал гвардейцам. Снаружи раздаётся тяжёлый топот – и спустя несколько секунд в сад врывается охрана. Японца окружают, громобои направлены прямо ему в грудь.

– Прошу вас немедленно покинуть территорию графа, – ровно говорит старший из гвардейцев.

Синди не спорит. Вид у него такой, будто спорить – последнее, что ему сейчас хочется. Его молча провожают к калитке, а он покорно идёт, весь мокрый, грустный и без единого слова.

А в гостиную, привлечённые шумом, уже вбегают Гепара и Настя. Как будто сговорились – обе в майках и шортах. Настя, к тому же, отрастила рыжие волчьи ушки, явно для эффекта: мимишность зашкаливает почти так же, как у Гепары с её фирменными гепардовыми. Обе теперь хвостатые, ушастые, будто родные сёстры.

– Что случилось, Даня? – спрашивает Гепара, глядя на меня, потом на открытое окно.

Гереса склоняет голову, тряхнув пышной копной волос:

– Милорд, прости. Я не справилась с ним сама.

Я усмехаюсь, будто услышал шутку:

– Ну не скажи. Я просто тебя опередил и пожалел его кости. А так, конечно, ты всё бы сделала сама и выкинула японца за дверь. У него не было шансов перед тобой.

Богатырша приободряется.

– Ваш способ действительно более быстрый и гуманный.

Настя подходит ближе, глаза у неё блестят, как у волчонка перед новой игрушкой:

– А что ты использовал? Телепатию? Расскажи-расскажи!

– Нет, – улыбаюсь. – Я применил технику Тьмы и Воды. Создал пузырь вокруг господина Амагири и выкинул его в окно.

Настя аж присвистывает:

– Вот мне тоже не терпится второй Дар…

С ухмылкой касаюсь щёки оборотницы. Настя фыркает, но не отстраняется – наоборот, чуть прижимается к моей ладони.

– Всему своё время, – говорю. – Для начала стань Грандмастером-оборотнем. А это, прогнозирую, у тебя получится очень скоро. Дай нам три года – и устроим.

– Я правда смогу стать Грандмастером так скоро? – её глаза расширяются, как блюдца.

Я подмигиваю:

– А как же.

И она не выдерживает – бросается ко мне, обнимает за шею, прижимается крепко:

– Я тебя обожаю!

Гепара рядом качает головой, но взгляд у неё одобрительный. Гереса же демонстративно нас игнорирует, и правильно делает – у неё своя боевая невозмутимость.

А японцы теперь знают, что бывает, когда врываешься без предварительного звонка.

А мне пора в гости к старику Мерзлотнику. Нехорошо заставлять ждать уважаемого Грандмастера Льда, пускай даже если он твой вассал.

* * *

Поместье Вещих-Филиновых, Москва

Света сидела в гостиной и проводила настоящий допрос с пристрастием – экзаменовала претендентку в няни. Блондинка подошла к делу со всей серьёзностью, особенно когда дело касалось кадров, которые будут рядом со Славиком.

Он вот-вот появится на свет. А значит, ему нужны будут не просто няни, а лучшие из возможных.

Лакомка, разумеется, уже вызвалась выделить пару своих альвов. Альвы – великолепны, конечно. Но на одних альвах не уедешь. Славику нужны будут и люди, чтобы он не вырос в уверенности, будто весь мир говорит с мелодичной альвийской интонацией.

– Бывает всякое, – проговаривала Света, водя пальцем по ободку фарфоровой чашки. – Надо быть готовыми ко всему.

– Да-да, конечно, я понимаю, – закивала няня, стараясь выглядеть внимательно и компетентной.

Света прищурилась:

– Именно поэтому я хочу, чтобы…

В это время по ковру мимо незаметно проскользнула пушистая тень и юркнула прямо в полумрак за креслом. Ломтик довольно огляделся, в зубах у него болталась утиная нога. Он ловко скользнул в тень Светланы, где уже дремал паук Магнитик.

Ломтик же пыхтел от восторга. Как же это круто – теперь у вожака Данилы есть целая стая теневых зверей! И Ломтик их учит! Он станет их вторым вожаком! Ауффф!

И, довольно хрюкнув, устроился рядом с пауком.

Щенок гордо положил перед пауком утиную ногу и даже показал, как правильно её жевать. Магнитик ткнулся лапкой в подарок, с подозрением потыкал несколько раз. Пауки-теневики, конечно, предпочитают живую добычу – не ради самого мяса, а чтобы вытянуть из неё энергию. Но в итоге Магнитик нехотя начал жевать.

Вдохновлённый успехом, Ломтик начал носиться кругами вокруг паука, увлекая его в игру. Магнитик стал гоняться за щенком.

Паук со щенком носились по ограниченному теневому пространству, пока в пылу азарта не вылетели из тени Светланы прямо в комнату. С глухим топом пара врезалась в ковёр, у самых ног няни.

– … поэтому я и думаю, что… – начала было Светка, но не успела договорить.

Огромный чёрный паук, на котором, как кавалерист, сидел взъерошенный Ломтик. Глаза няни расширились до предела. Она издала короткий, жалобный звук – и рухнула в обморок на ковёр.

– Ломтик! – закричала Светка, подскакивая. – Ты что творишь⁈ Быстро на улицу! А ты, Магнитик, – обратно в тень! Сейчас же!

Щенок мгновенно отреагировал: юркнул под дверь, поджав уши. Паук беззвучно растворился в тени.

Светка громко позвала медиков к распростёртой на полу няне и, покачав головой, вздохнула:

– Эх, ну вот, слабенькая оказалась.

* * *

Полчаса мы с Камилой и Настей добираемся до усадьбы Опчикарских. Настя на ходу накинула поверх майки лёгкую куртку, а волчьи ушки – кстати, предусмотрительно убрала. Всё-таки едем на встречу с вассалом – кавайность здесь не к месту.

Машина мягко скользит по трассе, будто плывёт. Сопровождение – внедорожник и два гвардейских мотоцикла, один спереди, один сзади. Фары режут ночь, отражаются в лужах, как копья света.

– К Мерзлотнику, значит, – говорит Камила, не поднимая головы от блокнота. Щёлкает ручкой, листает страницы. – Ты хочешь узнать про подлодки?

– Ага, – киваю. – У рода Опчикарских своё производство. Небольшие субмарины – «коньки», как они их называют. В самый раз, чтобы контролировать побережье Острова, раз уж и Брикс решился заделаться моим вассалом.

Камила что-то помечает. Потом поворачивается к Насте:

– А ты дома теперь всё время с ушками будешь ходить?

Настя хмыкает, облокачивается о подлокотник:

– Ага. Это часть тренировки. Частичное воплощение позволяет лучше и гибче владеть Даром.

Я улыбаюсь. Правильный подход.

Тем временем машина въезжает на мост через реку, что окружает поместье Опчикарских. А там уже снежные поля, редкие вышки, вдалеке – тени складов и ангаров. Мерзлотник, как всегда, держит поместье в снегу. Даже летом. У него тут вечная зима.

– Сколько снега, – удивляется Камила, ведь на дворе осень.

– Опчикарские круглый год держат свою усадьбу в снегу, – киваю.

– Это немножко странно, – делится мнением Настя. – Ты, Даня, телепат, но не заполнил же свои усадьбы Астральными карманами… ну, старое поместье не в счёт, это не твоих рук дело, аномалия.

– У каждого свои вкусы, – пожимаю плечами. – У меня есть старое поместье для общения с Океаном душ. Но если бы его не было, возможно, одно из владений я бы отделил под Астрал.

Связь-артефакт зазвенел у меня в кармане. Я взглянул на номер канала – лорд Питон. Принимаю соединение.

– Да, лорд, – говорю спокойно.

– Я должен извиниться, король Данила, – сразу говорит Питон, без лишних вступлений. – За своего родственника Гремуческа. Он не входит в мой прямой род, но я всё равно сделаю всё, чтобы он извинился перед тобой лично.

– Хорошо, – произношу я. – Буду ждать, лорд Питон. До встречи.

И разъединяюсь, так как машина уже подъезжает к господскому дому. Ворота уже открыты. Выходим из машины. Настя идёт вприпрыжку, играючи, осматривает заснеженные склоны – каникулы.

Слуги провожают нас в дом, и тут доносится топот детских ножек. По холлу проносится девочка в белом платье. Завидев меня, она визжит:

– Данила Степанович! Дядя Данила, это ты же⁈

Я опускаюсь на одно колено, раскрывая объятия. Она влетает в них, как снаряд, и обвивает меня за шею маленькими руками.

– Привет, подруга. Как поживаешь?

– Хорошо! – звонко хихикает Лиза, внучка Мерзлотника, которую я когда-то вытащил с того света, из ментального опустошения.

Я ставлю её на пол и даю шоколадку, которую Ломтик перекинул из моих закромов. Поблагодарив, она – вжух! – закручивается волчком и убегает обратно, мелькая между креслами, как белый комок счастья.

В кабинете с панорамными окнами нас уже ждёт хозяин. Борода у Мерзлотника стала заметно длиннее, седины прибавилось, но взгляд по-прежнему цепкий – ничего не ускользнёт. Кстати, с этой окладистой бородой он теперь немного напоминает худую версию Ледзора.

– Видел вашу внучку, Семён Глебович, – говорю, опускаясь в кресло. – Прямо вечный двигатель.

– Это благодаря тебе она такой бегуньей стала, – отвечает он. – Жалко, что не одарённая, всё потеряла. Но жива – а это дороже.

Я качаю головой:

– Вернёмся к этому позже. Сейчас на повестке дня – подлодки. Они готовы?

– Готовы, – отвечает Мерзлотник. – Конечно, мне пришлось отозвать наши запасы и притормозить пару контрактов. Другие контрагенты согласились подождать. Но подлодки стоят на побережье Северного океана. Надо будет как-то переправлять.

– Есть идея получше, – говорю я. – Стелу из Невинска в разобранном виде доставят к твоему порту. А оттуда подлодки просто переправим через портал – прямо на Остров Некромантии. Так выйдет быстрее.

Мерзлотник сразу же кивает:

– Да, так логистика выйдет намного эффективнее.

– А теперь – к главному, – говорю я, и голос становится строже. – Кстати, почему ты решил войти в мой клан? Я до сих пор тебя не спрашивал об этом.

– Я ещё в Тибете понял, что ты не промах, Филин, – по позывному называет меня граф Опчикарский. – Помнишь Странника? Ты тогда уделал эту могучую гниду, что мы всем отрядом вздрогнули. В общем, нюх у меня на настоящих лидеров.

– Вернёмся к твоей внучке. Я тебе скажу вот что, Мерзлотник, – решаю поделиться я. – Мой второй Дар, физика, взят не с потолка. Мой род умеет будить новый Дар, даже если первый травмирован.

– Что, правда? – вытянулся лицом старик.

Я смотрю ему прямо в глаза и киваю.

– Этот процесс называется Одарение. Но Дар, который оно вручит, нельзя контролировать. Ты сам видел – у Студня пробудился Дар Слизи. А ведь мог бы быть и другой. Это всегда риск. Но твоей внучке подойдёт только такой способ. Готов ты к такому риску?

Мерзлотник молчит долго.

Потом, наконец, он восклицает:

– Филин, тебя к нам точно судьба привела! Я верю, что всё получится, и Лиза получит достойный Дар.

Я встаю.

– Хорошо. Тогда слушай внимательно. Лакомка уже составила рацион питания – мои секретари передадут его тебе в ближайшее время. Лизе потребуется подготовка: примерно год, может полтора, максимум два. Всё это время она должна будет соблюдать диету, получать необходимую поддержку. А уже потом мы посмотрим, возможно ли провести процедуру Одарения.

На этом прощаюсь. Обратно с жёнами едем в тишине. Настя дремлет, уткнувшись лбом в стекло, носик чуть подрагивает – будто она во сне ловит запахи.

Камила, наоборот, оживлена. Поворачивается ко мне, глаза блестят:

– Даня, я понимаю, почему ты не сказал Мерзлотнику, что именно я обладаю Одарением – это для моей же безопасности.

– Верно, – киваю.

– А знаешь, я уже начала думать, что ты совсем забыл про моё Одарение.

Я лишь усмехаюсь:

– Забыл? Ни в коем случае. Твой Дар – один из важнейших активов нашего рода. Одарение нам ещё очень пригодится, особенно сейчас, когда появляются новые вассалы, и структура усложняется.

Камила улыбается широко и радостно, без тени обиды. Хотя какая-нибудь другая – будь то избалованная аристократка или капризная дурочка – уже бы обиженно надула губки: мол, «я для тебя – актив», да? Просто цифра в ведомости?

Но Камила понимает: всё, что я делаю, – делаю ради нас и рода.

Вдруг в мысле-речь врывается испуганный голос Маши:

– Даня! На нас напали! Теневые твари, они… прямо в доме, в моём доме! Я с Настей Лопухиной была, и они – они повсюду!

Глава 6

– Даня, что случилось? – Камила с испугом смотрит на моё лицо, ведь оно не могло не измениться. На мою невесту прямо сейчас, в этот момент, нападают. И ярость просто захлёстывает меня. Теневые твари, значит? Что ж, я знаю, какой выродок посмел.

Лорд Тень, ты доигрался, ушлёпок.

Маша по мыслеречи связалась только со мной, и брюнетка не в курсе происходящего. Быстро перекидываю ей образы, запечатлённые глазами княжны Морозовой.

– Ох! – восклицает Камила, увидев кучу крылатых теней в небе.

Лорд Тень ударил не по мне напрямую, не по роду. Он ударил по невесте. Формально – не нарушение приказов Организации не трогать меня. Но на самом деле – это война на уничтожение.

Настя уже открывает глаза – уловила изменение в атмосфере. Камила сразу передаёт ей увиденное.

– Даня, идём? – коротко спрашивает оборотница, скинув куртку и поводя голыми плечами.

Я, кивнув, достаю из внутреннего кармана портальный камень. По мыслеречи связываюсь с дежурными у стелы в Невинске. Там всегда на пульте один из гомункулов, и он носит кольцо из мидасия.

– Усадьба Морозовых. Немедленно, – даю распоряжения. Все координаты постоянных мест переноса уже вбиты в пульт, имя Морозовых там тоже есть, так что настройка занимает пару минут.

Настя берёт меня за руку, срабатывает камень. И вот мы уже стоим в поместье Морозовых. Вернее, на площадке у крыльца.

Теневые твари заполонили всё небо, и огромная стая уже, видимо, сломала энергощит поместья, да и ПВО в виде турелей сплоховала. Морозовская гвардия держит периметр, отстреливаясь техниками и громобоями.

Маша с Лопухиной уже в безопасности внутри дома, и я могу сосредоточиться на враге.

Твари похожи на силуэты людей, но с крыльями. Этот вид называется теневые гарпии.

Что ж, посмотрим, насколько они приручаемы.

– Граф Данила⁈ – удивлённо оборачивается на меня огромный бурый медведь с балкона, только что положивший пару птичек. – Ты как здесь возник? Нет… я рад подмоге, но у нас же глушилки стоят.

– Евгений Станиславович, мой камень разрешён к пропуску, – отвечаю по мыслеречи. – С князем есть договорённость, что во двор я могу попадать, а вторая глушилка самого дома уже не пропустит.

– Понятно, – чешет бурую голову Борзов, шурин князя Морозова, а медведь – именно он и есть. – Видно, я это пропустил… Вовремя ты, граф. Маша в безопасности, если что.

– Я знаю. Евгений Станиславович, велите своим гвардейцам спуститься на землю, – киваю я на одного гвардейца-физика, который с мечами скачет по крыше, рубя гарпий. – Я утихомирю тварей. Не хочу ваших задеть.

– Сейчас, – кивает оборотень.

Как только гвардейцы исполняют приказ и отходят с крыши, я выбрасываю псионику в небо.

Поток уходит вверх, и волна чистой ментальной воли накрывает пространство над поместьем – вместе с гарпиями, конечно.

Пришло время показать, на что способен Грандмастер телепатии.

– Божечки… – поражённо выдыхает Настя, крутя головой, потому что, куда ни посмотри, – повсюду над усадьбой сияет голубая псионика, как будто небо стало живым.

Если бы эти твари были в стихийных доспехах, такое воздействие не сработало бы. Да даже будь у них щиты – не помогло бы. Психическая энергия, распылённая на такой большой площади, теряет свою концентрацию, становится рассеянной. Но здесь напали не элитные бойцы, а всего лишь слабые теневые твари, которые представляют угрозу только в виде стаи. Хотя, опять же, обычный телепат-Грандмастер не справился бы. Подчинить теневую стаю может только телепат, у кого в загашнике есть легионер-теневик, чтобы понимать, как работают порождения Первозданной Тьмы.

Гарпии одна за другой попадают под мой контроль и замирают в воздухе, зависают, как марионетки, повисшие на невидимых нитях. Больше на усадьбу не пикируют – а то и так все окна поразбивали, хулиганы.

Я стою посреди внутреннего двора, и надо мной скапливается огромная теневая стая. Энергии в источнике почти не осталось. Я обычно контролирую не больше полусотни человек одновременно, а тут приходится удерживать сотни гарпий – пускай и затраты на одну единицу намного меньше, чем на человека. Быстро программирую птичек, выжимая остатки энергии. Теперь эта стая – моя, без вариантов, ибо я на неё здорово потратился.

Нет, Лорд Тень, спасибо, конечно, за новых магнитиков. Очень мило. Но ты ответишь. Ответишь по полной.

– Охренеть! – гудит Борзов с балкона. – Филинов, ты правда приручил всю стаю⁈

– Не отвлекайте, – цокает на медведя Настя. – Видите же, граф занят!

– Извините, – потупился оборотень.

Пока я программирую стаю теневых тварей на перелёт – отправляю их, как обученных ворон, на базу моей гвардии, где с ними разберутся, – на территорию въезжают две группы гвардейцев под предводительством Лопухиных и Гришки, судя по гербам на машинах. Это я замечаю краем глаза, ибо моё внимание целиком сосредоточено на стае.

Гриша, выскочив из джипа и завидев меня, тут же подбегает, хватает за руки. Крепко, почти срываясь:

– Спасибо тебе, Даня, что спас мою невесту.

Сразу за ним приближается и княжич Лопухин. Пальто нараспашку, волосы растрёпаны, но в глазах всё кристально:

– Это ты утихомирил этих тварей⁈ – смотрит он на небо, где ещё мерцает рассеивающаяся псионика вокруг гарпий. – Спасибо тебе огромное, Данила Степанович.

– Ну куда вы лезете, господа! – накидывается Настя на двух дворян. – Данила сейчас программирует этих теней! А вам обязательно надо отвлечь! Хотите сами драться⁈

– Ой, простите, – Лопухин краснеет пристыженно. Да и Гришка потупился взглядом.

– Всё в порядке, господа, – я встряхиваю головой, приходя в норму. Стая уже разворачивается и уносится, куда ей велено. – И не стоит благодарностей, господа.

Псионики уже не осталось в небе – впрочем, как и стаи. Разве что край звёздного полотна она ещё закрывает, но это ненадолго.

Мне же сейчас нужна энергия, потому Жора активно сосёт её из пластырей. И да, я их всё ещё надеваю каждое утро.

Гвардия Морозовых вокруг восстанавливает порядок и разгребает завалы раненых и мёртвых. На крыльце появляется княгиня Ненея Морозова, сестра Лакомки. Такая же златокудрая и прекрасная, разве что в талии тоньше.

– Данила Степанович, княжич Святослав, Григорий Расулович, я развела девушек по спальням, – говорит альва, приближаясь, кивнув нам троим разом. – Они в напряжённом состоянии. Особенно Маша.

Она переводит взгляд на Гришу и на княжича Лопухина:

– Княжич, могли бы пойти к Насте, поддержать её? И вы, Григорий Расулович. Вы ведь жених.

Гриша кивает. Коротко смотрит на меня – взгляд благодарный, но уже занятый – и уходит вместе с братом Лопухиной, следом за служанкой.

Ненея, оставшись со мной и Настей наедине, порывисто обнимает меня по-родственному.

– Даня, спасибо, что прибыл. Не хотелось бы терять больше гвардейцев.

– На самом деле это мой враг напал на нас, так что уж благодарить меня точно не стоит, – поглаживаю я сестру Лакомки по спине.

– Вот как? И всё же княжеский титул обязывает нас быть сильными, и случившееся будет для нашей гвардии лучшим уроком, – отпустив меня, заключает Ненея. – И напоминанием, что ей ещё работать и работать над собой. Обошёлся урок достаточно дёшево, как бы цинично это ни звучало, – она обводит грустным взглядом разбитый фасад и носилки с ранеными.

– Это звучит дальновидно, Ненея, – возражаю. – Ты мыслишь как княгиня.

– Спасибо, Даня, – благодарно смотрит на меня блондинка. – Ты бы мог пойти к Маше? Она спрашивала о тебе. Я думаю, ей это сейчас очень нужно.

Я бросаю взгляд на подошедшего князя Морозова.

– Вы уверены? – спрашиваю, обращаясь больше к Юрию Михайловичу.

Князь кивает:

– Конечно, уверены. Иди, иди, Даня.

Ну, делать нечего. Раз дали добро – иду в спальню к невесте.

Ненея берёт Настю за руку и мягко притягивает к себе, тем самым ясно показывая: о жене позаботятся.

Входную дверь усадьбы снесли во время нападения гарпий, поэтому захожу беспрепятственно. Минуя коридор с разбитыми вазами и разорванными картинами, прохожу дальше. За спиной остаются гвардейцы и Борзов, уже принявший человеческий облик.

Поднимаюсь по лестнице. Чувствую на себе взгляды стражи – ловлю обрывок разговора.

– А Данила Степанович идёт… не в опочивальню к княжне? – удивлённо спрашивает кто-то из гвардейцев.

Борзов, шурин князя Морозова, жёстко его одёргивает:

– Это не твоего ума дело. Князь разрешил графу.

– Простите!

Я едва заметно усмехаюсь. Да тихо открываю дверь спальни.

Внутри – тишина. Ткань штор чуть колышется от вентиляции. Маша лежит на кровати, поверх покрывала. Платье мятое, волосы растрёпаны, по подушке разбросаны как тень шторма. Губы подрагивают, дыхание рваное. Княжна, не просыпаясь, поднимает голову и полусонно спрашивает:

– Даня? Спасибо, что пришёл…

– Всё хорошо. Спи, Маш, – усаживаюсь рядом на кровать, и она тут же прижимается ко мне и грудью, и лицом. Я посылаю ей мягкие волны ментального спокойствия. Просто тепло – как от чашки крепкого чая, когда держишь её в промёрзших пальцах.

Осторожно укладываю Машу на подушку, приглаживаю волосы. Поправляю плед, чтобы укрыло плечи. Через пару минут дыхание у неё выравнивается. Она засыпает – спокойно, глубоко, без остаточного дрожания.

Я выпрямляюсь, выхожу за дверь и тихо прикрываю её за собой. И достаю связь-артефакт. Масаса почти сразу принимает звонок.

– Конунг Данила?

– Леди, Лорд Тень снова объявился.

– Ох… ты не пострадал?

– Он целился не по мне, – отзываюсь холодно. – Он ударил по моей невесте. Мне пришлось сорваться и бежать на выручку.

Масаса вздыхает:

– Конунг, я искренне сочувствую тебе. Но формально, даже если мы сможем доказать, что это Лорд Тень напал – это мало чем поможет. Если атака совершена не на тебя лично и не на твой род – он сможет оправдаться.

– Я звоню тебе не как Организатору, леди, – перебиваю. – А как другу. Просто дай мне координаты цитадели Лорда Тени. Я знаю, ты можешь их раздобыть.

На том конце – тишина. Потом – короткий выдох:

– Я постараюсь, конунг.

Что ж, уже хорошо.

После звонка я ещё раз проведываю Машу и сканирую её состояние. Ей тяжело пришлось – ведь она успела сразить не один десяток гарпий, прежде чем её увели вглубь дома. Но княжна – молодец.

Когда спускаюсь на первый этаж, приходит сообщение на связь-артефакт:

«Сумеречный мир. Внутренний кластер 7–09. Координаты прилагаю.»

– Отлично, – усмехаюсь.

По мыслеречи подключаюсь к Зеле, своему коменданту в Шпиле Теней:

– Зела, выбери из своих сородичей сорок магов для боевой группы. Хочу посмотреть, как альвы сработают в настоящем деле. Цель – устранение Высшего теневого мага.

На том конце – взрыв восторга, почти визг:

– Ура! Король мой, прямо сейчас начну! Альвы ждут этого месяцами!

Пока группа подготовится, это займёт время – немного, но займёт. И всё же нельзя оставлять Лорда Тень совсем без подарка. Правда же, Ломтик?

– Тяв!

* * *

Цитадель Лорда Тени, Сумеречный мир

Настроение у Лорда Тени было, что называется, безупречным. Он неторопливо направился на балкон, держа в руке тонкий бокал с пузырящимся шампанским. Сегодня он здорово потрепал нервы Филинову и, наверняка, напугал его. Лорд не знал пока ещё итогов нападения гарпий, но не сомневался, что роду невесты Филинова крепко досталось. Возможно, и девчонка погибла.

На пороге балкона Лорд Тень замер. На уровне колен поперёк прохода была натянута тонкая леска. Почти невидимая, но всё же зрение у Высшего теневика было достаточно острым, чтобы не попасться.

Лорд Тени хмыкнул. Затем сделал осторожный шаг вперёд, аккуратно перешагнул проволоку.

Сбоку, в каменной кладке, торчал наконечник самострела. Пружинный, грубый, но вполне боевой. Стрела была нацелена чётко в середину прохода.

Лорд Тень усмехнулся презрительно.

– Самострел, – пробормотал он. – Серьёзно?

И тут же нахмурился.

Неужели Филинов? Да как бы он сумел попасть в защищённую цитадель, даже если бы и узнал её местоположение? Глушилки действовали даже против теневых тварей… опять же, не всех, но большинства.

Да и зачем такой примитив? Верёвка, самострел – это же даже не ловушка, а пародия.

Лорд Тень качнул головой и задумчиво поднёс бокал к губам.

– Не знаю как, но не в этот раз, мальчишка, – сказал он и прошёл глубже на балкон.

И в этот момент всё произошло.

Пока он осторожно перешагивал леску, он не заметил настоящего триггера – лазерный луч, встроенный в откосы арки. Едва его тело пересекло невидимую линию, сработал сигнал.

Леска была всего лишь приманкой. Игрой на самоуверенность.

Раздался глухой, короткий вжух – и следом взрыв.

Опоры под балконом оказались заминированы. Перекрытие с хрустом рассыпалось, каменные балки разлетелись, и вся конструкция, включая Лорда Тени, рухнула вниз. Прямо во внутренний двор, вымощенный серым камнем.

После такого приземления ему придётся долго восстанавливаться.

* * *

Дом рода Лунокрылых, мир херувимов

Глава дома Лунокрылых, Димирель, устроился за столом в своём кабинете. Кресло, как всегда, было без спинки – чтобы не мешать крыльям.

– Сын мой, рассказывай.

Перед ним стоял Ангел в простой тунике, небрежно спущенной с левого плеча, так что была открыта лишь половина спины с одним крылом.

В стороне, чуть поодаль, сидела блондинка Габриэлла – сестра Ангела и дочь Димиреля. Девушка была в платье, которое полностью открывало спину. Её крылья были расправлены и ничем не прикрыты: сияющие, как солнечные блики на воде. Черты лица – безупречно точёные, будто вырезанные мастером. На губах играла насмешливая ухмылка.

Не обращая внимания на сестру, Ангел угрюмо подошёл к столу.

– Да я уже всё рассказал, отец…

– И ничего нового не произошло? А как же месть? – голос Димиреля прозвучал недовольно. – Ты был ранен человеком. И до сих пор не отомстил. Почему?

Ангел опустил голову.

– Ты ведь знаешь, – тихо произнёс он. – Его взяла под крыло Организация. Я не могу коснуться его напрямую. Единственный путь – официальный вызов. Честный бой. Один на один.

– И что же тебя останавливает? – голос Димиреля стал ледяным. – Почему ты не вызываешь его?

– Вот поэтому, – Ангел молча потянулся к плечу и скинул лямку туники, затем развернулся к отцу спиной. Правого крыла не было. – Оно у Филинова.

Димирель замер.

– Ты уступил иномирянину своё крыло? – произнёс он с презрением.

Рядом раздался резкий вдох. Звук издала заинтригованная Габриэлла:

– Что это за человек такой? Как он смог это сделать, братец? Он – боевой маг?

– Он – телепат, – ответил Ангел, всё так же не поднимая взгляда.

Сестра больше не сказала ни слова. После разговора с отцом и братом Габриэлла спустилась в нижние покои. Там её ждал верный телохранитель в полном золочёном доспехе. Шлем не раскрыт. Ни кожи, ни глаз – только металл, отполированный до зеркального блеска. И лишь крылья торчали за спиной.