Текст книги "Гробница первого императора"

Автор книги: Гийом Прево

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

– Есть! – радостно выдохнула Алисия.

Она схватила добычу, подбежала к одной из витрин и легким поворотом ключа отперла замок.

– Кому спасибо? – спросила девушка, гордо задрав подбородок.

Сэмюел поспешил к ней. Книжный шкаф оказался воплощением идеального порядка: ящички высотой в несколько сантиметров, в каждом штук по пятьдесят монет, разложенных в алфавитном порядке по названиям мест и с указанием дат, а иногда даже точного времени дня.

Например, в ящике с буквой «Л» оказалось не меньше тридцати упоминаний города Лондон в десятках разных веков... Прямо настоящее агентство путешествий во времени!

– «С» должен быть где-то правее, – предположил Сэм.

Через несколько секунд они отыскали нужную витрину. За исключением двух-трех ящиков, где помещались Сан-Паоло и Сидней, практически вся витрина была посвящена Сент-Мэри с упором на последнее десятилетие. Монет пятьсот, а то и больше! Сэм и Алисия внимательно изучили каждый ряд, пока не обнаружили свой год, явно один из самых часто посещаемых.

– Да! – победно воскликнула Алисия.

Она указала на три ячейки, более-менее соответствующие моменту их отправления.

– А что, если нам вернуться до того, как он меня похитит? – предложила она.

– Нельзя. Тогда в Сент-Мэри одновременно окажутся две Алисии и два Сэмюела, и, как утверждает Сетни, мы этого не переживем. Нет, лучше не рисковать и выбрать, например, вот эту.

Он подхватил простенькую серебряную монету, на которой не было никаких обозначений, кроме цифр, отмечающих дату и время, вручную выгравированных прямо в металле.

– Вернемся через шесть дней после того, как исчезли. Думаю, так будет лучше всего... К тому же попадем домой в полночь – идеальное время, чтобы вернуться незаметно!

Сэм повертел монету в руке.

– Знаешь, что я думаю? – проговорил он. – Рудольф эти монеты сам делает...

– Почему ты так решил?

– Они в этой серии все одинаковые. И металл, и форма, и выгравированные надписи. Различаются только даты. Видимо, он придумал, как обеспечивать себя дисками Тота самостоятельно.

– Если так, – весело отозвалась Алисия, указывая на одну из ячеек, – то он не забыл про твой день рождения: 5 июня, 17:00!

– Тот еще был праздничек, – вздохнул Сэмюел, вынимая из ячейки монету. – Как раз тогда я наткнулся на Камень у нас в подвале... И мне даже подарка не досталось! Оставлю себе на память.

С этими словами он кинул в карман обе монеты.

Пока Алисия осматривала соседнюю витрину, Сэмюел принялся судорожно искать глазами еще одну дату, куда более важную для него. За три года до того момента, из которого они с Алисией попали сюда... Возможно, он сошел с ума, но ведь это было бы так просто... Если бы, по невероятному совпадению, у Рудольфа в шкафу оказалась монета того самого дня, когда погибла Элайза Фолкнер, Сэму предоставилась бы уникальная возможность ее спасти... Тем более у него из головы никак не шли слова Алисии. Хотя голубой жетон ему и вручил старик Макс, но ведь выходит, что к Сэму он попал по воле самого Аллана. Точно так же, как и монета замка Бран, которая привела Сэма к Владу Цепешу... И что же, всё это – просто совпадение? Или же отец специально снабдил его монетами, необходимыми для того, чтобы сначала раздобыть в Бране браслет Мервозера, а потом попасть в логово Рудольфа и там отыскать подходящую монету, которая сможет забросить его в момент до того, как мама попадет в аварию? Как будто бы Аллан знал, что его старый враг обзаведется в будущем целым арсеналом дисков Тота...

Сэм дрожащим пальцем провел по ряду монет, относящихся к нужному году. Автомобильная авария произошла 11 июля, и... У него задрожали колени. В этом ряду была монета, помеченная 11 июля! Точнее, целых две монеты! На одной было указано время 10:00, а на другой – 15:00... То есть у него даже был выбор! Чудо! Просто чудо! В кои-то веки удача была на его стороне!

Он сунул обе монеты в карман и бросился Алисии на шею:

– Я тебя обожаю, ты в курсе? – воскликнул он и поцеловал ее.

– Эй, ты чего?

– Я придумал, как всё уладить.

– И как же?

– Объясню, когда вернемся домой. Давай, пошли отсюда.

– Подожди, я хочу тебе кое-что показать...

Алисия стояла перед витриной с буквой «Т» и касалась пальцем монеты, покрытой таким же серым веществом, как на монете, присланной Рудольфом. Внизу значилось: «Титаник, 15 апреля 1912».

– Круто, да? – зло ухмыльнулась Алисия. – Эта серая ерунда, наверное, какой-нибудь глубоководный коралл или что-нибудь еще такое же морское... Он не домой планировал нас отправить, а прямиком на дно океана!

Сэмюел кивнул:

– Вторая ловушка для надежности, чтобы мы уж точно не вернулись. Ведь из когтей Диавило мы тоже спаслись чудом. А это значит, что на самом деле Рудольф вовсе не предполагал, что мы попадем сюда и...

Сэмюел запнулся. Он стоял и растерянно моргал, глядя на шкаф с буквой «Ф», в котором был большой отдел, обозначенный табличкой «Фивы». Там, среди десятка разных предметов, он заметил вещь, дорогую его сердцу: перстень со стеклянным скарабеем, который Ахмосис, сын Сетни, вручил Сэму три тысячи лет назад, чтобы тот смог вернуться в свое время.

– Это принадлежит мне, – заявил мальчик. – Я оставил кольцо со скарабеем в гробнице Сетни, когда первый раз путешествовал в Египет, и ему нечего делать в грязных лапах Рудольфа... А теперь бежим отсюда!

Он взял Алисию за руку, но не успели они сделать и двух шагов, как девушка застыла на месте.

– Тс-с! – шепнула она, прижимая палец к губам, и испуганно кивнула на стену, за которой находился личный музей Рудольфа.

Сэмюел прислушался. Оттуда действительно доносились приглушенные звуки. Чьи-то шаги...

20      СЕРИЙНЫЙ УБИЙЦА

– Спрячься в гардеробной, шепнул Сэм. – Я посмотрю, что там...

– Ну уж нет! Не придумывай, я с тобой!

– Пожалуйста, спрячься, повторил он. – Вдвоем нас сразу заметят!

Алисия нехотя подчинилась, а Сэмюел огляделся в поисках какого-нибудь оружия. Ничего более подходящего, чем стальная пепельница, на глаза не попалось, и, сжав ее в руке, он на цыпочках приблизился к двери, помеченной символом Хатхор. В зале с макетом никого не было, и Сэмюел проскользнул внутрь. Обогнул накрытый черной скатертью стол, подошел ко второй двери и прижался к ней ухом. Ничего. Ни шороха... Может, это были отзвуки строительных работ откуда-то с улицы? Или шаги с верхних этажей? Да мало ли что могло послышаться...

Но, с другой стороны, включенный свет, рубашка и костюм в гардеробной, электронный ключ в кармане пиджака. Будто кто-то нарочно оставил здесь все эти вещи. Не пора ли воспользоваться Камнем?

Сэмюел с крайней осторожностью, миллиметр за миллиметром, повернул ручку второй двери с логотипом «Аркеоса». Сначала ему было видно только краешек витрины, потом обзор немного расширился и показалась дальняя стена музея. Самурай, Рыцарь – всё как будто бы на месте, всё спокойно. Слегка приободрившись, Сэм открыл дверь пошире, чтобы осмотреть зал целиком, и тут что-то твердое и холодное ткнулось ему в лоб. Дуло пистолета...

– Гляди-ка, младший Фолкнер! – воскликнул Рудольф, прятавшийся за створкой двери. – А я уж было похоронил тебя на дне океана на глубине четырех тысяч метров! Брось, что там у тебя в руке, и медленно выпрямляйся.

Сэмюел послушался, чувствуя, как Оружие всё сильнее вдавливается в череп по мере того, как он поднимает голову выше.

– Какая встреча, – ухмыльнулся Татуированный. – А ты почти не изменился.

– Чего не скажешь о вас, – ледяным тоном ответил Сэмюел.

В самом деле, Рудольф, как и на фотографии в «Ньюсвик», выглядел сильно постаревшим. Та же квадратная челюсть, тот же жесткий взгляд цвета голубой металлик, но в уголках глаз – глубокие морщины, надо лбом – лысина, а остатки волос – цвета грязного снега. Одет он был в такую же льняную одежду, как та, что висела у него в шкафу, а в руке держал черный сверкающий пистолет.

– Всё из-за тебя, мой дорогой, только из-за тебя! Если бы ты выполнил мои указания семь лет назад, я бы выглядел получше. Отойди-ка немного назад.

Сэмюел отступил на три шага и уперся в витрину с мумией.

– Прекрасно! Руки за спину и не двигайся. Я отличный стрелок, а в этом револьвере восемь патронов триста семьдесят второго калибра.

Не сводя глаз с Сэма, Рудольф тоже попятился в направлении открытого сейфа, устроенного в книжном шкафу, таком же, как тот, где хранилась коллекция монет. В сейфе было несколько полок, и Сэмюел разглядел на них старые книги и что-то еще.

– Я как раз наводил тут порядок, когда ты меня отвлек. Видишь ли, сгонял к скифам – это примерно две тысячи пятьсот лет назад, – привез от них сувенирчик. Не хотелось бы, чтобы он попал в плохие руки.

Всё с той же невыносимо самодовольной улыбкой он продемонстрировал Сэму великолепную золотую подвеску длиной сантиметров десять, изображавшую всадника на вздыбленном коне. Рудольфу пришлось отвернуться, чтобы убрать украденное сокровище на одну из полок сейфа. Сэмюел решил воспользовался возможностью. Он закрыл глаза и заставил сердце замедлить ход и биться всё медленнее, пока его стук не зазвучал в унисон с приглушенным биением времени, которое непрерывно звучало внутри.

Но едва возникла знакомая вибрация, как в грудь что-то ударило, будто ножом. Сэму показалось, что сердце сейчас разорвется. Он пошатнулся и вынужден был опереться о стекло, чтобы не рухнуть на пол.

– Что такое? – игриво воскликнул Рудольф. – Укачало? Слишком много впечатлений? Видно, наш герой еще слишком юн и нежен для путешествий во времени! Ну ладно, стой, пожалуйста, смирно и держи руки за спиной...

Сэмюел открыл глаза и сделал глубокий вдох, чтобы ослабить тиски, сжимавшие грудь. Он потерял способность замедлять время... Исчерпал свои возможности концентрации? А может, сердце больше с этим не справляется? Или Рудольф знает, как ему помешать...

– Признаюсь, я на тебя обижен, – продолжал Татуированный. – Мы ведь договорились, что ты оставишь браслет Мервозера в Риме, помнишь? Уж не знаю, что там у вас произошло с Диавило, его объяснения были немного путаными. Плел что-то про твое внезапное исчезновение, про колдовство... В общем, грозный капитан тебя упустил! И поскольку в настоящем ты так больше и не появился, я решил, что ты воспользовался моей замечательной монеткой с «Титаника» и окончил дни на дне океана в качестве обеда для рыб. Однако, как выясняется...

– Как выясняется, я всё еще жив, – с вызовом договорил Сэм.

– Всё еще жив, ага! – ухмыльнулся Рудольф. – Последний представитель семейства Фолкнеров!

Его слова хлестнули Сэма словно плеть, он опять едва устоял на ногах. «Последний?..»

– Ах! Судя по растерянному виду, ты пока не в курсе! – возликовал Татуированный. – Дай как тебе было об этом узнать? Ну так позволь принести тебе запоздалые соболезнования. В доме твоих дедушки и бабушки произошел несчастный случай... Всё сгорело.

– Что?

– Через несколько дней после твоего отъезда, увы! Среди ночи вдруг начался пожар. Все погибли.

Сэмюел рванулся вперед, но Рудольф предостерегающе повел дулом револьвера.

– Давай-ка без глупостей, парень. Ведь если я тебя сейчас пристрелю, их этим не вернешь, сам понимаешь.

– А... отец? – спросил Сэмюел чуть слышно.

– Бедняга Аллан, – притворно вздохнул Рудольф. – Он так и не вышел из комы. Через полгода врачам пришлось отключить его от системы жизнеобеспечения.

Еще один удар под дых. Отец... Так и не выкарабкался. Сэм ему не помог. Он всё завалил и не помог никому!

Жизнь несправедлива, да? – продолжал Рудольф. – Я часто повторяю себе это. Особенно с тех пор, как понял, насколько высока цена за перемещения между веками. Тот, кто путешествует, рано стареет, его ждет преждевременная смерть,.. Парадокс, да? Камень позволяет расширять границы времени, но при этом с каждым разом всё больше сокращает и без того тесные границы нашего собственного существования. Особенно моего, ведь я столько лет пользовался знаком Хатхор! Ты, наверное, знаешь про плюсы и минусы этого символа? Он позволяет перемещаться наудачу между точками, на которых изображен. Но рисунков Хатхор на сегодня существует несколько десятков, и иногда мне приходилось предпринимать по двадцать попыток, чтобы попасть в нужное место... И с каждым путешествием продолжительность моей жизни сокращалась. Ужасно, правда?

Лично Сэму ужасным казалось другое. То, как мало значила для Татуированного чужая жизнь. Особенно жизнь Фолкнеров.

– Постепенно, в ходе экспериментов, – продолжал Рудольф, – мне удалось немного усовершенствовать свой метод путешествий. Например, я обнаружил, что, если захватить с собой побольше монет из того места, где изображен знак Хатхор, число попыток сокращается в два или даже три раза. Ты как будто немного сужаешь зону поиска. Естественно, я стал интересоваться, нельзя ли самому создавать диски Тота. И из одного индийского труда узнал, что монеты конкретной эпохи могут быть созданы только в ней. И лишь при соблюдении определенных условий. Например, чеканить монету нужно при свете дня или рядом с Золотым обручем, чтобы наполнить ее силой солнца... Соблюдая эти инструкции, я принялся делать себе монеты сам, что позволило избежать некоторых бесполезных остановок на дорогах времени. Некоторых, но не всех, далеко не всех. И вот я стал стареть. Слишком быстро и слишком рано. Поэтому-то мне и понадобился Золотой обруч...

Татуированный вытянул одну из полок сейфа. Там лежал золотой браслет. Он слабо мерцал и на расстоянии казался абсолютно таким же, как тот, что находился в кармане у Сэмюела.

– Вы... всё-таки его добыли? – пробормотал мальчик.

– Да, добыл. Хоть это и было непросто... Твои родители мне очень мешали.

– Мои родители? – воскликнул Сэм и снова едва не бросился на Рудольфа. – Не смейте приплетать сюда моих родителей! Они мертвы!

– А вдруг они сами себя сюда приплели? – отозвался Рудольф. – Ведь ты ничего об этом не знаешь... Ну как? Снова попытаешься на меня наскочить и получишь пулю в лоб? Или, может, всё-таки хочешь, чтобы я тебе что-нибудь рассказал?

Сэмюел яростно сжал кулаки и впился ногтями в ладони. Не дать Рудольфу повод выстрелить... Не бросить Алисию один на один с этим чудовищем. Не запороть свой последний шанс спасти то, что еще можно спасти. Терпеливо ждать. Ждать, пока соперник допустит ошибку. И вот тогда...

– Я... Я вас слушаю, – сказал он, сдерживая гнев.

– Так-то лучше, – похвалил Рудольф. – В таком случае предлагаю тебе редчайшую привилегию: взглянуть на Золотой обруч. Настоящий... Ты конечно же слышал о нём. Согласно легенде, его выковал сам бог Тот. Потом обруч спрятали во время нашествия гиксосов, а несколько веков спустя его обнаружил верховный жрец Сетни.

Татуированный злорадно ухмыльнулся.

– Бедняга выжил из ума на старости лет, вот что я тебе скажу, – продолжал он. – Считал, что у него высшая миссия! Мешать перемещаться по дорогам времени с целью обогащения. Какая глупость! Будто можно одному присматривать за всей историей!

– Сетни был достойным человеком, – возразил Сэм. – Великим мудрецом, который посвятил свои безграничные познания служению миру. В отличие от вас!

– Он был таким достойным, что под конец сбрендил, – развеселился Рудольф. – Ему удалось отыскать кольцо вечности, но он даже не подумал им воспользоваться! Спрятал у себя в гробнице, да там же и помер, как последний придурок... Великий мудрец, ничего не скажешь!

– Сетни знал, какой вред приносит кольцо тому, кто им пользуется... Он состарился, отдав все свои силы людям!

– Если вы с ним такие близкие друзья, – расхохотался Татуированный, – то спроси у него, куда он засунул свое чертово кольцо. Ну же, давай, не упускай удачную возможность, пока жрец у тебя под рукой!

Дулом револьвера он указал на витрину, и Сэмюел инстинктивно отпрянул. Мумия... Мумия в стеклянном футляре!

– Не может быть, – прошептал Сэм. Это не он!

– Очень даже может, мой дорогой... Достойнейший Сетни! Я купил его за баснословные деньги у музея в Фивах в надежде, что он откроет мне секрет кольца вечности... Но старый придурок лежит чурбан чурбаном и молчит. Уж я и рентгеном его просвечивал, и томографией сканировал – ни следа постороннего предмета или украшения.

Новость про Сетни была третьим ударом, прямо в сердце... На секунду у Сэма перехватило дыхание – то ли от печали, то ли от испуга – при виде бедного тела, завернутого в охровые полоски ткани, с почти стершимся рисунком в области живота: два треугольника, расположенные один над другим, с точками внутри. Нечто вроде песочных часов, символизирующих течение времени... Сэму припомнились последние слова, которыми они обменялись с Сетни: «Мы с вами еще когда-нибудь встретимся, великий жрец?» – «Уж точно не так, как вы себе это представляете, молодой человек». И вот перед Сэмюелом останки величайшего из путешественников во времени, выставленные напоказ, как какие-нибудь глиняные черепки, в музее Татуированного!

– Если внимательно прочесть «Трактат о тринадцати достоинствах магии», – продолжал Рудольф, – то почти не останется сомнений, что он зарыл кольцо где-то у себя в гробнице. Там в конце есть страница с изображением его саркофага и недвусмысленная подпись... Но вот где именно? Очень хотелось бы узнать... У тебя случайно нет соображений на этот счет?

– Никаких, – заверил Сэм.

– М-м... Ну ничего, мы еще вернемся к этому вопросу. Чуть позже. Ну а пока... Я обещал тебе кое– что рассказать, не так ли? О том, что случилось тридцать лет назад. В то время, когда мы с твоим отцом работали на раскопках в Фивах. Почему-то Аллана уже тогда страшно интересовало изображение солнца на Камне. Он был убежден, что оно что-то означает. И всё возился с ним, вертелся вокруг и наконец попробовал приложить к солнцу монету, которая валялась в стоявшей поблизости чаше... Я тогда находился рядом, и нас обоих перебросило в прошлое. Не стану утруждать тебя подробностями и рассказывать, сколько тягот нам пришлось пережить, прежде чем мы смогли попасть обратно в свое время. Сам можешь представить. Вернувшись, мы продолжили раскопки. И вот тогда-то я сделал важнейшую находку: обнаружил золотой браслет, который, как и монета, идеально подходил к Камню. Однажды ночью мы его испытали. Нас снова забросило на несколько веков назад. Но на этот раз нам показалось, что теперь мы в состоянии контролировать свои перемещения. Однако, когда мы вернулись обратно, твой отец вдруг решил, что больше этим заниматься не следует. Сколько я ему ни расписывал выгоды, которые можно извлечь из этой штуки, он и слышать ничего не хотел. Мы поспорили, завязалась драка, и...

Рудольф поморщился, будто даже сейчас, спустя столько лет, произошедшее в тот день не укладывалось у него в голове.

– Не знаю, как ему это удалось, но твой отец меня оглушил... Когда я пришел в себя, мне показалось, что я увидел чью-то фигуру рядом с Камнем и яркий огненный шар. А отца твоего рядом не было. Он исчез.

Сэмюел сдержал улыбку. Темная фигура рядом с Камнем – это был он сам. И удар по голове рукоятью револьвера достался Рудольфу от него же. Хорошо, что хотя бы тогда Сэм ему врезал. Заранее.

– Вышел я тогда из погребального зала и тут же попался на глаза сторожу. Чемберлен, руководитель раскопок, велел выгнать меня из лагеря. Так я потерял из виду и твоего отца, и украшение. Понимаешь теперь, почему я так зол на Аллана? Он украл у меня Золотой обруч, а вместе с ним – огромную часть жизни!

Рука Рудольфа дрожала, и Сэм боялся, как бы тот случайно не нажал на курок. Однако Татуированный совладал с собой и продолжил:

– Конечно, в те времена я не представлял, насколько это ценная вещь – Золотой обруч. Я хотел лишь одного: отыскать новый Камень и снова отправиться в путь. На поиски ушло целых два года... Я мотался по миру, рылся в библиотеках, блуждал в потемках, искал то, что найти почти невозможно. Но в конце концов был вознагражден за усилия. И тогда, можешь не сомневаться, с лихвой восполнил потраченное время... Следующие десять лет я непрерывно путешествовал, возвращаясь в настоящее лишь для коротких передышек и чтобы доставить домой трофей... И разбогател я, знаешь ли, не на дорогих вещицах. Я добывал еще и бесценную информацию. Представляешь, сколько можно заработать на бирже, если знать заранее точную стоимость акций компании в ближайшие десять лет? Или сколько денег может принести золотой рудник, если узнать его расположение за полвека до остальных! Словом, да, повеселился на славу...

Рудольф весь так и сиял от гордости, и это страшно бесило Сэмюела. Но он был весь внимание. Возможно, в какой-то момент Татуированный из самолюбования потеряет бдительность...

– Скоро я сообразил, что для торговли антиквариатом нужно основать компанию. Так появился «Аркеос» и его логотип, знак Хатхор... Я даже вытатуировал его у себя на плече. Но чем больше я им пользовался, тем очевиднее становилось, что я стремительно старею. Где-то я прочел о предметах, якобы снижающих негативное воздействие путешествий на организм, и снова начал исследования, в ходе которых наткнулся на описания Золотого обруча и сведения о его связи с Сетни. Конечно, я сразу понял, что речь идет о том самом украшении, которое украл у меня твой отец...

Он на секунду прервался, чтобы задвинуть обратно полку сейфа и закрыть дверцу.

– Мне понадобилось несколько месяцев, чтобы взять след твоего отца. Когда я узнал, что он переехал в Сент-Мэри, у меня не возникло вопросов, почему он сделал такой выбор. Мне было известно о существовании Гэри Барнбойма, я читал о его похождениях, и мне ничего не стоило обнаружить дом, в котором тот обитал в начале XX века. Я явился с визитом вежливости к новой хозяйке, ведьме-алкоголичке, жившей в компании стаи собак, одна другой злее. И там, как я и предполагал, меня поджидал Камень!

Сначала ведьма отказывалась уступить мне дом, но потом нам удалось прийти к соглашению. Она разрешила мне время от времени пользоваться ее подвалом... Деньги – сладкая музыка, даже для тех ушей, которые ничего не желают слышать!

Он ногой захлопнул дверцу шкафа и сделал шаг в сторону Сэма.

– Однако, как ты понимаешь, проблемы Золотого обруча это не решало. Я начал следить за твоими родителями. В те редкие моменты, когда работа и путешествия мне это позволяли... Я гадал, что на уме у твоего отца, хранит ли он украшение при себе или давно продал... Есть ли у него план или переезд в Сент-Мэри – всего лишь совпадение. Конечно, я подумывал 6 том, чтобы проникнуть к вам в дом, но Аллан установил сигнализацию, и я не хотел рисковать. Было бы очень некстати, если бы меня обнаружили. Частенько я видел возле дома тебя... Шумный и плохо воспитанный ребенок...

Сэмюел поежился. Оказывается, даже в самую благословенную и беззаботную пору жизни Татуированный уже наблюдал за ним, притаившись в тени...

И вот однажды я наконец его увидел! – воскликнул Рудольф. – Как-то вечером они пошли в гости к друзьям, и твоя мать надела браслет на руку. Аллан подарил Золотой обруч жене! В нём больше не было того сияния, которое я запомнил, но всё равно я узнал бы его из тысячи. Я сидел в машине у тротуара, немного опустив окно. Твоя мать проходила совсем рядом... Я мог бы просто открыть дверь и наброситься на нее... Но вокруг было слишком много людей. Я решил подождать и найти какой-нибудь другой способ.

Он сделал еще один шаг к Сэму, лицо исказилось злорадной гримасой.

– Видишь ли, преимущество путешествий во времени заключается в том, что некоторые свои действия можно легко маскировать. Представь себе... Ты хочешь ограбить банк, и тебе необходимо железное алиби. В запланированный день ты уезжаешь как можно дальше от банка и делаешь так, чтобы тебя заметили в каком-нибудь людном месте... Потом, неделю спустя, возвращаешься обратно в тот же день. Надеваешь маску, берешь оружие, и что бы дальше ни происходило, никто не сможет тебя ни в чём обвинить: двадцать человек готовы подтвердить, что в момент происшествия видели тебя в сотнях километров от места преступления... Комар носа не подточит!

В горле у Сэма зацарапало так, будто он проглотил игольницу:

– Вы хотите сказать, что таким образом обманули моих родителей?

– Ах, Сэмюел! Да пойми же! Золотой обруч принадлежал мне! Твой отец его похитил! Я всего лишь возвращал свое! К тому же необходимо было предусмотреть все варианты развития событий! Что, если бы он не захотел отдать мне браслет? Что, если бы мы опять стали драться, как в прошлый раз? Было бы невыносимо снова проиграть... Следовало предугадать любой поворот, всё тщательнейшим образом просчитать! Это ведь вопрос осторожности!

– То есть вы хотели отомстить, – прошептал Сэм.

– Возможно! Ведь я, в конце концов, всего лишь человек, у меня свои слабости. И твоему отцу необходимо было преподать урок... Я продумал всё до мелочей. Послал одному ювелиру в Сент-Мэри четкие инструкции, чтобы он изготовил штук пятнадцать дисков Тота с указанными датой и временем, соблюдая все необходимые условия, которые я тоже подробно расписал. Тем временем сам я ненадолго отправился в Австралию, чтобы снять с себя подозрения. Останавливался в самых прекрасных отелях, проводил вечера в модных клубах. Вернувшись, забрал пакет с монетами и начал путешествие, отправившись назад с запасом в восемь дней. Пришлось сделать шесть или семь попыток со знаком Хатхор, но в конце концов я всё-таки попал в нужное место – в подвал на улице Барнбойм.

Игольница в горле Сэма была уже размером с ежа, и он едва смог выговорить следующий вопрос:

– И это произошло... одиннадцатого июля?

– Кажется, да, – кивнул Татуированный. – Где-то в середине лета. Увы! Аллана дома не оказалось, только твоя мать... Я пошел за ней в гараж и потребовал, чтобы она отдала Золотой обруч. Но она заявила, что его у нее... украли! Несколько дней назад. Я, понятное дело, не поверил. Потребовал, чтобы она показала шкатулку с украшениями. Браслета там не оказалось... Я занервничал, немного ее встряхнул, но она всё твердила свое! Ну как я мог поверить? Ведь это было просто немыслимо! Лишь три года спустя, после долгого расследования, я понял, что тогда произошло. Кто-то в самом деле завладел браслетом до меня. Кто-то, кого я никак не мог заподозрить. Старая соседка – мисс Саррок!

– Мисс Саррок? – пробормотал Сэмюел, потрясенный очередным открытием.

– Да-да! Уважаемая дама, такая всегда принципиальная, а на самом деле обыкновенная воришка с завидущими глазками! Заметит что-нибудь блестящее – и аж дрожит от желания это стащить. Увидела однажды Золотой обруч на руке у твоей матери и потеряла покой. Она часто приходила к вам, чтобы с тобой посидеть, помнишь? Вот и воспользовалась этим... Но я-то не знал! Твоя мать говорила, что кто-то проник в дом. Но я не верил и совсем вышел из себя – ну и...

Его глаза сверкнули каким-то совсем нехорошим блеском.

– Ну и?.. – поторопил Сэмюел, чувствуя, как игольница из горла проваливается в желудок.

– Ну и ударил ее. Довольно сильно. Я ничего такого не хотел, ты не думай! Просто она упала и ударилась об угол стола... Нет, ну ты скажи, зачем она вообще стала со мной спорить? – Рудольф разнервничался и повысил голос. – Твои родители всю жизнь только и делали, что вставляли мне палки в колеса! Понадобилось, конечно, избавляться от трупа. Я посадил ее в машину, отвез подальше в холмы и инсценировал аварию... Столкнул с дороги под откос. Обратно пришлось идти пешком. Ну и денек выдался!

Сэмюел сжимал кулаки, с трудом сдерживая слезы. Немыслимо... Татуированный убил маму. И, возможно, уничтожил всю его семью... А теперь стоит перед ним, живой-невредимый, и с упоением рассказывает о том, что натворил, ни на секунду не сомневаясь в собственной правоте. Ну уж нет! Он за это заплатит! Пусть даже Сэмюел лишится всего. Да, сомнений быть не может! Рудольф должен ответить за содеянное.

– Ну как, понравилась тебе моя история, Сэмми? – хихикнул тот. – В таком случае можно переходить к серьезным вещам. Может, ты припас для меня подарочек? Давай-ка, выкладывай на витрину всё, что у тебя в карманах.

«Браслет Мервозера, – сообразил Сэм. – Негодяй хочет завладеть еще и им! И как только у него в лапах окажутся оба Золотых обруча, он, конечно, сможет отыскать кольцо вечности».

Рудольф столько лет охотился за украшением, так жаждал его заполучить... А может... В душе Сэма вдруг затеплилась надежда... Ведь когда он будет доставать браслет, Рудольф при виде долгожданной добычи наверняка на несколько секунд забудет обо всём на свете... Вот этим-то моментом и надо воспользоваться.

Сэм сунул руку в карман штанов, пристально следя за Татуированным, чтобы не пропустить миг, когда тот потеряет бдительность. Как только злодей отведет взгляд, Сэмюел бросится ему под ноги и попытается выбить оружие из рук.

И вдруг из зала с макетом донесся какой-то звук. Еще один... Алисия... Видимо, она выбралась из гардеробной! Сэм инстинктивно на долю секунды перевел взгляд на приоткрытую дверь, и этого движения оказалось достаточно, чтобы всё испортить.

– Какой же я недогадливый! – прошипел Рудольф. – Совсем про нее забыл! Твоя подружка, ясное дело, тоже здесь! Ты спас ее от Диавило и притащил с собой! Видимо, она пряталась у меня в кабинете, и... Ну конечно! Так вот почему вы тогда не вернулись в настоящее! Вы не утонули в океане, как я планировал, это я сам убил вас в будущем!

Не сводя с Сэма дула пистолета, он указал ему на створки дверей с символом «Аркеоса».

– Давай-ка сюда, Сэмми... Поиграем в прятки.

21      ШЕСТОЙ ДЕНЬ

– В гардеробную, – подсказал Рудольф. – Или я не угадал? Я бы на ее месте прятался именно там.

Сэмюел не ответил. Он механически толкнул створку дверей и вошел в зал с макетом. Татуированный следовал за ним.

– Кстати, – продолжал тот. – Я ведь не успел познакомить тебя с моим новым детищем! Церковь Семи Воскрешений... Дикий успех! Уверен, что при иных обстоятельствах тебе бы очень понравилось...

Сэм по-прежнему не разжимал губ, отчаянно соображая, как предупредить Алисию и не дать Рудольфу ее обнаружить. Но в затылок упиралось дуло пистолета, и он чувствовал себя как баран, которого ведут на убой.

– Иди-иди, – подбадривал Татуированный. – Не терпится узнать, как там твоя подружка...

Сэмюел вошел в кабинет первым и тут же заметил, что дверь, ведущая наружу, та, которая запирается на электронный замок, приоткрыта.

– Смотри-ка! – воскликнул Рудольф. – Похоже, девушке захотелось подышать свежим воздухом. Наверное, стянула ключ из кармана пиджака. Только, боюсь, ей это не поможет, увы! И всё-таки давай проверим в гардеробной, ладно?

Он довел Сэма до платяного шкафа и окинул взглядом вешалки с одеждой. Затем они направились к приоткрытой входной двери. Рудольф снял крышку с пластиковой коробочки считывателя электронного ключа. Порылся в проводах, и через секунду взвыла оглушительная сирена. Под потолком замигали неоновые огни.