Текст книги "Законы Newton (СИ)"

Автор книги: Георгий Эсаул

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Зачем вам в уравнении еще одно неизвестное женского пола в форме Abigail?

Чем больше неизвестных, тем труднее решать жизнен-ные уравнения! – сэр Isaac Newton натянуто улыбается.

От его улыбки скисает молоко в груди кормилицы с чу-жим ребенком на руках.

Кормилица с негодованием смотрит на сэра Isaac.

– Сэр Isaac Newton! – сэр Robert Hooke авансом дарит цветочнице фартинг.

Юная леди на фартинг покупает сахар. – Все в мире от-носительно.

Я отношусь к мужчинам также, как леди относятся к женщинам.

Первая причина, по которой я беру в содержанки леди Abigail – философия.

Все знают, что леди Hamilton моя любовница.

Эта связь одобрена на Высшем Совете! – палец сэра Robert Hooke поднимается в небеса.

Abigail и Isaac Newton с интересом разглядывают палец с золотым перстнем. – Моя жена тоже счастлива, что у меня есть официальная благородная любовница с голубой кровью.

Но, когда все знают тайну, то она теряет привлекатель-ность.

Не интересно бегать к любовнице, если мои похождения всеми приветствуются.

А новая любовница при старой становится звездой.

Появляется интрига.

Дамы начнут шептаться: "Куда сэр Robert Hooke бежит?

К своей любовнице леди Hamilton"?

"Нет! Леди Hamilton сейчас в опере флиртует с тенором Джакомо Паганини.

А жена сэра Robert Hooke дома вяжет чулки для Короля.

Может быть, сэр Hooke обзавелся еще одной дамой?

С любовницами, как со спичками: хочешь взять одну, а высыпаются все".

Поэтому я беру цветочницы в горничные.

Юная леди мне ничего не будет стоить.

А когда надоест, я вышвырну мерзавку на улицу! – сэр Robert Hooke целует руку цветочнице.

– Полностью с вами согласна, сэр Robert Hooke! – сквозь тонкую белую кожу Abigail просвечивают зубы. – Я в свою очередь постараюсь обворовать вас.

Я должна поступать так, как вы хотите.

Вы же уверены, что все уличные леди – воровки.

Я не опровергну вашу уверенность. – Abigail сдувает с левого плеча сэра Robert Hooke пылинку.

Сэр Isaac Newton хочет уйти.

Но ноги приклеились к козьему клею на камнях.

"Минуту назад Abigail также сдувала пылинку с моего плеча! – Чтобы не стоять без дела великий ученый настраива-ет астролябию. – Все продавщицы фиалок ветреные леди.

Швыряют слова и деньги на ветер.

Знают, откуда ветер дует.

Держат нос по ветру. – Сэр Isaac Newton замечает, что его улыбка потухла.

Зажигает новую улыбку на щеках и губах. – Свободная леди будет катиться и продолжать свое движение до тех пор, пока ее не остановит чья-то сила.

Это мой первый закон физики.

Сэр Robert Hooke – сила, потому что остановил равно-мерное скольжение Abigail.

А я не сила, приложенная по вектору в противополож-ном направлении движения юной леди". – Сэр Isaac Newton пытается представить вместо Abigail колбу с красной ртутью.

На миг плохое настроение улетает, как ядовитый пар.

Но сэр Robert Hooke опять все портит:

– Друг мой Isaac Newton! И не друг вы мне!

Я не злопамятный. Зло сделаю и забываю! – сэр Robert Hooke накручивает левый ус на карандаш "Hard" – Вторая причина, по которой я отнимаю у вас юную леди, это месть.

Я завидую вам, забираю у вас лучшие идеи.

Вы не любите доводить работу до конца.

Не публикуете свои открытия.

Многие из них через триста лет обнаружат ваши не ро-дившиеся потомки.

В одна тысяча шестьсот семьдесят пятом году вы при-слали Королевскому обществу свой трактат с рассуждениями о природе света.

Я обвинил вас в плагиате.

Сообщил, что все идеи вы взяли из моей книги "Микро-графия".

Вы обратили на мои обвинения не больше внимания, чем на муху в урановой руде.

Вам не нужна слава в ее широком понимании.

Занимаетесь наукой только ради своего развлечения.

Вы счастливы, потому что делаете то, что хотите.

Abigail для меня кажется белым светом.

Он разлагается на семь составляющих.

И я забираю у вас свет!

Свет плюс свет равняется тьме. – Сэр Robert Hooke про-тягивает сэру Isaac Newton букет фиалок.

Сэр Isaac Newton швыряет нежные цветы в лицо сэра Robert Hooke.

Но букет застревает во рту Abigail.

Сэр Isaac Newton уходит по дроге, выложенной золотым кирпичом.

Abigail выплевывает букетик с полосатыми пчелами.

На губах девушки остается привкус весны.

– Сэр Hooke1 Я скажу сэру Newton прощальное слово.

Доброе слово и кошке приятно.

Вы дожны мне доплатить не только за вредность, но и за жадность и за наглость.

Трудно говорить гадости, но я не боюсь трудностей! – Abigail догоняет сэра Isaac Newton около падшей лошади.

Труп коня раздут, словно воздушный шар.

– У меня возникает мысль написать трактат о сжатии струи газов, выходящих из узкого отверстия! – Isaac Newton смотрит на продавщицу цветов с подозрением.

На всякий случай прикрывает затылок ладонью. – Де-вушка возвращается к мужчине, если у нее нет другого муж-чины!

Но сэр Robert Hooke ждет вас с нетерпением.

Что же вы хотите еще от меня, юная леди?

Желаете, чтобы я на примере умершей кобылы рассказал вам о классификации алгебраических кривых третьего поряд-ка? – в левом глазу сэра Isaac Newton загорается новая Звез-да. – Ляжки кобылы это кривые второго порядка.

Pierre dе Fermat исследовал кривые ляжки лошади.

А круп и шея – кривые третьего порядка. – Сэр Isaac Newton засовывает руку в карман. – Где мой кошелек из кожи мамонта?

Я бы подарил вам пенни. – Робкая улыбка ученого.

– Сэр Isaac Newton! А я вам хотела подарить себя!

Значит, моя стоимость – один пенни! – конфузливая улыбка продавщицы цветов сталкивается с улыбкой Isaac.

Между улыбками возникает шаровая молния. – Не ду-майте, что я ухожу по своей воле на содержание к Robert Hooke.

Согласно вашему первому закону Isaac Newton тело, к которому не прикладывают силу, может двигаться бесконеч-но долго.

Или тело находится бесконечно долго в состоянии по-коя.

Покой мне только снится.

В нашей семье все мужчины пьют дешевое вино из по-мета гамбургских петухов.

Женщины и девочки продают цветы.

Младшие торгуют цветами среди детей на детских праздниках жизни.

Невесты продают цветы на ночных улицах.

Мама сбывает цветы в доме Инвалидов.

Бабушка продает пластмассовые цветы на кладбище.

И все мы люто ненавидим свою работу.

Помню, как с пяти лет ходила с корзиной полевых цве-тов по детским карнавалам.

Богатые девочки одеты в шелковые платьица с кружева-ми и золотыми пуговицами.

Туфельки моих соперниц сделаны из кожи слона.

А я голодная оборванная бедняжка стучала деревянными башмаками по костям умерших предков.

Мои сверстники презирали бы меня, если бы замечали.

Но продавщица цветов на празднике – невидимка.

Мои цветы украшали карнавалы, а я рыдала, как на по-хоронах любимого котенка Adam.

Пятилетняя я хотела конфетку с чужого стола.

Мечтала о сахарном прянике в виде лошади.

Но получала от родителей богатых детей подзатыльники вместо сахарного сиропа.

Бедность, это когда организуешь праздник другим, а са-ма в нем не участвуешь.

Все, что помню из детства, это ненависть!

Нищета превращает мужчину в маньяка, а девочку в танцовщицу на чужих праздниках.

После детства наступает самое нервное время в жизни девушки.

Время искать жениха.

В нашей семье существует легенда, что продавщицу фи-алок возьмет замуж Принц.

Легенда поэтому и легенда, что она легенда.

Легенды сбываются только у мифических Принцесс.

Я на улице с цветами делаю вид, что мне весело.

Жду жениха или богатого покровителя.

Покровитель – от слова "покроет".

Больше всего злюсь, когда модой господин покупает у меня цветы своей гадине.

Улыбаюсь клиентке сквозь ядовитые клыки.

Представляю, как выцарапаю ее бесстыжие глаза.

Затем сломаю ее позвоночник о свою коленку.

Но провожаю сэра и леди добрыми словами "Счастли-вых вам дней и ночей!"

Однажды покупательница ответила мне с грустной улыбкой панды:

"Юная леди! Счастье это когда живот не болит.

До свадьбы жених будет называть вас птичкой, рыбкой, белочкой, а после свадьбы перейдет на названия хищных жи-вотных!". – Abigail водой из ручья смывает с лица грусть. – Я со стороны, в свете газового фонаря выгляжу куколкой.

Сэр Isaac Newton! Посмотрите, на что идет юная леди, чтобы выйти замуж! – Abigail поднимает ступню на уровень глаз сэра Isaac Newton. – Туфли не настоящие.

Покойники носят туфли изящнее, чем мои.

На ногу накладываю бумагу для завертывания рыбы.

Затем раскрашиваю бумагу серебряной краской.

Краску моя бабушка Elizabeth ворует на кладбище.

Соскребает позолоту с оград вокруг могил.

Затем сухую позолоту смешивает с мочой лошади.

Полученный раствор держится на бумаге – одну ночь.

Больше и не нужно, потому что на следующую ночь я рисую себе новые туфли.

Чтобы выглядеть нарядной, не обязательно покупать до-рогие вещи.

Можно их воровать или делать самой.

Выглядят туфли со стороны реальными.

Но к концу рабочего дня нога синеет, как копыто черта.

Каждую холодную ночь я мечтаю о горячей сауне и джакузи с подогретым шампанским! – улыбка сползает с ле-вой щеки продавщицы фиалок.

Но на правой щеке остается тень улыбки.

– Abigail! В какой пропорции ваша бабушка разводит сухую позолоту с мочой лошади? – сэр Isaac Newton готовится записать рецепт в блокнот из папируса. – Я обращаю внимание на рецепт, а не на ваши ноги.

Ученый не имеет право предать науку.

Возможно, что на составе из позолоты и лошадиной мо-чи Космические корабли полетят к далеким Звездам!

Большинство будет жить, как меньшинство! – сэр Isaac Newton в ожидании формулы сосет кончик карандаша.

– Сэр! Узнать все секреты леди невозможно, потому что мы их забываем.

Моя бабушка каждый раз изобретает новые пропорции золота и лошадиной мочи в составе краски для туфель.

Выше туфель я приклеиваю белые ажурные чулки.

Они тоже одноразовые.

Я вырезаю кружева на туалетной бумаге.

Туалетная бумага плотно прилегает к моей молодой гладкой упругой безволосой коже. – Abigail берет в свою ма-ленькую ледяную ладонь большую красную ладонь сэра Isaac.

Прикладывает его ладонь к своей левой коленке. – Чувствуете, как бьется сердце под коленкой?

– Чувствую! Ваше сердце очень горячее, юная леди!

Порядочная мадемуазель знает, куда поместить свое сердце в нужный момент.

Сердце бьется в правой груди.

Затем для симметрии переходит в левую грудь.

Потом сердце спускается под коленку.

Поднимается в низ живота! – голос сэра Isaac Newton становится сухой, пустынный.

Abigail снова загадочно улыбается, как фея:

– Только платье у меня не из бумаги и не нарисовано.

Я пробовала нарисовать платье на голом теле.

Выходит красиво, но безнравственно.

Платье должно закрывать, а не открывать тело.

Девушку легче раздеть против ее воли, чем одеть по ее желанию. – Юная леди в смущении закрывает ладошками фи-алковые глаза. – Платье я шью из погребальных простыней.

В доме Инвалидов мама ворует простыни у больных.

Бабушка приносит саваны с кладбища.

Из добротной материи для смертников я шью бальные наряды.

Чем больше времени провожу голой, тем больше у меня появляется платьев.

Немного фантазии, сто часов работы, и платье готово.

Иногда на простынях от покойников остаются несмыва-емые коричневые пятна.

Но я их закрашиваю соком фиалок.

Сок фиалок универсален, как ваши законы физики.

Соком фиалки лечат понос, запор, рвоту, безумие и за-крашивают трупные пятна. – Abigail кружится волчком.

Показывает легкость воздушного платья из простыни. – Сэр Isaac Newton! Я кажусь вам глупой?

– Я не строю гипотез глупая вы или умная.

Я только беру факт, что вы глупая

Потом делаю из факта закон.

И затем нахожу причину закона.

Даже самый строгий закон не запятнает юную леди.

Я рекомендую вам против трупных пятен раствор крас-ной ртути и аммиака! – Сэр Isaac Newton щупает погребаль-ную простыню на продавщице фиалок. – В мою алхимиче-скую лабораторию часто приходят черти и зомби.

В настойчивом поиске умных ученых я часто вызываю призраков.

Они оставляют после себя смрадные лужи на полу и ядовитые пятна на диване.

Аммиаком и ртутью я смываю нечисть.

Рад, что чем-то могу оказаться полезным, для вас, полу-голая юная леди. – Сэр Isaac Newton вежливо кланяется.

– Спасибо! Вы очень добрый покупатель фиалок! – Abigail задирает погребальное платье выше головы.

Под простыней светится худое дрожащее белое тело в морозных пупырышках! – Я – фиалка!

Но меня вы не покупаете!

Купили бы мне нижнее теплое белье.

Мама говорит, что то, что не видно, не нужно украшать.

Но я думаю, что, наоборот, что то, что скрыто, нужно ценить и беречь в первую очередь.

На нижнее белье у бедной леди нет денег.

Ни на что у меня нет денег. – Abigail краснеет под цвет света газового фонаря. – Особенно не хватает серебра, чтобы купить Счастье.

Сэр Isaac Newton! Не осуждайте меня за то, что иду в содержанки к сэру Robert Hooke.

Любая продавщица цветов на моем месте поступила бы также безумно.

Лучше быть бесстыдницей в горячей джакузи, чем чест-но продавать цветы в голоде и в холоде.

И не получится честной продажи, потому что головки цветов вы посадили на спички!

Мужчина, кого любит, за ту и платит.

Девушка любит того, кто за нее платит. – Abigail не ухо-дит.

Сэр Robert Hooke терпеливо ждет ее у бочки с капустой.

Толстая торговка семечками заплетает косу на парике сэра Robert Hooke.

– Когда я отдаю фунт стерлингов ростовщику, то знаю, что через год получу процентов сто пять флоринов.

Когда я покупаю линзы для зрительной трубы, то знаю, что продам трубу Королю в три раза дороже, чем она стоит.

Но не догадываюсь, зачем давать деньги юным леди.

И для чего покупать вам нижнее белье?

К загадкам оптики, математики, физики, алхимии, аст-рономии добавляется еще одна наука – содержать леди.

Сэр Robert Hooke в этой науке добивается больших ре-зультатов.

Я отстаю от сэра Robert Hooke на три закона! – сэр Isaac Newton палкой чертит на свежеокрашенной стене здания формулу бесконечности.

– А от женщины вы отстаете на все сто! – Abigail об-ратно опускает платье. – Сэр Isaac Newton! Мне холодно!

Я голодная, поэтому ухожу к сэру Robert Hooke!

Он через неделю выбросит меня на улицу.

Я буду до конца жизни продавать ненавистные цветы. – Abigail с рыданиями козы бросает на камни нежные фиалки.

Топчет цветы нарисованными туфлями. – Юная леди подобна весеннему цветку.

Нас бросают!

Нас топчут!

Нас выбрасывают на свалку.

Мы рады, если какой-нибудь бородатый козел заинтере-суется свежим цветком!

Козы и козлы едят траву!

Моя мама Joanna торгует цветами согласно своему воз-расту.

Она в детстве продавала цветы на детских праздниках.

Затем пыталась найти жениха на улицах ночью.

Теперь вынуждена продавать цветы инвалидам.

Они не обращают внимания на мою молодую красивую маму Joanna.

Обидно, если Принц проходит мимо.

Но еще обиднее, если не Принц тоже проходит.

Все люди на свете были бы братьями и сестрами, если бы не появились женихи и невесты.

Если мама не выйдет замуж за инвалида, то она, как ба-бушка перейдет на кладбище.

У последнего пристанища человека станет торговать цветами на могилу.

Я буду вынуждена соблюдать семейную традицию.

Через десять лет встретимся в доме Инвалидов!

Через сто лет улыбнемся друг другу на кладбище!

И в доме Инвалидов, и на кладбище я буду вас ненави-деть, как сейчас.

Вы меняете девушек на законы Ньютона!

Когда покачусь на голых ягодицах с ледяной горки, то будете думать не о свадьбе со мной, а о прямолинейном рав-номерном движении тела голой леди, к которому не приложе-ны внешние силы! – Abigail разворачивается, чтобы уйти.

Затем резко, с выдохом на повороте, возвращается. – Сэр Isaac Newton!

Ждите, и я вернусь!

Побитая, грязная, потрёпанная, но буду ваша!

Вы еще услышите мой звонкий голос в ваших апарта-ментах.

Запах фиалок вызовет у вас ностальгию и аллергию.

Но без него вы не сможете дышать и творить!

И мы будем жить вместе долго и счастливо, пока не узнаем, что другие живут дольше и счастливее! – Abigail убе-гает от сэра Isaac Newton к сэру Robert Hooke.

Но на половине пути натыкается на спящую собаку.

Пес с рычанием кусает Abigail за нарисованную туфлю.

Продавщица фиалок резко останавливается, словно те-ряет самое дороге, что принадлежит не ей.

Abigail снова бежит к сэру Isaac Newton.

Обвивает его шею холодными руками.

Они похожи на белых змей на свадебном столе.

– Сэр Isaac Newton! Я люблю вас!

Не верьте словам моим.

Девушки верят в то, что делают и говорят.

А говорим и делаем мы каждый раз разное.

Сегодня признаюсь вам в любви и верю, что люблю вас.

А завтра буду верить, что всегда вас ненавидела.

Если девушка чего-то добивается в жизни, то у нее в мужьях не ученый, а Король.

С Королем даже во Дворце Рай!

Это закон юной леди! – Abigail с рыданиями убегает к сэру Robert Hooke.

После девушки остается лужа слез.

Сэр Newton из лужи берет пять капель слез на анализы.

Неясное чувство нового поднимает бороду сэра Isaac.

Новое пугает до икоты.

Ученый спешит в свою спасительную лабораторию.

Хороший удар током выжжет дурные воспоминания.

В это время сэр Hooke подсаживает Abigail в карету.

Продавщица цветов сразу занимает лучшее место.

Сэру Robert Hooke достается место на козлах рядом с вонючим обкакавшимся кучером.

– Сэр Robert Hooke! Если я не стану себя уважать, то и вы меня не будете любить!

Чем богаче и знатнее мужчина, тем ему приятнее, когда им командует хрупкая простая уличная продавщица. – Abigail повелительно толкает кучера ногой в спину. – Johnny трогай!

Бумажная туфелька распадется на лоскутки.

– Юная леди! Кого трогать? Вас? Себя, сэра Robert Hooke, кобылу, или леди на дороге? – кучер со свистом вы-пускает негодование ниже пояса. – Вы от меня хотите, хотя не знаете, что хотите сами. – Кучер спрыгивает на острые камни.

Больно ударяется головой об отрезанную голову быка.

Перед лошадью стоит прекрасная леди-облако.

Она уверенно держит лошадь за веревку.

Лицо лошади в ночном тумане сливается с лицом леди.

– Чем благороднее лошадь, тем длиннее у нее лицо.

Этот факт относится и к лицам знатных леди!

Лошадь похожа на вас, но вы не похожи на лошадь!

Как ученый я могу объяснить парадокс, но как джентль-мен опускаю ноги! – сэр Robert Hooke спрыгивает к ногам но-вой леди. – Моя супруга прекрасна!

Моя любовница леди Hamilton красивее, чем супруга.

Юная продавщица цветов Abigail еще краше, чем леди Hamilton.

Любовницы, как и прогресс, поднимаются по красоте по спирали.

Вы превосходите красотой всех моих женщин вместе взятых.

Из этого положения следует, что вы моя следующая лю-бовница.

Желаете быть третьей в тройке, или первой в единице? – сэр Robert Hooke пытается затащить новую леди на козлы.

– Добрый вы! Печать Королевскую на вас негде ста-вить! – Леди-облако оголяет левое плечо. – А на мне стоит пе-чать Короля Якова.

Печать удостоверяет, что я самая красивая леди Англии.

Мой отец – первый лорд-канцлер Smith.

А мое имя – Gloria.

Как леди позовешь, так она и поплывет на яхте. – Юная леди возвращает платье на мраморное плечо.

– Как леди назовешь, так она и поплывет вверх брюхом по Темзе. – Abigail высовывает очаровательную головку в ок-но кареты.

Белые локоны опускаются до колес. – В городе лицеме-рия трудно обмануть лицом.

Богатые покупают себе не только славу и уважение, но и красоту!

Попробуйте полуголая ночью на морозе торговать цве-тами на улице с маньяками.

С вашего плеча печать моментально слетит!

Лучшие покупатели цветов мужчины, а продавщицы – леди.

Печать должна стоять на сердце, а не на плече.

На плече у вас не Королевская печать, а печать черта! – Abigail по закону инерции Newton оскорбляет честь Короля.

Кучер с ужасом втыкает себе в уши гвозди.

Рвет барабанные перепонки.

– Скажу в тайной полиции, что ничего не слышу, пото-му что у меня ушей нет! – кучер отрезает уши на холодец.

Бросает уши бродячей собаке.

Собаки не умеют делать холодец.

Поэтому пес варварски съедает уши сырыми.

– Не обращайте внимания на слова Abigail! – сэр Robert Hooke заталкивает голову Abigail в карету. – Продавщица фи-алок – не человек!

Она – механическое устройство по продаже цветов.

Глупо обижаться на астролябию!

Я из милости беру Abigail в содержанки.

И еще больше хочу досадить сэру Isaac Newton! – сэр Robert Hooke натужно смеется до зеленой пены из ноздрей.

– Сэр Isaac Newton? – лицо леди Gloria белеет под цвет лица Abigail. – Где сейчас сэр Isaac Newton?

Умоляю вас, благородный лорд! – Gloria закрывает дверь кареты на замок.

С другой стороны бьётся головой о стену прекрасная Abigail. – подскажите мне светлый путь к сэру Isaac Newton!

Я – почтальон его сердца.

Везу посылку для ученого Isaac Newton!

В жизни каждой леди наступает момент, когда не ее ве-зут, а она везет!

В восемнадцать лет леди влюбляется так, что готова по-жертвовать счастьем любимого Принца ради себя! – леди Gloria пытается поцеловать белую руку сэра Robert Hooke.

– Вам нужен сэр Newton, а не я? – нос сэра Robert Hooke обвисает до пробитой грудной клетки. – Самая большая глупость, которую совершают девушки, это, когда они просят у одного жениха помочь другому.

Разумеется, я помогу вам!

Но не бескорыстно!

Еще не знаю вашу просьбу, но знаю, сколько она стоит.

За свою помощь беру вас в наложницы! – сэр Robert Hooke щелкает костями сухих пальцев.

С них слетает вековая пыль времени.

– Я не простая продавщица цветов с Victoria Road! – Gloria с улыбкой прислушивается к воплям пленной Abigail. – Сэр Robert Hooke!

Я вас уважала, пока вы не раскрыли рот!

Многие кажутся умными, пока не начинают говорить. – Худенькая юная леди зажимает голову сэра Robert Hooke под своей подмышкой. – Не я стану вашей наложницей!

Сжимает шею благородного ученого.

Глаза сэра Robert Hooke вылезают, как у рака-отшельника. – Вы будете моим наложником!

И сделаете так, как я прикажу!

Я с детства изучаю боевые искусства Востока.

Мой учитель Jackie Chan бьет меня каждый день палкой по пяткам.

Без палки нет учения!

Я передам вам искусство кунфу.

По утрам и вечерам буду бить палкой по пяткам.

Я буду вас бить, пока вы не покраснеете за свои слова.

Человек – единственное животное, которое краснеет от стыда. – Утончённая Gloria сильнее сдавливает гусиную шею сэра Robert Hooke.

Сэр Robert Hooke теряет воздух из всех отверстий.

Полузадушенный не может сказать ни слова.

Кончиком туфли пишет в грязи:

"Исполню любой ваш приказ, госпожа!

Дайте глоток воздуха!

Я не рыба!" – сэр Hooke обвисает половой тряпкой.

Gloria задумчиво смотрит на вспотевшего ученого.

Затем засовывает два пальца сэру Robert Hooke в рот:

– Дуйте! Выпускайте изо рта воздух в пальцы!

Нужно свистом подозвать лошадей.

Я – леди, а леди не свистят сквозь пальцы.

Свистеть – работа мужчин! – Gloria надавливает коле-ном на выпуклый живот сэра Robert Hooke.

– Вы из меня раньше весь воздух выпустили! – сэр Robert Hooke шипит в пальцы леди Gloria. – Первую половину ночи мне отравлял сэр Isaac Newton.

Вторую – его знакомая! – сэр Hooke с испугом свистит.

На свист слетаются толстые вороны.

Они клюют сэра Robert Hooke в бритую макушку.

Из мусорных баков выбегают опоссумы.

Хвостами щекочут ноздри великого ученого.

Сэр Robert Hooke отчаянно чихает, как опоссум.

Из тумана медленно выплывают две черные лошади.

Они везут каменный гроб на колесиках.

С гроба слетает пепельная мелкая пыль.

Юная леди Gloria встает перед сэром Hooke на колени:

– Раб мой! не удивляйся, что я твоя госпожа, умоляю тебя! – из правого глаза леди Gloria выкатывается хрустальная слеза. – Обстоятельства складываются так, что я прошу!

Опыт подсказывает, что с гробами никто не хочет свя-зываться.

Отвезите посылку с гробом сэру Isaac Newton!

Я стесняюсь! – щеки леди Gloria загораются.

– Вы хотите положить сэра Isaac Newton в гроб?

Если не знаете тайну гроба – молчите.

Если знаете – тоже молчите!

Мне не нужны лишние знания в мозгу.

От ума мозг перезагружается пять раз в сутки. – Сэр Robert Hooke дубом возвышается над леди Gloria.

– Если сэр Isaac Newton ляжет в гроб, то и я с ним ря-дом прилягу.

Если не хватит места двоим в саркофаге, то я лягу свер-ху.

Но еще нужно дожить до того, как нас положат в гробы.

Путь к смерти долгий и утомительный. – Леди Gloria присаживается на спину гиены.

Гиена утром убежала из зоопарка.

До этого момента чувствовала себя неуютно в городе.

Под ягодицами леди Gloria гиена счастливо засыпает.

Она знает, что находится в безопасности.

Девушки охраняют свои ягодицы сильнее, чем солдаты охраняют Дворец Короля. – Мой дядя Gilbert археолог.

Археологи роются в окаменевшем говне.

Извините, за грубое слово, сэр! – леди Gloria в очеред-ной раз краснеет от смущения.

В волнении жует белый шелковый кружевной платок. – Дядя Gilbert говорит, что в раскопках только одно каменное... какашки.

Люди намного чаще ходят в туалет, чем делают глиня-ные горшки.

Но мой рассказ не об окаменевшем г...

Хотя его тоже хватает.

Какашки незримо присутствуют везде! – леди Gloria нервно кусает губки. – Черт за меня говорит.

Не хочу говорить, зажимаю слова зубами.

А черт моим языком двигает.

Других занятий у черта что ли нет по ночам? – леди Gloria прислушивается к хрипению Abigail в карете. – Все!

Черт убежал!

Пока он не вернется, я расскажу вам историю гроба.

Дядя Gilbert два года назад обручился с леди Helen.

Мой дядя самых честных правил.

Он любит леди Helen за ее деньги.

Два месяца назад дядя Gilbert отправился в командиров-ку в Египетскую пирамиду.

В пирамиде чисто, потому что там не гадят в углах.

Около пирамиды ночью дядя Gilbert вышел по нужде.

Не знаю, какая у мужчин нужда, но мы, леди, нуждаемся в хорошем женихе.

Далеко уходит сэр Gilbert в пустыню.

То шлем Александра Македонского подберет, то шапку Мономаха.

Если попадутся сокровища скифов, то и ими не брезгу-ет.

От обезьян диких отбивается посохом волхвов.

Обезьяны обязаны сэру Дарвину за его открытие.

Без теории эволюции Дарвина обезьяны не превратились бы в людей.

Лицо сэра Gilbert покрывается ночным загаром.

Мой дядя кашляет, как бык египетский.

Сфинксы летают вокруг – благодать.

Дядя возвращается без нужны к Египетской пирамиде.

Падает, убитый сном.

Через час просыпается в липком поту.

Кажется дяде Gilbert, что его черт рогами бьет.

Но не черт, а кто-то шикарный сидит спиной.

Коса у леди длинная, угольная.

В России коса Курская, а в Египте коса – Каирская.

По толстой косе из волос, по тонкой талии, по широким бедрам, по грудям, которые видны со спины, дядя Gilbert до-гадался, что рядом с ним находится леди.

В волосах леди блестят бриллианты.

Простая продавщица цветов, – взгляд на карету, – мо-жет носить на себе стекляшки.

Но для леди нужны только бриллианты.

Мужчины влюбляются, широко раскрыв глаза, а женщи-ны любят ушами.

Дядя Gilbert любуется прекрасной незнакомкой.

Роста она два метра.

Изгибается, как балерина под куполом цирка.

Леди вперед наклоняется, словно ноги бреет.

Назад откидывается с криком "Банзай"!

Влево гнется, вправо, словно клен на ветру.

На ноги вскочит, балет станцует.

Руками машет, поет и пляшет.

Рыдает и смеется.

Проклинает Мир и извиняется.

На умершем языке шумеров с призраками говорит.

Дядя Gilbert призраков не видит, но чувствует носом.

Видно, что до седьмого пота страшно леди.

И дядя мой коркой ужаса покрылся.

Хотел дядя Gilbert леди пенни предложить.

Но, вдруг, его в затылок шаровая молния ударила.

"Неужели! Я вижу Хозяйку пирамиды Хеопса!

Она мне своим телом глаза отводит.

Когда мне было шестнадцать лет, цыганка нагадала, что я глаза сломаю о красоту Египетскую

Пророчества цыганок сбываются в худшую сторону.

Одежда на Хозяйке пирамиды Хеопса волшебная.

Нет никакой одежды!

Тело лоснится, словно маслом оливковым смазано.

Тело Хозяйки похоже на пирамиду.

Снизу широко, сверху узко.

Дядя Gilbert в страхе хотел топором зарубить леди.

От членов Лондонского Королевского Общества он слышал, что Госпожа Пирамиды любит археологов в камен-ный гробы бросать.

Леди, словно слышит мысли дяди Gilbert.

Поворачивается, показывает татуировку на левой груди.

На груди изображено Солнце над пирамидой.

"Сэр Gilbert! На леди бесплатно смотрите!

За рассматривание красавицы нужно платить.

Я – Солнце! Блистаю для всех, но согреваю одного!

Садись на сфинкса! Поговорим!" – Госпожа Пирамиды бегает кругами вокруг пирамиды.

Gilbert с трудом удерживается на скользком сфинксе.

Госпожа Пирамиды Хеопса опасная, как кобра.

Но она леди от кончиков пальцев до конца косы.

А с девушками у дяди Gilbert разговор короткий.

"Ум тащится со скоростью пять миль в час, а глупость несется, как молодая спортсменка. – Дядя Gilbert делает вид, что ужасно занят. – С леди только глупые беседы ведут!

Не о чем мне с голой девушкой разговаривать!"

"Не думай, что ты Король Яков.

Археолога по лицу видно. – Госпожа Пирамиды Хеопса показывает треугольные острые зубы. – К твоему лбу какаш-ка древняя приклеилась.

Посмотри третьим глазом на египетскую пирамиду!" – леди вместо какашки ставит на лоб дяди Gilbert третий глаз.

Мой дядя вздрогнул от ужаса.

Пирамида Египетская для него прозрачной стала.

По стеклянным переходам бегают умершие тени.

Призраки суетятся, как на карнавале в Бразилии.

Одни призраки одеты в синие одежды.

Другие замотаны в погребальные простыни.

А еще сорт призраков женского рода – в свадебные пла-тья одеты.

Невесты привидения зовут дядю Gilbert в гости.

Девушка даже после смерти о женихе думает.

Госпожа Пирамиды хохочет мертвым смехом:

"Не женись на моих слугах призраках, сэр Gilbert!

Они без тела, а в теле!

Если изменишь мне, то убью тебя камнем.

Взглянешь с интересом на мертвую невесту, я тебе глаза выдавлю пальцами!" – Госпожа Пирамиды Хеопса длинными ресницами поднимает пыль египетскую.

От ее хлопков призраки ложатся в гробы.

Гробы прозрачные, из хрусталя выдолблены.

Дядя Gilbert всматривается в гробы, в свое будущее.

Если долго смотреть на гроб, то в него ляжешь.

"Ты понял, кто я?" – девушка бриллиантами из волос сыплет.

Бриллианты в песок падают и пропадают звездами.

Но в волосах алмазов не уменьшается.

"Ты Госпожа Пирамиды Хеопса!

Только госпожа может голая бегать перед археологом!

Из археологов ты душу высасываешь.

Но из меня не высосешь то, чего у меня нет.

Душу я давно черту продал!

Поэтому не боюсь ничего, даже твоего взгляда!" – дядя Gilbert не боится разговаривать с обнаженными леди.

"Смелость города берет.

Но о Египетскую пирамиду смелость зубы обломает! – леди привешивает к ушам дяди Gilbert серебряные колоколь-чики. – По звону колоколов я тебя даже в пещере найду.

Настоящая леди из любого сэра сделает козла отпуще-ния. – В глазах Госпожи Пирамиды мелькают черные искры. – Если ты ничего не боишься, то скажи завтра лорду Bobby Brawn, чтобы он прекратил археологические раскопки в пи-рамиде Хеопса.

Убирайтесь обратно в туманный Альбион.

Если не выполните мой приказ, то ляжете в каменные гробы вместе с призраками.

До конца Мира призраки будут вам щекотать нервы!

Если скажешь, как я приказала, то стану твоей женой!