Текст книги "Развод с генералом драконов. Хозяйка Снежной долины (СИ)"

Автор книги: Гелла Холод

Соавторы: Луна Морри
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 26

Прошла неделя с визита Варфоломея.

Я почти забыла о его странном предложении, погрузившись в бесконечные заботы.

Нужно было готовить отчет для Каэля, закупать провизию на случай его долгого визита, да и сама долина требовала внимания.

Именно в разгар этой суеты Груня доложила, что ко воротам вновь подъехал господин фон Келлер.

На этот раз не один, с ним была легкая грузовая повозка, запряженная парой крепких коней.

Вздохнула, смахнула со лба потные волосы и приказала впустить его в кабинет, решив покончить с этим быстро.

Варфоломей вошел. Он выглядел свежим, деловым и… привезшим с собой целый арсенал аргументов.

– Леди Сноуфилд, – начал он, не тратя времени на любезности. – Я приехал не повторять свое предложение. Я приехал предложить вам сделку. Чисто деловую. Выслушайте меня.

Он разложил на моем столе несколько бумаг.

– Вот. Контракт на оптовую закупку рыбы у вас на следующий год. Цена на двадцать процентов выше рыночной в Снегороде зимой. Аванс тридцать процровов. – он положил сверху толстый кошелек, который звонко упал на дерево.

– Вот. Договоренности с двумя торговыми домами в столице на поставку сушеных горных трав и ягод, если ваша оранжерея будет давать урожай. Они очень заинтересованы в эксклюзиве. И вот, – последний лист был написан на дорогой, гербовой бумаге, – Гарантийное письмо от Гильдии торговцев Снегорода. В случае любых… судебных претензий к вам со стороны третьих лиц, гильдия предоставляет своих юристов и берет на себя поручительство.

Смотрела на бумаги, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Это был не просто жест доброй воли. Это была полноценная экономическая и юридическая крепость, которую он возводил вокруг меня. И все это в обмен на что?

– Условия? – спросила хрипло. – Что вы хотите взамен?

– Право быть вашим эксклюзивным торговым агентом. Десять процентов от всех продаж, которые я для вас организую. И… разрешение остаться здесь на время. Чтобы изучить хозяйство изнутри, наладить процессы, понять, что еще можно развивать.

Он посмотрел на меня прямо.

– Я не буду вас беспокоить. Я не буду навязывать свое общество. Просто дайте мне комнату и доступ к информации. Позвольте мне помочь. Как деловому партнеру.

Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Слишком выгодно для меня. Риски? Он получал доступ к замку, к людям, к моим планам. Он мог быть шпионом. Он мог саботировать. Он мог… сделать что угодно.

– Почему? – вырвалось у меня. – Почему вы все это делаете? Из благородства? Не верю.

Варфоломей улыбнулся, но на этот раз в его улыбке не было тепла. Была холодная, стальная уверенность.

– Из расчета, леди Сноуфилд. Я вижу здесь потенциал. Уникальный. Рыба, которая не замерзает зимой? Это сенсация. Лекарственные травы, выращенные в вечной мерзлоте? Их лечебные свойства будут мифологизированы и взлетят в цене. Вы хозяйка этого места. Вы ключ. А я… я знаю, как превратить ключ в отмычку от сундуков всего континента. Мне нужен доступ. И мне нужно, чтобы вы выстояли. Потому что если вас снесут Вандермонды или заберет герцог, мой бизнес-план рухнет. Мне выгодно, чтобы вы были сильны и независимы. По крайней мере, до тех пор, пока мы не заключим более… постоянный союз.

Он был чертовски откровенен. И в этой откровенности была своя честность.

Он не скрывал, что хочет заработать. И что видит во мне в перспективе не просто партнера, а жену. Но сейчас он предлагал не брак, а контракт, который решал кучу моих проблем. Деньги, защита от суда, рынки сбыта.

Альтернатива? Ждать, пока Каэль прилетит и, либо заберет меня, либо разгромит все, что мы построили, если не увидит достаточных «доказательств». Бороться с Вандермондами в одиночку. Медленно развиваться, постоянно сталкиваясь с нехваткой средств.

Я посмотрела на него. На его умные, холодные глаза. На уверенную посадку. Он был опасен. Но он был опасен открыто. Как ядовитая, но красивая змея, чье жало ты видишь.

Сердце сжалось от предчувствия, но разум кричал, что это шанс. Единственный реальный шанс укрепить свои позиции до приезда Каэля.

– Десять процентов, многовато, – сказала, неожиданно, твердо. – Пять. И вы оплачиваете все свои расходы по проживанию здесь. И не лезете в дела, не посоветовавшись со мной. И… – я сделала глубокий вдох, – Никаких разговоров о браке, пока я сама не подниму эту тему.

Варфоломей замер, оценивающе глядя на меня. Потом медленно кивнул.

– Семь процентов. Расходы мои. Советоваться буду. О браке молчу. Но оставляю за собой право время от времени напоминать о своих намерениях. Вежливо.

Я почти усмехнулась. Он торговался как на базаре. И в этом была своя странная надежность.

– Шесть.

– Согласен.

Он протянул руку. Я, после секундного колебания, пожала ее. Его ладонь была сухой и сильной.

– Эдгар! – позвала я. – Господину фон Келлеру нужны покои. Лучшие из свободных. И представь его Марте и Артему. Он наш… деловой партнер. Будет жить здесь какое-то время.

Эдгар, появившись в дверях, смотрел на Варфоломея с нескрываемым любопытством и опаской, но кивнул.

Знакомство с «командой» прошло в большом зале.

Марта смотрела на нового постояльца как на потенциальную угрозу, которую нужно изучить. Артем с открытым недоверием. Геральд и Яков просто пожимали плечами, барыня знает, что делает.

Варфоломей вел себя безупречно. Корректно, уважительно, без панибратства. Он задавал правильные вопросы о пруде, о состоянии полей (вернее, того, что под снегом), о ресурсах леса. Он слушал внимательно, делал заметки в небольшом блокноте.

Пока его устраивали в покоях в восточном крыле (я намеренно поселила его подальше от своих комнат), я стояла у окна в кабинете, глядя, как его слуги разгружают повозку.

Он привез не только личные вещи, но и несколько ящиков, видимо, образцы товаров, книги по торговле, может, даже оружие.

Груня, принеся мне ужин, смотрела на меня большими, испуганными глазами.

– Миледи… он… он ведь вам руки и сердца добивается. Вы точно можете ему доверять?

– Нет, Груня, – честно ответила. – Я не могу ему доверять. Но я могу использовать его. Пока его цели совпадают с моими. А там… посмотрим.

Это была опасная игра. Я впустила лису в курятник. Но, возможно, эта лиса могла отпугнуть волков, которые уже обнюхивали забор.

Оставалось только надеяться, что я не ошиблась в расчетах, и что эта лиса в конце концов не предпочтет съесть всех кур, включая хозяйку.

Но сейчас, с контрактами в руке и золотом в сундуке, это был риск, на который приходилось идти.

___________

Глава 27

Последние дни перед истечением срока, данного Каэлем, висели в воздухе густым, почти осязаемым ожиданием.

Все работы были завершены, или, по крайней мере, доведены до стадии, которую можно было показать.

Пруд функционировал, и в нем уже плавало несколько десятков окрепших рыб. В оранжерее зеленели не только лук и чеснок, но и первые, робкие листочки шпината и горчицы. Телега стояла наготове. Люди, хоть и нервничали, держались с подчеркнутым достоинством. Они были готовы представить результаты своего труда.

Даже Ледяные Стражи, казалось, почуяли приближение чего-то важного. Их тени стали появляться на границах чаще, но не агрессивно, а скорее как дополнительный патруль.

Наступило утро последнего, тридцатого дня.

Небо было чистым, морозным, таким ясным, что резало глаза. Я стояла на стене, кутаясь в шубу, и смотрела на юг. Груня, не отходившая от меня, явно нервничала.

– Выглядит, как обычный день, – прошептала она.

– Обычные дни кончились, – ответила спокойно. – Сегодня он приедет. Или прилетит.

На южном горизонте появилась точка в небе. Она росла с пугающей скоростью, превращаясь в огромную, темную тень, заслоняющую солнце.

Размах крыльев был чудовищным. С земли донесся низкий, вибрирующий гул, от которого задрожали стекла в окнах замка и посыпался иней с деревьев.

Дракон.

Он не был похож на сказочное, изящное существо. Это была воплощенная мощь и древность.

Чешуя цвета вулканического базальта отливала тусклым металлическим блеском.

Когтистые лапы были сложены под брюхом, длинный, костистый хвост вился в воздухе.

Он сделал широкий круг над долиной. Затем он пошел на снижение, выбирая площадку перед замком, ту самую, что еще недавно была гладким ледяным полем.

Удар о землю отозвается глухим гулом. Снег взметнулся облаком, оседая на черную чешую.

Каэль Скальное Крыло, генерал драконов, расправил крылья, сложил их за спиной и поднял мощную шею.

Его глаза, золотисто-янтарные, с вертикальными зрачками, медленно обвели панораму: замок, людей на стенах, дымок из труб, темное пятно пруда вдали. В них читалась не злоба, а холодная, оценивающая внимательность.

Затем тело дракона окутала дымка, похожая на мерцание горячего воздуха. И когда она рассеялась, на снегу стоял человек.

Высокий, темноволосый, в простых, но безупречно сидящих дорожных одеждах из темной кожи и меха.

Его лицо было таким же, как в моей памяти, жестким, с резкими чертами, скулами, что могли резать стекло, и тем же ледяным взглядом. Но теперь в этом взгляде было меньше откровенного презрения и больше… интереса.

Он сделал несколько шагов к воротам, которые были намертво заперты.

Спустилась со стены и приказала открыть небольшую калитку рядом с воротами.

Выходить к нему с делегацией? Нет. Я вышла одна. В простом шерстяном платье, поверх которого была накинута та самая шуба, в валенках. Без украшений, без признаков власти, кроме прямой спины и спокойного лица.

Мы остановились в десяти шагах друг от друга. Воздух между нами казался густым и колючим.

– Лея, – произнес он. Его человеческий голос был таким же, как я помнила – низким, бархатным, но лишенным тепла.

– Каэль, – кивнула. – Добро пожаловать в Снежную долину.

Он окинул меня беглым взглядом, от макушки до ботинок, и его взгляд на мгновение задержался на моих руках, скрещенных на животе. Еще не явно, но… возможно, он что-то заподозрил. Внутренне я сжалась, но лицо не дрогнуло.

– Ты выглядишь… живее, чем я ожидал, – заметил он.

– Зимний воздух полезен для здоровья, – парировала. – Прошу в замок. Там теплее.

Я повела его через двор. Наши люди стояли по стойке «смирно», кто где работал – у конюшни, у кузницы, у дверей кухни.

Они не кланялись, не опускали глаз. Они просто смотрели. Смотрели на своего господина, пришедшего с проверкой. Это был немой вызов, и Каэль его заметил. Его губы чуть тронула тень чего-то, похожего на уважение или досаду.

В большом зале горел камин. Было действительно тепло. Я предложила ему сесть во главе стола, сама села напротив. Его спутники остались стоять у двери.

– Ну что ж, – сказал Каэль, положив руки на стол. – Месяц истек. Показывай, что ты тут натворила.

Это был не вопрос. Это был приказ.

Я начала. Без лишних слов, по делу. Рассказала про систему обогрева замка, основываясь на древних схемах и современных (для этого мира) материалах. Показала расчеты, которые вела. Потом привела его в подвал, к печи и трубам. Он потрогал теплую каменную кладку и медленно кивнул.

Затем мы поехали к пруду, на санях, запряженных нашей новой телегой. Каэль молча наблюдал, как Геральд и его сын разворачивают сети и вытаскивают из полыньи несколько бьющихся, серебристых рыб. Он взял одну, еще живую, в руку, ощупал, понюхал.

– Незамерзающая полынья, – констатировал он. – За счет геотермальных труб. Умно. Глупо, но умно для этих условий.

Он не хвалил. Он оценивал. Как инженер оценивает удачный механизм.

Мы посетили оранжерею, где Агафья и Маланья, красные от смущения и гордости, показали ему зеленеющие грядки. Он спросил о сортах, о температурном режиме, кивнул, услышав ответы.

Он осмотрел мастерскую Якова, кузницу с новыми мехами, даже заглянул в библиотеку, где Митя, дрожа, демонстрировал составленный им каталог.

Везде он был скуп на слова, но внимателен до мелочей.

Вечером мы снова сидели в большом зале.

На этот раз на столе стоял ужин – уха из только что пойманной рыбы, хлеб из своей муки, салат из первой оранжерейной зелени. Просто, скромно, но все свое.

Каэль ел медленно, явно наслаждаясь вкусом. Наконец он отложил ложку.

– Ты сделала невозможное, Лея, – сказал он, и впервые за весь день его голос звучал без ледяной отстраненности. В нем была усталость и… недоумение. – Ты взяла то, что все считали могилой, и за месяц заставила это место дышать. Люди здесь верят тебе. И работают не из-под палки. Как тебе это удалось?

– Я предложила им не рабство, а союз, – ответила. – Я предложила будущее. И они поверили.

– А эти… слухи? О льде, что слушается тебя? О духах, что сторожат границы?

Тишина в зале стала звенящей. Я знала, что этот вопрос прозвучит.

– Долина старая, – сказала осторожно. – В ней много странного. Я… научилась с этим сосуществовать. Иногда это помогает. Как с воротами, когда приезжали люди магистрата.

– Сосуществовать, – повторил он. – Ты говоришь об этом, как о разумном существе.

– Возможно, оно и разумно. В своем роде. – посмотрела ему прямо в глаза. – Оно признало меня. И я признала его. Мы договорились.

Он долго смотрел на меня, в его янтарных глазах что-то менялось. Будто падала маска. Или, наоборот, надевалась новая.

– Значит, ты не вернешься, – констатировал он.

– Нет. Мое место здесь.

– Даже зная, что Вандермонды не отступят? И что я… – он запнулся, впервые за весь день выказав неуверенность, – …Что я не могу просто так оставить тебя здесь одну. По закону, ты все еще моя жена. И эта земля, по праву твоего замужества, под моим сюзеренитетом.

Вот она, развилка. Я глубоко вдохнула.

– Ты можешь попытаться забрать меня силой. Но твои люди столкнутся не с беспомощной женщиной, а с крепостью и с людьми, готовыми ее защищать. Будет кровь. И что ты получишь? Разрушенное поместье, ненависть этих людей и… меня. Которая никогда тебе этого не простит. – я сделала паузу, давая словам просочиться. – Или ты можешь признать факт. Что я способна управлять этим местом. Что я приношу ему пользу, а не гибель. Ты можешь остаться моим сюзереном на бумаге. Получать свою долю от доходов, когда они появятся. А я… я останусь здесь Хозяйкой. И мы заключим новый договор. Не брачный. Деловой.

Он откинулся на спинку стула, его пальцы начали барабанить по столу. Впервые за вечер он выглядел не всемогущим драконом, а человеком, перед сложным выбором.

– Доля от доходов, – повторил он. – От рыбного пруда и оранжереи. Это все, что ты можешь предложить?

– Это то, что есть. И то, что будет. А еще… – я снова посмотрела на свои руки, а потом ему в глаза, – …Возможно, нечто большее. Но это уже зависит от тебя.

Я не сказала о ребенке. Не сейчас. Сейчас ему нужно было принять решение, основанное на холодном расчете, а не на эмоциях.

Он встал, подошел к камину, вглядываясь в пламя.

– Ты стала другой, Лея. Сильной. Упрямой. Опасной.

– Я стала собой, – поправила его.

________________

Глава 28

Утро после отъезда Каэля должно было стать утром облегчения. Но все пошло не по плану.

Дракон, расправив крылья на площадке перед замком, уже собрался оттолкнуться от земли, когда с опушки леса, как из ниоткуда, вышли Ледяные Стражи. Они выкристаллизовались из утренней дымки, их голубые глаза были прикованы к гигантской рептилии.

Они шли неспешно, плавно, абсолютно бесшумно, огибая Каэля полукругом. От них не исходило угрозы в привычном смысле. Они просто… не хотели его отпускать.

Каэль замер, его огромная голова на гибкой шее повернулась к ближайшему Стражу. Из его пасти вырвалось низкое, предупреждающее рычание.

Страж в ответ не зарычал. Он издал звук, похожий на треск ломающегося ледника – высокий, сухой, пронизывающий.

Люди на стенах замка замерли, затаив дыхание.

Я стояла у ворот, чувствуя, как леденящий ужас сковывает меня. Я не призывала Стражей. Они пришли сами. Видимо, вид гигантского существа с чужеродной, огненной аурой на своей охраняемой территории был для них недопустим.

Каэль попробовал сделать шаг вперед, чтобы разбежаться для взлета, но двое Стражей синхронно переместились, перекрыв ему путь.

Их движения были неестественно плавными, как будто они не шли по снегу, а скользили.

И тогда Каэль… сдался. Его тело окутало мерцание, и на снегу снова оказался человек. Он стоял, слегка наклонив голову, изучая непрошеных охранников. Его лицо выражало чистое, научное любопытство, смешанное с легким раздражением.

Он повернулся и медленно пошел ко мне, спиной к Стражам. Те не последовали за ним, но их взгляды, холодные и неотрывные, провожали его.

– Любопытно, – произнес он, останавливаясь передо мной. Его голос был спокоен. – Они тебя слушаются?

– Не совсем, – честно ответила. – Они… охраняют. Долину. И, видимо, считают меня частью ее. А тебя нет.

– Частью долины, – повторил он задумчиво. – Значит, слухи о «договоре» были не совсем слухами. – Он посмотрел на Стражей, которые все так же стояли неподвижно, как изваяния из синего льда. – А если я попытаюсь улететь сейчас, в человеческом облике?

– Не знаю. Но я бы не рисковала.

Он кивнул, почесал висок, что выглядело на удивление по-человечески.

– Значит, я гость. Непрошеный, но… признанный хозяевами. – Он бросил взгляд на замок, на людей на стенах, и в его взгляде мелькнуло что-то вроде мрачной иронии. – Похоже, мой отъезд придется отложить.

Вернувшись в замок, Каэль попросил меня показать ему все. Не как инспектору вчера, а как… исследователю.

Он часами сидел в библиотеке, листая уцелевшие книги, особенно те, что касались местных легенд, геологии, климата. Он задавал вопросы Мите, и тот, сначала дрожа, а потом все смелее, рассказывал о своих находках. Каэль внимательно слушал, кивал.

Он спустился в подвал и тщательно изучил не только печь и трубы, но и сам камень кладки, постучал по нему костяшками пальцев, прислушиваясь к звуку.

– Здесь, в основании, другой камень, – заключил он. – Более древний. Он лучше держит тепло… и, возможно, что-то еще.

Он отправился к пруду без меня, один. Я наблюдала с башни, как он долго стоит на краю полыньи, не шевелясь, глядя в темную воду. Потом он что-то бросил в воду, что-то мелкое, блестящее и внимательно следил за расходящимися кругами.

Вечером он снова сидел со мной в кабинете.

– Эти существа, – начал он без предисловий. – Они не мертвы. Они… часть экосистемы. Как мхи, что растут на скалах, но на порядок сложнее. И более осознанные. Ты чувствуешь их намерения?

– Да, – призналась. – Не словами. Ощущениями. Они охраняют некую… целостность. Древнюю границу. Возможно, ту самую, что была нарушена, когда началась вечная зима.

Он нахмурился.

– Ты думаешь, их пробуждение и твоя активность связаны?

– Я думаю, они всегда были здесь. Спали. А мои попытки что-то изменить… оживили их. Они видят во мне не нарушительницу, а… садовника. Который пытается навести порядок в запущенном саду. А тебя они видят как лесной пожар, который может уничтожить все, что они охраняют.

Он усмехнулся.

– Лесной пожар. Подходящая аналогия для дракона. – он помолчал. – Значит, пока я здесь, они не отступят.

– Похоже на то. Они не нападут, если ты не будешь проявлять агрессию. Но и не выпустят.

– А если я проявлю?

Я посмотрела ему прямо в глаза.

– Не делай этого. Пожалуйста. Я не знаю, что они могут. Но знаю, что это их территория. И они старше тебя. Намного старше.

Он откинулся на спинку стула, его взгляд стал отстраненным.

– Я задержусь на неделю. Мне нужно понять, с чем я имею дело. И… – он запнулся, – …понять тебя. Потому что ты, Лея Сноуфилд, теперь тоже часть этой загадки. И часть моих… обязательств.

Это было неожиданно.

На следующее утро Каэль снова вышел за ворота. Он взял с собой блокнот и карандаш, отправляясь к границе леса, где обычно появлялись Стражи.

Они возникли сразу, как тени. Но на этот раз дракон не пытался пройти. Он сел на поваленное дерево, в двадцати шагах от них, и начал… рисовать.

Сосредоточенно, тщательно, делая наброски их форм, поз, окружающего ландшафта.

Стражи замерли, наблюдая. Казалось, их это удивляло.

Я наблюдала за этой сценой из башни, и в груди что-то болезненно сжалось. Этот холодный, расчетливый дракон, которого я знала как источник своих страданий, сейчас выглядел почти… человечным. Уязвимым в своем желании понять.

Вечером он показал мне свои наброски. Они были удивительно точными и детальными.

– Видишь эти линии на их «шкуре»? – он указал карандашом. – Это не шкура. Это кристаллическая структура. Они не животные. Они гомункулы. Магические конструкции, привязанные к месту.

– Кто их создал? – спросила, подперев щеку рукой.

– Не знаю. Но тому, кто это сделал, была подвластна магия уровня легенд. Возможно, те самые древние Хранители, о которых говорят твои крестьяне. – он поднял на меня взгляд, оторвавшись от своих набросков. – И ты, похоже, унаследовала не только титул. Ты унаследовала ключ. И теперь эти конструкции считают тебя легитимной преемницей.

________________________