Текст книги "Контракт (СИ)"

Автор книги: Галина Ландсберг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 32 страниц)

Была ещё одна мысль… Не факт, что реальная, но кто знает, как повернет ситуация? Вермут знал, что возле «Юпитера» есть группа вражеской бригады. Знал, что они взаимодействуют с местными «Бандитами». А ещё знал, что эти самые «Бандиты» всё рвутся пройти к Армейским складам. Зачем – не важно; важно, что его бригада может предоставить свободный проход.

Их командир оказался на удивление контактным человеком. Хотя, почему не удивление? К удаче, скорее. Лебезил в разговоре, когда узнал кто с ним связывается, но разводящий знал, что отцеловывание его пяток отнюдь не гарант преданной работы. «Бандитский» пахан всё просил прямо сейчас дать доступ к проходу на склады, но Вермут был тверд на своей позиции.

– Доложишь, если появится. – Говорил он. – Даже если кто-то отдаленно похожий на неё – сообщи. Место нахождения, численность сопровождения – всё.

– Без балды, начальник. Если хочешь, я прям щас этих кур перевалю – валын у нас больше – ты только скажи. – Хрипел пахан, явно подзадоренный открывшейся перспективой переселения, но разводящий его тормозил.

Нет, ему не нужна бойня раньше времени. Раз его противник решил поиграть, то почему бы и нет?

Мужчина был практически на сто процентов уверен, что Гелла не станет сидеть на станции. Возможно, захочет поймать его тут, а возможно и сбежать сообразит, а последнего допускать Вермут не хотел, как и первого. Он остался дожидаться скорого подкрепления, посматривая на открывшиеся вида этого слишком большого болота.

Гелла

Вода у берега совсем не глубокая, а для него и вовсе как лужа. Он жил на этом болоте ровно столько, сколько себя помнил, а помнил он по большей части именно эту свою ипостась. Монстр, хищник.

Мелких существ сегодня рядом не пробегало и было суждено остаться голодным. Даже единственная жертва, заглянувшая на его территорию, и та куда-то испарилась. Он разогнал громким рыком подбежавших на зов своих сородичей, мол ничего тут нет, трапеза отменяется. Те покружились, понятное дело недовольные таким исходом, но разбежались – каждый в свою сторону, высматривать пищу. Тяжело стало охотиться, когда вся округа узнала, чье именно гнездо образовалось на этом болоте.

Так передвигаться мог только он и его сородичи – быстро, практически бесшумно, а посему, как только он покинул территорию болот, то стал практически совершенно не обнаруживаемым. На секунду он словно совершенно забыл, как становиться невидимым, но воспоминание потихоньку вытягивалось наружу, медленно, как если высасывать из дерева его сок. Он не знал откуда такие умения – они словно были всегда, родные, без которых существование в миг станет более трудным. Жизнь среди… Этих… Как их?

Все для него просто существа, без обозначения и названия. Существа побольше, поменьше; больно ранящие из чего-то громкого и больно кусающие зубами, ходящие на двух ногах и бегающие на всех четверых. Да и сам для себя он всего лишь существо, без названия, но имеющее ясное обозначение – хищник. Откуда взялось это слово он не знал. Оно, как и другие навыки, словно было дано при рождении.

Он остановился, принюхался к окружающему пространству, пошевелив щупальцами в воздухе. Их название он знает, исходя из функции, которую они выполняют. Да… Днем он обычно никуда не выходит, но сейчас почему-то вот решил выйти. Из-за голода? Да, из-за голода, точно. В желудке болит, рычит… Ночь самое лучшее время для охоты – все до единого существа растеряны и заполучить свою пищу становится ещё проще. Двуногих, правда, нет почти, а вот остальных можно найти в избытке. Он любил в особенности тех большетелых существ с толстой колкой кожей – в них крови больше, чем в ком-либо ещё. Поблизости ими не пахло. Плохо.

Вон, неподалеку бродят те четвероногие – целая стая, не самые маленькие, такими он бы мог наесться… Почему идти дальше? Вон же пища и желудок болит! Что же это такое? Не нравится, ох не нравится…

С этого холма он видел и своё болото, и другое дальнее болото, и большие треугольные… Корабли? Да, корабли, это он тоже знал. Какое всё светлое, яркое. В темноте он видит всё это лучше, но при свете тоже как-то… Красиво? Как много сегодня новых слов, хоть они и кажутся отдаленно знакомыми. Раньше они не слишком часто возникали в голове, а сегодня…

Знакомый грохот. С таким звуком двуногие существа кусают на расстоянии, иногда после этих укусов приходится долго залечивать раны… Идти туда? Зачем туда? Там боль, враг! Он инстинктивно зарычал, не соглашаясь идти в те строения, где грохотали выстрелы, но всё равно направился туда. Что-то сегодня с ним не так, совсем. Он знал, что уже стал невидим; медленно, не слышно проскользнул через маленькие строения к строениям побольше и устроился в тени. Дышит громко, но двуногие далеко и не должны его услышать.

Много, совсем одинаковые, что-то кружатся по этому месту от одного строения к другому. Грохочут – видимо кусают кого-то, кто не видим ему. А ведь и они были бы знатной пищей – двуногие существа хоть и не так многокровны как те большетелые, но кровь у них на вкус другая, не так противно воняет и не такая густая. Он присел на одно колено, вцепился руками в землю и выгнулся вперед – жаль, что сейчас не ночь и приходится стараться, чтобы что-то увидеть. Только что, он пытается увидеть? Зачем вообще ему так внимательно рассматривать? Ох…

Нет, они все одинаковые, эти двуногие. Мелкие, с черными головами и кусающими… Оружие? Знакомое слово, теперь он знает, куда его применить. Одинаковые, совсем – тот крайний похож на другого крайнего, а тот пробежавший – точно такой же, как и пробежавший раньше. Зачем ему это знать? Хотя, они вроде разные. Выглядят одинаково, но почему-то разные… Не может понять, не может! Да что ж такое сегодня с ним?!

Почему уходить? Ведь он так долго сюда шел… Здесь пища, много пищи. Они будут кусать, ну и что – он ведь быстр и невидим. А ещё очень силен и может одолеть если не всех, то по крайней мере тех, кто стоит рядом. Нет, не пойдет он обратно, пока не поест! Не надо заставлять, хватит… Смерть? Он так часто дает её другим, всем своим жертвам, когда есть от них уже нечего.

Позади застрекотало оружие, он болезненно зарычал. Укус, укус, укус…

…укус! Гелла широко раскрыла глаза и часто со стонами задышала. Чёрт! Полусидя на земле, она ощупала свою грудь, голову и спину, словно пытаясь найти ранения, которые принадлежали совсем не ей. Нашла только идущую носом кровь.

Ферганец рассказывал как-то, что на этих болотах живут кровососы. Много, целое гнездо, и вывести никто не может. Раньше старались – Борода со «Скадовска» щедро, насколько мог, платил смельчакам, решившим разворошить это «осиное» гнездо, но то было давно и постоянные неудачи спрос на это дело спустили к нулю.

По пути им встречались и снорки, и слепые псы, но ни те, ни другие девушке не подходили – отсутствие зрения делало их бесполезными для её дела и мутантов приходилось обходить с крайней осторожностью. С одной стороны, конечно, возможно не стоило тратить время на подобные походы, но так можно было сократить расход бойцов и попробовать самолично увидеть, куда и как далеко смогут зайти бойцы противника.

Гелла не ожидала, что центральная бригада выдвинется к ним настолько быстро. Если бы не отряд на «Юпитере», то они и не узнали бы вовсе, что на них идут наёмники из Мертвого города, и были бы совсем не готовы. Думать на шаг вперед она не очень умела, но предполагала, что сразу на основную базу противник не пойдёт, зная, что под их контролем весь Затон. На всякий случай оставила крупную группу для отправки её как подкрепления, если запросят, приказала всем быть в полной готовности, а сама ушла в компании Мадьяра – воплощать в реальность свой план.

На самом деле, девушка надеялась встретить на пути к болоту какого-нибудь другого мутанта, пригодного для использования. Она не думала, что произойдет, если не сумеет в нужный момент захватить контроль над зверем – не хотелось об этом думать, не самые приятные мысли. Долго выслеживать и ловить кровососа не пришлось – он объявился быстро, да ещё и с компанией, буквально сразу, как только Гелла ступила на болото.

Громкими шагами продвигалась вперед, пока вода не стала доходить до уровня талии, и быстро постаралась выйти на совсем уж мель, когда появление зверя было обозначено. Девушка знала, что она под присмотром, но окончательного спокойствия от этого не испытывала: доверять Мадьяру безоговорочно та так и не научилась. Старалась всем своим видом показать то доверие, которого и в помине не было, путем выхода на подобные задания и позволения решать некоторые организационные вопросы. Он, вроде, верил, но фиг знает.

Гелла беспокоилась, что в предположительный момент, когда план пойдет крахом, наёмник не станет отгонять от неё монстра и просто сбежит сам. Беспокоилась, но старалась не зацикливаться на этом страхе – нельзя отвлекаться, каждая секунда может сыграть решающую роль.

Осознав, что захватить мутанта таки получилось, наёмница своё беспокойство отпустила – она больше не думала о возможной своей смерти и больших страшных глазах монстра, которые беспрепятственно неслись на неё. Кровосос оказался весьма умным зверем и подчинить его разум полностью не удалось – где-то продолжали проскальзывать его мысли, ощущения и некоторый страх, ведь что бы он не думал, действия его были бесконтрольны.

Мутант прекрасно чувствовал запахи, улавливал слухом даже самые тихие движения и сам был бессовестно быстр, но с его взгляда большая часть живых существ выглядели совершенно одинаково. Это расстроило, и девушка была крайне недовольна, что среди сражающихся наемников никак не могла выделить того самого. Хотя, может Вермут и не пошел в бой сам, а просто отрядил людей? Помнится, на поиски «Греха» он не отправлялся, а то, что в прошлый раз он оказался среди бойцов, могло быть либо случайностью, либо необходимостью. Она высматривала его, всё старалась как-то различать бойцов, давно потеряв разницу между чужими и своими, но безрезультатно.

На самом деле, Гелла в глубине души наделялась, что отряд на «Изумрудном» сможет отбить нападение и пораженные наёмники противника примут решение вернуться обратно на базу, но всё оказалось именно так, как и должно. Как говорят: надейся на лучшее, готовься к худшему, и принципа этого девушка придерживалась, по большей части.

– Большой отряд. – Сообщила она своему заместителю, когда сознание перестало кружиться и мысли собрались-таки в кучу. Да, в последнее время такие фокусы стали даваться совсем не просто, но, что поделать? – Захватили «Изумрудное».

– Понял. – Отчеканил Мадьяр своим елейным тоном и отдал приказ на отправку подготовленной группы.

Что ж, предстоящий вариант казался ей неплохим и калечащим в любом случае. Если противник пойдет на следующую точку, то их схватят там; если пойдет сразу на станцию, то окажется охвачен местной бригадой с двух сторон и уж тогда уйти никак не сможет.

Всё ещё мокрая от болотной воды, Гелла готовилась к следующему этапу действий. Их было несколько до сего момента, но условие отсутствия центрального разводящего в ударной группе выбрало определенный путь действия. Им следовало выдвинуться к Мертвому городу и напасть, но делать это требовалось предельно незаметно.

– Нельзя дать понять, что станция пуста. – Объяснял Мадьяр необходимость в момент выхода оставить на базе небольшую группу бойцов. Девушка хотела бы забрать с собой всех, но мужчина был прав – противнику стоит только краем глаза заметить, что никакого сопротивления нет, и всё может встать на свои места. – Так нужно.

– Конечно. – Наёмница бесконечно сожалела, что приходиться лишаться людей. Сначала «Изумрудное», потом это…

Дойти до Рыжего леса быстро вполне реально. За это время, отряд из Темной долины сможет добраться до Диких территорий, а там – до пригорода центральной базы и Армейских складов. Возможно даже в плюсе, если сумеют склонить наёмников с Диких территорий к себе – наёмница предполагала, что это будет хорошим ударом для их командира. Нападут с трех доступных сторон, захватят командный состав, а потом… Да уж, не такой она себе представляла их следующую с Вермутом встречу. Скорее, более мирной, а может даже… Нет, уже не важно.

Нужно будет просто нажать на спуск и всё – бойня окончится, командир будет отомщен и оставшиеся бойцы со временем восстановят Синдикат в том виде, в каком он был до этой междоусобицы. Главное, чтобы рука не дрогнула, как в прошлый раз…

– Как только на цехах начнется движение – выдвигайтесь и как можно быстрее. – Они с Мадьяром остались ждать остальных своих товарищей здесь, неподалеку от болот, куда мужчина оттащил бессознательное тело девушки, занятой прогулкой в теле монстра. Бойцы прибудут, и они все вместе выдвинутся к окрестностям «Юпитера», а оттуда – в Рыжий лес. Наёмница понимала, что если «Изумрудное» захвачен, то у противника есть небольшое преимущество в виде открывшегося вида на большую часть территорий, и уйти незаметно шансы несколько снизились.

Если только отвлечь тех… Именно отвлекающим маневром и должно стать столкновение возле цехов. А что, если вражеская бригада не станет нападать на цеха и двинется сразу к станции? Станет несколько сложнее и идти в Мёртвый город придется только им двоим. Хотя, можно будет забрать отряд с «Юпитера» – не столь многочисленный, но для двоих людей и дополнительные пять – сильное подкрепление. Конечно, можно было бы попытаться нанять к себе ещё и местных «Бандитов», но Гелла откровенно не желала впутывать в их «семейные» разборки кого-то постороннего, ведь тогда слух о проблемах в Синдикате подтвердится, и репутация группировки заметно ухудшится. Пожалуй, такого осложнения девушка получить не хотела.

Ждать слишком долго не пришлось – отряд противника напал-таки на цеха. Что ж, дальше дело умений. Бойцы сообщили, что выдвинулись с базы, но пойдут в обход, дабы не быть видимыми со стороны «Изумрудного». Чуть дольше, но…

Пусть центральная бригада захватывает станцию сколько угодно, ведь, как сказал Ферганец: бригада не место, а люди. Сплоченному коллективу этим не навредить, и под звуки утихающего сражения Затонская бригада выдвинулась в путь.

2.8

Гелла

Забавно, что эти места не всегда были таким людными. Но удивляться тут вовсе нечему: постепенно земли Зоны осваиваются людьми, и окрестности «Юпитера» не исключение. Некогда дикие, едва хоженые тропы, теперь знает практически каждый, и не боится сюда приходить. Некоторые даже задерживаются – а почему нет? Относительно безопасная местность, немалое количество артефактов… Живи, собирай местные дары и продавай местному торгашу на «Янове». Однако, так не все думают, но оно, может, и к лучшему – заводские окрестности давно стали бы «лысыми», живи здесь все, кто только есть. Плюс, ещё и обитают в страхе, если это можно так назвать. Дескать, Припять, которую издали видно, напрягает и навевает излишнюю тревогу.

Местный отряд «Наёмников» так и остался сидеть на отшибе, ещё с прошлого побега. Оставлять прибыльные, как наглядно выяснилось, места – идея не слишком умная, а их бригаде дополнительные заработок не будет лишним. Конечно, не часто увидишь собирающего артефакты, как самый обычный честно работающий «Одиночка», наёмника, но если постараться, то вполне можно.

Вглядываясь в простирающиеся вдаль местные травянистые земли, Гелла снисходительно вздохнула. Зачастили они бегать, в последнее время. Туда-сюда… Но, если в прошлый раз бригада бежала от войны, то теперь бежит с ней в руках, словно со знаменем. Конечно, слишком громкое слово для их междоусобной заварушки, но как не называй – смысл не изменится.

Идти до группы не далеко – отойти от завода, спуститься с холма, а там, в низине, можно уже и быстрым шагом проделать оставшийся путь. И всё может быть исполнено на самом деле стремительно, если только на дороге не попадется какой-нибудь внезапный спутник.

– Эй, «Наёмники»! – Не успела группа отойти от «Юпитера», как их настиг чей-то зов.

Рассредоточились, обратив всё свое внимание в сторону, где мог быть источник звука, но идти туда не спешили. Завод большой по площади, может в себе схоронить лишние несколько десятков людей – не факт, что дружески настроенных, несмотря на то, что стрелять им в спину зовущие не стали.

Обратившаяся к ним фигура снова дала о себе знать буквально сразу, как только наёмники перестали копошиться среди местной растительности. Одинокий, крепко сбитый человек вышел из-за ворот «Юпитерского» КПП, и долго гадать о его принадлежности не пришлось, благо медленно склоняющееся к горизонту солнце отчетливо осветило его форму зеленого цвета – цвета «Свободы». Он шел небоязливо, уверенно – видимо, не один здесь, что не удивительно; оружие хоть и держал в руках, но не размахивал им, как заправский Рембо. Прошел по освещенной дороге в сторону «Наёмников» и остановился.

– Выйдите кто-нибудь! Разговор есть. – Попросил тот без угрозы в голосе, но выходить никто не спешил. Если вот так сразу верить всем подряд встречным, то хорошего ничего не выйдет. «Свободовец», не получив ответа, не ушел: он не спеша положил у своих ног на асфальт автомат и насмешливо фыркнул. – Честное пионерское – никто не будет стрелять.

Сказать за всех – одно, а вот решить… Сбоку в кустах зашуршало. Гелла рванула рукой траву в том месте, где секунду назад сидел Мадьяр – мужчина выдвинулся к дороге, и девушка не успела его остановить. Он вышел, осторожной горделивой походкой сократил расстояние между собой и «свободовцем», и остановился, не доходя нескольких метров.

– Внимательно тебя слушаю. – Преспокойно произнес её заместитель с едва заметным акцентом. Оружие из рук не убрал, только не тыкал им в сторону собеседника, но тот никоим образом не показывал беспокойства. Не один тут, прикрывают, вот и не боится – элементарно.

– Нам нужен ваш начальник. Командир хочет с ним переговорить. – Выдал сталкер. – Ваши местные сказали, что командование на Затоне, мы шли туда. Не соизволите проводить, раз уж попались?

– Вашего командира – да, всю толпу – нет. – Мадьяр сказал, как отрезал, и с его елейным тоном строгое условие звучало больше как что-то воспитательное. – В чём, собственно, дело? О чём хочет переговорить?

Растараторился – не заткнешь; завалил «свободовца» вопросами, а тому это явно не по вкусу. Нахмурился, замер, да с таким напряжением, словно треснет сейчас. Из-за ворот завода мелькнула ещё одна тень и исчезла за ближайшим деревом – вряд ли выглянула с целью прогулки. Нет, лишней перестрелки не надо, да и противника нового наживать тоже не лучшее время, но угроза всего этого начинала медленно заволакивать пространство рядом с местом встречи.

– Вот начальнику твоему и скажу. Или что – ты и есть начальство? – Сталкер хитро с насмешкой прищурился, словно раскрыл какой-то подвох. Гелла тут же задумалась.

А что, если Вермут подкупил этих людей? Подослал сюда, велел наблюдать и ликвидировать при выдавшейся возможности. Кто знает, сколько «свободовцев» сидит на заводе, сколько сидит в округе… Отставшая часть наёмников не успеет подойти к моменту, когда бой закончится, и вся её группа поляжет прямо здесь. Плохо дело.

Она покинула своё укрытие, демонстративно не соблюдая никакой тишины и желая, чтобы переговорщики обратили на неё внимание. Лучше, если жертва при таком раскладе будет только одна – глядишь, купленные сталкеры не станут нападать на всю группу, когда получат лидера. Конечно, её подчиненные в большинстве своём не оценят сие действие, ввиду особенностей профессионального характера, но…

– Я разводящий. – Наёмница не стала растрачиваться на приветствия, пропустила мимо себя недовольный взгляд заместителя, напрямую обратившись ко второму собеседнику. Тот скептически повел бровью, проглотил усмешку. Ишь, строит из себя неверца. – Чего хотел твой командир? Говори, не трать время.

– Ваши «соколята» убили нескольких наших бойцов. Мы всё проверили, заказов на них не было – они просто возвращались на станцию, а ваши эти… – Сталкер запнулся. Секунду назад говоривший с недовольной экспрессией, он затушил её и продолжил. – Наш командир, прежде, чем идти резать вам глотки, решил попробовать договориться. Так что, советую не хорохориться и сотрудничать, пока есть возможность.

Угроза была бы забавной, не будь «Свобода» одной из сильнейших группировок Зоны, а они – в «треснувшем» состоянии. Всех, конечно, не перережут, но, раз уж есть возможность откупиться от более радикальных последствий – почему не воспользоваться? А уж кто и зачем кого убил, можно потом выяснить.

– Хорошо, – чуть более мягко сказал Гелла, отметив самодовольный взгляд сталкера. – Я поговорю с ним. Пойдём.

Согласием «свободовец» был доволен, но его неверие в положение девушки так и оставалось отчетливым. Тем не менее, он похоже понимал, что ничего другого не получит, и был едва ли не вынужден довольствоваться тем, что есть на данный момент. «Ваши местные»… Выходит, они сначала к здешней группе обращались, но почему они тогда об этом не сообщили? Этот вопрос тоже предстояло обсудить.

Многовато накапливается вопросов… Видимо, что-то она в управлении делает не так.

– Не лучшая твоя идея. – И Мадьяр со своими советами тут как тут, благо говорит шепотом. Не то, что бы советы были плохие, да и это его обязанность как заместителя – давать советы, но именно в этом слышалось собственное беспокойство. И оно вполне понятно.

– Подождете неподалеку, я пойду одна. Не будем провоцировать «Долг». – Озвучила наёмница то, что могло успокоить заместителя. Оно вроде и подействовало как требовалось, но мужчина всё равно не поленился осуждающе покачать головой. – Караульте округу, если будет что-то подозрительное – доложите мне.

Она знала, что на половину здания, в которой обитает та или иная группировка, ведет отдельный вход. Надеялась, что этот «свободовец» не дурак и вполне соображает, что лучше провести её как раз-таки через отдельный вход – да, со «Свободой» у Синдиката не самые лучшие отношения, но они не так критичны и однозначны, как с «Долгом».

Если от «Юпитера» отошла внушительного количества разномастная группа, то к «Янову» подошло раза в два меньше. «Наёмники» отсеялись где-то по дороге, постепенно редея и редея, пока девушка не осталась единственным их представителем среди «зеленой» касты.

В коридорах бойцов практически не было, кроме тех, что пришли вместе с ней, но и те довольно быстро исчезли из поля зрения. Девушка понимала, что лучше её визит оставлять по возможности незамеченным, а значит высовываться в общей зал – не следовало. В южную половину станции не стоит лезть тем более, но оно ей, собственно, и не было нужным.

Сами коридоры больше походили на какое-нибудь убежище под землей, а не на часть железнодорожной станции. Гелла помнила из детства высокие потолки центрального вокзала в Минске, через стёкла которого внутрь попадал уличный свет; в целом свет был именно той деталью, которая запомнилась больше всего, и на контрасте с этой памятью, Янов казался темной холодной коробкой. Тем не менее, коробкой надежной, приспособленной под местные реалии, в то время, как объект из воспоминаний со своими стеклянными потолками и панорамными окнами вряд ли бы смог защитить людей даже от небольшого по силе выброса.

Оружие было оставлено охраннику у входа в командирский кабинет, буквально по первой просьбе. К чему сейчас выпендриваться? Просьба логична и, всё-таки, цель визита не скандал. По крайней мере, с её стороны.

Наёмница даже не знала, как зовут местного командира и облегчала своё положение тем, что её имени он тоже не знает. Да и, судя по реакции проводников, тот ожидал встречи с представителем другого пола. Ну, не обессудьте.

Среднего роста, с суровым, даже немного угрюмым лицом, мужчина казалось перепутал части здания и группировки. Сними с него «свободовские» цвета и получится чистейший стереотипный представитель «Долга». Его более гибкую натуру выдавал только взгляд – хитрый, как бы его владелец не хмурил густые брови. Что ж… Дверь за её спиной закрылась, в комнате повисла тишина.

– Гайдук – командир отряда «Свободы». – Низкий голос, уверенные ноты – осталось только гаркнуть посильнее и всё, весь «Долг» примет его за своего. Было ясно, что он ощущает себя хозяином ситуации – вполне заслуженно, стоит отметить. Его территория, его бойцы, его правила.

– Гелла, – представилась девушка и на секунду запнулась. И кем себя называть, учитывая настоящее положение в группировке? Не воюй она с Вермутом, могла бы спокойно назвать себя разводящим, но сейчас… Да и вряд ли этот мужчина будет доволен общением с не самым большим начальником; наверное, стоит ему показать желаемое. Хм, можно ли будет это назвать ложью во благо? – Глава Синдиката.

– Помниться, главой был мужчина. – Немедля высказался Гайдук, так и оставшись по-хозяйски стоять возле своего стола.

– До недавнего времени. – Согласилась Гелла. – Он покинул свой пост, на вакантное место назначили меня.

– Вы у себя в Синдикате так называете узурпацию власти – «Покинул пост»? – Холодный и острый скептицизм, которым мужчина так стремился уколоть, ощущался неприятно и опасно. Тем не менее, следовало попробовать уладить внезапный конфликт без дополнительных средств.

– Официальное назначение – это не узурпация, мне пришлось заслужить его всеми правдами и неправдами. – Девушка снисходительно усмехнулась, мол, смотри – я оценила твою придирку. – Тем не менее, цель нашей встречи – не обсуждение наших внутренних порядков. Я буду крайне благодарна, если Вы обрисуете мне произошедшую ситуацию и поясните суть претензии.

Парировать «свободовец» не стал, и наемница едва сдержала облегченный выдох. Что ж, объект хоть и кажется крепким, но найти в нём брешь всё-таки возможно. Не дожидаясь приглашения, Гелла присела на свободный стул, когда местный командир занял своё место.

– Недавно, неподалеку от Копачей, вашими людьми были убиты двое моих бойцов. Если верить третьему – выжившему, то «Наёмники» дрались со своими же. – Было приятно, что детали истории не требовалось вытаскивать клещами, и диалог приобретал конструктивную форму. – Впрочем, я не отрицаю, что он мог просто не заметить противника, но не в этом суть. Двое моих подчиненных убиты, и я не могу проигнорировать это.

Так вон оно что. Девушка знала о данной стычке – бойцы двух враждующих бригад не поделили заказ и решили «уладить» дело своими собственными силами. В данном инциденте не было ничего хорошего – он был первым подобным и ознаменовал собой начавшийся полноценный развал Синдиката, его возвращение к первоначальному состоянию, в виде разрозненных, зачастую конфликтующих групп. Что пострадал кто-то посторонний – наёмница не знала.

– Мне очень жаль, что так вышло. – Совсем тихо произнесла Гелла, выдержав перед этим многозначительную паузу. Сожаление никогда не выражают громко. Истинное носит какой-то сакральный характер, но при желании можно подделать и его. Девушке было относительно плевать именно на тех двоих попавших под раздачу «свободовцев», но ей не было всё равно на грозящую войну ещё и с самой пострадавшей группировкой. – В данной ситуации действительно Ваши бойцы оказались случайными жертвами, но и им следовало быть внимательнее и не лезть в разгоревшийся бой. Позвольте принести Вам извинения от лица Синдиката.

– Да, да. – Мужчина воспринял услышанное как само собой разумеющееся, а указанную вину своих погибших людей – проигнорировал. Ну, может её театр одного актера плохо сработал и «свободовец» сожаление не воспринял за настоящее? В любом случае, откатывать назад уже нельзя. – Давай не будем ломать комедию, уважаемая. В твоих извинениях ни искренности, ни толку. А вот от компенсации будет польза и нам, и вам.

– Какая же нам? Моральное успокоение? – Наёмница улыбнулась, не убирая с лица сожаление. Так быстро кардинально менять эмоции нельзя – может-таки и поверит.

– Нет, ты что. – Гайдук не поленился рассмеяться – коротко, но довольно громко. – Вы выживите.

Одно дело, когда подобными громкими фразами балуются рядовые бойцы. Другое – когда сам командир, но, зато сразу становится ясно, откуда «младшие» подобного нахватались. Если в первый раз подобная самоуверенность показалась Гелле забавной, то сейчас вызывала эмоции отнюдь не положительные или нейтральные. Захотелось скривиться от возникшего отвращения, но та сдержалась.

– Чего вы хотите? Денег? – Спросила девушка, стараясь продолжать «держать лицо».

– Денег. – Повторил местный командир и принялся объяснять аспекты, повлиявшую на затребованную сумму.

Ох, такие опытные; ох, такие честные и незаменимые; ох, я так ими дорожу, что готов спустить их смерть на тормозах за пару миллионов. Настоящий отец-командир, саркастично заключила девушка, и мысленно усмехнулась – с такими коммерческими привычками ему бы в «Наёмники».

– Увы, сейчас у нас небольшие перебои с переводом средств, и придется подождать какое-то время. – Тут не соврала – платить было не из чего, а оставшимся в доступе средствам можно в любой момент найти более интересное применение. Да и с чего вообще они должны расплачиваться за чью-то тупость? Вот только такую точку зрения пострадавшая сторона точно принимать не станет; следует быстро найти альтернативу. – Но, мы можем вам помочь в каком-нибудь деле. Один – два контракта, я думаю, можем провести мимо кассы безвозмездно. Что думаете?

Гайдук молчал, видно перебирая в своей голове все «за» и «против» донесенного предложения. Да, навариться не получилось, но и не отказали совсем. Гелла надеялась, что тот не дурак, и прекрасно осознает, что, отказавшись, рискует остаться ни с чем. Разве что, с бойней, и мало ли какую смелось мужчина пытался продемонстрировать своими угрозами – говорить громкими фразами может любой, а вот противостоять на самом деле… Он долго хмурился, постукивая в задумчивости пальцами по столу.

Однако, скучать в ожидании наёмнице не позволили: доложили, что была замечена крупная группа «Наёмников», направляющаяся в сторону Затона. Подкрепление или решили из Мёртвого города переехать? На ночь глядя просто так в далекие прогулки не отправляются. Впрочем, пусть. Чем меньше бойцов на центральной базе, тем им будет легче её захватить.

– Хорошо. – Согласился-таки «свободовец», словно разбуженный вибрацией её ПДА. – Поможете убрать «Долг» со Складов, для начала.

Со Складов? Ох, как.

– Когда? Как раз неподалеку есть одна из групп. Думаю, они были бы не против приступить к делу хоть прямо сейчас. – Да, придут на территорию «зеленой» группировки, сделают, что от них просят, и спокойным шагом пройдут к необходимой точке. – Только, Вы предупредите остальных своих, чтобы они не бросались на моих людей и позволили спокойно пройти к Мёртвому городу. После окончания операции, конечно.