Текст книги "Взгляд из прошлого (СИ)"
Автор книги: Галина Кор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
Глава 10
Иду по направлению выхода. Чувствую, как моей руки касается чужая, такая мягкая, горячая… Поворачиваю голову и сталкиваюсь взглядом с той женщиной, что танцевала с Глебом. Она берет меня за руку и ведет за собой. Мы становимся за колонной так, что проходящие мимо люди нас не замечают, мы скрыты от их глаз.
– Я хотела с тобой познакомиться, – сообщает мне она. У меня есть возможность рассмотреть ее совсем близко. Она старше меня, но определенно сказать сколько ей лет нет возможности. Она из числа тех, кому повезло с генами… Она и в двадцать красавица, и в семьдесят. – Мне сорок и меня зовут София, – с улыбкой на лице как будто отвечает на мой немой вопрос эта удивительная женщина.
– А я не спрашивала, – пытаюсь оправдаться.
– Знаю, но у меня есть дурацкая привычка читать чужие мысли.
– Зачем вы хотели со мной познакомиться?
– Может даже не так, – говорит она, закусив губу, – не познакомиться, а подружиться. Так получилось, что мы стали друзьями с Глебом, не так давно, но такое чувство, что он мне как брат. Я переживаю за него. Они – мужики, считают себя сильным полом, но мы-то знаем, что они без нас как матрешки, внутри пусты… Я вижу, что он тебе нравится, и ты ему тоже, будь умнее, зацепи его… и не отпускай. Он хороший, верный и создан специально для тебя, – на что я начинаю хохотать.
– Да вы же меня совсем не знаете? Как вы можете говорить о том, что он мне нравится, и мы созданы друг для друга?
– Поверь мне, – она тяжело вздыхает, – иногда человека можно знать двадцать лет и очень сильно обжечься, – ее глаза потускнели, видно что Соня вспомнила, что-то не очень приятное из своей жизни, – а иной раз, одно слово и все, понимаешь что человек твой и не отпустишь ни за какие ценности. Я вон хотела Давида запереть в отдельной камере лет на пятьдесят для личных нужд, – и строит смешную рожицу.
Вообще я заметила, что с ней легко общаться, такое чувство, что знакомы сто лет и главное, мою усталость как рукой сняло, такое ощущение, что мне батарейки сменили с дешевых на более дорогие и я, как тот кролик в рекламе, готова дальше бежать.
– И сколько вы знакомы со своим мужем?
– С августа, – без колебаний отвечает София.
– И что, сразу вот так? – показываю я рукой на ее интересное положение. Ну да, живот не большой, месяца четыре, но вот так сразу…
– А че тянуть? Мне сорок, Давиду за… сорок, если б долго встречались, то детей никогда не родили бы… Да и с Давидом у нас была история…, которая ускорила процесс. Знаешь, иногда и жизни мало, чтобы прожить все семейные ситуации, проверить на верность, смелость, преданность и т.д., а иногда и трех недель хватает, чтоб понять, что человек не предаст и не бросит, потому что просто любит…
И тут происходит то, что заставляет нас замолчать и навострить ушки, так как возле колонны стал мой дядя и Карим. Я услышала его голос и схватила Софию за руку, а она, как опытный шпион, сразу просекла, что надо помолчать и не задавать лишних вопросов.
– Как мне надоело быть просто управляющим, мне кажется, это так унизительно быть в тени этой мелкой…, – наверно он хотел сказать какую-то гадость, но люди вокруг заставили его осечься, – племянницы, – прошипел Камиль.
– Ничего, еще полгода и действуем по плану, – прохрюкал этот боров Карим. Он страшный, толстый, бр…, аж передернуло меня, на что София только приободряюще сжала мою руку.
– Вся в свою мамашку. Иногда смотрю в ее глаза, аж страх берет, такое чувство, что Женя на меня с того света смотрит…
Голоса стали отдаляться. Соня выглянула из-за колонны.
– Да, с родственниками тебе не повезло… Дай телефон, – говорит она мне. Достаю на автомате телефон и протягиваю Соне. Она что-то быстро набирает и протягивает мне телефон обратно. – Я сохранила тебе свой номер и номер Давида, даже если мы будем в Лондоне, звони, я и оттуда все решу и попытаюсь помочь…. Договорились, – на что я только киваю, – и доверься Глебу, он…, – она замялась, хотела, наверное, сказать, что не тот, за кого себя выдает, но не сказала, – попытается помочь.
Тут заглянул Давид.
– Долго вы тут прятаться будете?
– Ты меня и здесь нашел, – шутливо цокает София.
– У меня на тебя радар настроен, привет я Давид, – говорит он мне, протягивая руку.
– Привет, а я Алиса. – Они очень здорово смотрятся вместе. Как два киногероя. О, мистер и миссис Смит! Точно. Красивые и под стать друг другу.
– Береги себя, Алиса, – говорит Соня и они уходят.
Я тоже выхожу из укрытия и иду за верхней одеждой. Меня догоняет Глеб.
– Я думал ты уже замерзла меня ждать, а ты еще не дошла? Тебе лучше стало? А то совсем бледная была.
– Да, немного. – Глеб помогает мне надеть верхнюю одежду, и мы выходим на улицу.
Уже почти села в машину, точнее одной ногой там, слышу голос Тагира – это мой старший двоюродный брат, он зовет меня по имени.
– Алиса, – его машина стоит неподалеку, но он делает эти пару шагов в мою сторону, – привет, нам так и не удалось поговорить внутри, вот я решил подождать тебя на улице. Где ты будешь праздновать Новый год?
– Неожиданный вопрос, я еще не думала об этом? А что?
– Приезжай ко мне на квартиру, я буду праздновать с друзьями и, если хочешь, я и тебя приглашаю. – Тагиру двадцать шесть. Он нормальный парень, немного заносчивый, со взрывным характером, но ко мне всегда нормально относился. Мы с ним, как лед и пламя. Когда дядя его ругал, и Тагир вспыхивал, намереваясь наговорить гадостей, подросток он был – оторви и выкинь, у меня как-то получалось усмирять его пыл и сводить скандалы на нет…
– Тагир, я ничего не буду обещать… У вас своя компания, я никого не знаю и буду чувствовать себя как «не в своей тарелке». Зачем портить праздник и тебе, и людям.
– Не говори глупости. Никому ты не помешаешь…
– Я подумаю, ладно…
– Ну давай, пока.
Сажусь в машину и закрываю дверь.
– Не со всеми членами семьи у тебя плохие отношения? – смотрю на Алису в зеркало заднего вида. Если честно, я б не хотел, чтобы Алиса шла на празднование Нового года к Тагиру. Какое-то шестое чувство вопит, что это ловушка, и ничего хорошего это сборище мажоров придумать не может. Даже если Камиль приставит к каждому по охраннику, они обязател тоьно влипнут в историю.
– Ну, с Тагиром как-то мы находили общий язык, но он давно не живет в родительском доме. Как в восемнадцать ему купили квартиру, так он и съехал туда, и я видела его за столом только на праздники и дни рождения.
– Новый Год уже через три дня… Ты примешь его предложение?
– А что?
– Мне кажется, тебе не стоит идти. Люди меняются, он может оказаться не тем приветливым подростком, которого ты помнишь, – не могу же я сказать Алисе, что ее братец любитель проглотить пару таблеток ЛСД и мнить себя неуязвимым супермачо. Один раз мне приходилось забирать его из клуба, и я видел все стадии его трансформации из обычного парня в #хрензнаетчто+быдлорулит.
– Я подумаю.
На этом наш разговор заканчивается. Каждый погружается в свои мысли. Меня накрывает от интереса узнать, что же там на флешке и не терпится окунуться в информацию о тайнах, которые скрывает семья Адашевых и, в частности, Алиса. А если там не хватает и куска информации, то это как собрать пазл из нескольких тысяч деталей, очень увлекательное занятие.
Подъезжаем к подъезду. Я выхожу из машины и открываю дверь Алисе. Подаю руку и помогаю выбраться из машины.
– Пойдем, я провожу тебя до двери.
– Не надо, я сама дойду.
– Это – моя работа. Я должен быть уверен, что с тобой все в порядке и ты благополучно добралась домой. – Протягиваю ей руку, и мы заходим в подъезд. Это старые сталинские пятиэтажки, но внутри довольно чистый и ухоженный подъезд. – Это твоя квартира?
– Да, она досталась мне в наследство от бабушки по маминой линии. Она умерла год назад, и вот по завещанию ее однокомнатная квартира – моя.
– А ты завидная невеста… Гендир в крупной компании, своя квартира…, – перечисляю блага, которые есть у Алисы.
– Да, и на этом все достоинства заканчиваются, по крайней мере для моего будущего мужа, – пока мы говорили, не заметила, как поднялись на мой третий этаж.
– Ты не можешь отказаться от замужества?
– Пыталась.
– И что?
– И получила предупреждение, что могу провести остаток своих дней в психушке, – сказала и сама пожалела о том, что проговорилась. Не хочу втягивать в это Глеба или еще кого. Дядя в погоне за миллионами не пожалеет и ребенка…
– Ясно. – Теперь я понял, что Камиль шантажом добивается своей цели, он давит на Алису, зная, что за нее заступиться некому. Вот сука! Сейчас я ничем не могу помочь. Поэтому и давать ложные надежды не буду, все по ходу пьесы… – открывай дверь и заходи, как только закроешь изнутри, я уйду. – Алиса горько улыбается и делает все, что я сказал. А я разворачиваюсь и еду домой. И только флешка в кармане греет и дает надежду на благополучное разрешение ситуации.
Глава 11
Захожу в квартиру и по пути начинаю сбрасывать с себя верхнюю одежду и обувь. Включаю ноутбук и пока он загружается, стаскиваю брюки и рубашку, иду на кухню и завариваю большую кружку кофе. Натягиваю домашние штаны и вставляю флешку в разъем. Ну, сим-сим, откройся…
И так… Компания «AvtoMotorGroup» была создана Равилем Руслановичем Адашевым в далеком 1998 году. Тогда, уже тридцатилетний будущий отец Алисы крепко стоял на ногах, что позволило ему организовать довольно прибыльный бизнес. В 1999 году он познакомился со студенткой пединститута, учительницей младших классов Евгенией Смирновой, которой на тот момент было двадцать один год, доучиться она конечно доучилась, но поработать по профессии не успела… В 2000 году у них родилась Алиса. Жили они не тужили, пока в 2006 году не погибли при неизвестных обстоятельствах… Вот почему-то момент смерти вообще никак не описан, такое чувство, что они просто исчезли…
После смерти родителей Алисы, брат ее отца Камиль Адашев изъявил желание воспитывать сироту племянницу, и стал ее опекуном до двадцати одного года. Вот тоже вопрос, а почему не до восемнадцати?
Камиль не смог претендовать на наследство брата, так как всплыло завещание, которое успел составить Равиль до своей трагической смерти. Его оглашал никому не известный нотариус из Питера, почему Питер, тоже вопрос, ведь жили-то они в Москве?
И пришлось дяде и его семье воспитывать «любимую» племянницу долгие годы. Угу, попытки сбагрить ее в психушку уже были. Есть факты обращения сначала к психологу, потом к психиатру, на фоне того, что Алиса замолчала на долгие месяцы и отказывалась говорить с родственниками, но, то ли порядочные люди попадались, то ли боялись чего-то, но никто не подтверждал диагноза о психическом расстройстве, а сходились во мнении, что это шок после гибели родителей.
Ненависть к племяннице не угасала, а наоборот стремительно росла, так как для высокомерного, тщеславного и амбициозного человека довольствоваться должностью управляющего ниже не то, что его достоинства, а ниже плинтуса. И придумал Камиль план, как занять должность гендиректора, и в помощники ему пришёл его старый друг Карим Исланбеков. Дружат они с самой юности, так как служили в одной части и жили по соседству, и Равиль знал Карима, но они были на прилично старше его… Эту инфу почему-то не подчистили. Значит был заказ только на уничтожение данных о смерти брата.
Дальше много информации о детях, женах и близких родственниках, но там ничего интересного. Одно ясно, Камиль и Карим затеяли игру против Алисы, очень по-мужски. Карим женится на Алисе, а для того, чтобы продолжить управлять компанией, надо либо доказать ее невменяемость, и стать опекуном, либо убить и вступить в права наследования. Что первый, что второй вариант для Алисы смерть…
И это на фоне того, что и у меня есть неизвестный враг. А может он один? Почему я оказался в этой семье. Группа «А» всегда занималась антитеррористической деятельностью, ничего криминального я не прочитал, так какого хрена меня сюда впрягли? Или в машинах реально что-то перевозят, но оружие там много не провезешь, наркота не моего уровня дело, да и контрабандой тоже занимается другой отдел. Или меня спихнули, лишь бы с глаз долой? Бля, сейчас мозг закипит.
Надо лечь поспать, может за остаток ночи, что-то сложиться у меня в голове, хоть в какую-то логическую цепочку. А в голове крутится фамилия «Исланбеков» …
Только закрываю глаза и оказываюсь в далеком прошлом. Мы уже год скитаемся по разным районам Северо-Кавказского федерального округа. Там неспокойно. Группа «А» специального назначения прочесывает район за районом в поисках боевиков, которые смешались с местным населением. Более агрессивные и настроенные против существующей власти, сбились в стайки и прячутся в горах, а мы пытаемся их выманить и уничтожить. Приказ был один – пленных не брать.
Тогда мне было уже двадцать восемь. За плечами десяток операций и достаточно опыта. И вот мы под Хасавьюртом, местный начальник ФСБ дает нам ориентировку, и мы выезжаем на задание. Это был разрушенный дом на задворках города. Мне стоило только посмотреть на этот дом, его расположение и я понял, что это засада. Я руководил командой из десяти человек и каждый раз если с кем-либо случалась беда, воспринимал, как личное поражение, свою трагедию, а боль товарища, была и моей болью. Поэтому проверять все по нескольку раз, стало просто привычкой.
Вот и тогда, вместо обговоренного раннее с начальником ФСБ времени штурма, мы нагрянули раньше на час. И застали и боевиков, и начальника ФСБ за упаковкой вещей, денег и оружия. Картина из серии «вы не ждали, а мы приперлись». А его преемником тогда стал Рахим Исланбеков. Самое интересное, что фамилию начальника я не помню, а фамилия зама всплыла в моей памяти через пятнадцать лет…
Просыпаюсь и бегу к ноутбуку. Открываю папку с информацией о Кариме Исланбекове и подтверждаю свои догадки – они братья…
Получается, что в каком-то, пока неизвестном для меня раскладе, я пешка, которую будут использовать для устранения Алисы. Кто-то слишком умный решил убить сразу двух зайцев…, отомстить мне за прошлое и решить проблемы будущего одновременно.
Звоню парню, который работает в моем отделе, но в выездных операциях. Обычные штурмовики не участвуют в кулуарных перестановках, они просто исполнители, но руководство их недооценивает, считая тупыми машина, которые могут выломать дверь и прицельно стрелять…
– Привет, Ник, – глянул на часы, семь утра, вот я придурок, кто звонит в такое время, – извини, если разбудил. Я запарился и не глянул на часы.
– Привет, Глеб, все нормально, у меня собака, так эта сууукаа, будит меня в пять утра, чтоб вывел погулять. А сегодня вот, уговорил до шесть потерпеть…
– Ага, а покупал детям и слушал слезные история, о том, как они будут выгуливать и ухаживать, – Ник начинает хохотать.
– Во-во, я из тех сердобольных придурковатых родителей, которые ведутся на эту туфту, – и заразительно смеется, – ты ж не просто так позвонил в семь утра, чтобы узнать, как поживает моя сучка собака?
– Нет, Ник, не просто так… Если можешь со мной пересечься, буду рад.
– Конечно, давай сегодня в два в торговом центре «Геракл».
– Ну, хорошо, договорились.
Собираюсь на работу, хоть до Нового года осталось всего три дня, работа у начальника охраны есть всегда. Сегодня нужно будет поехать на склады, проверить охранную систему, посмотреть кто в смене, надо перемешать смены, чтоб не бухали на праздники. А то грабители не спят, даже в новогоднюю ночь…
Да и корпоратив никто не отменял. Надо обеспечить безопасность многочисленным сотрудникам, которые будут гудеть всю ночь. Самое интересное, что фамилии гендиректора я в списках не видел. Походу все работники даже и не знают, что Камиль Адашев не самое высшее звено в цепи руководителей и он надеется, что и не узнают.
Ровно в два я был у торгового центра. Увидел на стоянке Ника и моргнул ему фарами. Ник, недолго думая, запрыгнул в машину.
– Привет, – говорит он мне.
– Привет. Давай без прелюдий, расскажи мне как сейчас обстоят дела в конторе, что нового?
– Да, что нового… Шуршат там что-то, ты же сам знаешь вышестоящие нас не очень-то уважают, работаем. Сильно шерстят кавказское руководство, вроде там на кого-то и дело открыли…
– А не можешь узнать на кого?
– Щя, у Михи спрошу… Помнишь Миху, позывной Пятый…
– Ну, конечно, помню.
– Он у нас местная бабка Агафья, все знает и все расскажет. – Ник набирает при мне Миху и начинает с ничего нестоящего трепа. Потрепавшись пару минут, вопрос: кто из них большая бабка, Ник задает волнующий меня вопрос. – Слышь, Мих, а на кого там дело открыли по последнему кипишу? Мне зачем? Кроссворд разгадываю, – и заржал как конь, – ага, да понял. Вот, сука! Угу, ладно, давай. – Сбросил вызов и поворачивается ко мне. – Прикинь на начальника ФСБ округа открыли дело…
– А фамилия? – я готов придушить Ника за его театральную паузу.
– Исланбеков…
Дальше я его уже не слушаю. Вот вам и пиздец… ребятки. Тут и бабкой Агафьей быть не надо, чтобы понять, кто меня заказал. Только очередной вопрос, кто из моего руководства ему подыгрывает?
Получается, что, получив должность начальника ФСБ Северо-Кавказского округа, в наследство от предыдущего начальника Исланбеков-младший получил и старые, хорошо налаженные каналы сбыта оружия, наркоты и живого товара. Жил не тужил, а тут опять всплыл я – старый знакомый. А кто же у нас сливает? Надо рыть дальше. Кто очень тесно общается с местным руководством? Таких несколько, надо как-то вывести крысу на чистую воду.
Распрощался с Ником и айда на корпоратив.
Во всем этом веселье и предновогодней свистопляске я не принимал участие. Я наблюдал со стороны за поведением Камиля, его семейки и сотрудников. Никаким образом Камиль не показывает своего истинного отношения ко мне. Или он реально ничего не имеет против или хороший актер, который знает, что я в опале и концы обрублены, что я без информации далеко не уеду и помощи мне ждать неоткуда. А я уже владею этой самой информацией, хоть и частично, но скоро я докопаюсь до истины.
Глава 12
Эти три оставшихся до Нового года дня, пролетели как один. В институте я сдала все предметы, проставила в зачетку все оценки, и появляться там раньше положенного срока не намерена. Глеб не появлялся, родственники молчат.
Подружки хотели вытащить меня снова в клуб, но мои нервы настолько натянуты, что боюсь наорать на первого встречного, да и поиск новых приключений не входит в планы моей попы.
Решила навести порядок в своей «огромной» квартире. Площадь жилья не очень большая, а как дошло дело до уборки, оказалось, что живу в хоромах… Вытирала, оттирала, натирала, мыла и драила, короче один день я убила на наведение чистоты, а второй решила посвятить готовке – приготовлю что-нибудь вкусное с ароматом ностальгии, но для этого надо топать в супермаркет.
Накупила еды на компанию из десяти человек. Наверное, надо было поесть перед походом в магазин, а то, как с голодного края… Глазами бы все съела. Тащу два пакета, а тут елками торгуют. Ну как я и без елки… Выбрала самую маленькую, ее перемотали мне, чтобы не топорщилась в разные стороны, взвалила все на себя…, и пру.
Пришла домой вся мокрая как мышь. Свалилась в прихожей без сил, покидала пакеты и дала себе пару минут, для восстановления сил. И кто назовет меня умной?
Притащила пакеты на кухню и начала раскладывать. Когда разложила продукты, то возникло такое ощущение, что ничего особого и не покупала, как-то они бесследно растворились в просторах холодильника, а когда несла в руках, казалось, что два мешка тяну, угу…, и елку. Прямо Снегурочка, только где-то мой Дед Мороз забурился в снегах.
Перетащила елку в комнату и полезла в кладовку за подставкой для нее и старыми бабушкиными новогодними игрушками. Да, бабуля у меня была тем еще Плюшкиным… Столько у нее запрятано всякого разного, что иногда достаю и удивляюсь, зачем она вообще это покупала, а потом хранила… А причина, в первую очередь в том, что размеры кладовки позволяют спрятать там и мамонта, ну ладно…, бивень. Валенки, старый патефон, десяток брусков хозяйственного мыла, ящик спичек, фр…, ну и где здесь новогодние игрушки? А они оказались в…, правильно, чемодане.
Достала на свет божий этот чемоданище, я в нем спокойно могу поместиться сама и путешествовать по всему миру в виде багажа. Аккуратно перенесла его в комнату и открыла, а вместе с ним открылся и мой рот от изумления. Все игрушки были обернуты ватой, потому что они стеклянные и я подозреваю, что расписаны вручную… Бабушка говорила, что многие вещи достались ей от ее родителей и она бережно хранила их многие годы. Если моей бабушке было восемьдесят шесть, то какого же года эти игрушки? Шишки, фигурки животных, какие-то человечки, колокольчики, сосульки, ну и конечно, шары… – разного размера, цвета и с разными рисунками. Держу их в руках, а на глазах слезы… Кадры из детства замелькали перед глазами, там, где была мама и папа, где мы жили счастливо и все были живы. Почему один злой, жадный, но при этом трусливый человек возложил на себя миссию Бога и решил за него, кому жить, а кому умирать… Тварь, как же я его ненавижу!
Сразу после новогодних праздников поеду и сделаю ему «подарок», пусть он и узнает о нем после моей гибели, или что он там для меня придумал, но просто ему не будет… Будет вспоминать меня каждый день, но дело отца он фиг получит.
Выбрала самые красивые на мой взгляд игрушки и нарядила елку. Сверху прикрепила рубиновую красную звезду, которая включалась в розетку и горела ярче, чем на кремлевской башне, а еще нашелся домик под елку, который также освещался электричеством. Ну и, конечно, Дед Мороз со Снегурочкой, уже советского производства, большие и ватные, в белой переливающейся одежде. Когда я была маленькой, у нас тоже был такой Дед Мороз, и мне всегда было интересно, что у него в мешке, и каково же было мое разочарование, когда там оказался просто кусок газеты… Хм…
Покончив с украшением елки пошла на кухню, чтобы заняться готовкой. Решила приготовить оливье, что-то меня накрыла ностальгия, а еще сделала отбивные и одно блюдо селедки под шубой, ну и мандарины, решила отнести и поставить их под елку, должно же быть у меня хоть какое-то новогоднее настроение. Может запахи детства сделают меня счастливее.
На часах было семь. Я легла на диван и вырубилась. Слышу сквозь сон, что в дверь кто-то звонит и стучит. Подпрыгиваю на диване, сердце бешено стучит. Кого-кого, а гостей я не жду. Поднимаюсь и иду к двери, смотрю в глазок, а там Тагир, какого он ко мне приперся, я понимаю, что брат, но мы давно не общаемся, как близкие люди, а тут прямо проснулась братская любовь. Открываю дверь.
– Привет, Алиска, – на его лице улыбка. Вот кому не надо искать новогоднее настроение в мандаринах и старых игрушках. – Ты что, дрыхнешь что ли? Так весь год и проспишь!
Он подвигает меня и заходит в квартиру. Проходит на кухню, где на столе стоит блюдо с шубой и как голодный с Поволжья начинает радоваться еде.
– Оу, селедка под шубой, ты не против, если пока ты будешь одеваться я пожру, а?
– Ешь, конечно…, только куда собираться-то? – Никуда я не хочу идти. Нет у меня ни желания, ни настроения, а еще какое-то шестое чувство зашевелилось и заскребло.
– Как куда? Я ж тебя приглашал к себе на празднование Нового Года, ты что, забыла?
– Нет, я не забыла, только я, по-моему, говорила, что подумаю… Я не хочу ехать. Ешь шубу и поезжай к своим гостям без меня. А можешь и с собой блюдо забрать, я не против.
– Не-не, ни фига, едем вместе. Ну правда, чего ты будешь дома тухнуть одна, у нас будет весело. Парни, девчонки, фейерверки, много выпивки, дружеская атмосфера…
Вот фраза про много выпивки, мне вообще не понравилась.
– Тагир, я не поеду. Я никого не знаю, – и чуть не ляпнула, что и знать не хочу, – там будет твоя компания и мне будет неуютно. Я не поеду и точка.
– Шушай, – говорит братец, напихав полон рот еды, – там все нормальные, и один парень, просил познакомить тебя с ним, ты ему очень понравилась.
А вот эта информация вообще дала мне сто процентную уверенность, что ехать не стоит.
– Как он может хотеть со мной познакомиться, если я никого из твоего окружения не знаю? И потом, я ни с кем знакомиться не хочу, – от возмущения мои брови подлетели ввысь и скоро срастутся с волосами на голове.
– Он видел тебя на благотворительном вечере. Такой темноволосый…, – ага, так и вспомнила. Кроме Глеба я никого не заценила из мужиков. Тяжело вздохнула… – Все, разговор окончен, – Тагир встает и идет в комнату, открывает шкаф и начинает выбрасывать вещи, наверное, в поисках только ему известного наряда. Достает джинсы и белый свитер с вышитой снежинкой и впихивает мне в руки. – Одевайся, а то мы так будем слишком долго припираться, если через пять минут не выйдешь, поедешь в пижаме и с курятником на голове.
Ну, и как ему отказать. А ехать в пижаме неохота…
Натянула вещи. Накрасила ресницы своей любимой синей тушью, и подкрасила губы. Расчесалась и красотка, наверное…
Тагир, как и обещал, зашел ровно через пять минут.
– Все, отлично, поехали, а то встретим праздник в машине. У меня, конечно, есть там шампанское, а шубы я уже объелся, но на квартире будет веселее.
– Может …
– Даже не начинай! – Тагир поднимает указательный палец в предупредительном жесте.
А потом хватает за руку и тащит в прихожую, сует в руки мою куртку, хорошо хоть дал сапоги натянуть, а то б поехала в тапках с розовым помпоном.
В машине я немного расслабляюсь, так как брат несет разную смешную чушь, хохочет и его веселье ни может не передаться окружающим, так заразительно он это делает.
Но, как только я переступаю через порог квартиры, тревога возвращается.
В квартире человек пять парней и всего две девчонки. Я сразу напрягаюсь. И да, этого темноволосого парня я увидела сразу, нет я его не узнала, просто его черные глаза прожигали меня насквозь. Да, он симпатичный, атлетически сложенный, но от него исходит очень агрессивная энергетика, какая-то животная сила, меня аж передёрнуло и мурашки пробежали по коже. Все сидели за накрытым в гостиной столом и не сразу увидели нас, так как что-то громко обсуждали. Этот парень подошел первым, протянул руку и смотря четко мне в глаза произнес:
– Привет, А-ли-са, – он перекатывал мое имя, как бы пробуя его на вкус, – приятно с тобой познакомится, меня зовут Руслан, – и все время, что он говорил не отпускал мою руку и наглаживал ее большим пальцем.
– Привет, мне тоже, – я все-таки вырвала свою руку и пошла в сторону стола. Тагир обнял меня сзади за плечи и, обратив внимание всех, представил меня просто по имени, без акцента на то, что я его сестра.
