Текст книги "Взгляд из прошлого (СИ)"
Автор книги: Галина Кор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)
Глава 40
Раны заживали на мне, как на бездомной бродячей собаке. Сотрясение быстро прошло, что говорит о том что, либо сотрясаться нечему, либо у меня крепкая голова. Надеюсь на последнее… Синяки из фиолетовых превратились в бледно-желтые. В принципе, я перестал быть похожим на пропойцу бомжа, что радовало, так как через день возвращается Алиса.
Самое обидное, что я не принимаю участия во всем том, что связано с семьей Адашевых. Точнее я присутствую, слушаю, но руководит всем этим парадом другой человек… Вот тут я и вспомнил слова Руслана, про то, как Давид рвался в бой, а его задвигали на задний ряд со словами: «Иди, мальчик, не мешай»… Но я то не мальчик, а целый генерал-майор, все уважительно кивают, но делают так, как надо им…
К приезду Алисы события стали набирать обороты. Как только Камилю сообщили что я умер, все это осиное гнездо зашевелилось, зажужжало и занервничало.
Почти каждый день Камиль подолгу сидел в своем кабинете с Каримом и что-то обсуждал. Да, позиция Исланбекова-младшего ухудшилась, если на него ранее завели уголовное дело и он был под подпиской о невыезде, то после ареста Саныча, его взяли под стражу и расследование пошло более активно. Теперь никто не сможет вставить палки в колеса, и каждый получит то, что заслуживает.
Камиль тоже стал нервным и дерганным. Я уверен, что мои коллеги уже успели раскрутить старую историю о смерти родителей Алисы, да, тут играет большую роль то, что срок давности прошел… Даже если Камиль и сознается, поезд ушел… Поэтому надо брать на горячем, а старые «заслуги» будут отягчающими обстоятельствами.
Прибывает рейс Гонконг-Москва…
Я стою в зале для прибытия международных рейсов, подпираю стену. Алиса знает, что я здесь, но не подойду. Я просто пришел посмотреть на нее…, а вмешивать в события не имею права.
Вижу, как в зал заходит Камиль с новым начальником охраны, точнее с моим бывшим замом. Он внимательно смотрит в толпу вновь прибывших и пытается выцепить взглядом Алису, но ее нет. Нервничает, переминается с ноги на ногу, что-то говорит охраннику и активно жестикулирует… Да, Камиль весь на нервах. Чует своей жопой, что адский огонь уже припекает. Усмехнулся и вмиг напрягся, я чувствую ее приближение. Вот ведь незадача, знакомы всего ничего, а как сто лет вместе… Алиса только собирается позвонить, а я это уже знаю. Иногда замечаю, что она озвучивает мысли, которые у меня в голове… и продолжает начатые мною предложения.
Вот она отделяется от толпы и направляется к выходу, где ее и ловит Камиль. Она не удивлена, не расстроена, просто, как до начала нашего общения, холодна и неприступна. Кусок льда, глыба. На лице ноль эмоций, и даже отсюда вижу, что глаза, как две льдинки.
Охранник забирает у нее чемодан, а Камиль берет ее под руку.
На доли секунды мы встречаемся взглядами. Я подмигнул и улыбнулся, качнул головой, чтобы не привлекала внимание, а она только облизала губы и последовала за дядей.
Ну что – это начало конца…
На сегодняшний вечер семья Камиля Адашева подготовила дом к праздничному событию – свадьбе. Был накрыт стол, учтивые официанты обслуживали немногочисленных гостей, арка с цветами и выездной регистратор… Скромно, по-домашнему… Лишних никого. Камиль с женой и Мадиной. Тагир улетел поправлять здоровье, а средний сын Шамиль заканчивает обучение в Германии. Со стороны жениха присутствовали только сыновья – пять штук…
У меня прямо дежавю… Природа, дом, группа захвата, пленница…, только теперь на месте Давида – я. А, ну и сейчас не четыре часа ночи, только семь…
Пока гости мило общались во дворе, обговаривая дальнейшие планы на жизнь, один из официантов пропустил меня на территорию дома. Поднимаюсь по лестнице в комнату Алисы, открываю дверь и застываю на пороге. Алиса сидит за косметическим столиком и, подперев щеку рукой, рассматривает себя. Закрываю дверь.
– Ты очень красивая, – да, Камиль не поскупился. Белое платье, прическа, макияж, – но все это тебя старит, кроме платья, конечно, – показываю рукой на лицо.
Алиса поворачивает ко мне голову, а в глазах слезы. Прямо как тогда, в день первой ночевки у меня дома. Она поднимается, подходит ко мне и обнимает за талию. Слышу ее тяжелое дыхание, я понимаю, что она сдерживается.
– Не бойся, я буду рядом, – шепчу ей в макушку.
– Я боюсь за тебя, – отвечает так же шепотом она.
Пальцами цепляю ее подбородок и поднимаю голову. Смотрим глаза в глаза, и без слов понятно, что мы – весь мир друг для друга. Я не смогу без нее, она не сможет без меня…
Раз за разом ловлю себя на том, что забываю дышать, что сердце сжимается и отчаянно пытается протолкнуть кровь по сосудам, пульс стучит в висках, но страха нет, это что-то другое, неведомое…
Нежно целую ее в губы. Вдыхаю ее запах.
– Все будет хорошо, – как мантру повторяю я.
Она делает шаг назад, размыкая руки. Вижу, что храбрится, старается заменить страх и тревогу чем-то другим… – безразличием, нарочитым равнодушием и пытается шутить.
– Ты тоже сегодня по-особенному хорош, – говорит, закусив губу.
– Ну не каждый же день жену приходится замуж выдавать? Повод, как говорится, торжественный. Вот, костюм новый купил, рубашку белую…, – улыбаюсь ей.
– А что будет, когда регистратор увидит печать в паспорте?
– Расстроятся, наверное?
Тут внизу стал доноситься шум. Кто-то поднимается по ступенькам. Я сделал шаг за дверь, которая через секунду распахнулась.
– Ты идешь, – спрашивает Мадина, – время…, – и стучит пальцем по часам на руке.
– Бегу, спотыкаясь… А то вдруг жених не дождется, – одной рукой Алиса придерживает дверь, не пуская Мадину в комнату, а второй разворачивает ее к выходу.
Как только Мадина не видит, Алиса подмигивает мне, криво улыбается и делает шаг за дверь. Все. Началось.
Как только дверь закрывается, подхожу к окну и наблюдаю за разворачивающимся во дворе действом. Окна комнаты Алисы выходят как раз во двор, где собрались немногочисленные гости. Вот выходит Мадина, а следом за нею и Алиса. Теперь и я могу спуститься вниз.
Стал в тени дома. Все увлечены процессом, и никто не обращает на меня внимание.
Алиса с Каримом стоят у небольшого столика, напротив них – регистратор и импровизированная арка из цветов.
– Давайте начинать, – говорит Камиль, видно, что ему не терпится закончить начатое.
Грузный мужичок прочищает горло и начинает свою пламенную речь.
– Дорогие гости, рад приветствовать ВАС на официальной церемонии бракосочетания. Дорогие молодые, – ага, особенно Карим, – любовь – это большое сокровище, дарованное человеку. Ваша жизнь как песочные часы, два хрупких сосуда…, – даже слушать противно. Честно, я рад, что всю эту бредятину не говорили у нас на росписи, а просто веселый работник консульства от души нас поздравил. – Перед тем как официально заключить ваш брак я хотела бы услышать является ли ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак? Прошу ответить вас жених:
– Да, – еще бы он сказал нет.
Прошу ответить вас невеста:
– Нет.
– Не обращайте внимание, она у нас с юмором, – говорит жена Камиля. На что регистратор только кивнул. Ему не интересно, он делает свою работу, за которую платят.
– В соответствии с семейным кодексом российской федерации ваше взаимное согласие дает мне право зарегистрировать Ваш брак, – в этот момент он открывает паспорт Карима, там, наверное, и места нет для печати, столько браков у него было. Следующий – паспорт Алисы. Он стоит и долго в него пялится, потом что-то бормочет и…, – так она уже замужем… И штамп не погашен.
Минутная тишина. Первым соображает Камиль. Подходит к регистратору и выхватывает паспорт, долго смотрит, хотя что там рассматривать, несколько написанных слов?
– Вот ведь, сука, – это он обо мне что ли? – К маме он ездил…, – шипит Камиль, – он мертв, – говорит Камиль поворачивая голову к регистратору, – его нет в живых.
– Я так не могу, мне нужно свидетельство о смерти и вообще, мы так не договаривались.
Камиль хватает за грудки мужичка, а тот, как желейный торт начинает трястись. Ладно, пора воскресать… Выхожу из своего укрытия и направляюсь к компании. Камиль сразу замечает меня и в его глазах сначала мелькает удивление, потом понимание, что вот он – конец, ну и ясное дело – злость.
– Глеб, рад тебя видеть в здравии.
– Да что ты? Ну пусть будет так…, – мне не нравится, что Камиль стоит за спиной Алисы и я не вижу, что у него в руках.
– Ты ведь все знаешь? – интересуется Камиль.
– Что именно? Что ты убил родителей Алисы или то, что спишь и видишь себя хозяином всего предприятия, а или то, как хотел женить Каримы на Алисе, а ее после свадьбы ликвидировать, – с каждым моим словом Камиль только сильнее сжимал челюсти, а его лицо стало багровым.
– Что ты знаешь? Равиль всю жизнь был любимым сынком, все ему… Родители вечно смотрели и молились на него, как на бога. А я! Я старше, а был всегда в его тени… Даже после смерти родители меня всегда тыкали, что Равиль то, Равиль сё… И померли в тоске за ним, а я, как пустое место. Чем я хуже?
– Как из завести можно было убить своего собственного брата? – спрашивает Алиса. Смотрю на нее, а она вся белая, как мел, того гляди и в обморок бухнется.
– И тебя не должно быть, – шипит Камиль, – я чуть-чуть не успел, а все из-за него, – и головой в мою сторону махнул. – Кто знал, что они раньше приедут? Тебя не должно быть…
В этот момент Камиль что-то выхватывает… и выстрел.
Белое платье Алисы окрашивается в красный цвет.
Эпилог
Два года спустя.
Захожу в дом. Везде разбросаны вещи.
– Алиса, ты собрала вещи? – кричу вглубь дома.
Из детской выходит, держась за стеночку, мой маленький сын Темка. Ему год и три, но он уже неплохо ходит сам, такой же самостоятельный, как и его мамаша. Подхватываю сына на руки, целую его в пушистую щечку, от чего он морщит свой носик.
– Что папка колючий? – он смотрит на меня таким осознанным взглядом, что мне кажется, он знает очень много, но сказать не может.
Держа Артема на руках, иду дальше искать Алису. Она нашлась очень быстро. Дверь в ванную комнату приоткрыта. Мы с сыном, как шпионы, заглядываем внутрь. А она сидит на крышке унитаза и глубоко в себе.
– Эй, Алиса… У нас все хорошо? Что случилось?
– Глеб, ну как так, а? Второй раз? Я же считала, у меня были безопасные дни, а тут бах… и опять беременная.
Улыбка расплывается на моем лице.
– Темка, ура, у тебя будет братик или сестричка! – шепотом кричу я, чтобы не испугать ребенка. На мое выражение радости Артем только приподнимает одну бровь.
– Ефремов, вот что у тебя за сперма-то такая живучая, ведь еще дней пять-шесть было до момента, когда нельзя… – Алиса поднимается с унитаза, подходит к нам, целует сына в щеку, а потом меня.
– Ты не рада?
– Рада, конечно. Но я только окончила университет, вышла на работу, перейдя с дистанционного управления на стационарное, а тут раз… и опять в декрет. Надо хоть Макару Петровичу отпуск дать на пару месяцев, а то потом неизвестно, когда увидит солнце и море…
– У тебя хороший зам, он все разрулит.
– Ага, – говорит Алиса тяжело вздыхая.
– Так что, мы к Зотовым не поедем?
– Поедем, конечно. Вот видишь, – Алиса махнула рукой на бардак, – вещи собирала. Потом вспомнила, что месячных давно нет. И вот…, – машет у меня перед носом тестом.
– Алиска, я так рад. Мы справимся, правда.
– Ага, – притягиваю ее к себе, и стоим обнявшись втроем, или уже вчетвером.
– А чего это им приспичило повторно женится? – спрашивает Алиса, отлипая от меня.
– Просто… Давиду захотелось сделать приятное Соне, да и теще он там что-то обещал… Они ведь тоже женились, как и мы – спонтанно, без гостей, платья и всякой мишуры. – И тут у меня возникает вопрос, может и Алиса хочет все это. – Может и нам устроить праздничную роспись?
– Не-не-не, – глаза у Алисы стали по пять копеек, – третью свадьбу я не переживу. Честно, Глеб, меня все устроило еще в первый раз, да и кто может похвастаться, что расписывался в консульстве Гонконга, с юморным дядечкой?
– Да, последняя твоя свадьба была не очень…
Два года назад.
Камиль выхватывает нож, и тут, звучит выстрел. На белом платье Алисы расплываются кровавые пятна. Я подлетаю к ней и пытаюсь быстро оценить, есть ли повреждения.
В этот момент Камиль медленно оседает и падает на землю. За ним, с пистолетом в руке, стоит один из бойцов, переодетый официантом. Все, как в замедленной съемке. Секундная пауза и визг Мадины, жена Камиля бросается к нему и начинает что-то причитать по-татарски...
Алиса, как будто застыла, а потом, очнувшись, пытается резкими движения стереть с платья кровь. Это не ее кровь, а Камиля… Пуля прошла навылет, пробив тело в районе ключицы, щедро забрызгав белое платье…
И опять дежавю… Больница, я под дверью палаты жду вердикт врача, только в этот раз никто из бойцов не пострадал. В доме остались работники спецгруппы, которым и предстоит распутать все это дело, начиная с момента гибели родителей Алисы.
Что-то врач долго не выходит… Открываю дверь и решительно захожу в палату. Алиса бледная сидит на кровати поджав под себя ноги. С нее сняли это дурацкое платье и теперь она в обычной больничной одежде.
– Сейчас, мы уже заканчиваем осмотр, – сообщает врач, повернув ко мне голову.
– Мы сделали экспресс-анализ крови, – он смотрит на Алису, – когда последний раз у вас была менструация? Назовите первый день последнего цикла?
– Первого марта, – отвечает Алиса.
А сегодня у нас тридцатое апреля. Получается, что Алиса беременна? И когда это случилось? Она же говорила, что у нее безопасные дни?
– У вас был незащищенный половой контакт в середине цикла?
– Был, но не в середине, а восьмого и девятого марта…, – отвечает Алиса.
– У вас могла раньше произойти овуляция, да и сперматозоид может жить в теле женщины до пяти дней, так что скорее всего вы беременны.
– А я списывала все на перемену климата и перелеты…
– Сейчас мы возьмем еще одну пробу крови на ХГЧ и точно все определим, а потом можно и на УЗИ сходить. Сейчас подойдет медсестра и все сделает. – Врач выходит из кабинета, оставляя нас одних.
Подхожу к ней и обнимаю.
– Это твой ребенок, Глеб, – шепотом говорит Алиса, – правда.
– Я знаю, – отвечаю ей. Нежно целую в висок, губы. – Спасибо тебе, – шепчу я.
– Ну, теперь, когда меня будут спрашивать, что подарил тебе муж на восьмое марта, могу смело говорить, что не осталась, как дура, без подарка…
Тут зазвонил мой телефон. Смотрю на экран. Звонит Давид.
– Да, – отвечаю я.
– Привет, Глеб. Соня сказала, чтобы я еще и тебе позвонил. Мы сегодня родили. У нас мальчик и девочка…, – тут трубку выхватывает Соня, – Слышишь, Глеб, вы следующие, ничего не знаю…
И как она это делает?
Два года и девять месяцев спустя.
– Глеб, я сюда больше ни ногой, – восклицает Алиса, – а если ты в меня еще раз засунешь свой член без презерватива, я тебя покусаю… Аааа-ййй…
– Ну, чего ты… Я с тобой, скоро все закончится, – крепко держу жену за руку, а она продолжает сыпать угрозами. Я понимаю, что родить ребенка, это не прыщик выдавить, но если бы мог, я бы забрал часть боли на себя…
– Тужьтесь, – командует врач, – еще чуть-чуть…
– Аааа…, – кричит Алиса и врач подхватывает ребенка. – Поздравляю у вас мальчик.
Да, теперь у нас мальчик и… мальчик, два мальчика.
– А я хотела девочку, – говорит Алиса. Сразу видно, что боль прошла, и она перестала сдавливать мою руку.
– Ну, в следующий раз будет девочка, – отвечает ей акушерка.
– Не-не, меня все устраивает. Вы меня больше здесь не увидите.
На что я только подумал: «Посмотрим».
Конец
