Текст книги "Взгляд из прошлого (СИ)"
Автор книги: Галина Кор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
Глава 19
Добралась домой без проблем.
Единственный минус – Николя, который замучил меня своими театральными историями. И даже после оплаты покупок, долго не отпускал пакет с вещами из своих рук, пока я не дала клятвенное обещание звонить. Ну и тут, этот гад приставучий проверил, чтобы я правильно записала его телефон, позвонил с моего и убедившись, что мой телефон у него точно есть, милостиво отпустил меня домой.
Подошла к дому уже затемно. Катька и компания опять звали меня: «в клуб или на елку, а может и туда, и туда сразу, если везде успеем». На что я опять ответила отказом. Вот будет прикол, если я приду в новом наряде… На мой очередной отказ, Катька грозилась завалить завтра вечером всей компанией ко мне в гости. Угрожать не сделать, так что это я пропустила мимо ушей.
Утро третьего января «обрадовало» меня морозом и холодом. Учитывая, что предыдущие дни была слякоть, то замёрзшая жижа на тротуарах имела форму той обуви, которая ступала по ней последней, а на почищенных участках было просто очень скользко.
Добралась до Ленинградского вокзала со счетом: три падения, четыре полупадения и два полушпагата, вся взмыленная и с бегущей из носа от мороза водой. Я купила себе пирожок и плюхнулась напротив касс выискивая сердобольную жертву.
Шапка съезжает на глаза, вот чего б ее не снять? Нет, я упорно поправляю ее рукой, шмыгаю носом, начинаю работать челюстью, в попытке переживать пирожок, а она медленно сползает опять на глаза. И так по кругу.
Представила себя со стороны. После мороза мои щеки красные; из-под шапки торчат всклокоченные, постоянным дерганьем этого бедного головного убора, волосы; куртка не до конца расстегнута и ее края топорщатся в разные стороны, а еще это придурашное шмыганье, вот что мне мешает достать салфетку и высморкаться, нет…, я же жую резиновый пирожок! И продолжаю шмыгать.
Тут ко мне подсела женщина лет под шестьдесят. Я кинула на нее беглый взгляд и с остервенением откусила пирожок. Он, собака, такой резиновый, словно подошва на драном тапке, не то чтобы я пробовала, только строю догадки… Я не знаю, почему себя так веду, может в роль вжилась? А может это меня вчера Николя заразил любовью к современному искусству, и я прониклась так, что и Станиславский бы кричал: «Верю!!!»
– Что, девонька, совсем туго? – Обращается ко мне женщина.
– Угу.
– Что, небось от мужа пьяницы сбежала?
– Угу.
– Бьет, наверное, и все деньги пропивает, а может в карты зарплату проигрывает?
– Угу, – тяжело вздыхаю я и опять шмыгаю носом.
– Да не плачь ты, – говорит мне она, – у меня все так же было. У меня глаз наметан, таких «подруг по несчастью» за версту вижу. Может тебе чем помочь?
– А купите мне билет до Питера, а то я паспорт дома забыла, а деньги у меня есть… – И протягиваю ей две тысячные купюры.
– Чего ж не купить, куплю. К родителям едешь?
– Угу. Только мне туда и обратно.
– А зачем обратно-то?
– Так я брата возьму, чтобы он мне помог вещи забрать и документы.
– А… Ну, давай.
Отдала ей бумажку с номером поезда, временем отправки, датой, деньги и сижу, смотрю, как она в кассу пошла. А Глеб говорил, что надо придумать слезную историю…, у нас такие люди, что сами все придумают и за тебя расскажут. Смотрю, как женщина купила билеты и топает обратно, плюхается обратно в кресло, а потом протягивает мне их вместе со сдачей.
– Спасибо, тетенька. Вот, прямо от души, спасибо. Пусть у вас в Новом Году все прямо отлично будет. А вы куда едете?
– Так к мужу и еду.
– К тому, которой бьет, пьет и в карты играет?
– Так люблю ж его ирода… Уже тридцать лет вместе, куда ж я без него.
– Ясно. Ну, удачи.
Срываюсь, и с радостной улыбкой выскакиваю на улицу.
И…, хрясь. Какой там счет? Плюс один к падению. Зато на лице улыбка, в руках билеты и в голове план. Может он дурацкий, детский, но напоследок подгажу дяде настроение.
Доскользила домой к пяти часам, а там стоит компания моих одногруппников. Катька-таки воплотила угрозу в жизнь и притащила всех ко мне. Ну, если искать плюсы, то они подчистят мне холодильник и приготовленные мною салаты не пропадут.
Вымелись они уже в начале первого ночи, оставив в холодильнике лишь два яйца, кусок сыра и две бутылки питьевого йогурта со злаками. Наверное, это сильно правильная и здоровая еда для студенческого организма, раз никто не позарился.
Проснулась в одиннадцать и принялась за уборку. Было всего семь человек вместе со мною, но такое чувство, что гуляла вся общага. И где та идеальная чистота, которую я наводила перед началом праздника?
И вот он настал – день «Х». Я вышла из подъезда в новом образе. Хорошо, что никого из соседок не встретила, а то б была самой горячей и обсуждаемой сплетней дня.
Обувь казалась очень удобной, а главное с нескользящей подошвой, поэтому сегодня я сыграла в сухую с асфальтом, добралась до вокзала с нулевым счетом.
Наверное, мой образ секси-герл был вне конкуренции, потому что все мужики в вагоне залипали на меня. Я, как Джессика Рэбит из фильма «Кто подставил кролика Роджера», была очень яркой, а свитер с гипюровой вставкой, открывающий вид на мой лифчик с пуш-апом притягивал взгляды не меньше, чем обтянутая задница в кожаных штанах. Но стоило кому-то из мужиков подойти ко мне, я не знаю почему, но взгляд из-под приспущенных очков, заставлял их извиняться и дальше идти пускать слюни в сторонке. Может я стала для них недосягаемой личностью? И мною можно только любоваться на расстоянии?
Тем не менее добралась я спокойно, быстро и с комфортом.
Записана к нотариусу я была на двенадцать часов.
Зашла в ближайшее кафе, чтобы воспользоваться туалетом. Там было многолюдно, то что надо. Переоделась, стерла яркий макияж и вышла уже в своем обычном образе – мышки-простушки. На меня даже никто и внимание не обратил, зато, когда я заходила в кафе несколько парней, чуть не свернули шею.
И вот, я стою у двери нотариальной конторы. Сейчас, моя затея мне кажется глупостью, страх одолевает меня вместе с сомнениями.
Делаю один шаг, второй…, все обратного пути нет. Как будет, так будет.
– Здравствуйте, – говорит приветливая секретарь, как только я захожу в помещение. – Вам назначено?
– Да, я записана на двенадцать.
– Ага, девушка, которая не пожелала произнести свою фамилию и записана как Маша Иванова?
– Она самая. – Подтверждаю я.
– Проходите, Павел Матвеевич ждет.
Берусь за дверную ручку, делаю глубокий вход, все – пошла.
– Здравствуйте, – говорю я, открыв дверь и прохожу в кабинет.
– Здравствуйте. Присаживайтесь. – Этот Павел Матвеевич по возрасту приблизительно, как и мой папа, ему где-то под пятьдесят. Он внимательно смотрит на меня, закусывает губу и через секунду потирает свой лоб. – Ты очень похожа на мать, – говорит он мне, чем вводит меня в ступор.
– Вы были знакомы с моей мамой?
– Я был знаком с твоим отцом. Ты ведь Адашева? – на что я только киваю. – Мы с ним часто пересекались по рабочим моментам. Так, чтобы прямо дружить не дружили, но общались довольно плотно.
– Это же ведь вы делали то завещание, которое огласили после похорон.
– Я.
– А почему отец тогда вообще к вам пришел составлять завещание, ему кто-то угрожал, может он делился с вами своими опасениями?
– Дай вспомнить. – Он отвернулся к окну и замолчал на пару минут. – Так чтоб прямо говорил, что какие-то проблемы – нет, не помню. Говорил, что сомнительный тип его пригласил к себе в гости, хочет предложить какую-то сделку и, если в случае чего с ним что-то случиться, чтобы для них потом сюрприз был в виде завещания. Просто там было написано, что-то типа того, что если в случае гибели твоей отца, наследница – твоя мать, извини не помню, как зовут…
– Звали… Евгения…
– Ах да…, Женя, точно… Так вот, а в случае ее смерти – ты.
– А если б и я погибла? Или б меня убили после оглашения…
– После оглашения, твоим родственникам было бы невыгодно тебя убивать, так как все перешло б государству.
– Ясно. Вам не страшно было ввязываться во все эти криминальные разборки татарского семейства?
– Деточка, я сам – криминал. – И вот сейчас он посмотрел на меня взглядом, который четко дал понять, что никого и ничего он не боится. А мне это и надо.
– А могу сейчас я переписать все на третье лицо так, чтобы родственники узнали после моей … кх.. смерти? – Он просканировал меня своим взглядом так, что по спине пробежали мамонты, да, именно те, которые вымерли.
– Что ж вы за семейка такая, а, Адашева?
– Вот такая…, – слов нет, опускаю голову, там, одни маты. Тихо прошептала, – ебанут…я.
– Угу, – подтверждает он. Вот ведь, по губам прочел.
– Ну давай, жги свой план.
Я и вывалила на него все, что хотела и не хотела. И фотокопию паспорта Глеба приложила, которую успела сделать еще пару недель назад, когда ночевала у него.
Глава 20
Этот Новый Год начался не то, что через …опу, а оказался просто реально каким-то звездным звездецом.
Последующие дни я провел в вечной гонке и постоянном недосыпе. Всех гостей Тагира собрать оказалось не так уж и просто. Во-первых, потому что все они дети не трудяг с завода, а богатых и влиятельных родителей, которые не очень-то и хотели идти на встречу и не проявляли никакого желания ввязываться в криминальную историю. Все общение велось через адвокатов и только у следователя. Одного товарища даже пришлось снимать с рейса, так как тот собирался продолжить отдых на горнолыжном курорте.
А во-вторых, главный свидетель и по совместительству предполагаемая убийца скрылась бесследно. Растворилась в миллионном городе. И где искать человека, который нигде не прописан и не зарегистрирован?
Полиция не спешила. Они делали все по закону. Подали ее в розыск и ждали результата. Мне же было необходимо доказывать свою профпригодность перед боссом и делать все возможное и невозможное, чтобы найти ее, и главное – только живой. Иначе никак не доказать, что Тагир ни причем. Потому что вариант того, что он убил, а она стала свидетелем, никто не отменял.
Два дня мы с моими парнями рыли. Исследовали вдоль и поперек ее социальные сети. По номеру телефона удалось засечь, что последним местом ее нахождения был вокзал, потом все – сигнал прервался.
И вот я на вокзале, пытаюсь наладить контакт с начальником охраны, который уперся как баран и не хочет скинуть мне копию видео и помочь с информацией о том, куда был куплен билет.
– Я тебе еще раз говорю, что видео запросила полиция, и все данные уже у них, – в очередной раз отмахивается от меня этот старый пень еще советской закалки.
– Сто…, – называю свой последний аргумент.
– Что сто? – он не ожидал, что мои уговоры перейдет в другое русло.
– Сто тысяч…
– Кх-кх-км…, – у бедного аж в горле запершило от моего предложения. А по глазам уже вижу, что он эти деньги кладет себе в карман и тратит. – Ну, я, конечно, сделал себе копию, на всякий случай… Давай флешку скину. Но куда билет покупала не скажу, так как там другая база, а доступа у меня нет. Надо привлекать главного кассира, а я с ней в контрах….
– Ладно. Давай видео.
Вот так бы сразу, а то морочил мне голову битый час.
Все эти дни я всего пару раз писал Алисе СМС-ки и ни разу не разговаривал с ней. Я не знаю, когда я успел так к ней привязаться? Такое чувство, что знаю ее тысячу лет, хотя общаться начали только пару недель как. У меня возникла раннее мне не ведомая потребность слышать ее голос или хотя бы знать, что у нее все хорошо. Я знал, что у нее получилось купить билеты и то, что она уехала в Питер, как и говорила, пятого числа. Честно – я скучал. Часто думал о ней, вспоминал…
Вернулся в офис. Достал флешку и загрузил видео с камеры наблюдения над кассами вокзала. Я видел Лизу и мне не составило труда узнать ее в момент покупки билета.
В кабинет зашел Камиль.
– Ну, что, – за эти дни он очень постарел и осунулся.
– Вот, достал видео с камер на вокзале. Сейчас гляну в каком направлении продают билеты в этой кассе… Я выписал из ее странички в соцсети всех родственников и друзей, и где они живут и по направлению движения поезда сузим варианты ее места прибывания до минимума, а там, руки в ноги и искать.
– Давай, Глеб. Я очень надеюсь на твои навыки и профессионализм. – А мне хочется вас придушить, подумал я, глядя на Камиля.
– Работаю, – только и смог ответить.
Под мой круг подозреваемых попали два человека – школьная подруга и двоюродная тетка. Почему-то мысленно сделал ставку на тетку, уж больно у нее прожженный вид, как у заправской кидалы. Порылся в биографии тети и узнал, что у нее был срок за мошенничество. Чуйка не подвела. Ну, встречай город Тула, еду к тебе со своим «самоваром».
Выхожу из кабинета, а в спину мне летит вопрос от Камиля, у которого открыта дверь кабинета.
– Нашел?
– Думаю да…, я поехал. Как только что узнаю или будет результат, отзвонюсь.
– Давай.
Пока спускался к машине, решал звонить следователю или нет? С одной стороны – я заинтересованное лицо и мои доводы, даже если я и найду Лизу, могут отбросить из принципа, чтобы не лез куда не просят и не мешал работать следствию; с другой стороны – не охота прогибаться под этого молодого следака, который еще и Алисе знаки внимания оказывал; а с третьей стороны – может будут какие-то улики, которые подтвердят вину Лизы или у них там блат хата и они с подельниками кинутся оказывать сопротивление, так что пусть доблестная полиция и работает. Может это ревность? Однозначно, она самая, но все-таки решаю позвонить.
– Приветствую вас, Кирилл Сергеевич, это вас Ефремов беспокоит, нача…
– Да, я помню кто вы Глеб Константинович. – Не дает мне закончить фразу следователь. – Чем обязан?
– Вы можете уделить мне несколько часов вашего драгоценного времени?
– И чем вы меня планируете занять в эти часы?
– Буду кормить вас пряниками, тульскими… – Подъезжаю в развилке, либо еду за ним, либо сворачиваю сразу на трассу и еду без этого приторно-противного хмыря. – Мне нужен ответ прямо сейчас либо ты со мной, – меняю тон и перехожу на ты, молод он еще, чтобы я под него прогибался., – либо Лизу привезу сам…
– Жду, – не раздумывая отвечает он.
– Через десять минут я буду возле участка. – Кладу трубку.
Когда я подъехал, Кирилл ждал меня на улице.
– Ну, рассказывай, где нашел беглянку?
Я беру в бардачке папку и отдаю ему. Кирилл быстро пробегает глазами по собранным фактам и бросает ее обратно.
– Значит ты думаешь, что она у тетки? А почему не у подруги?
– Потому, что тетка, во-первых, ненамного ее старше, во-вторых, воспитывала ее, пока не загремела в тюрьму, потом Лиза до своего совершеннолетия воспитывалась в детдоме. Я думаю, что Лиза тоже участвовала в теткиных махинациях и аферах, просто, либо все на себя взяла, чтобы групповое не пришили, либо, никто не захотел тягаться с малолеткой.
– И сейчас тоже какая-то схема была?
– Давай не будем гадать. Сейчас приедем, все проверим и узнаем. А Тагира спрашивали, пропало что-то из квартир или нет?
– Ну…, – протянул Кирилл, – как бы вариант ограбления вообще не рассматривался, только убийство.
– А что, если девочки просто не поделили награбленное и одна, в порыве гнева, стукнула другую бутылкой по голове? А в квартире-то было что взять… Насколько я знаю, у него одних часов было штук пять, и цена их начиналась от тридцати тысяч…
– Рублей? – Вот наивный…
– Ага, таких зеленых… американских рублей.
– Ясно, – подытожил Кирилл.
Я врубил радио и длительное время мы ехали молча.
– Тебе повезло с девушкой…, – после получасовой тишины изрек этот мудрец.
– В смысле, – я сначала не понял кого он имеет в виду, вроде за Лизу и так все понятно, как я ее вычислил. Или у него склероз, пять минут и здравствуйте новые воспоминания?
– Я про Алису… Равилевну, – добавляет он. – Или у меня есть еще шанс?
– Нет, – ага, держи карман шире. Так я тебе и отдал ту, которую, может всю жизнь и ждал.
– Жаль.
– Надеюсь, вы больше не пересечетесь, – и поворачиваю свое злобное лицо.
– Да понял я, понял…
Вот и Тула. Хорошо, что трасса чистая. Ехал я очень быстро. Адрес тетки я вбил в навигатор еще в Москве, поэтому до самого ее дома меня провел противный электронный голос. Это был район двухэтажных одноподъездных домов, которые видели многое на своем веку… И понятное дело, что не о какой двери на подъезде или тем более о домофоне, там речи не шло.
– Ну что? Сразу пойдем или понаблюдаем? – спрашиваю у Кирилла.
– Сейчас я выйду и осмотрюсь.
– Мне светиться нельзя. Лиза могла меня запомнить… Она, конечно, была занята другим делом, но мало ли, может узнает…
И тут, как по заказу, из-за угла выплывает тетка Лизы. На вид ей в районе тридцати, но взгляд колкий. Такая быстро выцепит московские номера, поэтому действовать надо немедленно, иначе будет поздно.
Выхожу из машины и успеваю кинуть Кириллу: «Подключайся.»
Глава 21
– Мадмуазель, – обращаюсь я к ней. Сначала она стопорится и пытается просканировать меня. Но я быстро вхожу в роль: кривая ухмылка, походка «у меня большие яйца», колкий взгляд… Она видит во мне быстрее товарища по несчастью, а точнее бывшего зэка, нежели мента. – Не будете ли вы так любезны подсказать нам, не местным, не живет ли тут у вас такой парниша – Колян.
– Это какой такой Колян, у нас их тут, Колянов этих, пруд пруди.
– Рыжий такой…, – ага, даю приметы человека, которого и нет в помине.
– Ну есть такой… Сдам, а он мне потом башку снесет, что на него навела и стрелку кинула... И че за радость мне, помогать?
– Ну, такая красавица и сразу деловой тон, – пытаюсь ей запудрить мозг. Надо чтобы она нас сама домой позвала, – небоись, если Колян попадет к нам в руки, то точно не вернется… А так-то мы люди не бедные, поможем даме, – и достаю две пятитысячные купюры. Вот если б у тебя и подружка была, то мы б накинули, а… Кир…, накинули б?
Кирилл расплывается в пошляцкой ухмылке. Видно общение с криминальным элементом не прошло у него бесследно, а наложило отпечаток, в данный момент на лицо…
– Ну, подружки нет, – сообщает тетя-Мотя, по-моему, ее зовут Тома. Я даже малеха приуныл, неужели ошибся? – Племянница у меня сейчас гостит, – как камень с души сняли.
– А че, племянница твоя, такая же красавица, как и ты? – Вот это Кирилл прогнулся, так прогнулся… Тома, конечно, не страшная, но до уровня «красавица» явно не дотягивает.
– Даже лучше. Только деньги вперед.
– Без проблем, – достаю еще две пятитысячные купюры, протягиваю Томе, и деньги моментально исчезают. Копперфилд, бля.., в юбке. – Ну, веди. А Колян от нас никуда не денется, согласен Кир? – На что он просто кивнул.
До самой двери мы с Кириллом были в роли гопников. Тома открывает дверь, я захожу последним и закрываю ее. Из кухни вылетает Лиза…
– Ну здравствуй, Лиза, а мы уж тебя обыскались, – говорит ей Кирилл.
И что началось после этой фразы… Просто непередаваемый кабздец. Тома начинает голосить, что она ее не сдавала, Лиза кидается как дикая кошка на Кирилла и начинает царапать ему физиономию. Я пытаюсь ее оторвать и мне тоже достается боевой раскрас. Успела черкануть по щеке. Тут уже подключилась и Тома, начинает вырывать из моих рук Лизу и отсыпать полные карманы матов. И тут дикий ор:
– Стоять всем на месте. Кто из вас двоих двинется, всажу пулю в ногу. – Эта фраза немного отрезвила дам. – Набирай местных коллег. Без них никуда, – обращается ко мне следак. Да, вид у него тот еще… На щеке выступила кровь, такое чувство, что его тигр исполосовал, а не хрупкая девушка Лиза.
– Да понял, я понял, сейчас… – Усадили красавиц на диван. Кир сел напротив с пистолетом, а я стал у окна и набрал 102. – Пока едут менты, – мой временный напарник, хмыкнул, – пардон, полицейские, поведай-ка Лиза, как ты Снежану убила.
– Что? Никого я не убивала, а если и так, то докажите.
– А доказывать ничего не надо, – кидаю быстрый взгляд на Кира, чтоб помалкивал, – в квартире камеры стоят. И там все прекрасно видно, как обчистили квартиру, как спорили, – мой рассказ, полнейший фарс, но знаю это только я и Кир, – как бутылку схватила и Снежану ударила, а потом Тагиру ее всунула…
– А че она себе больше хотела захапать, – начинает кричать Лиза, доказывая свою правоту, аж с дивана подпрыгивает, видно так ее зацепила обида, – говорит, раз я больше мужиков обслужила, то и больше возьму, а я че, виновата, что та девка сбежала, и Руслан присоединился к ним. В начале у нас все поровну было, по три на каждую. А потом Тагир, типа «сестру» свою приволок, а на нее Рус запал…
– И поэтому ты решила подставить Тагира?
– Да он вообще неадекват был, даже если б всю квартиру выставили, все равно б ничего не услышал.
Я был рад приезду полицейских как никогда, так как голова взрывалась от причитаний Томы и праведного гнева Лизы на Снежану и мажоров.
Вернулись мы в Москву уже в одиннадцатом часу ночи с Лизой и украденным. Высадил Кирилла возле участка. И тут я увидел ответ на мою СМС-ку, которую я отправил еще из Тулы. Телефон стоял на беззвучном.
Алиса, 19.15
«Вернусь в Москву сегодня, но поздно. Уже в поезде. Он приезжает в десять, а дома буду не раньше одиннадцати».
Глянул на часы половина одиннадцатого. Все, решено, еду к ней, а то с такими быстрыми Кириллами Сергеевичами можно и пролететь…
Жму на газ и лечу к ней. Даже если я просто гляну на нее, услышу голос, я уверен, что пройдет и головная боль, и на душе станет легче.
Только зашла домой, даже не успела раздеться, полетела в туалет, писать хочу, ужасно. Помыла руки, и слышу звонок в дверь. Да кто это на ночь глядя?
Распахиваю дверь, не задумываясь о том, что на мне образ красноволосой дивы. На пороге стоит Глеб.
– А где…, – замираю на секунду. Пробежался взглядом по девушке, открывшей мне дверь. Одета она ярко, броско и это…, – Алиса? – Делаю шаг в квартиру, продвигая ее внутрь. – И так ты ездила в Питер?
– Ну да? А что? – Поворачиваю голову к зеркалу. Оу, да, мой новый образ с огоньком… Смотрю в глаза Глеба через зеркало. – Тебе не нравиться?
– Нет, – говорю ей честно. На нее и так мужики западают, а в таком виде просто не хватает вывески с надписью: «Дорого. Ищу спонсора». – И где ты купила такой костюм.
– В секс-шопе, – отвечаю Глебу. И не задумываясь брякаю, – а другим мужчинам я нравилась такая.
– Не сомневаюсь, – снимаю с нее очки, и медленно стягиваю парик. Ее волосы рассыпаются по плечам, а я запускаю в них руки и начинаю массировать ей голову. Алиса прикрывает глаза от удовольствия. – И много их было?
– Даааа…, – тяну я. Вот сейчас тот момент, когда я четко понимаю, что я хочу Глеба, хочу именно его и секс именно с ним. Поворачиваюсь к нему лицом и шепчу, – только не отталкивай меня, пожалуйста. – Поднимаюсь на носочки и целую его в губы.
– И не подумаю, – от ее просьбы у меня просто сносит крышу. Мне кажется, что у меня внутри все дрожит от желания и нетерпения. Никогда не робел, а сейчас, прямо одолевает боязнь все испортить, прикасаюсь к ней, как к фарфоровой кукле, очень ценной и в единственном экземпляре. Нежно прикасаюсь к ее губам своими, но тут Алиса начинает отвечать на мой поцелуй, и я понимаю, что она хочет меня не меньше моего. И ее стон желания, который ловят мои губы, обдает меня такой волной возбуждения, что остановиться я не смогу.
Подхватываю ее на руки, и Алиса обвивает мои торс ногами. Один взгляд в зеркало и в штанах становится супер тесно, эти ее блядские кожаные штаны так обтягивают ее сочную попку, что мозг, без оглядки на правила приличия и морали, начинает вырисовывать яркие картины дальнейшего развития в горизонтальной плоскости.
Вещи летят в разные стороны. Причем раздеваемся, продолжая целоваться. Мы не может оторваться друг от друга, такое ощущение, что если мы разъединимся, то мир прекратит свое существование, и только наше единение продлевает жизнь на земле.
Укладываю Алису на диван и оказываюсь сверху. Целую ее шею, руками провожу по груди, спускаюсь к центру ее возбуждения и ощущаю влагу на пальцах…, и ее всхлип, сопровождаемый стоном… Раздвигаю ее ноги и толкаюсь внутрь.
– Ай.., – не ожидала, что будет так больно. Девочки, конечно, делились впечатлениями от их первого раза, но… у всех по-разному. Вот, как оказалось, мне лично, больновато.
– Алиса…, – замираю в ней и смотрю ей в глаза, а она зажмурилась и не дышит, – Почему не предупредила.
– Забыла…, – отмазка на пять баллов.
– Ага, а я вот таким способом напомнил... – открой глаза и посмотри на меня. Алиса послушно выполняет то, что я говорю. – Ты как? Сильно больно?
– Уже нет. – Пытаюсь оценить степень боли, да не…, жить можно.
– А так, – чуть отстраняюсь и делаю легкий толчок.
– Ах.., – от осознания того, что со мной Глеб, что я его люблю, хочу, сила моего возбуждения настолько велика, что легкое жжение внизу живота – незначительная мелочь. Я выгибаюсь дугой, пытаюсь быть ближе с нему, обхватываю его за плечи и притягиваю к себе, – а так, просто великолепно…
– Тогда я продолжаю, – с каждым новым движением моего члена в Алисе, тело взрывается маленькими фейерверками. Она такая отзывчивая, страстная и чувственная. У меня просто срывает крышу от непередаваемого ощущения эйфории. Сейчас я готов перевернуть весь мир, сразиться с сотней врагов, лишь бы она была всегда рядом со мной.
– Ах.., – мои стоны, наверное, слышен с первого по пятый этаж, Глеб накрывает мои губы и поцелуями заглушает их. Мои руки исследуют его тело, стараются прижать его, как можно ближе к моему. Я чувствую, как он становится больше внутри меня, пару движений и выскальзывает из меня, кончая на бедро. Скатывается в сторону и укладывает меня на бок, прижимая к своей часто вздымающейся груди.
– Не жалеешь? – спрашиваю Алису после того, как отдышался.
– О чем?
– Ну, что со мной… первым, да и вообще…, я же старый для тебя. Мне уже сорок три, а тебе только двадцать.
Поднимаю на него глаза и начинаю хихикать.
– Что смешного, – смотрю на хихикающую Алису.
– Ты, главное вовремя спросил… – смотрю в его суровое лицо и понимаю, что надо угомонить своего мужчину. «Свой», приятно звучит. – Дурак ты… Конечно, я ни о чем не жалею… И не какой ты не старый, а самый лучший.
И вот это слова «лучший», Алиса говорит так, что я понимаю, что в нем еще тысяча слов, синонимов и значений, и более ничего и говорить не надо. Все в нем – одном слове.
Она укладывает голову на мою грудь, и я нежно глажу ее по волосам, прикрываю глаза и попадаю в другую реальность.
