Текст книги "Взгляд из прошлого (СИ)"
Автор книги: Галина Кор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 37
Занимаю выбранное ранее место дислокации. Дом Саныча последний на улице, за ним пустырь с недавно вырытым котлованом под застройку нового дома. Поэтому припарковать машину так, чтобы на нее никто не обратил внимание, мне удалось.
Сижу, жду, когда Саныч со своей женой отчалит. Вот даже не представляю, что я собираюсь найти и что вообще надо искать… Не оставит же он компрометирующие его документы на самом видном месте, а может еще и стикер яркий приклеит с надписью: «Все говно на меня – Здесь»! Ага, и восклицательный знак поставит…
Но делать нечего…, придется рыться и искать, так как другого выхода нет. Мне надо его задеть, вывести из себя и заставить действовать спонтанно. Тогда он просчитается и попадет в свою же ловушку.
Мне нужен хотя бы минимум секретной информации, чтобы моему непосредственному начальнику было за что зацепиться, раздуть из этого контртеррористическую операция, наказать всех врагов и повесить себе новые ордена… За просто так и пальцем никто не пошевелит…, даже будь ты трижды героем и у тебя хуева-кукуева гора заслуг перед родиной. Чтобы сдвинуть своего зама и списать на него все проблемы мира, моему начальнику нужна маленькая, но атомная бомба в виде информации.
Ровно в восемь ворота открылись и выехала машина Саныча. Следом вышел охранник и долго смотрел вслед уезжающей машине, наверное, ему надо удостовериться, что хозяева не вернутся и уедут с концами. Ну-ну, и я подожду… Я сегодня совершенно свободен до самого утра.
Охранник скрывается за высоким забором, и ворота закрываются. Жду минут сорок и вперед. Этого времени будет достаточно для того, чтобы все напились, но мало для того, чтобы начали таскаться по дому в поисках места для потрахушек. А этим обычно и заканчиваются подобного рода корпоративы…
Дождавшись нужного времени, выхожу из машины и двигаюсь в сторону дома. По периметру стоят камеры, но как утверждали разговорчивые барышни, в конце стены есть живая изгородь из кустов и, если дождаться момента, когда камера будет поворачиваться в другую сторону, можно незаметно проскочить в дом с черного входа. Проверим…
Обрабатываю вещи специальным аэрозолем, который отбивает желание у собак подходить ближе, чем на пару метров, кидаю крюк на стену и, как альпинист, вскарабкиваюсь на забор.
Вишу на заборе и жду момента, когда камера сделает остановку в той стороне, где нахожусь я, задерживается на пару секунд и делает поворот в другую сторону. Как только она начинает движение, перекидываю свое тело через забор и спрыгиваю в кусты. Жду завершения следующего цикла камеры и, быстро пробегая кусты, скрываюсь за стеной дома. Аккуратно нажимаю на ручку двери, и она поддается. Очень беспечные люди живут в этом доме… Может расчет на то, что только идиот полезет к генералу ФСБ в дом…
Зашел в дом. Свет практически нигде не горит. Из глубины дома слышны разговоры, смех и звон стекла…, пьют родимые.
Направляюсь в сторону кабинета. Хорошо, что он в другой стороне дома и проходить мимо кухни мне не придется.
Ожидаемо, но он оказался закрыт. Достаю набор «фокусника», пару ловких движений и замок щелкает, тем самым приглашая меня внутрь.
Достаю фонарик и вперед, поиск сокровищ официально открыт. Ну, понятное дело, первым был стол. Проверил все боковые ящики, ничего. Под крышкой стола оказался тоже ящик, но уже закрытый, раз закрыт, значит там что-то интересное… Взламываю ящик, открываю его и достаю папку с какими-то документами. Там оказались распечатки каких-то поставок по дням, суммы …, короче разберусь дома. Складываю все в рюкзак. Теперь найти бы еще сейф.
Отодвинул картины, которые висят на стене, пусто… Остается только книжный шкаф. Быстро передвигаю книги, приподнимая их и смотрю, есть ли за ними что-нибудь, как вдруг несколько голосов, явно приближаются к кабинету.
– Ну нет…, не здесь, – шепчет женский голос.
А у меня сразу мысль – закрыл ли я дверь в кабинет обратно на замок или оставил открытой? Вот сейчас будет умора, если эти двое завалятся сюда и решат потрахаться… Всю жизнь «мечтал» сидеть под столом, когда на столе кого-то «жарят».
Подхожу к двери и подпираю ее. Сейчас проверить закрыта ли дверь я не могу, будет слышен щелчок…, а это палево.
– Пойдем сюда, – говорит мужской голос. Я вижу, как дверная ручка медленно начинает опускаться. Ну все, пиздец…
– Ты чего, – возмущена дама, – там закрыто. Да и, если хозяин узнает, что мы лазили к нему в кабинет, сразу уволит. Пошли лучше в хозяйскую спальню, всегда мечтала поваляться в той кровати, она такая огромная…
Слышу, как они начинают целоваться.
Шлепок по заднице…
– Ой…, ну ты чего…
Ручка медленно возвращается на свое место. И я выдыхаю.
Шаги и голоса удаляются. Мне кажется, что я стою весь мокрый от напряжения, по спине стекает струйкой пот. Все харе, пора завязывать с этой шпионской работой, надоело, стар я, да и нервы..., надо найти себе хобби и начинать делать детей… Там хоть знаешь, за что потеешь…
Проверяю дверь, а она и правда была открыта, вот черт. Закрываю ее и возвращаюсь к шкафу. Долго искать не пришлось. На средней полке, оказался встроенный в стену сейф. Причем не последней модели… Какой же он беспечный-то, неужто уверовал в свою бессмертную силу и безграничную власть?
Вскрываю сейф и вытаскиваю все без разбору. Потом сюрприз будет…, а то я тут загостился что-то, пора когти рвать.
Складываю все в рюкзак и тем же способом исчезаю и из дома, и с территории.
Сел в машину и даю себе минуту перевести дух. Завел ее и поехал к выезду из поселка. Подъезжаю к пункту охраны. Дорога закрыта шлагбаумом. Из будки вальяжной походкой выходит охранник, и подходит ко мне.
– Документы.
– Пожалуйста, – говорю ему в ответ и протягиваю документы на имя Антона Карповича Ковбасюка.
– Что-то ваша фирма зачастила с ремонтными работами?
– Так спускают в свои золотые унитазы все, что не попадя, а потом причитают, чего ж говно прет через край… Прикинь, сегодня вытащил, наверное, целую пачку тампонов, они разбухли, сука, и стали как два моих кулака, – если сначала охранник держал мои документы двумя руками, то к концу моей речи, только двумя пальцами, а на лице у него появилась брезгливость, – пришлось руками выгребать…
Тут он вообще кидает мне документы обратно в окно, на колени и махнув рукой напарнику, чтобы тот открыл шлагбаум, говорит:
– Проезжай…
А я вошел в роль и продолжаю поносить всевозможными эпитетами богатых клиентов, и почему-то с украинским акцентом… Может сработала фамилия Ковбасюк?
Добрался до города. Бросил машину возле станции метро, а сам прошел до следующей станции, спустился в подземку и доехал домой.
Мне предстояла бессонная ночь, которую нужно потратить на изучение документов.
Утро наступило слишком быстро. Я решил забить на работу. Думаю, что через несколько недель станет все на свои места и Камиль, перестанет быть управляющим в фирме «AvtoMotorGroup». Отправил ему сообщение, что заболел и пошел спать.
Проснулся уже в пять часов вечера. Сгреб документы, которые разложил в понятной мне последовательности и двинулся к Сергею.
Начали мы изучать и обсуждать все вдвоем, а закончили втроем…, так как Руслан решил тоже засунуть туда свой нос. И вот, перебрав все, что там было, сидим, смотрим друг на друга и молчим…
– Ты же понимаешь, что это уже другой уровень? Оружие оружием, террористы террористами, а это уже реальная угроза национальной безопасности всего государства…, – говорит Сергей, первым прерывая затянувшееся молчание, – тут совсем другая контора работать должна. И даже не ваша спецслужба…
– Понимаю… и что делать? – спрашиваю я.
– Первое, сейчас вызваниваем твоего начальника и вводим в курс дела. Судя по документам, он не в теме… Он первый должен бросить клич и возглавить это дело, иначе у нас будет еще один враг, а оно нам не надо… Второе, займемся ловлей на живца.
– А червяком на крючке рыболова буду я? – уточняю у Сергея.
– Ты… Только надо придумать что-нибудь такое, что заставит твоего Саныча действовать быстро, спонтанно, без плана.
– Просто приду на свое основное место работы и зайду к нему в кабинет поздороваться.
– Как вариант. – Сергей хлопает в ладоши, – Ну что, команда Неугомонных, действуем. – Берет телефон и звонит моему начальнику Петру Игнатьевичу Колосову.
Глава 38
Следующие несколько дней я сидел дома. Для Камиля я был болен, а на самом деле ждал начала операции.
Понятное дело, что моему начальнику понадобились эти дни для изучения бумаг, а потом – выхода на нужную структуру, согласование нюансов и, собственно, подготовки самой операции по разоблачению криминально-террористической группировки, которую прикрывали высокопоставленные чины как в центре, так и в федеральном округе. Так как задействованы были и граждане других стран, то уровень угрозы был уже не региональным, а национальным.
В момент, когда мне разрешили выйти из дома, за мной уже следовало несколько групп слежения и велась оперативная съемка.
Проблемы с Камилем пока отступили на задний план и носили побочный характер. Напрямую Камиль не участвовал и не был замечен ни в каких схемах, описанных в документах, просто воспользовался родством Карима. То есть, Карим попросил своего брата найти подходящую кандидатуру, на которую можно было бы списать убийство. Тут всплыла история с изъятыми документами у криминального авторитета Валида Ахбарова, в которой был замешан сам Исланбеков-младший. Он пробил по своим источникам, кто выпустил джина из бутылки, после которого пошла волна увольнений и арестов, всплыла моя фамилия. А память, наверное, у Исланбекова-младшего хорошая, или досье на меня было полное, он вспомнил нашу встречу в Хасавьюрте. И сложилась у него картина. Я – борец с терроризмом, сам давно и глубоко увязший во всей этой системе, убиваю ни в чем не повинную Алису Адашеву, так как ранее, а точнее, пятнадцать лет назад убил ее родителей. Через много лет столкнулся с ней на новом месте работы, она, соответственно, узнает меня, а я ее и – финал… Два трупа, а следствие все спишет на меня, так как дядя расскажет всю эту слезливую историю.
А еще Саныч собирал компромат на всех своих подельников, наверное, он таким образом хотел обезопасить себя, а по-факту добавил, тому же Исланбекову-младшему годиков к судебному сроку…
Сегодня я должен заставить Саныча начать действовать.
Для этого беру дома свой пропуск в контору, и иду по знакомому адресу.
На входе предъявляю документ, поднимаюсь на нужный этаж. По дороге встречаю сослуживцев, мы жмем друг другу руки и перекидываемся ничего не значащими фразами.
Вот и кабинет Саныча. Время совещаний давно позади, поэтому захожу в кабинет без стука. Саныч сначала не понимает, что происходит. Открывает рот, чтобы заорать и выставить нахала, но осекается.
– Приветствую вас Александр Александрович.
– Ефремов, какими судьбами?
– Да вот, устал ждать с моря погоды и решил вернуться на свое непосредственное место работы. – Прохожу и сажусь за стол напротив него. – Ничего занимательно в той конторе, куда вы меня пристроили, не происходит, поэтому смысла просиживать там свои штаны не вижу. Чем-чем, а терроризмом там не пахнет… Хозяин не бывший боевик, и ничего общего с ними не имеет…
– Еще не время, – говорит Саныч.
– Не время для чего? – И пристально смотрю на него. Вид у него, конечно, задерганный, ну это и понятно… Если б у меня важные документы сперли, я бы то же нервничал. – А у меня такое чувство, что скоро мои услуги понадобятся именно в конторе, прямо чувствую, как приближается ураган по имени Алиса Адашева.
Во время того, как я говорил, он смотрел в окно, но как только я назвал фамилию Алисы, перевел на меня взгляд, которым можно сваи забивать и на куски резать…
– Так вот кто залез ко мне домой? Антон Ковбасюк. Смелый… И все это ради девчонки?
– Нет, все это ради справедливости, – на что он только хмыкнул.
– Верни документы, ты же понимаешь, что там другой уровень угрозы для тебя.
– Нет.
– И что ты будешь делать? Ты же понимаешь, что отсюда живым тебе не выйти?
– Что, прямо в управлении убьете?
Саныч сверлит меня глазами. Он готов прыгнуть на меня и разорвать на мелкие кусочки, облить бензином и сжечь, а может и растворить в кислоте…, но не может, наверное, стол мешает.
Выдерживаю его взгляд. Поднимаюсь и выхожу. Теперь шаг за ним. Пока, я не спешу ехать домой. У меня есть другие дела, которые надо решать. А еще я понимаю, что там, скорее всего, будет шмон и засада, поэтому позже еду в ресторан. Война войной, а кушать хочется. Если у меня хороший аппетит, значит умирать еще не время?
Возвращаюсь домой уже ближе в десяти вечера. Понятное дело дверь открыта. Жалко. Только пару дней назад вызывал клининг, а тут опять натоптали. Даже свет включать не надо, чтобы понять, что у меня в квартире бардак.
Тут срабатывает сигнализация и слышно, как за окном начинает вопить мой автомобиль.
Разворачиваюсь и спешу обратно на улицу.
Щелкаю пультом и автомобиль замолкает, но видно, что он перекошен. Подхожу к нему, с одной стороны проколоты шины, а в переднем колесе остался нож и к нему прикреплена записка. Дергаю ее, расправляю лист и читаю: «Ты труп». Удар по голове и темнота.
Прихожу в себя от того, что меня из ведра окатили холодной водой. Голова трещит и раскалывается, немного подташнивает… Не могу пошевелить руками, поднимаю голову и пытаюсь собрать себя. Я стою на коленях, а руки мои привязаны к крюку, свисающему с потолка на цепи. Это какой-то заброшенный цех или завод… В округе хватает мест, где можно спокойно убить человека и даже прикапывать не надо, так как сто лет здесь никто не появлялся и еще столько же не появится…
Напротив меня сидит Саныч. Даже стул где-то взял… Прямо Дон Корлеоне. Рядом с ним стоит парень, тот, который получил в морду и успел подрезать меня. Один ставить ведро, с которого только что меня окатил. Замечаю еще несколько человек возле входной двери…, и хрен знает, сколько их на улице.
– Пришел в себя? – спрашивает меня Саныч. И голос такой заботливый, аж блевать хочется…
– Угу.
– Давай начнем сначала, Глеб. В конторе у нас не сложился разговор, а сейчас я весь в твоем распоряжении и готов выслушать тебя.
– Да пошел ты, – шиплю на него. За что тут же получаю ногой по ребрам.
– Ты, Глеб…, – Саныч смотрит на меня задумчиво, -ты, наверное, не понял Глеб, в какую задницу ты залез… Влез не только в мои дела, но и затронул интересы очень непростых людей. В любом случае ты – труп, но перед этим, ты расскажешь, куда спрятал документы. В квартире их точно нет, так, где… Перерыть еще квартиру твоей девчонки?
Вот там их еще не хватало, пронеслось у меня в голове.
– А если я отдал их вышестоящему руководству?
– Это Колосову что ли? – и начинает хохотать. – Да он дальше своего носа ничего не видит. Так, мне надоело, – говорит он, повернув голову к парню с ведром, – настрой его на продуктивную беседу.
Тот только кивает. Подходит к цепи и начинает ее тянуть, тем самым поднимая меня с колен. Остановился он только тогда, когда пальцы моих ног еле касались земли. Закрепил цепь и подошел ко мне. И я понимаю, что сейчас будет больно. Руки и так уже затекли, а теперь будут болеть еще и ребра.
Сразу представил, как встречаю Алису в аэропорту с разукрашенной мордой. Молодая жена и муж, похожий на пропойцу, которому вечно прилетает по пьяни…
Бил парень от души, не жалея сил.
Отходит в сторону, а Саныч смотрит на меня коршуном.
– Еще раз задаю вопрос. Где документы?
Сплевываю кровь.
– А я отвечаю еще раз, у вышестоящего руководства.
Желваки на скулах у Саныча заходили ходуном. Тянется в кобуре, которая висит у него сбоку. Надеюсь, «добрые люди» не дадут ему пусть мне пулю в лоб. Я, конечно, понимаю, что оперативная съемка – это хорошо, но не хотелось бы быть мертвым героем…
– Сука, если не брешешь, то ты первый загнешься…
– Вторым.
– Что?
– Ну, буду вторым… Первым же был Семен, которого вы пришили на оперативной квартире? За что? За то, что поднял вопрос обо мне?
Поднимается со стула и делает пару шагов в мою сторону, поднимает пистолет и целится мне в лоб… Закрывать глаза, когда в меня целятся, я перестал еще в плену… Поэтому смотрю ему прямо в глаза.
– Слишком много вопросов задавал, прямо, как и ты. Молись сука…, – шипит Саныч.
И тут выстрел. Саныч завыл, как раненный зверь. Рука с пистолетом падает плетью… Дверь в помещение распахивает и влетают мо́лодцы с криками: «Работает ОМОН» … Те, кто были внутри даже и не собирались сопротивляться, а быстро попадали мордами в землю. Везде суета, крики, маты…, а я продолжаю висеть и, такое чувство, что всем наплевать на меня.
В здание заходит мой начальник, Сергей и еще кучка важных перцев. Внимательно осматривают все вокруг и что-то обсуждают…
– Может меня кто-нибудь снимет, – подаю я голос.
Ко мне подходит боец ОМОНа, отвязывает цепь, и я падаю на колени, ноги, сука, не держат… Он достает нож и перерезает веревку на руках. Тру руки в местах, где она сдавливала, пытаюсь размять плечи… Ко мне подходит начальник и говорит:
– Сильно досталось?
– Нормально, – отвечаю ему.
– Ты, это, прости… Надо было заснять как можно больше.
– Я так и понял, – отвечаю ему. – Хорошо хоть до кульминации не довели, хотя со стороны выглядело бы эффектно – висит труп с дыркой в голове и крупный план. – На что он только покряхтел…
Меня забрала скорая, которая передала моему начальнику Камилю Адашеву, что я умер.
Глава 39
Следующие два дня я провел в военном госпитале.
Ничего страшного – легкое сотрясение и одно треснувшее ребро. Больше меня напрягали фиолетовые синяки как на лице, так и на теле… Паршиво, конечно, но терпимо. Прямо Пирс Броснан из «Джеймса Бонда. Умри, но не сейчас», когда ему наваляли корейцы… Только это и успокаивало, что я почти как Он, спасаю мир от плохих парней. Ага, только в нашей русской реальности не надо забывать одно правило, что инициатива «имеет» инициатора в разных извращенных позах. Поэтому тут главное вовремя свалить…, и не злоупотреблять терпением вышестоящего руководства.
Все это время я не выходил на видеосвязь с Алисой, а перекидывался с ней общими фразами, ну и куда ж без ванильной ванили…
А мои коллеги ни на минуту не оставляли меня в покое. То опросы, то допросы, и каждый высокопоставленный член, считает своим долгом прийти посмотреть на меня, посочувствовать, пожать руку, выразить благодарность и сказать: «Держись». Какие все лицемеры. Я просто уверен, что большая часть приходящих, в тайне рады, что их не зацепило, и хотят запомнить меня, чтобы не дай Бог, не пересечься…
Пришел мой начальник Колосов Петр Игнатьевич и с торжественной миной объявил, что мне присвоено внеочередное звание «Генерал-майор».
– Что думаешь делать после выписки?
– Собираюсь решать проблему демографического кризиса в нашей стране. – Колосов смотрит на меня в два глаза, а сообразить не может. Такое чувство, что я высказал сейчас теорию развития жизни на Марсе и собираюсь лететь туда с миссией. – Женился я, Петр Игнатьевич, поэтому следующий шаг – рождение детей.
– А…, поздравляю. А по поводу службы, что думаешь?
– Собирался идти на пенсию, если честно.
– А ты не спеши…, подумай. Тут главный, – и он тычет пальцем в небо. «Господи, неужели ты на моей стороне?» подумалось мне, – по национальной безопасности, – понял, Господи, ты все таки вне зоны доступа сети, – предлагает тебе должность начальника отдела стратегического планирования, – при этом Петр Игнатьевич делает такое забавное выражение лица, что я понимаю, что такую должность просто так не предлагают абы кому…
– И я, априори, должен согласиться?
– Ну, я бы так не сказал, но советовал бы согласиться. А то обидится.
Логика железная. Не хочешь – заставим. Это по-нашему…
– Хорошо, я подумаю.
Тут зашел Сергей с Русланом, поздоровались с Колосовым, который засобирался, ссылаясь на неотложные дела.
– Ну как ты – боец? – спрашивает Сергей.
– Нормально, что со мной станется. Это если б пулю в лоб мне пустили, тут да, без вариантов, а так – жить буду.
– Та да… Когда Саныч схватился за пистолет, я немного трухнул даже. Думаю, а вдруг снайпер не успеет? Что потом говорить молодой вдове? Что вокруг было человек сорок подготовленных бойцов, а все сидели и смотрели триллер на экране и заказывали пиццу, забыв, что это реальность?
–Хм.., – на это я только хмыкнул, – Да, не готов я пока прощаться с жизнью… Тем более в звании повысили и должность мне предлагают новую…
– Какую?
– Начальник отдела стратегического планирования при Управлении национальной безопасности, – смотрю на лица Сергея и Руслана и не пойму, они рады за меня или нет?
– Круто, отмирает Руслан. Ты теперь будешь на уровне ВИП-господ… Теперь такой холоп как я должен будет, увидев тебя падать на колени, ползти и желать здравия тебе и твоим родственникам.
– Ну что, поздравляю, – говорит Сергей, – должность хорошая, не такая напряженная, как сейчас, да и Руслан прав, уровень другой. Ну ты парень не глупый, потянешь…
– Я вообще еще не согласился…
– Дурак что ли, – возмущается Руслан, – беги за начальником и кричи: «ДА!».
– Ага, бегу так, что аж ребро поломанное хрустит… Выйду с больничного, дам ответ.
– Тут ты прав. Спешить не надо, – говорит Сергей, – набивай себе цену, только недолго, тут главное не передавить.
Тут заходит в палату врач.
– Ну что, Глеб Константинович, в принципе ничего страшного у вас нет, если хотите, мы можем отпустить вас домой.
И тут я вспоминаю про дом… А что там в моей квартире творится после осмотра ребятами Саныча? Наверное, в моих глазах что-то отражается, потому что Руслан хлопает по плечу и говорит:
– Не парься. Я попросил Маринку, она вызвала клининг, они убрались, ну и она, чисто с точки зрения дизайнера, немного у вас там похозяйничала, ты ж не против?
– Честно? Я просто неописуемо рад тому, что вы появились в моей жизни.
– Мы тоже, – говорит Сергей.
Раз в квартире порядок, то конечно, я изъявил желание поехать домой.
Руслан с Сергеем высадили меня возле дома.
– Пойдем выпьем?
– Давай потом, когда твоя жена вернется, решим ее проблему с дядей, ты поправишься, обмоем твою новую должность, может Сонька родит, вот тогда и нажремся с радости по всем поводам сразу? – предлагает Сергей.
– Давай, – честно, я и сам был не настроен пить, но… так положено.
Поднимаюсь в квартиру. Да, Марина постаралась на славу, блин, я забыл спросить сколько это стоит, надо отдать деньги. Набираю Руслана.
– Что, не понравился ремонт? – сразу вопрос в лоб.
– Понравился, только сколько денег и куда скинуть?
– Не парься? Вся мебель досталась ей бесплатно, там какой-то олигарх оплатил. Ему оттенок не понравился, заказал себе новую, ну а эту, сказал Маринке пристроить куда-нибудь…
– Прикольно… И я хочу быть олигархом.
– Ну вот на новую должность пойдешь – будешь, – и ржет как конь.
– Ладно, давай. И передай, спасибо, Марине.
Только устроился на новом диване, звонок от Алисы.
– Привет, Глеб. Как дела?
– Нормально, а что? – Я понимаю по ее интонации, что что-то не так.
– Ты ничего не хочешь мне рассказать?
– Например? – прямо иду по минному полю. Шаг и все, кранты.
– Ну, например, как ты умер два дня назад… – Молчу, а что сказать? – Милый, какого хера, я узнаю, что ты умер не от тебя, а от Мадины! – Ой, по-моему, она разозлилась… Раньше, по крайней мере при мне, она не выражалась.
– Просто не хотел тебя беспокоить.
– Ты нормальный. Беспокоить он не хотел. А то, что мне позвонила в Гонконг Мадина и ехидно сообщила, что мой любовничек уже как третий день, того, тю-тю… И что мой удел старый хрен Карим, а она, видите ли, выходит замуж за молодого и богатого. А я как рыбка стою посредине улицы и только открываю и закрываю рот… Благо сначала подумала, что я с тобой разговаривала пару часов назад, а потом уже начала паниковать…
– Ну ты же у меня умница…
– Вот только не надо включать подхалимаж… Быстро все рассказывай, я должна быть в курсе, чтобы в следующий раз правдоподобно рыдать.
Ну я и рассказал, вкратце, без кровавых подробностей.
– Глебушка, миленький, включи-ка, пожалуйста, камеру…
– Зачем?
– Просто хочу тебя увидеть… Быстро. – Ох, Алиса и командирша, точно генеральская жена. – Я хочу оценить масштаб…
Делать нечего. Включаю камеру и направляю на себя, но только в комнате темно и свет падает только от включенного телевизора. Вижу, как смешно Алиса морщит нос и пытается рассмотреть то, что скрывает темнота.
– Ты издеваешься, свет включи.
– Ладно. Сейчас включу, только ты сильно не переживай, выглядит все гораздо хуже, чем есть на самом деле. Просто, сама подумай, отпустил бы меня врач домой, если бы я был при смерти…
– Свет! – рычит Алиса.
Включаю свет. Минутная тишина, а потом фраза, которая заставила меня свернуться пополам и хохотать, не обращая внимание на трещину в ребре:
– Ебануться стельки гнуться…
