Текст книги "Кислотой под кожу (СИ)"
Автор книги: Галина Джулай
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 27 страниц)
70 глава Ирина
Ирина
– Что происходит? – Лимон появился в моем кабинете совершенно не вовремя. – Майя, в машину, – приказал этой шлюшке и ключи отдал.
– Ты затащил ее в постель! – не сдерживая эмоций, выплескивая всю боль, крикнула я.
– Не понимаю твою претензию, – совершенно невозмутимо ответил Лимон.
Его глаза наполнились холодом и решимостью. Передо мной стоял мой хозяин.
– Прости... – сглотнув, пробормотала я.
– Ползи.
Спускаясь с кресла, становлюсь на четвереньки и ползу к нему. Останавливаюсь у самых ног, сажусь на пятки. Жду. Минута, две... Сердце сходит с ума, белье промокло. Да, я испорчена... Я испорчена им, для него, мне не стыдно.
Захват моих волос на затылке болезненный, но терпимый. Он никогда не переходил грань, всегда знал, как можно, сколько можно... Тянет за волосы, заставляет посмотреть на него. Склоняется над моим лицом, заглядывает в глаза, словно душу рассмотреть хочет.
– Скажи мне, Ира, – тихо и спокойно, и от этого холодного спокойствия только страшнее. – Я предупреждал? Я говорил её не трогать?
– Я не трогала... никогда её не трогала... – говорить с задранной вверх головой не очень удобно.
– А что она делала здесь? Зачем вызвала?
Прикрываю глаза. Соврать не получится... Но что ответить? Захват волос становится сильнее, он требует ответа.
– Прости, господин. Я... Я приревновала... Я... Я не собиралась её обижать...
– А что собиралась?
– Поговорить...
– О чем же? Мне каждое слово из тебя вытягивать?
– Я хотела... – мне казалось, в этот момент я подписываю себе смертный приговор, но соврать под его пристальным взглядом было нереально. – Хотела попросить её уйти... – и совсем тихо добавила. – От тебя...
Он рассмеялся и отпустив мои волосы оттолкнул. Потеряв равновесие, чуть не упала.
– Мартынова, – вздыхает Лимон и садится на диван. – Я хорошо к тебе отношусь по старой памяти... Но не стоит думать, что не лишу тебя всего, если ты попробуешь лишить меня моего...
– Что значит твоего?
– Мы подписали контракт. Майя моя. Понимаешь?
Кажется, кто-то перекрыл мне кислород, а ещё сдавил ребра, так тяжело стало сделать вдох.
– С ней? – мои глаза наполнились слезами... – А как... как же я?
– Ир, а причём тут ты? Разве хоть раз я обещал тебе хоть что-нибудь? – а вздохнув добавил. – Мой тебе совет – позвони Яру. Он спрашивал о тебе.
– Нет, я не хочу другого... – снова поползла к его ногам. – Ваня... – осеклась, увидев его взгляд. – Господин, не бросай меня... Пожалуйста. Я сделаю все, что ты скажешь. Прошу, ты нужен мне. Я с ума схожу без тебя. Пожалуйста, мне нужна сессия.
– Сходи в клуб.
– Нет, – схватилась за его штанину. – Нет, пожалуйста. Мне нужна сессия.
Мои руки стали дрожать, а скоро все тело била мелкая дрожь. Взгляд мужчины потеплел. Он нагнулся ко мне и провел рукой по щеке.
– Ираааа, – протянул он. – Если ещё раз ты хоть слово скажешь Майе... Я выкину тебя на улицу... Не забывай, кому принадлежит этот салон...
– Мне, – тихо ответила.
В этом я абсолютно уверена, по всем документам я хозяйка. Здесь все сделано мной. Ухмылка, что кривит красивые губы, пугает.
– Дура, это здание принадлежит мне, а ты всего лишь арендатор.
– Но я не плачу аренду, – не хочу верить в его слова. Салон – это моё детище. Это все, что у меня есть.
– Не платишь, – подтверждает он. – Но можешь начать. А ещё и долг вернуть за все годы...
– Что ты такое говоришь?
– Нужно внимательно читать то, что подписываешь. Это моё здание, – его лицо искажается злобой. – И я вышвырну тебя в любую минуту, если ты хоть как-то её обидишь.
Он встаёт на ноги и как надоедливого щенка отталкивает меня, встряхнув ногой, за которую я цеплялась.
– Не бросай меня... Мне плохо, помоги мне... – ниже падать некуда и о гордости я давно забыла... Я готова его умолять и ползти за ним.
Он присаживается на корточки рядом. Убирает прядь волос за ухо.
– Ира... – он качает головой, а потом говорит. – Я попрошу Яра к тебе заехать. Он поможет. Слышишь?
– Это наказание? Ты опять меня хочешь наказать?
– Я хочу помочь.
– Тогда приедь ко мне сам, – умаляю его.
Но он непреклонен. Он уходит. А я не могу сдержать слез. Закрыв кабинет, я рыдаю, не в силах остановиться. А когда немного прихожу в себя, достаю документы на салон. И обессилено падаю в кресло. Все права на салон у меня, но здание действительно принадлежит не мне...
– Сука! – со злостью швыряю карандашницу в стену. – И откуда ты только взялась, дрянь! Ненавижу тебя! Ненавижу!
Домой я добралась позже обычного. Уже в подъезде меня застал звонок от бывшего мужа. Сбросила. Не хочу ни с кем говорить. Долго стояла под обжигающим душем. Но это не помогало облегчить то, что творилось внутри. Казалось, все внутренности, все кости выкручивало понимание, что я ему не нужна. Что с какой-то девкой он заключил контракт... А меня выбросил из своей жизни.
– Ненавижу эту суку! – шипела я.
Я не сразу расслышала звонок в дверь. Но кто-то был слишком настойчив. Набросив халат на мокрое тело, я пошла открывать дверь.
– Привет, – улыбнулся Ярослав.
– Что ты тут делаешь?
– Лимон сказал...
– Нет! – перебила его. – Мне не нужно... Ничего не нужно, – ярость бежала по венам. Я хотела захлопнуть дверь, но мужчина подставил ногу.
– Ногу убери, – зашипела я.
В своём состоянии я и не заметила, в какой момент из привлекательного улыбающегося мне мужчины мой гость превратился в доминанта. В какой-то момент он просто схватил меня за горло, и заталкивая в квартиру, прижал к стене.
– Заблуждаешься, здесь командую я, – прохрипел мне в лицо.
– Я не согласна... – сделала попытку освободиться...
– Поздно, я уже здесь.
Ловким движением он развязывает пояс халата и тот падает к ногам.
– Хороша сучка, – произносит он и жадно, словно облизывает, осматривает моё нагое тело.
– Отпусти... – тщетно цепляюсь за его запястье. Мужчина дарит мне ухмылку. Его рука с горла переползает на плечо и он с силой давит, заставляя встать на колени.
– Вот так ты должна меня приветствовать.
– Ты мне не хозяин.
– Ошибаешься...
– Я знаю правила, – возражаю я. – Я тоже должна быть согласна.
– Я добьюсь твоего согласия, не переживай, – с самодовольной улыбкой произносит наглец.
– Нет... Я...
Его палец ложится на мои губы, заставляя замолчать. Смотрю в его глаза и понимаю, что моей воли для сопротивления не хватит. Сильная энергетика и жёсткий взгляд мужчины подавлял её, словно прессом раздавливал. Палец скользнул между губ, и я чувствую солоноватый вкус его кожи.
– Я могу быть очень хорошим, – вкрадчиво начал говорить мужчина, двигаясь пальцем у меня во рту и не отводя от моих губ взгляда. – Очень хорошим... Но не стоит меня злить... – он посмотрел в глаза. – Твои желания и границы мы обсудим позже... – его палец исчез. – Раздень меня, – прозвучал приказ. И в мои коленки уперлась нога в дорогом ботинке.
Мои пальцы подрагивали, когда я снимала с мужчины обувь, потом приподнявшись, расстёгивала ремень и стягивала брюки. На серой ткани боксеров уже виднелось мокрое пятно от смазки. Его член был в полной боевой готовности, и я почувствовала, как во рту скапливается слюна, а низ живота скручивает спазм возбуждения.
– Ну же, – прохрипел Ярослав. – Порадуй меня. Я помню, как хорошо в твоём ротике, – добавил он.
Отбросив последние сомнения, я стянула с мужчины белье. И обхватив его достоинство пальцами, направила себе в рот.
Утром проснулась с тянущей болью во всем теле. Поморщилась от неприятных ощущений. Вчера я отключилась и не слышала, как ушёл Ярослав. Откинула одеяло, кожу на животе и груди стягивала засохшая сперма. Скривилась и поспешила в душ.
– Не прощу тебя, мелкая дрянь. Никогда не прощу.
71 глава Майя
Майя
Лимон никогда не отчитывался передо мной. Мог предупредить «сегодня я поздно» или «сегодня заберу с работы». А так, я никогда не знала, когда его ждать.
Вот и сегодня, уже начало двенадцатого, а его все нет. Я не знаю, чего боюсь больше в такие моменты: что он с другой, или что ему грозит опасность. Буквально на днях я забрасывала стирку и мне пришлось застирывать пятна крови с его толстовки. Кровь была не его, ведь на нем не было повреждений. Думать откуда – не хотелось. И я трусливо отгоняла от себя эти мысли. В конце концов я знала, кто он...
Ещё меня огорчало, что вне спальни наши отношения и близко не были похожи на отношения. Я тихо завидовала Маше, у которой роман с Русланом только набирал обороты. Эти двое были как сиамские близнецы. Если они не работали, то все время проводили вместе, и по секрету Маша сказала, что он хочет познакомиться с её родителями. Похоже, у ребят все более, чем серьёзно. Машка светится от счастья, но с Русланом все равно постоянно пререкается. Вертит им, как заблагорассудится. Он, конечно, не очень поддается, но часто уступает. На Маше то и дело появляются новые украшения. И она очень переживает, когда он уезжает по делам с Лимоном.
Так и не дождавшись Лимона, я пошла спать. А утром проснулась по будильнику. Обернулась, он крепко спал, обняв подушку на своей половине кровати. На спине в районе лопатки был наклеен пластырь. Такой же, как тогда на плече, когда он был ранен. Прикусила ребро ладошки, сдерживая тяжёлый вздох.
Тихо, чтобы не разбудить мужчину, собралась и пошла на работу.
Первая клиентка была с самого утра, а потом почти два часа до следующей. В перерыве я сидела в нашей комнате, когда туда зашёл Паша. Он, словно не замечая меня, стал собирать из шкафчика свои вещи.
– Что-то случилось?
– Я ухожу, – не отвлекаясь ответил он.
– Как? Почему?
– Не хочу здесь больше работать, – зло выплюнул парень.
– Мартынова достала?
На имени хозяйки салона его кулаки сжались, всего на мгновение показывая его истинные эмоции.
– Хочешь совет? – поворачивается ко мне и смотрит в глаза. – Вали ты от этого Лимона, – его имя он словно выплевывает, столько ненависти и неприязни в его голосе.
– Спасибо за заботу... – понуро ответила я и отвела взгляд.
Паша подошёл ближе и присел на корточки. Взял в руку мои пальцы.
– Майя, – совсем другим голосом и с какой-то тоской начал он. – Ты замечательная, очень милая, наивная и... – он вздохнул. – Тебе будет больно рядом с ним. Он не стоит такой, как ты... Мне кажется, он... Как бы выразиться... Ты словно цветок, маленький и нежный, а он грязь... Нет, скорее кирзовый сапог, который растопчет и не заметит... – он усмехается своим словам. – Прости...
– Зачем ты это говоришь? – осипшим голосом спрашиваю я, покрываясь внутри холодной коркой льда.
– Ты мне нравишься... Ты словно сестрёнка, о которой хочется заботиться, понимаешь... И будь я действительно твоим братом, я бы и близко не разрешил ему к тебе подойти...
– Ты его не знаешь...
– И не очень хочу. Он живёт с тобой, а трахает Мартынову. И если честно, то я не понимаю, что вы в нем нашли? У него член золотой? – подскакивает он.
– Тебе что, Мартынова нравится? – осеняет меня.
Паша бросает быстрый встревоженный взгляд и тут же возвращается к своим вещам.
– Какая теперь разница... – он забрасывает на плечо рюкзак. – Будь счастлива, Майя. Прощай.
Когда я вышла за парнем, на то, как он уходит, смотрели все. Его здесь любили и его уход стал потрясением для всех.
– Вот же сука, – прошипела Наташа. – Он не пропадёт, его клиентки пойдут за ним. Но салон прибыль потеряет однозначно. Такого мастера упустила.
Мне было жаль прощаться с парнем, но больше меня беспокоили его слова. Неужели Лимон действительно встречается с Мартыновой?
Зерно, посеянное Пашей, пустило корешки. Я стала присматриваться к Ирине Александровне. То, что она ходила счастливой и удовлетворенной, не заметил бы только слепой. Ещё я стала замечать, что её цветущий вид очень часто совпадал с задержками Лимона.
Предъявить ему что-то я не могла. Он держал обещание, а точнее, соблюдал условия контракта. Секс с ним по-прежнему был упоительным. Он обеспечивал меня всем необходимым. Покупал мне вещи, у меня уже целый ящик красивого дорогого белья. Он никогда не спрашивал, что мне нужно, просто подмечал и покупал, а иногда просто так, потому что хотел меня видеть именно в этом платье и этом белье. Да, у меня теперь есть несколько красивых сексуальных платьев. Правда, носила я их только в спальне.
Мне не на что было жаловаться. С того момента, как я переехала к Лимону, я полностью живу за его счёт. Он не обижает, не унижает, не поднимает руку. И кажется, живи и радуйся. Всё есть... Но глупое сердце болит от тоски... Ему, как и раньше, хочется любви... Но на душе, впрочем, как и на улице, весна наступать не желала. Середина марта, а температура не поднимается выше пяти градусов тепла. Ещё и снег выпал.
Я зашла в туалет. Справив нужду, уже хотела выйти из кабинки, но услышала, как кто-то зашёл. Раздался звонок телефона, и я стала свидетелем разговора, который бы не хотела слышать.
– Да, господин, – проворковала Мартынова. – Но я на работе... Конечно, господин... Хорошо, я скоро буду...
Зашумела вода, наверное, она мыла руки. Но даже выключив воду, она не спешила уйти.
– Ты долго ещё собираешься там сидеть? – понять, что обращается она ко мне, было несложно.
Несколько секунд я решалась, выходить или нет. И всё-таки вышла, какой смысл прятаться.
– Вы что-то хотели, Ирина Александровна? – старалась звучать ровно.
– Да нет, – она ехидно улыбается и жмёт плечами. – Может, кофе выпьем? – вдруг предлагает она. – Да ладно, – машет рукой, заметив моё удивление. – Мы спим с одним мужчиной, неужели не найдём, о чем поговорить? – сглотнула. Внутри все так заболело, что хотелось обхватить себя руками. – Ой, – она прикрыла рот ладошкой. – Сейчас не получится. Я же ехать должна. Давай завтра? – она улыбнулась, и не знай я её, поверила бы в искренность. – Ну, что ты... Признаю, сначала я очень ревновала, особенно когда узнала, что вы заключили контракт. Но если у него хватает сил на нас двоих... К чему эти эмоции? Я ведь права? Думаю, нам действительно нужно подружиться. Возможно, господин захочет увидеть нас в одной постели.
От её слов пробежался холод по позвоночнику. А горло словно тисками сдавило. Мне очень не хотелось ей верить, но почему-то она казалась весьма убедительной.
– Ладно, я побежала. Думаю, этот разговор можно продолжить в следующий раз.
Стоило двери за Мартыновой закрыться, как я почувствовала, что ноги меня не держат. Я схватилась за столешницу с умывальником. В ушах шумело, а в висках бил пульс.
Достала из кармана телефон и, наверное, в первый раз набрала номер, который стоял на быстром наборе.
– Да, Пчёлка, – принял вызов Лимон.
– Я... я освободилась, ты заберешь?
– Нет. Звони малому. Я пока занят. Сегодня, наверное, опять буду поздно.
– Хорошо, – и я сбросила вызов.
– Майя, все нормально? – спросила Маша, когда я нашла в себе силы выйти в зал. Я только кивнула.
– Маша, – вдруг во мне загорелась надежда. – А Руслан, он сегодня где?
– Ну, вообще скоро должен за мной заехать. У мамы завтра День рождения. Мы едем туда. Я так волнуюсь, а вдруг он родителям не понравится?
– Он понравится, – успокоила подругу. – Ты вон какая счастливая с ним. А что ещё родителям нужно?
– Да, наверное. Май, а у тебя точно все нормально?
– Все нормально, – на автомате повторила я.
Несмотря на холод и расстояние, домой в тот день я шла пешком. Женя ругался, потом всю дорогу ехал за мной. Но мне было необходимо побыть одной и не в квартире Лимона, который в это время вполне возможно проводит сессию с Мартыновой.
72 глава Лимон
Лимон
Без малого полтора месяца Пчёлка живёт у меня. И что интересно – желание быть с ней не становится меньше. Мои мысли то и дело возвращаются к этой девушке. Я часто приношу ей что-нибудь в подарок. Придирчиво выбираю каждую вещь или вкусняшку. Мне нравится наблюдать, как она открывает подарки и сколько искреннего восторга в ее глазах. Каждый раз стараюсь решить все вопросы в будни, чтобы выходные провести с ней.
Иногда мне становится страшно от той власти, что эта девчонка имеет надо мной. В такие дни я допоздна сижу у Змея, который только усмехается, глядя на меня.
Мне приятно знать, что она спит в моей постели, даже если меня там нет. Я знаю, что ждёт меня, и это отзывается где-то внутри, радует. А еще мне мало... Не знаю, как объяснить, но мне мало её... И теперь я уже уверен, что это гребаная зависимость, наваждение, и мне от них не избавиться.
Небольшие трудности заставили последнюю неделю приходить домой чуть ли не под утро. Гордеев ввязался в дело, которое могло обойти нас стороной. Но нет, теперь мы в этом дерьме. Бросить его я не могу, поэтому решаем проблему как всегда вместе.
– Настя, иди отдыхать, – говорит он женщине, что спустилась в гостиную, но она с мольбой уставилась на меня.
– Есть новости?
– Будут, Анастасия Павловна, – она прикрывает рот ладошкой, сдерживая всхлип.
– Настя, – строго говорит Гордеев, – Я обещал, что все будет хорошо. Иди отдыхай.
Женщина лишь кивает, и развернувшись, уходит. Её плечи поникли. От той красивой, всегда улыбающейся Анастасии сейчас почти ничего не осталось. Вот уже неделю она варится в собственном аду под названием «неизвестность».
– Как она? – уточняю, когда женщина уходит.
– Уверен, ты знаешь... – тихо отвечает Гордеев. Его голос пронизан болью и сочувствием.
– Мы справимся, – говорю Змею.
– Мы обязаны это сделать. Ваня, если мне придётся выйти за пределы моей территории, я это сделаю... – твёрдо заявляет он.
– Я буду рядом.
– На твоём месте я бы подумал. У тебя есть твоя девочка, – я уже перестал отнекиваться. Она ведь действительно МОЯ.
– Они все тоже чьи-то... – со злостью выплевываю я. – Их ждут дома... Их кто-то любит...
– Да, Ваня, – грустно улыбается он – Завтра с Усачевым встречаемся. Боюсь, без их помощи не обойтись.
– Да, я помню.
Усачев – майор, и один из немногих, с кем Гордеев разговаривает на равных, потому что уважает этого мужика.
Когда я приехал домой, Пчёлка уже спала. Приняв душ, лёг рядом. Она во сне повернулась и прижалась к моему плечу, смешно причмокнув губками. Уже третий день не могу уделить ей внимания.
Мы ехали за город, где встреча майора полиции и криминального авторитета останется скрытой от посторонних глаз, когда мне позвонила Пчёлка. Я удивился, увидев её номер. Не помню, чтобы она хоть раз сама звонила. Принимаю вызов, надеясь, что ничего не случилось. К счастью, это всего лишь вопрос, заберу ли я её. Объясняю, что не получится. Предупреждаю, что снова задержусь.
– Волнуется? – спрашивает Змей.
– Надеюсь, скучает, – отвечаю с улыбкой. Как дебил улыбаюсь, когда думаю о ней.
– Приятно видеть тебя таким, – говорит Гордеев.
– Каким? – хмыкаю я.
– Ожившим… Счастливым… Влюблённым... – я на это только фыркаю.
– Это совсем не похоже на любовь... С Адель...
– Вань, прекрати сопротивляться, – перебивает он. – С Адель вы были детьми, и ту юношескую любовь нельзя сравнивать с этой. Ты уже не мальчишка... Ты видел смерть так близко, что мог за руку с ней поздороваться. Да и твои предпочтения в сексуальном плане тоже изменили тебя. Но вот скажи, – он поворачивает голову в мою сторону. – Если сейчас у тебя её забрать, ты сможешь остаться спокойным? Ну ведь если чувств нет, то её заменить будет легко. Я прав?
Сжимаю кулаки от одной только мысли, что её не будет рядом. Нет, такой расклад меня точно не устраивает.
– Вот об этом я и говорю, – словно прочитав мои мысли, Змей накрывает своей ладонью мой кулак. – Признайся себе, тебе станет легче. Всё, Саня, тормози, – обращается он к водителю. – Пока жди здесь, – это уже мне.
Гордеев выходит из машины и идёт к другой машине, что стоит в нескольких метрах от нас.
– Нам сидеть? – уточняет парень из личной охраны Змея.
– Пока да.
Через какое-то время Гордеев возвращается. И мы едем в загородную усадьбу, где забронировали домик. Здесь мы можем быть уверены, что мы в безопасности. Все, что будет оговариваться в этом месте, не выйдет за его пределы.
Уже несколько часов мы обсуждаем детали дела, и кто что возьмёт на себя. План продумывался до мелочей, корректировался ни один раз. Продумывались и нестандартные варианты развития, а также ходы отступления. У нас только один шанс.
Мой телефон отвлекает от всего этого.
– Извините, – я принимаю вызов и выхожу из комнаты. – Да, малой.
– Короче, я не знаю, что за херня. Но твоя Пчёлка...
– Для тебя она Майя, – строго отрезаю я.
– Хорошо, Майя. Она не хочет садиться в машину и идёт домой пешком... И... Бля, я не знаю... По-моему, она плачет...
– Твою... Хорошо, спасибо. Ты рядом?
– Да, ползу по дороге.
– Из виду не упускай. Как будет дома, отзвонись. Я надеюсь, скоро буду.
– Лады.
Ещё около двух часов уходит на переговоры, а потом мы наконец-то возвращаемся в город. От Гордеева не укрылось моё нервное состояние, но он тактично не стал расспрашивать.
На кухне все еще горел свет, а это значит, что Пчёлка не спит. Быстро поднимаюсь в квартиру. Нахожу её в комнате, что когда-то была её. Она сидит на диване, прижав к себе коленки. Стоит мне зайти, как она отворачивается, пряча заплаканные глаза.
– Что происходит?
– Ничего не происходит, – тихо отвечает она, даже не глядя в мою сторону.
– Майя, посмотри на меня и скажи, в чем дело, – приказываю я, но она молчит. Подхожу и поднимаю ее лицо за подбородок. – Что происходит?
– Поверь, ты не хочешь этого знать...
– И все же? – молчит, а потом как-то устало:
– Я тебя люблю... – глядя в глаза, признается она.
Этого я действительно знать не хотел. Догадывался, конечно... Но одно дело догадываться, а другое – услышать признание. Сабы часто влюблялись в своих доминантов, это не секрет. Но нужно ли это мне? Я ведь даже прописал в контракте "не влюбляться". И по-хорошему ее бы стоило прямо сейчас вышвырнуть на улицу за нарушение договора. Но все, что я смог сделать, это выйти из комнаты, оставив девушку одну.
Мне нужно было подумать. Я зашёл на кухню, включил вытяжку и прикурил. Потёр большим пальцем переносицу. Прав Гордеев, не смогу отпустить... Даже в мыслях не могу... И что теперь? Любит... А если Змей прав? Если я тоже... Если это не просто желание обладать, если это больше и глубже? Докурив, достаю стакан и бутылку вискаря, выпиваю почти залпом, обжигая горло.
Любит. Непроизвольно губы растягивает улыбка. Любит – значит не уйдёт. Значит будет рядом. Значит и контракт можно будет не продлевать, потому что она любит и уходить не захочет.
Возвращаюсь к девушке. В этот раз она поднимает на меня зареванные глаза.
– Мне собираться? – её голос хрипит.
– Куда?
– Я ведь нарушила договор...
– Я не отпускаю... – строго, и потом гораздо мягче. – Пошли спать, я жутко устал.
И это правда, последние дни сплю от силы пять часов. Быстрее бы все закончилось. Майя какое-то время смотрит в упор, словно хочет что-то разглядеть. А когда я протягиваю руку, она вкладывает свою ладошку в мою и позволяет себя увести. Сил действительно нет, и я, уткнувшись в макушку Пчёлки, отключаюсь почти мгновенно.
