Текст книги "Кислотой под кожу (СИ)"
Автор книги: Галина Джулай
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)
58 глава Майя
Майя
– Вы знаете что-нибудь о нем? – задаю самый главный для меня вопрос.
Мартынова только удивлённо на меня посмотрела и хмыкнула.
– Пожалуйста, скажите, с ним все в порядке?
– Майя, скажи, ты действительно считаешь, что Лимон – тот человек, который будет отчитываться в своих действиях? Ты знаешь что-нибудь о нем? Чем он занимается?
– Не знаю, – отвернувшись, бормочу я. – Ну, в смысле, что он связан с криминалом, я знаю, но чем конкретно занимается – нет.
– Ну, чем конкретно он занимается, мало кто знает, – она вздыхает и откидывается в кресле. Какое-то время рассматривает меня молча. – Знаешь, ты нравишься мне как мастер. И уволить я тебя не могу, даже если сильно захочу. Но давай честно, – она кладёт локти на стол и слегка наклоняется ко мне. – Он вернётся, рано или поздно. Всегда возвращается. Иногда с новыми шрамами, – на этих слова внутри все сжимается. – И Майя, – она сделала паузу, – Он вернётся ко мне. И глядя на тебя сейчас, я понимаю, как трудно тебе будет это принять.
Не знаю, но мне казалось в этот момент, что мне принять будет легко, главное, чтобы вернулся. Я промолчала. А что мне ей сказать? Нет, он вернётся ко мне!?
– Значит так, – не дождавшись комментариев с моей стороны, снова заговорила Мартынова. – С завтрашнего дня у тебя отпуск. Неделя. Ты отсыпаешься, отъедаешься и приходишь похожей на человека.
– Нет, пожалуйста. Я дома с ума сойду. Не нужно отпуска.
– Значит, приводишь себя в порядок за выходные, – повышает она голос. – И нечего клиентов пугать. – А потом более спокойно добавляет. – Как женщина, я тебя понимаю, поверь. И даже немного сочувствую, именно потому что знаю, что ты сейчас чувствуешь. Я даже могу пообещать, что если что-то узнаю о Лимоне, то сообщу тебе. Но ты же понимаешь, что нам не стать подружками? Делить его сложно, понимать, что тот, кого ты любишь, периодически спит с другими – тяжело. Но про гордость мне вспоминать уже поздно. А вот ты... Ты можешь найти себе другого.
Не хочу все это слушать и вникать в её слова. Поднимаюсь.
– Я могу идти?
– Да. И напоминаю, в понедельник приходить только в нормальном виде или лучше сиди дома. Поняла? – я кивнула. А у дверей остановилась.
– А вы знаете про девушку, которую он любил? – Ирина Александровна была единственным человеком, который, если что-то знает, сможет мне ответить. Она же его ещё со школы знает.
Мартынова так посмотрела, что я успела пожалеть о своей смелости. Я уже решила, что она не ответит, слишком долгой была пауза.
– Знаю.
– Когда это было?
– Давно, – она задумалась. – Ему тогда шестнадцать было, – ей не нравилась эта тема, она стала делать вид, что ищет что-то среди бумаг.
– А вы её видели? – мне очень хотелось знать, как она выглядела.
– Видела. Мало того, я их и познакомила. Хочешь поговорить о прошлом? Или узнать, каким Лимон был в детстве? – она начинала злиться. – Что тебе ещё рассказать?!
– Извините.
Я покинула кабинет и пошла домой. Маша ещё осталась на работе, а потом собиралась на свидание. Познакомилась с каким-то парнем прямо в магазине и сегодня они пойдут в кино. А меня ждал очередной вечер в обнимку с медведем.
Чего я ждала от разговора с Ириной? Глупо было надеяться, что она что скажет. То, как она вела себя последнее время, говорило о том, что Лимон её не навещал. Но мне нужна была хоть какая нибудь информация...
Я правда заставила себя поесть. И даже спать легла в начале десятого. Мне нельзя остаться без работы. Поэтому нужно хотя-бы выспаться, чтобы не пугать людей, как говорит Мартынова.
Не так давно я скачала себе приложение с музыкой для сна. Там можно было самой подбирать звуки и настраивать таймер, чтобы телефон не играл, когда ты уже заснешь. Помогало не очень, но ненавязчивая мелодия фортепиано на фоне лёгкого дождя и ветра в листьях немного отвлекали от тяжёлых мыслей, и в течение часа я все-таки засыпала.
Новое утро. Яркое солнце светит в окно. Глаза открывать не хочется, и я прячусь под одеяло. Первая мысль – я проспала на работу. Прислушалась, тихо. Маша уже ушла? Потом вспоминаю, что сегодня суббота и мне никуда не надо. Потягиваюсь и наконец просыпаюсь.
За окном птицы поют, а я в своей квартире. Оглядываясь по сторонам. Ничего не понимаю. Слышу, как щелкает замок входной двери и иду посмотреть, кто пришёл. Губы растягивает улыбка, потому что там стоит Лимон. Налетаю на него и крепко обнимаю, шепчу, как скучала, волновалась. А он в ответ обнимает и даже слегка от пола отрывает. И мне так хорошо, я так счастлива. Пока не вижу наше отражение в зеркале. Там в серебристой поверхности старого зеркала меня обнимает Лёша.
Нет. Нет, я не хочу. Пытаюсь вывернуться из его рук. Но он держит крепко. Мне удаётся развернуться или он даёт мне такую возможность, а потом перехватывает поперек живота и заносит в комнату. Там он бросает меня на кровать. Но убежать мне не удаётся. В следующую секунду я уже распята на кровати. Руки и ноги пристегнуты широкими ремнями. Дёргаю руками в надежде вырваться, но ничего не выходит. Сердце от страха бухает за грудиной. За окном почему-то теперь очень темно. Но ведь ещё недавно светило солнце? Лёши уже нет. Я одна. Но от этого не легче. Я слышу смех. Верчу головой. Пока не натыкаюсь на парочку, что стоит в стороне. Они целуются, девушка периодически хихикает.
– Эй, помогите, – кричу им. Они поворачиваются так, что мне становится их видно. Глаза тут же наполняются слезами. Это Лимон и Ирина. Она подмигивает мне и снова впивается в его губы.
Не могу сдержать слез и ору, закрыв глаза, но тут же получаю по лицу. А когда глаза открываю, надо мной нависает Лёша.
– Никому ты кроме меня не нужна, – говорит он с улыбкой. Но эта улыбка не сулит ничего хорошего. – Ты мне принадлежала и моей будешь.
– Нет, нет. Тебя нет. Ты умер, – шепчу я.
– Я здесь, – улыбается он и больно тычет мне пальцем в голову. – Всегда был и всегда буду. – И здесь, – он целится пальцем в грудь, туда, где сходит с ума сердце, но не может дотронуться.
С каждой новой попыткой ткнуть меня, он все больше злится, но между мной и его пальцем словно невидимая стена.
– Ты моя шлюха, – зло шипит он.
А потом сжимает рукой лицо надавливая на щеки, а когда рот приоткрывается, начинает меня целовать. Я плачу, стараюсь отвернуться, но он держит крепко.
Что-то разбивается, и я открываю глаза.
Сон. Просто страшный сон. Пижамная майка прилипает к телу. Меня всю трясёт, сердце колотится, а по щекам текут слёзы. Но я все равно улыбаюсь, потому что это просто сон. Лёши нет, и Лимон не с Мартыновой.
Всхлипываю и слышу Машкин голос.
– Майя, прости, разбудила? Не хотела, ключи упали. Ты что плачешь? – она проходит в комнату и присаживается рядом. От неё пахнет морозом и сигаретным дымом. – Майя, ты чего?
– Сон плохой приснился, – вытираю слезы. – Как погуляла?
– А пошли чаю выпьем, я расскажу. Настроение такое, спать совсем не хочется.
Мне тоже пока не хотелось, и я с удовольствием пошла на кухню. Где Маша поставила чайник и стала заваривать нам чай, а ещё достала пирог с вишней и конфеты. Она рассказывала, каким приятным оказался этот Антон, кажется так звали ее нового знакомого. Он работал охранником в ювелирном магазине, где они и познакомились, когда она решила прикупить себе в подарок от родителей новые сережки.
Машкино весёлое щебетание отвлекло от кошмара, а когда мы уже решили пойти спать, она предложила лечь с ней, и я согласилась. Мы проспали почти до обеда, и так как в эти выходные Маша тоже не работала, она задалась целью меня развлекать. Так что суббота прошла за поеданием вкусностей и просмотром фильмов.
В воскресенье она вытянула меня прогуляться, просто чтобы подышать воздухом, заставила съесть целую шаурму. А потом ещё и пирожное. А когда мы подошли к подъезду, моё сердце, кажется, забыло, как нужно работать. У подъезда стоял чёрный джип, его я не спутаю ни с какой другой машиной. Он не вышел, просто открыл изнутри пассажирскую дверь.
– Иди уже, – подтолкнула меня Маша.
59 глава Лимон
Лимон
– Куда сейчас? – спросил Руслан, когда мы вышли из подъезда.
– Давай сначала домой. А машина где? – осмотрел стоянку возле дома.
– Так я отогнал, сразу ещё...
Бык вопросов не задавал, видел, что мне успокоиться нужно. А ведь, черт, когда он кивнул в знак того, что наши все целы, я был даже счастлив.
Когда его вчера вызвали, я не мог найти себе место. На дело пойдут самые приближенные, те, кому доверяем безоговорочно, по-другому никак. Всю ночь не мог уснуть. Пока была возможность ещё звонил... но потом и этого не было. И я места себе не находил. Хотел быть там, помочь, защитить... Это ведь мои люди. И в данный момент они впряглись за меня. И то, что я в это время отсиживаюсь здесь, меня не устраивало.
Сообщение от Змея пришло около семи утра. Короткое "возвращаемся". Но я выдохнул. Знаю, подробности спрашивать сейчас нет смысла. Придётся подождать. Но я наконец смог заснуть.
А потом эти посиделки... Бык с Машей заигрывал, у него всегда это легко получалось. И каждый раз серьезно. Только в этот раз ему бойкая девочка досталась. Не знаю, специально его дразнит или нет, но его это только еще больше заводит. На Майю смотрел, как она с медведем обнимается. Девчонка совсем. Такая трогательная и милая. Не мог не улыбаться. На душе было так хорошо, давно не испытывал такого. Очень давно. Рождество – чудеса... не иначе.
А теперь всего аж колотит. И больше всего я злюсь на себя. Ну, какого меня так взбесили эти ножницы!? Нет, надо быть честным. Они-то как раз не причём. Мудак, что их принёс, вот он причина моего бешенства. Она моя! На**я делать подарки той, что теперь принадлежит мне?! Одно радует – Пчёлка послушная девочка и ножницы эти вернет, я уверен. И больше принимать от него ничего не будет. Отправлю Айса, пусть отвезёт ей карту. Обеспечить её для меня не проблема, пусть хоть десять себе таких ножниц купит.
Проблема в другом. И вот этот момент меня тоже злил. Какого меня так херачит? Чего завёлся с пол-оборота? Ревность? Нет! Чувство собственности, это ближе к истине.
– Змей в ресторане ждать будет, – отвлек меня Бык.
– Хорошо.
Я и не заметил, что мы уже приехали. Я поспешил домой. Бык увязался следом.
– Рус, я сам доберусь, можешь ехать отдыхать.
– Я в машине дремал на обратном пути, так что нормально все. И давай пока я побуду твоим водилой.
Только глаза закатываю. Я что, блин, инвалид? Словно поняв, что я хочу сказать, Бык добавляет.
– Вань, не психуй. Даже неделя не прошла.
– Ладно, – сдаюсь я.
В квартире не задерживаюсь, только переодеваюсь. Да, рука болит и ребра ноют, но все это терпимо. Когда Бык хотел помочь с ботинками, я так глянул, что тот только руки вверх поднял и отошёл.
– Тебе покой вообще-то нужен, – бубнил он. – Нужно было хоть на неделю у девчонок тебя оставить. Там бы и кормили, и обхаживали...
– Ага, и повод к Маше приезжать у тебя был бы.
– Да нахрена мне повод? Я и так приеду, просто потому, что хочу – и лыбится как идиот. – Вкусная девочка...
– Попробовать успел?
– Ага, – и снова лыбится, – А она мне по морде дала, – Рус засмеялся.
– Ты придурок.
– Да пошёл ты!
– Ладно, погнали.
Я снова сел к Быку в машину, и он повёз меня в ресторан. На встречу нам вышла Анастасия, главный администратор. Випку Змея она лично обслуживала.
– Здравствуйте. Вячеслав Борисович уже вас ждёт.
– Спасибо, – улыбнулся женщине и пошёл к Змею.
Бык заходить не стал, остался в машине.
Да уж, весёлые праздники в этом году. На Новый год мы планировали ехать в загородный клуб. Что-то вроде ежегодной сходки, где собирается наша элита. Много вопросов можно решить за эти пару дней. И главное – мирным путем. Но мне в этот раз пришлось остаться дома.
Как раз накануне отъезда мы узнали, что все те мелкие неприятности – дело рук одного человека, а точнее, убедились в этом окончательно. И теперь планировали решение нашей проблемы. Как оказалось, это была приманка. Крючок, который я заглотил. Смешно, но я повёлся.
И тот придурок, что грозился пустить меня на сок, уже кормит червей. Проблема только в том, что мы не выяснили, кто меня заказал. А ведь он был рядом и стрелял в меня, ну или кто-то за него это сделал. Змей сказал сидеть тихо, не геройствовать.
– Ты мне нужен живым! – твёрдо отрезал он. – Я разберусь, сынок.
И сейчас я шёл узнать подробности.
– Рад видеть, – Гордеев встал, когда я зашёл в небольшую комнату, где он любил обедать. Он подошёл и слегка приобнял, похлопав по плечу. – Парни, свободны, – отправил своих людей за дверь, и мы остались одни.
– Кто?
– Отобедай со мной.
– Спасибо, но я не голоден.
– Как чувствуешь себя?
– Хорошо чувствую, – начал раздражаться, – Кто это был? – повторил вопрос.
– В этом и проблема. Мы не знаем. Корж, тот, кого убрал Бык, был не один. Второго мы вычислили, дали ему это понять и позволили сбежать. Он привёл нас в N. Проблема в том, что всех, кого мы взяли, шестёрки. Пушечное мясо.
– Кто держит город? Разве не Графа территория?
– Его. Но он не при делах. Это не его люди.
– Тогда почему они там? Хотели нас стравить?
– Как вариант. Но первой целью был ты. Меня хотели ослабить, убрав тебя. И я так думаю, это не конец.
– Кто знает детали?
– Все – никто. Ты же знаешь, у меня с доверием плохо. Поэтому будем думать вдвоём.
– Значит, они снова попробуют?
– Уверен. Поэтому пока ты будешь жить у меня. Твоя задача – как можно скорее восстановиться. И думать, Ваня, думать.
– Какие варианты?
– Об этом мы поговорим дома.
– Кто второй?
– Ты удивишься, – хмыкнул Змей. – Белых.
– Белый? – удивишься – ничего не значит, мать его. Я охренел. – Я ведь его к себе взять хотел.
– Да. И он очень старался, чтобы к тебе попасть. Видимо, поэтому не особо обрадовался, когда отдавали ему людей Толика.
– Где он?
– В доме счастья, конечно, – хмыкнул Змей. – Они все там. Так что тебе представится возможность побеседовать с каждым.
А дальше была неделя передышки и мозгового штурма. Мы проверяли, искали, обрабатывали каждую версию, даже нелепую.
Когда я понял, что сил хватит, а ублюдки в подвале извелись от неизвестности, пришло время пообщаться. До последнего не хотелось верить, что Белый крыса. Я ведь реально хотел его приблизить. Гордеев тогда не позволил. А его чутью я доверял всегда. Вот и в этот раз он оказался прав.
И все закрутилось с такой скоростью, что я валился с ног к концу дня. Я смывал с себя всю грязь очередного дня, а перед сном память подбрасывала образ Пчелки, что сидит на подоконнике и обнимает медведя.
Казалось, этому не будет конца, но Белый не выдержал. Он заговорил. Информации действительно немного, как и говорил Змей – они мясо. Но и из тех крох, что он рассказал, нам удалось сложить этот гребаный пазл. Найти того, кто стоял за всем этим.
Переговоров не было. Была бойня. Эффект неожиданности сработал на все сто. Нас не ждали. Не в таком количестве, не в этом месте.
Нестер Николай Витальевич. В наших кругах давно, был одним из противников Лютого. После прихода к власти Змея ушёл на покой. Пожал Змею руку и сказал:
– Значит, пришло время начать новую жизнь. Я в этом дерьме слишком давно.
Змей отпустил. Его не было несколько лет. Он жил за границей, семью завёл. Но как оказалось, тихая жизнь его не устроила. А отомстить тому, кто лишил его всего, стало делом жизни. Не вышло. В этот раз он получил пулю в лоб лично от Гордеева.
Я спал почти сутки после того, как мы вернулись. Можно выдохнуть. Хоть какое-то время никто не решится поднять свою голову или усомниться в том, кто должен быть у власти.
Проснувшись, я принял душ и поехал к Пчелке. Не хотел больше ждать. Дома ни её, ни подружки не оказалось. Поэтому я вернулся в машину, но уезжать не спешил. Снова болели ребра, но в этот раз обошлось без переломов, сильный ушиб. В этот раз легко отделался, только бровь рассекли, два шва наложить пришлось. Ну и так, по мелочи. Я прикурил очередную сигарету, когда увидел, как во двор зашли Пчёлка и Маша.
Она узнала машину сразу, как увидела. Остановилась, замерла и смотрела во все глаза. Ей меня не видно, я знаю. Но она безошибочно смотрела на меня. Усмехнулся, перегнулся через пассажирское сиденье и открыл ей дверь.
Маша что-то сказала и подтолкнула Майю вперёд. Пчелка, словно очнувшись, сделала несколько робких шагов и забралась в салон.
– Ну, привет, – подмигнул ей, пока она смотрела на меня как на величайшее чудо.
60 глава Майя
Майя
– Ну, привет, – говорит Лимон, стоит мне забраться в машину, и подмигивает.
Улыбается и подмигивает мне... Живой. Улыбается. Все хорошо. В глазах начинает щипать. Быстро моргаю, чтобы прогнать слезы. С плеч словно огромный груз сняли и наконец-то позволили вздохнуть полной грудью. Живой.
Лимон завёл мотор и сосредоточился на дороге. А я словно только что пришла в себя и наконец-то ответила.
– Привет... – он кинул взгляд в мою сторону и усмехнулся.
– Ну что ты так на меня смотришь? – уточнил, когда мы стояли на светофоре.
А я и правда смотрела, глаз отвести не могла. Сидела, повернувшись к нему и положив голову на спинку кресла.
– Ты вернулся.
– А ты уже не ждала?
– Ждала.
– Скучала?
– Очень, – он опять хмыкнул и снова сосредоточился на дороге.
Мы приехали к Лимону. Поднялись в его квартиру. Пока он открывал дверь, моё сердце заходилось в диком ритме, от волнения вспотели ладошки. Сколько времени я здесь не была? Два месяца? Чуть больше? Кажется, это было в другой жизни.
– Раздевайся, чего застыла.
Сняла пуховик, повесила на вешалку, сняла ботинки. Снова стою, не знаю, что делать. И только глаз не свожу с хозяина квартиры.
– Что? – не выдерживает он моего внимания.
– Ты живой.
– А ты надеялась...
– Нет, – перебиваю его, не позволяю сказать глупость. – Я очень переживала и боялась, что ты не вернёшься, и что я больше тебя не увижу, – выпаливаю на одном дыхании и больше не могу сдержать слез, они ручейками бегут по щекам.
– Дурочка, – он хватает меня за шею и притягивает к себе.
Утыкаюсь носом в его грудь, обхватываю руками за талию и реву. Он не гладит по голове, не пытается успокоить словами, просто ждет. Эмоции сходят и я действительно успокаиваюсь, и когда он это чувствует, тут же отстраняется.
– Иди умойся и приходи в спальню, – даёт он распоряжения.
Делаю, как он велит. Руки дрожат, когда я набираю в них холодную воду. Нет, я не боюсь, я предвкушаю. От одной мысли, что через пару минут я окажусь в его власти, будоражит и будит бабочек в животе, возбуждение проходится тягучими спазмами по телу, концентрируясь в лоне.
Умываюсь, а потом ещё пару минут просто стою и смотрю на себя в зеркало. Щеки горят как в лихорадке и блестят глаза. Облизываю пересохшие губы и решаюсь выйти. Немного торможу перед дверью в спальню. Пульс сходит с ума, стучит в ушах, оглушая. Ещё шаг и я на его территории. Теперь я его саба, нижняя, рабыня... стану той, кем захочет.
Он стоит у комода, открыв один из шкафчиков, и что-то перебирает. На нем уже только штаны карго цвета хаки. Застываю на пороге, разглядывая его спину.
– Раздевайся, – бросает не оборачиваясь.
Спешу стянуть с себя свитер и водолазку. Затем снимаю тёплые легинсы и носки, остаюсь в белье. Мне немного стыдно, что моё белье уже мокрое, и я опускаю глаза, прикусив губу.
Он подходит ко мне, приподнимает лицо за подбородок и какое-то время молча смотрит в глаза.
– Главное правило помнишь? – киваю. – Скажи.
– Не трогать.
– Молодец. Справишься или связать? – сглатываю, принимая решение.
– Справлюсь, – он улыбается, доволен ответом.
– Покажешь, как скучала?
– Да.
Он берет за руку и проводит в центр комнаты. Заходит за спину, расстегивает бюстгальтер. Чуть касаясь, стягивает с плеч бретельки, и бюстгальтер падает на пол. Внутри все дрожит от напряжения и желания. Но он не спешит прикоснуться снова. А потом на мои глаза ложится повязка, мягкая плотная ткань не даёт возможности видеть даже блики света.
Чувствую, как его пальцы проходят вдоль позвоночника, заставляя кожу покрыться мурашками. Потом проходятся по кромке трусиков, влево, вправо. Запуская разряды электричества, заставляя пульс стучать так сильно, что, кажется, моё сердце просто не выдержит. Дыхание уже сбилось, воздуха не хватает и я снова облизываю пересохшие губы.
Лимон обходит меня и теперь он стоит передо мной. Его пальцы так же скользят по резинке трусиков, задевая её, проскальзывают под неё, но совсем чуть-чуть, буквально на сантиметр. Лоно уже пульсирует, и мне так хочется, чтобы он наконец-то дотронулся до меня.
– Пожалуйста, – не выдерживаю и прошу сама.
– О чем ты просишь?
Его дыхание касается шеи, он так близко, что я чувствую его тепло, втягиваю жадно аромат его тела.
– Дотронься до меня, там...
– Не терпится? – его пальцы скользят вниз, задевают чувствительную точку, погружаются во влажные складочки, вызывают стон облегчения. – Для меня течешь, – шепчет он и грубо вводит в меня пальцы. Но это не обижает, а дарит какое-то дикое удовольствие. Несколько толчков, а потом он выходит. Убирает руку и я всхлипываю от пустоты, а он усмехается.
– Просто чувствуй, – шепчет Лимон, опаляя дыханием кожу, а потом закрывает мне уши. Вставляет в них что-то плотное, погружает меня в тишину.
Сердце, кажется, не выдержит этой скачки. Разве человек может выдержать такой темп? Лишив меня зрения и слуха, Лимон до предела обострил мою тактильную чувствительность.
Все, что происходило дальше, было словно не со мной. Я не смогу описать все, что я чувствовала, и сколько времени это длилось... Он то исчезал, заставляя меня изнемогать от желания, чтобы он снова прикоснулся, то ласкал, заставляя плавиться от его прикосновений. Кажется, я даже кричала, не в силах выносить эту сладкую пытку.
В какой-то момент он подхватил меня на руки и отнёс на кровать. К тому времени я уже перестала соображать. Моё тело мне больше не принадлежало. Оно целиком и полностью принадлежало мужчине. Оно нашло своего хозяина и подчинялось его воле.
Я не уверена, но, кажется, перед тем, как отключиться, я слышала тихое: "Спи, Пчёлка". И все, больше ничего не помню.
Утро. Самое чудесное утро в моей жизни. Открывать глаза совершенно не хотелось, как и шевелиться в принципе. Я прислушалась к мирному дыханию Лимона за моей спиной и улыбнулась от переполнявшего меня счастья. Стараясь не разбудить мужчину, я повернулась на другой бок и открыла глаза. Они быстро привыкли к темноте. Видимо, ещё совсем рано, раз так темно.
Лимон спал на животе, обнимая подушку. Скольжу глазами по его расслабленным губам, ровному носу, римским цифрам на скуле, трепещущим ресницам, рассеченной брови. Он приехал ко мне, а не к Ирине. Моя улыбка стала шире. Плевать, пусть это продлится недолго, но если я буду чувствовать себя так... я согласна.
– Пчёлка, я чувствую твой взгляд, – пробормотал сонно Лимон.
– Прости, я не хотела...
– Чего? Смотреть на меня? – он так и не открыл глаза.
– Разбудить...
– Тебе сегодня ко скольки?
– К одиннадцати.
– Тогда спи, – он повернулся на другой бок и буквально сразу же снова заснул.
Через какое-то время я тоже погрузилась в сон. А проснулась от того, что мои руки сковали над головой крепкой хваткой. А вторая рука мужчины, уже блуждала по телу пробуждая желание.
– Лимон, – выдохнула я, просыпаясь окончательно.
– Доброе утро, Пчёлка, – сказал хриплым то ли от сна, то ли от возбуждения голосом, и вошёл сразу на всю длину.
Секс был быстрым, но не менее приятным. Потом был душ, принимали его по отдельности, сначала я, потом Лимон. Пока он мылся, я приготовила нам завтрак. И все не могла перестать улыбаться. А ещё удивляться той лёгкости, что осталась у меня. У меня словно крылья за спиной раскрылись.
– Тебя сейчас малой отвезёт домой, чтобы ты успела собраться на работу, – объявил Лимон, когда мы сели завтракать. – Вечером, – он посмотрел на часы, что-то обдумывая, – К девяти приеду за тобой.
Я только кивнула, предвкушая новую встречу.
