Текст книги "Звезда Берсеркера (Клуб Любителей Фантастики — « L»)"

Автор книги: Фред Саберхаген

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 49 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]

ЗНАК ВОЛКА

Борьба за власть между людьми продолжалась и продолжалась, даже в самых удаленных уголках вселенной; повсюду, где для этого имелись хоть малейшие поводы и условия. По крайней мере, на одной из планет борьба за право руководить остальными уже давно переросла в гражданскую войну. И вскоре война, эпидемии и полная изоляция разрушили на этой планете последние остатки цивилизации и истории.

Разум одичавших людей погрузился во мрак варварства, в пучину неосознанного, непостигнутого. Я наблюдал за ними с горечью, не в силах помочь. И когда однажды на них напал кровавый волк, прошедший сквозь века и космические толщи, люди оказались столь же беспомощными, как те овечки, которых они разводили.

* * *

Между двумя сторожевыми кострами вдруг возник темный силуэт, высотой в рост человека. Двигался он беззвучно, словно во сне. Дункан, верный привычке, держал под наблюдением подветренную сторону. Это требовало от него напряжения всех сил – к концу дня он сильно устал, к тому же беспокойные мысли, столь характерные для шестнадцатилетнего юноши, не давали ему покоя.

Подняв копье, Дункан издал пронзительный крик, стараясь отогнать невидимого волка. Какое-то мгновенье волчьи глаза, горящие в темноте, словно раскаленные угли, смотрели прямо на него. Затем волк повернулся, глухо прорычал и нырнул во тьму, куда уже не доставал свет от костров.

Дункан позволил себе расслабиться и облегченно вздохнул. Волк наверняка загрыз бы его, если бы решился принять брошенный ему вызов. Что было бы сейчас с ним, если бы не спасительный свет костров, отпугнувший хищника.

Сбившиеся в кучу испуганные животные не сводили с него поблескивающих в темноте глаз и время от времени жалобно блеяли.

Позабыв о сне и обуревавших его сомнениях и предчувствиях, Дункан принялся обходить стадо. Ему не раз приходилось слышать легенды о жизни древних землян. Во многих из них упоминались особые животные – их называли собаками, – помогавшие людям охранять овец. Если такие животные и вправду существовали, то, покинув Землю, люди поступили весьма легкомысленно.

Впрочем, пустые рассуждения в этой ситуации были совершенно неуместны. Дункан решил, что сейчас ему самое время помолиться. В последние дни волк непременно появлялся почти каждую ночь и всякий раз задирал овцу.

Дункан поднял глаза к ночному небу.

– Пошлите мне знамение, небесные боги, – пробормотал он заученную фразу.

Но небеса молчали. Только светлячки на обращенной к рассвету части неба следовали по своим неведомым тропинкам, исчезая на полпути, так и не добравшись до границы восточной половины. Картина звездного неба молчаливо свидетельствовала о том, что три четверти ночи уже позади. Согласно легендам, где-то среди них была и далекая Земля, однако молодое поколение священников придерживалось той точки зрения, что подобный факт можно понимать как чисто символический.

Несмотря на близость волка, Дункан снова оказался во власти тяжелых дум. Уже два года он прилежно молился в надежде получить небесный мистический знак, тот знак, которым Всевышний отмечает будущую жизнь каждого юноши. Дункан не раз слышал, как другие юноши шептались о том, что они сами сочиняли себе подобные знаки, не дожидаясь, пока столкнутся с ними в реальной жизни. Вполне допустимая вещь для пастухов и даже охотников. Но разве может человек, которому не явилось настоящее видение, претендовать на что-то большее, чем быть простым пастухом? Такому место только среди овец. Разве такой человек может взяться за изучение предметов, некогда привезенных с далекой Земли? Дункан испытывал непреодолимое влечение к учебе, к величию, к чему-то неосознанному…

Он снова поднял глаза к небу и ахнул, увидев прямо над головой вдруг явившийся ему знак. Блестящая яркая точка промелькнула по небу и, словно маленькое светлое облачко, застыла среди звезд. До боли сжав древко копья, юноша замер, забыв об овцах. Облачко медленно померкло и исчезло.

Корабль-берсеркер совсем недавно вынырнул из межзвездного пространства, направляясь к планете Дункана. Его привело сюда любопытство; еще издали берсеркер заметил в этих краях крупное светило, напоминавшее ему Солнце. Такое солнце и планета радом с ним указывали на возможность присутствия жизни, но, помня о том, что многие планеты были надежно защищены, машина изогнула свою траекторию и медленно приближалась по плавной осторожной кривой.

В околопланетном пространстве берсеркер не заметил никаких боевых кораблей, но его телескопы засекли блестящие точки оборонных спутников, то появляющихся, то исчезающих в тени планеты. Чтобы собрать о них дополнительную информацию, компьютеры берсеркера запустили разведывательную ракету.

Ракета облетела вокруг планеты, а затем устремилась к ней, проверяя надежность защитной сети. Снизившись над той стороной планеты, над которой царила ночь, ракета внезапно превратилась в маленькое блестящее облачко.

Спутники показались берсеркеру препятствием весьма незначительным. Подойдя поближе, он мог просто проглотить их. Все, чем они могли помешать ему, – это остановить направленные к планете баллистические ракеты. Берсеркер опасался другого – какие-нибудь неизвестные ему устройства могли находиться под поверхностью планеты. Именно это и удерживало машину от немедленной уничтожающей атаки.

Компьютеры берсеркера нашли довольно странным тот факт, что планета, защищенная столь обстоятельно, не имела ни малейших признаков крупных городов. На ночной стороне планеты машина не обнаружила характерных городских огней, да и эфир был абсолютно мертв.

С осторожностью совершенного смертоносного механизма берсеркер приближался к планете, нацелившись в ту зону, где до него прошла разведывательная ракета.

Утром Дункан пересчитал овец и, не досчитавшись одной и нахмурившись, проверил себя еще раз. Убедившись в том, что ошибки нет, он принялся искать и скоро нашел задранного ягненка. Итак, волк и на сей раз не ушел голодным. За последние десять дней стадо потеряло уже четырех овец.

Дункан утешался мыслями о том, что теперь, когда знамение наконец явилось ему, жизнь будет наполнена великими делами, а по сравнению с этим жалкий барашек ничего не значит. Но убедить себя в этом ему так и не удалось: мертвый барашек тоже имел для него значение, и не потому, что его хозяин будет недоволен.

Стоя понурившись рядом с остатками бедного животного, Дункан заметил священника в коричневой рясе, верхом на осле поднимавшегося на покрытый травой холм. Ехал он со стороны Храмового поселка и очевидно собирался помолиться в пещере у подножия горы, возвышавшейся у входа в долину.

Не имея возможности покинуть стадо, Дункан отчаянно замахал ему руками. Заметив его, священник изменил маршрут.

– Благослови тебя Земля, – коротко приветствовал он юношу, приблизившись к нему.

Святой отец, казалось, был рад возможности спешиться и немного размяться. Потирая спину, он улыбнулся, заметив нерешительность Дункана, и продолжал:

– Тебе не по себе от одиночества, сын мой?

– Да, святой отец. Но позвал я вас не поэтому. Прошедшей ночью мне было знамение. Я ждал его два долгих года, и вот оно явилось мне.

– В самом деле? Хорошая новость. – Взгляд священника прошелся по склону горы и остановился на солнце. Могло показаться, что он прикидывает, сколько времени можно потратить на этот разговор. В голосе его, однако, нетерпение не улавливалось.

– Если хочешь, можешь рассказать мне об этом, – обратился он к юноше.

Услышав, что знамение Дункана – ни что иное, как ночная вспышка, святой отец нахмурился.

– Этот знак видели многие, сын мой. Старейшины более десятка поселков собрались сегодня утром в Храмовой деревне. И каждый из них увидел в этом знамении что-то свое. Я направляюсь в пещеру, собираюсь помолиться и поразмышлять о его истинном значении.

Святой отец снова водрузил свое тучное тело на осла и, взглянув на Дункана, решил задержаться еще немного:

– И все же ты оказался среди избранных… Мне, к примеру, его увидеть не довелось. Не расстраивайся из-за того, что знамение не было предназначено исключительно тебе. Храни веру, и твой знак найдет тебя.

Священник уехал. Дункан в расстроенных чувствах пошагал обратно к стаду. И как только ему в голову могло придти, что вспышка, за которой наблюдала половина мира, возникла специально ради какого-то пастуха? Итак, знак появился и исчез. Остался только волк.

После полудня вдали Дункан заметил еще одну фигуру. Кто-то шел через долину со стороны поселка Колин, направляясь прямо к стаду. Юноша поправил пояс на шерстяной тунике, поправил шевелюру и извлек запутавшиеся в ней травинки. Он даже пощупал подбородок, думая о том, когда же, наконец, начнет пробиваться борода.

Фигура находилась еще довольно далеко, около полумили от него, но Дункан уже не сомневался, что это Колин. Он постарался придать себе спокойный и деловитый вид, пытаясь создать у девушки впечатление, что заметил ее только, тогда, когда она уже взобралась на вершину холма, совсем недалеко от него.

Ветер играл каштановыми волосами девушки, трепал ее платье.

– Привет, Колин.

– Здравствуй, Дункан-пастух. Отец послал меня узнать насчет своих овец.

Встревоженным взглядом юноша еще раз пробежал по стаду, всматриваясь в каждую овцу по отдельности. Слава богам!

– Овцы твоего отца целы и невредимы.

Колин подошла ближе.

– Вот тебе немного печенья. А как остальные?

Какая же она была красивая. Но простому пастуху нечего мечтать о столь знатной девушке.

– Прошлой ночью волк опять задрал одну, – развел руками Дункан. – Я слежу как могу, жгу костры. У меня есть копье и дубинка. Как только он появляется, я сразу же прогоняю его. Но потом он все-таки умудряется незаметно зайти с другой стороны и утаскивает овцу.

– Нужно прислать еще одного мужчину тебе на помощь, – сказала девушка. – Даже мальчик, и тот смог бы помочь. Одному пастуху тяжело справиться с таким крупным и хитрым волком.

Там никого ничего не интересует. Колин считает его равным взрослым мужчинам. Однако тяжелые мысли продолжали одолевать его.

– Ты видела вспышку в небе этой ночью? – спросил Дункан.

– Я – нет, но вся деревня только и говорит о ней. Я, конечно, расскажу им о волке, но боюсь, что в ближайшие два дня подмоги ты не дождешься. Сейчас кроме вспышки никого ничего не интересует. Все танцуют и думают только о знамении. – Колин удивленно подняла брови. – Смотри, что это там?

В полумиле от них священник что есть сил мчался от пещер вниз по долине в направлении Храмовой деревни, пытаясь заставить осла перейти на галоп.

– Никак повстречался с твоим волком, – предположила Колин.

– Нет, тогда бы он оглядывался. Скорее всего, ему в пещере знак был от земных богов.

Они еще долго болтали, сидя на траве. Дункан жевал принесенное девушкой печенье.

– Мне давно пора! – вскочив, вдруг вспомнила Колин.

Солнце уже садилось, но никто из них не заметил этого.

– Да, беги. Ночью на равнине можно столкнуться с волком.

Глядя девушке вслед, Дункан и сам ощущал себя волком красота Колин волновала молодую кровь. Вероятно она почувствовала это, так как, добравшись до вершины холма, обернулась и странно посмотрела на Дункана. Затем немного помедлив, девушка повернулась и побежала прочь.

Собирая по склону холма сухие ветки для ночного костра, Дункан на секунду выпрямился, чтобы посмотреть на закат.

– Небесные боги, помогите мне, – помолился он. – И вы, боги Земли, тоже. Волк же находится в вашей власти. Если вы не подаете мне знак, то помогите хотя бы избавиться от волка.

Дункан согнулся и приложил ухо к скале. Изо дня в день просил он богов о знамении, но еще ни разу…

И вдруг он услышал голос. Юноша затаил дыхание, вслушиваясь в идущие от скалы звуки. В это невозможно было поверить. Может быть, это звук водопада? Или поблизости бежит испуганное стадо? Но нет, сомнений не было. Голос, гулкий, повелевающий, доносился из глубины. Слова разобрать не удавалось, но принадлежали они несомненно только подземному богу.

Дункан поднялся со слезами на глазах. Овцы негромко блеяли, однако стадо занимало его сейчас очень мало. Несомненно, он получил знамение, и на этот раз оно ниспослано именно ему! А он еще сомневался, что получит его когда-нибудь.

Теперь самое важное – понять его смысл. Юноша снова прильнул к скале и принялся напряженно слушать. Голос, приглушенный и далекий, звучал не переставая, однако разобрать что-либо все не удавалось. Тогда он отбежал на несколько шагов и приложил ухо к другому камню, словно кость торчавшему из земли. Голос звучал здесь более отчетливо; время от времени даже можно было различить отдельные слова: «передать», «оборона» и что-то еще в том же духе. Правда, даже знакомые слова произносились с каким-то непривычным акцентом.

Дункан вдруг заметил, что вокруг уже темнеет, и поднялся, обуреваемый нерешительностью и страхом. Ответственность за овец с него никто не снимал. Надо было разжигать костры, иначе волк перегрызет половину стада. Но разве можно уйти сейчас, когда продолжает звучать этот таинственный голос. Дункан должен слышать его!

В густых сумерках мелькнул силуэт. Дункан схватил дубинку и… увидел, что пришла Колин.

Девушка была чем-то сильно напугана.

– Солнце закатилось, – прошептала она. – Я испугалась темноты и решила вернуться. Досюда оказалось ближе, чем до деревни, – вот я и вернулась.

Берсеркер приближался к ночной стороне планеты. Двигался он быстро, по-прежнему соблюдая максимальную осторожность. Машина уже просмотрела в своей электронной памяти сведения обо всех тысячах лет непрекращающихся войн со всевозможными формами жизни, и обнаружила данные, собранные на планете, весьма похожей на эту. На той планете берсеркеру, как и здесь, пришлось столкнуться с оборонными спутниками, но при этом он так и не обнаружил никаких признаков городов или радиосигналов. Люди, создававшие на той планете систему обороны, в какой-то момент по непонятной причине вступили в войну друг с другом. Ослабив собственные силы, они потеряли способность управлять созданной ими системой. Они не смогли даже восстановить информацию о том, на каких принципах основано их детище, и где расположены ключевые элементы.

И все же вполне возможно, что приближающаяся планета пытается заманить берсеркера в ловушку, заставить его войти в зону действия своей оборонительной системы; поэтому он и отправил вперед большую группу машин-разведчиков, которые должны были прорвать спутниковую связь, высадиться на поверхность и уничтожить все виды жизни. Подобными действиями они наверняка спровоцируют ответную реакцию. Если ее не последует, значит планета действительно беззащитна.

Костры ярко горели. Колин с копьем в руке следила за стадом. Волк волком, но Дункан решил всерьез заняться знамением. Он направился вверх по темному ночному склону, то и дело останавливаясь и прикладывая ухо к скальным выступам. И с каждым разом божий глас становился все громче.

Дункан понимал, что Колин наверняка специально все так устроила, чтобы остаться рядом с ним и помочь охранять стадо. И в глубине души был ей очень благодарен. Но сейчас все мысли занимал подземный голос.

Затаив дыхание, Дункан прислушался. Теперь он слышал голос, даже не наклоняясь к скале. Впереди, у подножия холма, виднелся каменной завал – зимой здесь сошла лавина. Возможно там есть пещера).

Подойдя к валунам, юноша обнаружил, что голос грохочет среди них.

– Атака продолжается. Жду приказа от человека. Прошу отдать приказ номер один. Говорит система планетарной обороны. Атака продолжается…

Отрывистые фразы продолжали вырываться из невидимого источника. Кое-что из услышанного было Дункану понятно. «Атака», «приказ», «человек»… «Прошу отдать приказ номер один» – эти слова наверняка означают просьбу загадать одно желание. Совсем как в легендах. Никогда больше он не будет смеяться над легендами, считая себя мудрее и выше их. Внезапно в голову его пришла мысль о том, что все, что с ним происходит, может быть подстроено деревенскими мальчишками. Но Дункан тут же отбросил свое подозрение. Трудно было представить, чтобы кто-то, забравшись в пещеру, мог вещать подобным голосом.

В пещеры разрешалось входить только священникам, но об этой пещере, по-видимому, не знали даже они. Эта пещера принадлежала Дункану, ведь знамение привело его к ней. Именно ему был дарован столь удивительный знак!

Испытывая скорее робость и смущение, чем страх, юноша проскользнул в щель между валунами и на ощупь двинулся вперед. Камни и земля под его ногами вскоре сменились ровной металлической поверхностью. Сделав еще несколько шагов, Дункан провалился в низкую пещеру со стенами из металла. Она в точности походила на те божественные пещеры, описание которых он не раз встречал в легендах, – длинная, гладкая, с круглыми стенами. Стены, правда, местами погнулись и провисли под грузом обрушившихся сверху камней. В тех местах, где стены изгибались, виднелось какое-то свечение, довольно сильное, исходящее словно от настороженных глаз неведомого гигантского животного. Благодаря ему можно было различить обстановку внутри пещеры.

Здесь голос уже казался сплошным криком. Дункан направился к тому месту, откуда исходил голос.

«Мы добрались до поверхности, – высланные вперед разведчики доложили берсеркеру по радио. Голоса их звучали бесстрастно, как и сами компьютерные символы, которыми они привыкли мыслить и изъясняться. – На этой планете разумная жизнь земного типа сосредоточена в деревнях. Мы уже уничтожили 839 жизнеединиц. Никаких признаков серьезного сопротивления и наличия оружия не обнаружено».

Берсеркер выждал еще немного, наблюдая за ростом числа уничтоженных жизней. Когда вероятность попасть в ловушку по оценке компьютеров упала до исчезающе малой величины, берсеркер вошел в окрестность планеты, сметая на своем пути оставшиеся оборонительные спутники.

– Здесь я, – произнес Дункан, падая на колени перед металлическим предметом, издающим громовой рев. Перед богообразом лежали плетеный коврик и яичная скорлупа. Когда-то священники приносили здесь жертвы, но затем, наверное, забыли об этом боге.

– Я здесь, – повторил юноша немного громче.

На сей раз, видимо, бог заметил его. Оглушающий рев стих.

– Ответ принят. Я – оборонный пункт 9 834, – произнес бог. – Сообщаю всем: пункт 9 834 принял на себя управление планетарной системой.

Ну как можно просить бога выражаться яснее?

После короткой паузы бог заговорил снова:

– Прошу отдать приказ номер один.

Эта фраза показалась Дункану вполне понятной, но он на всякий случай уточнил:

– Ты исполнишь одно мое желание?

– Я исполню ваши приказы. Аварийная ситуация. Сеть оборонных спутников уничтожена на девяносто процентов. Ответный удар со стороны планетарных средств обороны полностью запрограммирован. Требуется команда активации.

Дункан, все еще стоя на коленях, закрыл глаза. Бог выполнит его желание. Остальные слова Дункан понял, как предостережение о том, что желание следует выбирать очень тщательно и продуманно. Если он только пожелает, бог сделает его мудрейшим из вождей, храбрейшим и сильнейшим из воинов. Бог может даровать ему сто лет жизни или десяток юных и прекрасных жен.

Или Колин…

Где она? – вспомнил Дункан.

Там, в темноте, одна, а волк может бродить где-то рядом. Наверняка он прячется за границей светового круга, наблюдая за стадом и за девушкой. Может быть, как раз сейчас Колин кричит от страха, зовет на помощь…

Дункан почувствовал, как сжалось сердце. Волк победил его, разрушил магию этого великого момента, от которого зависела вся последующая жизнь. Дункан по-прежнему остается простым пастухом. Но если он мог заставить себя позабыть о стаде, то забывать Колин он не мог и не хотел…

– Уничтожь волка! Убей его! – выдавил из себя Дункан.

– Мне не понятен термин «волк».

– Убийца! Уничтожь убийцу! Вот мое единственное желание!

Дункан больше не мог выдержать присутствие бога. Он бросился вон из пещеры, на ходу оплакивая свою погибшую жизнь. Оказавшись наверху, он бросился искать Колин.

«Всем вернуться! – ревел электронный голос берсеркера. – Все назад! Ловушка!»

Услышав приказ, рассредоточившийся отряд машин-разведчиков оставил свою смертоносную работу и на предельной скорости устремился в небо, под Крыло своей гигантской металлической матери.

Слишком поздно. Слишком медленно.

Не успев достичь корабля, разведчики обратились в полосы раскаленного газа, испарились в брызгах, фейерверком рассыпавшихся по небу.

Берсеркер не стал дожидаться их. Он пытался уйти в глубокий космос, чувствуя, что ракеты системы обороны уже начали охоту за ним. Все свои электронные мозги, все схемы, до самой последней, он мобилизовал на решение одной задачи, на поиски ответа на мучивший его вопрос: по какой причине планета, чтобы заманить его в ловушку, пожертвовала таким большим количеством собственной жизни.

Вскоре берсеркер почувствовал впереди перед собой новую сеть силовых полей, преградившую ему путь к отступлению. Спасения не было.

Пламя охватило небо. Холмы сотрясались до самого основания. Верхушка горы, расположенной у входа в долину, исчезла, словно ее аккуратно срезали. Из самой горы уходил в бесконечность неба, насколько хватало глаз, гигантский столб, образованный почти невидимым изливающимся в небо веществом.

Дункан увидел Колин, приникшую к земле. Она что-то кричала, но глухой подземный гул топил все звуки. Овцы носились кругами, обезумев в свете небесного пламени. Где-то среди них промелькнул темный силуэт волка. Он тоже метался кругами. Напуганный громом и огнем, выглядел волк довольно жалко. Видимо и сам он в эту минуту позабыл о том, что совсем недавно наводил ужас на безмолвное стадо. Подобрав дубинку, Дункан, спотыкаясь, побежал к нему.

Он быстро нагнал волка, потому что двигался по направлению к нему, в то время, как обезумевший хищник метался кругами, не обращая на него никакого внимания. Волк повернулся к Дункану, отражение неба пробежало по его расширившимся зрачкам. Осознав нависшую над ним угрозу, он сжался, приготовившись к прыжку, но в этот момент юноша нанес ему сокрушительный удар.

Он победил это чудовище. Дункан ударил еще раз, потом еще и еще.

Внезапно в небе вспыхнуло бело-голубое солнце. Необыкновенное, летящее солнце, через какую-то минуту ставшее красным. Солнце распространилось по всему небу и обратилось в расплывчатое светящееся облако.

Земля успокоилась и все вокруг стало тихо.

Дункан брел куда-то, не разбирая дороги, пока не наткнулся на Колин. Девушка пыталась успокоить и собрать овец. Он помахал ей рукой и поспешил на помощь.

Волк был мертв. Чудесное знамение, о котором можно рассказывать сколько угодно, явилось Дункану. Боги сохранили ему жизнь.

Он бежал к Колин, И земля под его ногами казалась неподвижной и надежной, теперь уже навсегда.