Текст книги "С задержкой (ЛП)"

Автор книги: Франк Тилье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 23 страниц)

В долю секунды он набросился на нее. Элеонора пыталась вырваться, но он был гораздо сильнее ее. Он прижал ее щеку к стене, и она почувствовала укол в плечо. В следующий момент она потеряла сознание, едва расслышав последние слова, которые вырвались из уст ее нападавшего.

– Пришло время все закончить. Для всех нас.

72

Теплое дуновение на шее. Шум воды где-то рядом, словно нежный водопад. Элеонора на мгновение задумалась, не смерть ли это. Теплая, обволакивающая волна, в которой плыл разум, а тело просто парило. Она осторожно открыла глаза. Видение было мутным. Она различала только черную форму над собой. Ее спина, икры, затылок были мокрые. Пальцами она начала ощупывать скользкие стенки по бокам. Правая рука наткнулась на щель, из которой стекала струйка воды.

Она несколько раз моргнула, пока не прояснилось кошмарное зрелище: ее мать лежала на плексигласовой панели всего в пятидесяти сантиметрах от нее, лицом к ней. Ее губы были заклеены скотчем. Судя по ее положению и явной неспособности пошевелиться, ее ноги были скорее всего связаны, а руки, вероятно, завязаны за спиной. Элеонора повернула голову вправо, влево и поняла: она находилась на дне ванны. Ванна наполнялась водой и была закрыта сверху стеклом.

– Мама...

Ее мать задыхалась в кляпе, слезы текли по ее щекам, опухшим от ударов. Плотно прижав ладони к стеклу, психиатр с силой толкнула его, но ничего не сдвинулось с места, вероятно, из-за веса бетонных блоков, разложенных вокруг тела ее матери. В ограниченном пространстве она извивалась, пыталась схватить пробку, но тщетно. Она прилипла к эмали чем-то белым, твердым, как бетон. Когда она перестала метаться, Тения был там, присев на корточки, опираясь на один из шлакоблоков. Он возился с ножом.

– Пришлось импровизировать и соорудить кое-что. В конце концов, не ты убьешь свою мать, а она будет смотреть, как ты умираешь. А я пощажу ее. Она будет жить до конца своих дней с изображением твоего умирающего лица, запечатленного на сетчатке. А что касается меня...

Он положил большой кухонный нож на стекло. Элеонора наклонилась вбок и прижала ладони ко рту, из которого хлестала вода, прямо под плексигласом, но это было бесполезно: жидкость просачивалась между пальцами. Тения подтягивал рукава свитера. Увидев это, молодая женщина вдруг поняла, что, когда все закончится, он перережет себе вены.

– Почему? – воскликнула она. Артур Фруско, Натанаэль Машефер, я... Мы были невиновны. Мы не имели никакого отношения к твоим психопатическим бредням.

Он покачал головой.

– Вы были плодом тех, кто уничтожил меня, и я хотел уничтожить этот плод изнутри. Больница отняла у меня все. Я отнял у нее детей. В конце концов, не имело значения, были ли вы дочерьми или сыновьями тех, кто предал меня. Для меня это означало, что...

Его рука задрожала. Она, казалось, не слушалась его.

– В моем теле тоже живет проклятый паразит. Особенно тяжелая форма малярии, от которой я страдаю почти двадцать пять лет. Учитывая мою профессию, это просто нелепо, не находишь? В любом случае, пора покончить со всем этим.

Прыгнуть с корабля.

Он стиснул челюсти, глубоко вздохнул и взял нож. Время летело, вода уже заполнила больше половины ванны. Элеонора впала в панику. Она начала барахтаться и кричать. Брызги воды разбивались о плексиглас.

Глаза его матери были теперь выпучены от ужаса. Элеонора не хотела умирать. Не так. Не перед лицом той, кто дал ей жизнь.

– Не делай этого! – кричала она. – Прошу, не делай этого!

Она глотнула воды, подавилась, но продолжала биться изо всех сил. Однажды ее голова полностью исчезла под водой.

Когда она снова появилась, Томер Тения выпрямился, пристально глядя в зеркало, в котором отражалась часть коридора. В нем мелькнула фигура. Блеск пистолета. Одним движением Капитан наклонился за ванной и подставил лезвие ножа под горло Элен Урдель.

Николя Белланже встретил взгляд Тении в зеркале. Он вдохнул и ворвался в ванную, держа пистолет наперевес. На долю секунды непонятная сцена выбила его из колеи. Мать, связанная и лежащая на ванне, в которой была зажата Элеонора, испуганная и близка к утоплению.

– Все кончено, Тения.

Полицейский поправил прицел. В черных глазах своей цели он прочитал полную решимость. Мужчина был недосягаем, прижатый к Элен Урдель. Видно было только часть его лица.

– Брось оружие, или я перережу ей горло.

В ушах Николя зажужжало. Пот щипал глаза. Сердце слишком сильно билось в висках. Тело начало подкашиваться, а страх промахнуться парализовал его. Лезвие ножа еще глубже вонзилось в кожу Элен Урдель.

– На счет три я перережу ей горло... Раз... Два... Три...

Капитан не закончил отсчет. Его голова отлетела назад под силой удара пули и ударилась о кафельную стену. Темная дыра посреди лба открыла путь кровавой струе, которая застыла между бровями. Николя опустил дымящееся оружие, ошеломленный грохотом выстрела. Он почти ничего не слышал.

Отчаянные крики Элеоноры были заглушены пронзительным свистом, разрывающим барабанные перепонки.

Пошатываясь, он направился к ванне и рухнул на краны. Лицо психиатра было прижато к стеклу, ее рот с трудом вдыхал воздух. Он сразу же опрокинул бетонные блоки на пол, а затем осторожно поднял и опустил на пол Элен Урдель, которая все еще была привязана.

– Я сейчас займусь вами.

Как только он откинул плексиглас в сторону, Элеонора выпрямилась с криком облегчения и обхватила его шею руками, как спасательный круг.

Она прижалась к нему и заплакала.

Эпилог

В это последнее воскресенье февраля Булонский лес был полон жизни. Внезапное потепление побудило парижан выйти на улицу, чтобы насладиться солнцем и природой, так что вокруг слышался веселый гомон, смех и отдаленный лай собак. Эта энергия казалась источником счастья для всех.

Сидя на скамейке рядом с Люси, с стаканчиком горячего шоколада в руках, Николя наблюдал за Франком, который вел ожесточенную футбольную игру со своими сыновьями. Отец дриблировал, делал финты, бегал как черт, преследуемый Адриеном и Жюлем, которые не отставали от него ни на шаг.

У Шарко еще были силы, и его лейтенант с трудом мог представить, что человек его закалки когда-нибудь повесит перчатки на гвоздь. Он будет похож на старых акул, которые плавают до последнего вздоха и в конце концов тонут в своей стихии, бесповоротно притягиваемые дном.

Устроившись на шерстяном одеяле, Анджел играл с интерактивной книжкой-картинкой. Мгновение счастья в больном мире. Мире, в котором невидимые монстры пожирали друг друга. Всегда будут такие люди, как Томер Тения, черные существа, вырвавшиеся из разлома, который увеличивался по мере распада общества.

Они не только продолжали существовать, но и становились все более многочисленными, жестокими и изобретательными. Даже здесь, в этом зеленом уголке, тьма могла возникнуть, и именно эта возможность пугала полицейского больше всего. Возможность того, что...

Николя улыбнулся сыну. Именно с таким миром ему предстояло столкнуться. Печальное наследие, но он верил в способность человечества преодолеть свои травмы и найти решения, даже оказавшись в безвыходном положении.

Звонок велосипеда вырвал его из раздумий. Он вздохнул, прежде чем рассказать Люси о том, что не давало ему покоя с тех пор, как они вдвоем сели на скамейку.

– Вчера днем я был в психиатрическом центре в Шамбли. Я пробыл там больше двух часов с Элеонор...

Люси повернулась к нему, удивленная его откровенностью.

– Как она?

– Она уволилась из UMD и собирается продать свой дом, когда... когда станет лучше. А пока она поступила в клинику «Tilleuls. – Она предпочитает быть там, за ней ухаживает ее знакомый коллега, ей доверяют. Ее приняли до того, как кризис достиг своего пика.

Последние анализы и сканирования обнадеживают. Антипсихотики и другие лекарства с непроизносимыми названиями, похоже, положительно влияют на воспаление, гораздо быстрее и эффективнее, чем специалисты могли ожидать. Вероятно, они впервые сталкиваются с таким случаем, поэтому действуют по ситуации. Но, похоже, это работает.

Люси кивнула.

– Я очень рада.

Прошло около месяца с тех пор, как умер Томер Тения, но поиски всех детей, заразившихся на рождественской елке двадцать два года назад, продолжались. По иронии судьбы, они обнаружили, что родители Артура Фруско никогда не работали в больнице Поншайо. На самом деле они были частью персонала, присланного кейтеринговой компанией на рождественскую елку, и привели Артура, чтобы он тоже мог повеселиться...

Параллельно дело дошло до высших эшелонов власти. Пытались пролить свет на работу, проделанную в то время лабораторией паразитологии. Понять, что стало с проектом. И почему выводы, сделанные в этом контексте, не были доведены до сведения научного сообщества. Люси представляла, как можно было бы использовать такое секретное открытие, в частности в бактериологической войне, и не сомневалась, что в ближайшие недели это вызовет бурную реакцию в политических кругах. Однако все это теперь не было их делом. Они сделали свою работу.

– Когда она выйдет из больницы, ее мать будет рядом, чтобы помочь ей, – продолжил Николя. – Ну, когда ей станет лучше. Эта бедная женщина тоже пережила кошмар... После всего этого ей придется начинать жизнь заново.

Люси заметила явное замешательство своего коллеги и друга. Он поставил пустой стакан рядом с собой и нервно потирал ладони между ног.

– Ты хочешь мне что-то сказать? – спросила она.

– Я не могу перестать думать о ней, Люси. Что-то произошло, когда я обнял ее тем вечером в отеле, когда она поняла, что действительно больна. Я не могу это объяснить, но я чувствую себя хорошо, когда она рядом.

Напротив, Шарко отдыхал, тяжело дыша. Он повернул голову к жене и высунул язык в улыбке. Люси слегка кивнула ему.

– Что ты собираешься делать? – спросила она.

– Не знаю.

Люси нежно посмотрела на своего мужа в течение нескольких секунд.

– Он был точно такой же, как она, и я влюбилась в него. Такие вещи не поддаются контролю, когда они случаются с нами. Вместе мы преодолели все препятствия. И посмотри на него сегодня. Посмотри на нашу семью.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

– Так что не рассчитывай, что я скажу тебе сдаться.

Несколько слов от автора

Я мог написать эту книгу только при одном условии: понять, что на самом деле представляет собой отделение для тяжелых больных. Прикоснуться к его стенам, вдыхать его атмосферу, час за часом ощущать повседневную жизнь медицинского персонала и пациентов, столкнувшихся с психическими заболеваниями. Сам по себе понять, соответствуют ли реальности наши фантазии об этом месте, то, что нам показывают в сенсационных репортажах – место криков, наказаний и чистого насилия.

Попасть в отделение для особо опасных больных под предлогом написания детективного романа мне казалось невозможным: я был уверен, что при первой же попытке связаться со мной повесят трубку. Кто, в самом деле, захочет, чтобы писатель мешал в среде, где опасность, надо сказать, вполне реальна? Ведь речь идет о очень закрытых учреждениях, где содержатся люди, которые ничем не уступают персонажам книги. Не надеясь, что моя просьба будет удовлетворена, я много раз откладывал эту причудливую идею в дальний угол своего мозга и в конце концов даже забыл о ее существовании. До тех пор, пока не встретился на обеде в Лилле со старым другом, который оказался психиатром.

Мы редко видимся, и этот обед мы откладывали из месяца в месяц, поглощенные своей работой и поездками. В тот день я как бы между делом упомянул, что хотел бы побывать в UMD, чтобы посмотреть, смогу ли я сделать из этого историю. И вот он рассказывает мне, что очень хорошо знает начальника отделения психиатрии для взрослых в Рувре, в двухстах километрах от нас. Что он может рассказать ему обо мне, чтобы мы могли встретиться и я мог рассказать ему о своем проекте романа, у которого на тот момент не было даже начала.

Так началось приключение. После нескольких бесед мы договорились: я мог погрузиться в жизнь отделения, но в обмен на это я согласился проводить с пациентами несколько полудневных семинаров по писательскому мастерству.

Я был одновременно в восторге и в ужасном напряжении. Быть в контакте с шизофрениками, параноиками, биполярными людьми, которых не хотела принимать ни одна другая психиатрическая клиника, – разве это не опасно? Будут ли они слышать голоса, видеть галлюцинации, когда я буду рядом? И что я вообще могу им предложить в плане письма? Меня одолевали сомнения. С другой стороны, это был, вероятно, лучший способ понять, от чего страдают эти люди, что они переживают каждый день, как они думают, осознают ли они свою болезнь. И что их расстроенный разум способен создать с художественной точки зрения.

Итак, я отправился в путешествие, с сумкой, полной вопросов к персоналу и пациентам. Я открыл для себя особый мир психиатрии, столь отличный от привычных нам клише. И именно это я постарался как можно лучше передать в романе: свои ощущения и необыкновенную работу медицинского персонала, посвятившего себя душой и телом пациентам, которые были им доверены.

UMD Ulysse не существует, но она очень близка к реальности в своем функционировании, организации и внутренних правилах. Однако не забывайте, что моя книга – это художественное произведение, а не документальный фильм. Поэтому я иногда позволял себе усилить некоторые черты или довести сюжет до предела, особенно в том, что касается манипуляции сознанием. О капитан, мой капитан! Что касается неточностей или ошибок, которые могли проскользнуть туда и сюда, я, естественно, несу за них полную ответственность.

Во время моего погружения я никогда не знал, что эти мужчины и женщины сделали, чтобы попасть в эту структуру, но помимо ужасных вещей, которые, вероятно, совершили некоторые из них, я обнаружил людей, обладающих любопытством и эмоциями, как и все мы. Люди, у которых было одно общее: они страшно страдали от своего психического заболевания. Галлюцинации и психозы были вполне реальны и разрушительны. На вопрос «Какая у вас самая большая мечта? – большинство ответило: – Жить нормальной жизнью. – Уйти из тюрьмы психического заболевания. Вернуть ясность ума, которую, к сожалению, большинство методов лечения не всегда могут полностью восстановить...

Во время семинаров, которые я проводил, пациенты продемонстрировали исключительную креативность, которая удивила даже персонал психиатрической больницы. Некоторые тексты были очень трогательными, что еще раз доказало, что письмо, как и любое другое искусство, является мощным средством выражения, позволяющим облечь в слова страдания, которые невозможно выразить другими способами.

За все это, за все эти моменты общения, я хотел бы выразить свою благодарность людям, которые были так добры и терпеливы, чтобы просветить меня на протяжении всей этой работы. В первую очередь, я хотел бы поблагодарить профессора Гийена, который радушно принял меня в УМД в Рувре и с энтузиазмом ответил на мои порой очень странные вопросы автора триллеров (вопросы, которые в других обстоятельствах могли бы заставить его усомниться в моем психическом здоровье). Спасибо Анни Шаде, которая сделала возможными эти встречи, Мари Кларо-Ланглуа, которая сопровождала меня на семинарах и была моим гидом по коридорам UMD, доктору Бендибу, заведующему отделением, с которым я провел увлеченные беседы о психиатрии и писательстве. Спасибо Корантену Шампиньи, Майлис Жюльен и всему персоналу, с которым я смог пообщаться. Спасибо Седрику, медсестрам, санитарам, которые приняли меня с распростертыми объятиями. Благодаря Дени Лукасу я получил право на прекрасную частную экскурсию по музею Art et Déchirure, который я настоятельно рекомендую посетить, если вы будете в этих краях. И, конечно же, спасибо моему другу Крису Дебиену, известному психиатру, который стоял у истоков всего этого.

За пределами психиатрического мира я также хотел бы поблагодарить Ж.К., которого я засыпаю вопросами при каждом новом полицейском расследовании, которое я пишу, и который всегда отвечает мне с неукоснительным точностью. Спасибо Матье Жиссо из Института Пастера в Лилле за информацию об одном очень необычном паразите, который я не буду здесь упоминать, потому что знаю, что некоторые читатели просматривают эти слова перед тем, как читать историю (правда?). Спасибо также Жюльену Тисону за его хрустящие «крошки» (в конце концов я отказался от такролимуса в пользу бакопы, mea culpa!), а также Сильвену Бильяру за его ценные советы. И, наконец, спасибо всем, кого я встретил в течение этого года и кто поделился со мной историей, анекдотом, предложением. Или просто поддержал меня. Ведь писательская работа – это не спокойная река.

Спасибо всей команде моего издательства, которая сопровождает меня все эти годы.

Спасибо моей семье за поддержку и любовь.

И спасибо вам, дорогие читатели...

DU MÊME AUTEUR

ROMANS

La Chambre des morts, Pocket, 2006

La Forêt des ombres, Pocket, 2007

Train d’enfer pour ange rouge, Pocket, 2007

Deuils de miel, Pocket, 2008

La Mémoire fantôme, Pocket, 2008

L’Anneau de Moebius, Pocket, 2009

Fractures, Pocket, 2010

Le Syndrome E, Fleuve Éditions, 2010 ; Pocket, 2011

GATACA, Fleuve Éditions, 2011 ; Pocket, 2012

Vertige, Fleuve Éditions, 2011 ; Pocket, 2012

Atomka, Fleuve Éditions, 2012 ; Pocket, 2013

Puzzle, Fleuve Éditions, 2013 ; Pocket, 2014

Angor, Fleuve Éditions, 2014 ; Pocket, 2015

Pandemia, Fleuve Éditions, 2015 ; Pocket, 2016

REVER, Fleuve Éditions, 2016 ; Pocket, 2017

Sharko, Fleuve Éditions, 2017 ; Pocket, 2018

Le Manuscrit inachevé, Fleuve Éditions, 2018 ; Pocket, 2019

Luca, Fleuve Éditions, 2019 ; Pocket, 2020

Il était deux fois, Fleuve Éditions, 2020 ; Pocket, 2021

1991, Fleuve Éditions, 2021 ; Pocket, 2022

Labyrinthes, Fleuve Éditions, 2022 ; Pocket, 2023

La Faille, Fleuve Éditions, 2023 ; Pocket, 2024

Norferville, Fleuve Éditions, 2024 ; Pocket, 2025

NOUVELLES

Au-delà de l’horizon et autres nouvelles, Pocket, 2020

ESSAI

Le Plaisir de la peur, coll. – Secrets d’écriture , – Le Robert/Fleuve Éditions, 2022

JEUNESSE

La Brigade des cauchemars, vol. 1-8, avec Yomgui Dumont, Jungle, 2017-2024

Fleuve Éditions

92, avenue de France – 75013 Paris

serviceclients@lisez.com

© 2025 Fleuve Éditions, département d’Univers Poche

Couverture : Frédéric Tacer

Photo : © iStock/Getty Images

EAN : 978-2-265-15782-8

– Cette œuvre est protégée par le droit d’auteur et strictement réservée à l’usage privé du client. Toute reproduction ou diffusion au profit de tiers, à titre gratuit ou onéreux, de tout ou partie de cette œuvre, est strictement interdite et constitue une contrefaçon prévue par les articles L 335-2 et suivants du Code de la Propriété Intellectuelle. L’éditeur se réserve le droit de poursuivre toute atteinte à ses droits de propriété intellectuelle devant les juridictions civiles ou pénales.

Ce document numérique a été réalisé par Nord Compo.