Текст книги "Пекарня маленьких радостей (СИ)"

Автор книги: Фиона Сталь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 32

Элдрид сдержал свое слово. Он больше не приходил.

Неделя сменилась другой. Жизнь в пекарне шла своим чередом. Заказы, выпечка, учеба, смех Тобиаса, ворчание Лукаса. Все было как прежде. Но все стало другим. Из моего мира исчез важный элемент. Исчезли наши вечерние разговоры. Исчез его тихий голос и пронзительный взгляд серых глаз.

И я поняла, как сильно я к ним привыкла.

Теперь вместо него раз в неделю приходил мажордом Бартоломью. Он был подчеркнуто вежлив, почти заискивал, называл меня «мэтр Элис» и отвешивал поклоны. Он забирал отчеты и долю прибыли, передавал деловые распоряжения от лорда. Он был идеальным посредником. И я его ненавидела.

– Элис, что с тобой? – спросила меня как-то мэтр Иветт, застав меня за пустым столом, невидящим взглядом смотрящей в окно. – Ты сама не своя. Бледная, тихая. Уж не заболела ли?

– Нет, все в порядке, – соврала я. – Просто много работы.

– Работа, – она покачала головой. – Думаешь, я не вижу? Работа у тебя всегда была. А блеск в глазах пропал. С тех пор, как твой… милорд перестал заходить.

Я резко повернулась к ней.

– Это ничего не значит.

– Конечно, не значит, – она вздохнула. – Ты его сама прогнала, я слышала. И теперь сама же страдаешь. Упрямая, глупая девчонка.

– Я поступила правильно! – воскликнула я, сама не веря своим словам. – Между нами ничего не может быть! Он лорд!

– А ты – лучшая женщина в этом городе, – спокойно ответила она. – И если он этого не понимает, то он дурак. А если понимает, но боится… что ж, тогда он просто трус. В любом случае, страдать из-за этого не стоит.

Но я страдала. Я злилась на него за то, что он так легко сдался. За то, что послушал меня и ушел. Злилась на себя за то, что оттолкнула единственного мужчину, с которым мне было по-настоящему интересно!

Прошло почти три недели. Я почти смирилась с тем, что наши вечерние беседы остались в прошлом.

И вот однажды вечером, когда я уже закрывала пекарню, а на улице разразилась настоящая осенняя гроза с ливнем и ветром, в дверь постучали.

– Мы закрыты! – крикнула я, думая, что это какой-то запоздалый покупатель.

Стук повторился. Настойчивее.

Я с раздражением пошла открывать.

На пороге стоял он.

Элдрид.

Промокший до нитки. Без плаща, в одной рубашке, которая прилипла к его широким плечам. Темные волосы намокли и падали ему на лоб, а с лица стекали струйки дождя. Он выглядел не как лорд, а как загнанный зверь, ищущий укрытия.

– Можно войти? – спросил он. Его голос был глухим.

Я молча отступила, пропуская его внутрь. Он вошел и принес с собой запах дождя и озона.

– Что вы здесь делаете в такую погоду? – спросила я, закрывая дверь. – Где ваша карета? Ваши слуги?

– Я гулял, – коротко ответил он. – Думал.

Он стоял посреди зала, и с него текла вода. Я взяла чистое полотенце с прилавка.

– Вы промокли до костей. Разожгите огонь в камине, а я… я принесу вам чаю.

– Не нужно, – он остановил меня.

Он не двинулся с места. Просто стоял и смотрел на меня. Его взгляд был тяжелым, темным, как грозовое небо за окном.

– Я пришел не за чаем, Элис.

– Тогда зачем? – я скрестила руки на груди, пытаясь защититься от этого взгляда. – Если по делам, то я уже передала отчет вашему управляющему.

– К черту отчеты! – он шагнул ко мне. – Я пришел, потому что больше не могу.

– Не можете что?

– Не могу делать вид, что между нами ничего нет, – сказал он, и в его голосе прорезался металл. – Не могу приходить сюда и говорить о цифрах, когда я думаю совсем о другом!

Мое сердце замерло.

– Я не понимаю, о чем вы, милорд.

– Прекрати! – он почти крикнул. – Прекрати называть меня «милорд»! И прекрати делать вид, что ты ничего не чувствуешь!

Он подошел вплотную.

– Я вижу, как ты на меня смотришь, Элис. Когда думаешь, что я не замечаю. Я вижу все. Твой страх, твое упрямство. И твой интерес. Такой же сильный, как и мой.

Он говорил с вызовом, почти зло. Словно сам был в ярости от своих чувств.

– Вы ошибаетесь, – прошептала я, отступая на шаг. – Вы лорд. Я простолюдинка. Вы играете со мной.

– Играю? – он горько усмехнулся. – Ты думаешь, это игра? Ты думаешь, я, лорд Остервика, стал бы каждый день ходить в твою лачугу на окраине, а потом сюда, просто ради игры?

Он схватил меня за плечи. Не грубо, но властно.

– Я пытался, Элис. Клянусь, я пытался. Я держался на расстоянии, как ты и просила. Я послал к черту свою сестру, которая каждый день твердила мне, что я идиот. Я пытался заниматься делами, управлять, охотиться. Но это не помогает. Куда бы я ни шел, что бы я ни делал, я вижу твое лицо. Я чувствую запах твоей выпечки. Я слышу твой голос!

Он смотрел мне в глаза, и в его собственных была такая буря, такая боль и такая нежность, что у меня перехватило дыхание.

– Я влюбился в тебя, Элис! Влюбился, как мальчишка. С того самого первого дня, когда увидел, как ты, вся в саже, лезешь на крышу чинить дымоход.

Я молчала, не в силах вымолвить ни слова.

– Ты думаешь, дело в твоих булочках? – он чуть встряхнул меня. – Да, они божественны. Но меня растопила не твоя выпечка. Меня растопила ты. Твоя стойкость. Твой ум, который острее любого меча. Твое упрямство. Твое доброе сердце, которое заставляет тебя чинить чужие колодцы и кормить нищих. И то, как ты любишь своего сына. Как ты готова была умереть за него, а потом перевернула весь мир, чтобы дать ему будущее!

Он говорил, а я слушала, и слезы текли по моим щекам. Он видел. Он все видел. Он понял меня так, как никто и никогда не понимал.

– Я не предлагаю тебе стать моей любовницей, – его голос стал тише, но напряженнее. – Я не прошу тебя стать украшением моего замка. Я прошу тебя стать моей. Моей женщиной. Моим другом. Моей женой.

Жена.

Слово взорвалось в моей голове фейерверком.

– Я… – я задохнулась. – Я не могу. Это… это невозможно.! Ты сам это понимаешь…

– Почему? – он заглянул мне в глаза. – Потому что я лорд, а ты простолюдинка? Это глупости, Элис. Титулы, происхождение – это все пыль. Есть только ты. И я. Всё.

Он отпустил мои плечи и осторожно коснулся пальцами моей щеки, стирая слезу.

– Я не прошу ответа сейчас. Я знаю, что ошеломил тебя своим признанием. Но я больше не мог молчать. Я хотел, чтобы ты знала. Знала, что это не игра. Никогда ею не было.

Он отступил на шаг.

– Я уйду. Подумай. Пожалуйста.

Я опустилась на стул. Мир вокруг плыл. Он любит меня! Хочет на мне жениться. Лорд Элдрид. Мой таинственный незнакомец. Мой покровитель. Мой…

Глава 33

Признание Элдрида не принесло мне облегчения.

Следующие несколько дней я жила как в тумане. Я механически выполняла свою работу: месила тесто, следила за печью, улыбалась покупателям. Но мои мысли были далеко. Они метались, как птицы в клетке, снова и снова возвращаясь к той грозовой ночи, к его словам, к взгляду.

«Я прошу тебя стать моей женой».

Эти слова звучали в моей голове постоянно. Иногда – как самая сладкая музыка. Иногда – как похоронный звон по моей свободе.

Я пыталась быть честной с собой. Я села однажды вечером, когда все уже спали, и заставила себя думать. Раскладывать все по полочкам, как я делала всегда до этого.

Пункт первый: чувства. Люблю ли я его? Я закрыла глаза и представила его лицо. Суровое, со шрамами. Его редкую, преображающую улыбку. Его тихий голос, обсуждающий со мной книги. Тепло его руки, когда он коснулся моей щеки. Да. Ответ был однозначным и пугающим. Да, я влюбилась в мрачного лорда из другого мира!

Пункт второй: он. Верила ли я ему? Верила ли я, что его чувства искренни? Что это не прихоть, не игра? Да. В его глазах в тот вечер была такая обнаженная, отчаянная честность, что сомневаться в ней было невозможно. Он говорил не как лорд, а как мужчина.

Казалось бы, все просто. Два человека любят друг друга. Что может быть лучше?

Но тут начинался пункт третий: реальность. И вот здесь все мои расчеты летели к чертям.

Я – простолюдинка. Он – правитель этих земель. Его предки строили этот замок, издавали законы, вели армии. А мои… Мои предки в этом мире, скорее всего, пахали землю. Как воспримут такой брак его подданные? Его знать? Они не увидят во мне равную. Они увидят выскочку. Расчетливую вдову, которая охмурила лорда своими булочками. Меня будут ненавидеть, презирать, плести интриги за моей спиной. Выдержу ли я это?

А моя независимость? Я с таким трудом, потом и кровью, отвоевала ее. Я построила свое дело с нуля. Я стала мэтр Элис, уважаемым человеком в городе. А кем я стану в замке? Леди Элис? Хозяйкой, запертой в золотой клетке? Будет ли у меня свое дело? Или я должна буду все бросить и превратиться в красивое приложение к своему могущественному мужу? Мысль об этом была невыносима.

И был еще один, самый страшный вопрос. Вопрос, который я гнала от себя с первого дня, но который теперь встал передо мной во весь рост.

А что, если я смогу вернуться?.. Если появится такой шанс?

Что, если однажды я снова проснусь в своей квартире? Если все это – пекарня, Тобиас, Элдрид – окажется просто невероятно реалистичным сном? Раньше я бы отдала за это все. Но сейчас…

Смогу ли я оставить Тобиаса? Моего маленького, моего родного мальчика, который называл меня мамой? Мысль об этом рвала сердце на части.

Смогу ли я оставить Элдрида? Человека, который увидел во мне нечто, что не видели другие мужчины?

Смогу ли я оставить эту жизнь? Жизнь, где я была нужна. Где я создавала что-то настоящее своими руками. Где я была счастлива, несмотря на все трудности.

Я не знала ответов. И это незнание пугало больше всего.

***

Элдрид, как и обещал, дал мне время. Он не исчез. Он снова начал приходить. Не каждый день, но часто. Он не говорил больше о своих чувствах. Он вел себя так, словно того ночного разговора и не было.

Он приходил под предлогом дел.

– Элис, нужно утвердить закупку зерна на зиму. Я хотел бы услышать твое мнение.

Или просто так…

– Я шел мимо. Решил заглянуть.

Но я видела, что это предлог. Он приходил, чтобы увидеть меня. Он садился за столик, брал чашку цикория, и мы разговаривали. Обо всем на свете, кроме главного. И это молчаливое напряжение между нами никуда не исчезало.

Я старалась держать его на расстоянии. Я была вежлива, но холодна. Я звала к разговору Лукаса, чтобы не оставаться с Элдридом наедине. Я погружалась в работу с головой, едва он переступал порог…

– Лукас, нужно срочно проверить тесто!

– Лина, ты уверена, что правильно посчитала заказы?

– Тим, неси еще дров!

Я создавала вокруг себя стену из суеты. И он это видел. Видел и молчал. Но в его глазах я читала немой вопрос.

А еще был Тобиас. Дети чувствуют все острее. Он видел напряжение между мной и Элдридом. И он боялся.

– Мама, – спросил он однажды вечером, когда я укладывала его спать. – Лорд Элдрид… он злой?

– Что? Почему ты так решил, милый?

– Он когда приходит, ты становишься… другая. Не улыбаешься. Ты его боишься?

– Нет, я его не боюсь, – вздохнула я.

– А я боюсь, – признался он шепотом. – Он такой большой. И он всегда на тебя смотрит.

Он помолчал.

– Если… если он станет твоим мужем… ты меня больше не будешь любить? У тебя будут другие дети, знатные. А я… я же не знатный. Ты меня забудешь?

Его слова ударили меня под дых. Я прижала его к себе так крепко, как только могла.

– Глупенький ты мой, – прошептала я, целуя его в макушку. – Как я могу тебя забыть? Ты мой сын. Мой самый главный, самый любимый мальчик на свете! И никто, слышишь, никто и никогда этого не изменит.

Но я понимала, откуда его страхи. Он уже потерял одного отца. Он боялся потерять и мать. Боялся, что этот большой, сильный лорд отнимет меня у него.

***

На следующий день Элдрид пришел снова. Он принес мне книгу – сборник стихов.

– Я подумал, тебе может быть интересно.

Я стояла за прилавком, перебирая монеты. Лукас и остальные уже ушли. Мы были одни.

– Спасибо, – я взяла книгу, не глядя на него. – У вас много свободного времени, милорд. Чтобы носить книги пекарю.

Это прозвучало грубо. Я сама не хотела этого говорить, но слова вырвались.

Он проигнорировал мою колкость.

– Элис, не начинай.

Он подошел к прилавку.

– Я вижу, как ты мучаешься, – сказал он тихо. – И я понимаю. У тебя тысяча причин, чтобы сказать «нет».

– У меня нет ни одной причины, чтобы сказать «да», – возразила я, все еще не поднимая на него глаз.

– Есть одна, – он накрыл мою руку, лежавшую на прилавке, своей. – Но ты ее боишься. Не лги мне.

Его прикосновение было как удар тока. Я отдернула руку, словно обжегшись.

– Не трогайте меня! – я отступила на шаг. – Я же просила… Не нужно играть на моих чувствах. Я вам не пара. И я не хочу быть одной из ваших… побед!

– А на моих чувствах тебе играть можно?! Сколько еще ты меня мучить своим молчанием будешь? Неужели ты и правда так думаешь? – спросил он глухо. – Что после всего, что было, ты для меня – просто «победа»?

– А что я должна думать? – я посмотрела ему в глаза, и в моем голосе звенели слезы. – Чего ты ждешь? Что я упаду в твои объятия, забыв обо всем? О сыне? О своем деле? О том, кто ты, и кто я?

– Я жду, когда ты перестанешь сражаться сама с собой, – сказал он. – Я жду, когда ты позволишь себе быть счастливой. Боже, ты понимаешь что сама себе вставляешь палки в колёса?

– Счастье – это не для меня, – я покачала головой. – Для меня главное – это работа. И сын. Все остальное – это… это слишком опасно.

– Любовь – это всегда опасно, Элис, – он сделал шаг ко мне, но не стал меня трогать. – Это самый большой риск в жизни. Но это и самая большая награда.

Он смотрел на меня, и в его глазах была такая тоска и такая надежда, что я почувствовала себя последней трусихой.

– Я не могу, – прошептала я. – Прости. Я просто не могу.

Я отвернулась, давая понять, что разговор окончен. Я слышала, как он тяжело вздохнул. Слышала его шаги. Слышала, как тихо закрылась за ним дверь…

И только когда я осталась одна, я позволила себе заплакать. Я отталкивала его. Снова и снова. Но с каждым разом это становилось все труднее. И я боялась, что однажды у меня просто не хватит на это сил…

Глава 34

После того разговора он снова исчез.

Хотя, чего было ожидать? Я сама провела черту. Сказала «нет». И он, кажется, наконец меня услышал.

Я пыталась убедить себя, что так лучше. Что теперь все вернется на свои места. Я снова буду просто пекарем, а он – лордом и моим безмолвным деловым партнером. Спокойствие. Безопасность. Рутина.

Но никакого спокойствия не было. Была только тупая, ноющая боль в груди. Я совершила ошибку. Страшную, непоправимую ошибку. Я отпустила свое счастье из-за страха. И теперь было слишком поздно что-то менять.

Я с головой ушла в работу, пытаясь заглушить тоску. Я придумала несколько новых рецептов, взяла еще одного помощника, начала переговоры о поставках нашей выпечки в соседний город. Я строила свою маленькую империю, но чувствовала себя нищей.

– Ты скоро себя в могилу сведешь, – сказала мне как-то леди Илза, которая заехала забрать свой еженедельный заказ пирожных. – Элис, на тебе лица нет. Что происходит? Это мой братец-остолоп тебя довел?

– Нет, что вы, ваша светлость, – я попыталась улыбнуться. – Просто много дел.

– Дела, – она фыркнула. – Я вас обоих знаю. Два упрямых, гордых идиота, которые боятся собственного счастья. Я ему говорю – иди и поговори с ней нормально, как мужчина! А он… запирается в библиотеке и делает вид, что управляет миром. А ты… ты строишь из себя железную леди, а у самой в глазах такая тоска, что выть хочется.

Она взяла меня за руки.

– Послушай меня, Элис. Я не знаю, что там между вами. Но если ты его хоть немного любишь, не отталкивай. Таких мужчин, как мой брат, на дороге не валяется. Он сложный, да. Замкнутый, угрюмый. Но более честного и порядочного человека я в своей жизни не встречала.

Ее слова были как соль на рану.

В тот вечер я закрыла пекарню раньше обычного. Я отправила всех по домам, сказав, что плохо себя чувствую. Мне нужно было побыть одной.

Я сидела в пустом, темном зале, освещенном лишь одной свечой, и смотрела на дождь, барабанивший в стекло. Я думала о том, что натворила. Я позволила своим страхам, чужим мнениям, призракам прошлого разрушить то хрупкое, что только-только начало рождаться.

Дверь тихо скрипнула.

Я вздрогнула. Я была уверена, что заперла ее.

В проеме стоял Элдрид.

Он был в том же простом дорожном костюме. Лицо уставшее, осунувшееся. Он выглядел так, словно тоже не спал все эти ночи.

– Прости, что вошел без стука, – сказал он тихо. – Дверь была не заперта.

Я молчала, не зная, что сказать.

Он медленно вошел, подошел к моему столу и остановился.

– Я пришел попрощаться, Элис.

– Что? – я вскинула на него глаза. – Куда… куда вы уезжаете?

– В столицу. Король вызывает. Какие-то дела на границе. Уезжаю надолго. Может, на несколько месяцев… может на годы.

Несколько месяцев или годы. Иначе говоря, мы можем уже не увидеться, а если и встретимся, каждый будет жить своей жизнью. Я в ужасе закрыла глаза.

– Я… я понимаю, – прошептала я. – Служба.

– Нет, – он покачал головой. – Ты не понимаешь. Я не могу уехать вот так. Не расставив все точки над «i».

Он посмотрел на меня своим долгим, тяжелым взглядом.

– Я слышал твое «нет», Элис. Я принял его. Я пытался. Но я не могу просто уйти и делать вид, что ничего не было. Поэтому я здесь. Чтобы спросить в последний раз. Ты действительно этого хочешь? Чтобы я ушел из твоей жизни навсегда?

Дождь барабанил по крыше. Огонек свечи дрожал. И в этой тишине его вопрос холодил моё сердце.

Я смотрела на него. На его уставшее лицо, на боль в глазах. И я больше не видела лорда. Я видела мужчину. Мужчину, которого я любила. Мужчину, которого я сама отталкивала.

– Я… я боюсь, – прошептала я, и это было первое честное слово, которое я сказала ему за последние недели.

– Я знаю, – он обошел стол и подошел ко мне. – Скажи мне, чего ты боишься. Поговори со мной, Элис. В последний раз.

И меня прорвало.

– Я боюсь, что стану твоей тенью! – слезы, которые я так долго сдерживала, хлынули наружу. – Что я потеряю все, что построила! Свою пекарню, свою независимость! Я боюсь, что в твоем мире мне не будет места, что меня никогда не примут! Я боюсь за Тобиаса! Он думает, что ты отнимешь его у меня! Я боюсь, что однажды ты проснешься и поймешь, что совершил ошибку, что простая пекарша тебе не ровня! Я боюсь всего, Элдрид! Я боюсь, что в какой-то момент больше не смогу быть с тобой! Потому что я… Ты даже не представляешь через что я прошла! Кто я!

Я задыхалась от рыданий, выплескивая на него все свои страхи.

Он не стал меня переубеждать. Не стал спорить. Он просто подошел и обнял меня.

Крепко, сильно, так, как я мечтала все эти недели. Он прижал меня к своей груди, и я уткнулась лицом в его рубашку, пахнущую свежим одеколоном и им. Я чувствовала, как бьется его сердце. Ровно, сильно.

– Глупая, – прошептал он мне в волосы. – Моя милая, упрямая, глупая женщина.

Он чуть отстранился, взял мое лицо в свои большие, теплые ладони и заставил посмотреть на него.

– Теперь слушай меня, – сказал он тихо, но властно. – И слушай внимательно.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

– Я не хочу, чтобы ты теряла свою пекарню. Никогда. Это – твое. Это часть тебя. Я не хочу, чтобы ты становилась моей тенью. Я хочу, чтобы ты стояла рядом со мной. И светила. Так же ярко, как сейчас. Я предлагаю тебе не брак, в котором жена – собственность мужа. Я предлагаю тебе союз и свою любовь. Где ты – леди Элис, моя жена, хозяйка моего дома и моего сердца. И где ты – мэтр Элис, владелица лучшей пекарни в королевстве, мой самый успешный и самый упрямый деловой друг. Одно другому не мешает.

Он говорил, а я смотрела на него, и лед в моей душе таял.

– А мой мир… – он усмехнулся. – К черту мой мир, Элис. Если он не примет тебя, значит, я построю для нас новый. И мне плевать, что скажут придворные интриганы или напыщенные герцоги. Их мнение не значит для меня ничего. А твое… твое значит все.

Он нежно провел большим пальцем по моей щеке.

– И Тобиас… Я никогда не отниму тебя у него. Я хочу стать ему не заменой отца, а другом. Наставником. Я хочу научить его ездить верхом, держать в руках меч. Я хочу, чтобы у него был отец. А не чтобы он потерял мать. Мы поговорим с ним. Вместе… И если когда-нибудь судьба разлучит нас, я буду благодарен ей за каждый миг проведенный рядом с тобой, а не вдали.

Его слова были как бальзам на мою израненную душу. Он понял все мои страхи. И он не отмахнулся от них, а предложил решение. Для каждого.

– Я люблю тебя, Элис, – прошептал он, наклоняясь ко мне. – Люблю такой, какая ты есть. Со всеми твоими страхами, твоей силой и твоей дурацкой привычкой спорить со мной.

И он поцеловал меня.

Так, как целует мужчина, который слишком долго ждал. Нежно, но требовательно. Его губы были прохладными от дождя, но под этим холодом бушевал огонь. И я ответила. Я больше не могла и не хотела сопротивляться. Я обвила руками его шею, прижалась к нему всем телом и позволила этому огню поглотить меня.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, тяжело дыша, он прижался лбом к моему лбу.

– Так что? – прошептал он. – Ты выйдешь за меня, моя упрямая пекарша?

– И ты не уедешь? Не оставишь меня одну?

– Если ты согласишься выйти за меня замуж, я останусь в Остервике и не буду искать смерти на границе государства, что скажешь?

– Да, – выдохнула я, и это «да» было самым легким и самым правильным словом в моей жизни. – Да, мой несносный лорд. Я выйду за тебя!

***

На следующий день мы втроем сидели в нашей уютной, отремонтированной комнате. Я, Элдрид и Тобиас. Атмосфера была напряженной. Тобиас сидел, насупившись, и смотрел в пол.

– Тоби, – начал Элдрид, и его голос был на удивление мягким. – Я хочу поговорить с тобой. Как мужчина с мужчиной.

Тобиас искоса на него посмотрел.

– Я люблю твою маму, – просто сказал Элдрид. – Очень сильно. И я хочу на ней жениться. Хочу, чтобы мы стали одной семьей. Ты, она и я.

– А я не хочу, – буркнул Тобиас.

– Почему? – так же спокойно спросил Элдрид.

– Потому что ты заберешь ее! – в голосе Тобиаса зазвенели слезы. – Она будет жить в замке! А меня… меня вы оставите здесь! Или отдадите в учение какому-нибудь злому сапожнику!

Я хотела вмешаться, но Элдрид остановил меня взглядом. Он сам.

Он опустился на одно колено перед Тобиасом, чтобы быть с ним на одном уровне.

– Я понимаю, почему ты так думаешь, – сказал он серьезно. – Но ты ошибаешься. Я не забираю твою маму. Я прихожу в вашу семью. И я никогда, слышишь, никогда не разлучу вас. Ты будешь жить с нами в замке. У тебя будет самая большая комната, с окном на лес. И да, я отдам тебя в учение. Самому лучшему оружейнику, если захочешь. Или самому мудрому книжнику. Или, – он улыбнулся, – самой лучшей пекарше в мире. Если она согласится взять тебя в ученики.

Он посмотрел на меня, и я кивнула.

– Тоби, – продолжил он. – Я не пытаюсь занять место твоего отца. Его никто не сможет заменить. Но я могу стать твоим другом. Я могу защищать тебя и твою маму. Я могу быть рядом. Если ты позволишь.

Тобиас смотрел на него долго, внимательно, своим детским, но таким мудрым взглядом.

– А… а ты научишь меня драться на мечах? – вдруг спросил он.

– Обязательно, – без колебаний ответил Элдрид. – У тебя будет свой собственный, тренировочный меч.

– И на лошади?

– И на лошади. У тебя будет свой собственный пони.

Тобиас задумался. Пони и меч. Это были весомые аргументы.

– А мама… мама по-прежнему будет печь булочки? – это был главный вопрос.

– Она будет печь самые лучшие булочки на свете, – заверил его Элдрид. – И ты будешь ей помогать.

Тобиас посмотрел на меня.

– Это правда, мам?

– Все правда, мой хороший, – я улыбнулась ему сквозь слезы.

Он еще немного подумал, а потом повернулся к Элдриду.

– Ладно, – сказал он с важным видом. – Я согласен. Но если ты обидишь мою маму, я вызову тебя на дуэль!

Элдрид рассмеялся. Настоящим, громким, счастливым смехом.

– Договорились, капитан, – он протянул Тобиасу руку.

И мой сын, мой маленький, серьезный мужчина, пожал его большую, сильную руку.

Союз был заключен. На всех уровнях. И я поняла, что все мои страхи были просто призраками. Настоящая жизнь, настоящее счастье было здесь. И оно было таким простым и таким теплым!