Текст книги "Владыка костей (ЛП)"

Автор книги: Эйден Пирс

Соавторы: Р. К. Пирс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Глава 19

Рэйвен

Белиал отнес меня на поляну, где кусты росли не так густо. Я подняла глаза и посмотрела на каменные надгробия и несколько декоративных растений, на которых действительно были цветы, а не части тел мертвецов.

Мы были на кладбище. Покрытые мхом камни выглядели древними, с выгравированными надписями, которые со временем поблекли.

Очевидно, что здесь уже давно никого не хоронили.

– Что это за место?

– Можно подумать, что грабительница могил не узнает кладбище, когда его видит, – фыркнул Белиал.

– Я знаю, что это кладбище. Но почему оно здесь? Какой в этом смысл, если тела разбросаны повсюду?

– Части тел, которые ты видела, принадлежат потерянным душам, которые так и не прошли через Суд. Если они ждут слишком долго, они сходят с ума и бродят без цели. Обычно их съедают другие оскверненные души. Кровавый дуб когда-то был римским кузнецом, если ты можешь в это поверить. Поэтому умные души ищут убежище вне своих тел.

– Мебель с призраками по всему замку – это души, ожидающие суда?

Он кивнул, и серебряные цепи зазвенели, ударяясь о его рога.

Я вытянула шею, глядя на могилы, пока Белиал нес меня через кладбище.

– Так кто же все эти люди, если не души людей?

– Демоны. Жители этого царства, у которых нет душ, для того, чтобы можно было хранить в архивах. Те, кто служил, – в основном бывшие жнецы и перевозчики, – лежат здесь в вечном покое. Или, по крайней мере, в таком покое, на который может надеяться демон.

Он опустил меня на каменный выступ. Когда он присел на могильную плиту напротив меня, я задрала голову и увидела, что сижу на основании статуи. Она была огромной, с длинным черепом вместо лица и искривленными рогами, устремленными в небо.

– Ты обязательно должен был принести меня к его статуе? – проворчала я.

– Я могу отнести тебя туда, где нашел, – ответил Белиал тоном, в котором смешивались раздражение и веселье. – Если ты думаешь, что кровавый дуб будет лучшей компанией.

– Не искушай меня, – я с презрением наклонилась, потирая ноющие ноги, но мои глаза продолжали блуждать по каменной статуе, возвышающейся надо мной. – Почему ты ему служишь? Он же козел.

– Осторожно, ты говоришь о Короле этого королевства. У него везде уши.

Мои гневные глаза метнулись в его сторону и встретились с его. Адреналин все еще бурлил в моем теле, заставляя меня дрожать от пережитого шока.

– Ну и что, если он услышит? Этот монстр бросил меня в лабиринт с жуткими частями тел и плотоядными растениями. Уверена, он видел, как меня чуть не съели, и скорее всего, сидит где-то в своем замке и дрочит на это зрелище.

– Возможно, – заблестели глаза Белиала, словно я сказала что-то смешное. – Но ты выжила, не так ли? Ты могла позвать меня, чтобы я спас тебя, но не сделала этого. Может, он тебя проверяет?

– Проверяет на что?

– Достойна ли ты стать Королевой.

– Точно, – пробормотала я, пиная мертвую траву под ногами и морщась от боли, когда ушибленный палец ударился о камень. – Принудить меня быть его Королевой, для него просто еще один способ поиздеваться надо мной. Скорее всего, он будет издеваться и над тобой, когда узнает, что ты мне помогаешь.

Демон провел рукой между рогами, приглаживая черные волосы.

– Скорее всего.

– Ты не боишься того, что он с тобой сделает?

– Это мое дело, а не твое, – в его мягком, бархатистом голосе прозвучала резкость, предупреждающая меня не углубляться в эту тему. – В любом случае, это будет не хуже того, что ждет тебя, если ты не уйдешь отсюда до истечения срока. Но, похоже, ты в какой-то мере наслаждаешься болью… – судя по морщинкам в уголках его глаз, под маской он ухмылялся. – Так что, может, тебе просто стоит сдаться? – его взгляд упал на амулет в виде черепа, свисавший с железного ошейника, закрепленного на моей шее. – Единственная Королева, которая когда-либо носила корону правителя и ошейник раба. Вообще-то, это звучит неплохо. Рэйвен, Королева-рабыня.

Я уставилась на него, стараясь игнорировать сжимающийся внутри меня нервный узел.

– Я лучше раскопаю одну из этих могил и останусь в ней, спасибо. Но если мы закончили, мне лучше идти. Время на исходе.

Каждая часть моего тела болела, мышцы пульсировали, когда я с трудом поднялась с выступа. Как только встала, колени подкосились, и я снова упала на землю. Стопы были изранены от ходьбы босиком по лабиринту. Ночная рубашка тоже была разорвана в клочья и пропитана грязью и водой.

Она ничем не отличалась от мокрой туалетной бумаги, настолько мало она меня прикрывала.

Я бросила гневный взгляд на каменное подобие Владыки Костей.

– Пошел ты, – прошипела я, сдерживая слезы.

Ощущение было такое, будто меня бросили в постапокалиптический фильм без провианта и ожидали, что я выживу… Только я сама себя в это втянула. Я хотела этого шанса на спасение.

Просто не была готова к уровню хардкора. Я ненавидела то, какой слабой себя чувствовала в этом месте, какой беспомощной была здесь. Я совсем не так представляла себе развитие событий.

Если бы у меня были туфли и нормальная одежда вместо этой рваной ночнушки.

Если бы я попросила Белиала о сапогах и брюках, что бы он за это потребовал?

Одной только этой мысли хватило для того, чтобы между моих бедер пробежала дрожь.

Незнание того, что может произойти, и невозможность сказать «нет» – пугали меня, но в то же время и возбуждали. Я не думала, что он причинит мне боль, по крайней мере, надеялась, что он этого не сделает, но предоставить ему распоряжаться моим телом… Слишком нервировало.

В прошлый раз у меня было стоп слово.

На этот раз, вероятно, мне не повезет. Он будет ожидать, что я выполню любую его извращенную сексуальную фантазию, иначе он не выполнит мою просьбу.

Я бросила на него косой взгляд, он все еще сидел, облокотившись на надгробие, и выглядел чертовски сексуально с локтями, опирающимися на колени.

– Так ты будешь требовать от меня что-то в обмен на то, что поймал? Даже если я не просила твоей помощи?

Он пожал одним плечом.

– Считай, что я сделал это бесплатно. Только если ты попросишь что-нибудь еще. Иначе я зря трачу свое время.

– Почему ты так мной интересуешься? Разве у тебя нет женщин, которые могли бы занять все твое свободное время? Которого, похоже, у тебя дохрена. Разве у тебя нет служанок в замке, которых можно связать и засунуть в них бутылки с вином?

– Они не такие, – он усмехнулся. – Их кожа не становится розовой, их киски не пульсируют и не нагреваются. Они не истекают кровью, как ты, они не кричат, как ты… – он наклонился вперед, и мое сердце замерло, когда я увидела острые зубы, мелькнувшие в щели его маски. – И они уж точно не кончают, как ты.

Я с трудом сдержала вздох, услышав его слова. Они заставили запылать жару в моей груди, прежде чем он проник между моих ног. Черт возьми.

– Так что, выкладывай, – потребовал он, почти рыча, когда встал с надгробия, возвышаясь надо мной. – Что ты хочешь от меня?

Если бы только мы были в других, более сексуальных обстоятельствах. Тогда я бы попросила его снять одежду.

Возможно, он бы это сделал, в зависимости от того, какую плату он хотел бы получить.

– Обувь, – сказала я, указывая на свои ноги. Они выглядели еще хуже, чем вчера, и я начала беспокоиться о том, что может начаться заражение. – Точнее, мои ботинки.

Он наклонил голову в сторону, и драгоценные камни на его рогах зазвенели.

– Твои ботинки?

– Те, которые у меня забрали, – кивнула я. – Я хочу их обратно.

– Твоя одежда, включая обувь, была сорвана оскверненными душами в темнице подземелья.

Острая, неприятная боль пронзила меня под ребрами и проникла в живот.

– Ты знаешь об этом?

– Об этом знает весь замок, Рэйвен. – Глаза Белиала потемнели.

– Ох…

– Эти ботинки находятся в самой глубокой и темной части этого царства. Ты ожидаешь, что я просто принесу их? – спросил он, глядя на меня.

Я занервничала. Было миллион других полезных вещей, о которых я могла попросить, например, гигантские ножницы для живой изгороди, чтобы проложить себе путь через этот лабиринт. Однако, судя по тому, как росли кусты, когда и где им заблагорассудится, я сомневалась, что они принесут большую пользу.

Мне нужны были ботинки. Кроме того, я потеряла все остальное, что принадлежало мне. По крайней мере, у меня могли остаться эти чертовы ботинки. Не знаю, как далеко я смогу дойти без них, если вообще смогу.

– Да.

Наступила секунда тишины, и мое сердце сжалось.

– Хорошо.

Я ожидала, что он исчезнет в облаке голубой магии, чтобы отправиться в подземелье и найти их, но он даже не пошевелился. Вместо этого он с размахом бросил ботинки на землю передо мной.

– Вот они.

Я уставилась на них, не зная, смеяться мне или плакать от того, как легко он достал их из воздуха. Любая форма благодарности застряла у меня в горле, когда я с недоверием потянулась за ними. Они были хорошо поношенные, любимые и полностью мои.

– Как ты это сделал? – мой голос затих. – Что еще ты можешь просто вытащить из воздуха?

– Многое.

– Ты также использовал магию щита против кровавого дуба, – сказала я, сжимая губы. – Кажется, это довольно мощная магия для парня, который перевозит паром. А где он вообще? И как ты проплываешь по реке?

– Как всегда, одни вопросы. – Он помассировал виски двумя пальцами. – Я достал твои ботинки с помощью магии. Я создал тот щит с помощью магии. Я управляю своим паромом по узким каналам с помощью магии.

С хмурым выражением лица я торопливо развязала ботинки, надела их и крепко зашнуровала. Я медленно встала, проверяя их.

Ноги все еще болели, но облегчение было слишком сильным, чтобы обращать на это внимание. Моя решимость возродилась, и я подняла глаза, чтобы увидеть, как глаза Белиала светятся от любопытства.

– Ты могла бы попросить новую пару, – он скрестил руки на груди и кивнул в сторону изношенных ботинок. – Зачем просить назад свои грязные старые ботинки?

– Извиняй, но это Doc Martens, дружище. Я потратила на них кучу денег.

– Деньги, которые ты украла у мертвых? – в его голосе слышалась язвительность.

– Возможно.

Он сжал челюсти и на мгновение показался разгневанным. Но потом покачал головой, как будто хотел отогнать мысль, которую собирался озвучить.

– Что еще тебе от меня нужно?

Я колебалась, кусая внутреннюю сторону щеки, думая, просить ли еще что-нибудь. Было бы неплохо получить воду или еще одну подсказку в нужном направлении. Но оставался большой вопрос об оплате. Чем больше я попрошу, тем больше он захочет взамен. И кто знает, смогу ли я дать ему желаемое.

Я даже не знала, чего он хочет в обмен на ботинки.

– Ничего, – сказала я, с трудом сглотнув.

– Совершенно ничего? – наклонил он голову набок.

– Совершенно.

Его глаза сузились, став темными и мрачными, и он надолго замолчал. От его взгляда у меня по коже побежали мурашки, внизу живота вспыхнуло тепло, но я отбросила эти мысли. Тот факт, что он так возбуждал меня, просто стоя рядом, был тревожным.

– В таком случае, – сказал он наконец, разжав руки. – У меня для тебя есть подарок.

– П-подарок? – Я была настроена скептично, но в моем голосе явно слышалось волнение, а в голове крутились всевозможные варианты.

Наверное, я должна была быть более подозрительной, но в тот момент не собиралась отказываться от чего-либо, что могло бы помочь мне найти выход из этого ада.

Еще одним взмахом руки Белиал достал кусок хлеба. Я была так счастлива, что для меня это было как праздничный ужин в День благодарения.

– Еда, – сказал он. – Чтобы поддерживать силы.

Я хотела сказать ему, что кусочек хлеба не даст мне почти никаких сил, но я была так голодна, что мне было все равно. Хлеб был лучше, чем ничего.

Я потянулась за ним, но остановилась, приподняв одну бровь.

– Мне же за него не придется платить, правда?

– Подарок есть подарок, – его губы под маской изогнулись в улыбке. – Ты мне за него не должна.

Я не слишком элегантно выхватила его у него из рук, сунула в рот и откусила кусок. Я была уверена, что это последствия голода, но этот хлеб был самым вкусным, что я когда-либо ела.

– Вино, чтобы запить, – сказал он, вытащив бутылку с красной жидкостью.

При виде нее у меня защемило в груди. Это была не вода, но лучше, чем ничего.

– Э-э, спасибо…

Я выпила примерно четверть бутылки, и мои щеки покраснели от алкоголя.

– Спасибо, – я была благодарна, признательна и более чем когда-либо в долгу перед ним.

Когда я вернула ему бутылку, он поднес горлышко к отверстию в маске и провел языком по краю. Пробуя на вкус место, где были мои губы.

Звук, который он издал, был чем-то средним между стоном и рычанием. Он отбросил бутылку в сторону, и она исчезла в облаке мерцающей голубой магии, не успев разбиться о надгробную плиту.

– Можешь не благодарить меня, – его глаза потемнели, когда он подошел ко мне, как хищник, собирающийся наброситься. – Ты сейчас покажешь мне, насколько благодарна.

Глава 20

Рэйвен

В движениях Белиала было что-то, что заставляло меня нервничать и сердце биться чаще.

– Ты должен был сказать мне, чего хочешь, прежде чем давать ботинки, – сказала я.

– Эта игра устроена не так, малышка. Правила устанавливаю я, – его голос был мрачным и полным жажды, но я все еще слышала улыбку в его голосе.

– Что ты хочешь, чтобы я сделала?

Он подошел ко мне, его глаза скользили по моему телу и сияли от удовлетворения, видя, как покраснела моя кожа.

– Я хочу, чтобы ты поклонялась мне… пока Владыка Костей смотрит.

Холодок пробежал по моей спине, и я начала беспорядочно оглядываться по кладбищу в поисках монстра. Мои мышцы расслабились, когда мой взгляд остановился на статуе Короля Лимбо. Боже, я действительно была на грани, если думала, что он имел в виду, будто Владыка Костей был здесь и наблюдал за нами из кустов.

С другой стороны, после вчерашней встречи с ним под сливовым деревом, мою паранойю нельзя было винить.

– Так что именно ты хочешь, чтобы я сделала? – я скептически подняла бровь. Может, он заставит меня встать на колени и попросит поклониться тому, что создает выпуклость в его штанах… – Молиться, петь гимн?

– Единственный гимн, который я хочу услышать, – это гимн твоих стонов, когда я буду использовать твое тело так, как захочу. А сейчас я хочу наказать тебя.

– Наказать меня? – я ахнула и сделала шаг назад. – За что?

– За то, что не позвала меня раньше. Я мог бы помочь тебе с кровавым дубом.

– Мне не нужна была твоя помощь, – закатила я глаза.

– Ты могла сломать себе шею, черт возьми, – в его голосе прозвучала резкость. – Я поймал тебя только потому, что ты случайно порезалась моим клинком, пытаясь выбраться.

– И что с того, если бы и сломала? – мое терпение иссякало. Если бы он действительно беспокоился о том, что я могу умереть, он бы не оставил меня в лабиринте, на авось. Может, ему нравилась роль «девушки в беде»? Я задалась вопросом, не страдает ли он комплексом героя с навязчивым желанием приходить на помощь в последнюю секунду.

– Почему ты так заботишься о том, что со мной происходит?

Его глаза потемнели, в них появился опасный блеск.

– Повернись, наклонись над основанием статуи и подними платье.

– А если нет? – я была упряма и знала об этом, но, когда он смотрел на меня, словно хищник, готовый напасть на добычу, пламя во мне разгоралось так, будто он добавлял в него бензин. Я хотела вывести его из себя. Он был чертовски сексуален, когда раздражался. – Ты заберешь мои ботинки?

– Нет. Но ты все равно это сделаешь, – сказал он, сокращая расстояние между нами. То, как он смотрел на меня, его глаза излучали огромную силу, заставляя мое сердце биться чаще. – Не потому, что я заставляю тебя это сделать. В твоей душе есть темная часть, которая в этом нуждается. Разве не так?

Я не собиралась удовлетворять его, отвечая на этот вопрос, хотя уже чувствовала, как влага стекает по моим бедрам. Да, я нуждалась в этом. Я нуждалась в том, чтобы он использовал меня так же, как в своей постели. Я хотела, чтобы каждая его часть была на мне, но при этой мысли меня пронзила волна тревоги.

– Это будет больно?

– Ты хочешь, чтобы было больно?

Он подошел еще ближе, пока ткань его рубашки не затанцевала над моей обнаженной грудью.

Это был не настоящий вопрос. Я хотела всего, что этот демон мог мне дать, независимо от того, как он это сделает.

– Да.

– Я так и думал, – он кивнул рогами в сторону статуи. – А теперь делай, как я сказал. Наклонись и покажи мне свою красивую задницу.

Я колебалась, нервы были на пределе, но потом сделала, как он велел: подняла платье и наклонилась, положив руки на основание статуи. Камень был шершавым на ощупь, а прохладный ветерок обдувал мою обнаженную спину.

Я чувствовала себя совершенно обнаженной, но мне это нравилось… Даже несмотря на то, что каменные глаза Владыки Костей сверлили меня взглядом сверху.

– Молодец, хорошая девочка, – похвалил Белиал, и его грубый голос вызвал у меня мурашки по коже.

Взглянув через плечо, я почувствовала, как сердце подскочило к горлу, когда увидела, что он снимает перчатки. Я не должна была так возбуждаться от мысли о его обнаженной коже на моей, но я была вне себя, мою кожу покалывало от предвкушения. Я вздохнула, когда он сунул перчатки в задний карман и склонился надо мной, поглаживая мою задницу рукой.

– Тебе ведь понравилось жжение воска, когда я играл с тобой в своей постели, – его голос стал мягким, и я расслабилась в его прикосновении. – Правда?

– Да…

– Хорошо. Потому что сейчас оно будет еще сильнее.

– Я хочу, чтобы было больно, – подтвердила я то, что уже озвучила, скорее себе, чем ему.

Он был прав. Я не просто хотела боли, я нуждалась в ней. Эта боль облегчала остальные страдания, которые уже причинил мне лабиринт. Которые причинил мне Владыка Костей.

Наказание Белиала было той болью, которую я могла выбрать. И на мгновение она заглушала все остальное.

Он был чем-то большим, чем просто незнакомец в маске, спасший меня из зыбучих песков. Больше, чем герой, который унес меня прочь от кровавого дуба. Он быстро становился моим обезболивающим, моей спасительной веревкой, моим гребаным другом по телефону и надеждой, что он возьмет проклятый телефон.

Я была так упряма, что не просила о помощи. Я не привыкла просить что-либо у кого-либо.

Возможно, под всем этим вожделением и развратом скрывалась часть демона, которая действительно беспокоилась о моей судьбе.

Первый шлепок по заднице застал меня врасплох, хотя я и догадывалась, что он собирается отшлепать меня. Он был настолько сильным, что я невольно вскрикнула.

– Что скажешь, Рэйвен?

– Иди обдрочись? – пробормотала я, стиснув зубы. – Хотя, наверное, ты и без того делаешь это постоянно. Иначе почему твоя рука такая сильная?

Он снова ударил меня, на этот раз так сильно, что мои руки соскользнули с выступа статуи, и я едва не упала. Моя кожа горела, и, скорее всего, на ней остался отпечаток очень большой руки.

Моя киска сжалась от этой картины.

– Давай попробуем еще раз. Что ты скажешь, когда я причиню тебе боль?

Он снова ударил меня – еще один восхитительный удар, от которого у меня задрожали ноги.

– С-спасибо? – пробормотала я, и мое зрение затуманилось от горячих слез.

У меня были все причины ненавидеть происходящее, но я не ненавидела. Я плакала от чистой эйфории.

– Правильно. Каждый раз, когда твоя кожа краснеет и покрывается ссадинами от моих шлепков, и ты забываешь обо всех других плохих вещах, я хочу слышать это слово, – сказал он, проводя рукой по моей чувствительной коже и вызывая очередной стон. – Когда я защищаю тебя и спасаю от всего, кроме меня самого, ты должна благодарить меня.

Он выпрямился во весь рост, и тень его рогов упала на статую над моей головой. Ударив ногой по моей, он раздвинул мои ноги. Он погладил мою горящую кожу, а затем его пальцы скользнули к моей киске… где обнаружили, что я мокрая.

Тень его рогов опустилась, говоря мне, что он смотрит на маленькую лужицу, которая образовалась на камне между моими ногами.

– Черт возьми, ты чертовски идеальна, – сказал он мрачным рыком, когда его пальцы скользнули по моим складкам. Два пальца погрузились в меня, и он раздвинул их, заставляя меня сжаться вокруг них.

Я настолько сильно дрожала, что только чудом ноги все еще держали меня.

– А что ты говоришь, когда я доставляю тебе удовольствие? Когда заполняю тебя, и твои стенки сжимаются вокруг меня, надеясь, что я никогда не уйду? Что ты говоришь?

– С-спасибо? – простонала я.

– Моя хорошая девочка, – промурлыкал он, проникая в меня еще глубже. Это было так приятно, что из моего горла вырвался приглушенный стон, и я опустила голову, погрузившись в наслаждение.

Это было так приятно, что я могла бы заплакать. Я и плакала.

Хотелось, чтобы он был во мне еще больше. Я хотела, чтобы он трахал меня. Я хотела, чтобы он никогда не останавливался. Что бы я только не отдала, чтобы остаться с ним в этом моменте навсегда. Чтобы он никогда не уходил от меня, чтобы оставаться в том безопасном маленьком пространстве, которое я чувствовала, когда была рядом с ним.

– Не останавливайся… пожалуйста, не останавливайся.

– Черт, – прошипел он. – Сколько всего я хочу с тобой сделать, когда ты так меня умоляешь. Сколько всего я хочу тебе дать, – пока одна его рука двигалась во мне с такой скоростью, что за считанные секунды довела до предела, другая ласкала мою отшлепанную ягодицу. Его острые как когти ногти оставляли следы на моей коже, и по теплой дорожке, стекающей по моему бедру, я была уверена, что он поцарапал меня до крови.

– Ты идеальная смертная шлюха. Такая узкая, влажная и похотливая.

Его пальцы во мне были раем, а его голос был мрачен, как ад. Еще немного, и я кончу…

Он, должно быть, почувствовал, как дрожат стенки моего влагалища, как в глубине поднимается жар, потому что как раз в тот момент, когда я была близка к кульминации, он вышел из меня.

Я резко обернулась, стиснув зубы, со слезами на щеках.

– Ты не можешь вот так просто остановиться.

– Вообще-то, могу, – рассмеялся он, и его смех был жестоко сексуальным. – Еще не время кончать. Если хочешь этого, тебе придется снова призвать меня. А пока ты все еще поклоняешься мне, помнишь? А теперь на колени.

– Но…

– На колени, – он указал на свои ботинки. – Сейчас же.

Я сжала кулаки по бокам. Сначала я думала, что ненавижу его. Но нет. Я ненавидела то, насколько становилась зависимой от этого демона, то, как он проникал под мою кожу и действовал мне на нервы.

Это было восхитительное пренебрежение, которое жгло меня изнутри. Оно согревало меня и прогоняло горький холод лабиринта.

Поэтому я послушалась и опустилась на землю у его ног.