Текст книги "Владыка костей (ЛП)"
Автор книги: Эйден Пирс
Соавторы: Р. К. Пирс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)
Глава 3
Рэйвен
Призрак смерти возвышался надо мной, глядя пустыми глазницами. На его плечах покоилась звериная черепушка лунного цвета – длинная, узкая, с рогами, тянущимися в стороны и устремленными к полуночному небу.
Он был одет полностью в черное, но не в рвань и лохмотья, чего бы я ожидала от ночного чудовища. Нет, его одежда под длинным до пола плащом была обтягивающей, элегантной, почти царственной, хоть старой и изъеденной молью. Странное сочетание с бесплотным черепом, раздвоенным черным языком и большими, острыми зубами.
Странно… и завораживающе.
Я была слишком напугана, чтобы закричать или убежать, но не могла отрицать, любопытство затуманивало разум.
Он сказал, что он – сама смерть. Но что это значит? Он тот самый жнец, с которого срисованы все современные истории, пришел, чтобы утащить меня в ад? Или это сам Сатана пришел брать плату за мои грехи?
– П-прости… – Я поползла назад, пытаясь создать хоть какое-то расстояние между нами, но он шагнул вперед, вновь сократив его. – Пожалуйста, отпусти. Забери все, что мы украли, все эти безделушки…
Тварь рассмеялась, глухим, утробным смехом, так, что у меня в животе все скрутило. Он медленно покачал головой.
– О, маленькая воровка, – пробормотал он с пугающей насмешкой. – Одного извинения недостаточно, чтобы искупить твои злодеяния.
Последняя капля крови покинула мое лицо, заставив побледнеть. Новая волна страха пронзила меня насквозь.
– Тогда… чего ты хочешь? – взмолилась я, отползая еще на дюйм, не в силах отвести взгляд от черепа, нависающего надо мной. – Назови цену. Деньги? Золото? Я отдам все, что у меня есть.
Он замер, застыл, словно статуя, и в груди на миг вспыхнула искра надежды. Неужели он и правда обдумывает? Возьмет ли он что-то в обмен на мою жизнь? Я ждала, затаив дыхание. По коже побежали мурашки. И сердце рухнуло в бездну, когда он наконец ответил:
– Я хочу твоей крови.
Я попыталась вырваться, чтобы отползти, но он вновь наклонился, схватил меня за лодыжку и, не говоря ни слова, пошел вперед, волоча меня за собой по кладбищу, словно тряпичную куклу. И тогда голос вернулся ко мне. Крик вырвался из горла, и я зашипела, ударяя его бледные пальцы свободной ногой:
– Пусти. Меня. Немедленно!
Призрак только снова усмехнулся, а я в отчаянии вцепилась в землю. Но под пальцами были лишь тонкие травинки, легко рвавшиеся на части. Я попыталась перевернуться на живот, вонзить пальцы в сухую почву, найти хоть какое-то сопротивление, но лишь сдирала кожу.
Он остановился у сумки с драгоценностями, которую я уронила, и присел рядом. Не отпуская мою лодыжку, он засунул свободную руку внутрь и стал копаться в вещах. Я подумала, что он просто заберет все украденное, но вместо этого он извлек ожерелье, то самое, что я достала из каменного гроба. Он аккуратно спрятал его под плащ и вновь поднялся, не прекращая тащить меня за собой.
Я закричала. Пронзительный вопль разлетелся по пустому кладбищу. Я знала – никто меня не услышит.
И даже если бы услышал… Что этот человек мог сделать? Сразиться с ним? Мысль сама по себе звучала как издевка. Он убил Марка за одно мгновение, вырвав у него позвоночник. Что ему ножи? Пули? Это существо было за гранью.
Оно вообще было живым?
Судя по бледной, с синеватым оттенком коже его пальцев, сжимающих мою лодыжку, и говорящему черепу без плоти, вряд ли. Это существо было так же мертво, как и Марк, только каким-то образом все еще могло ходить и говорить.
Он был так же мертв, как скоро буду и я, после того как он сделает со мной все то, что задумал.
Одна мысль о возможных пытках разожгла во мне новый прилив сил для борьбы. Я вцепилась в ближайшую надгробную плиту, пытаясь хотя бы замедлить это чудовище. Пальцы судорожно обхватили край выцветшего камня, суставы побелели от напряжения, но это задержало монстра лишь на миг. Он резко дернул меня за лодыжку, боль пронзила икру, и я не удержалась, оставив на камне несколько слоев содранной кожи.
– Черт… – прохрипела я сквозь стиснутые зубы, морщась от боли.
– Боевая, – отозвался зверь, даже не обернувшись. Его взгляд был устремлен на мавзолей. Он медленно, неотвратимо шагал, мы все быстрее приближались к входу.
Он собирался похоронить меня внутри склепа, который я потревожила, и оставить там умирать? Или запрет двери и будет наслаждаться тем, как я медленно задыхаюсь?
Я не знала, что он задумал, но не хотела узнавать.
– Пожалуйста, – взмолилась я в последний раз, с отвращением слыша отчаяние в собственном голосе. – Отпусти меня.
Он наконец остановился и обернулся, чтобы взглянуть на меня своим пустым, безразличным взором. Каждый раз, когда я смотрела в пустые глазницы, где у него должны были быть глаза, меня пробивала волна озноба. Это было настолько чуждо, настолько неправильно, но я не могла отвести взгляд.
– Маленькая воровка, – сказал он, – если я и могу дать тебе хоть одно обещание, так это то, что я никогда тебя не отпущу.
Он взмахнул рукой перед собой, воздух надвое рассекла тонкая, черная трещина, которая начала расширяться, превращаясь в портал, достаточно широкий, чтобы пройти в него.
Чтобы мы прошли в него.
Куда бы, к черту, он ни направлялся, он собирался взять меня с собой.
Повернувшись на бок, я смогла лучше разглядеть Ад, и то, что я там увидела, совершенно не походило на огненный, проклятый мир из моих ожиданий. Реальность меня поразила. Гладкие черные стены, украшенные сверкающими серебряными вставками. Готические арки и полы, отполированные до блеска.
Я нахмурилась, пытаясь осмыслить увиденное, но чудовище снова двинулось вперед, волоча меня за собой к открытому порталу.
Черт.
Я вытянула шею, чтобы в последний раз взглянуть на кладбище. Моя сумка с сокровищами валялась среди надгробий, а вдали бесформенной грудой лежало обезглавленное тело Марка. За считаные минуты вся моя реальность была разорвана в клочья, и ее обрывки, словно истонченные нити, ускользали от меня, пока я проходила в портал. Он закрылся за нами без единого звука.
Призрак молча шел по коридору. Его шаги гулко отдавались по кафельному полу, пока он тащил меня за собой, как мешок с грязным бельем.
Первое, в чем я тут же убедилась – это место было великолепным. Грандиозным. Роскошнее всего, что я когда-либо видела. Разве в Аду бывают особняки? Дворцы? Над головой висели люстры, полностью сделанные из костей, освещенные тусклым светом, едва пробивающим темноту коридора.
Изысканные дверные проемы равномерно чередовались вдоль обеих стен, украшенные глянцевым черным кантом и серебряными дверными молотками. Все здесь выглядело как настоящий зловещий, но изысканный особняк.
Второе, что я осознала – мрамор, по которому меня волокли, доставлял куда больше боли чем трава. Было чувство, что кожа раздиралась в клочья, пока чудовище методично вытирало мной пол. Я попыталась дотянуться до края своей рубашки, чтобы прикрыть оголившуюся кожу, но это было почти невозможно.
– Отпусти меня! Я закричу!
– Тогда кричи, – пророкотал он своим адским баритоном. – Лишь мертвые тебя услышат, и поверь, ни один труп не осмелится встать на моем пути. Тем более – ради какой-то жалкой воровки с кладбища.
Фыркнув, я задергалась, пытаясь вырвать лодыжку, она ужасно ныла в его стальной хватке, но он лишь сильнее сжал свои пальцы. Я всхлипнула, жалкий, унизительный звук, о котором тут же пожалела, чудовище рассмеялось.
– Продолжай дергаться, и я потащу тебя за волосы, – произнес он. Это не была угроза – это было обещание. И я не сомневалась, что он его сдержит.
– Почему ты просто не дашь мне идти? – заскулила я, все еще пытаясь натянуть рубашку, только для того, чтобы через секунду она снова задралась. – Все равно ведь убегать некуда. Куда, черт возьми, я пойду?
– Ты хочешь, чтобы я проявил к тебе то уважение, которого ты не оказала моим вещам? – Пробормотал он, и голос его стал еще ниже. – Не думаю, что у меня получится.
– Ты козел, – вырвалось у меня, прежде чем я успела прикусить язык. Но я сказала это искренне. Дьявол он или нет – это чудовище было настоящим ублюдком. Я почти жалела, что он не убил меня сразу, а тащил по полу, как мешок с картошкой.
– А ты – воровка, – пожал он плечами. – Отвратительная и безнадежная.
Я уже открыла рот, чтобы бросить ему еще что-нибудь язвительное, но мы резко остановились, взгляд чудовища впился в дверь справа. Он засунул руку под плащ и достал единственный ключ, а после, вставил его в замочную скважину. Замок щелкнул, и он без слов втащил меня внутрь.
Комната оказалась просторной и ярче освещенной, чем коридор, но все в ней было сделано из того же темного материала. Черные стены, черный потолок и огромная люстра из костей, свисающая над массивной кроватью с четырьмя стойками. Пол был полностью покрыт ковром насыщенного алого цвета, в тон постельному белью.
Наконец, он отпустил мою лодыжку, и нога с глухим стуком упала на пол. Она давно затекла, и теперь казалось, будто по коже ползет тысяча муравьев, кровь возвращалась в онемевшие ткани.
– Поднимайся, мелкая воровка, – рявкнул монстр, повернувшись и уставившись на меня с ожиданием.
Я знала, что должна подчиниться. Что бы он ни приказал, надо было слушаться, если я ценю свою жизнь. Но я злилась. Я была раздражена. Мне не хотелось слушать ни единого его слова, и я осталась лежать на полу с упрямым выражением лица.
– Ах, так теперь ты хочешь, чтобы я ходила сама? – прошипела я, скрестив руки на груди. – Тебе придется меня заставить.
Он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. Леденящая волна страха прокатилась вверх по позвоночнику и сжала грудь.
– Как скажешь.
В одно мгновение чудовище наклонилось и схватило меня за горло, легко подняв на ноги, пока его холодные пальцы беспощадно вжимались в мягкую плоть моей шеи.
– Тебе стоит запомнить свое место, – угрожающе произнес он, притягивая меня ближе к своему лицу-черепу, пока я не вздрогнула. – Ты принадлежишь мне, поэтому будешь делать то, что я скажу. Если только не хочешь умереть гораздо более медленной и мучительной смертью, чем твой друг.
Он медленно понес меня назад. В моих глазах начало темнеть от того, что он продолжал сжимать мое горло. Когда мои ноги уперлись в край кровати, он толкнул меня на нее, и в животе тревожно заурчало.
Он что, собирался взять меня силой? Трахнуть меня каким-то странным членом смерти?
Я тяжело сглотнула, ощущая его руку на моем горле, прежде чем он отпустил меня, позволив с трудом хватать воздух. Он отошел, но не настолько, чтобы я могла проскользнуть мимо него к двери. Хотя, даже если бы он был на достаточном расстоянии, вряд ли я решилась бы бежать.
Я еще слишком мало знала об этом месте. Не знала, что меня ждет. Побег сейчас означал бы верную смерть.
Когда он снова двинулся, в руке у него оказалось толстое стальное кольцо. Он расстегнул его и надел мне на шею. Раздался щелчок, замок защелкнулся сзади, и сердце ушло в пятки, когда я поняла, что он делает.
Он надел на меня ошейник. Как на чертового зверя.
– И чтобы тебе не вздумалось убежать, – сказал он, руки его двигались вне моего поля зрения. Звон цепи, которую он пристегивал к ошейнику, заставил кровь застынуть в жилах.
– Ты шутишь? – я уставилась на него, пораженная и сбитая с толку. – Ты просто собираешься посадить меня на цепь… навсегда?
Он уставился на меня своим бесстрастным лицом, пустые глазницы вызвали у меня мурашки по коже. Впервые я заметила слабое голубоватое мерцание глубоко внутри них.
– Если повезет, – он провел одним костлявым пальцем по моей челюсти, остановился на подбородке и слегка поднял мою голову вверх.
Если он и хотел что-то сказать, то, похоже, передумал и молча развернулся на каблуках сапог, направляясь к двери.
– Подожди! – крикнула я, уже вскакивая на ноги, чтобы бежать за ним. – Ты не можешь меня вот так оставить!
Я хотела, чтобы он развернулся, чтобы поспорил со мной еще немного. Хотела пробить его таинственную броню и узнать его планы на мой счет. Хотя не уверена, насколько бы это помогло. Не знала, станет легче или хуже, если узнаю все подробности предстоящих мучений, но я не хотела оставаться одна.
Он без единого слова вышел за дверь, с глухим хлопком закрыв ее за собой. Цепь на моей шее натянулась, за несколько шагов от двери, и несмотря на все усилия, кончики моих пальцев не могли достать до ручки.
– Черт! – закричала я в пустой комнате, изо всех сил дергая цепь, похоже, приваренную к изголовью кровати. – Черт! Черт! Черт!
После нескольких минут безуспешной борьбы я обессиленно рухнула на пол. Руки были стерты до крови из-за этого пленения, спина болела от того, что меня тащили по земле, лодыжка все еще ныла от железной хватки монстра, а горло болело от его пальцев. В довершение ко всему, за глазами расцвела пульсирующая головная боль.
Я была в ловушке, взаперти, без какой-либо помощи, которая могла бы принести хоть какой-то душевный покой.
Когда шок начал утихать, руки стали дрожать. Нижняя губа дрогнула, но я стиснула зубы, чтобы сдержать слезы. За годы своей работы, я видела много ужасного, но это… это было на абсолютно другом уровне.
Меня похитила сама Смерть, уволокла в другой мир, и теперь я была закована в цепи в роскошной тюремной камере.
Как я так проебалась?
Вся моя прежняя уверенность в собственных знаниях развеялась, и теперь я ни в чем не была уверена. Все это походило на бредовый сон, но не на реальность.
Одно было ясно: я не могла сойти с ума в этой комнате, если хотела выбраться отсюда.
В любом случае, я собиралась сбежать.
Глава 4
Рэйвен
Пол был жутко холодным, несмотря на тонкий ковер. Мне пришлось собрать в кулак все оставшиеся силы, чтобы подняться с него и добраться до кровати. Она была мягкой, идеально заправленной, но такой же холодной, как и пол. Ледяной, как и все в этом призрачно красивом дворце. Суровым и негостеприимным.
Я была вымотана до предела, и отчаянно нуждалась в долгом и спокойном сне, но уснуть было невозможно.
И в то же время, я до конца не верила, что все происходит наяву. Что еще это могло быть? Не может же это быть реальностью. Иначе пришлось бы поверить в то, что Марк мертв. Ушел из жизни. Разорван на части прямо у меня на глазах, чудовищем из костей и плоти.
Что меня утащили в другой мир, и теперь на моей шее ошейник, плотно застегнутый и впивающийся в кожу. Металл натирал, причиняя постоянную тупую боль.
Прошла, казалось, целая вечность, но, в конце концов, я решила сесть на край кровати, пока в голове продолжал бушевать вихрь мыслей.
Нет, это точно был не кошмар.
Это настоящий Ад.
Марк действительно мертв. Раздражал ли он меня? Да, но ни одна частичка моего мозга, не была настолько жестокой, чтобы придумать ту кровавую баню, которую я видела на кладбище.
По коже пробежала мерзкая дрожь, заставив меня вздрогнуть и крепко обнять себя. Вся тяжесть моего положения начала доходить до меня. В одну минуту Марк был жив, а в следующую стал всего лишь лужей крови и безжизненной плоти.
Убит тем же загадочным чудовищем, что утащило меня сюда. Тем странным, темным, бездушным созданием…
Воспоминания о нем заставляли мои мысли кружиться, а вопросы оставались без ответов.
Кем он был? Дьяволом? Богом? Проклятым божеством, охраняющим кладбища? Если да, то почему я никогда раньше его не видела? Я посетила множество кладбищ, обокрала сотни могил. Почему именно сегодня, в эту ночь, появилось это чудовище?
Возможно, слухи о семье Петерик были правдой… Вдруг они и вправду были потомками богов, а похитивший меня монстр был с ними как-то связан.
Честно говоря, не имело значения, кем или чем он был. В любом случае он был ублюдком. Жестоким ублюдком, который убил Марка, затащил меня в портал и заковал в цепи.
Мой гнев вспыхнул с новой силой, щеки запылали. Я отказываюсь сидеть взаперти, как животное, несмотря на его угрозу держать меня здесь вечно.
Возможно, я не блистала во многом, но в одном была действительно хороша – во взломах. И если это так, то мой побег был лишь делом времени.
Первым шагом было снять этот дурацкий ошейник, а уже думать о том, как выбраться из комнаты. А дальше… придется импровизировать.
Мои пальцы медленно ощупывали ошейник, изучая его. Дизайн был довольно простым, толстое стальное кольцо с одним маленьким замочным отверстием сзади. Цепь, которую он к нему прикрепил, должна была сниматься – иначе как он тогда ее застегнул? Но на металле не было и следа шва. Я сжала, потянула и нажала в месте, где цепь соединялась с ошейником на моей шее, но он даже не сдвинулся.
Сукин сын.
Так не пойдет. Мне придется вскрыть замок, если я хочу освободиться от кровати, а с моим положением нет и намека на хоть какой-то успех.
В качестве эксперимента я попыталась подвигать ошейник из стороны в сторону. Он плотно облегал кожу, но постепенно я смогла полностью его повернуть, теперь замочная скважина была спереди. Следующим шагом был поиск чего-то, чем можно было бы вскрыть замок.
За годы я взломала десятки замков, но этот случай был совсем другим делом. У меня всегда были инструменты, фонарик и, хотя бы общее представление о внутреннем строении замка. Этот же, был мне абсолютно незнакомым, а то, что он находился на шее, значительно усложняло задачу.
Но я не позволю подобным обстоятельствам повлиять на мою решимость.
Мне нужно сосредоточиться на своей задаче, иначе тяжесть моего положения вновь обрушится на меня. Нельзя было этого допустить. Мне нужно сбежать до того, как вернется это чудовище.
Хотя замок и казался странным, он явно был старым. А старые замки не бывают сложными. Обычная шпилька должна была помочь.
Я дотронулась до хвоста, выхватив шпильку из своих темных спутанных волос и принялась вставлять ее в замочную скважину. Я крутила и вертела ее, пытаясь провернуть механизм внутри, но, несмотря на несколько минут моих попыток, замок не открылся.
– Черт, – пробормотала я, глубоко вздохнув, чтобы успокоить нервы, и попыталась снова.
К моему разочарованию, вторая попытка не увенчалась успехом.
Разочаровывает, но это не конец света.
Мне просто нужно что-то помощнее шпильки, чтобы провернуть этот старинный механизм.
Осматривая комнату в поисках чего-нибудь полезного, я заметила детали, которые пропустила, когда меня сюда затаскивали. Справа были две двери, скорее всего ванная и гардеробная, но они были слишком далеко, чтобы я могла до них дотянуться. В углу стояли глянцевые черные напольные часы, но на циферблате не было цифр, только медленно двигались стрелки. С противоположной стороны кровати, стоял изящный письменный стол.
Столько всего, что хотелось бы исследовать, но ни до чего не дотянуться.
Я раздраженно вздохнула, но глаза сами возвращались к столу. Я сидела и гадала, что полезного может таиться в его ящиках. Там обязательно должно было быть что-то, что поможет вскрыть замок, вопрос только – как добраться до этого чего-то? Цепь натягивалась, а металлический ошейник врезался в шею.
Мне всего-то нужны были пару лишних футов…
Отведя взгляд от стола, я сердито уставилась на огромную четырехстоечную кровать, размышляя, насколько тяжело будет ее сдвинуть. Она казалась массивной, вырезанной из настоящего дерева, так что должно быть тяжелая. Но я не была новичком в перетаскивании тяжестей – гробы, надгробия, сумки с крадеными вещами. Я была маленькая и хрупкая, но далеко не слабая.
Адреналин закипал в моих венах, я подошла к краю кровати, толкнув одну из стоек. Та не сдвинулась с места.
Черт. Если этот план не сработает, что тогда? Я содрогнулась, представляя себе ужасающе короткий список оставшихся вариантов. Нет, это должно сработать.
Я прижалась к кровати, присела и с силой толкнула массивное сооружение. К моему облегчению, она сдвинулась, эхо от того, как она волочилась по ковру, разнеслось по комнате. Но, к сожалению, сдвинулась она совсем немного.
Я повторила попытку, направив все силы. Руки горели, пальцы ног ныли от того, что ботинки впивались в пол, но я не сдавалась. Стиснув зубы, ругаясь и потея, я сдвинула чертову кровать на пару футов. Когда больше не могла ее двигать, перепрыгнула на другую сторону и потянулась к верхнему среднему ящику стола.
Я застонала, борясь с разочарованием, которое сковывало плечи, и попыталась снова, стараясь дотянуться как можно дальше, в то время как металлический ошейник жестко врезался в нежную кожу шеи.
С криком я ухватилась за ручку и дернула, открыв ящик. Облегчение разлилось по телу, когда я увидела, что он полон всякой всячины. Я лихорадочно копалась в бумагах, лоскутках ткани и разных мелочах, пока пальцы не наткнулись на нож для писем. Нож для писем! И оружие, и вполне приличная отмычка. Хотелось заплакать.
Достав его из ящика, я едва успела полюбоваться изящной белой костяной ручкой и тонким лезвием, как сразу же развернула ножик к ошейнику и вогнала металл в замочную скважину. Я молча молилась всем богам, которые могли меня услышать, пока крутила и вертела лезвие. Сердце едва не остановилось, когда замок щелкнул. Надежда взмыла вверх. Дрожащими пальцами я сняла ошейник и бросила его на пол, металл громко звякнул о пол.
Я глубоко вдохнула, наполнившись облегчением от свободы, но не стала терять времени и побежала к двери. Я не знала, как долго его не будет, и была намерена исчезнуть задолго до его возвращения.
Замок на двери я вскрыла быстро, почти разочарованная, что он оказался таким простым. Осторожно приоткрыла дверь и выглянула в пустой коридор. Вокруг царила тишина, а мрачная, готическая атмосфера навевала холодок, заставляя мурашки бегать по рукам.
Сжав ножик в руке, как миниатюрный меч, я сглотнула, ощущая, как сердце колотится в горле, и прокралась в коридор, внимательно всматриваясь в темноту в поисках признаков движения.
Мне казалось, что монстр, который меня похитил, будет не в восторге, если обнаружит, что я сбежала, но я была почти оскорблена тем, что он даже не подумал о том, что я смогу это сделать. Я была одной из лучших воровок, которых когда-либо знала, и он думал, что пара простых замков свяжет мне руки? Я усмехнулась.
В следующий раз ему придется постараться намного лучше, если этот следующий раз вообще будет.
Я старалась идти как можно тише, насколько это возможно в моих громоздких сапогах, и торопливо двинулась по коридору, внимая каждой детали вокруг. Богато украшенные светильники, хаотично расставленные доспехи, черные, изящные карнизы, обрамляющие каждый дюйм стен. Вычурные лестницы, ужасающие и в то же время прекрасные картины в тяжелых рамах, и завораживающая темная атмосфера, достойная любого готического фильма ужасов.
Это было самое потрясающее, что я когда-либо видела. И я ненавидела, как сильно мне это нравилось.
Я понятия не имела, куда иду и где находится выход. Все это место сбивало с толку все органы чувств, поэтому я пыталась запоминать повороты на случай, если придется возвращаться назад. Налево у доспехов, направо у картины с женщиной в черном, налево вниз по лестнице. Коридоров и лестниц было так много, что пытаться запомнить их все было бессмысленно, но я старалась, хотя, по-видимому, заблудилась еще больше.
Налево у доспехов, направо у картины с женщиной в черном, налево вниз по лестнице…
Я замерла на начале лестницы, ощущая покалывание знакомой тревоги, пробегающей по позвоночнику.
– Что за… – мой голос оборвался, когда я обернулась к картине женщины в черном, чьи темные волосы волной спадали за спину. Ее лицо было пугающе красивым, худое, угловатое, с темными, вечно печальными глазами. Они казались знакомыми, ведь я проходила мимо этой картины как минимум дважды.
В животе все перевернулось. Я никак не могла ходить по кругу. Ни за что на свете. Я спустилась по крайней мере по четырем лестницам. Как же я снова оказалась в том же самом месте?
Сердцебиение участилось, мысли начали путаться, и я помчалась вниз, перепрыгивая по две ступеньки за раз. Вместо того, чтобы внизу повернуть направо, как в прошлый раз, я пошла прямо, бросаясь в незнакомый коридор, сжимая нож в руке. Налево, потом направо, я сознательно старалась заблудиться среди бесконечных коридоров, которые казались разными, но на самом деле были одинаковыми.
Единственное, что было страшнее повторяющихся пейзажей, – это нереальная тишина. Ее нарушали лишь мои короткие, прерывистые вдохи и мягкий стук от моих шагов по полированному полу.
Где же существо, что привело меня сюда? Прячется? Ждет? Следит?
Его нигде не было видно, но я не могла избавиться от ощущения, что за мной наблюдают. И что тот, кто изучает меня, видит не только сквозь стены. Он заглядывает прямо мне в душу, и видит, как растет моя тревога.
Издевается надо мной. Получает удовольствие от моих мучений.
Я повернула налево у еще одних доспехов и вдруг остановилась как вкопанная, снова передо мной была та самая картина. Печальная женщина смотрела на меня с выражением жалости в глазах, словно видела мое будущее.
В животе все сжалось, я смотрела на нее, а разум сходил с ума.
Невозможно, чтобы я снова оказалась здесь… если только все это здание не было каким-то волшебным лабиринтом, который специально возвращал меня назад к началу.
Черт. Черт. Черт! Как, черт возьми, мне отсюда выбраться?
Позади что-то зашуршало, и я вздрогнула, резко обернувшись, размахивая ножом для писем, как мечом. Я ожидала увидеть чудовище, его огромная черепастая голова должна была нависнуть надо мной, готовящееся убить меня, но никого не было. Вместо этого одна из стен медленно двигалась, проглатывая коридор за ней.
Рот открылся в ужасе, когда проход коридора сузился и в конце концов полностью закрылся, оставив передо мной голую стену. Как будто коридора никогда и не существовало.
Легкие сжались, паника пронзила меня, и я с недоверием уставилась на стену. Мои подозрения подтвердились.
Это место полно магии, которая оживляет стены – это каменный лабиринт, оживленный темной энергией.
А я – беспомощная мышка, затерявшаяся в его середине.
