Текст книги "Владыка костей (ЛП)"

Автор книги: Эйден Пирс

Соавторы: Р. К. Пирс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13

Рэйвен

Задыхаясь, я выбежала из комнаты Белиала. Я прислонилась спиной к стене и сползла вниз, уткнувшись лицом в колени. Моя кожа была горячей и липкой, на ней все еще оставались следы воска.

Я чувствовала себя совершенно изможденной, использованной.

Расстроенной.

И чертовски мокрой.

Я должна была чувствовать стыд за то, что мне пришлось сделать, чтобы этот демон отпустил меня.

Вместо этого я чувствовала… себя живой, окруженной всей этой смертью. Но, с другой стороны, я всегда чувствовала себя более комфортно в окружении мертвых.

В глубине души внутренний голосок говорил мне, что я принадлежу этому месту. Вероятно, потому что заслуживала гнить в аду, учитывая мою карьеру. Может быть, вечность в этом месте не была бы полным адом, если бы кто-то вроде Белиала назначал мне наказания.

Нет, плохая вагина. Я отругала пульсирующую плоть. Не то чтобы я винила ее. Я знала, что все мои предыдущие партнеры были разочаровывающими в постели, но после того, что только что произошло с этим демоном, я получила более четкое представление о том, насколько плохими они были.

Тем не менее. Я не могла остаться в стране мертвых только потому, что у него был лучший член.

Я встала и засунула руку под ночнушку, отрывая воск.

Мои шансы на побег были невелики, но я все равно должна была попробовать. Я была полна решимости, чтобы все прошло лучше, чем в прошлый раз. Меня бросило в дрожь при воспоминании о руках, хватавших меня со всех сторон, прикасавшихся ко мне.

Потом на смену этому воспоминанию пришло более свежее – руки Белиала, гладящие меня, твердые и властные.

В последний раз взглянув на его дверь, сердце сжалось в узел, и я бросилась бежать.

Мои босые ноги стучали по плиточному полу, когда я мчалась по коридору, белая ночная рубашка развевалась за мной. Ошейник на шее казался все тяжелее, но я игнорировала его, отгоняя всякое неудобство и сосредоточившись исключительно на том, чтобы выбраться из этого проклятого замка.

Не успела я опомниться, как уже шла по знакомой дороге. Влево у доспехов, вправо у картины Катрин, вниз по лестнице… Было глупо повторять шаги, которые я делала в прошлый раз, но у меня было ощущение, что неважно, каким путем пойду – все равно окажусь в той же петле коридоров. Те же стены будут издеваться надо мной и моей неспособностью разгадать лабиринт.

А что, если единственный способ выбраться – это магия?

Когда картина Катрин появилась в поле зрения во второй раз, мои плечи слегка опустились, и я замедлила шаг, с завистью глядя на ее торжественное выражение лица.

Ее образ и память были заперты в этом месте крепче, чем сокровища фараона. Но ее тело было свободно. Удалось ли ей сбежать от Владыки Костей? Был бы он настолько мрачен, если бы ей это не удалось?

– Думай, Рэйвен, – прошептала я, едва слышно для собственных ушей.

Раньше я уже выбиралась из лабиринта с помощью ножа для писем, хотя он привел меня в место, гораздо худшее, чем коридор. У меня не было ножа, чтобы выпросить ответы, Владыка Костей забрал его у меня, но был кое-кто другой, кого можно спросить.

Мой взгляд метнулся к стулу и столику напротив картины Катрин, где чайник в форме жабы неподвижно стоял на той же стопке книг.

– Чайник! – шепнула я, поспешно опустившись на колени рядом со столом, и уставилась на его немигающие фарфоровые глаза, как будто он мог меня видеть. – Пекарь! Ты знаешь, как отсюда выбраться?

– О, это снова ты, – сказала жаба, и ее крышка зазвенела, когда она ожила. – Разве я тебе не сказал? Выхода не было тогда и нет сейчас. Только если Владыка позволит. А он не имеет привычки отпускать свои красивые трофеи.

– А как же Катрин? – я снова посмотрела на картину. – Она сбежала, не так ли? Скажи мне, как?

– Как? Один раз через окно. Потом появились решетки. Потом еще раз с помощью меча из доспехов.

Моя кровь застыла в жилах.

– Ты говоришь о смерти. Она покончила с собой.

– Каждый раз он возвращал ее. Пока не перестал. Она сошла с ума, блуждая по кругу, дорогая. Ты делаешь то же самое.

– Я не сдамся, – мои челюсти сжались от слов жабы. – Должен быть какой-то выход.

– Тогда смотри под ноги, – рассмеялся чайник. – Прежняя хозяйка однажды была раздавлена между сдвигающимися залами.

– Раздавлена? – Я взглянула на коридор рядом с нами, зная, что камень скоро сдвинется и поглотит коридор за ним. Казалось, стены сдвигались чаще всего, когда я не смотрела.

– И остерегайся порочных душ, – добавил подсвечник рядом с чайником.

– Порочные души?

– Темная магия, витающая в воздухе, со временем начинает развращать души. Поэтому большинство из нас ищет убежище вокруг замка. У меня же, керамического чайника, из глаз не вырастут кости.

– Может, тебе стоит минимизировать потери и избавиться от своего милого тельца, – сказал подсвечник. – Найди что-нибудь, где можно спрятаться.

– Ей нечего взять. Разве что ночной горшок в одной из запасных комнат. Но тогда хозяин может не захотеть тебя.

– Вот, проблема решена! – сказала фигурка толстой горгульи, сидящая на буфете под портретом Катрин.

Предметы хором засмеялись, их хриплое хихиканье эхом разносилось по тихому залу.

Я закатила глаза. Эти души не собирались мне помогать. Со стоном я встала на ноги и подошла к картине Катрин, мои мысли беспорядочно метались в голове.

Если я хотела найти выход, значит ли это, что мне придется пройти по одному из движущихся коридоров, чтобы к нему добраться?

У меня скрутило живот.

Если я была права, то приблизилась на шаг ближе к побегу. Но если ошибалась… О таком варианте не хотелось даже думать.

Уставившись на коридор, пытаюсь оценить его длину. Успею ли я до того, как он изменится? Коридор казался бесконечным, но каменные стены медленно сдвигались.

Я смогу. Надеюсь. У меня не было второго шанса. В худшем случае – меня ждет смерть. Игра окончена.

Тогда Владыка Костей придет, чтобы воскресить меня, как он сделал это с Катрин.

По моей спине пробежал холодок. Я не хотел снова его видеть. Я ненавидела его. И после того сна я не смогла бы смотреть ему в глаза.

Я тяжело вздохнула. Смерть была недопустима.

После того, что показалось вечностью, за секунды до того, как я была готова сдаться и снова пойти по лестнице, раздался грохот, нарушивший тишину. Левая стена начала сближаться, делая длинный коридор все уже с каждой секундой, и я без раздумий бросилась бежать.

Я бежала так быстро, как только могла, мчась по сужающемуся коридору. Стены сближались, а коридор казался все длиннее и длиннее.

У меня скрутило живот. Я неправильно рассчитала расстояние? Блядь. Блядь. Блядь!

Кровь стучала в ушах, а коридор становился все уже. Каменные стены были теперь в нескольких сантиметрах от меня по обе стороны. Боже мой, что это за кошмар из фильмов об Индиане Джонс?

Каменная стена коснулась моей руки, прижимая меня к себе. Мне пришлось повернуться и идти боком. Когда осталось всего несколько футов, я прыгнула, нырнув в комнату в конце прохода.

Я влетела в камень с такой силой, что из груди выбился воздух, едва не ударившись подбородком о пол. Я выругалась, не веря в то, что только что произошло.

Я чуть не оказалась между каменными плитами. Но я справилась.

Начав осматривать место, куда попала, у меня отвисла челюсть.

Я оказалась в месте, чем-то похожем на уютный кабинет, заполненный всевозможными книгами и мебелью из костей. Здесь было немного грязно, но в этом помещении не было той тяжелой атмосферы, что царила в бесконечных коридорах снаружи.

Встав на ноги и осмотрев помещение, я поняла, что причина этому то, что ни один из предметов не выглядел жилищем мертвецов.

В одном конце комнаты стояло богато украшенное зеркало. Оно было огромным, с зеркальной поверхностью, достаточно большой, чтобы отразить в ней всю комнату.

Я подошла к столу, придвинутому к дальней стене, и села в огромное кресло, напоминавшее костяной трон из моего сна. Мой взгляд переместился на окно над столом.

Вид из него заставил меня прослезиться.

Окно, из которого я вылезла, выходило на океан, значит, я должна была оказаться на другой стороне замка, потому что воды не было видно. Вместо этого, до самого горизонта простирался самый большой лабиринт из живой изгороди, который я когда-либо видела.

Это напомнило «Алису в стране чудес», только вместо лабиринта из красивых розовых кустов – этот был коричневым, мертвым и заполненным извилистыми кустарниками. Даже если бы я нашла выход, мне понадобилось бы миллион лет, чтобы выбраться из него…

– Наслаждаешься видами моего лабиринта, маленькая воровка?

Ненависть пронзила меня до мозга костей при звуке этого глубокого, как ад, голоса – ненависть, смешанная с чем-то еще, чем-то, что я не осмеливалась угадать.

Я не слышала, как он вошел. Ни звука шагов, ни шелеста его плаща. Как будто он был здесь с самого начала.

Я поднялась с кресла, но тяжелая рука схватила меня за плечо и толкнула обратно.

Я подняла глаза и увидела, что за креслом стоит Владыка Костей, возвышаясь надо мной со зловещим блеском в глазницах. Он держал одну руку на моем плече, а другой играл с амулетом на моем ошейнике.

– Ты такая настойчивая. Что мне с тобой делать?

– Отпусти меня.

Он мрачно, хрипло хмыкнул.

– Так хочешь сбежать от меня, когда еще не познала сладких мучений в моих объятиях. Или, может быть… – он схватил кресло за подлокотники и развернул меня к себе, ножки кресла скрежетали по камню. Он продолжал держаться за подлокотники, как за клетку, в которой я была заперта. – Может быть, ты познала.

– О чем ты говоришь? – прорычала я, стараясь не выдать страха в голосе.

– Тебе в последнее время снились приятные сны?

– Ты ублюдок, – прошипела я, стиснув зубы. – В еде что-то было.

– Не будь такой раздраженной. Тебе же очень понравилось.

– Мне… мне не понравилось.

Мое сердце подскочило к горлу, когда его челюсти раздвинулись и из них высунулся черный язык. Он был точно такой же, как в моем сне. Только раздвоенный посередине.

Господи Иисусе. Сколько грехов может совершить такой язык.

Я замерла, дыша короткими рывками, когда Владыка Костей наклонился над креслом и провел языком по моим губам, обводя контур моего рта кончиком своего чудовищного отростка.

– Твои милые лживые словечки такие сладкие. Осторожно, я могу пристраститься к этому вкусу.

– Отпусти меня, – повторила я, глядя на дверь, которая виднелась за его плечом. – Мне не место здесь.

– Ты действительно так думаешь? – Его низкий голос окутал меня, вызывая мурашки по коже. – Интересно… Ты грабила могилы ради денег? Или это был всего лишь повод, чтобы быть ближе к смерти?

Его огромная рука обхватила мою щеку, а когти впились в волосы, царапая кожу.

– Я могу подарить тебе новый дом.

Мое сердце безжалостно колотилось в груди, когда я смотрела на своего похитителя. Его рога возвышались в воздухе, когда он нависал надо мной. Как ангел смерти, предлагающий мне вечное проклятие под видом спасения.

– Дом? Ты имеешь в виду мою новую клетку?

– Это будет позолоченная клетка, самая красивая из всех, что когда-либо дарили смертным.

– И что я должна делать? Сидеть и быть твоим дворцовым питомцем?

– О… – протянул он, и его хриплый голос проник прямо в мою душу. – Ты будешь гораздо большим, чем просто моим питомцем.

Его когтистые пальцы сжали мою руку, его рука была настолько большая, что охватила ее от запястья до локтя. Он вытащил меня из кресла и прижал мое тело к своей груди.

Этот монстр возвышался надо мной, все его два метра двадцать сантиметров отбрасывали тень, которая обволакивала меня так же ощутимо, как его ошейник вокруг моей шеи.

– Ты будешь моей рабыней. Будешь страдать от моих рук, а я буду наслаждаться твоими прекрасными криками. Я выжгу свое имя на твоих костях и вырежу его на твоей плоти. Ты будешь терпеть меня и мою жестокость вечно. Как мой питомец. Моя возлюбленная. Моя королева.

Возлюбленная? Королева?

Осознание происходящего обрушилось на меня, как падающее пианино в старых мультфильмах. Это было мое наказание за осквернение тела Катрин.

Я была ее заменой.

И он это знал.

Я не могла позволить этой части меня решать мою судьбу. Я не могла быть игрушкой в руках Владыки Смерти. Потому что, если соглашусь, мне не будет спасения.

Даже смерть не разорвет наш союз.

Я пыталась вырваться из его рук, но он лишь сжимал меня еще сильнее.

– Ты не можешь так поступить. Ты должен хотя бы дать мне шанс сбежать.

Свет в его глазницах сочился злобой.

– Я не обязан тебе ничего давать.

– Тогда я буду вечно тебя ненавидеть. Так же, как Катрин. Ты хочешь этого? Дай мне шанс вернуться домой, и если я не смогу, то приму свою судьбу. Я буду твоей возлюбленной и королевой.

Казалось, он обдумывал мои слова, наклонив голову и глядя в окно над моей головой, погруженный в раздумья.

– Хорошо.

Я затаила дыхание, не в силах вдохнуть. Я не ожидала, что он согласится.

– Правда? – прохрипела я.

Он медленно протянул руку к моему лицу, проведя пальцем по линии подбородка и пристально глядя на меня.

– Ты так сильно хочешь свободы? Я хочу увидеть, как ты будешь бороться за нее, проливать кровь, умирать за нее, – сказал он, приподнимая мой подбородок. – Ты должна сбежать с моих земель, пока не истекло время…

Его рука опустилась с моего подбородка на мою попку, прижимая меня к невероятно большой выпуклости, прижатой к моему животу. Это была угроза – нет, обещание.

– Или станешь моей навсегда, до конца вечности.

До конца вечности.

Несмотря на то, что извращенная часть меня оживилась от безумного предложения этого монстра, вечность была слишком длинной. Он был слишком жестоким. Слишком большим. Он бы порвал меня, заставив истекать кровью. А потом он вернет меня обратно, лишь для того, чтобы повторить все сначала.

Моя киска запульсировала от этой мысли.

Нет. Я не могла позволить этому монстру проникнуть в мои мысли, как он этого хотел.

Он, блядь, похитил меня.

Надел на меня ошейник.

Он угрожал мне, грубо обращался со мной, вторгался в мой разум.

И я не могла забыть его худшее преступление.

Он убил Марка. Конечно, я никогда не любила его. Но он не заслуживал такой смерти.

– Сколько у меня времени?

– Три дня.

Через секунду после того, как моя надежда взлетела до небес, она снова рухнула. Я снова посмотрела в окно на раскинувшийся внизу лабиринт.

– Этого времени не хватит.

– Это все, что у тебя есть.

Я бросила гневный взгляд на ухмыляющийся череп, мои глаза горели яростью. Он держал мою руку так крепко, что казалось, она может сломаться в любой момент, но я не хотела показывать свою боль.

– Хотя бы дай мне нормальную одежду, – я все еще была одета только в тонкое, как бумага, ночное платье. – Ты же не думаешь, что я буду бродить по твоей жуткой усадьбе без нижнего белья и даже без обуви?

Я вздрогнула, когда он дернул меня за руку, поднимая так, что мои пальцы едва касались земли. Его морда была в нескольких сантиметрах от моих губ, его горячее дыхание обдавало мою кожу.

– Тебе повезло, что я не сорвал с тебя эту ночную рубашку и не заставил бродить по грязи и колючкам голой.

Гневные слезы затуманили мне зрение.

– Я пиздец тебя ненавижу.

– И все же твоя смертная пизда все еще плачет по мне.

Он указал на пол, и я последовала за его взглядом, увидев небольшую лужицу у своих ног.

Это была не моча – скорее всего, я бы меньше стеснялась, если бы это была она. В этой ситуации было бы логично, если бы я обмочилась от страха. Никто бы меня не осуждал. Но это была не моча. Это было мое возбуждение. Я всегда была очень влажной, до такой степени, что обычно носила с собой запасную пару трусиков, куда бы ни шла. Марк подшучивал надо мной из-за этого.

Это было слишком даже для меня. Слишком много, чтобы списать это на естественную смазку.

– Это ничего не значит, – прошипела я. – Мое тело, оно… – Мой голос затих.

Оно предало меня.

– Ну как, маленькая воровка? Договорились? У тебя есть три дня, чтобы сбежать. Если не сможешь, ты станешь моей. Навсегда.

Меня захлестнула буря эмоций. Какой у меня был выбор? Сделка с дьяволом обернется для меня плачевно. Но торговаться с королем Лимбо за небольшой шанс на свободу было гораздо менее глупо, чем согласиться стать его сексуальной рабыней.

– Мы договорились. И что? Пожмем руки? Или я подпишу какой-нибудь чертов контракт?

Он медленно покачал головой, убрав пальцы с моего плеча.

– Нет. Только не для тебя. Ты встанешь на колени.

Моя попка сжалась, липкая от пота и возбуждения.

– Что? Я не буду этого делать.

Владыка Костей повернулся, чтобы уйти.

– Как хочешь. Я позову Хольгу, чтобы она снова заковала тебя в цепи. Ты можешь согревать постель моего перевозчика, пока я не решу сделать тебя своей.

Я вздрогнула от его слов. Почему я чувствовала себя такой преданной? Это действительно было мучением для меня. Если бы он действительно заботился обо мне, он не отдал бы меня с такой легкостью другому.

Боль, пронзившая меня, не имела никакого смысла. Почему я удивилась? Почему мне было не все равно?

Я не хотела его любви или его одержимости. Мне нужно было убираться отсюда.

Я резко вытянула руку и схватила его за плащ.

– Подожди…

Он остановился и медленно повернулся ко мне, ожидая действий.

Я медленно опустилась на колени. Он протянул палец и указал на лужу, которую я оставила на полу его кабинета.

– Лижи.

Мое сердце колотилось в горле, когда я смотрела на лужу.

– Но…

– Не заставляй меня ждать, – он опустился на одно колено, взял меня за волосы, сжал длинные пряди и обернул их вокруг своей руки, как поводок. Я ожидала, что он будет держать меня грубо, как раньше. Вместо этого он мягко подтолкнул мое лицо к луже, ободряя меня.

– Будь хорошей девочкой, ты сможешь.

Эта более нежная сторона его характера ошеломила меня. Я ни на секунду не поверила в нее. Но похвала придала мне сил.

Присев на корточки, я опустила лицо на пол. Его глаза жгли меня, когда он наблюдал, как мой язык скользит по камню, слизывая жидкость.

Он мрачно рассмеялся, и от этого звука у меня закружилась голова.

– Как тебе вкус твоего вожделения меня?

На вкус это было не очень, но моей киске было все равно. Лизание собственных соков с пола заставило мое тело пылать. И это меня пугало. Потому что я не могла отрицать свое сильное влечение к этому монстру – древнему, злобному демону смерти и костей.

– Посмотри вверх, маленькая воровка.

Я подняла взгляд и увидела Владыку Костей, его глазницы были горячими и полными огня. Мое сердце сжалось, когда мой взгляд упал на предмет, который он теперь держал в руке.

Это была корона, сделанная из кости, а точнее – из позвоночника.

– Если не сбежишь из моего дворца за три дня, это будет первым из многих подарков. Узнаешь его?

Я смотрела на корону в замешательстве, пытаясь понять смысл его слов. Что он имел в виду под «узнаешь его»? Потом до меня дошло.

Ужас скрутил мне желудок, желчь подступила к горлу.

– Это не…

– Твой мертвый друг? О да, маленькая воровка. Я использую все кости, в которых больше не нуждаются души, когда-то обитавшие в них. Сидеть на голове моей королевы – это величайшее достижение, на которое мог надеяться такой никчемный смертный, как он.

– Т-ты г-грязный монстр… – пролепетала я, едва выдавливая слова из себя, пока не рухнула на землю.

– Да, и через три дня я буду твоим монстром, – хмыкнул он.

Его слова были последним, что я услышала, прежде чем потеряла сознание, и тьма поглотила меня.

Глава 14

Рэйвен

Первое, что я почувствовала, когда пришла в сознание, было прикосновение чего-то мягкого к моей коже. Еще не открыв глаза, я поняла, что больше не нахожусь в замке. Воздух, наполнявший мои легкие, не был пропитан тяжелым запахом печали и пыли, который царил внутри него.

Он пахнул дождем и грязью.

Я приоткрыла глаза и увидела небо, покрытое слоем тяжелых, нависших дождевых облаков. Нежное прикосновение к моей коже оказалось густым покровом вереска, по крайней мере, я думала, что это был вереск, хотя эти цветы были серыми, а не розовыми. Голова немного закружилась, когда я с трудом приподнялась в сидячее положение и нервно огляделась, изучая окружающую обстановку.

Как, черт возьми, я здесь оказалась?

Владыка Костей принес меня сюда? Зачем ему это делать, если я теперь была на шаг ближе к побегу? Я не была настолько наивна, чтобы думать, что он дал мне фору. Я не верила, что в нем есть хоть капля доброты, после того, что он сделал с костями Марка.

Может, Белиал появился, чтобы помочь мне? Когда он снял с меня цепь, он не казался обеспокоенным тем, что может разозлить своего Владыку. Может, он был настолько самонадеян, что ему было все равно, или он был настолько высоко в пищевой цепочке, что попросту не боялся? Возможно, он мог бы стать моим союзником. Но если он снова мне поможет, вероятно захочет от меня чего-то еще…

У меня не было времени сидеть и строить домыслы.

Как бы мне ни хотелось сидеть и размышлять об этом, я едва могла думать из-за сильной головной боли. Может, я ударилась головой о пол, когда потеряла сознание? Я закрыла глаза и вздрогнула, тут же снова их открыв. Образ Владыки Костей, нависающего надо мной с короной из останков Марка, врезался в мою память.

Я заставила себя забыть об этом воспоминании и поднялась на ноги, завязывая пояс вокруг талии, пока мои глаза осматривали все вокруг.

Похоже, я была во дворе.

Стены замка возвышались над головой, грозно нависая над тем местом, где я лежала. По камню вились лианы, не оставляя ни единого просвета между замком и лабиринтом извилистых растений, окружавших двор со всех сторон. Кусты казались густыми и неприступными, не оставляя места для прохода.

Посреди двора стоял черный каменный фонтан, из которого брызгала красная жидкость, слишком сильно напоминающая свежую кровь.

Судя по цвету, растения были мертвы, но что-то бледное, возможно, плоды или цветы, усеивало колючие кусты. В стене было три прохода, где ветви образовывали арки, создавая входы в лабиринт. Меня пробрала дрожь, когда я обратила на них внимание и поняла, что произошло.

Единственный выход находился за лабиринтом.

Мысль о том, что мне придется пробираться через колючий кустарник, одетой только в прозрачную ночную рубашку, была ужасающей, и я жалела, что на мне нет хотя бы сапог, чтобы защитить ноги. Я бы согласилась на что угодно: кроличьи тапочки или те маленькие ботиночки, которые дают на открытых днях в домах богатых людей. Но нет. Владыка Костей оказался чертовым садистом.

Вероятно, он сейчас наблюдал за мной из окна своего кабинета и дрочил.

Я была полна решимости устроить ему настоящее представление и с высоко поднятой головой принять все, что этот лабиринт мог мне предложить. У меня было три дня, чтобы пройти его.

Или я навсегда останусь его.

С нервным вздохом я повернулась и направилась к высокому лесу из колючих кустарников. Я не имела ни малейшего представления, какие ужасные вещи я там найду. Трудно было представить что-то ужаснее, чем Владыка Костей.

Я остановилась, подойдя достаточно близко, чтобы разглядеть бледное нечто, украшавшее темные, скрученные ветви. Мой желудок скрутило от отвращения. Это были вовсе не цветы или плоды.

Это были части тел, сотни отрезанных частей тел, разбросанных среди кустарника. Руки, пальцы ног, туловища, головы.

Хуже всего было то, что они двигались.

Желчь подступила к горлу, а сердце больно ударялось о ребра. Здесь было как в темнице. К счастью, между высокими изгородями было достаточно места, чтобы я могла пройти, не задевая их, но что будет дальше? Там будет по-другому? Гуще? Придется пробиваться сквозь стены отрезанных конечностей?

Я сглотнула.

Сделав несколько шагов, я их услышала. Шепот. Тихий рокот, доносившийся из-за изгородей, голоса, неразборчивая песня. Кровь отлила от моих щек, страх пробил мою уверенность и сжал ледяными когтями.

Черт. Это было нехорошо.

Один только вид этих конечностей, особенно хватающих рук, вызывал у меня панику.

Я не могла здесь словить панику. Я не хотела, чтобы Владыка Костей увидел, как я сдаюсь, даже не начав.

Я проглотила тошноту, угрожавшую разрушить остатки моей решимости, и повернулась, чтобы войти в заросли кустарника. Я держала голову высоко, крепко обхватив себя руками, чтобы сохранить как можно больше пространства между мной и шевелящимися частями тел в стенах лабиринта. Шепот становился все громче, танцуя по моей коже, оставляя мурашки на каждом сантиметре моего тела.

Меня воротило от того, что я нахожусь здесь, но ещё больше ненависти вызывала мысль о том, что могу проиграть Владыке Костей.

Шаг за шагом медленно продвигаясь вглубь лабиринта, оглядываюсь по сторонам, боясь, что шевелящиеся руки в стенах неожиданно схватят меня. К счастью, они не казались такими жадными, как те, что были в темнице.

Когда я дошла до первой развилки, то остановилась, не решаясь принять решение, но мои мысли прервал шуршащий звук позади меня. Сжимая кулаки в ожидании атаки, я резко обернулась, но там никого не было. Я по-прежнему была одна.

Мое внимание привлекло движение в начале дороги, и я с ужасом увидела, как кусты ожили и двинулись друг к другу, пока место, где я вошла в лабиринт, не стало тупиком.

Черт возьми. Мой мозг с трудом осознавал, что происходит.

Как и замок, лабиринт был оживлен темной магией и закрывал меня внутри, а я беспомощно наблюдала, не в силах ничего сделать, чтобы это остановить. Вернуться назад было невозможно.

Я побежала по тропинке справа, боясь, что стены будут продолжать срастаться, пока не поглотят меня целиком. Неровная дорога ранила мои босые ноги, когда они касались промокшей земли. Дождь прекратился, но почва была грязной, полной камней и колючек.

Несмотря на все это, я не сбавляла скорости. К чертовой матери, я отказываюсь.

Влево, вправо, снова влево. Я заблудилась раньше, чем успела придумать план, надеясь, что удача приведет меня куда-нибудь.

Но этого не произошло.

Все проходы были одинаковыми. Те же высокие стены, те же разорванные тела, разбросанные по ним, и тот же преследующий шепот, который скользил по моей коже, как нежелательная ласка.

Я замедлила шаг и остановилась, мои легкие молили о том, чтобы отдышаться. Я задыхалась, пытаясь дышать ровно, и запрокинула голову, чтобы посмотреть на небо. Там все еще кружили темные облака. Здесь всегда было облачно? Или после дождя выйдет солнце?

А было ли здесь вообще солнце?

– Ты упадешь в небо, если будешь так смотреть вверх, – сказал кто-то позади, заставив меня вздрогнуть. Я резко обернулась, чтобы найти владельца голоса. Но там никого не было.

Я по-прежнему была одна, но ясно слышала, что кто-то говорил.

– Эй? – Мой голос прорезал шепот, и я пристально следила за любым движением.

– Не нужно кричать, – голос донесся справа, и я резко повернулась в ту сторону. Там, застрявшая среди темных кустарников и скрученных лоз, лежала отрезанная голова. Впалые щеки, редкие волосы и желтоватая кожа, она казалась спящей… пока один из ее глаз не открылся и не посмотрел прямо на меня.

Он был молочно-белым, но бегал по сторонам, как будто все еще мог видеть.

– Простите? – сказала я, ошеломленная, не зная, что еще сказать отрубленной голове.

– Ты идешь не в ту сторону. – Другой глаз головы открылся, обнажив пустую глазницу. Должно быть, черви съели его.

Я резко вдохнула.

– Вы знаете, как отсюда выбраться? – спросила я, надеясь, что удача наконец-то мне улыбнулась.

– Конечно.

Сердце подскочило к горлу.

– Правда? Можете мне сказать?

– Сказать что? – голова нахмурилась.

– Как выбраться отсюда.

Голова презрительно фыркнула.

– Кто сказал, что я знаю, как выбраться?

– Вы сами, – резко ответила я, чувствуя, как меня охватывает раздражение.

– Что сказал?

– Сказали, что знаете, как выбраться из лабиринта, – прорычала я, и мое раздражение перешло в тихую ярость. Если бы я не боялась подойти ближе к кусту, то ударила бы эту голову. – Вы знаете как выбраться отсюда, или нет?

Голова хохотнула, широко улыбнувшись, обнажив несколько дыр вместо зубов.

– Нет.

Я топнула ногой по земле, но тут же пожалела об этом, когда острая веточка вонзилась в мой мизинец. Отрезанная голова рассмеялась над моим взвизгом боли.

– Не теряй голову, дева!

Я стиснула челюсти, скрежеща зубами. Какая трата времени. Этот парень, то, что от него осталось, потерял рассудок вместе с остальной частью тела.

– Спасибо за… ничего, – пробормотала я и повернулась, чтобы пойти по тропе. Не успев далеко уйти, я услышала, как голова за моей спиной начала кричать.

– Не туда! Ты идешь не в ту сторону! – крикнул он, но я проигнорировала его. Он явно не знал, о чем говорил, и, если бы я его послушала, то, скорее всего, еще бы больше заблудилась. Я продолжала идти, чувствуя, как гнев заливает мои щеки. Я покажу ему, как и Владыке Костей. Мне не нужна была помощь ни одного из них, чтобы выбраться отсюда.

Когда я дошла до конца тропы, земля стала еще мягче, чем раньше, на мгновение почувствовав облегчение. Здесь не было острых камней и шипов, которые могли ранить ноги, но, когда земля начала проваливаться между пальцами, я остановилась. Только движение не прекратилось.

Я тонула.

Мои ноги медленно исчезали под поверхностью земли. Я пыталась вытащить их, но они не двигались. Чем больше шевелилась, тем глубже проваливалась. Земля поглощала меня, тянула вниз, и чем больше я сопротивлялась, тем быстрее проваливалась.

Я забрела в зыбучие пески.

Я закричала, пронзительный звук разрывал мне горло, и шепот в воздухе превратился в ропот.

– Потише, – резко сказал кто-то.

– Да. Постарайся умереть тихо, пожалуйста.

Игнорируя насмешливые голоса, я схватилась за кусты, цепляясь за колючие лозы, несмотря на боль, и держась за них, как за спасательный круг. Я тянула и дергала. Но что бы ни делала, я продолжала погружаться. Сначала исчезли мои ноги, потом бедра. Я царапала землю, мои ногти отчаянно оставляли следы на песке в тщетной попытке найти твердую опору.

Через несколько минут я бы задохнулась.

Я снова закричала, хотя знала, что никто не придет мне на помощь. Даже если бы кто-то услышал, я сомневалась, что он успеет вовремя.

Земля поглотила половину моего туловища, сдавливая меня и не давая дышать. Чем больше она поглощала меня, тем сильнее стискивала каждую кость в моем теле, пока не стало казаться, что они раздробятся под давлением. Когда мои руки скользнули под землю, я потеряла последнюю надежду.

Я не могла бороться.

Мне не оставалось ничего другого.

Я умру, и Владыка Костей вернет меня к жизни в бесконечном цикле пыток.

В груди защемило, но я была не уверена, было это от страха или от давления песка.

Будет ли больно умирать? Вдохнуть в последний раз?

Или же это будет похоже на погружение в сон? Почему-то мне казалось, что умереть будет легче, чем вернуться к жизни, где мне придется снова встретиться лицом к лицу с Владыкой.