Текст книги "Бюро (не)добрых услуг. Ваши проблемы — наша работа (СИ)"

Автор книги: Евгения Грин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 24 страниц)

– Сегодня?

Посмотрела на часы. Жаль, сегодня не успеем. Храм уже закрыт. Ну и дирхи с ним.

Соскользнула с дивана к Осборну.

– Грейс! – занервничал Эдвард. – Что ты творишь?

– Я? Раздеваю тебя, – хихикнула, заканчивая расстёгивать рубашку. Наслаждалась новыми для себя ощущениями, гладила мужские плечи, целовала.

– Грейс, немедленно прекрати, иначе ты доиграешься. – Эдвард попытался отцепить меня от себя. Впрочем, как-то не слишком настойчиво.

– Я испугалась. Правда. Очень. – В доказательство укусила Эдварда за нижнюю губу.

– Ладно, – сказал Эдвард, – я пытался быть честным человеком.

– Целых три минуты.

– Две, ты меня переоцениваешь.

Замок щёлкнул. Двери Бюро на сегодня закрылись для всех посетителей.

Эдвард целовал меня головокружительно глубоко. Ласкал, заставляя тело остро реагировать на прикосновения. Осмелев и потеряв последний стыд, перекинула ногу через мужчину и устроилась сверху, чем окончательно довела его. Не переставая сводить меня с ума поцелуями, Эдвард задрал мне юбку и добрался до внутренней стороны бёдер, поглаживая большими пальцами, начал медленно подниматься выше.

– Эд... – выдохнула, утонув в удовольствии, опёрлась о крепкие плечи, прогнулась в спине, замирая в ожидании.

– Грейс! – каркнули над нами, в самый неподходящий момент. – Прекрати соблазнять лорда Осборна.

Краснея, в одно движение натянула платье повыше, а юбку одёрнула пониже.

– Лорд Осборн, немедленно отпустите Грейс, иначе я доложу о вашем недостойном поведении лорду Ровендрейну.

Эдвард послушно выпустил меня, посадил не диван, мило расправил смятую юбку и отошёл подальше, ещё и отвернулся для верности

– Едва не проспал! – сокрушался Маркус, пока мы с Эдвардом приводили себя в порядок. Между прочим, под его строгим надзором.

Тоже мне, гувернантка!

– Не доверяешь мне больше? – спросил призрака Эдвард.

– Я Грейс не доверяю, – скрипнул Маркус и заявил: – Лорд Осборн, я вынужден просить вас покинуть этот дом и не появляться здесь до самой свадьбы,

– Тогда до завтра, – сказал Эдвард, целуя меня на прощание

Но пожениться на следующий день у нас не вышло.

Узнав о намечающейся свадьбе, мама и Дин не позволили нам обойтись тихой-мирной церемонией и решили устроить пышное торжество, пообещав достать для меня самое красивое платье.

И свадьбу пришлось отложить. На послезавтра.

Дольше мы с Эдвардом ждать не согласились.

Глава 52

– Грейс, я женюсь! – торжественно заявил братец.

– Обойдёшься, сегодня моя свадьба – Отвернулась от Клайва. Потом спохватилась: – Погоди, как женишься? На ком?

– На ней. – Клайв показал на сбившуюся в стайку группу девушек. Все мои подруги. Незнакомых девиц среди них нет.

– И как её зовут? – спросила, гадая, не начинаются ли у меня проблемы со зрением. Может не разглядела кого?

– Понятия не имею, – ответил Клайв. – И не смотри на меня так! Это любовь с первого взгляда. Ей не нужны имена.

– И кто же поразил твоё сердце на этот раз? – Всё, можно расслабляться. Таких влюблённостей у брата по десять штук до обеда и ещё двадцать после.

– Грейс, я серьёзно. – Клайв даже как будто обиделся слегка. – В жизни такой красоты не видел.

Ясно.

– Ты в курсе, чья сестра, эта твоя красота?

– И чья же? – спросил Клайв, не отрывая взгляда от Дин.

– Осборна.

– Да хоть императора. Говорю тебе, Грейс, я женюсь на ней.

– Ей семнадцать, – предупредила я.

– Подожду.

– Если ты её обидишь, Осборн тебя в порошок сотрёт, а я ему помогу.

– Грейс! – возмутился Клайв. – За кого ты меня принимаешь?

– За бабника, гуляку и своего братца.

– Я исправлюсь, сестрёнка, – хохотнул Клайв. – Как я выгляжу?

– Как всегда.

– Значит замечательно. Я пошёл. Пожелай мне удачи.

Но Дин уже сама бежала к нам. Ветром пронеслась мимо Клайва, не обратив на него внимания, взяла меня за руки.

– Грейс! Мы тебя заждались. Платье привезли, и оно чудесное.

– Наконец-то! Кстати, познакомься. Мой брат Клайв.

– Здравствуйте. – Дин мельком кивнула Клайву и потащила меня за собой.

Обернулась к растерянному братцу. Развела руками.

Да, примерно так и разбиваются сердца и самооценка. И зарождаются настоящие чувства. Теперь Клайв от Дин никогда не отстанет. Расшибётся, но женой её своей сделает.

Последние часы перед свадьбой прошли в безумной суматохе. Осборну повезло, он сослался на дела и удрал, мне же пришлось принимать во всей этой предсвадебной суете непосредственное участие.

Зато друзья были довольны. Севиль командовал на кухне, Беата крутилась поблизости, вдохновляя своего жениха на кулинарные шедевры, Эмилия неожиданно вызвалась следить за украшением дома и двора и глядя на результаты её усилий, я только и могла, что удивляться причудам тьмы, присвоившей себе эту домашнюю девушку, Брен помогал с перестановкой мебели и прочей тяжёлой работой, Дин взяла на себя наряд невесты, мама – организацию этого хаоса. Но больше всех происходящее нравилось Маркусу. Призрак принимал участие во всём и сразу. Правда сперва он слегка пугал приглашённых поваров, официантов, флористов и модисток, но к нему быстро привыкли.

Ну а я... Я завидовала Маркусу. Потому что в отличие от призрака не могла спрятаться в какую-нибудь картину.

У входа в мою спальню, меня поймали родители. Отобрали у Дин. По очереди обняли, потом ещё раз и ещё.

– Совсем взрослая стала, дочка. – Папа погладил меня по голове. Глаза его подозрительно заблестели, и он быстро отвернулся.

– Грейс, тебя опять все потеряли, – выглянула в коридор Роузи.

– Действительно, Артур, – засмеялась мама. – Ты Грейс не на другой конец света провожаешь, всего лишь замуж. Отпусти девочку. Время поджимает, а нам её ещё наряжать, красить, причёсывать.

– Молодец, дочка, – совсем расчувствовался папа. – Хорошего мужа выбрала. Я за тебя спокоен. Только ты уж не обижай его часто.

– Папа! – возмутилась я. – Что значит часто?

– Постарайся не доконать Осборна раньше времени.

Задохнулась от возмущения.

– За кого ты меня принимаешь?

– За свою дочь.

Всё. Сдаюсь.

– Артур! – Мама подтолкнула отца в спину. – Идём вниз, в очередной раз разругаться с Грейс ты всегда успеешь.

Когда мама увела отца, Роузи положила ладошку мне на плечо и покачала головой:

– Как же так, сестрёнка? Ты ведь ненавидела лорда Осборна, а теперь выходишь за него замуж.

– Да, любопытно получилось, – использовала я любимое словечко Эдварда для описания сложившейся ситуации.

– Ты неважно выглядишь, – заметила Роузи. Она развернула меня лицом к себе, провела ладонями по щекам. – Бледная, под глазами тени.

А вот это плохо. Значит предсвадебная суета не прошла бесследно для моего внешнего вида.

– Грейс, признайся, тебя что-то тревожит?

– Да, тревожит, – улыбнулась я. – На своей свадьбе мне бы хотелось выглядеть свежей и цветущей. Надеюсь, пудра и румяна исправят ситуацию.

Пока девчонки, ахая, вытаскивали мой наряд из чехла, ко мне подошла Мирель.

Подруга Беаты оказалась бойкой, рыжей девушкой двадцати трёх лет, обожающая всё яркое и благоухающая духами.

– Грейс, обращаюсь к тебе как к профессионалу, – сказал она. – Дашь толковый совет, и я хорошо заплачу. Что мне сделать, чтобы понравиться Брену?

Глаза мои начали медленно округляться, брови ползти вверх.

– Бренвиру?

– Да, – чуть смутилась девушка. – Может подскажешь, что он любит?

– Мясо, – хихикнула я.

– Я готовила. Бесполезно. Ужин ест, хвалит, но на меня не смотрит.

Ужин, говорите? Теперь понятно, где наш Брен вечерами пропадает.

– Я уж вокруг него и так и этак кручусь. И приоденусь, и разденусь. Бесполезно.

– Он оборотень, Мирель, – вздохнула я.

– Ну и что! – мгновенно встала в позу девушка. – Зато какой мужчина шикарный. Плечи – во, рост – во, силищи – во. – Мирель наглядно обозначила параметры Брена. – Эльфы всякие с ним и рядом не стояли. А то что оборотень, так даже хорошо. Ноги о него зимой греть стану.

– Ага, а после блох ловить, – фыркнула я.

– Нет, Грейс! Никакой в тебе романтики! – надулась Мирель. – Да и пустое всё. Он в мою сторону и ухом не ведёт.

– Носом, Мирель, носом. Повторяю, Брен оборотень. Для него важны запахи. Если ему понравится запах – он твой. Нет – извини, ничего с этим не сделать.

– То есть ему мой запах не нравится?

– Скорее он его из-за духов не чувствует. Прекрати ими пользоваться.

– Как? Совсем? – скривилась Мирель.

– Любовь требует жертв, – ответила я. – Где там моё платье, о котором я столько слышала?

Хохоча, отобрала у девчонок наряд, и смех мой оборвался.

Дин не приукрасила его ни словом. Никаких пышных юбок, тяжёлых воланов и кружев. Невесомое, оно сияло белизной и россыпью бриллиантовых искорок. Вот только я бы предпочла идти к алтарю Ины в первой попавшейся тряпке.

– Что-то не так, Грейс? – встревоженно спросила Роузи. – Ты побелела.

– Это от счастья. – Выдавила из себя улыбку. – Спасибо, Дин. Платье изумительное.

Пока подруги, щебеча, готовили меня к торжеству, усиленно делала вид будто мне весело.

Стояла перед зеркалом, глядя на своё отражение, на платье из своего кошмара. Именно в таком наряде я и видела себя в видении, показанном мне книгой. Неужели этой красоте предстоит порваться, запачкаться в грязи, намокнуть от моих слёз?

Нет, не верю.

– Готовы, девочки? – заглянула в комнату мама. – Грейс, ты моя красавица. Эдварду невероятно повезло с тобой. Экипаж ждёт внизу. Поторопись.

– Да, я сейчас. Только посижу на дорожку.

Оставшись одна, обессиленно опустилась на кровать, уткнулась ладонями в лицо. Страшно. Как же мне страшно!

– Грейс, – Роузи неслышно вошла в спальню, обняла меня, – что с тобой? Дело в свадьбе?

– Угу. – Кивнула. Потому что дело действительно в ней.

– Нет, это неправильно! Тебя вынудили занять моё место? Но ведь ты можешь отказаться?

– Никогда!

Что же я сижу-то до сих пор? Я не могу опоздать. Не должна.

Выскочила из дома, опередив всех забралась в свой экипаж и всю дорогу ломала руки, молясь, чтобы карета нигде не застряла.

Отпустило меня только на месте. У храма. При виде Эдварда. Красивого, родного, любимого, самого лучшего.

Рядом с моим будущим мужем стояли отец, Дарер с Робером и Клайв.

Заметив карету, Эдвард направился к нам. Я же подобрала юбки и собралась бежать ему навстречу. Но меня остановили.

Мама и Дин, хором заявили, что жених не должен видеть невесту до свадьбы.

– До какой свадьбы? – возмутилась я. – До драконьей? У нас уже свадьба.

– До венчания. – пояснила мама.

– Чтобы Эди при взгляде на тебя забыл обо всём, кроме слова да, – поддержала её Дин.

Убедившись, что я не собираюсь протестовать, мама и Дин покинули карету, перехватили Эдварда под руки и отвели в сторону.

Оставшись одна, я вновь почувствовала сжимающую желудок тревогу, поэтому появлению Роузи обрадовалась втройне.

– Не бойся, малышка, всё будет хорошо.

Сестра обняла меня. Крепко-крепко, как когда-то в детстве, когда я в очередной раз разбивала коленку или локоть. Так, что я поверила. Всё у меня будет хорошо.

Нет, не так.

Правильно говорит у нас. У нас с Эдвардом.

Зажмурилась, уткнувшись в плечо старшей сестры, вдыхая тонкий запах пудры, а когда открыла глаза всё изменилось.

– Роузи? – спросила, с трудом ворочая языком, оглядываясь по сторонам. – Роузи, где мы?

– У меня дома, – засмеялась Роузи. – Теперь всё хорошо, Грейс, как я и обещала. Здесь ты в безопасности.

– Роузи! – простонала, отрицательно мотая головой.

– Ты могла говорить что угодно, могла обмануть всех, но я же прекрасно вижу, ты сама не своя, – ласково приговаривала сестра, обнимая меня. – Я велела Ликану достать для нас артефакт перемещения и вот мы здесь. Правда я замечательно придумала? Нет, не я, это ты придумала. Когда-то ты спасла меня, теперь я тебя. Не бойся, малышка, я ни за что не отдам тебя этому ужасному Осборну. Никому не позволю сделать тебя несчастной.

Несчастной?

Нет, это не то слово.

Не то...

Дирхово предсказание!

Оно сбылось. Сбылось. Сбылось!

Первым порывом стало что-нибудь разгромить.

Вторым, сползти на пол, свернуться калачиком и исчезнуть.

Запустила пальцы в волосы, разрушая причёску.

– Он не простит меня. Ни-ког-да. – пробормотала, мерно раскачиваясь.

Эдвард никогда не поверит, что это нелепица, недоразумение, случайность. А если и поверит, то всё равно не простит. Второй раз оставить мужчину одного перед алтарём, это слишком. Никакая гордость такого не стерпит, а тем более Осборна.

Вцепилась в запястье, позвала Ночку. Пожалуйста, передай хозяину, что я вернусь. Обязательно вернусь.

– Где ближайший портал?

Сестра молчала.

– Где портал? – повторила спокойным голосом

Роузи знала меня слишком хорошо, вздрогнула и ответила:

– В Бигдейле. Я сделала что-то не то?

– Где это? Как далеко?

– По южному тракту, день пути.

– У тебя есть заряженный артефакт перемещения?

– Нет.

Вот и всё. Конец.

День пути это слишком долго. Мне никогда не успеть.

– Прикажи седлать лошадь.

– Да. Да, конечно. Я сейчас велю заложить экипаж.

– Какой экипаж? – рявкнула я. – Лошадь прикажи готовить! Самую быструю.

– Но, Грейс, – начала было Роузи. Потом посмотрела на меня, примолкла, кинулась к выходу и буквально влетела в смоляную тьму.

– Осторожнее, леди. Не упадите. – Эдвард придержал Роузи за руку.

– Лорд Осборн! Как хорошо, что вы здесь! – зачастила Роузи. – Простите! Грейс ни в чём не виновата, клянусь. Это всё я. Я думала, то есть я не думала... Ох!

Роузи умолкла.

Эдвард отодвинул её с дороги, прошёл в комнату.

– Грейс?

Смотрела на него, не веря себе, и глаза мои заволакивало туманом.

– Т-ты пришёл?

– Не нужно было?

Покачала головой.

Протянула руку, осторожно прикоснулась к нему, боясь, что Эдвард сейчас исчезнет.

– Грейс, не молчи. Мне уйти?

– Нет! – вскрикнула, опомнившись. Вцепилась в Эдварда. Отчаянно. До сведённых пальцев.

– Ты пришёл.

– Конечно, пришёл, Грейс. Только, пожалуйста, не плачь.

Я? Плачу? Нет, я не плачу. Я рыдаю. Навзрыд. С подвыванием.

– Ты пришёл. Пришёл, и предсказание не сбылось.

– Опять твоя гадалка? Я её лицензии лишу.

– Нет, книга. В ней я опоздала на нашу свадьбу.

– Девушкам полагается опаздывать.

– И ты не простил, – договорила я.

Эдвард покачал головой, улыбнулся и обнял меня как-то особенно надёжно. Вздохнул.

– Какой бред!

Он целовал меня бережно, бесконечно нежно, даря ощущение безмятежности. И я успокаивалась, приходила в себя... и в ужас. Представляю, как я сейчас выгляжу. Красная. Зарёванная. С распухшим носом и потёкшей тушью.

Эдвард не представлял. Он видел. И не упустил случая поиздеваться. Чуть отстранил меня от себя, окинул взглядом.

– Грейс. Какая же ты красивая.

– Обманщик.

Но сделаю вид, что поверила.

– Светлячок мой.

Захотелось вновь расплакаться. И взлететь.

Я и взлетела.

Эдвард подхватил меня на руки, спросил:

– Возвращаемся? Гости ждут.

Кивнула.

– Да. Только, пожалуйста, не отпускай меня от себя всю церемонию.

– Не отпущу, – пообещал Эдвард. – Всю жизнь. Леди Говард, вы с нами?

Сестра заглянула в комнату, сложила ладони в молитвенном жесте.

– Грейс, прости.

И я простила. Потому что сама виновата. Потому что с такой насыщенной жизнью как у меня, сестре надо писать чаще. И подробнее. Я ведь так и не успела рассказать Роузи о самом главном. О любви.

Во время церемонии, Эдвард, как и обещал, не отпускал меня от себя. А я его.

Наверняка жрецы посчитали, что кого-то из нас в храм привели насильно. Скорее всего жениха.

В разгар праздника Эдвард спросил:

– Не против сбежать?

– Только за.

– Тогда идём. – Эдвард подал мне руку, вывел на улицу, обнял, и мы исчезли для всех.

– Где мы? – спросила, осматривая странную, круглую комнату, в которую перенёс меня Эдвард. Прислушиваясь к близкому гулу.

Вместо ответа, Эдвард подвёл меня к окну, заменяющему здесь стены, и у меня перехватило дыхание.

Подо мной бесилось бесконечное, чёрное, в опустившейся на него ночи, море. Огромные волны ревели, бились о скалы.

– Где мы? – повторила я.

– На маяке.

Стояла, любуясь бурей, пока Эдвард медленно распутывал шнуровку, придерживала лиф, не давая ему сползти раньше времени, и когда почувствовала, что застёжек больше не осталось, обернулась к мужу, опуская руки. Позволяя платью красивой волной упасть к моим ногам, шторму бушевать, а маяку гореть. Ярко, как никогда.

Эпилог

– А я говорил тебе не ори на него, – скрипел Маркус над ухом. Будто мне и без него не тошно.

И ведь прав.

Зачем я напустилась на мужа? Ещё и в такой важный для него день. Романтики мне видишь ли захотелось.

Но и Эдвард хорош! Уткнулся в свои расчёты и вместо того, что на мой простой вопрос любит ли он меня ответить, да, светлячок, конечно, люблю, буркнул что-то неразборчивое.

Зато в дирхов шарф замотаться не забыл. Снова!

Лучше бы Эдвард тогда соврал. Но нет же. Позорит меня каждый год. Хорошо ещё всего один день.

В первую же зиму муж надел мой подарок в оперу. И не потрудился сдать его в гардероб.

Так и сидел неподалёку от императорской ложи.

Тогда только ленивый не поинтересовался, что это на нём такое. В ответ Эдвард гордо рассказывал про первый писк моды и умницу-жену, связавшую ему такую чудесную вещь. И всё это с настолько серьёзным лицом, что ему все поверили.

Вообще все!

Когда дом Шармон завалил свои прилавки красными дырявыми шарфами, Эдвард от души веселился.

Люд попроще смотрел на причуды богатеев с подозрением, перешёптывался и крутил пальцем у виска.

Я же с тех пор забыла дорогу в знаменитый бутик.

Вот и сегодня утром Эдвард, увидев, что выпал первый снег, традиционно завернулся в шарф.

Слово за слово, мы поругались. Точнее поругалась я.

Пользуясь тем, что Джордан гостит у бабушки с дедом, забрала Маркуса (чтобы было с кем поболтать), Огонька (чтобы было кого потискать) и демонстративно ушла из дома. В бюро.

– Думаешь, на развод подаст?

– Пф! – фыркнул Маркус. – Куда он от тебя денется. Но мне же теперь целый день твоё нытьё слушать.

Призрак зевнул и втянулся в картину.

Подпёрла щёки ладонями. Вздохнула.

И вроде уже взрослая женщина, мать шестилетнего сына, а всё не угомонюсь.

Так за восемь лет и не успокоилась.

Скандалы устраиваю, вместо того, чтобы поддержать.

Эдвард, лишившись должности ловчего, отказался от предложения стать охотником, перешёл на службу в исследовательское отделение СМБ. Взял под контроль лаборатории бывшего мастера и продолжил работу Линдера, убрав из его первоначальных разработок сомнительные методы.

Особое внимание муж уделяет проекту по выжиганию Мрака из ловчих. Итог его усилий: Дарер хоть и перешагнул критический возраст, но работать продолжает и превращаться в красноглазого монстра не собирается. Он вообще оказался не таким уж и противным типом, каким я его себе представила по нашей первой встрече. И хорошим мастером. За прошедшие годы не потерял никого из подчинённых.

С Робером всё отлично. Он в восторге от своей работы. Ещё будучи мальчишкой, он разоткровенничался со мной однажды, заявив, что тьма стала для него подарком судьбы, вытащила со дна. Робер всерьёз взялся за учёбу (чтобы не позорить других ловчих), подтянул хвосты и поступил в академию. Дарер видит в нём своего преемника и очень хвалит. Но только за глаза.

Из-за совместной работы с Эдвардом он часто бывает у нас в гостях, в основном вместе со своей женой.

Да, Дарер таки воспользовался моим советом и влюбился. Мне же после его скоропалительной женитьбы на Эмилии пришлось сделать пометку в рекламном объявлении бюро: «Всю ответственность за последствия заказчик берёт на себя». Чтобы в следующий раз брошенные женихи не бегали ко мне с претензиями.

Вот только спокойней после свадьбы Дарер не стал. Наоборот. У него появился дополнительный повод нервничать. Эдвард рассказывал, что Дарер буквально уматывает жену на тренировках. Но такая тактика дала свои плоды. Вопреки прогнозам Эдварда, Эмилия до сих пор жива. Но служба ей в тягость. К тому же она безумно хочет ребёнка.

К сожалению, женщинам-ловчим это не дано. Тьма вынуждает их входить во Мрак в любом положении.

Но сегодня у Эмилии с Дарером может появиться шанс.

Эмилию будут освобождать от связи с Мраком, и я всей душой надеюсь на успех.

– Маркус! – снова заныла я. – Уже шесть часов!

– И что? У Осборна рабочий день до восьми, – каркнул призрак и носа не показав из картины.

Да, до восьми.

И что?

Весь такой деловой.

Не может для любимой жены немного времени найти.

Ещё и с академией СМБ этой своей связался. Словно ему лабораторий мало. Теперь готовит будущих охотников. Студенты мужа ненавидят и обожают одновременно.

Сам Осборн сперва держался и особо не жаловался, но когда подошло время экзаменов, пересдач, а после и годовых отчётов запросился обратно во Мрак. К монстрам.

– Маркус! Восемь часов!

– И? – Высунулся призрак из картины.

– Эдвард не пришёл.

– Ты сама велела ему не показываться тебе на глаза. В четвёртый раз за последние пару недель.

Примолкла.

Было такое.

– И ещё дважды выгоняла, – припомнил мне Маркус.

– У меня уважительная причина есть!

Ребёнок.

В прошлый раз я тоже вытворяла всякое-разное.

Все девять месяцев меня тянуло на подвиги.

Я задалась целью стать идеальной женой и мамой. Встречала обожаемого мужа с работы. Минута в минуту. Отговорки не принимались. Кормила собственноручно приготовленными завтраками и ужинами, которые полагалось съесть и не выплюнуть (и ведь ел! Самоубийца). Перечитала гору книг о воспитании детей и уходе за ними.

Хвала богам, сына у меня мама с Маркусом немедленно отобрали и не дали с ходу обрушить на него свои новоприобретённые знания и любовь.

После рождения Джордана я успокоилась, и все вздохнули с облегчением.

Наша семья переехала в пригород Рейвенхилла. На свежий воздух.

Маркуса, разумеется, мы забрали с собой.

Как отвязать его от дома на Книжной 13 придумал Бенни.

Эдварду удалось помочь артефактору. Тот пришёл в себя и снова работает со сферой. Бенни хочет вернуть обратно заключённых в неё людей. Получится или нет, пока неизвестно.

Должность секретаря «Бюро (не)добрых услуг» Маркусу пришлось оставить, но только чтобы сразу же получить другую. Куда более ответственную.

Эдвард велел Маркусу присматривать за сыном (мне что ли не доверял?).

Призрак раздулся от важности и стал замечательной нянькой. Джордан его обожает.

Совсем скоро, месяцев через восемь, работы у Маркуса прибавится.

Кстати, секретарём у нас теперь служит Беата, бок о бок с мужем, не забывая ревниво следить за тем, чтобы Сев не смел смотреть в сторону клиенток. Сейчас парочка занята обустройством детской.

Брен по-прежнему работает с нами и уже давно не волк-одиночка. Мирель всё же смогла окрутить его, подарила ему трёх волчат и дом.

Так что теперь бюро на Книжной 13 полностью перешло под рабочее помещение.

К нам стало обращаться всё больше клиентов со сложными, интересными заказами.

Временами мы получаем настолько запутанные задания, что мне приходится привлекать внештатного сотрудника, потому что думать над решением задачки вместе с мужем ещё интересней.

А вот детективное агентство у меня не прижилось. Не захотела возвращаться в столицу, а управлять такой громадиной из Рейвенхилла оказалось неудобно.

На помощь пришла Дин.

Заметив, как нравится той помогать мне с делами в бюро, я, посоветовавшись с Эдвардом, решила подарить агентство ей.

Дин от нашего подарка пришла в восторг. Своё детективное агентство она обожает, и у неё отлично получается управляться с ним. Всё же дочь и сестра ловчих и жена охотника как-никак.

Клайв добился своего. Через четыре года после уверенного заявления: «Я женюсь!»

Избалованная вниманием, Дин ни в какую не желала обращать внимания на моего братца, с лихвой отомстив ему за все разбитые девичьи сердца, и когда на очередное предложение Клайва она, наконец, соизволила ответить заветное да, радовались все. Даже Эдвард.

Бывший гуляка превратился в идеального мужа и сейчас готовится примерить на себя роль такого же идеального папаши. Женитьба пошла Клайву на пользу. Не то что мне.

Посмотрела на часы.

Надо бы письмо сестре написать, пока время есть.

«Милая Роузи! Как вы? У нас всё как всегда. Передавай привет мужу. Поцелуй близнецов. Я не забыла своё обещание и на новогодье привезу им Маркуса и Огонька. Целую, любящая тебя Грейс Осборн».

По-моему, сегодня я проявила чудеса красноречия.

Довольная собой, запечатала послание и положила его в почтовую шкатулку.

– Десять часов, – объявила я пустому дому. – Он не пришёл.

Ну и ладно.

Не очень-то и ждали.

Поднялась в спальню и стала готовиться ко сну. Распустила волосы, взялась за пуговички на блузке.

Под окном заиграла музыка. Красивая, пронзительная.

Везёт кому-то. Серенады под окнами поют.

И неважно, что я их не люблю. Главное, романтично же до жути.

Но когда запел певец, стало не только романтично до жути, но и просто жутко.

– Ведро с водой нести? – спросил Мракус, заглядывая в спальню.

– Сейчас посмотрим.

Подошла к окну, приоткрыла штору.

Во дворе, посреди гор цветов, стоял сорокалетний мужик и невозможно фальшивя пел.

А ведь было время, когда утверждал, что ни за что и никогда.

Врун.

– Не нужно воды, Маркус. Он защиту на такой случай поставил.

Как всегда, предусмотрительность на высшем уровне.

– Грейс! – заорали под окном. – Грейс, я не знаю, что он натворил, но прости ты его уже! Я больше не выдержу этого. У меня совершенный слух. Мои уши скоро в трубочку свернутся.

Эдвард повысил голос, усилив его заклинанием, и заглушил слёзную мольбу Севиля.

А я бы и рада простить, позвать домой, но не могла.

Я хохотала, как никогда в жизни. Лежала лицом в подушках, рыдая от смеха. И не заметила, что певец под окнами умолк.

– Весело, да? – спросил Эдвард, появляясь в спальне.

– Очень, – призналась честно.

– Довольна? Или мне продолжить издеваться над Севилем?

– Довольна, – сказала, пожалев уши Сева и соседей. Да и свои, если честно тоже.

Эдвард хмыкнул. Завалился на кровать, уложил меня на себя.

– Ты опоздал к ужину, – заявила, утыкаясь носом в уродский шарф.

– Извини, немного задержался.

– У вас получилось?

– Да. Эмилия свободна.

– И кто из них с Дарером больше счастлив? – спросила, кусая Эдварда за подбородок.

– Оба.

– А я беременная.

– Я догадался. – Эдвард нежно поглаживал меня по спине. – Ты снова начала чудить. И судя по масштабам твоих причуд, в этот раз у нас получилась девочка. Вся в тебя.

– Эд!

– Такая же капризная, несносная, неугомонная...

– Эдвард, я обижусь!

– ...и потрясающая как и её мама, – закончил перечислять муж.

Растаяла от его слов.

– Я выполнил месячную норму по романтике? – поинтересовался Эдвард.

Рыкнула.

Вот и что с ним таким делать?

Только любить.