Текст книги "Геном хищника. Книга одиннадцатая (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

– Пошли, – улыбнулся я, кивнув на проход, – посмотрим, что там дальше.

Мы вернулись в коридор и практически сразу, всего через каких-то пятьдесят метров вышли в следующий подземный зал. С таким же высоким потолком, как и зал, где рос усилитель. Стены из волокон закончились, вокруг вернулся пыльный камень, и промелькнул длинный бок «вампирского» шланга. Он выбивался из стены, какое-то время тянулся по полу, а потом поднимался, скрывшись в потолке.

Я проследил за ним лучом фонаря, дальше мазнув по потолку и стенам, посветил вперёд и примерно в центре пещеры увидел то, что, пожалуй, ожидал здесь встретить меньше всего. Белый грузовой контейнер с большой надписью UNPA на боку. Рядом с ним ещё один, только сваленный набок.

И дальше высветил ещё один силуэт. И отчасти забрал свои слова обратно, его я ещё меньше ожидал здесь встретить.

– Это как так? – удивлённо охнул Фей.

– Ну, – почесав затылок, ответил я. – У меня есть только одна версия. Порталы не просто так ошибались с координатами выхода…

На самом деле толком версия ещё не родилась, но кристаллы действительно могли создавать помехи, а «усилитель» их усиливать. В принципе, в моей голове это звучало логично, оставалось только понять, зачем это всё было нужно биомехам. И почему имплант ультиморфисов на «усилитель», мягко говоря, возбудился, а сами кристаллы проигнорировал? Опять же в теории ответ мог лежать на поверхности – в том плане, что кристаллы выросли уже после того, как ультиморфисы ушли в свою спячку…

– Это что, М2 «Брэдли»? – спросил Фей, вырвав меня из раздумий.

Он уже крутился перед контейнерами и перед новенькой, даже пылью не покрытой, американской БМП из какой-то очень свежей партии UMPA для «Миротворцев»… Или для нас? Или ни для кого, потому что, как её отсюда вывезти, я не представлял.

– Скорее М3, судя отсутствию амбразур, – пожал я плечами, не понимая, радоваться или плакать.

– Эм, а в чём разница? – спросил Фей, осматривая машину.

– М2 для пехоты, а М3 типа кавалерия. Десанта не везут, только разведчиков и боезапас побольше, – я посмотрел на 25-ти миллиметровую пушку, установленную в башне, и всё-таки решил радоваться.

Потом заглянул внутрь, где битком всё было набито боеприпасами. И не только под пушку, но и с запасом другие калибры и гранаты. Похоже, понимая, что порталы скоро схлопнуться, UNPA по максимуму пыталась сюда переправить. Хотя в цвета «Миротворцев» машину красить не стали, так что либо коммерческий спецзаказ, либо Земсектору уже пофиг на официальную раскраску.

Фей принялся вскрывать контейнер, а я осмотрел площадку, на которой стояло всё это добро. Под ногами вырисовывался почти ровный круг светлого камня. Более светлого, чем всё вокруг.

– Стандартный след от одностороннего портала, – сказал Фей, заметив мой заинтересованный взгляд. – Не узнаешь, что ли?

– Да как тебе сказать, – усмехнулся я.

Порталы-то я так и не видел. Только слышал, нюхал и, может, трогал. И, похоже, никогда уже и не увижу.

– Откуда знаешь, что односторонний?

– След хоть чёткий, но слабый, – пожал плечами Фей. – Значит, один раз открылся и сразу схлопнулся. Был бы в обе стороны, здесь яма была бы… ну… сантиметров двадцать глубиной точно.

Ага, значит, на землю биомехи не отправились, что уже радует. Но получается что хотели, раз все эти технологии здесь развернули? Или куда-то ещё хотели? Или если односторонний, то к себе кого-то хотели?

– Помоги, – снова отвлёк меня Фей. – Заклинило что-то, а ломать такое добро что-то не хочется!

Глава 5

– И что нам со всем этим делать? – спросил Фей, поглядывая то на один вскрытый контейнер, то на другой.

– Что-то использовать, чем-то торговать, а чем-то меняться, – пожал я плечами. – Но сначала всё это нужно доставить в Гранаду.

– А что это вообще такое?

– Ну-у, – протянул я, разбирая коробки и осматривая ящики, – оборудование для переселенцев…

Я нашёл пластиковую папку с документами и стал перебирать список поставки, закупочные цены и адреса заказчиков. Сплошные спецзаказы для желающих успеть в последний вагон и либо улучшить собственные производства, либо в принципе их открыть. Не то, чтобы прямо заводы-пароходы, скорее малый бизнес или даже стартап в гараже.

Но с другой стороны, самое то, что нужно переселенцам и колонизатором новых враждебных территорий. По списку в первом контейнере были генераторы, парочка токарных станков – вроде «малыши», но всё равно под триста килограмм каждый, сверлильные станки, точильно-шлифовальные и даже в списке, как экспериментальный, затесался один 3D-принтер. Почти треть контейнера занимал разобранный комбинированный станок для работы по дереву, а всё свободное пространство было заполнено расходниками и запчастями.

Список внушал и радовал. И пусть я сам был если недалёк, то где-то на средней дистанции от того, как это всё работало и функционировало, но понимал, что для Ульрика, Сапёра и Чейка такие подарки будут очень желанными. Ещё до зачистки Гранады можно было рассчитывать, что у нашего отряда заработает неслабая ремонтно-техническая мастерская.

Ещё радовало, что в списке покупателей было только одно знакомое имя. Станок по дереву предназначался для «Волков», остальное в разные регионы Ганзы. Это хорошо, будь это оборудование для людей из Земсектора, возникли бы сомнения, что им нужнее. Мы-то в Гранаде старое найдём и восстановим, а им там вообще всё с нуля приходится делать. А учитывая, что мы союзники, обманывать или как-то жулить с ними не хотелось.

И содержимое второго контейнера, где всё оборудование по документам предназначалось для внутреннего использования, я готов был отдать без сожаления. Микроскопы, центрифуги, поляриметры, рефрактометры и прочие измерительные приборы и дозиметры, которые, как я понял, учёные UNPA собирались использовать для изучения атмосферы Аркадии. И в этом я хотел им помочь.

– И как мы всё это вынесем отсюда? – озвучил Фей самый важный вопрос.

– «Брэдли» на ходу, проход дальше есть, – я кивнул в сторону темнеющего проёма в дальней стене…

Проход там был не особо большой, скорее технический, по которому сюда проникли биомехи. Разведывательная машина, в теории, там пройти могла. Пришлось бы, правда, где-то срезать пару углов и забыть про красивую, свежую покраску.

Но проблема была не в том, как проехать, вопрос стоял – где выехать? В центре тумана на вражеской территории или где-нибудь над пропастью среди острых скал оказаться не хотелось. Как минимум потому что до Гранады пилить будет ещё сложнее.

– Надо разведать, – сказал я и проверил, как далеко Оса.

Новостями про находку я уже поделился, так что «Пчёлерия» неслась сюда на всех порах. Так себе, конечно, из них грузчики, будем надеяться, что туземцы согласятся помочь за адекватную цену.

Пока ждали, приступили к разгрузке и детальному изучению содержимого «Брэдли». В кои-то века нашлась оружейная партия не китайская и не с пыльных складов. И хоть ни против первых, ни против вторых я ничего не имею, но обнаружить ящик новеньких пистолетов-пулёметов МП7, было втройне приятно.

И тут без вариантов – даже если Земсектору они нужнее, то сорян. К пистолетам-пулемётам добавились штурмовые винтовки HK416, парочка SR-25 и несколько кейсов с «глоками». Плюс вооружение самого «Брэдли»: пушка М242 «Бушмастер» и пулемёт М240, которое, даже если мы не вытащим отсюда машину, по-любому унесём с собой.

А вот ракетное вооружение, а именно, насколько я помню, штатно положенный противотанковый ракетный BGM-71 TOW, отсутствовало. Подозреваю, что местная атмосфера негативно сказывается на системе наведения, и решить эту проблему специалисты UNPA не смогли.

Немного грустно, конечно, но гарантий, что ПТРК с Земли станет также неплохим ПБРК, то есть противобиомеховый ракетный комплекс, всё равно не было. А вот калибр МП7 – четыре и шесть на тридцать миллиметров будто специально был создан для стрельбы по биомехам. Пуля мелкая, но с повышенной бронебойностью и склонностью дальше «гулять» по биомассе.

Магазины на сорок патронов были в наличии, сами патроны тоже в избытке. Коллиматоры, лазерные прицелы – всё в комплекте. И суммарно хватало, чтобы два раза вооружить всю «Пчёлирию», ну и себя не забыть. Я не собирался отказываться от «чезетов» и «сига», но сейчас, собираясь на разведку, подготовил нам с Осой по МП-шке и снарядил запасные магазины.

Оставив Фея под прикрытием «Пчёлок» продолжать разгрузку, мы пошли проверять пещеры дальше. Практически сразу стало понятно, что ничего интересного по дороге мы больше не найдём. Биомехи проложили себе путь энное количество сотен лет назад, отправили группу разведчиков со строителями, превратив их в автономный отряд, и больше этим проходом не пользовались.

Пыль, паутина, тоска и одновременный ужас астматика и клаустрофоба, а ведь где-то в паре километров над нами сейчас расцветал наш бутон. Чуйка со сканером молчали, выцепляя только каких-то тощих и странных насекомых, похожих на пауков-сенокосцев. Но угрозы они не представляли, впрочем, как и пользы, иначе биомехи бы их уже переработали в энергию.

Как мы ни пытались весело проводить время с Анной, но с каждым следующим шагом тоннель давил всё сильнее. Тонны камня над головой мешали сосредоточиться. И пусть мы всего лишь сначала поспорили о разнице в калибрах, решая, кто же лучше: четыре и шесть на тридцать или пять и семь на двадцать восемь, которые применяют в P90 и в Five-seven, а потом просто играли в города. Начали с Аркадианских, но практически сразу перешли на наши Земные. Всё это время в голове гудело и трещало, причём казалось, что трещит, вздыхая, сам камень вокруг нас.

Мы шли на максимально возможной скорости. Быстрее просто не хватало воздуха, даже с учётом всех наших генетических улучшений. Тоннель всё никак не заканчивался – пошёл третий час пути и где-то двадцатый километр. Карабкаясь по горам, мы бы на это расстояние пару дней потратили, но успокаивало это мало.

Оса уже начала намекать, что раз тоннелем так давно никто не пользовался, то и в будущем ждать гостей-врагов не стоит, но всё равно продолжала идти вперёд. Потом стали проскакивать мысли, что вообще всё это бесполезно. Что, даже если мы найдём выход, и перед нами предстанет закрытая часть Аркадии, то нам это ничего не даст. Нас ждёт Гранада, а не внеочередные блуждания по чужим территориям, кишащим биомехами.

Я всё это понимал, со всем был согласен, но повернуть назад уже не мог. Во-первых, стало казаться, что вот-вот и в конце тоннеля появится свет, а мы бросим всё всего лишь в паре метров. Во-вторых, я поймал себя на мысли, что буквально физически не могу оставить у себя за спиной тоннель биомехов. Вот реально спать не смогу, буду жалеть, что не довёл дело до конца.

Но и обрушить тоннель и завалить проход я пока не мог. А вдруг там что-то важное? А вдруг мы потом всё равно пойдём на ту сторону и это будет идеальный проход? Ещё и узкоколейку здесь проложим, перевозки откроем, торговые пути…

В общем, на смеси упрямства, любопытства и навязчивой идеи мы продолжали идти вперёд. Пятый час пути, после привала, который толком даже силы не восстановил, и почти тридцать километров тоннеля за спиной. Настойчивость и упрямство биомехов, которые всё это прокопали, отчасти вызывала уважение. С другой стороны, у них и времени на это было очень много.

Несколько раз мы находили участки, где тоннель расширялся. Стены в этих местах были неровными и грубыми, будто здесь происходило что-то типа пит-стопов, где пришельцы обновляли свои бурильные машины. Следы зубцов которых иногда можно было рассмотреть под потолком. И понадеяться, что они уже все переломались от старости, и мы их не встретим снаружи.

Первым признаком того, что выход всё-таки существует, оказалась лёгкая жёлтая дымка, появившаяся на полу. Совсем размытая, будто где-то далеко кто-то курит обычную сигарету, а к тебе просто ветерком принесло остатки дыма. Но мы всё равно этому обрадовались, потому что дышать стало легче. А где-то через километр дорогу нам перегородила плотная завеса из паутины. У толстых и крепких на вид нитей был жёлтый оттенок, и как только я её разрезал, тут же появился и хозяин – маленький (с ладошку Фея) жёлтый паучок с чёрными полосками.

– Эти тоже, что ли, адаптировались? – спросила Анна, разглядывая жёлтый окрас. – Пропитались?

– Нет, – ответил я, сверившись с показаниями сканера. – Это джоро. Они всегда такие. И, кстати, похожи на аргиопу Брюниха.

– На кого? – сморщилась Оса, провожая взглядом паука.

– Ну, паук-оса. Тебе ли не зна…

– Ты давай аккуратней слова выбирай, – перебила меня Анна. – Не забывай, что мы пока ещё в замкнутом пространстве.

– Даже и намекать не собирался, – усмехнулся я. – Малыши эти даже практически не ядовиты.

Что мне ответила Оса, я предпочёл не расслышать и, ускорившись, прорубился ещё через одну завесу из паутины и принялся расчищать следующую – уже из какого-то засохшего плюща с колючками. На стенах появилась и другая живность – какие-то корешки и немного мха, в котором пряталась стайка незнакомых мне жуков. Хитиновые панцири тоже отдавали в желтизну, так что, может, и правда пропитались уже дымом. Его стало больше – разреженные перья уже целиком прикрывали каменный пол. Казалось, что именно от него идут испарения, почти как на болоте.

Как бы ни хотелось выскочить уже из этого тоннеля, мы замедлились, взявшись за оружие. Включилась чуйка и уже не выключалась, сканируя каждый метр пространства – мы увидели очертания выхода и первые, пока не очень понятные, силуэты и тени впереди. Сканер чуйки жадно по ним шарился, расходясь по пространству.

Постепенно появлялись мутные маркеры и фиксировалось странное излучение. Будто бы слабое, но зато сразу отовсюду. От каждого силуэта, который по мере приближения обретал форму и фактуру. Деревья, кусты, камни – вроде бы обычные, как и на нашей стороне, но что-то в них было не так. И оттенок жёлтый, и кора в пупырышках, и листья в язвах. Микозы, некрозы, вирозы, какие-то опухоли, похожие на грибы… и чем там ещё болеют растения…

– Что там у тебя в школе было по микробиологии? – спросила Оса, остановившись на краю выхода.

– У меня в школе такого не было, – пожал я плечами.

– Странно, – хмыкнула Оса. – А то такой умный, про ядовитых пауков и ос всё-то он знает.

– По ним я спецкурс прошёл, – усмехнулся я, увернувшись от попытки Анны меня ущипнуть. – Ладно, соберись, у нас хоть и свидание, но со звёздочкой.

– Ага, и мелким шрифтом, который я не прочитала, – улыбнулась Оса. – В следующий раз место для свидания я выбираю…

Я кивнул, на всякий случай прислушавшись к ощущениям, а то вдруг мы уже чего-то такого надышались, что серьёзно мыслить не выходит.

Вроде бы нет – несмотря на жёлтые испарения, идущие буквально от каждой травинки, тяжести в воздухе не ощущалось. Либо не токсично, либо очередной раз передаём пламенный, благодарный привет «Наследию Древних», а заодно и нулевому геному, учитывая, что на Осу тоже не действует.

Я осмотрелся, стараясь найти хоть одно здоровое растение. Деревья были высокими, листва висела какой-то довольно объёмной смесью из соплей и хлопьев, которая практически не пропускала солнечные лучи. Выйдя на условный свежий воздух, я присел возле ближайшего куста и всмотрелся в грибковое образование, покрывающее кору.

– Мне бы микроскоп, – пробурчал я и совсем тихо добавил, – и парочку настоящих микробиологов.

Что-то там ёрзало и шевелилось в этой корке, и вроде как лопалось, а потом испарялось, добавляя в воздух дымка. Я добыл из рюкзака небольшой герметичный контейнер и, срубил несколько веточек, набрав образцов. Если не придумать, как это вылечить, то про жизнь на большей части Аркадии можно забыть.

– Может, не всё здесь заражено, – в очередной раз прочитав мои мысли, сказала Анна. – Просто какие-то очаги, и мы просто оказались в центре одного, а? Чувствуешь, вон там? Где-то в километре?

Она показала рукой в просвет между деревьями, своим взмахом будто подстегнув мою чуйку, сканирующим лучом устремившуюся вперёд. Уже не маркер, и не размытая аура, а целый непонятный сгусток, бугром возвышающийся над землёй. Имплант «Древних» попытался идентифицировать то, что там светилось, но справился, только когда мы приблизились на половину расстояния.

Шли медленно и кругами, стараясь банально не вляпаться в жёлтый грибок. У Анны получалось, а я, как ни старался, уже перепачкался по колено, но останавливаться не собирался. Перед глазами уже появилось чёткое описание и даже с нормальным переводом:

' Чужая биомеханическая раса… Мёртвый кибернетический организм класса «Захватчик»… Подвид – «Мозаика»… Уровень опасности – вариативно…'

Сразу радовало, что организм определился уже мёртвым, но были вопросы по вариативности. Вероятно, когда он живой, то опасен для людей, а когда мёртвый, то для растений.

Наш «захватчик» уже точно был мёртвым – просто толстый холм на поляне, по форме напоминающий «ракушку» – ту самую, что мини-гараж для автомобиля. Холм был покрыт вездесущим грибком, только язвы и волдыри были размером с футбольный мяч.

То ещё зрелище, но взгляд я отвести не мог. Рядом с телом «захватчика», наполовину вросшее в землю и покрытое всё той же коркой виднелось тело ультиморфиса. Практически уже статуя, заросшая больным мхом, редкой травой и колючками. Рядом было ещё несколько холмиков, отдалённо напоминающие человеческие силуэты.

На поляне был бой, и его следы были видны даже сейчас. Соседнее толстое многовековое дерево росло настолько криво, словно когда-то очень давно его расщепило пополам. У второго ствола в принципе отсутствовала часть макушки, а из третьего рос слишком прямой сук, который при ближайшем рассмотрении оказался старым клинком.

– Здесь, здесь и здесь, – Оса прошлась вокруг «захватчика», указав на землю. – Чувствую металл. Возможно, доспехи или оружие. А вот там, – она указала в сторону сломанного дерева, – что-то крупное. Только я копать не буду, у меня лапки.

– Скорее хелицеры или педипальпы… – прошептал я, доставая древний гладиус и сразу направляясь к дереву.

Грибковая корка поддалась легко, стоило только пробить, а дальше уже можно было нарезать пластами. Оса подсказывала и направляла, а я ковырял, постепенно закапываясь в песок и многолетний недогнивший перегной – если такое вообще возможно, но по ощущениям земля тоже приболела.

На глубине около полуметра раздался металлический звон. Перепачканный гладиус наткнулся на что-то твёрдое и определённо «Древнее». Воодушевившись и чувствуя себя кладоискателем, я довольно быстро откопал три новых трупа, расположившихся так, словно они что-то пытались защитить.

– Глубже копай, до главного не добрался ещё, – сказала Оса.

Под останками и фрагментами откровенно плохо сохранившимися доспехами сантиметров через тридцать песка обнаружился металлический кейс, размером со стандартный дипломат, только толще, который я тут же вынул на более-менее чистое место.

– Ещё копай, не всё достал, – сказала Оса, кивком возвращая меня обратно в яму.

Для того чтобы выкопать второй кейс, только размером поменьше – похожий на пистолетный, потребовалось минут двадцать и более точные указания навигатора.

– Как ты думаешь, что здесь произошло? – спросила Оса, помогая очистить кейсы от грязи.

– Подожди, откроем сначала, – ответил я, ловя подсказки системы, сканирующей нашу добычу.

Я практически сразу определил, где находятся сенсорные панели, а индикатор проверки, состоящий из пяти огоньков, наблюдали мы уже вместе без всяких имплантов. Как и в тот раз, когда «Древние» нарекли меня «ремонтником», зелёным загорелось три из пяти. В принципе, и добыча оказалась такая же. Я вскинул крышку и развернул кейс к Анне, продемонстрировав ей содержимое.

Внутри были семена. Четыре ряда по семь ячеек, внутри которых лежали прозрачные контейнеры с сухими семечками. Одна ячейка пустовала, и в одном контейнер был треснут, а семечко растрескалось и больше походило на комочек пыли, нежели на потенциальный росток. Я проверил остальные, пересчитал – итого двадцать шесть потенциальных бутонов.

– Ну что там? – нетерпеливо спросила Оса.

– Возможно, мы нашли отряд, который планировал восстановить защитный контур, – пожал я плечами, приступив ко второму кейсу. – Они тоже прошли через этот тоннель.

– Но что-то пошло не так? – вздохнула Оса.

– Ага, как минимум встретили «захватчика», который явно был не один, – я по инерции огляделся, ветерок гудел в листве, и кора деревьев как-то похрустывала от грибка, но на сканере было чисто.

– Только не говори, что теперь мы будем этим заниматься? – скривилась Оса, подталкивая ко мне второй кейс.

– Честно говоря, желания особого нет, – пожал я плечами. – Но вариант, бросить всё и уйти назад, взорвав за собой тоннель тоже не вписывается в мою систему ценностей…

Пока я это говорил, поддалась вторая сенсорная панель и снова загорелись огоньки-индикаторы. В этот раз зелёным цветом загорелись только два, и замок не открылся.

– Хм, ну-ка ты попробуй, – я протянул кейс Анне и показал, куда нажимать.

Момент истины, только пока не знаю, какой именно, но загорелось сразу четыре зелёных. Крышка открылась, и мы оба зависли над содержимым, пытаясь понять, что же это такое. Оса сдалась сразу, а я всё ещё вчитывался в информацию перед глазами и пытался её переварить.

– Что ты знаешь о нанофотонных ускорителях? – наконец, спросил я.

– О! – воодушевилась Оса. – Я в них разбираюсь, возможно, всего лишь чуть хуже, чем ты в микробиологии. Сам-то ты о них что-то знаешь?

– Ну, – протянул я, – как-то читал, то есть подкаст слушал, что их разрабатывают для лучевой терапии раковых опухолей. Так чтобы прямо внутри человека. Но, честно говоря, я деталей не помню. Я как раз в больнице тогда лежал и слушал про всякое супертехнологичное и нестандартное в поисках того, что мне поможет зрение вернуть.

Я достал из кейса древний гаджет, представляющий из себя прямоугольную пластинку, размером с пачку сигарет. Толстенький, ощутимо тяжёлый гаджет, собранный из металла «Древних». Одна сторона гладкая, отполированная в зеркало, другая – фрезерованная с узором из каких-то фигур и линий, среди которых вразнобой прятались сенсорные кнопки.

Я по очереди надавил на каждую, но ничего не произошло. А вот когда я поднёс прибор к кейсу с семенами, сразу несколько линий бледно засветились.

– Хм, – промычал я своё коронное.

– Что хм? – спросила Оса.

– Похоже, работает только с розовой пыльцой. Надо экспериментировать, но явно не здесь, – я развёл руками, показывая на испарения, а заодно лишний раз взглянул на экран браслета с индикатором. Розовым в атмосфере даже и не пахло.

– А как работает? – взбодрилась Оса. – Лучевая терапия, говоришь? Если может лечить, то ведь может и калечить? Например, как Драго на Совете?

– Интересный ход мыслей, но… – я оборвал себя на полуслове, почувствовав движение на сканере, а вместе с ним и чей-то тяжёлый, и как будто бы знакомый взгляд, следящий за нами. – Тихо, мы уже не одни.

– В смысле уже? – удивилась Оса. – Мы давно уже не одни. Там Пепел бродит.

Анна поймала мой скептически-встревоженный взгляд и уже неуверенно добавила:

– Или не Пепел? Но ведь шакрас точно? Или неточно? А то он какой-то неправильный…