Текст книги "Геном хищника. Книга одиннадцатая (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц)

Геном хищника. Книга одиннадцатая

Глава 1

– Расти большой, не будь лапшой, – повторив заклинание, я проведал свой садик.

Хотя справедливости ради ничего не проверил, только посмотрел на мякоть, которая скрыла чашу и сейчас заполнила каркас уже процентов на восемьдесят. Гаджет на браслете показывал, что всё идёт по плану, и через каких-то семь с половиной часов агрегат должен заработать.

Я зевнул, разминая уставшее правое плечо. Левое временно не двигалось, мне его подрезал прыгучий «дыморпяд». Рассечение было глубоким, до кости, и регенерация на голодном пайке и бессонных сутках работала буквально на отстань. Анна сделала мне тугую повязку, буквально запеленав согнутую руку к телу, но в остальном я был вполне бодр и свеж.

С момента, как появилась моя стая – то есть Оса, Пепел и банда сервалов мы отбили четыре атаки. Точнее, в первые три раза этим атакам не дали набрать силы. Оса прекрасно владела снайперской винтовкой, и половина «дымопрядов» до нас так и не добежала.

А со второй разделалась стая – я недооценил когти сервалов. Вместе с их скоростью, гибкостью и хитростью кошачьи налёты можно было приравнять к лёгкой кавалерии, той самой, что шашкой рубит на ходу. Налетели, ударили, смылись, прежде чем враг успел ответить. К сожалению, работало это только с «дымопрядами» и только с наскока, но мы и не дуэли здесь устраивали.

Я несколько раз «ломал» трубу, пробегаясь вдоль и отстукивая заряженной дубинкой. В паре мест проломил, нарушив герметичность, но в основном только передал электроприветы в долину, намекая, что торопиться не надо.

От четвёртой атаки отделаться уже не удалось – второй медленный и неповоротливый БМБП-таки добрался до нас. Мы отбились: Оса метко отгоняла самых шустрых, Пепел с сервалами выманивали биомехов, отцепляя от толпы, а я уже ломал…

И сейчас залитый солнцем склон был завален полуживыми полумеханическими монстрами. Сломанные лапы, перебитые суставы и прочие отстреленные конечности крутились, вертелись, но продолжали ползти вверх. Выползали из дымов «дымопрядов» и замедлялись ещё больше. На таких мы уже не тратили ни сил, ни патронов. Лишь поглядывали на случай каких-либо сюрпризов и обсуждали рабочие способы борьбы. А ещё задавались вопросом, почему ультиморфисы проиграли, а мы до сих пор живы?

Времени у нас было много, поэтому и версий мы напридумывали с избытком. Был вариант, что «Древние» проиграли до того, как изобрели защитную пыльцу. В таком случае все первые столкновения, скорее всего, происходили без всех этих сложностей и ограничений. Ещё был вариант, что биомехи всё-таки ослабли за прошедшее время. Отчасти, когда пытались адаптироваться. Плюс, возможно, местные были отрезаны от некоего центра принятия решений или управления. Опять же далеко и долго, а эффективно действовать самостоятельно у них не получилось.

У Осы ещё был вариант, что это просто мы – «наследники» ультиморфисов, которые тоже эволюционировали, слишком круты для устаревших биомехов. Мне этот вариант, конечно, понравился, но повторить прошедшие сутки где-нибудь внутри тумана, я бы не рискнул.

После последней атаки биомехи откатились в долину. Возможно, перегруппировывались, но возможно, и окапывались. Пока опять же было непонятно, какие алгоритмы в них прописаны, но маркеры кучковались в центре развалин и постепенно пропадали с радара, будто биомехи уходят под землю.

С наступлением дня туземцы-ньяла возобновили набеги на долину. Были слышны постоянные свистки, а к вечеру до нас донёсся и более сладостный звук – пятидесятый калибр, эхом разлетевшийся между горных пиков.

– «Пчёлки» вернулись, – кивнула Оса, на вспыхнувший в тумане взрыв зажигательной гранаты. – Не всё, думаю, что только самый шустрый передовой отряд Шустрого подоспел.

– Ага, – улыбнулся я. – Надо бы им сказать, чтобы не лезли, пока бутон не заработает.

– Не, – хмыкнула Оса, – я обратно в обход не пойду.

– Отсюда поговорим, – отмахнулся я и достал фонарик.

Ночью, конечно, получилось бы лучше, но попробовать стоило. Я мысленно прокрутил в голове азбуку Морзе, вспоминая нужные слова и забравшись повыше, начал сигналить. Минут через сорок меня заметили и прислали ответ.

Итого, продолжаем ждать. Но сейчас, понимая, что мы не одни, ожидание побежало как-то веселее. И к моменту, когда пиликнул таймер обратного отсчёта, в долине перестали двигаться биомехи. На уровне ауры осталось только четыре крупных очага: что-то непонятное в центре и три предположительных скопления дымящих коконов.

– Все стянулись в центр, – подтвердила мои мысли Оса. – Думаешь, что-то охраняют?

– К сожалению, да, – вздохнул я.

– Почему к сожалению?

– Потому что придётся идти и смотреть, что именно, – усмехнулся я. – Пойду пока проверю, как там наш урожай.

Я спустился к бутону и первое, что почувствовал – намёк на свежесть и прохладу. Так, будто здесь прошёл локальный ливень с грозой. Мякоть полностью заполнила каркас и даже слегка выбралась за границы. И сейчас уже начала темнеть и черстветь – я не стал разрезать, но легонько потыкал, изучая свежую, пока гибкую корочку.

Бутон отозвался на мои прикосновения, а в местах, где едва проглядывались микротрещинки, корка прогнулась, но практически сразу пусть медленно, но вернула прежнюю форму. А потом уже без моего участия начала стягиваться и выгибаться, будто бутон дышит. Ну или внутри работает какой-то насос.

Экран браслета показал, что всё должно работать, а содержание пыльцы в воздухе прибавило почти двенадцать процентов. «Термометр» из ремкомплекта выдал вообще свой максимум, явно почувствовав свежий, молодой бутон. Вот только содержание пыльцы в атмосфере он не показывал.

– Ну допустим, – пробурчал я, пытаясь разглядеть хоть одну пылинку.

Смотрел под разными углами, светил фонарём в разных плоскостях, крутился перед бутоном, всматриваясь в воздух до рези в глазах. И, наконец, что-то блеснуло. Бледная, даже не пылинка, а микроб какой-то, но такой желанный, что я чуть было танцевать не начал. Точнее, начал – что-то типа джига в духе «Последнего бойскаута», но раз никто не видел, то и не считается.

– Заработало! – крикнул я на ходу, возвращаясь к Осе. – Официально объявляю нас начинающими аркадианскими фермерами! Локальный защитный контур будет восстановлен!

– Пока что-то незаметно, – зевнула Анна. – Но раз внизу безопасно, то я спать пошла. Сменю тебя часа через четыре.

Сменила, а потом я её сменил, и снова она меня…

К ожиданию мы уже привыкли, а вот бездействие выматывало всё сильнее и сильнее. Бутон набирал силу, постепенно выбрасывая пыльцу в долину, но жёлтый туман он не поглощал. Проникал внутрь и постепенно, буквально по метру в час, туман редел и слабел, превращаясь в какие-то жалкие испарения, стелющиеся по камням.

Я это дело, как мог, подгонял – открывая и закрывая пещеры в зависимости от направления ветра. Всё время старался делать так, чтобы выдувало только в долину. Ну и порядок наводил, вскрывая и изучая биомехов.

Кормил нас Пепел с сервалами, добывая нам мелкую горную дичь. Без соли и гарнира, но хотя бы мясо. За водой приходилось уходить дальше, но Оса присмотрела несколько подходящих источников, пока добиралась ко мне. В общем, чего-то мы продолжали ждать…

* * *

– Люблю запах напалма по утрам, – потянувшись, сказала Оса, глядя на горящую долину.

Такой, в принципе, отсылкой к классике она описала начало операции по финальной зачистке долины. Отряд Шустрого – а это действительно именно он прибыл к нам на помощь, состоял из ста человек. Небывалое для нас количество до этого момента. Это если я правильно понял морзянку Шустрого, видимость была на пределе возможностей, и мы с Осой наблюдали только редкие точки, темнеющие на камнях.

– Выдвигаемся, – махнул я рукой, – а то без нас со всем разберутся.

Прямо уж совсем, конечно, не разобрались. Ограничились тем, что забросали термобарическими гранатами источники дыма, окружавшие предполагаемое логово биомехов. Постепенно всё прогорело, подключился ветер, и долина предстала перед нами практически целиком. Дым всё ещё держался в развалинах, тонкими струйками пробираясь через полуобрушенные оконные проёмы.

На всё остальное смотреть было грустно. И пожалуй, места с выгоревшими коконами выглядели даже лучше, чем всё остальное. Хотя бы чёрный цвет с красными угольками добавлял хоть какой-то жизни. Всё остальное – серое, бледное. Даже камень выглядел больным, весь какой-то ущербный и облезлый. От деревьев остались только сухие, сморщенные и кривые палки. Кусты превратились в состаренный хворост, а понятие трава этой местности было не известно.

Первые признаки хоть какой-то живой растительности бледнели только метрах в ста от развалин. Причём с горки была хорошо видна граница между мёртвым и живым – она расходилась практически ровным кругом. Словно нечто в центре выкачивало жизненные соки из всего окружения. Дальше – лучше, каждый несколько метров радиуса добавляли красок. Появилась пожухлая трава, метров через двадцать она сменилась на подсохшую, а ещё метров через десять начала зеленеть. Появились низкие кустики, и в одном месте я даже цветочек заметил. Плюс-минус это место было на старой границе тумана.

– Представляешь, – сказала Оса, кивнув в сторону гор. – А если там всё такое?

– Для этого надо понять, что именно происходит здесь, – я показал на границу. – Слишком ровно подпорчено. Тем важнее понять, что у них здесь под землёй.

– Согласна, – вздохнула Оса. – О! Я вижу Шуста!

Я тоже увидел Шустрого, а вместе с ним, как знакомых наших парней, так и целую толпу совершенно незнакомых, но сильно похожих друг на друга. И одновременно похожих на Марко, который, собственно, и вёл эту банду спартанцев-македонцев.

Сейчас они действительно больше напоминали банду. Крепкие, суровые, бородатые. Стиль одежды – охотничья гражданка, много кожи, мало тактики. По вооружению сплошной «зоопарк», хотя у многих уже были наши трофеи из города.

– Ты прямо Али-Баба и сорок разбойников, – сказала Анна Шустрому вместо приветствия.

– Не сорок, – усмехнулся он в ответ, – а восемьдесят семь. Это первая партия, кое-как успели собрать и сразу же выступили. В лагере ещё человек сорок осталось, но постоянно прибывают. Так что мы готовы на что-нибудь серьёзное!

– Сам как? – спросил я, помня про ранение.

– До момента, как вы нас вызвали, был свеж и бодр, – улыбнулся Шустрый. – Сейчас подустал, конечно, но бегать могу. А ещё я подарки от Сапёра и Чейка привёз!

Подарки – это хорошо! Особенно когда это бронебойные пули для «марлина» и новые ЭМИ-гранаты. Целых три штуки, правда, в этот раз чуть поменьше размером, но зато хват удобнее.

Фея и Хадсона с огнемётами тоже вполне можно было засчитать за подарки. А ещё у отряда появился миномёт. Простейшая конструкция: что-то типа французского «Брандта» или его американского клона М2, созданная уже местными умельцами. С него-то парни и закидали минами коконы биомехов.

– Купер вернулся? – спросил я, изучая новинку.

– Нет, – покачал головой Шустрый и кивнул на миномёт. – Подарки только передал. Немного геномов огненных из Пироса. Сапёр как раз часть мин успел переделать. Ну и новости тоже кое-какие…

Шустрый замялся, будто новости были какими-то уж очень страшными, и быть гонцом, принёсшим плохую весть, ему не хотелось.

– Какие? – спросила нетерпеливая Оса.

– В общем, – Шустрый почесал затылок, – похоже, домой, в смысле на Землю, мы уже не вернёмся. Порталы практически не работают, два или три всего осталось. И те могут с ошибкой груз отправить.

Шустрый замолчал, словно давал нам время переварить услышанное. Но Оса лишь пожала плечами, в духе: не очень-то и хотелось, я тоже поймал себя на мысли, что как-то не сильно переживаю по этому поводу. Острого желания возвращаться у меня не было, а если появится, тогда и будем думать.

– Парочку, кстати, куда-то в наши края закинуло, – продолжил Шустрый, не дождавшись от нас никакой реакции. – И было бы неплохо их найти.

– А координаты есть? – уточнил я, снова поймав себя на мысли, что эта информация как-то больше отозвалась.

– Может, ещё ключ от квартиры, где деньги лежат? – усмехнулся Шустрый и показал рукой на горы, а потом повернулся в сторону Гранады. – Где-то в этом квадрате лет тридцать назад были стабильные порталы. Потом закрылись, но по версии учёных UNPA пространство что-то там куда-то там нестабильно, дыряво и коряво, и на выход периодически активируются старые. В общем, это версия Купера, я её вам слово в слово передал.

– Так если порталы были стабильны, неужели нет координат? – нахмурилась Оса.

– У UNPA нет, они позже сюда заселились. А когда полную базу собирали, в Гренаде уже справки никто не выдавал. Вроде отряд выезжал сюда на разведку, но назад уже никто не вернулся, – пожал плечами Шустрый. – Хотя Купер опять же считает, что в городе должны сохраниться какие-то записи. Просил, чтобы обратили на это внимание. Ещё сказал, что нужны деньги. И много. Можно геномами, список особо ценных прилагается.

Я кивнул. Конечно, обратим, конечно, нужны, конечно, много. Так что обратим внимание и на списки всех полезных ископаемых, фабрик, заводов и прочих производств. Понятно, что во время зачистки мы и так на них наткнёмся, но всё же лучше целенаправленно искать. Каменоломня у нас уже есть (Шустрый отдельно про неё рассказал), ещё не заработала, но восстанавливать после зачистки уже начали.

Оставив отряд «спартанцев» следить за развалинами, мы отошли к временному лагерю, разбитому на соседнем склоне. Обсудили остальные дела с новостями, перекусили (особенно мы с Осой), я подлечил руку, и ближе к вечеру мы выдвинулись к развалинам. План стандартный – заходим, выманиваем, валим толпой. Повторяем, заодно жжём коконы. Всю банду, как и новоиспечённого Али-Бабу с собой решили не брать. Я на маскировке с запасом гранат, Фей с ПКМ, Хадсон с огнемётом в роли прикрытия моего поспешного отхода, то есть побега. «Пчёлерия» вместе с туземцами рядом на низком старте, остальные по группам на контроле всех входов и выходов на случай, если биомехи решатся на прорыв.

– Может, утром начнём? – спросил Шустрый. – Утро же вечера мудреней?

– На свежем воздухе возможно, – усмехнулся я. – Но сомневаюсь, что солнце пробьётся под развалины, а мне так сподручней.

Я обсудил с Феем и Хадсоном методику движения, так чтобы они меня не зацепили в случае чего, и направился к широкой каменной арке. Почти целой, всего несколько камней из свода выпало, а сухие колючки на земле, наоборот, уже почти в труху рассыпались.

На земле виднелся отчётливый след проползшего «дымохода» – надо будет проверить их потом, а то, считай, готовая канализация на склоне валяется. В ближайшем маркере внутри угадывался «штурмовик», его уже зацепила «Ночная сенсорика», и он находился на уровень выше. Я маякнул Осе, в каком дырявом проёме его ловить, и стал сканировать дальше.

М-да, изменчива Аркадия…

Считай, поменялись с биомехами ролями. То они меня выкуривали, теперь я их. Хотя, честно признаюсь, была мысль забить и вернуться в Гранаду. Местный контур восстановили – задача минимум выполнена, но хотелось гарантий, что контур не сломают. У меня был план, договориться с туземцами об охране бутона, но слова я пока не подобрал. Вторая причина, чтобы добить биомехов – нужно было понять, что там у них под землёй. И не ради простого любопытства, а на будущее. Чтобы знать, что нас ждёт за горами.

Зафиксировав «штурмовика» на потом, я бесшумно, на максимальной маскировке, проскользнул в арку и стал искать лестницу, ведущую к коконам.

Глава 2

Я почувствовал, как за стеной заволновался варан-штурмовик. Хотя, почувствовал – неправильное слово. Я его видел. Средний чёткости силуэт, как не рентгеновском снимке. Подключилась «Ночная сенсорика», и сделала она это довольно забавно, я мог считывать только органическую часть биомеха, и из-за этого его тело передвигалось отдельными фрагментами.

М-да, то ли «Древние» не доработали своё наследие, то ли ночной хищник во мне интересовался только тем, что может быть съедобным. Тем не менее, я видел через стену не только направление врага, но и потенциальные уязвимые зоны. Немного понаблюдав за биомехом и убедившись, что «штурмовик» меня не засёк, отправился дальше.

Шёл медленно, углубляясь в развалины, и постоянно на что-то натыкался на полу. Очень старые трупы биомехов, среди которых попадались останки ультиморфисов. Похоже, здесь драка была даже похлеще, чем в пещере с бутоном. Я практически не глядя подобрал несколько браслетов, нашёл ещё запчасти от сломанных «древнеганов» и целую подборку клинков разной степени сохранности.

«Древнеганы» совсем никакие, словно биомехи все эти годы им ещё дополнительно мстили за нанесённые обиды. С клинками дела обстояли тоже неважно. Похоже, что останки биомехов не лучшее место для хранения даже стали «Древних». Но и на моей узкой, тёмной улочке нашлось место празднику!

Сразу на выходе с лестницы я обнаружил пригвождённый к стене труп «дымопряда». Пробили и прибили его к камню небольшим топориком – этакий тактический томагавк суммарно сантиметров на сорок. Чтобы его достать, пришлось постараться, но в итоге у меня в руках оказался прекрасно сохранившийся экземпляр. Под килограмм веса, с одной стороны небольшое треугольное лезвие, с другой – толстый, короткий клинок копьевидной формы. У самого лезвия нижний край был заточен и по форме напоминал крюк, чтобы и цепляться лучше, и застревать.

На конце рифлёной рукоятки, в которую идеально вцепились направляющие из моего браслета, была усиленная пятка, но без каких-либо пазов под усиление геномами. Собственно, и нигде его не было. На вид конструкция была монолитной, хотя материал рукояти по ощущениям отличался.

Прошлые подобные находки я раздал, но этот я, пожалуй, оставлю себе. По крайней мере пока мы разбираемся с биомехами. «Коготь» уже неплохо с ними справляется, но силовая пробивная рубка всяко пригодится.

Приободрившись находкой, двинулся дальше. Впереди появились новые силуэты, на этот раз два и по размерам ближе к «игуанам». А точнее, к кибернетическим организмам класса «Разведчик», подвида – «Рейдер», как их охарактеризовала система. И при знакомстве уровень опасности показывался – высокий, а сейчас снизился до: «выше среднего». Либо система решила, что я лихой молодец, либо эти парни сохранились хуже предыдущих.

Не суть – незаметно пройти мимо них у меня шансов не было, но был шанс напасть первым. «Рейдер» не стражи, не какой-нибудь дозорный, ну или мне повезло. Когда биомехи, наконец, заметили меня, я уже подобрался вплотную к первому и заносил томагавк для удара. В спину, в шею – в некую пустоту, где моя система не видела биомассы. Удар получился сильным – обратной стороной томагавка, где копьевидное лезвие с неожиданной лёгкостью пробило броню «рейдера».

С противным скрежетом, будто я старую жестяную бочку проткнул, внутри «игуаны» что-то замкнуло, и монстр как подкошенный рухнул на пол. В глазах-визорах промелькнула алая подсветка, будто мне зафиксировали, пасть дёрнулась, но лишь клацнула, стукнувшись о камни.

Добить парализованного биомеха я не успел, переключился на второго. Точнее, это он на меня переключился, резко с места бросившись на инерцию моей тени. И поймал её, но меня там уже не было. В общей тишине, удар схлопнувшихся стальных когтей, прозвучал особенно громко. «Игуана» замерла и повернула морду, немного подсветив тёмный коридор лучами едва заметного сканера.

Зелёный отблеск сфокусировался на моём новом местоположении, и это было последнее, что он зафиксировал. Размашистый удар, теперь уже заточенным лезвием разбил визор, глубоко погрузившись в дугу над глазом. Что-то заискрило, а когда я пропустил «Биоэлектрогенез» через томагавк, то и задымилось. Запахло жжёными микросхемами, и «рейдер» завалился набок.

Этот точно всё, а первого пришлось добивать. И пользуясь тем, что он парализован, я нашёл ещё несколько уязвимых мест. В принципе, скоро можно будет уже составить руководство для начинающих охотников на биомехов.

– Ладно, – пожал я плечами, – может, и зря я гнал на ультиморфисов. Отличное наследие создали…

Воодушевившись успехами, подкрался к следующей лестнице. Это уже получался примерно минус второй уровень, и чем глубже я спускался, тем более широкие помещения открывались. Не развалины, а полноценный айсберг какой-то, построенный ультиморфисами. Жаль только, уже нельзя было понять, как они здесь жили. Зато попадались наглядные примеры, как они умерли. Жуткие переломы, оторванные конечности и смятые элементы доспехов и оружия.

Справедливости ради остатков биомехов было больше. Часть уже чуть ли не окаменела, другая рассыпалась в прах, стоило просто пройти мимо. И что-то у меня не очень пока складывалось, что здесь произошло. И главное, когда?

Если катастрофа в Гранаде произошла всего несколько десятков лет назад, и, видимо, тогда же и перестал производить пыльцу бутон, то откуда здесь были все эти трупы? Или же Гранада давно была без защитного контура, и произошло что-то ещё, что вызвало катастрофу? Землетрясения, аномалии, бешенство у местных монстров?

Стоило обо всём этом подумать, как пол под ногами вздрогнул. Слабенько по меркам землетрясения, но всё равно ощутимо. С потолка осыпалась пыль, а стены задрожали, издав серию гулких звуков, будто на нижних этажах кто-то постучал по батарее. Одновременно с этим наверху раздался грохот пулемётной очереди, потом взрыв гранаты, и следом снова пулемёт.

Похоже, команда поддержки встретилась с «вараном». Палили от души и явно не в состоянии панического бегства. Фей отстрелял почти всё ленту, и следом прилетел новый удар по стенам – это в ход уже пошла контрольная кувалда. Стены, конечно, не задрожали, но гул по пустым помещениям пронёсся ощутимый.

Если был шанс, что биомехи не знают, что мы уже близко, то теперь он рассеялся вместе с эхом, гуляющим по подземелью. Решив, что надо ускоряться, я пересёк пустой зал и, пока рядом никого не было, спустился на уровень ниже. Долго спускался, словно в полноценное метро. И в зале оказался похожем – высокие потолки, вдоль стен полуразвалившиеся статуи-монументы.

– Ну, точно метро, – прошептал я, разглядывая стену с остатками древней лепки.

Разглядел чью-то беззубую пасть лишь с двумя клыками по бокам, несколько стремительных силуэтов, какие-то ромбики, похожие на чешую. Нашёл более-менее сохранившуюся статую – вроде бы человеческую, только со змеиной головой. Или шлемом с плащом, стилизованными под голову кобры. От следующей статуи осталась только половина, отколовшаяся голова откатилась на несколько метров и опять стилизация под змею – в этот раз в угловатом шлеме узнавались черты щитомордника.

– Ну, – прикинул я, – плюс-минус понятно, что за клан ультиморфисов здесь жил раньше.

За этой головой я и спрятался, когда засёк вражеский маркер в глубине зала. Подсветка буквально вспыхнула одновременно с очередным подземным толчком. Я вскинул «марлин», осторожно высовываясь из укрытия, но никого не обнаружил. И сам маркер, поблёкнув, пропал с радара.

В следующую минуту я уже подкрадывался поближе, пытаясь понять, что же вижу впереди. Жёлтая взвесь, наполняющая воздух, тоже особо не помогала. Так что первая версия, которая у меня появилась – это жопа осьминога. Будто его вмонтировали в пол, перевернув вверх щупальцами. В центре – круглое отверстие, от которого во все стороны тянулись восемь толстых отростков, покрытых то ли присосками, то ли какими-то соплами.

Вся конструкция растянулась метров на пять, заглубившись в каменный пол по краям присосок. На вид больше биологический вид, нежели механический. Оболочка бледная, похожая на медузу, но внутри от каждого отверстия тянулись тёмные нити, похожие на провода. Существо, в нём определённо было какое-то подобие жизни, тихонько посвистывало, с силой вбирая в себя окружающий воздух.

Прикасаться я не стал, только рукой провёл над поверхностью. Сразу ощутил лёгкую тягу, а где-то через минуту пришло странное тянущее ощущение, будто у меня кровь на анализы взяли. Пальцы онемели, а в руке ощутилась тяжесть с усталостью, будто из неё вытянули все силы с энергией.

– Хрень какая-то, – буркнул я, растирая руку.

Я отошёл от этого странного «насоса-вампира», отчётливо вспомнив мёртвую природу вокруг. Реально она выглядела так, будто из неё откачали все жизненные соки. И с большой долей вероятности передо мной как раз лежала причина.

Когда пол дрогнул в очередной раз, существо вспыхнуло в спектре чуйки и засветилось вживую. Провода засветились разными оттенками от синего до фиолетового так, будто по ним побежали какие-то сигналы. Побежали от присосок по щупальцам и скрылись под землёй, проскочив через центральную лунку.

Сейчас бы сюда Чейка или какую-нибудь ещё просветлённую голову, потому что моя пока решила всё это дело протестировать. После недолгих размышлений и поисков я решил засунуть в отверстие руку.

Правда, не свою, а статуи. Благо осколков вокруг валялось предостаточно. Метнул её с безопасного расстояния, попав чётко в приоткрытое отверстие. Совсем открытым оно не было – там копошились какие-то отростки. То ли для защиты, то ли это вообще были какие-то антенки для сбора данных из окружающей среды.

Тяжёлая рука (от пальцев до скола на локте) ультиморфиса шмякнулась на край отверстия, полежала немного, но потом всё-таки продавила защитный контур и медленно, словно её в трясину затянуло, скрылась из виду. По всем щупальцам прошла дрожь, а само отверстие сжалось с таким видом, будто поморщилось.

– Не выплюнуло, уже хорошо, – пробурчал я, прикрепляя термическую гранату к следующему обломку.

Теперь главное – рассчитать, как быстро оно его «проглотит». Взорвать сверху тоже можно, но внутри как-то надёжнее. В общем, подумано – сделано и следом понеслась активированная граната. Бросок даже лучше получился, чем первый. Я попал прямо в центр, и «подарок» практически моментально погрузился внутрь.

И в следующий момент рвануло. Гейзером взметнулся огненный столб, раскидав по сторонам обгорелые отростки. Дымящиеся щупальцы оторвало, а горящее центральное месиво рухнуло вниз, оставив только дымящийся провал в камне.

Когда оторванные щупальца потухли, перестав дёргаться и извиваться, я осторожно подошёл к краю и посмотрел вниз. И невольно присвистнул, глядя на ещё один огромный зал. Настолько огромный, что зале «метро», в котором я находился сейчас в лучшем случае можно было назвать «метришкой». А вот там, внизу открылось самое настоящее «метрище».

И в центре либо что-то росло, либо это что-то построили. Высокая конструкция, по форме напоминающая пирамиду. Верхушка из такой же медузообразной биооболочки, а внутри тёмные очертания чего-то более плотного. Основание конструкции было усилено хитиновыми пластинами, облепленными чем-то похожим на провода и трубки, что-то типа уменьшенных «дымоходов». Но больше меня удивил имплант «Древних», он зафиксировал сооружение, засветив контур только механической части. В его исполнении это уже было похоже на какую-то вышку с толстым центральным стержнем, уходящим ещё и под землю. Перед глазами побежал текст со сносками на отдельные части, из которого перевелось всего несколько слов: «усилитель», «звено цепи», «дополнительный модуль», «пространство» и «уничтожить».

Пришлось проморгаться от количества информации. Системе явно этот объект не нравился, Про «уничтожить» замигало сразу в нескольких местах, причём с пометкой: моментально при обнаружении.

– Ну, допустим… – прошептал я, пододвигаясь поближе к краю и пересчитывая биомехов, кучкующихся вокруг «усилителя».

Пока не ясно, что именно он усиливал, но точно биомехам был сильно важен. Излучение от него шло сильное и на фоне ауры, и на физическом – вплоть до мурашек, толпящихся на затылке.

Я насчитал круг из «штурмовиков», потом «рейдеров» и всего парочку «дымопрядов». Но это понятно, во-первых, закончились, а во-вторых, и без них жёлтого дымка было достаточно. Вторым кругом теснились «инкубаторы», снующие между работающими коконами.

На земле прямо подо мной валялось, видимо, тело поджаренного «осьминога». То, что отвалилось, когда я поджарил верхушку. Похоже было на гибкую трубу или очень толстый шланг, набитый внутри проводами. Я проследил взглядом, откуда он тянется, и через толпу биомехов вернулся взглядом к «усилителю». Присмотрелся и увидел, что таких «кабелей» к нему тянется четыре штуки.

– Хм…

Я снова пожалел, что со мной нет знатоков. У меня лишь появилась версия, что это некие элементы питания. Каким-то неизвестным способом они выжимают питательные вещества из окружения и передают «усилителю». Но потеря одного, кажется, на работоспособность не повлияла.

Может, он вообще уже своё отработал, учитывая состояние снаружи. И тогда большой вопрос, как далеко и куда протянулись остальные. Скорее, не вопрос, а ответ, что уничтожать нужно именно «усилитель», а не перекрывать всё питание.

Я ещё немного понаблюдал за нижним залом. Заметил, что дымка не стоит на месте, как прибитая. Где-то сквозит, и, скорее всего, из подземки есть разные входы и выходы. И не только проход на мой уровень, до которого ещё нужно было поплутать по подземным коридорам.

Атаковать через дыру получится плохо – пострелять по прямой ещё можно, но вот ЭМИгранту я с этой позиции не докину. Надо подбираться ближе, а в идеале сначала по одному выманить биомехов.

Несмотря на маскировку, меня заметили. Я поймал отблеск мигнувшего луча сканера, услышал тревожный писк, раздавшийся снизу, и после этого в мою сторону повернулись уже сразу десятки сканеров. Ясно, есть там в толпе кто-то глазастый. Я попытался высмотреть его в ответ для своего будущего справочника, но биомехи смешались, перекрывая друг друга. Зато среди них выделился один крупный, похожий на «правильного» богомола.

– Ну, здравствуй, подвид «охотник», – вздохнул я. – А то я всё думал, куда же ты делся…

Ну, не то чтобы думал. Просто помнил его по тем, кто бродил по краю тумана. И к сожалению, как тот ёжик он там не потерялся. Биомех и так был выше остальных, а сейчас он ещё и вытянулся, поднявшись на задних лапах. Какое-то время мы разглядывали друг друга. Высокий, под три метра, четыре задних лапы, четыре передних.

Две из них, чтобы косить, две другие, чтобы протыкать. Ну или сначала проткнуть, поднять повыше, и щёлкнуть косами, отрубая голову. Или, наоборот, ударить косой сверху, подтянуть к себе, а затем уже проткнуть. Ну или откусить половину лица – размах пасти позволял.

Брюшко компактное, практически без наростов из биомассы. Богомол-атлет, блин, какой-то без видимых слабых зон. Броня грубая, составная из подвижных ромбиков, возможно, даже динамическая. Из слабых мест всё-таки визоры, затылок и, потенциально, шея. Но вокруг глаз видны какие-то уплотнения, возможно, защитные броневеки. С затылком ещё хуже, там он хоть моргнуть может, а здесь вся форма головы была как бы зализана. Так, чтобы по лбу рикошеты, а затылок целиком из острых стальных шипов. Остаётся шея, но её ещё сломать нужно умудриться.