Текст книги "Геном хищника. Книга одиннадцатая (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

Не то чтобы он на самом деле мне был нужен. Зачистить и захватить Гранаду можно было и без него. Но раз другие жители Аркадии верят в его значимость, значит, будем соответствовать.

– Ну всё, я теперь законный правитель Гранады, – с усмешкой прошептал я, пряча медальон поглубже в подсумок.

За стеной снова показался «охотник», только в этот раз не прошёл мимо, а остановился. И издал какой-то странный звук, с одной стороны, похожий на сирену, а с другой – я прям чётко расслышал вопрос: кто ты там теперь в Гранаде?

Захотелось с ним поспорить, благо он уже начал раздвигать стену, но вместо этого я подорвался, активировал «Спринт» и ломанулся к противоположной стене. Втиснулся в неё, уже слыша за спиной шелест механических частей монстра. Я вывалился в очередной коридор, налетел на «дымопряда», на ходу пнув его в неконтролируемый полёт, и врубился в следующую стену. Потом ещё в одну, за которой меня уже встречали «рейдеры». Я выстрелил, в одного точно попал и, ускоряясь по новой, пронёсся вдоль стены. Добежал до угла, сунулся туда и сразу же выскочил обратно, повесив себе на хвост ещё трёх биомехов.

Скинул маскировку, чтобы не забирала энергию, и метнул топор в морду самому шустрому «рейдеру», значимого урона не нанёс – только чиркнуло с грустным металлическим звуком, но хотя бы цепляться в стенах им не буду.

Я скинул за спину гранату и под раздавшийся грохот нырнул в очередную стену. И чуть не крякнул от досады, решив, что застрял. Забарахтался, прорубаясь глубже, но вылетел вперёд уже только от ощутимого толчка в спину. В рюкзаке разбились несколько склянок, но в остальном повезло.

Толстая стена, наконец, закончилась, и я по инерции пролетел ещё немного вперёд. А когда остановился, прибалдел от увиденного. Это была мастерская! Мастерская биомехов, где на большом, плоском возвышении в центре зала лежал «охотник» с раскуроченным брюхом. И какая-то хрень, похожая на «инкубатора», только без кокона и с удвоенным количеством лап, запихивала внутрь охотника нечто, похожее на жирную личинку. Только такого размера, будто это была личинка какого-нибудь динозавра.

Имплант «Древних» сработал моментально, сразу же выдав призыв немедленно это уничтожить и повесим максимальный уровень опасности. И даже подсказка появилась, которую можно было перевести как: генно и механико-модифицированная личинка жука-бомбардира.

Разбираться, как себе это представлял переводчик с языка ультиморфисов, я не стал. Было достаточно того, что биомех держал личинку с таким напряжением, будто она взорвётся от любого неровного движения, а «охотник» на столе оказался тем самым, блин, механико-модернизированным камикадзе.

Я при этом хода не сбавил, но ситуация капец была странная. Биомеха буквально парализовало, только глазки-визоры чуть ли не испуганно бегали, глядя то на меня, то на прозрачный куб с грубыми краями у другой стены. Внутри, словно в янтаре, застыли ещё с десяток ГМОшных насекомышей разного размера. А как только за моей спиной через стену проклюнулась погоня, они также резко дали по тормозам и застыли, стараясь даже не дышать.

У меня аж руки затряслись, так сильно захотелось сейчас пальнуть в личинку. Но я и вспомнил эффект от камикадзе, и прикинул запас в камне.

– Да чтоб вас, – прорычал я и, пока биомехи не опомнились, ломанулся сквозь следующую стену.

Глава 30

Блуждание по живому лабиринту биомехов грозило затянуться. Воспользовавшись замешательством монстров, я оторвался и спрятался в каком-то очередном закутке. Нужна была передышка, нужна была связь с поверхностью, нужен был план и желательно с точным ориентированием на местности.

Из всего того, что было нужно, получилась только передышка. Я проверил раненую ногу – всё, что успело затянуться, во время бега разошлось обратно. Ныло, зудело и вообще всячески намекало, что так носиться – это плохая идея. Я обновил повязку, перебрал запасы эликсиров, выкинув разбитые, и уменьшил и без того скудный запас «Глюкозы», приняв внутрь полный пузырёк.

После этого попытался расслабиться и связаться с Осой.

«Оса, приём! Тебя стучат со дна… Приём!»

Но абонент – не абонент. Хотя уверен, что с абонентом-то всё в порядке, а вот сигнал сети прилично так глушат. Сканер чуйки и тот работал максимум в радиусе десяти метров, и это при условии, что живых перегородок на пути не было. В остальном – всего пара метров за ближайшей стеной. И то при условии, что чуйке помогала «Ночная сенсорика». Главное – что помогала. На часах уже была полночь, а там, глядишь, и «Ночная охота» во всей красе развернётся, придав мне больше сил.

С точным ориентированием на местности тоже были сложности. Одинаковые стены без опознавательных знаков (хотя уверен, что у биомехов они были, просто я их не понимал), многократная смена направления во время побега и в итоге я был уверен только в том, что я уже не в доках. Ну и не в районе госпиталя с разлитыми химикатами. Расстояние до поверхности определить тоже не получилось. Это уже какой-то второй уровень, который биомехи устроили под канализацией.

План в какой-то степени уже вырисовывался. Найти подземные генераторы дыма, возможно, какой-нибудь мозговой центр биомехов, если он, конечно, существует, потом стырить взрывных личинок, придумать, как взрывать их удалённо, и разнести по адресатам. Звучало просто, а на деле посмотрим. Надо сначала объекты найти, а пока что я только сам себя потерял.

Предположив, что биомехи меня совсем потеряли, и помечтав, что и забыли уже, не спеша выдвинулся в путь. Пытался хотя бы мысленно составить хоть какую-то карту местности, но когда пришлось отступить по своим же следам, чтобы не нарваться на большой патруль биомехов, дорогу не узнал. Появилась дополнительная стена, а закуток, в котором я задержался для проверки связи, превратился в длинный коридор. Конструкция, похоже, была не просто выращенная, она и продолжала расти, и постоянно менялась. Удобно, блин. Вот только не факт, что теперь вообще мастерскую найду.

Я попытался оставлять метки. Сначала делал зарубки на корнях, но они сразу же затягивались. Потом отрезал лоскуток от футболки, воткнув его в пол, и ради интереса задержался рядом. Пять минут тряпочка продержалась, а потом втянулась в шершавую поверхность. Макароны, блин, так едят. У-и-ить и всё.

– Удобно, блин, можно порядок вообще никогда не наводить, – пробурчал я, придумывая ещё варианты для экспериментов.

На очереди был маячок биомехов, который когда-то меня уже водил по горам Гранады. И теперь тоже куда-то вёл. И меня вёл, и себе тоже странно вёл, мотаясь из стороны в сторону, как припадочный. В редкие моменты замирал, будто бы что-то его ловило и тянуло. По этим подсказкам я и двинулся вперёд.

Удивительно, но тумана или густого дыма под землёй не было. В воздухе лишь поблёскивали жёлтые пылинки. Примерно так же, как светилась розовая пыльца «Древних» на ярком солнце. Технологии, похоже, одинаковые, а густеть и превращаться в дым среда для комфортной жизни биомехов начинает в контакте с чем-то в атмосфере. Не знаю, долго ли я протянул под землёй без импланта «Древних», организм адаптировался, но толком раздышаться не получалось.

Я пошёл по кривому «навигатору», сигнал которого приходилось после каждой стены ловить заново. Но куда-то кривая всё-таки вывела. Сначала в большой зал, где я встретил одинокого «раптора». К счастью и благодаря маскировке это я его встретил, а не он меня. Удалось подкрасться и оглушить его «биоэлектрогенезом», после чего спокойно добить «когтем» и выковырять кристалл «навигатора» и из него. Путь точнее не стал, но через следующую стену я прошёл с наименьшим сопротивлением. Сомневаюсь, конечно, что меня теперь за своего примут, но, похоже, как некий пропуск он всё-таки работал.

За стеной послышался шум. Что-то неспешно, но основательно, будто по большой площади, ёрзало и поскрипывало. Я протиснулся через волокна и чуть не грохнулся, наступив в пустоту. Будь проход совсем свободным, точно бы свалился, но стена чутка задержала. Я успел поймать равновесие и вернуть задницу на обратную сторону.

И замер, глядя, как снизу что-то приближается.

– Офигеть, у них здесь и лифт есть, – пробурчал я, разглядывая бугристую площадку, поднимающуюся ко мне.

Ладно, может, не лифт, а клапан какого-то органа. И жалко, что на поверхность он не идёт (потолок над головой никуда не делся), но проверить всё равно надо. Я подождал платформу и сделал осторожный шаг вперёд. На мой вес, похоже, было не рассчитано, вниз мы прошуршали с явным ускорением. Но без перехода в невесомость. Ухнуло, зашуршало, и мне оставалось только угадывать, сколько метров я преодолел. Метров пятнадцать точно, на однородной поверхности стен зацепиться взглядом было не за что.

Разделения на этажи я не заметил, а двери «лифта» в этих стенах могли оказаться где угодно. Но высовываться я никуда не стал, а то вдруг застряну. Дождавшись, когда платформа остановилась, я попытался просканировать стены, но не успел – «лифт» тут же отправился вверх. Реально какой-то клапан: туда-сюда и без нормальных остановок.

Пришлось выходить.

Я протиснулся сквозь стену и сразу кувырком ушёл в сторону. Это уже интуиция сработала, вовремя кольнув меня в пятую точку. Над головой просвистела лапа «инкубатора», а ещё две завязли в полу, в том месте, где я появился. Я выстрелил из «древнекастома», намереваясь сделать по классике: один выстрел – один труп, но вместо этого породил какую-то жуть, похожую на Терминатора.

«Инкубатору» снесло половину морды, выжгло органику и оголило стальной скелет. Из дыры вытекло что-то густое, но либо не мозги, либо то, без чего биомех вполне мог существовать. Подранка тряхнуло, но он моментально вернул равновесие и прыгнул за мной. Со второго выстрела я всё-таки сбил его с лап, развалив почти пополам в районе тощего позвоночника.

И, наконец, удалось разглядеть то, что скрывал «инкубатор». Коконы, коконы и снова коконы – буквально как яйца в муравейники коконы стояли, лежали штабелями и кучами, вокруг которых носились няньки, то есть биомехи-инкубаторы. Сама пещера показалась бескрайней. Потолок я так и не увидел, можно было только догадываться, как долго «лифт» бороздил один этот необъятный этаж. А ещё удивляться, как биомехи вообще всё это прокопали. И офигевать, как нам всё это потом закапывать…

Шок от увиденного повторился, вот только поведение биомехов отличалось кардинально. Не было уже подвисших осторожных взглядов и замерших в нерешительности монстров. Все как один повернули морды в мою сторону и без какого-либо даже намёка на сомнение сорвались в погоню. Даже те, у кого кокон был ещё внутри – просто бежали медленнее.

Спасли меня быстрые ноги, скоростные навыки и, неожиданно, ультиморфисы. Я нёсся вдоль стены с такой скоростью, что маркеры биомехов и коконов размазались в красные полосы и стали напоминать ночные фотографии с красными нитками задних фар автомобилей. И вот среди всех этих полосок имплант «Древних» зацепился за что-то яркое, распознав под полотном биомехов стену, а то и дверь ультиморфисов. Символ, который загорелся как путеводная звезда, я вроде бы (уж очень сильно хотелось) я распознал как замок с сенсорной панелью.

Миг, несколько выстрелов по преследователям и я уже был там. Не пытался уже мягко просочиться в живую стену, а наоборот, с силой рубанул «Когтем» крест-накрест и, прежде чем покрытие хотя бы попробовало затянуться, дёрнул за края, расширяя дыру.

Уже пока резал, убедился, что не ошибся. Кончик «Когтя» заскрежетал по металлу, а затем я уже и сам разглядел тёмную, будто слоистую сталь ультиморфисов и стыки потенциальной двери. А ещё небольшую сенсорную панель чуть выше уровня моей головы, в которую я сразу же запустил всю пятерню. Писк совпал с очередным выстрелом – я уже перешёл на «Грязного Гарри». Встал полубоком, не решаясь убрать руку с панели, сделанную явно под каких-то двухметровых гигантов, и открыл огонь.

Отогнал одного «инкубатора» – точнее, он сам споткнулся, пытаясь увернуться от пули. Подранил второго, но тоже лишь замедлил, повезло только с третьим – над плечом механического богомола вылетел прыгучий «дымопряд», получил пулю в брюхо и отлетел обратно в полумрак.

Я почувствовал, что стена за моей спиной пришла в движение. И даже не пытаясь понять, что меня там ждёт, спиной завалился назад. Что бы там ни было – хоть Олаф с вилами, хоть Смерть с косой, всяко там будет лучше, чем здесь.

Стукнувшись затылком о верхушку открывающегося прохода, потом жёстко сел на нижнюю часть и кувыркнулся в пустоту. Тут же подскочил, озираясь по сторонам в поисках панели, чтобы теперь это всё закрыть.

Проём был крыглым и раскручивался волнообразными лепестками. И к счастью, делал это быстро, вот только мне уже столько было не нужно!

Пока я искал сенсорную панель, в проём залетел «дымопряд» и впихнулась морда «инкубатора». Он и ударить попытался, но первый раз лишь звонко коцнул по одному из лепестков, замахиваясь снова. Пришлось выбирать, и пока чёртов «дымопряд» вцепился мне в ногу – будто специально в только зажившее место, я выпустил заряд «биоэлектрогенеза» в богомола.

Перемкнувший, он так и застыл прямо в дверном проёме. Я продолжил давить, формируя перед собой нечто похожее на ауру. Никого больше не поджарил, но хотя притормозил подбегающих монстров. Наварил сенсорную панель и начал давить на неё примерно с той же, сука, интенсивностью, что и сжимались челюсти «дымопряда».

Наверное, это были самые долгие секунды в моей жизни! Замок двери «Древних» сработал, но сначала всё-таки раскрылся до конца. Створки шли плотно, преодолевая сопротивление наросшего полотна биомехов. Но шли! Всё трещало… Или это у меня в голове уже трещало от напряжения! Корни лопались, вяло обвисая по краям!

Я стиснул зубы, молясь только о том, что бы у этих раздвижных дверей не было никакой световой завесы и они закрылись даже с преградой на пути.

Видать, молился хорошо! Дойдя до максимального радиуса, лепестки рухнули обратно. Они быстро, словно хотели компенсировать медленное раскрытие, сжались к центру. А замедлились и начали скрежетать, только когда натолкнулись на оглушённого «инкубатора». И промяли его дальше, сначала выгибая, а потом и просто перекусывая пополам.

Честно признаюсь, в этот момент я не переживал, что время еле тянется. Наоборот, кажется, список того, на что можно смотреть бесконечно, в очередной раз пополнился.

Лепестки клацнули, сомкнувшись, и с моей стороны на стальной пол попадали отрубленные лапы и остальная оторванная скрутка. Я выдохнул и тут же чуть не заорал от дикой боли!

Капец! Стоило отключить момент наивысшей концентрации всех внутренних ресурсов, как тут же прилетел отходняк. Выключилась и «Анальгезия», напомнив, что в икру вцепился «дымопряд». Пусть мелкий, видать, молодой и непуганый, но по ощущениям мне не просто содрали кожу и рвали мышцы, мне их ещё и жарили, проворачивая на шампуре.

Слегка отупевший от боли и опустошения, я скосил глаза вниз и уставился в обращённые на меня визоры. Не знаю, может, прибалдел уже настолько, что снова начало мерещиться, но показалось, что «дымопряд» как минимум растерян. Он косился по сторонам, и в его глазах читалась сложная вычислительная работа. Будто до него дошло, что за спиной у него больше нет нескольких десятков старших собратьев.

Они что-то пытались сделать. Через стену слышались приглушённые удары, но дверь «Древних» их не замечала.

А «дымопряд» продолжил удивлять. Он медленно разжал челюсти и попытался отцепиться, зацепившись за остатки бинтов. Когда у него это получилось, ещё и морду втянул в плечи, он свалился на пол и начал пятиться.

– Что, моська? Попутал что-то? – спросил я, поднимая револьвер.

Но выстрелить не успел. Организм уже откровенно заявил, что на ногах держаться больше не намерен, и я, ткнувшись плечом о стену, медленно сполз вниз. «Дымопряда» к этому времени уже и след простыл.

– Ну-у, – устало протянул я. – Прогресс налицо.

Раньше один «дымопряд» мог навести шороху на весь наш отряд, а теперь, если не уважают, то хотя бы боятся.

Я убедился, что дверь выглядит монолитной, а попытки биомехов прорваться ни к чему не приводят, и принялся в очередной раз обрабатывать ногу. Ничего хорошего в ране не было, но и катастрофы, к счастью, тоже…

– Капец, – прорычал я, попытавшись встать сразу после перевязки.

Ну, может, совсем небольшая есть. На пару-тройку часиков относительного покоя. Я перезарядил оружие, параллельно тыкаясь то в сканер чуйки, то пытаясь вызвать Осу. Но связи на уровне ультиморфисов не было вообще и следов «дымопряда» тоже.

Только после этого я, наконец, осмотрелся обычным взглядом. Ну почти обычным – имплант «Древних» всячески помогал, высвечивая символы на прямых гранях стен и углах с поворотами. С виду очередной тоннель – три метра в ширину, и примерно столько же в высоту. Подсвеченные символы и возможные новые сенсорные панели все были довольно высоко, лишний раз намекая, что местные ультиморфисы были с геномами каких-то жирафов. Ну либо кузнечиков, чтобы до всего этого допрыгнуть.

– Нет, всё-таки жирафов… – пробурчал я, заметив с другой стороны скелет, похожий на человеческий, только очень длинный.

Я кое-как поднялся, стараясь вообще не нагружать раненую ногу, и опираясь о прохладную металлическую стену, побрёл к скелету. Помочь уставшей регенерации я никак не мог, так хотя бы мешать не буду. Поэтому шёл долго – пятнадцать метров я преодолел минут за пять, периодически прислушиваясь, не вернётся ли «дымопряд».

Пол, стены, потолок – всё было создано из металла. Минимум шов, идеально гладкие поверхности, в некоторых местах полосками вкрапления то ли сенсорных панелей, то ли просто дизайн такой из более светлого металла.

Я какое-то ощущение дежавю словил, будто снова нахожусь на космическом корабле. Только уже какой-то совершенно иной, нежели биомехи, расы.

Освещение было минимальным, за него отвечали длинные, тонкие и прозрачные трубки под потолком, внутри которых ползали редкие светлячки. А судя по засохшим горкам трупиков через каждые десять сантиметров, раньше их было в разы больше.

– Удивительно, что хоть кто-то выжил ещё, – сказал я, добравшись до скелета.

Кости пожелтели, и, казалось, что могут рассыпаться в прах при малейшем прикосновении. Серая тряпка, которая могла быть как саваном, так и модной туникой просветлённых ультиморфисов развалилась сразу же, как только я на неё дышать начал.

На первый взгляд передо мной лежал человек, просто аномально высокий. Два с половиной метра, ну или, может, чуть меньше, учитывая, что шаги у меня сейчас сильно короче стали. Узкая спина, крохотный таз, длиннющие ноги и руки. Пальцы на руке тоже достаточно крупные. По крайней мере большой, указательный. Остальные мелкие, но кость толще, словно этот вид ультиморфисов решил, что средний, безымянный и мизинец нужны, только чтобы что-то удерживать в крепком захвате. Может оно и верно. Кроме как мизинцем в ухе ковырять я с ходу и не вспомнил, для чего они ещё нужны по отдельности. Ну и факи показывать, но ультиморфисы, видать, культурным народом были.

Были и другие отличия по скелету. Локоть явно острее, позвоночник, включая шейную зону был с дополнительными пластинами, что-то типа защитного контура, а череп как будто бы даже меньше, чем нужно по остальным габаритам.

– Хм, с такой головой и половинкой мизинца можно в ухе поковырять… – сказал я, пытаясь понять причину смерти ультиморфиса.

Я заметил несколько зазубрин на рёбрах и ногах. Теоретически это могли быть следы порезов, и, соответственно, кровопотеря со всеми вытекающими последствиями. Кости я всё-таки немного поворошил и нашёл пустой металлический контейнер, возможно, фляжку с эликсирами и тонкий стилет с необычно длинной рукоятью и тёмными пятнами на кончике.

На самоубийство похоже не было. Сомнительно, что таким остриём он смог бы сам себе распороть бедренную артерию, а значит, можно констатировать следы поножовщины. Ну или какие-то резаки биомехов здесь отметились.

Не став больше тревожить мёртвого, благо впереди разглядел останки ещё двоих, я добрался до первого перекрёстка. Я замер, давая возможность импланту хотя бы попытаться перевести подсветившиеся указатели на стенах. Три штуки указывали налево, три направо. Процесс работы декодера шёл медленно, даже показалось, что я слышу, как шуршат мои мозги, переваривая данные полученные с импланта.

Половина наборов символов расшифровке не поддались, но остальные, по мере превращения в осмысленный текст, радовали меня всё больше и больше: «Медицина» и некая «Вегетация» – налево, а «Хранилище памяти» – направо.

На самом деле переводчик выдал что-то среднее между: «вегетационная» и «лаборатория вегетации», сократил я уже сам, цепляясь за понятное мне слово. Звучало сомнительно, но посмотреть всё равно было интересно. По «Хранилищу памяти» тоже были вопросы, хотя одного слова «хранилище» было достаточно, чтобы задуматься, с чего начать осмотр.

– Кажется, я тут подзадержусь, – вздохнул я и повернул налево, решив, что возможная «медицина» мне сейчас важнее.