Текст книги "Руины древних (СИ)"

Автор книги: Евгений Аверьянов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– Обнадёжил, – усмехнулся я. – А игра в чём?

– Ловко задай вопрос, – он кивнул с лёгким одобрением. —

Поиграй в охотника.

Пока разделённые группы тёмных плетутся по моим старым проходам, лови их. Выводи наружу. Или… оставляй здесь навсегда.

– А если они всё-таки меня прикончат?

– Значит, ты был слишком медленным. Или глупым. Или не готов. – Он пожал плечами. – Твои ошибки – твоя смерть. Моё вмешательство – ноль.

– Щедро, – кивнул я. – И если я выиграю?

– Тогда… – он повернулся ко мне лицом, и его глаза стали на миг пугающе молодыми, как у существа, которое видело больше, чем должен был любой смертный, – я открою тебе первую дверь.

– Первую?

– Не спеши. Если справишься, – с этими словами он разжал кулак.

Печать, сковывавшая мои руки, испарилась, оставив лишь слабый жгущий след.

– Начинай. Мои залы – твоя охота. Только помни…

Он исчез почти без звука, но его голос всё ещё звучал в ушах:

– Охотник – это всегда чья-то цель.

Я выдохнул. Руки – свободны.

Сектанты – где-то впереди.

Маг – в тени.

Шанс – один.

– Ну, раз уж игра, – пробормотал я, – значит, пора играть всерьёз.

Шаг за шагом я углублялся в тоннели. Воздух дрожал – не от магии, а от тишины, слишком плотной, чтобы быть естественной. Где-то далеко скрипели плиты, стонали стены, словно руины сами наблюдали, задерживая дыхание.

Затем – движение.

Я укрылся за обломком колонны, выглянул.

Двое.

Один с клинком, украшенным алыми рунами. Второй – с жезлом, уже разогревавшим воздух вокруг магией. Они двигались быстро, но осторожно. Понимали, что не одни.

Я не стал медлить. Выждал момент. Прыжок – и бой начался.

Первый удар с мечом – блокирован. Второй – скользит по щиту. Я отступаю, уводя одного подальше. Второй сектант запускает магический заряд, который срезает кусок стены в метре от меня.

– Вижу, весело будет…

Я бросаюсь вперёд, заставляю мечника принять клинок на рукоять, пробиваю коленом корпус – тот отлетает.

Сразу – перекат.

Поток магии срывает мне плечевой ремень. Щит трещит.

Я кидаю осколок в мага. Он отклоняется – я сокращаю дистанцию, падаю, скольжу, бью снизу.

Оба дышат тяжело. Но я быстрее.

Сначала маг. Потом клинком – в бок мечнику.

Он не успевает блокировать.

Тишина.

Я стоял, облокотившись на стену, ловя дыхание, когда заметил слабое свечение у пояса одного из убитых. Руна, встроенная в бронзовый жетон.

Редкий ключ.

Не просто артефакт – проход в следующее кольцо руин.

Именно за этим охотятся целые группы.

Я только коснулся ключа, как воздух вновь задрожал.

– Убил-таки, – прозвучал голос. – Хоть и с лицом, как будто штаны с утеса снял.

Старик стоял прямо у входа в коридор. На этот раз – улыбался, будто видел детскую попытку сложить башню из камней.

– Криворук, – констатировал он. – Но не безнадёжен.

Он шагнул ближе, посмотрел на трупы.

– Удивлён, что ты ещё не умер. Хотя... возможно, тебя уже давно нет, просто никто не удосужился сказать.

Он на миг задержал взгляд на ключе.

– Любопытно… – пробормотал он. – Что ж, игра продолжается. Посмотрим, как долго ты продержишься против самого себя.

И как появился – так и исчез, оставив в воздухе отголосок хохота. То ли весёлого, то ли очень уставшего.

Я опустился на корточки, перевязал плечо, подобрал ключ.

– Конечно, криворук, – пробормотал я. – Только это не мешает мне вас всех хоронить, одного за другим.

В груди колотилось сердце. В ушах – пульс. В теле – слабость.

А на лице…

Улыбка. Старая, усталая, ироничная.

– Жизнь висит на волоске. Как обычно.

Я посмотрел на пустой проход.

– Ну, раз играем – значит, продолжаем.

Дальше шёл медленно. Плесень на стенах начала светиться слабым синим. Воздух – гуще. Стены начали сужаться, пол стал кривым, словно кто-то пытался изменить форму пространства, но забыл закончить.

Шаг.

Ещё шаг.

И тут я почувствовал: не один.

Два силуэта – впереди, у разрушенного перекрёстка. Один стоял с копьём, другой – с коротким клинком и полупрозрачной сферой в левой руке. Боевик и маг поддержки. Их шаги синхронны. Плетения – наложены заранее. Эти – не новички.

– Ну здравствуйте, – выдохнул я.

Они уже шли ко мне.

Первый удар пришёлся по щиту – тяжёлый, пробивающий, рассчитанный на то, чтобы заглушить звук и сбить дыхание. Я отступил, развернулся вбок, избежал второго удара копья – и едва не поймал импульсную волну, которую запустил маг.

Волна ударила в стену, выбив кусок камня.

– Приятная компания, – буркнул я, отпрыгивая в сторону и ударяя мечом по полу, поднимая пыль и осколки.

Я ушёл в тень, а сам выскочил сбоку. Меч – к шее мага. Тот успел активировать защитный контур – клинок звякнул, отлетел вбок. В ту же секунду копьеносец атаковал. Я едва успел отбить удар, и тот накатом врезался в меня корпусом, отшвырнув к стене.

Глава 11

Доспех загудел, предупреждая о перегрузке.

– Ладно… меня учили не биться в лоб. Придётся по-партизански.

Я отступил – нырнул в узкий проход, где копьё теряло преимущество. Те пошли следом, но – аккуратно.

Я ожидал.

Первый прошёл, второй начал движение – и я резко рванулся назад. Удар – в колено копьеносцу. Тот завалился.

Щит в лицо мага.

Тот отпрыгнул, но я не дал ему уйти – серия ударов, клинок в живот, в грудь. Контуры дёрнулись, сгорели.

Маг попытался уйти в сторону, но щит сбил его с ног. Я добил, не давая подняться.

Один.

Копьеносец поднялся. Уже с кровью на губах, но жив. Он ринулся вперёд. Я – назад.

Он бил точно, методично. Но слишком злой. Слишком прямолинейный.

Я выдержал два удара, перекатился под третий и ударил снизу вверх, клинок вошёл под рёбра. Тот закашлялся – и упал.

Я стоял, тяжело дыша, с кровью на руке и шумом в ушах.

– Вот же... – выдохнул я. – Всё ещё двое. И всё ещё больно.

В тишине зала раздался хлопок, словно кто-то пригласил аплодисментами сам себя.

– Ну надо же, – голос был тёплым, почти весёлым. – И это ты называешь победой?

Старик стоял в углу, опираясь на посох, покрытый полустёртыми рунами.

– С такими слабаками ты возишься, будто перед тобой ветераны Битвы Семи Реальностей.

Он покачал головой.

– У меня один подмастерье как-то пнул демона в грудь без магии и убежал. И то – быстрее справился, чем ты.

– Приятно, что ты следишь, – отозвался я, плюхаясь у стены. – Но, если ты не заметил – я один. Они вдвоём. И не самые бесполезные.

– А ты всё равно жив. Удивительно, – старик прищурился. – Ты – как гриб. Отравить не можешь, убить не получается, а в темноте растёшь.

– Благодарю за сравнение, – хмыкнул я. – Очень… поэтично.

– Продолжай. Может, к концу игры ты станешь не только живым, но и вменяемым.

Он исчез.

Без света. Без звука. Просто исчез.

А я… остался. В тени древнего коридора. С парой мёртвых тел. С кровью на доспехе. И с мыслью:

– День идёт отлично. Чудесно. Просто замечательно.

Я встал.

– Ну что, вперёд, гриб. Расти дальше.

Я свернул в боковой проход почти машинально. Угол, чуть просевшая арка, странный символ на полу – всё это казалось не таким, как остальное. Интуиция, усталость или простое упрямство – неважно. Я шагнул в тень, потому что в ней часто прячется правда.

Прошёл два десятка шагов – и всё изменилось.

Пол вспыхнул рунами, воздух над головой загустел. Пространство дрогнуло, как будто само время замерло на секунду, делая вдох.

– …чёрт, – только и успел сказать я.

С потолка сорвались цепи из чистой энергии, рванули вниз, как змеевидные кнуты, пытаясь схватить за плечи, грудь, шею. Я рухнул на колени, дёрнулся вбок – и поток магии ударил в стену, прожигая камень до сердцевины.

Следом – заряды, вспышки рун на полу. Я катился по плитам, отбивая удары щитом, пока один не попал прямо в грудную пластину. Доспех загудел, краска задымилась, металлический узор чуть не расплавился.

Боль – терпимая. Удар – оглушительный.

Я вскочил, ударил мечом в центр одной из рун, – сработало. Ловушка сбилась, потоки магии разошлись, воздух снова стал дышать.

Я остался стоять. Тяжело, но на ногах.

Грудь дымилась. Край наплечника был обуглен. И всё же…

– Цел, – выдохнул я. – Ну, почти.

И, конечно, как будто по команде – хлопок, слабая вибрация воздуха.

Из тени, скрестив руки, вышел он.

Старик.

Он посмотрел на дымящийся доспех, хмыкнул, поднял бровь.

– …Ты.

– Ты вообще в курсе, куда свернул?

– По-моему, уже да, – буркнул я, отряхивая сажу. – Сюрприз: не туда.

– Ясен пень, что не туда.

Он подошёл ближе, ткнул пальцем в одну из обугленных полос.

– Это, между прочим, ловушка для мародёров. Старый, как мой позвоночник, механизм. Сделан для того, чтобы отбивать тёмных и любопытных.

Он оглянулся.

– Причём особенно любопытных.

– Ну, выходит, я достаточно не-тёмный, чтобы выжить?

Старик уставился на меня, щурясь.

– Выходит, да. Хотя я до сих пор не понимаю, ты это по удаче, по дурости или по упрямству.

Я криво улыбнулся.

– Комбинированный эффект.

– Пф, – он вздохнул. – Следующий раз, может, не лезь в сияющие боковые туннели с рунами на полу, а? Или, хотя бы, пинай камень вперёд, а не себя.

Он щёлкнул пальцами – и одна из обгоревших полос на доспехе потускнела, словно кто-то снял верхний слой ожога.

– Всё равно криворукий, – добавил он. – Но… живучий, зараза. Это зачтём.

И снова исчез – как всегда: внезапно, без шума, как мысль, которую забыл на полуслове.

Я остался один. Запах озона ещё витал в воздухе. Грудь саднила. Но дыхание стабилизировалось.

– Ну вот, – выдохнул я. – Один шаг в сторону – и опять чуть не умер.

– Кто бы сомневался.

Я повернулся и пошёл обратно в основной тоннель, к следующей цели.

Скорее всего, она меня тоже попытается убить.

Зал встретил меня тишиной, столь глубокой, что мои шаги казались не звуком, а нарушением равновесия.

Высокие стены покрыты письменами, потускневшими от времени, но всё ещё шепчущими на грани восприятия. В центре – три круга, высеченные в камне, светящиеся слабым янтарным светом. В воздухе витала сила – не угрожающая, но сосредоточенная, как судья, ожидающий ответа.

Передо мной вспыхнул символ, и в пространстве раздался голос. Он был многоголосым – то низким и скрипучим, то тихим и женственным, будто говорили все, кто когда-либо входил сюда.

– Испытуемый. Выбор твой. Первое: сразись с хранящим и получи награду – или смерть. Второе: принеси в жертву разумного, и получишь свиток силы. Третье: покинь зал без награды. Без крови. Без пользы.

Я не колебался.

– Первое, – сказал я. – Сражаться – привычнее.

Я шагнул в центральный круг. – А жертвы – не мой метод.

Пауза. Потом – глухой гул.

Пол начал дрожать. Пространство передо мной раскололось, как треснувшее зеркало. Из тени выступила фигура – огромная, с массивными рогами, широкими плечами и копытами, стучащими по камню. Тело покрыто рунами, плоть – как сплетённая из каменной кожи и жил. Лицо – звериное, но с человеческим осознанием в глубине взгляда.

Минотавр.

Он зарычал – низко, тяжело.

И бросился вперёд.

Первый удар – щитом. Я едва успел поднять руку – вес врага был сокрушителен. Меня отнесло назад, по полу.

Меч – вперёд, в бок. Тот отступил, держа равновесие, и ударил копытом, выбивая из-под меня опору. Я перевернулся, катясь в сторону, и вскочил.

Второй раунд.

Меч скользнул по рогам, вызвав сноп искр. Ответный удар – кулак, тяжёлый, как плита. Я отступил. Щит – трещит, но держит.

Сражение напоминало танец. Я искал слабости, он – давил. Каждый мой манёвр он читал. Каждый его выпад я чувствовал костями.

Я нанёс три удара – по шее, по бедру, по спине. Ни один не прошёл глубоко. Кожа – как броня. Раны были, но неглубокие. Он же разбил мне наруч, повредил бок, отбросил несколько раз.

Дыхание – рваное. Сердце – как барабан в ушах. Он тяжело дышал тоже, но глаза не мерцали. Усталость была, но не сомнение.

Минотавр рванул вперёд, опуская голову, готовясь к таранному удару. Я поднырнул, ударил вверх – рог отлетел, он зарычал, резко развернулся, задев меня рукой.

Я улетел, грохнулся на пол.

Боль – жаркая, хлещущая.

Но я поднялся. Меч в руке. Щит – треснувший, но целый.

– Ну давай… – прошипел я сквозь зубы. – Потанцуем ещё.

Он тоже шагнул вперёд.

С той же решимостью.

Никто не сдавался.

Бой продолжался.

И пока победителя не было.

Я не знал, сколько времени мы дрались. Минуты? Час? Целая вечность, спрессованная в удары, блоки, рывки, перекаты, дыхание с хрипом, кровь, впитывающуюся в пыль древнего зала.

Минотавр двигался, как поток камня – мощно, неумолимо. Каждый его выпад мог бы проломить плиту, каждый удар требовал от меня всей силы и точности, чтобы не пропустить его насмерть.

Я пробовал всё – короткие выпады, финты, удары в суставы, под дых, по глазам. Он уходил, парировал, реже – пропускал. Кровь стекала по его руке, но шаг не сбивался. Он учился на лету, адаптировался, менялся.

Я был уставшим, покрытым потом и пылью, правый бок саднил, правая нога ныла после неудачного прыжка. Но я стоял. А он рвал вперёд.

И вот, наконец, момент.

Он пошёл на повторный захват плечом, чуть быстрее, чем раньше. Я прочитал движение, отклонился влево, соскользнул вдоль стены и, вместо обороны, ударил наотмашь по подмышке, туда, где даже у зверя кожа мягче.

Клинок вошёл. Не глубоко – но вошёл.

Минотавр взревел. Не от боли – от ярости.

Глаза налились красным. Мышцы надулись, как будто его кожа готова была лопнуть. Жила под глазом задёргалась. Из горла вырвался гортанный, нечеловеческий рык. Он вздрогнул всем телом, схватился за рану, и вместо того чтобы отступить – рванул вперёд.

Берсерк.

Он атаковал без плана. Без техники. Только сила.

Щит у меня разлетелся от удара, словно игрушка. Я отлетел к стене, едва не потеряв сознание. Только инстинкт заставил перекатиться в сторону, прежде чем кулак с хрустом вломился в камень, где только что была моя голова.

Я вскочил, меч перед собой.

Он – уже рядом. Удар – отражаю. Второй – не успеваю. По ребрам. Доспех гнётся, воздух выбивается из груди. Третий – по бедру. Я падаю, но сразу же режу по колену, заставляя его взвыть и отступить на шаг.

Он поднимается в полный рост. Дыхание хриплое, грудь вздымается.

Я тоже поднимаюсь. С трудом. Вся левая сторона пульсирует, правая нога подгибается.

Мы стоим. Смотрим друг на друга.

И понимаем – это ещё не конец.

Он делает шаг вперёд.

Я поднимаю меч.

И бой продолжается.

Он снова пошёл в атаку.

Массивное тело минотавра с трудом, но неумолимо двигалось вперёд, раз за разом обрушивая на меня удары, каждый из которых мог бы разворотить стену. Я парировал, отскакивал, отвечал короткими, выверенными выпадами – не ради урона, а ради выживания.

И тогда я заметил.

Шаг стал чуть медленнее.

Рывки – чуть короче.

Рычание – хриплое.

Или это я стал быстрее?

Нет – привык. Начал слышать ритм.

Не просто реагировать – чувствовать бой.

Тело двигалось само. Меч – не как инструмент, а как продолжение мышц и воли.

Я сделал обманный выпад – минотавр повёлся.

Щит я потерял, но теперь каждый поворот корпуса, каждый шаг – был уклонением.

Каждая встреча оружия – осмысленным действием, а не паникой.

И в этот момент —

"Наполнение ядра: 25%"

Словно из ниоткуда, прямо перед глазами – бледное, пульсирующее сообщение.

Я вздрогнул. Глаз дёрнулся. Концентрация на долю секунды ушла.

Этого едва не хватило.

Удар рогом – вскользь по плечу, но хватило, чтобы отшвырнуть меня на спину. Камень ударил в лопатку, грудь сжалась, дыхание перехватило.

Минотавр взревел, замахнулся, чтобы добить.

Я перекатился вбок, ударил по ноге – слабее, чем хотелось. Он пошатнулся. Но не упал.

Я вскочил, отступил, рана пульсировала.

– Чёртова система, – выдохнул я. – Могла подождать секунду.

Но теперь я знал:

Суть не только в убийстве.

Ядро – растёт от преодоления. От столкновений, где шаг от смерти.

Минотавр бросился снова. Я шагнул навстречу. Меч – вперёд, плечо – вниз, перекат – под удар.

И бой продолжился.

Не просто схватка.

Испытание.

Переход.

Рост.

Минотавр снова бросился вперёд, низко опустив голову, рога нацелены на грудь.

Но я уже знал этот темп.

Этот рывок.

Этот звук тяжёлого дыхания за миг до удара.

Я шагнул в сторону, увернулся и в движении чиркнул лезвием по боку. Не глубоко – но срезал кожу.

Кровь – тёмная, плотная – капнула на камень.

Он взревел. Повернулся. Слишком резко.

Я отступил.

Он снова – вперёд.

Я – вниз, клинок по голени.

Опять кровь.

С каждой минутой минотавр сильнее зверел, но с каждым рывком его удары становились всё менее точными.

Гнев пожирал его равновесие.

Ярость – заменяла силу на хаос.

А я продолжал.

Резал по руке.

По бедру.

По шее, не входя вглубь – но открывая порез за порезом.

Он заливался кровью.

Он дышал, как умирающее пламя.

Он бил – но не попадал.

Рычал – но уже без власти.

Последний рывок.

Последний шанс.

Он бросился вперёд, пытаясь схватить меня за грудь.

Я скользнул в сторону, развернулся – и вогнал меч между рёбер, прямо в сердце.

Лезвие вошло до самой крестовины.

Он застыл. Дёрнулся. И упал вперёд, медленно и глухо, как обрушившаяся башня.

Я стоял, тяжело дыша, прижав руку к ребру.

Грудь вздымалась. Меч – в руке. Кровь капала с пальцев.

– Всё, – выдохнул я. – Конец.

Я ждал.

Миг.

Другой.

Ни шума.

Ни вспышки.

Ни едкого комментария с оттенком бессмертного сарказма.

– Хм, – пробормотал я, утирая лоб. – Обычно после такого где-то рядом должен возникнуть...

Я посмотрел на пустой угол зала.

– "Искромсал бедную животинку. Изверг", или типа того.

Тишина.

– Эй, дед, – сказал я вслух. – Неужели проигнорируешь моё величественное выступление?

Ответа не последовало.

Лишь затихающий пульс зала, будто руины сами сделали выдох.

Я поднял взгляд на символы, зажёгшиеся над алтарём.

Система. Ядро. Магия. Всё это – на месте.

Но старика… не было.

Я хмыкнул.

– Значит, всё-таки умеет иногда затыкаться.

Я развернулся и пошёл к выходу из зала, где ждал свет и, наверняка, новая головная боль.

Свиток был запечатан серебристой печатью, на которой бегали слабые молнии. Когда я коснулся его пальцами, кожа чуть защипала, будто сама магия проверяла, достоин ли я.

Я развернул свиток.

"Заклинание: Пространственный сдвиг

Позволяет переместиться в пределах прямой видимости (до 10 метров).

Расход энергии – средний. Требуется концентрация, фиксация точки и понимание пространства. Ошибка может привести к "смещению в материю"."

– Замечательно, – пробормотал я. – То есть, если промахнусь – окажусь внутри стены?

– Это даже хуже, чем взорваться.

– Именно, – подтвердил знакомый голос. – Но, знаешь, ты был бы таким… интересным пятном на мозаике. Вечно кривой, вечно не по делу.

Старик вышел прямо из стены, будто его ткань времени выдала по запросу.

– Вот ты где! – Он развёл руками, как недовольный режиссёр. – Я тебя, значит, бросаю на ответственную задачу: развлекать меня, гонять сектантов, направлять их в ловушки, сбивать с курса, а ты тут в зал зашёл, сражение века устроил, и даже без комментариев не дождался!

Он ткнул пальцем в воздух.

– Это же твоя работа! Ты – моя забава!

Я пожал плечами.

– Так получилось. Слабость. Захотелось выжить. Ну, ты же знаешь, глупость молодости.

Старик пыхнул, будто хотел что-то сказать, но вместо этого уставился на свиток в моей руке.

– Пространственный сдвиг? – он прищурился. – Это ж ты себе ноги оторвёшь. Или печень в другой плоскости оставишь.

– В лучшем случае – телепортируешься вверх ногами в лаву.

Я скосил взгляд.

– Поддержка и забота – твоё второе имя?

– Нет. Но меня бесит смотреть, как ты маешься. – Он щёлкнул пальцами, и из воздуха возникла миниатюрная голограмма руноплетения, вращающаяся медленно.

– Смотри. Вот это – точка фиксации. Вот – волновой фронт. Привяжи к этому взгляд. Почувствуй место, а не только его образ.

Он обошёл меня, словно готовился к драке, а потом неожиданно толкнул в спину. Я едва не упал.

– Ну? Телепортируйся. Попробуй.

Я сжал зубы, сосредоточился.

Пульс. Место. Цель.

Мир дрогнул – я щёлкнул… и исчез, появившись в пяти шагах, на выступе колонны.

– Ого, – выдохнул я.

– Ну, кривовато, но сойдёт, – буркнул старик. – В следующий раз не на острый камень, дурачок.

Он подошёл, погрозил пальцем.

– Запомни: не просто смотри, а привязывай точку в уме. Магия – не глаз, магия – чувство.

Он посмотрел на меня пристальнее, и, впервые за долгое время, голос его стал тише.

– Удивляешь, мальчишка. Я всё ждал, когда ты сдохнешь. А ты – учишься.

И с этими словами он, как обычно, исчез.

Даже шагов не оставил.

Я остался на камне, чувствуя, как энергия вибрирует в пальцах. Новое заклинание. Новый шаг. Новый инструмент.

– Значит, теперь и телепорт, – пробормотал я. – Главное – не в стену.

– А остальное, как обычно… на ходу разберёмся.

Я усмехнулся.

И пошёл дальше.

Я нашёл их случайно.

Просто свернул в один из боковых проходов, и наткнулся на них, будто на призраков. Один – высокий, в чёрно-красной мантии, из рукавов которой виднелись костяные наплечники. Второй – в доспехе с угольно-чёрными полосами, меч за спиной и глаза, которые не мигали. Вообще.

Они тоже меня заметили.