Текст книги "Руины древних (СИ)"

Автор книги: Евгений Аверьянов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Ян и Лейла сидели напротив. Уставшие, но уже спокойные. У Яна под глазом – ссадина, у Лейлы на бедре перевязка. Марина молча чистила клинок. Я ковырял в банке с мутной пищей из сублимированных грибов и мяса неизвестного происхождения.

– Вы говорили, что тоже здесь впервые? – спросил я, глядя на Яна.

Он кивнул.

– Мы из одного из развитых миров. Не самый передовой, но с постоянным доступом к магии, инфраструктурой, стабильной системой обучения. Нас отправили сюда в составе отряда. Человек тридцать. Только… – он махнул рукой. – Портал при переносе сработал не как ожидали. Разбросало всех. С тех пор ни связи, ни сигнала.

– Стандартная практика? – уточнила Марина.

– Почти. Само испытание – да. Но форма… – он замялся. – Слишком жестокая. Обычно задания состоят из проверок: выживание в экстремальных условиях, зачистка руин, извлечение артефактов, иногда сдерживание временного портала. Но "продержаться 30 дней" без описания локации и доступа к снабжению? – это что-то новое.

– Сбой?

– Или чья-то инициация вышла за рамки. Такое бывало, но редко.

Я поставил пустую банку в сторону.

– Нам такое никто не объяснял. Мы… из нового мира. Только вошли в этот цирк.

Лейла, до этого молчавшая, фыркнула.

– А. Варвары. Объясняет уровень снаряжения.

Я бросил на неё взгляд, не без улыбки. Марина слегка подняла бровь, но ничего не сказала.

Ян среагировал быстрее.

– Лейла. Напоминаю: эти "варвары" тебе жизнь спасли. И лично я не вижу ничего дикого в том, чтобы остаться живым в бою с пятерыми.

Он прищурился.

– Если ты снова перепутаешь класс аристократки с поведением дворовой девки, я предложу Игорю обменять тебя на грибной обед. И то не факт, что он согласится.

Глава 5

Лейла фыркнула, но осеклась. Потом, через минуту, буркнула:

– Ладно. Спасибо.

Я ухмыльнулся.

– Почти как извинение. Запишу в календарь.

– Так, – вмешалась Марина, – если вы из развитого мира, то зачем вообще проходить это испытание? Вы и так при школах.

– Не совсем, – объяснил Ян. – Это… как вступительный экзамен. Если хочешь попасть в хорошую школу без пожизненного контракта – нужно что-то принести. Артефакт. Свиток. Что-то ценное. Так тебя примут на равных.

Он поднял взгляд.

– Но выживание месяц без доступа к базовой инфраструктуре? Такого не было. Это перегиб. Либо что-то сбойнуло, либо кто-то намеренно вывел за рамки.

– Или этот мир сам по себе не совсем… нормальный, – заметил я.

– Не исключаю, – кивнул Ян. – Тут многое не сходится. Даже сама структура кольца – нестабильная, местами сплетается с другими зонами. Такое ощущение, будто его переписывают на ходу.

Я ничего не ответил, только уставился в пустоту.

Может быть, переписывают. Может быть, кто-то всё ещё смотрит. Бог? Система? Или просто глюк. Я невольно вспомнил ту тень, что сидела в моей голове, шептала, тянула за мысли, пугала и учила одновременно.

Хорошо, что выкинуло её, когда я сформировал ядро. Стало… тише. Но и более одиноко.

– Завтра с утра – по маршруту, – сказал я. – Пока не наткнулись на кого-то, кому красно-чёрные всё же понравились.

– Ты думаешь, они нас ищут? – спросила Лейла.

– Я думаю, они ищут всех. Просто пока мы на ногах, у нас есть шанс быть не в списке следующего жертвоприношения.

Огонёк погас. Мы легли поочерёдно, в боевом порядке. Кто-то дремал, кто-то лежал с открытыми глазами. Тишина кольца – странная. Будто само пространство выжидает.

И я начинал думать, что самое интересное – ещё даже не началось.

Мы шли по хребту, среди расколотых плит и заваленных арок, когда Ян замер и подал сигнал рукой. Я приподнялся из-за укрытия и всмотрелся в пыльную долину.

Двадцать человек.

Сектанты.

Всё те же чёрно-красные балахоны, чёткие ряды, уверенные шаги. У некоторых – жезлы, у других – массивные мечи, шипастые щиты. Двое несли знамёна. Само их появление излучало: "мы здесь власть, остальные – статисты."

– Идут как хозяева, – буркнул Ян.

– Самоуверенность лечится, – отозвался я.

Марина глянула на меня вопросительно.

Я ничего не сказал. Просто смотрел, как они приближаются по дороге, абсолютно не ожидая сопротивления.

И тут вспомнил.

Один раз, давно, в другом мире, я использовал голос в голове – бывшего бога, тень чего-то великого и раздражающе разговорчивого. Мы тогда устроили западню на особо умных зверей. Он дал схему. Я – силу.

Я хмыкнул.

– Ну, хоть в чём-то был полезен, старый ворчун.

– Что? – спросила Марина.

– Ничего. Воспоминания.

Я развернулся к остальным.

– Уходим с дороги. На восток, через валуны. Пятнадцать минут – и встречаемся за скалами.

– А ты?

– Я – устрою теплый приём.

Ян хотел возразить, но Марина лишь кивнула. Она уже знала, когда я говорю серьёзно.

Я выбрался на дорогу чуть раньше, чем отряд вошёл в видимость. Ландшафт – идеально ровный. Место – узкий проход между двух обломанных колоннад. Отличная звуковая ловушка, отличная точка поражения.

Я достал один из рунных кристаллов. Начертил схему. Руна импульсного захвата, усиленная ударной волной.

А потом – ядра.

Я извлёк из рюкзака десяток ядер третьей ступени. Каждое – кристаллизованная ярость убитого монстра, тяжёлая, почти звенящая от энергии. По отдельности – они усилили бы меня. Вместе, в цепи, они питали руну, как зверь, сорвавшийся с цепи.

Я замкнул схему, оставил примитивный триггер – давление и шаг.

Отошёл в тень, взобрался на скалу. Ждал.

Первые сектанты вошли в зону.

Я услышал хлопок. Вихрь пыли. И через секунду – взрыв.

Глухой. Широкий. Волноподобный.

Свет рванул вверх, воздух завизжал. Камни полетели в стороны, одного сектанта отбросило метров на десять, у другого не осталось ног. Пять тел – сразу. Остальные – в панике. Кричали. Смотрели по сторонам.

Я спрыгнул в самый центр хаоса.

Доспех – активен. Меч – уже в руке.

Первый – под дых. Вскрылся, как консервная банка.

Второй – в спину. Даже не понял, откуда.

Третий обернулся – получил локтем по лицу, а потом мечом в горло.

Те, кто остался – не ожидали. Они были в колонне. А теперь – в крови.

Я прошёл сквозь них, как нож через кость. Без пауз. Без команды. Без вопросов. Остался один – с жезлом, начал читать, – и тут я швырнул в него один из обугленных осколков ядра. В грудь. Он упал.

Огляделся. Тишина. Только кровь шипела на горячем камне.

Я подошёл к телам. Руки работали быстро.

Кольца. Амулеты. Поясные сумки. Пару ящиков с маркировкой. Я не разбирался – просто забирал.

Два рюкзака – пища, бинты, какие-то фиалы. Один амулет, что дрожал в пальцах. Забрал.

Подошёл к сектанту с жезлом. Тот ещё дышал. Тяжело. Хрипло. Смотрел на меня, как на грозу.

– Ты… не должен…

– Да ты уже всё должен, – ответил я и вогнал меч в грудь.

Когда вернулся к отряду, Ян смотрел на меня с выражением "ты жив?", Лейла – с выражением "ты псих?", Марина – просто кивнула.

Я бросил им один из рюкзаков.

– Ужин. Плюс амулеты на выбор. Остальное потом разберём.

– Они шли сюда, – добавил я. – Теперь – не дойдут.

И всё. Ни фанфар, ни речей. Только немного крови на сапогах. И два лишних ядра в кармане.

Иногда вся война – это просто хорошо поставленная ловушка.

Мы устроили короткий привал за массивным обломком колонны. Достаточно укрытый, чтобы не привлекать внимание, и достаточно открытый, чтобы видеть приближающихся. Ян и Марина разбирали припасы, Лейла лежала с закрытыми глазами – усталая, но живая. Я рассортировал трофеи, выложив найденное на ровный камень.

Кольца – шесть штук, разного вида. Одни простые, почти без отделки, другие – с вкраплениями рун, пульсирующих тусклым светом.

– Ну ты и нахапал, – прокомментировал Ян, подходя и поднимая одно из колец. – Вот это, кстати, полезно. Очень.

– Надеюсь, не проклято? – хмыкнул я, наблюдая, как он вертит кольцо на пальце.

– Нет, это пространственный артефакт. Объединён с внутренним карманом. Грубо говоря – портативное хранилище. Размер – как у среднего рюкзака, но вес не ощущается.

Я поднял бровь.

– То есть… вот это кольцо заменяет весь мой мешок?

– Если активируешь – да. Хочешь, покажу?

Я кивнул. Ян взял одно из простых колец, провёл по нему пальцем и пробормотал:

– Открытие доступа. Поток – нейтральный. Привязка к носителю.

Кольцо вспыхнуло на секунду. Затем он повернул ладонь ко мне – и прямо над кольцом в воздухе развернулось небольшое окно, будто свиток в воздухе.

– Вот. Простой интерфейс. Управляется мысленно. Хранилище уже встроено – нужно только привязать. Остальные предметы – просто переложи внутрь.

Я взял одно из колец, повторил движения и слова. Почувствовал, как в кольце что-то щёлкнуло внутри. Не физически – больше как ощущение, будто часть пустого пространства вдруг захотела слушаться. Появился доступ.

Внутри – пустота. Но с приятной вместимостью.

– И не мешает в бою? – уточнил я, крутнув руку.

– Нет. Вес – ноль. Реакций – никаких. Даже если получить удар в палец, с кольцом ничего не произойдёт. Главное – не теряй, а то всё, что внутри, тоже исчезнет.

– Значит, теперь можно не таскать с собой этот музей на спине, – усмехнулся я, заталкивая в кольцо ядра, фляги, бинты и два свитка.

Ян между тем перебирал амулеты. Один, явно с символом когтей, отбросил в сторону.

– А вот это… советую выбросить. Амулеты, скорее всего, принадлежат какому-нибудь богу или культу.

Он показал один – тёмный, с вкраплениями багрового света и гравировкой в виде стилизованной пасти.

– Это знак привязки. Служебный. Может быть маяком, или каналом влияния. Такие лучше не носить – особенно если ты не знаешь, кому они служат.

– Пусть тогда лежат там, где лежат их бывшие хозяева, – пробормотал я, беря амулеты по очереди и отбрасывая в пыль.

– Иногда их можно переплавить или переработать, – добавил Ян. – Но для этого нужны мастера. А у нас – кустарные условия.

Я кивнул, убирая последнее кольцо в карман.

– Значит, теперь у нас есть мобильный склад, без риска свернуть себе спину. Уже приятнее.

Марина подкинула мне сухой паёк.

– Главное, не положи туда случайно Лейлу, пока та спит.

– Она туда не влезет. У неё характер слишком острый, пространство порвёт, – отозвался я, перехватывая еду.

Смех прошёл по группе. Даже Лейла с закрытыми глазами издала нечто похожее на фырканье.

– Завтра двигаемся ближе к центру кольца, – сказал я уже серьёзно. – Если сектанты идут с флангов, рано или поздно мы либо столкнёмся лбом, либо сможем ударить сбоку.

– Теперь, с этими кольцами, у нас меньше ограничений. Можно действовать быстрее.

Ян кивнул.

– Я с тобой.

И пусть ночь ещё держалась, но впервые за долгое время я чувствовал, что у нас появляется структура. Инструменты. Люди. Подготовка.

И всё это – к большому столкновению, которое всё ближе.

Мы остановились на короткий привал. Место было безопасным – насколько вообще бывает «безопасно» в этом кольце. Обломки древних колонн образовали естественную нишу, куда не задувало ветром, и не доносилось эхо чужих шагов.

Я сидел, просматривая найденные свитки, когда мысль, крутившаяся с утра в голове, всё-таки вырвалась наружу:

– Ян, а скажи… можно ли вообще отобрать ключ к следующему кольцу у кого-то? Ну, скажем, если очень надо.

Лейла не успела даже дослушать.

– Варвар. Конечно. Другого от тебя ожидать сложно. Только и думаешь, как бы кого обобрать.

Я посмотрел на неё, приподняв бровь.

– А что? Вон те двадцать сектантов были не против отобрать у нас жизнь. Разве это не честный обмен?

Она фыркнула и отвернулась. Ян, к счастью, воспринял вопрос спокойно.

– На самом деле ты не так уж не прав, – сказал он, задумчиво поглаживая подбородок. – Ключи к кольцам – вполне материальные предметы. Пластина, медальон, руна… зависит от школы, кто выдал. Они могут быть привязаны к владельцу, но только до его смерти. Потом – свободны. Любой может подобрать и использовать, если знает, как.

– Значит, и украсть можно?

– Или забрать с трупа, да.

Он сделал паузу.

– Более того, сейчас для этого… идеальное время. Ведь никто не сможет покинуть первое кольцо в течение месяца. Оно заблокировано. Значит, у всех, у кого есть ключи, – они сейчас с ними на руках. Без доступа к порталам. И они не могут их спрятать в закрытом контуре. Всё как на ладони.

Я кивнул, обдумывая.

– У сектантов, скорее всего, есть не только обычные, но и редкие ключи. Может даже эпические.

– Очень вероятно, – подтвердил Ян. – Такие организации редко действуют в таких масштабах без серьёзной базы. И да, эпический ключ может сразу провести владельца в третий контур. Но это обходной путь.

Он посмотрел на меня.

– Уловка в том, что блага второго кольца тогда для тебя будут закрыты. Там артефакты, знания, руны, возможно даже древние контракты – всё останется недоступным. Пройдёшь мимо.

– А если пройти второй круг отдельно?

– Только с соответствующим ключом. Или пройти сначала второй, потом третий. Пропустить – можно, но возврата не будет.

– Заманчиво, – пробормотал я. – Но не рационально. Хотя, если будет эпический – можно хотя бы запасной маршрут открыть.

Ян кивнул.

– Или продать кому-то, кто в этом заинтересован. Некоторые из тех, кто пришёл сюда с заданиями, готовы выложить состояние за ключ – особенно, если их собственный был потерян.

Лейла, всё ещё сидя в стороне, буркнула:

– Вот только и разговоров – кто у кого что отобрать. Ни слова о чести, традиции или духе испытания.

Я глянул на неё.

– Лейла, знаешь, что такое честь, когда на тебя бежит шестеро сектантов с жертвенными кинжалами?

– Что?

– Это когда ты не бросаешь своих. А всё остальное – факультатив.

Она отвернулась, но на этот раз – без яда. Может, всё-таки усваивает.

Когда мы снова пошли, я подумал:

ключи – это цель. Их можно найти. Но проще – забрать. Главное – знать, у кого.

А теперь я знал, где такие люди ходят строем, со знаменами и манией величия.

Мы поднялись на очередной хребет ближе к центру кольца и замерли почти одновременно. Перед нами раскинулся настоящий укреплённый лагерь. Не просто стоянка – фундаментальные укрепления: башни из обломков, укреплённые стены, сторожевые посты.

И главное – люди. Много.

– Считай, пара сотен, – тихо сказал Ян. – Если не больше.

Сверху было видно, как они организованы: патрули, склады, посты магов, жрецы у алтарей. Красно-чёрные балахоны двигались между шатрами как муравьи. Но самое интересное – не все были в этих балахонах. Некоторые – в обычных доспехах, без символики. Оружие у пояса, головы опущены.

– Примкнувшие, – пробормотала Марина. – Те, кто не захотел умирать. Или решили, что проще подчиниться.

– Или потеряли отряды, – добавил Ян. – Им предложили "выбор".

Я смотрел на это организованное безумие и молчал.

– Нам туда не пройти, – сказал кто-то вслух. Наверное, я.

Лейла хмыкнула.

– Внезапно. А я думала, мы вломимся через парадный, поздороваемся с их верховным жрецом и попросим унести немного ключей на память.

– Сарказм в тон – приятно, – отозвался я. – Но да, ты права. В лоб – самоубийство. Даже если раздобыть десяток союзников, они нас просто утопчут.

– Есть другой вариант, – сказал Ян, глядя вниз, но с каким-то другим прицелом.

– Я слышал: под этими руинами есть катакомбы. Целый подземный уровень. Старый, полуразрушенный, полный ловушек, мутантов и всякой древней дряни.

– Уже звучит уютнее, – прокомментировала Марина.

– Но! – поднял палец Ян. – Там нет сектантов. Неофициально – они туда не суются. Боятся или просто не считают нужным. А мы…

Он посмотрел на меня.

– Мы не собираемся здесь строить форпост. Нам надо продержаться месяц. Катакомбы – сложнее, но реальнее.

Я кивнул.

– И у нас есть ночное зрение, – напомнил я. – Мы не будем идти на ощупь. Смогли пережить диких монстров – переживём и архитектурные капканы древности.

– А пока они тут скапливаются, молятся и маршируют, – добавила Марина, – мы можем выходить наверх. Вылазки. Бить их по краям, забирать ключи, припасы. Исчезать до того, как они очухаются.

Я посмотрел ещё раз на укрепление.

Знамёна, доспехи, алтарные костры. Всё это – большая угроза. Но с другой стороны – истощаемая.

Если к ним приходят одиночки и мелкие группы, они сжирают их сразу.

А если тянуть… и резать кусками…

– Идёт, – сказал я. – Катакомбы звучат как родной дом.

– Отлично, – улыбнулся Ян. – Потому что вход, по слухам, где-то совсем рядом.

– Как всегда, да? – бросила Лейла. – По слухам, через развалину, где когда-то нашли треть трупа мага.

– Только треть? – усмехнулся я. – Значит, кто-то же прошёл.

Марина встала, застегнув ремень.

– Пошли, пока нас не заметили. Лучше тьма под ногами, чем стадо фанатиков за спиной.

– И не забудьте, – добавил я, – катакомбы катакомбами, но по ночам можно возвращаться. Пощипать сектантов, как надоедливых комаров. Только больнее.

Я почувствовал, как доспех слегка отозвался – словно поддержал идею. В этот момент я понял:

мы ещё не проиграли.

Просто теперь игра будет идти под землёй.

Мы обошли укреплённый лагерь по дуге, стараясь не попадать в поле зрения патрулей. Каменные останки древних построек становились всё плотнее. Плиты под ногами – с глифами, поросшие трещинами, но местами даже светились слабо – как нервная система руин, медленно оживающая от присутствия чужаков.

– Где-то здесь должен быть вход, – бормотал Ян, склонившись над обломком стелы. – По символике, мы рядом. Руны меняются на подземный формат…

– Осторожно, – резко сказала Марина.

Порыв ветра донёс запах гари. И тухлой плоти. Мы замерли.

Из-под ближайшего холма, из трещины между полуразрушенными опорами, вдруг начал подниматься туман. И вместе с ним – звук. Скрежет, как будто металл вгрызается в кость. Камень под ногами задрожал.

А потом он вышел.

Монстр.

Ростом в два с половиной метра, покрытый слоями хитина и металла. Тело – будто склеено из обломков древней брони и мёртвых костей, между пластин – мясистые пульсирующие ткани, испускающие дым. Четыре руки – по две с каждой стороны. Нижние – длинные, когтистые. Верхние – закованные, с вросшими в плоть обломками оружия. Вместо лица – маска, гладкая, с прорезями для дыхания, но без глаз. Он чувствовал нас иначе. По запаху. По магии. По… страху?

Глава 6

– Контакт! – выкрикнул Ян.

Я активировал доспех.

Уже через секунду первый удар отбросил меня в сторону. Грудь загудела, в ушах зазвенело. Доспех держался, но трещал по швам. Словно даже он чувствовал, что на этот раз – не равный бой.

Марина прыгнула вбок, рубанула по ноге – отскочила. Пластина на твари дрогнула, но не раскололась. Лейла пустила поток пламени – из свитка. Монстр не отреагировал. Только шагнул вперёд, как будто разогревается.

Я подскочил сзади, ударил по шее – меч прошёл, но лишь частично. Ядро в груди монстра мигнуло багровым светом. Он развернулся невероятно быстро – и ударил обеими руками одновременно. Я с трудом выставил блок.

Удар – как молотом. Воздух вышибло из лёгких. Я рухнул на спину, но доспех поглотил большую часть удара. Ещё держится.

– Он усиливается! – прокричала Марина, уклоняясь от выпадов.

– Чем дольше живёт – тем сильнее! – добавил Ян. – Были упоминания об аналогах – адаптирующиеся охотники. Выходят из подземных ядер.

Мы били по ногам, рукам, корпусу. Он приспосабливался. Когти меняли форму. Удары становились всё точнее. Ян получил удар – отлетел. Кровь. Лейла пыталась отвлечь, но даже её ловкие атаки сбивались на грани.

Я встал, шатаясь.

– Отходим?

– Он догонит. Он помнит каждого, кто его ранил! – крикнула Марина, цепляясь за ещё один блок.

Я активировал максимум из доспеха. Пульсирующий свет окутал тело. Почувствовал, как защитный слой проседает. Удар. Ещё один. Еле держусь. Концентрация – на грани.

– Ещё держу, – прошипел я, заходя сбоку. – Бейте по центру. Там, где ядро.

Монстр вдруг замер.

Потом – всплеск энергии. Из спины вырвались жёсткие отростки. Он начал меняться. Форма – ещё выше, ещё массивнее.

– Он переходит в следующую стадию! – закричал Ян, вскакивая.

– Тогда мы его гробим прямо сейчас! – рыкнул я и прыгнул вперёд.

Меч – под нижнюю руку. Скользящий удар. Вторая рука ловит, но я срываюсь, бью в шею. Марина идёт с другой стороны – её клинок вспыхивает. Она бьёт в то же место, куда я ударил раньше.

Свет в ядре монстра мигнул. Он зашатался. Кричит – но глухо, словно ломается изнутри.

– ЖМИ! – кричу.

Ян выбрасывает аркан из артефакта, тянет за кость в боку. Лейла бросает кинжал – попадает прямо в глазницу маски.

Я вбиваю меч в грудь, до самой рукояти.

И тварь падает.

Тишина. Долго никто не говорит.

Доспех гудит. Уровень энергии – на нуле. Если бы бой продолжился – я бы не выдержал.

Все стоят. Все дышат. Значит, живы.

– Он… был на выходе из катакомб, – наконец произносит Ян. – Значит, вход где-то рядом.

Я вытираю лезвие. Смотрю на поверженного монстра. Даже мёртвым он выглядит как предупреждение.

– Отлично, – хриплю. – Значит, мы по адресу.

Мы стояли над телом мёртвого монстра – огромного, тяжёлого, до сих пор источающего слабый жар. Запах гари, крови и чего-то горько-металлического висел в воздухе, въедаясь в одежду и кожу. Даже Лейла молчала, не отпуская своих обычных язв.

– Сюда он вылез, – пробормотал Ян, присев рядом с расщелиной в склоне. Камень вокруг был выгнут наружу, словно что-то действительно вышибло путь изнутри.

– Там внизу… темно, – добавила Марина, заглянув в дыру.

– Глубоко. И пусто. Похоже, после этого парня больше никто не рискнул выбираться.

Я заглянул внутрь. Спуск – не крутой, но естественный, сформированный давлением изнутри. Похоже на старый проход, разрушенный взрывом. Камни покрыты пылью, местами – следы расплавленного металла, будто здесь была не только сила, но и энергия.

– Местечко, – хмыкнул я. – Похоже, мы всё же нашли дверь в наш новый дом.

Ян огляделся.

– Здесь никого. Ни сектантов, ни разведки. Видимо, та тварь достаточно хорошо воспитала местных. Они сюда больше не суются.

– Тем лучше, – сказала Марина. – Предлагаю на сегодня остановиться. Обустроить лагерь. Восстановиться. А потом – внутрь. Планомерно.

Я кивнул.

– Без спешки. Катакомбы – это не просто укрытие. Это древний уровень. Там могут быть ресурсы, знания, артефакты… и кое-что похуже.

– Но и интереснее, – вставил Ян. – Многие из таких руин хранят библиотеки заклинаний, фрагменты технологий, уснувшие стражи… Если повезёт – мы не только переживём месяц, но и выйдем отсюда богатыми, живыми и на уровень сильнее.

– А если не повезёт… – начала Лейла.

– Тогда нам всё равно некуда больше идти, – перебил я. – Либо вниз. Либо под топор фанатиков.

Интерлюдия. Проклятый кинжал.

Огни в храме вспыхнули сами по себе – тускло, рваными импульсами, как умирающие звёзды. Воздух дрожал, пол трескался, а стены покрывались тонкой сетью трещин, словно сама суть места начинала расслаиваться.

Мужчина стоял в центре зала, кинжал в руке, кровь – на алтаре. Голоса затихли. Ветер исчез. Всё замерло.

Именно в эту тишину оно и вошло.

Внутренний толчок. Давление. Как будто кто-то изнутри схватил его душу и начал выталкивать – не ломая, не уничтожая, а просто занимая место.

Он попытался сопротивляться. Понять. Сказать что-то – но голос уже не слушался. Руки – больше не его. Он чувствовал, как тело дышит… но уже без него.

Глаза вспыхнули ярким синим пламенем, пульсирующим из глубин черепа.

И голос, произнесённый устами уже не его:

– Наконец-то. Достойный экземпляр.

Мир вспыхнул надписью:

"Вы принесли в жертву храм погибшего бога.

Выполнены условия для получения: масштабируемое средоточие духа.

Получено: частичное сокрытие сути".

Тело – теперь чужое – расправило плечи. Легко. Уверенно. Оно сделало шаг вперёд.

Улыбка появилась на губах.

– План удался, – прошептало оно. – Но это… лишь начало пути.

Храм затих. Только в глубине подземелий начинали просыпаться забытые символы – призванные не человеком, но тем, кто шёл за силой сквозь века.

–

Лагерь мы разбили аккуратно, без лишнего шума: расчищенная площадка рядом со склоном, свет от свитков ночного свечения, один артефактный купол – малый, но скрывающий тепло. Ян выставил магические метки-ловушки, Лейла занялась бинтами, Марина – разбором припасов.

Я сел у края прохода и ещё раз глянул вниз. Тьма смотрела в ответ.

Но в этой тьме теперь у нас было преимущество – ночное зрение и решимость.

– Завтра спускаемся, – сказал я, больше себе, чем остальным. – А пока – отдыхаем. Кто знает, что нас там ждёт.

Ответом была тишина. Но… спокойная.

Мы спустились глубже, пройдя пару сотен метров от лагеря. Туннели тянулись, как чёртов кишечник старого титана: тёмные, холодные, с выступами, напоминающими позвонки. Стены хранили древние гравировки – стертые, но всё ещё ощутимые пальцами. Где-то капала вода. Где-то – просто было слишком тихо.

– Словно кто-то построил всё это, а потом намеренно забыл, – пробормотал Ян.

– Или запер и бросил ключ в лаву, – отозвался я. – В общем, отличное место, чтобы отдохнуть от мира.

– Если не считать твари, которая пыталась нас вчера размазать.

– Детали.

Мы свернули в боковой тоннель, широкий, с трещинами на потолке. Марина шла первой, я – чуть позади. Лейла замыкала, старательно не спотыкаться, но при этом бурча под нос что-то про "грязь, ржавчину и глупое решение вообще сюда соваться".

И вот тогда мы их услышали.

Щелчки. Сухие. Быстрые.

– У нас гости, – сказал я, останавливаясь.

Первые трое спрыгнули с потолка почти бесшумно. Полированные, как жуки, но с резкими углами, вместо глаз – шипящие щели, между суставами – вспышки внутреннего жара. Паукоподобные. Металлические. Оживлённые, кажется, чистой злобой.

– Отлично, – сказал я. – Только подумал, как тут уютно.

Я успел активировать доспех – и через секунду удар. Один из тварей влетел в меня, как арбалетный болт. Прокатился по полу, но устоял. Доспех заскрипел – ещё держит.

– Без паники! Магии у нас нет, артефактов нет, зато есть ножи и энтузиазм!

– Твой сарказм не помогает! – выкрикнула Лейла, отбиваясь обломком трубы.

– А ты попробуй его острить, может получится лучше меча!

Бой шёл тяжело. Их было много, и они умели координироваться. Пока я отбивал одного, другой подползал сбоку, и приходилось прыгать в сторону, ловя рёбрами камень.

Марина уже рассекла одну тварь пополам, но та ползла дальше, как будто не знала, что должна умереть. Ян сражался больше как боец, чем маг – посохом, ударами, прямыми подсечками. И вы знаете – справлялся.

– Кто вообще называет это "испытанием"? – огрызнулся я, отрубая ногу ближайшему пауку. – Это скорее групповое наказание.

– Добро пожаловать в систему образования, – отозвался Ян, выбивая клинок из сустава твари.

Третий паук прыгнул на меня сверху – я встретил его лезвием, с хрустом вбивая меч в грудной отсек. Оттуда посыпались осколки металла и что-то, что я не захотел разглядывать.

Через несколько минут всё закончилось. Дыхание – рваное, пальцы – в крови, доспех трещит, как старый кувшин. На полу – куча изуродованных тел, щепки металла, и этот знакомый запах перегрева и чего-то мерзкого.

– Все целы? – спросил я, не слишком надеясь.

– Да. Потрёпаны, но стоим, – ответила Марина.

– Один чуть руку не откусил, – буркнул Ян.

– А у меня волосы в паутине, – сказала Лейла.

– Значит, выжили, – подвёл я итоги. – По местным меркам – ещё один успешный день.

Мы замерли. Прислушались.

Из глубины коридора донёсся еле слышный щелчок. Потом ещё.

Потом глухое шипение.

– Это не всё, – сказал Ян.

– Конечно не всё, – вздохнул я. – Это были разведчики.

– Сама компания, судя по звуку, скоро подтянется. Отлично.

– Уходим? – спросила Марина.

Я покачал головой.

– Нет. Теперь мы знаем, что мы здесь не одни. А значит, кто-то охраняет что-то ценное.

– Вопрос не "уходим ли". Вопрос – насколько глубоко идём?

Следующий уровень катакомб встретил нас не стенами – скелетом зала.

Когда мы спустились по сужающемуся проходу, пространство вдруг разверзлось – потолок ушёл вверх, стены отдалились, пол стал неровным, будто вытоптанным веками. Здесь было… иначе. Воздух стоял тяжёлый, влажный, с резким запахом гнили, плесени и чего-то едва знакомого – органического, но чужого.

– Чую проблемку, – буркнул я. – В идеале, разворачиваемся. В реальности – идём дальше.

Впереди – движение. Не два, не три – десятки.

Сразу стало ясно: это логово.

Не дозор. Не разведка.

Полноценный отряд пауков.

Металлические, многоногие, с обвисшими гнездовыми мешками. Некоторые – больше всех, кого мы видели раньше. Блестели в тусклом свете ночного зрения, щелкали хищными конечностями, как будто уже ждали.

– По-быстрому не получится, – сказал Ян, напрягая пальцы.

– Мы всё равно уже здесь, – ответила Марина. – Отбиваем – и сматываемся. Или остаёмся тут как эксклюзивный музей трупов.

Я хмыкнул:

– Главное – не делать паукам одолжение. Вперёд.

Бой начался жёстко.

Мы били их по флангам. Ян и Марина держали центр, я отсекал тех, кто пытался обойти. Лейла… удивила – сражалась холодно и точно, без лишних слов. Мы работали слаженно. Доспех держался, хотя местами чувствовалось, как удары выбивают из него остатки энергии.

Твари были агрессивнее. Умнее. Использовали пространство, окружали. Один прыгнул на Янa – я сбил его в полёте, меч ушёл в шею. Другой вцепился в Марину, чуть не прокусив плечо. Лейла добила его сверху.

– Да сколько вас тут?! – крикнул кто-то.

Я уже не считал. Просто рубил. Один. Второй. Третий. Вскоре поле было усыпано металлическими останками, а под ногами – вязкая субстанция из внутренностей и смазанного масла.

Когда всё стихло, мы стояли, тяжело дыша.

– Всё? – спросила Марина.

– Если есть ещё, пусть знают: мы не принимаем посетителей без приглашения, – ответил я.

И тут мы увидели то, ради чего они здесь были.

В углу зала, чуть за выступом, где тьма казалась особенно густой, – куча коконов. Десятки. Нет – сотни. Сплетённые из живой паутины, вплавленной в потолок, стены, пол. Некоторые – уже почерневшие, другие – шевелились.

– Это… кладовка, – хрипло выдавил Ян. – Они… запасались.

– Класс. Буфет самообслуживания, – пробормотал я.

Мы подошли ближе. Я разрезал первый кокон. Внутри – тело. Мёртв. Второй. Третий – пустой. Четвёртый – шевелится.

Марина вскрыла осторожно. Изнутри – человек. Живой, но в тяжёлом состоянии. Обессиленный, с гнойной раной на боку. Он только выдохнул, но сознание не потерял.

– Есть! – крикнула она.

Следом нашли ещё двоих. Один – подросток, почти невесомый. Второй – женщина, тоже едва живая. У всех – признаки сильного истощения, обезвоживания. Но живы.

– Тащим, – сказал я. – Немедленно. И валим отсюда.

Мы отступили в одну из боковых ниш, найденную заранее – с каменным перекрытием, труднопроходимым тоннелем и узким входом. Не идеально, но лучше, чем ждать, пока подойдёт основное гнездо.

Марина занялась ранеными. Ян укрепил вход ловушкой. Я привёл в порядок доспех. Лейла… впервые выглядела не циничной, а задумчивой.

– Мы не можем их оставить, – тихо сказала она.

– Никто не говорил, что можем, – ответил я, садясь у входа. – Просто теперь нас не четверо.