Текст книги "Руины древних (СИ)"

Автор книги: Евгений Аверьянов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– Мы опоздали, – тихо сказала ведьма. – Оно уже здесь.

– Ну хоть дверь ему придавили, – ответил я и развернулся. – Живо в укрытие. Пока оно ещё не видит нас.

– Думаешь, оно будет видеть? – спросила Лейла.

– Думаю, оно будет искать, – сказал я, чувствуя, как даже меч в ножнах отзывается на эту силу.

За нашей спиной крепость горела. Люди кричали. Каменные блоки рушились. Над всем этим возвышалась сила, чьё появление невозможно было не почувствовать.

И впереди нас ждала война.

Катакомбы дышали тревожной тишиной. Пламя на поверхности уже не гудело, оно ревело, отбрасывая красные отблески даже сюда, в полутьму. Мы затаились в одном из нижних отсеков, под самой горой.

– Это слишком близко, – прошептала ведьма, прижимаясь к стене.

Я молча смотрел в направлении выхода. Пламя не просто полыхало – оно жило, будто сам воздух пытался убежать от силы, что вырвалась из алтаря.

И я знал – мы слишком близко.

– Оставайтесь здесь, – сказал я, поднимаясь.

– Что ты задумал? – Марина сразу напряглась.

– Если оно чувствует энергию – оно почувствует меня. Если оно помнит боль – оно вспомнит меня.

Я застегнул ремень на груди.

– А вы останетесь живы. И придумаете, как добить это чудище потом. Когда оно не будет разрывать землю за каждый шаг.

– Игорь… – начала Лейла.

Я обернулся, усмехнулся криво.

– Не переживай. Просто прогуляюсь. Разомнусь.

На поверхности было жарко. Но не от солнца – от разрушения.

Крепость сектантов теперь напоминала обугленный кратер, из которого вырывались клубы дыма и вспышки магии. Башни были разрушены, но центр алтаря ещё пульсировал. А потом – земля вздрогнула.

Изнутри вылезло нечто.

Монстр.

Кроваво-чёрное тело, высокое почти в два человеческих роста, с изогнутыми конечностями, будто каждый сустав был поставлен вопреки анатомии. Спина усеяна костяными выступами, из груди – всполохи искажённой магии. Лицо? Его не было. Только щель, откуда вытекал густой красный пар.

Он оглянулся. Не глазами. Чем-то другим.

И я поднял меч над головой.

– Эй, уродина! – крикнул я. – Я здесь! Это я разнёс вам дворец!

Монстр замер.

Затем вскрикнул. Звук был, будто чья-то душа сорвалась в бездну и не захотела уходить молча. В следующий миг он рванул вперёд.

– Пошло-поехало… – пробормотал я и бросился бежать.

Под ногами – пепел, щебень, обугленные доски. Я лавировал между разрушенными постройками, целенаправленно шумя, оставляя след. Монстр громыхал за спиной, разрывая землю когтями, сдирая остатки фундамента с корнями.

И тогда я заметил движение в дыму.

– Серьёзно?..

Из пылающей крепости выбежали люди. Но не обычные. Сектанты, в чёрно-красных одеяниях с утяжелёнными рукавами, с плетёными масками, скрывающими лица. Их было не меньше двадцати. Каждый двигался уверенно, слаженно. Магия от них текла как яд – спокойный, смертоносный.

– Элитники, – выдохнул я. – Конечно, почему бы и нет.

Они заметили меня. Один поднял руку – указал. Остальные, не теряя ни секунды, пошли следом. Бежали. Не сломя голову, как звери. Тактически. Разрезая фланги. Попытка окружить?

– Не сегодня, – выдохнул я и свернул в сторону, скользя по склону.

Погоня началась всерьёз.

Позади – ревущее чудовище, чьи шаги вызывали толчки земли. Позади – двадцать обученных убийц, умеющих работать в группе.

А впереди – разрушенные земли, мёртвые поля, и шанс отвести их подальше от моих.

– Бежим, Каэрион, – сказал я мечу. – Бежим, пока хватит ног.

– А потом…

Я сжал рукоять сильнее.

– Потом будет весело.

Пыль вздымалась под ногами, щебень хрустел, земля шла волнами – как будто весь мир начал вгрызаться в себя. Я мчался по изломанным равнинам, усыпанным руинами древних поселений: обвалившиеся башни, заросшие ржавчиной обелиски, куски некогда гладких стен, изломанные корнями деревьев и временем.

Глава 9

Слева проплывали обугленные поля, где когда-то росли искусственные леса. Стволы – черные, искривлённые, будто их пытались вырвать из земли, но не дотянули. Справа – холмы, усеянные вросшими в камень арками, словно позвоночники гигантских зверей. Всё это – молчаливо, мертво. Но воздух дрожал.

И сзади гремел кошмар.

Монстр догонял. С каждым шагом – ближе. Тяжёлый, кровавый, жаждущий. Его дыхание было словно порыв пламени в спину. А сектанты… они не спешили. Не мчались. Они шли уверенно, с холодной решимостью.

У них был враг, и он – я.

Ветер хлестал лицо. Лёгкие горели. Камни срывались из-под ног, но я не останавливался, пока не услышал шумное, захлёбывающееся рычание. Оно раздалось сбоку.

Я повернулся – и он был там.

Монстр вышел из пыли, как живая скала. Он не прыгал – он нависал, как лавина. Один шаг – и земля вдавливалась. Взмах лапы – и с дерева, где я только что проскочил, остался только древесный туман.

Я поднял щит. Опоздал.

Удар.

Мир вздрогнул. Я полетел назад, прокатившись по камням. Щит – трещит. Грудь – гудит. Доспех поглотил часть удара, но челюсти сводит от отдачи. Песок в глазах. Пыль во рту. Но я жив.

Я встал. Еле.

Монстр шагнул вперёд. Беззвучно. Уверенно. Каждая его конечность заканчивалась чем-то неестественным – будто изнутри его собирали по чужим чертежам, без понимания, как должно быть. Он вытянул лапу – и ударил. Я среагировал – отскочил, прокатившись по земле, оставляя за собой борозду.

Сбоку – клинок. Я врезал ему в грудь.

Блеск. И… ничего.

Клинок не вошёл. Только царапнул. Место удара будто покрылось живой жидкостью, затянулось в ту же секунду.

– Прекрасно, – выдохнул я. – Его можно ударить, но нельзя поранить.

– Отличный план, Игорь. Просто гениально.

Монстр снова рыкнул. Я метнулся в сторону, уклонился, сделал обманный выпад – тот коротко сбился с траектории. Этого было достаточно.

Я побежал.

Снова. Лёгкие горят, плечо саднит, спина гудит от предыдущего удара. Щит трещит с каждым шагом. А он – сзади.

Топот. Лязг. Рык. Проклятия, шепчущие на границе слуха.

Но я знал: если он увлечён мной – отряд в безопасности.

Если я жив – у нас ещё есть шанс.

Я ускорился, спрыгивая с выступа.

Пыль снова поглотила мир.

Погоня продолжалась.

Бежалось хуже.

С каждой минутой воздух становился тяжелее, ноги – ватнее, а сердце – глухим барабаном в висках. Я пересекал каменистую равнину, местами усеянную обломками древних построек. Башни, сломанные арки, куски оплавленных стен – будто само время здесь упало и раскололось.

Позади – топот. Сначала глухой, потом всё ближе. Земля дрожала. Секунда – и тень нависла.

Я прыгнул в сторону.

Удар.

Целое дерево – некогда росшее посреди склона – разлетелось в щепу от когтей чудовища. Визг. Хруст. Я перекатился, поднялся и снова побежал. Глаза щипало от пота, горло жгло. Щит – висел криво, но пока держал.

Впереди показалась башня – высокая, но обрушенная с одной стороны. Узкая арка уходила под основание. Справа – отвесная стена. Слева – завал. Только вперёд.

– Ну, раз уж ты так хочешь догнать, давай, – пробормотал я, забегая внутрь.

Башня встретила меня гулом и осыпающейся пылью. Я пробежал внутрь, вывернул вправо и рванул по каменному уступу вдоль внутренней стены, прыгая через проломы и прогнившие лестницы. Позади – рев. Он близко.

Слишком близко.

Секунда.

И он влетел.

Монстр не стал останавливаться. Не замедлился. Просто прошёл сквозь арку, как ударная волна. Башня дрогнула, камни хрустнули. Огромное тело чудовища врезалось в несущую опору.

И – обрушение.

С грохотом осыпались верхние ярусы. Камни, балки, металл – всё рухнуло ему на спину, на голову, на грудь. Пыль взметнулась в небо. Башня села под собственным весом, и, наконец, затихла.

Я остановился – запыхавшийся, в пыли, в грязи, с подкашивающимися ногами.

– Ну… теперь-то ты понял?..

И тут, из-под обломков, раздался приглушённый, раздражённый рык. Камни дрогнули, внутри пошёл свет – то ли магический, то ли что похуже.

– Ясно, – выдохнул я. – Ты у нас упрямый гад.

Я не стал ждать. Не стал смотреть, вылезет ли он через минуту или через десять.

Развернулся.

И снова побежал.

Шаг. За шагом. Склон. Камни. Пыль.

День только начинался.

А мне предстояло пережить всё оставшееся.

Бежать стало тяжело. Настолько, что каждое движение казалось отдельной битвой с собой.

Камни хрустели под подошвами, ритм сердца сбился, дыхание хрипело где-то внизу живота. Щит висел на лямке, едва не срывая плечо, а меч – стучал в ногу при каждом шаге. В висках гудело. Внутри – пульс из злости и выживания.

Топот. Позади. Опять.

Монстр не сдавался. Его тяжёлые, яростные шаги прорезали тишину, как удары молота по раскаленному металлу. С каждым мгновением он был ближе. Я чувствовал это кожей, позвоночником, инстинктом.

Рывок. Прыжок. Перекат через поваленный обелиск. Вскидываю щит.

Удар.

Он пронёсся рядом, раздирая землю, как плуг. Камни летели в стороны, один срикошетил мне по доспеху – громкий треск, но пластина выдержала.

Бой. Или бег. Или и то, и другое.

Он метался. А я – уклонялся. Пластика из последних сил. Ступни скользили по осыпи, ладони царапались в кровь. Иногда – встречный выпад мечом. Бесполезно. Он был толще, чем боль, быстрее, чем страх, и живучее, чем здравый смысл.

Я отпрянул. Снова. Почти упал.

Монстр остановился. Поднялся в полный рост.

Пасть разъехалась. Раскрылась вглубь, как разверзшаяся бездна, где вместо горла – плавящаяся кровь.

– Вот и шанс… – выдохнул я.

Пальцы – рывок к кольцу. Мысль – чёткая, чистая. Последняя бомба – в руке.

Тело – бросок вперёд. Ловкость – вся, что осталась.

Бомба влетела в пасть, как будто всегда была частью этого чудовища.

– Жри, скотина! – выкрикнул я, оттолкнулся и сорвался прочь.

Десять шагов. Пятнадцать.

Взрыв не был громким.

Он был тяжёлым.

Словно кто-то сломал воздух. Сзади – глухой удар, как если бы разом рухнула гора. Мгновение – и меня накрыло.

Кровь. Куски. Клочья брони, мяса, осколки костей. Я едва не потерял равновесие. Сражённый не взрывом – обрушившимся весом мёртвого врага.

Я стоял, чуть пригнувшись, с одной мыслью:

Я ещё жив.

Перед глазами вспыхнуло сообщение:

"Наполнение ядра: 21%"

– Ну вот… – выдохнул я. – Хренов день, но всё же продуктивный.

Я оглянулся. От чудовища не осталось ничего, кроме вспоротого кратера, запачканной земли и лужи горячей слизи. Он исчез. Навсегда.

Но тут же… движение.

Вдалеке. Чёрно-красные фигуры, пробегающие по краю холма.

Сектанты. Они всё ещё были на ногах.

И, судя по всему, знали, куда бежать.

– Конечно… – пробормотал я, поднимая меч. – Монстра мало? Теперь вы хотите поиграть?

Я глубоко вдохнул. Кровь пульсировала в ушах, но страх уже уступил место усталой решимости.

– Ничего. До конца месяца осталось уже меньше половины. Выживу.

– Или вы сдохнете раньше.

И я снова пошёл – не торопясь, но не сбавляя темпа.

Вперёд.

Навстречу новым врагам.

Я уходил прочь, не оглядываясь.

Силы были на пределе. Плечо гудело от удара, мышцы ног уже не болели – они просто перешли в другой режим, где боль превратилась в фоновый шум, как звон в ушах после боя.

Небо над головой потемнело – не от времени суток, от пепла, от дыма, от последствий ритуала, который я только что прервал. И всё равно… воздух казался свободнее.

Я свернул в узкий овраг, где некогда, судя по обломкам, проходила канализация или техномагическая артерия. Камень был влажным, но прохладным. Здесь, в глубине, можно было спрятаться на время.

Привал. Первый за весь день.

Я сел, прислонился к скале и закрыл глаза. Но не спал. Просто не двигался.

Позади – сожжённая крепость, уничтоженный призванный монстр, и два десятка фанатиков, которым, похоже, было мало.

Они не отступят. Не такие.

И мне было ясно – отдохнуть я смогу.

А вот уйти от них насовсем – вряд ли.

– Видимо, придётся играть в охотника и приманку одновременно, – пробормотал я, глядя на небо. – Отлично. Просто идеально.

Сколько там времени осталось?

Меньше половины месяца. Почти две недели.

Если всё пойдёт по плану, испытание завершится, и меня выдернет из этого мира… куда-то. Или хотя бы даст передышку.

Если не пойдёт – умру. Но не сегодня. Сегодня я слишком много сделал для этого.

Шаги я услышал заранее. Слишком тяжёлые для зверей. Слишком слаженные.

Сектанты шли.

Методично. Уверенно. С магией и фанатизмом.

Я поднялся. Откинул лишние мысли. Поднял меч.

Проверил, на месте ли кольцо с оставшимися артефактами.

Всё было в порядке.

– Идём, парни, – усмехнулся я, разворачиваясь в сторону противоположного склона. – Будет весело. Но вы за мной не успеете.

Я соскользнул вниз по расщелине, снова перейдя в бег, мягкий, размеренный, цепкий.

С каждым шагом отдаляясь от отряда, от друзей, от всего, что могло быть уязвимо.

А сектанты – пусть бегут за мной.

Я – приманка.

Я – угроза.

Я – жив.

Путь вёл меня всё дальше от взорванной крепости и пепельных руин. Ландшафт менялся – холмы переходили в низины, скалы становились все выше, а грунт – более рыхлый и пыльный.

Я начал замедляться.

Не потому, что мог – потому, что нужно.

Нельзя вечно бежать. Особенно когда за спиной не просто враги, а враги с мозгами. Эти сектанты были не тупыми марионетками. Они знали, как выслеживать. И рано или поздно начнут думать.

Поэтому я свернул в сторону, засыпав основной след. Пыль помогала. Я прошёл по мелким камням, поднялся по руслу давно высохшей реки, оставив следы туда, куда идти не собирался.

Затем – аккуратно спустился в расселину между двумя отколотыми массивами породы. Здесь было тихо, прохладно, пахло железом и мхом.

А главное – видно с двух сторон. Узкий вход, изломанные выступы. Отличное место для отдыха и засады, если понадобится.

– Подходит, – пробормотал я.

Я откинулся спиной к стене, проверяя обстановку. Вставил заклинивший замок на ножнах, вытащил флягу. Сделал глоток. Настоящая роскошь.

Теперь – время.

Несколько глубоких вдохов. Пульс снижается. Слух очищается от пульсирующего гула. Я чувствовал, как тело, будто протестуя, начинает расслабляться, позволяя отдыху хоть немного проникнуть внутрь.

Один глаз прикрыт. Ухо настраивается на шаги. Рука всё ещё на рукояти меча.

Мозг работает.

Я ещё раз прокручиваю карту местности в голове.

Если они повернули налево – мои ложные следы уведут их к пересохшему плато. Там – ничего. Глухая мёртвая зона, где даже звери не ходят. Пара часов в пустую.

Если свернули вправо – наткнутся на овраг, где я подпалил остатки растительности. Там следы сбиваются окончательно.

– У вас часа два, если не больше, – сказал я вслух. – Если найдёте, куда я ушёл, раньше – значит, вам повезло.

А мне… меньше.

Я закрыл глаза.

Впервые за последние сутки – по-настоящему.

Не спал. Но позволил себе остановиться.

Хоть на полчаса. Хоть на несколько вдохов.

И когда придут – я уже буду готов.

Тишину расселины нарушило движение – еле уловимое, но я почувствовал его ещё до звука. Камень соскользнул где-то сверху. Кто-то двигался осторожно, но не скрывался полностью. Я напрягся, выпрямился, сжал рукоять меча.

Минуты спустя я увидел их.

Трое.

Шли с разных сторон, но синхронно. Один – прямо, через основной вход. Второй – по верхнему уступу, с луком. Третий двигался сбоку, явно планируя заход в спину.

– Разумные, да, – пробормотал я. – И в тактике не глупы.

Я не стал ждать. Вскочил, броском оказался у входа, встретив первого сектанта в лоб. Щит пошёл вперёд, отразив первый удар. Меч – в живот. Лезвие чиркнуло, но не вошло глубоко – броня была усилена рунами.

Слева – вспышка. Второй активировал щитовую волну, и меня отшвырнуло на камень. Грудь свело. Земля под ногами качнулась.

Удар сверху – я перекатился в сторону, срывая камень с уступа. Тот с луком упал, вскрикнув. Я врезал мечом в плечо, с хрустом пробивая ткань и плоть. Тот отшатнулся, упал на одно колено.

– Один есть! – выдохнул я.

Но второго и третьего это только разозлило. Один обрушил поток магии – жгучая энергия, от которой воздух задрожал. Я укрылся за щитом, ощущая, как металл трещит, как жар прорывается сквозь доспех.

Третий ринулся в ближний бой. Удар. Ещё удар. Я едва парировал, а затем понял – слишком сильны. Координируются. Прессуют. Ждут ошибки.

– Чёрт. Пора валить.

Я подбил ногу ближайшему, активировал короткий рывок вбок – и выпрыгнул за пределы укрытия, укатился по склону и тут же вскочил, ныряя между скал.

Позади – крики. Всплеск магии. Но погони не последовало.

Я затаился за ближайшей каменной плитой. Прислушался.

– Он тяжело ранен, – сказал один из сектантов.

– Перевязываем. Потом – дальше.

– Они не побежали. – Я выдохнул. – Отлично.

Плечо саднило. Щит расколот. Доспех поцарапан. Но я жив.

И оторвался.

Ненадолго. Но теперь – мне решать, где ждать следующую встречу.

Я шёл по уступу, стараясь не шуметь – трещины под ногами, обломки, рыхлый грунт. Сектанты могли быть где-то поблизости, а у меня всё ещё не было времени на новую схватку. Пульс замедлился, дыхание выровнялось, я начал почти расслабляться.

И в тот момент, когда нога пошла вперёд – земля ушла из-под неё.

Камень с глухим хрустом провалился вниз, и я – следом. Рывок – щит вперёд – но всё бесполезно. Подо мной оказался наклонный, гладкий туннель, покрытый чем-то вроде застывшего мха, и меня понесло.

Падение не было вертикальным. Это было скольжение – долгое, контролируемое лишь иллюзией. Я прижимался к стенам, цеплялся руками, но ничто не помогало. Всё скользкое. Всё ведёт вниз.

– Ну… прекрасно, – выдохнул я в темноту.

Спустя, кажется, вечность, я вылетел из узкого отверстия, перекатился и грохнулся на твёрдый камень. Щит отлетел в сторону, кольца загремели.

Я замер. Несколько секунд – только дыхание.

Жив. Всё цело. Болит, конечно. Но жив.

Я поднялся, проверил снаряжение, стряхнул пыль. Достал щит, поправил ремни.

Тьма вокруг была плотной, как вода. Но срабатывающее ночное зрение дало первое представление о месте.

И сразу – неприятное открытие.

Пещера была огромной. Стены – далеко. Потолок терялся в серой пелене. А под ногами – кости. Много. Слишком много. Целые завалы, будто здесь хранили падаль тысячами лет.

– Чудное местечко, – пробормотал я. – Где же тут табличка “Добро пожаловать”?

Подняться обратно… не вариант. Стены гладкие, лаз никак не зацепить. Даже если бы я мог – слишком крутой угол, слишком длинный спуск.

Это была ловушка, причём старая. Возможно, созданная ещё до появления сектантов.

Но… я был здесь. Значит, вперёд.

Я двинулся, ступая аккуратно, стараясь не шуметь. Кости – старые, сухие. Некоторые с обломками оружия, остатками одежды. Человеческие. Монструозные. Неопознанные. И все покрыты пылью веков.

Здесь давно никто не ходил. Не жил. Не умирал.

И всё же воздух… шевелился. Лёгкое движение. То ли сквозняк. То ли дыхание чего-то.

– Надеюсь, это просто ветер, – сказал я себе.

Но рука уже легла на рукоять меча.

На всякий случай.

Я шёл медленно, ступая по каменным плитам, под которыми давно уже никто не дышал. Кости остались позади, воздух сменился – стал сухим, пропитанным чем-то… древним, будто время здесь остановилось, чтобы не мешать.

Стены начали менять форму: неровные уступы сменились высеченными арками, а те – прямыми, плавно загибающимися проходами, с уцелевшими фрагментами резьбы. Символы были стёрты, но сама структура кричала: это не природа. Это – чьё-то творение.

Я замер.

Где-то впереди раздался кашель. Затем – чей-то шёпот, словно соскальзывающий со стен. Я сделал шаг вперёд.

– Не приближайся, – голос, скрипучий и хриплый, прозвучал так резко, что я автоматически шагнул назад.

Из тени выступил силуэт. Высокий, сутулый. В лохмотьях, с седыми спутанными волосами и глубоко посаженными глазами. Вокруг его ладоней вспыхивали символы – руны, как ожоги, пульсирующие жёлто-красным.

Магия в них была живая. Дикая. Нестабильная. Но чудовищно мощная.

Глава 10

– Я… не враг, – сказал я, не поднимая меч. – Просто ищу выход.

– Враги всегда так говорят… – прохрипел старик. – Тьма говорит чужими ртами. Притворяется мясом. Словами.

Он шагнул ближе. Символы на его коже вспыхнули сильнее.

– Ты... пришёл снизу? Или упал сверху? Упал… как проклятые. Как они…

Я напрягся, но не двигался. Даже моргнул медленно.

И тогда он замер.

В глазах – мгновенное изменение. Сначала – безумие, затем – ясность.

Он склонил голову.

– В тебе… нет её. Пока нет.

Заклинание рассыпалось, руны погасли, как огонь, лишённый кислорода. Он выпрямился, насколько мог.

– Хорошо. Ты не один из них.

Он кивнул, будто сам себе.

– Но запомни, мальчик… если однажды тьма войдёт в тебя… я найду. Я увижу. И я превращу тебя в пепел, прежде чем она успеет сказать твоим голосом: "прости".

Я выдержал взгляд. Не ответил.

– Мне нужен выход, – сказал я наконец.

Старик ткнул костлявым пальцем в один из боковых проходов – узкий, с плавным поворотом, ведущим куда-то вглубь.

– Там. Он ведёт наружу. Или... куда тебе нужно.

Он усмехнулся.

– Иногда это одно и то же.

– А ты?

Он пожал плечами.

– Я уже не выхожу. Я остаюсь смотреть. До тех пор, пока один из вас не принесёт конец. Или начало.

Он повернулся и медленно пошёл, растворяясь в тени, как будто никогда не существовал.

Я остался один. В проходе, где воздух становился легче, и камни – ровнее.

Я не знал, кто это был.

Но теперь знал – я здесь не первый. И точно – не последний.

Проход сузился, потом – снова расширился. Воздух стал прохладнее, свежее. Камни под ногами сменились чёткими плитами, украшенными симметричными узорами. Некоторые были выщерблены, другие покрыты пылью, но всё равно – ощущение порядка здесь ощущалось до дрожи.

Я сделал ещё несколько шагов – и вышел в зал.

Он был огромен.

Колонны поднимались к потолку, теряясь в темноте. На стенах – барельефы: сцены битв, жертвоприношений, создания мира или его разрушения. Кто-то давно, возможно, тысячи лет назад, вложил сюда силу и веру.

Сейчас же – всё мертво. И всё равно… не пусто.

В центре зала возвышался алтарь. Покрытый трещинами, но всё ещё зловеще целый. В нём чувствовалась сила – не текущая, но спящая, как остов кита, лежащий на дне океана, и всё ещё страшный.

Я остановился, глядя на него издали.

И тогда увидел – свет.

В противоположной части зала, сквозь огромный пролом в стене, пробивались лучи дневного света. Они проходили под углом, рассыпаясь на пыль и освещая часть пола, словно отмечали путь наружу.

Я почти почувствовал, как кожа реагирует на свет – тёплый, реальный, живой.

Но перед тем как двинуться, я снова посмотрел на алтарь.

Мысль мелькнула.

А если здесь что-то осталось? Что-то, что могло бы помочь?

Артефакт? Ответы? Сила?

Рука потянулась к мечу. Я сделал полшага.

И остановился.

– Не стоит, – сказал я себе вслух. – Не сегодня. Я уже взорвал одного мёртвого. С богами лучше – не торговаться. Даже если они – пыль.

Я поклонился – не им. Месту. Его возрасту. Молчанию. Предупреждению.

И пошёл к пролому.

Свет становился всё ярче. За ним – выход. Скалы. Свежий воздух. Свобода.

И наверняка… новые враги.

Но по крайней мере теперь я знал, что пережил ещё один круг, ещё один бой, ещё одну бездну.

Пусть этот храм и остался позади.

Пусть боги молчат.

А я – всё ещё иду.

Свет ослепил меня в первые секунды. После часов в подземелье глаза отказывались верить, что небо снова над головой, а ветер – настоящий.

Я успел сделать только пару шагов из пролома, прежде чем услышал щелчок.

– Стоять.

Я замер. Меч – в ножнах, щит – за спиной. Вытащить не успею.

Вокруг, из скал, оврагов, кустов – вышли сектанты. Больше десятка. Те самые. Остатки отряда, который выжил после моего маленького фейерверка в лагере.

Все в чёрно-красных мантиях. Лица – закрыты. Но я чувствовал: улыбаются.

– А вот и наш герой, – проговорил один. Голос – как мёд с ядом. – Цел, жив, и, похоже, без присмотра.

– Судьба подвела, – буркнул я. – Бывало и хуже.

– Нам-то, может, и да. А тебе... – он наклонил голову. – Вопрос философский. Вот ты разрушил лагерь, убил нашего чудища, ранил братьев.

Он развёл руками.

– Просто убить – скучно. Это... не компенсирует моральный ущерб.

– Есть предложение, – сказал я и кивнул за спину. – Идите вы все нафиг.

– А я пойду вот туда. Только, умоляю, не заставляйте меня возвращаться в тоннель, откуда я вылез.

Они переглянулись.

– Почему? – хмыкнул один. – Что там? Демон? Ловушка? Ещё одна твоя игрушка?

Я вздохнул.

– Нет. Старик. Сумасшедший. Маг.

– Руины старые, глубокие, а он не даёт к ним притронуться. Реагирует быстро. Сначала кричит, потом светится, потом… не успел проверить, что потом. Ушёл по-хорошему.

Повисла пауза. Один из сектантов сзади присел на корточки, провёл пальцем по земле.

– Он не врёт, – сказал он тихо. – Магия там есть. Старого типа. Живёт сама по себе.

– И след оттуда идёт. Только один.

– Хм... – протянул тот, что был впереди. – Выходит, мы нашли доступ к нетронутым залам, куда никто не совал нос? И всё из-за тебя?

Я пожал плечами.

– Может, повезёт. Может, сгорит кто-нибудь первым.

Он рассмеялся.

– Весёлый ты. Жаль, что это не спасёт.

Он махнул рукой.

– Связать. Живым пригодится. А потом решим – что с тобой делать, когда вычистим руины.

Меня связали артефактным жгутом – светящаяся печать оплела руки, будто из воздуха. Жгло кожу, но не обжигало. Просто напоминало: не рыпайся.

– Не переживай, – сказал один из них. – Ты же хотел избежать тоннеля. Мы тебе его устроим с сопровождением. Почётный эскорт, всё как положено.

Я скривился.

– А можно тогда ещё и ковёр? Или хотя бы табличку: "Не кормить"?

Они только хмыкнули. И поволокли меня вперёд.

В руины.

К старому магу.

К тому, от кого даже я предпочёл удрать.

Проход становился всё уже. Стены – всё гладче. Арки – древнее. В начале пути сектанты шли уверенно, с лёгкой бравадой. Но теперь…

– Уже два часа ходим по этим камням, – проворчал один.

– Снова развилка. Опять пусто, – отозвался другой.

– Ты говорил, тут старый маг, – один из них ткнул пальцем мне в бок. – Где он?

Я усмехнулся, не сбавляя шага.

– Я говорил, не лезьте сюда. Вы же, как все умные, решили: "Ага, маг – значит сокровища".

Я оглянулся.

– А теперь идёте по кишке из камня, где даже пауки перед смертью от скуки решили вымереть.

– Ты дерзкий, учитывая, что связан, – процедил сектант с рунами на лице.

– Я уставший. А дерзкий я даже когда сплю, – буркнул я.

– Но вы, правда, могли просто пойти нафиг. Это, кстати, был мой первый совет. Бесплатный, между прочим.

Один из сектантов, шедший сзади, сплюнул.

– Он специально нас водит кругами. Это всё ловушка. Надо было убить сразу.

– Да-да, конечно, – кивнул я. – Потому что все местные обитатели руин просто мечтают заманить к себе дюжину фанатиков, чтобы потом…

Я сделал вид, что задумываюсь.

– А, нет. Они обычно сжигают таких на входе. Ну, ничего. Скоро убедитесь.

Молчание стало плотнее. Шаги – тяжелее. Магический свет от артефактов сектантов плясал по стенам, делая их похожими на чешую мёртвого змея.

Старика всё ещё не было видно.

И сокровищ – тоже.

И всё же, внутри у меня было ощущение, будто что-то уже смотрит.

Ждёт.

Переход за переходом. Каменные стены – будто дышащие, пульсирующие в ритме чужой, древней магии. Мы шли всё глубже, и каждый шаг отзывался под ногами пустым эхом, как стук в гробницу, которую следовало бы оставить в покое.

– Где все? – пробормотал один из сектантов. – Слева было двое, за нами трое…

И тут щелчок.

Стены дрогнули. Потолок будто выдохнул, и с глухим стоном две массивные плиты сместились, отсекая нас от остальных. В коридоре остались только я и двое сектантов – один со светящимся посохом, другой с клинком, выдранным, похоже, из чьего-то жертвенного алтаря.

– Что за… – начал один.

И тут воздух сгущается. Холод поднимается от пола, как туман, но без влаги. Просто сила, древняя, уплотнённая временем. Пространство дрожит, искажается, и из полумрака вплывает фигура.

Он уже не казался тем старым, трясущимся сумасшедшим. Сейчас он – величественен и опасен, как буря, запертая в человеческом теле. Глаза светятся тусклым янтарём, вокруг ладоней – пульсирующее плетение, будто руны срослись с кожей.

– Ну наконец, – хрипло сказал он. – Давно ко мне тёмные не заглядывали.

Он смотрит на сектантов, как на грязь на сапоге, потом – на меня.

Сектанты подняли оружие – один даже начал говорить, но не успел.

Щелчок пальцев.

Они обрушились на колени, глаза закатились, тела вжались в землю. Посох погас. Меч звякнул о камень.

– Молчи. – Голос старика прозвучал не громко, но пробрал до костей. – Тысячелетия назад таких, как вы, я превращал в золу. И что изменилось? Снова ползёте за тайным, не понимая смысла.

Он прошёлся вдоль стены, не глядя больше на сектантов.

– Тебя не трону, – бросил он через плечо мне. – Пока ты не переступишь.

– Переступлю… что? – спросил я, тихо, сдерживая дрожь в коленях. Магия была слишком близко, слишком живая.

Он остановился.

– Линию. Грань. Себя.

Он снова посмотрел на меня. Теперь – внимательно.

– Но ты и так на грани, не так ли?

Пауза повисла в воздухе. Один из сектантов дернулся – вяло, будто вспомнил, что он вообще существовал. Старик лишь качнул головой, и того снова вдавило в пол.

– Разделение активировано, – сказал он себе. – Осталось… посмотреть, кто дойдёт.

Потом он повернулся и пошёл обратно в тень.

– Идём. Тебе ещё рано умирать.

– Или… слишком рано понимать.

И шаг за шагом исчез в полумраке, растворяясь, как сон на рассвете.

А я остался.

Со связанными руками.

С обездвиженными сектантами.

И с ощущением, что теперь всё только начинается.

Я не успел сделать и пары шагов по коридору, как воздух снова задрожал. Тот самый холод вернулся, но теперь без гнева – скорее с вниманием, будто на меня смотрели из-за шахматной доски.

Из темноты снова вышел старик.

Он двигался легко, без напряжения, несмотря на возраст. В его взгляде уже не было прямой враждебности – только ирония и что-то похожее на скуку.

– Думаешь уйти так просто? – произнёс он, почти лениво. – Нет-нет. Ты мне пригодился.

Я остановился, не дергаясь, но уже чувствуя, как правая нога машинально ищет устойчивую позицию – на случай боя.

– Пригодился… для чего?

– Для игры, – сказал он с лёгким вздохом. – Мне лень гоняться за каждым мелким тёмным, ползущим сюда за силой. А ты, – он ткнул пальцем в мою сторону, – ты довольно шустрый.

Он приблизился, вгляделся в глаза.

– И идёшь… по интересному пути. Даже очень интересному. Жаль, ты этого не понимаешь.

– Мне это постоянно говорят, – буркнул я.

– Удивлён, что ты ещё не сгорел, – хмыкнул он. – Ты вечно на грани.

Пауза.

– Но пока держишься.

Он начал медленно обходить меня по кругу.

– Давай так. Я – предлагаю тебе игру.

– Ты помоги мне с моими… гостями, – кивок в сторону тоннелей. – А я, в случае успеха, научу тебя кое-чему. Настоящему.

Он щёлкнул пальцами – и на секунду пространство разорвало светом. Символы, плетения, руны – сложная схема мелькнула в воздухе и тут же исчезла.

– Вот только предупрежу сразу. Я не учу криворуких идиотов, которые путают потоки с амулетами, а инерцию с “силой воли”. Современное поколение – позор магии.