Текст книги "Преступления, в которые трудно поверить: Резонансные дела из архивов судов и спецслужб"

Автор книги: Ева Меркачёва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 3
«Небесный беглец»: дело об организации побега из колонии на вертолете

22 марта 2012 года в России произошел, пожалуй, самый дерзкий побег из мест лишения свободы: осужденный улетел с территории исправительного учреждения на вертолете. Этот почти голливудский сюжет развернулся в тихом поселке Шексна Вологодской области.

События развивались стремительно. Сначала мужчина и женщина захватили вертолет Ми-2 и приказали пилоту лететь к исправительной колонии № 17. Зависнув над плацем, они сбросили трос. Осужденный зацепился за него с помощью альпинистского снаряжения, после чего вертолет унес его за пределы охраняемого периметра.

Подобное сотрудники колонии видели в фильмах, и реальность застала их врасплох. Впрочем, воздухом свободы Алексей Шестаков дышал недолго: в тот же день его задержали. Впоследствии суд назначил ему окончательное наказание в виде 25 лет лишения свободы.

ИЗ ДОСЬЕ:

22 марта 2012 года около 08:20 в воздушном пространстве в границах Шекснинского района Вологодской области неустановленными мужчиной и женщиной с применением пистолета и гранаты был совершен угон вертолета Ми-2 (бортовой номер 20975). Пилот под угрозой применения оружия направил воздушное судно к ИК № 17. Неустановленные лица сбросили трос, к которому на земле на территории исправительного учреждения прицепился осужденный Алексей Шестаков, после чего вертолет был направлен в сторону Вологды. В результате совершен побег Шестакова из мест лишения свободы.

Алексей Шестаков

Передо мной первый рапорт, который лег в основу уголовного дела об уникальном для нашей страны побеге. И слово «уникальный» здесь не преувеличение. Ни в СССР, ни в современной России ничего подобного не происходило. В мире же известно не менее двух десятков побегов из тюрем на вертолетах, и о них наш персонаж читал, еще сидя за решеткой.

Итак, кто он такой – Алексей Шестаков?

Родился он в Череповце. В обычной школе окончил всего шесть классов, а оставшуюся программу осваивал уже в местах лишения свободы. К моменту побега он был судим неоднократно. В первый раз его привлекли к ответственности в 1991 году за кражу: тогда суд назначил ему три года лишения свободы, но из-за юного возраста подсудимого исполнение наказания отсрочили. Однако должных выводов Шестаков не сделал и уже через год оказался за решеткой по обвинению в разбое. Суд частично прибавил к новому наказанию прошлый неотбытый срок и окончательно назначил семь лет лишения свободы.

Шестаков освободился 25 марта 1999 года. Уже в августе того же года в Череповце он убил девушку, с которой вместе выпивал, а в декабре лишил жизни еще трех человек – совсем молодых людей, своих ровесников…

Вот как это было.

Судя по материалам дела, 24 августа Шестаков выпивал на улице вместе с девушкой Светланой, с которой познакомился накануне. У Светы были проблемы дома, и она решила излить душу первому встречному. Жалобы в духе «супруг плохой» и «все мужики сволочи» неожиданно разозлили Шестакова. Он задушил девушку, после чего снял с нее золотые украшения и забрал деньги. Задержать преступника сразу не удалось.

В декабре того же года Шестаков решил расправиться со своим приятелем Б. из-за неотданного долга в 7000 рублей. К преступлению он привлек знакомого, пообещав в качестве вознаграждения снять и оплатить для него квартиру на год вперед. План убийства они неоднократно обсуждали во время совместных застолий, и в итоге сообщник согласился. Когда они пришли в гости к Б., у того находился знакомый. Это не остановило преступников – они решили убить обоих. Шестаков напоил мужчин коньяком с подмешанным клофелином и задушил (сообщник помогал удерживать жертв). В этот момент в квартиру неожиданно вернулась девушка Б. Шестаков также напоил и ее отравленным коньяком и задушил. К слову, погибшая оказалась не только ровесницей Шестакова, но и его однофамилицей.

Чтобы скрыть следы преступления, Шестаков открыл краны на газовой плите, рассчитывая на взрыв и пожар. Однако соседи вовремя почувствовали запах газа и вызвали спасателей.

Из квартиры убитых преступники вынесли все ценные вещи для последующей продажи. Телевизор «Витязь» Шестаков даже преподнес в качестве подарка невесте. В ходе оперативно-разыскных мероприятий подозреваемые были задержаны и под тяжестью улик сознались в содеянном.

В июле 2000 года судебная коллегия по уголовным делам Вологодского областного суда приговорила Шестакова к 24 годам лишения свободы. Первые пять лет ему предстояло отбывать в тюрьме, а оставшийся срок – в колонии строго режима. Суд также постановил конфисковать имущество осужденного. Его подельник получил 12 лет лишения свободы.

И вот путь осужденного за тройное убийство: тюрьма, затем исправительная колония № 17. Позже его переводили в соседнюю ИК № 12. А потом Шестакова вернули обратно – в ИК № 17. Обе колонии находятся в поселке Шексна, недалеко друг от друга. Почему администрация перемещала Шестакова из одного учреждения в другое? Ответ на этот вопрос частично проясняется, если заглянуть за кулисы лагерной жизни.

ИК № 17 в то время считалась далеко не самым худшим местом, хотя в ней не хватало сотрудников (проблема кадрового голода и низких зарплат в системе ФСИН актуальна и сегодня). О том, на каких правах Алексей Шестаков отбывал там наказание, красноречиво свидетельствуют материалы его первого допроса:

Следователь. У вас в личном деле стояла красная полоса, означающая склонность к побегу. При каких обстоятельствах она была снята? Кто принимал это решение?

Шестаков. Решение принималось Александром Белоликовым, заместителем начальника по безопасности и оперативной работе, с которым у меня сложились нормальные отношения с 2009 года.

Следователь. В связи со сложившимися отношениями с Белоликовым были ли сделаны какие-то послабления по режиму отбывания наказания?

Шестаков. Да, мне было разрешено жить в спортзале колонии.

Следователь. Это было на безвозмездной основе?

Шестаков. У меня сложились очень хорошие отношения с завхозом столовой С., который до настоящего времени отбывает наказание, а также с «положенцем» поселка Б., которые дали возможность общения с Белоликовым. Я поставлял в зону деньги, стройматериалы, компьютеры и т. д. В этом мне помогал мой брат и друзья.

Следователь. Каким образом складывались дальнейшие отношения с Белоликовым?

Шестаков. Я привозил ему спортивное питание, туалетную воду, лосьоны. Потом, когда мне нужно было снять красную полосу, он, Белоликов, сказал: давай десятку. То есть десять тысяч рублей.

Следователь. Во время отбывания наказания у вас был мобильный телефон?

Шестаков. Да, я регулярно им пользовался.

Следователь. Кто-то из сотрудников знал, что у вас есть телефон?

Шестаков. Вся администрация знала, что у всех есть телефон, а то и не по одному.

Следователь. Телефоны не изымались сотрудниками?

Шестаков. Если сотрудник видел в руках осужденного телефон, то забирал.

Следователь. Давали ли вы еще кому-то из сотрудников какие-то ценности?

Шестаков. Давал. Например, видеокамеру. Это было летом 2011 года. Ее принесли по моей просьбе к дверям колонии. Сотрудник вышел и забрал ее. За какую услугу я передал видеокамеру, я и не помню. Много всяких просьб было. Например, когда у кого-то из осужденных изымали телефон, я приходил к сотрудникам и решал этот вопрос. Или, например, просил, чтобы давали разрешение на свидание с девушкой, хотя свидания могли быть только с женой. <…> В колонии у меня всегда были наличные деньги. Хранил их в спортзале.

ИЗ ДОСЬЕ:

После инцидента против Белоликова возбудили уголовное дело. В декабре 2012 года суд признал его виновным в злоупотреблении должностными полномочиями (статья 285 УК РФ) и получении взяток (статья 290 УК РФ) и приговорил к четырем годам лишения свободы.

В общем, жил за решеткой Алексей Шестаков не хуже, а возможно, и лучше многих на воле. Судя по показаниям других осужденных, он организовал в колонии доходный бизнес: торговал запрещенными предметами и за деньги помогал решать различные вопросы с администрацией. В какой-то момент у него возникла иллюзия всемогущества – он решил, что способен на все. Даже улететь из колонии.

Естественно, совершить подобный побег без сообщников на воле невозможно. Однако ключевым организатором и спонсором выступил сам Шестаков.

Из показаний Шестакова:

Идея побега пришла лично мне. Вначале определился со способом, потом стал двигаться к этой цели. Делал сначала все сам. И финансированием никто не помогал. У меня было достаточно денежных средств. Сам позвонил в авиапредприятие где-то дней за десять до побега, сделал бронь вертолета на два дня. Вначале был вариант Ми-8, но оказалось, что он слишком большой, и тем более в экипаже у него два пилота. Тогда решил Ми-2. Но пройти на авиапредприятие с какими-то взрывными средствами, оружием невозможно. Поэтому решил подготовить площадку, ближайшую базу отдыха «Ирма», где бы вертолет приземлился и туда сели Таня и Саша, с которыми я познакомился ранее по телефону. Затем нанял опять же по телефону человека по имени Сергей, имеющего непосредственное отношение к летному делу (бывшего летчика. – Прим. авт.), который приехал, осмотрел место, сказал, что нужно очистить, чтобы потом прилетел вертолет и сел. Он и координировал пилота.

Вертолет в «Ирме» должен был быть в 08:15, я ждал его в колонии к 08:30. В зоне в это время никаких мероприятий нет. Я вышел на плац. Он с вышек не просматривается, там достаточно места, чтобы над ним завис вертолет.

На плацу был один дедушка. Я просто гулял, ждал. Но вертолета все не было.

Тот самый вертолет

А вот что в это время происходило на воле.

Для достоверности стоит привести показания заместителя командира летного отряда «Вологодского авиационного предприятия» Василия Рычкова, который в тот день управлял вертолетом. Летчик рассказал, что ранее в коммерческую службу предприятия обратился мужчина и заключил официальный договор. Заказчик попросил забрать пассажиров с базы отдыха «Ирма» и доставить их в Вологду. Планировалось сделать несколько рейсов, первый из которых назначили на 22 марта, на 07:20. Бывший сотрудник этого же предприятия Сергей выступил в роли посредника – именно он прислал фотографии площадки на «Ирме», куда следовало посадить воздушное судно.

Из показаний пилота:

На базу отдыха мы прилетели около восьми часов. Я приземлил вертолет в указанном месте. Было светло, светило солнце. Подъехал автомобиль черного цвета. Из него вышли и сели в салон мужчина и женщина. Сергей мне объяснил, что это заказчики. У меня никаких сомнений не возникло, документов я не проверял.

Мы взлетели. Примерно через пять минут полета неожиданно с меня сдернули наушники. Я обернулся и увидел, что пассажир находится у меня за спиной. У него в правой руке был пистолет типа Макарова, а на мизинце висела граната зеленого цвета. Парень на меня направил ствол пистолета и сказал: «Летим к железнодорожному мосту в Шексне». В этот момент я реально опасался за свою жизнь. Я спросил: «Зачем?» Он ответил: «Надо». Его спутница в этот момент оставалась сзади. Я спорить не стал, выполнил требования.

К Шексне мы подлетели около 08:35. Пассажир скомандовал: «Давай к зоне», имея в виду исправительное учреждение, колонию. В номерах я не разбираюсь. Сначала мы стали кружить над одной колонией, которая в самой Шексне, но они сказали, что это не та. И мы полетели дальше к той зоне, которая до моста. Я завис на высоте около 20 метров. Погодные условия позволяли. В этот момент на приборной панели сработала сигнализация, предупреждающая об открытии двери в салон. Я понял, что они хотят кого-то забрать на веревке и улететь. Зависал минуты три, после чего парень мне просигнализировал подниматься. Я набрал высоту и улетел.

Из материалов дела

То, что вертолет сначала направился не к тому учреждению, немного нарушило планы заговорщиков. «Мы потеряли 20 минут», – сокрушался позже Шестаков. Да и шум поднялся по всему поселку (все-таки нечасто над зоной зависает вертолет). Эта задержка, вероятно, сыграла роковую роль. И все же осужденный дождался вертолет, поймал трос, который сбросили ему, зацепился карабином и улетел.

Вскоре вертолет приземлился на ближайшем поле, которое захватчики указали пилоту. Едва оказавшись в салоне, Шестаков принялся переодеваться: выяснилось, что под тюремную робу он заранее надел джинсы и куртку.

Из показаний инспектора отдела охраны ИК № 17:

Я несла службу на вышке поста № 7. Около 08:40 увидела вертолет, который летел над исправительной колонией. Он снизился и скрылся за зданиями. Потом он стал подниматься, и я увидела, что с вертолета спускается веревка, за нее зацепился осужденный. Включила сигнал тревоги и произвела два выстрела из автомата.

К Вологде вертолет подлетел около девяти часов утра. Преступники приказали пилоту сесть в поле рядом с трассой на Москву. Как только машина коснулась земли, пассажиры выскочили из салона и скрылись. Пилот же надел наушники и по радиостанции сообщил диспетчеру о происшествии.

По всей области был объявлен план «Перехват». Удивительно, но накануне спецслужбы проводили учения как раз на тему возможного побега из колонии. Как считают эксперты, это помогло оперативно задержать беглеца.

Но вернемся к хронологии. Высадились преступники не там, где планировали изначально. В намеченном месте их ждали две машины и снегоход, которые Шестаков заранее заказал по телефону прямо из колонии. Однако сообщники посчитали, что там их могут подстерегать, а на новой точке высадки у них не было подстраховки.

– На дороге были сугробы, много снега… – вспоминал Шестаков. – Таня с Сашей пошли ловить такси, а я направился в сторону двух строек, от них через поселок – к лесу, а затем вышел к жилым домам. С собой у меня на всякий случай были пистолет, две дымовые шашки, малая граната и лимонка. Зашел в подъезд одного из домов. Там живет мой знакомый таксист Олег. Время от времени я пользовался его услугами (звонил ему из колонии. – Прим. авт.): просил отвезти кого-то, забрать деньги, съездить в банк. Лично мы с ним не встречались. Он повез меня в магазин за сим-картой, потом из города. Мы поехали дорогами, которыми мало пользуются. Ну и там оказалась засада, пост. Нас остановили. Вообще нас два раза до этого тормозили, но мы спокойно проезжали. Олег не знал, что я отбываю наказание. Может быть, догадывался. О том, что я сбежал и меня ищет полиция, я ему не говорил. Олег сам сказал, что кругом полиция, так как кто-то сбежал.

Когда нас остановили в третий раз, Олег вышел показать документы, а я притворился пьяным. В какой-то момент я решил, что оставаться в машине опасно. Перелез на водительское сиденье и поехал. Проехал немного, бросил машину и побежал. Но кругом – снег. Оказалось, что я попал в тупик с большими сугробами. Сотрудники начали стрелять и ранили меня в бок. Я замешкался, поскользнулся и упал, и меня задержали.

Шестаков умалчивает о нескольких важных моментах. Во-первых, прежде чем угнать машину, он бросил на землю кольцо от фейерверка, визуально похожее на чеку от гранаты, с криком: «Дайте уйти!» Окружающие в панике разбежались. Во-вторых, полицейские пытались остановить машину и стреляли по колесам, но беглец не реагировал и только после того, как автомобиль увяз в сугробе, бросил его.

Обложка дела Алексея Шестакова

Таню с Сашей задержали на трассе на следующий день после побега. Ночь накануне они провели на съемной квартире в Вологде. Сопротивления при аресте сообщники не оказали.

Следствие велось оперативно и профессионально. Допросили всех причастных к инциденту лиц. Как выяснилось, большинство из них даже не подозревали, что помогают беглому преступнику. Этот случай стал ярким примером того, как в современный век с помощью телефона и интернета можно дистанционно организовать практически любое преступление, нанять людей и оплатить их услуги.

Что интересно, в мире во многих случаях организаторами побегов из тюрем на вертолете выступали именно женщины! Приведу несколько самых ярких примеров.

В августе 1971 года в Мексике сестра бизнесмена, осужденного за убийство, наняла пилота, арендовала вертолет и организовала для брата зрелищный побег. Этот инцидент лег в основу голливудского боевика, снятого четыре года спустя.

В мае 1986 года во Франции Надин Вожур – жена известного грабителя банков Мишеля Вожура – сама арендовала вертолет. Ради этого она несколько месяцев специально училась пилотированию. Надин пролетела на предельно низкой высоте над парижской тюрьмой, на крышу которой заранее забрался ее супруг. А дальше было все просто: Надин сбросила вниз веревочную лестницу, Мишель по ней вскарабкался. Эта история также была экранизирована.

В марте 1999 года в Австралии женщина-библиотекарь Люси Дудко, которую СМИ прозвали Рыжей Люси (настоящее ее имя Людмила Витальевна Жданова, она родилась в Куйбышеве), арендовала вертолет и под угрозой пистолета заставила пилота приземлиться прямо в тюремном дворике в Сиднее. Оттуда она забрала своего возлюбленного Джона Киллика, осужденного за ограбления банков. В итоге обоих арестовали. Позже в тюрьме Киллик создал несколько автобиографических книг, где подробно описал этот побег.

В деле Шестакова ключевая роль также принадлежала женщине. Кто же она?

Татьяна родилась в Ленинграде в 1976 году. В 25 лет она вышла замуж. Ее супруг, бывший заключенный, красиво говорил и обещал ради нее начать жизнь с чистого листа, но обещания не сдержал. Под его влиянием Татьяна пристрастилась к наркотикам и вскоре сама оказалась за решеткой. В 2008 году ее приговорили к четырем с половиной годам лишения свободы за хранение и распространение запрещенных веществ. 22 июня 2011 года суд освободил ее условно-досрочно, обязав после выхода на свободу встать на учет к наркологу и психиатру.

Женщина покинула колонию всего за полгода до резонансного побега. На свободе через мужа, который сидел в одной камере с Александром (Сашей), она познакомилась со своим будущим сообщником. Характер их взаимоотношений оставался сложным, однако в этой паре Татьяна явно была лидером – боевой и дерзкой.

Вскоре через общих знакомых о ней узнал Шестаков. Он периодически нанимал ее для выполнения различных поручений, а затем начал регулярно общаться с ней по видеосвязи. В итоге Татьяна влюбилась в заключенного. Отвечал ли Шестаков ей взаимностью, суд так и не установил, но то, что он использовал ее чувства для подготовки побега, было очевидно.

Именно Татьяна приобрела муляжи гранат и пистолета. Она же уговорила Александра пойти на дело, пообещав, что Шестаков заплатит ему два миллиона рублей – сумма по тем временам огромная для любого человека. На судебном процессе Александр утверждал, будто Татьяна тайно подсыпа́ла ему в еду амфетамин, чтобы сделать более сговорчивым. В суде он вообще представлялся скорее человеком ведомым, слабовольным. Однако именно такие люди легче всего поддаются чужому влиянию.

В итоге Александр четко выполнил отведенную ему роль: угрожал пилоту вертолета и требовал изменить курс, заявляя, что им нужно «забрать брата». Примечательно, что после задержания Александр оказался единственным из их компании, кто искренне извинился перед пилотом.

На следствии и суде Татьяна заявила, что не брала денег за помощь, а руководствовалась, цитирую, «личными мотивами». Романтическая линия в этой истории в итоге зашла в тупик: как предположил один из следователей, женщина действительно влюбилась в Шестакова, а тот цинично использовал ее чувства.

«Установлено, что между ними велась переписка, была некоторая симпатия», – вспоминает сотрудник суда, присутствовавший на заседаниях. Саму идею побега Татьяна приняла без колебаний, о чем открыто заявляла в ходе процесса.

Следствие также детально подсчитало, во сколько обошелся этот побег. Сумма оказалась на удивление скромной. Муляжи гранат и пневматический пистолет стоили около 10 000 рублей, альпинистское снаряжение (трос и три карабина) – 3000, аренда вертолета – чуть более 80 000. Помощь бывшего пилота в расчистке площадки на базе отдыха «Ирма» обошлась в 10 000 рублей, услуги таксистов – примерно в 20 000, аренда квартиры – в 6000 рублей. С учетом сопутствующих мелких расходов общие затраты составили около 300 000 рублей. «Даже обидно, что так дешево», – шутили правоохранители.

Судебный процесс завершился быстро.

Из материалов дела

Свою вину в захвате и угоне вертолета Татьяна не признала. Она утверждала, что лишь присутствовала в салоне и никому не угрожала. Александр настаивал, что из-за воздействия наркотиков не осознавал своих действий. Шестаков же пытался проявить благородство и взять всю вину на себя. При этом он иронизировал, заявляя, что благодаря его дерзкому поступку вскрылись проблемы в тюремном ведомстве.

Кстати, как признался мне недавно один из сотрудников ФСИН, страшнее побега для их ведомства ничего нет. Гибель заключенных от болезней, передозировок или в драках с сокамерниками – все это меркнет перед чрезвычайным происшествием такого масштаба. За побег жестко наказывают всех: от рядовых инспекторов колонии до генералов из центрального аппарата ФСИН в Москве.

– Шестаков мне показался безответственным, агрессивным, – вспоминает судья Александр Майоров, который был председателем на процессе. – Дерзкий по характеру. В целом вину он признал, оспаривал только отдельные признаки преступления. Объяснил свой мотив просто – желание свободы. В деле нет данных о том, что он собирался делать на воле. О планах уехать за границу не говорил.

Однако в первоначальных показаниях Шестакова осталась такая цитата:

Оставить колонию повод был весомый, но говорить я об этом не желаю. Поехать хотел в Москву, потому что там у меня были дела финансового плана. В Москве я должен был получить много денег. Подробности объяснить не желаю. Деньги я зарабатывал лично, но каким способом – объяснять тоже не желаю.

– Судебное слушание прошло в обычном режиме, – добавляет судья. – Помню день приговора – 28 января 2013 года. Сроки подсудимым назначили внушительные. Но Шестаков отреагировал спокойно, в отличие от других.

За решеткой тяжелее всего пришлось Александру, которого суд приговорил к 12 годам колонии особого режима. В следственном изоляторе его положение оказалось крайне тяжелым. Молодой человек находился в строгих условиях: передвигался только в наручниках и исключительно в сопровождении группы сотрудников с собакой. Сам он был убежден, что администрация ФСИН мстит ему за содействие в побеге заключенного. Александра неоднократно помещали в карцер, применяли к нему физическую силу и спецсредства – наносили удары резиновой палкой. Он несколько раз пытался покончить с собой. Его жалобы в Верховный суд наполнены эмоциями:

Считаю мое содержание чрезмерно жестоким и несоизмеримым с содеянным.

Он подчеркивал, что назначенное наказание сопоставимо с теми сроками, которые дают маньякам и террористам.

А что же Шестаков? Он вроде не жалуется.